Отрывок XIV. 6 февраля 2024 года

       6 февраля 2024 года.        Вторник.        Первый и, уверена, единственный.        [Аккуратный, одновременно торопливый почерк, принадлежащий Скай. Местами едва разборчивый, бурлящий, точно тревожная волна океана; местами изящный, женственный, красивый. Виднеются слова, перечеркнутые настолько много раз, что не разобрать их значения. Скачут разводы слез, разъедая написанное; некоторые места обведены неровными прямоугольниками и овалами. Похоже, Скай старалась закончить запись как можно быстрее, но при том вложить в неë все, что только могла].        6 февраля... Сегодня действительно наступило 6 февраля! День, ожидать которого нам пришлось... я уже сбилась со счета.        А правда... сколько прошло времени?        Иногда мне вспоминаются моменты, проведенные наедине с Гончиком – эти наши душевные разговоры, дословно записанные в дневнике, истории о прошлом и обещания. Когда мы, спрятавшись на площадке среди сугробов, несколько часов любовались засыпающим городом или звездами. Вспоминаются его доверчивые глаза, пылающие решительностью, готовностью спасти меня.        И тогда кажется, прошло бесконечно много времени. Не несколько месяцев, как скорее всего и есть, а несколько сотен лет. Словно нас разделяют тысячи километров, словно мы оказались в разных вселенных, не имея шанса встретиться друг с другом.        Иногда вспоминается все, сделанное нами в период отсутствия Гончика.        Он просыпался раньше нас и бесследно исчезал, не оставив ни строчки, ни намека на свое присутствие, ни даже запаха: тот испарился, словно Гончика никогда и не существовало.        Стоит это представить, мне становится страшно – действительно очень страшно. Мир без Гончика кажется пустой и бессмысленной фальшивкой. Потому я верю! Он обязательно жив и продолжает помнить нас, где бы сейчас ни был.        С последнего раза я не записала ни строчки, хотя каждый день проверяла, не оставил ли Гончик чего в дневнике. Не оставил. Ни слова, ни буквы, ни пятнышка.        И тогда время, проведенное без него, растягивается сильнее, намного сильнее, превращая "сотни" лет в тысячи.        А когда вспоминаю о сделанном нами, это все превращается в... несколько дней. Словно только вчера уехал Райдер, а все остальное мне просто приснилось. Настолько мало мы успели и смогли.        Я подробно рассказала щенкам свою несчастную, изъеденную до невозможности историю; даже, возможно, намного подробнее, чем Гончику (и это мне кажется ужасно несправедливым).        Не знаю, смогли ли они меня полностью простить. Думаю, нет. И не смогут никогда, я понимаю. Но мы много говорили. Щенки рассказали свои истории, и мне стало намного легче. Даже если они не до конца приняли меня, но, по крайней мере, я сама немного смирилась со своей судьбой.        Отставить бессмысленную болтовню! [Сверху приписано карандашом] (Это должно было прозвучать пафосно, но получилось довольно глупо).        Перейду к делу!        Мы не собирались сложить лапки и молча наблюдать за происходящим!        Мы пытались разузнать больше о перемещениях во времени. Это должно иметь объяснение – решили мы. Искали информацию в Интернете – ненадёжный, конечно, источник, но лучше, чем ничего – научные книги, легенды, даже сказки. Или просто пытались сделать хоть что-нибудь, но не чувствовать свою бесполезность, пока Гончик отдувается за всех. Вот и искали, перебирали, думали...        Маршалл взялся проверить, есть ли в Бухте Приключений еще кто-нибудь, замечающий временные петли.        Зума отправился колесить Интернет. Создавал форумы, рассказывал о наших перемещениях и спрашивал людей, не замечает ли кто похожего?        Рокки пытался дать объявление происходящему с научной точки зрения, а Крепыш с более мистической.        