Глава 2. Встречи, назначенные судьбой

      Он стоял перед окном своего агентства, глядя на вечерний Токио. С поверхности темного стекла на него смотрело его собственное отражение.       Тошинори вздохнул. Несмотря на то, что с момента его ранения прошло около пяти лет и потому изменения были не моментальными, он никак не мог принять для себя тот факт, что это отражение принадлежало ему, а не кому-то другому. Что этот истощенный человек с запавшими глазами и неряшливыми светлыми патлами - это он сам.       Со вздохом Тошинори отошел от окна и щелкнул выключателем, погружая свой кабинет в темноту. Все ради того, чтобы отражение исчезло. Ну или хотя бы перестало так сильно бросаться в глаза. Ему было некомфортно в присутствии этого незнакомца, который определенно не был Всемогущим и был так непохож на Яги Тошинори.       Опустившись на кресло у стола, он развернул его к окну, чтобы было удобнее смотреть. Сегодня был один из тех тихих вечеров, когда он уже исчерпал свой дневной лимит использования силы и потому мог (а точнее вынужден был) отключить все телефоны и контакты и просто сидеть в тишине. В последнее время они выпадали все чаще и сердце Тошинори сжималось в отчаянии.       Легкое тепло коснулось его волос и он увидел в отражении рядом с собой знакомый силуэт своей наставницы. Улыбка тронула его губы и он почувствовал, как расслабляются его мышцы.       Подобное явление было редким, но после ранения иногда происходило с ним. Честно признаться, Тошинори до сих пор не был до конца уверен в том, было ли это сном или же галлюцинацией, вызванной сильными обезболивающими, которые он был вынужден временами принимать. Но ему было все равно. Даже если все это было ловушкой, подстроенной злодеем, он с радостью попадал в нее снова и снова.       Мастер никогда ничего не говорила ему, а он не говорил ничего ей. Он даже не оглядывался и не шевелился. Он боялся, что, сделав это, развеет иллюзию. А ему этого не хотелось. Поэтому он просто позволял невесомому теплу скользить в своих волосах вслед за рукой наставницы.       Тошинори знал, что утром проснется в этом самом кресле в качестве еще одного аргумента в пользу теории о том, что это просто часть его сна. По этой причине он некоторое время назад заменил свое старое кресло на нечто более удобное, в чем действительно можно спать.       Он никому не рассказывал об этих видениях. Хотя, возможно, если это было диверсией со стороны злодеев, и следовало. Но он не хотел. Это было его секретом. Что-то, что не позволяло ему полностью сломаться и развалиться на кусочки.

***

      Стук в дверь заставил Тошинори поморщиться, вырывая из комфортного и умиротворяющего транса. Он заметил, как его наставница обернулась к двери и исчезла несколько мгновений спустя, тепло, витавшее в волосах героя, исчезло вместе с ней.       Со вздохом Тошинори включил настольную лампу, поднялся на ноги и подошел к двери, отпирая ее. На пороге стоял Ночноглаз.       - Мирай? – чуть приподнял бровь Тошинори – Чем обязан такому позднему визиту?       Ночноглаз вошел в кабинет, озадаченно осматривая почти полностью погруженную во мрак комнату. Он раньше не замечал за героем номер один привычки сидеть в темноте, когда они работали вместе. Но так или иначе, а он пришел сюда не для того, чтобы праздно чесать языками с коллегой.       - Я нашел его, – заявил Мирай.       - Кого? – озадаченно переспросил Тошинори.       Яги поморгал, с сожалением прогоняя сонливую расслабленность, в которую он погрузился некоторое время назад. Он попытался сосредоточиться и вспомнить, о ком мог говорить Мирай. Но вроде как их агентства в последнее время не вели никаких совместных расследований или же поисковых операций, поэтому он решил, что проще и эффективнее потребовать объяснений, чем пытаться разобраться самому.       - Идеального кандидата на роль следующего Всемогущего, – объявил Ночноглаз.       О… Речь шла про «Один за всех»… Тошинори вздохнул. На самом деле он не просил ничьей помощи по части поиска преемника. В конце концов найти его – это его обязанность. Вот только Мирай считал, что поскольку он вечно занят своими обязанностями Символа мира, то ему не до поиска преемника. И потому подписался на этот проект добровольным помощником.       Да, отчасти Тошинори готов был признать тот факт, что он действительно мало делал для того, чтобы найти подходящего человека, чтобы впоследствии передать тому «Один за всех». В конце концов, он даже не включал телевизор, когда по нему транслировали спортивный фестиваль Юэй. А уж о том, чтобы куда-то ходить, с кем-то общаться, проводить поиски, вообще речи не шло. Он был слишком погружен в свои геройские обязанности и проблему утекающего времени.       Ночноглаз тем временем вытащил из дипломата, который имел при себе, папку, протянув ее Тошинори. Яги автоматически открыл ее. В конце концов, тот факт, что он прочитает это, не означает, что он выберет этого человека. На приложенной к делу фотографии был светловолосый подросток с голубыми глазами, на котором была форма Юэй. Если верить документам, того звали Мирио Тогата, а его причуда называлась «Проникновение».       - Он первокурсник с геройского факультета, – заговорил Мирай, заметив, что Всемогущий закончил читать. – Его внешние и внутренние качества делают его идеальным кандидатом на роль следующего Всемогущего. Сейчас он немного неуклюж в работе со своей причудой, но я это исправлю. Как и все остальные проблемы, если таковые возникнут. Думаю, самое большее через год он будет полностью готов к тому, чтобы взять на себя твою роль.       Между бровей Тошинори залегла складка, что-то в словах бывшего напарника вызвало у него ощущение острого дискомфорта. Нет, он в общем-то не возражал против того, что Мирай принес ему данные на конкретного человека, о котором он мог бы при желании прицельно подумать. Это было что-то иное.       Наконец его осенило, что именно вызвало это ощущение неправильности. Мирай говорил об исправлении. Это создавало впечатление того, что что-то в этом начинающем герое, о котором Тошинори не знал ровным счетом ничего, считалось неправильным. Видимо все то, что на данный момент отличало его от Всемогущего. Герой со вздохом отложил бумаги.       - Я подумаю, – произнес он. – Но я не исключаю того, что за это время я найду того, кто понравится мне больше и кого я захочу сделать следующим носителем «Одного за всех».       Ночноглаз повел плечами и, попрощавшись, покинул кабинет. Тошинори снова сел у окна, на этот раз глядя на оставшиеся у него бумаги. Он пытался представить себе того человека, который был скрыт за сухими биографическими фактами из его досье. Мягкое тепло снова коснулось его волос и он улыбнулся.       - Не всегда нужно знать много. Иногда достаточно одного сказанного слова, одного поступка, чтобы понять, что ты нашел его, – тихий голос наставницы прозвучал подобно иллюзии. – Просто ищи и однажды найдешь.       Тошинори улыбнулся сквозь подступающий сон, бумаги выскользнули из его пальцев и упали на пол, голова склонилась на грудь. Утром он снова проснется в этом кресле, так и не узнав о том, действительно ли он слышал голос Наны или же ему все приснилось.

