Часть 36. Ловушка для гадюки

      Чёрный камень Снейпа лежал в кармане мантии Гарри, холодный и безмолвный, как совесть убийцы. Два дня Гарри носил его повсюду — на завтрак, на занятия, в библиотеку, в Комнату Требований. Камень молчал. Уинстон появлялся в Большом зале, сидел на своём месте, пил чай, улыбался ученикам — но камень оставался ледяным.       — Может, Снейп ошибся? — спросил Рон, когда они втроём (Гарри, Рон, Гермиона) сидели в пустующем классе после трансфигурации.       — Снейп не ошибается в таких вещах, — отрезала Гермиона. — Если он сказал, что Уинстон — пожиратель смерти, значит, так и есть. Просто метка может быть зачарована на скрытие. Или камень реагирует только на близкое расстояние.       — Или Уинстон не носит метку на теле, — добавил Гарри. — Может, она выжжена где-то ещё. Или он вообще не пожиратель, а просто пешка, которую используют вслепую.       — Тогда зачем Снейпу врать? — пожал плечами Рон.       — Снейп не врал, — уверенно сказала Гермиона. — Он сказал «человек Волдеморта». Это не обязательно означает Пожирателя Смерти с меткой. Это может быть шпион, двойной агент, наёмник.       Гарри задумался. Если Уинстон — не отмеченный, а просто завербованный, то его сложнее вычислить магически. Но и уязвимее: у него нет прямой защиты Тёмного Лорда.       — Нам нужно поймать его на передаче информации, — сказал Гарри. — Или спровоцировать на действие, которое он не сможет объяснить.       — Легко сказать, — вздохнул Рон. — Как ты спровоцируешь министерского советника? Скажешь ему «ты гад» и посмотришь, не ударит ли он тебя Круциатусом?       Гермиона закатила глаза, но Гарри вдруг улыбнулся.       — А это идея.       — Что? — Рон вытаращился на него.       — Не про Круциатус, конечно. Но если Уинстон действительно работает на Волдеморта, его главная цель — не допустить, чтобы отряд стал реальной боевой силой. Значит, если мы сделаем вид, что готовим что-то очень опасное для Тёмного Лорда, он вынужден будет вмешаться. Лично или через своих людей.       Гермиона защёлкала пальцами, обдумывая.       — Операция «Ложная цель». Мы объявляем, что нашли способ уничтожить крестражи. Или что у нас есть контакт с кем-то из приближённых Волдеморта. Уинстон должен будет либо доложить, либо попытаться остановить нас сам.       — А если он просто напишет отчёт и ничего не сделает? — спросил Рон.       — Тогда мы ничего не теряем, — ответил Гарри. — Но я думаю, он захочет убедиться лично. Такие люди не доверяют бумаге.       Лазарет. Вечер.       Грэйем уже ходил, опираясь на трость (артефакт собственного изготовления, с встроенным щитом и запасным стилетом «на случай, если кто-то из целителей надоест»). Он выслушал план Гарри, покрутил в пальцах чёрный камень и вернул его.       — Хороший план. Рискованный, но хороший. Только одно «но».       — Какое?       — Уинстон — не дурак. Если вы объявите о крестражах, он сразу поймёт, что у вас есть инсайд. А инсайд может быть только от Дамблдора или от кого-то из Ордена. Он начнёт чистить ряды. Кого-то из ваших могут подставить.       — Поэтому мы не будем объявлять открыто, — сказал Гарри. — Только через слухи. Шёпотом. Шестым чувством. Чтобы Уинстон не мог проверить источник, но информация дошла до него.       Грэйем усмехнулся.       — Ты учишься, внучек. Действительно учишься. Хорошо. Я помогу. У меня есть пара старых «друзей» в Министерстве, которые любят поболтать. Пустим слух через них.       — Спасибо, дед.       — Не благодари. Я старый и больной, мне всё равно терять нечего. А вот вы, молодые, берегите себя. — Он посмотрел на дверь, где в коридоре ждала Дафна. — И её особенно береги. Такие девушки раз в сто лет рождаются.       Гарри кивнул и вышел.       Подземелья Слизерина. Та же ночь.       Дафна и Гарри сидели в пустом классе зельеварения — Снейп разрешил им пользоваться комнатой после отбоя, в обмен на обещание «не взрывать ничего дорогого».       — Твой план сработает? — спросила Дафна, рисуя палочкой в воздухе светящиеся узоры.       — Должен, — ответил Гарри. — Но даже если нет, у нас есть запасной вариант.       — Какой?       — Прямой конфликт. Если Уинстон поймёт, что его раскрыли, он попытается убрать меня. Или взять в заложники кого-то из наших. Мы должны быть готовы к этому.       Дафна отложила палочку и повернулась к нему.       — Ты знаешь, что я пойду с тобой. Куда бы ты ни пошёл.       — Знаю, — он взял её руку. — Поэтому мне и страшно.       — Не бойся. Мы сильнее, чем кажемся.       Она поцеловала его — нежно, но требовательно, как будто хотела запомнить вкус его губ на случай, если завтра этого вкуса не станет.       Когда они отстранились, Гарри прошептал:       — Завтра начинаем операцию. Сегодня — отдыхай.       — Не могу, — она улыбнулась. — Слишком много адреналина.       — Тогда пойдём на башню. Посмотрим на звёзды.       Они пошли. И всю дорогу Гарри держал её за руку, чувствуя, как через медальон от неё идёт волна спокойствия. Он знал, что она боится. Но она не показывала. Ради него.       Астрономическая башня. Глубокая ночь.       Звёзды висели над Хогвартсом, как россыпь алмазов на чёрном бархате. Гарри курил — впервые за несколько дней. Дафна стояла рядом, прижавшись к его плечу, и молчала.       — Ты знаешь, что я никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится? — сказал Гарри, выпуская дым в ночное небо.       — Знаю. Поэтому ничего не случится.       — Ты не можешь этого обещать.       — Могу. Потому что я — это я. А я не умираю просто так.       Он посмотрел на неё. Лунный свет делал её профиль почти нереальным, похожим на статую древней богини.       — Ты веришь в судьбу? — спросил он.       — Нет, — ответила Дафна. — Я верю в выбор. Твой выбор — идти до конца. Мой выбор — идти с тобой. Судьба здесь ни при чём.       Гарри потушил сигарету и обнял её обеими руками.       — Спасибо, — сказал он в её волосы. — За всё.       — Не за что, — ответила она. — Просто делай своё дело. А я сделаю своё.       Большой зал. Утро следующего дня.       Слух распространился с удивительной скоростью. К завтраку уже шептались за столами: «Говорят, Поттер нашёл что-то в Министерстве. Какое-то оружие против Тёмного Лорда». «Да нет, это не оружие. Это способ защитить Хогвартс от вторжения». «А я слышал, что у него есть список всех шпионов Волдеморта».       Уинстон сидел за преподавательским столом, пил чай и делал вид, что не замечает шёпота. Но Гарри видел, как его пальцы на секунду сжали чашку чуть сильнее обычного.       — Он клюнул, — тихо сказал Рон.       — Пока нет, — ответил Гарри. — Но скоро.       После завтрака к Гарри подошёл Драко Малфой. Выглядел он уставшим, под глазами залегли тени, но взгляд был острым       — Поттер, — сказал он тихо, чтобы никто не слышал. — Я знаю, что ты затеваешь. Это опасно. Уинстон — не тот, за кого себя выдаёт.       — Я знаю, — ответил Гарри. — Вопрос в том, на чьей ты стороне, Малфой.       Драко помолчал. Затем сказал:       — Я не знаю. Но я знаю, что мой отец ошибался. Насчёт многого. Если ты хочешь поймать Уинстона — я могу помочь.       — Чем?       — У него есть связной. Я видел его. Ночью, в Запретном лесу. Человек в чёрном, без лица. Уинстон передал ему свиток. Если мы перехватим следующую передачу, у нас будут доказательства.       Гарри внимательно посмотрел на него.       — Почему ты мне это говоришь?       Драко усмехнулся — горько, без тени обычного высокомерия.       — Потому что, если Волдеморт победит, моя семья станет его марионетками. А если победишь ты… я хочу, чтобы у меня был выбор. Не как у Малфоя. Как у Драко.       — Хорошо, — кивнул Гарри. — Расскажешь всё Гермионе. Она составит план. И если ты нас не подведёшь… мы поговорим о твоём месте в отряде.       Драко кивнул и ушёл.       Рон, наблюдавший за этим разговором издали, подошёл к Гарри.       — Ты ему веришь?       — Не совсем, — признался Гарри. — Но сейчас он — наша лучшая карта. И если он предаст… мы будем готовы.       Он коснулся медальона и послал сигнал: «Сбор ядра. Через час. Комната Требований».       Ответы пришли почти мгновенно: «Буду» от Дафны, «Ок» от Рона, «Уже иду» от Гермионы, «Жду» от Невилла.       Игра начиналась. И на этот раз ставки были выше, чем когда-либо.