А я... наверное, сделала меньше всего. Перечитывала дневник, пыталась связаться с Агентом-023, который исчез вместе с Гончиком (не удивлюсь если они действовали вместе), пыталась выйти на связь с Организацией, но получала лишь неопределённые ответы. Несколько раз отправлялась к ней самой, но меня... не впускали. Карточка доступа не работала, просьбы впустить не помогали. Словно вычеркнули из списка и игнорировали. Номеров же других агентов у меня нет, – попросить впустить и объясниться некого.        В общей сложности получилось добыть такую информацию:        — В Бухте Приключений, включая фермы и рядом лежащие деревни, горные кемпинги и лесные домики, больше никто не замечает временных перемещений.        Я проверил абсолютно каждого человека и больше половины животных! Сначала поверхностно, потом напрямую. Если не знают ничего, в любом случае на следующий день все забудут.        Это написал я – Маршалл.        — С пользователями Интернета такая же ситуация.        Информация не полностью проверенная, но я создавал посты в разных соцсетях и на разных языках. Была парочка шутников, но на следующий день они не помнили нашей переписки.        [Ниже подпись Зумы].        — С мистической стороны все вполне объяснялось (точнее, смогли найти много историй с похожей ситуацией, но заметно выдуманных и ничем не подтверждённых).        — С научной же точки зрения или близкой к ней... все довольно сложно, но Рокки отыскал одну интересную теорию.        [Далее почерк заметно изменяется и принадлежит другому щенку].        Квантовое бессмертие. Гипотеза о том, что для человека при смерти (в нашем случае для щенка) Вселенная разделяется надвое/на несколько частей – в одной он погибает, но остаётся жив в другой, где причины смерти не случилось.        Описывая свою первую смерть, Гончик написал:        «Мне не позволили жить!        Но почему... в чем же я провинился!? Единственной моей целью являлось спасти чужую жизнь! Я ничего не брал для себя, все оставлял другим! Так за что!? Почему это оказался я!?».        Возможно, желание жить оказалось настолько сильно, что Гончик неосознанно разделил Вселенную и перенес себя вместе с нами (и дневник, соответственно) в другую, где пятое февраля еще не случилось.        Воспоминания у нас сохранились, но жители города ничего не замечают, ибо для них смерть Гончика еще не произошла.        [Почерк Скай].        Несколько раз перечитав это, я спросила: «Получается, существует больше сотни вселенных, где Гончик умер?».        «Страшнее, — ответил тогда Рокки. — Сотни вселенных, в которых Гончик умер, а мы пропали без вести. Представь: в каждом таком мире Райдер возвращается домой и обнаруживает такую картину – убитого Гончика и абсолютно пустую базу, ибо нас перенесло в другую вселенную. Конечно, это только в теории. Возможны тысячи разных исходов».        [Почерк Рокки]. Но я рассказал это немного по-другому, хотя смысл один.        [Почерк Скай]. Но я не умею запоминать все дословно как Гончик!        [Почерк Рокки]. И правда, эта его способность таинственней всего.        [Почерк Крепыша]. Что если Гончик – внебрачный сын Бога? Просто не знает об этом.        [Почерк Зумы]. Тогда я – пришелец с планеты сектантов Ируся. А если серьёзно, хватит переписываться в дневнике. Скай, ты написала, как мы пытались связаться с Райдером?        И правда...        Загадка: Агент-023, о существовании которого Гончик даже не догадывался, тоже переместился во времени/во вселенной, но только в первые несколько дней. После же он не замечал дальнейших скачков, и мне приходилось рассказывать о событиях дальнейших "дней". Но при том Райдер, первый и единственный для Гончика человек, не заметил ни единого перемещения. Как это объяснить?        [Почерк Рокки]. Тоже раздумывал над этим. Вот несколько соображений:        1) Гончик неосознанно перемещает всех, находящихся в определённом радиусе рядом с ним.        