***

      Боль скрутила его тело, когда он возвращался к себе после того, как разрешил очередной злодейский инцидент в одном из районов Японии. Она была настолько сильной, что Тошинори был вынужден приземлиться в переулке и отпустить свою геройскую форму.       Его рука сжала ноющий шрам, а другой он потянулся к своему поясу, к которому у него была прикреплена сумка с аптечкой. После того, как он более-менее восстановился от ранения, он всегда носил ее с собой. Все же подобные приступы боли могли застать его в любое время и в любом месте.       Тошинори с досадой обнаружил, что нужное ему лекарство закончилось, а приступ и не думал сбавлять обороты. Должно быть погода должна была испортиться в ближайшее время. Все же ненастье нередко было еще одной причиной, которая провоцировала болезненные ощущения наравне с ударами злодеев или длительным поддержанием геройской формы.       Кровь подкатила к его горлу и он закашлялся. Неожиданно рядом раздался незнакомый мальчишеский голос.       - Сэр? Сэр, вы в порядке? Мне… Мне вызвать скорую? – спросил ребенок.       Тошинори прокашлялся и поднял взгляд на говорившего. Это был подросток, одетый в школьную форму. В его больших зеленых глазах, чуть покрасневших от явно недавно пролитых слез, было беспокойство.       - Я… Я в порядке, мальчик мой, не волнуйся, – Тошинори слабо улыбнулся ребенку. – В последние годы это стало для меня нормой, поэтому не нужно вызывать скорую. Но может быть ты подскажешь, где находится ближайшая аптека? Я сам не местный и, как я только что выяснил, я был неосторожен и не заметил, что у меня кончилось мое лекарство, которое я принимаю, когда случаются такие приступы.       - Да, конечно, – мальчик улыбнулся ему. – Давайте я вас провожу. Здесь недалеко.       Тошинори кивнул и сделал несколько нетвердых шагов следом за мальчиком. Еще одна вспышка боли пронзила его многострадальные внутренности и он оперся рукой о стену, закусив губу. Парнишка заметил его состояние и моментально вернулся. Он поднырнул под его руку и поддержал Тошинори.       - Обопритесь на меня, сэр. Я помогу вам дойти, – он чуть обеспокоенно нахмурил брови. – И может быть мне все же вызвать скорую? Если вы не местный, то вероятнее всего ваш дом находится далеко отсюда. Вы сможете добраться туда в таком состоянии?       Тошинори слабо улыбнулся, опираясь на мальчика.       - Не волнуйся, – сказал он. – Такие приступы обычно не длятся дольше пары часов. Так что я смогу вернуться в Токио, – он издал горький смешок. – И я не думаю, что скорая чем-то поможет мне. Врачи уже пытались и это лучшее, чего удалось добиться за несколько лет.       Мальчик кивнул и они медленно пошли вдоль проспекта. Тошинори заметил, что в уголках его глаз скапливаются слезы, а сквозь сжатые зубы в какой-то момент прорвалось сдавленное болезненное шипение, когда рука мужчины чуть сместилась на его плече.       - Ты в порядке? – теперь уже в голосе самого Тошинори проскользнули нотки тревоги.       - Все… Все хорошо, правда, – мальчик лучезарно улыбнулся. – Не волнуйтесь, мы почти пришли.       Тошинори промолчал, но его собственная тревога уменьшилась не сильно. Он очень хорошо знал эту улыбку, улыбку, которая не достигает глаз человека, на лице которого появляется. Всего лишь маска, призванная скрыть боль.       Тем временем они подошли к аптеке и мальчик помог ему войти внутрь. Еще не заметившая входившего Тошинори провизор заявила.       - Для тебя здесь ничего нет, так что исчезни с глаз моих. Мы обслуживаем только нормальных клиентов, – процедила она. – А на тебя никаких лекарств не хватит. Больше мы не будем тратить товар впустую.       Тошинори чуть нахмурился, когда услышал слова продавщицы. Подобное отношение и тон вызвали из самых глубин его памяти давно скрытые там воспоминания.       - Я знаю, – тихо произнес мальчик. – Но ему стало плохо и ему нужно лекарство.       Внимание провизора переключилось на Тошинори и ее отношение изменилось моментально. Она улыбнулась, когда он подошел к прилавку. Сам мальчик, как он заметил, на мгновение бросил взгляд на витрину со средствами от ожогов и вышел за дверь.       - Извините, он просто постоянно ошивается по аптекам и потому приходится лишний раз проучить его. Потому что где это видано, чтобы кому-то каждый день нужны были лекарства. Ясно, что он использует их не по назначению, – произнесла она. – Так, чем могу быть полезна?       Тошинори сдержал свои эмоции, надев на лицо маску вежливости, и протянул провизору рецепт обезболивающего. Потом он, вернувшись к себе, свяжется с местной полицией и разберется, почему этот мальчик постоянно покупает лекарства. Если здесь имеет место насилие в семье, болезнь или что-то подобное, об этом следовало бы позаботиться.       - У вас найдется это лекарство? – спросил он.       Женщина пробила хитрое название по базе данных и скрылась во внутренней части аптеки. Пару минут спустя она вернулась с упаковкой.       - Что-нибудь еще для вас, сэр?       Тошинори на мгновение заколебался, но в итоге решил проверить свои предположения и интуицию. В крайнем случае, если он не угадал, то это лекарство и ему самому не будет лишним.       - Да, еще мазь от ожогов, пожалуйста, – сказал он.       Провизор кивнула и принесла нужный товар. Расплатившись, Тошинори вышел из аптеки, на всякий случай запоминая ее название и адрес. А также имя сотрудницы, которое было указано на ее бейдже. Чем больше информации у него будет, тем лучше.       К его радости, мальчик ждал его у аптеки. Все же Тошинори опасался, что тот уйдет. В конце концов, у того не было причин дожидаться его возвращения.       - Вам удалось купить ваше лекарство? – спросил мальчик.       - Да, все хорошо, – Тошинори улыбнулся. – Теперь только куплю бутылку воды и смогу наконец выпить его.       Мальчик кивнул, сняв рюкзак. Пока тот в нем копался, Тошинори заметил книги и тетради, которые имели на себе следы воздействия огня. Меньше, чем через минуту подросток вытащил из сумки бутылку с водой и с некоторой настороженностью отпил немного. Проверив содержимое, он протянул ему бутылку.       - Можете взять это, – произнес он. – Тогда вам не нужно будет терпеть до того момента, как вы сможете дойти до магазина.       Тошинори с легкой улыбкой взял предложенную бутылку. Ему действительно было нехорошо и он мечтал о том, чтобы поскорее наконец принять это чертово лекарство. Запив таблетки, он вернул бутылку мальчику.       - Спасибо, – произнес он.       Мальчик улыбнулся и закинул на плечи свой рюкзак. В этот момент на землю начали падать первые капли. Как Тошинори и думал, погода испортилась. Уже буквально через минуту ливень достиг такой небывалой мощи, что оказавшиеся на улице герой и мальчик рисковали промокнуть до нитки.       Тошинори осмотрелся вокруг, но не заметил поблизости ни одного кафе, где он мог бы переждать бурю. Все же для него было не лучшей идеей застудить свою старую рану, а в такой ливень он едва ли смог бы точно сориентироваться в процессе прыжка, чтобы добраться до своего агентства.       В этот момент его раздумья прервало прикосновение мальчика. Тот привлек к себе его внимание.       - Я живу в паре минут отсюда, – произнес он. – Можете переждать ливень у меня. Заодно ваше лекарство подействует.       Тошинори на мгновение задумался, но все же кивнул, позволяя мальчику вести его сквозь бурю.