Теория сказу отпадает: Агент-023 всегда находился поблизости от Скай, а вот мы, бывало, вечера проводили в городе или вообще в горах Джейка. Будь радиус таким большим, почему больше никого в городе перемещение не затронуло?        2) Гончик думает перед смертью именно о нас и забирает с собой.        Это объясняет, почему Агент-023 перемещался с нами, а потом перестал. Гончик думал о своем убийце. Но тогда неужели совсем ничего не вспомнил про Райдера? Ни разу?        3) Выбор Гончика происходит далеко не неосознанно.        4) Каждый описанный фактор имеет значение.        Что именно происходит, мы уже никогда не разберемся. Маловероятно, что Гончик сам понимает, как именно это происходит и от чего зависит.       [Почерк Крепыша] Теперь моя теория звучит куда более вероятной, да?        Являлся Гончик полубожеством, дьяволом или другой непонятной чертовщиной – не думаю, что сейчас имеет значение.        Как написал Зума, мы действительно пытались связаться с Райдером. Произошло это спонтанно, не запланировано – просто кто-то предложил: «Почему нам не попросить Райдера вернуться пораньше?».        Сначала пытались просто позвонить, разузнать, замечает ли он перемещения. Как оказалось, нет. И это усложняло дело.        Не могли же просто объяснить: вот я – секретный агент Правительства, и каждый день убиваю Гончика, но он возвращается время назад! Живучий, как тараканы в студенческих общежитиях! Приезжай и помоги во всем разобраться. А то Гончик что-то задумал и исчез.        С другой стороны... мог ли Райдер вообще чем-либо помочь? Сомневаюсь.        Каждый раз, стоило нам позвонить, сеть по неизвестным причинам пропадала и появлялась только ближе к вечеру. Будто что-то глушило сигнал изначально (или родной дом Райдера находится в такой глуши, что с ним невозможно связаться).        Потому приехать пораньше Райдеру все равно не получалось.        Несколько дней мы пытались объяснить происходящее, но ничем хорошим это не заканчивалось:        Четыре раза наши рассказы посчитали шуткой.        Шесть раз серьёзно тревожили Райдера. Он до последних минут перед очередным перемещением возвращался домой в полном ужасе, не понимая, что не сможет даже увидеться с нами.        И один раз мы настолько переборщили, что произошла авария... Райдер не уследил за дорогой. Никогда не забуду этот скрежет врезающейся машины и короткие гудки...        Мы решили взяться за другую стратегию: поехать навстречу Райдеру.        Идею эту предложил Маршалл, и она показалась такой простой, что непонятно, почему мы не додумались раньше!        Правда... все оказалось куда сложнее.        Впервые мы попробовали... уже очень давно. Рокки говорит, примерно месяца два назад.        Рассчитали время и с трясущимися лапами запрыгнули по машинам. Никто не решался первым завести двигатель. Наше дыхание перехватило только от мысли встретиться с Райдером! Мы не виделись столько времени, что слезы наворачивались на глаза!        «И чего стоим?» — спросил Маршалл, но сам грустно хмыкнул.        Почти одновременно завелись моторы, и мы отправились в путь. Сейчас удивляюсь, как только аварию не устроили! Ладно, я на вертолете, пространства много, но другим приходилось контролировать себя, чтобы не врезаться друг в друга. Потому что лапы наши дрожали.        Не помню, как проехали город. Не помню, махали ли нам прохожие, провожали ли они любопытными взглядами. Встречать Райдера мы отправились без мигалок, но, вероятно, и без них привлекли достаточно внимания.        Помню только, вдруг оказались за городом. Поднимался снегопад, и сугробы заволакивало мелькающим туманом. Мы оказались в стремительно темнеющей мгле и остановились на парковке придорожной забегаловки, достаточно большой, чтобы вместить вертолёт и служебные машины. Неотрывно следили за дорогой, и когда впереди показался снегоход, спрыгнули с сидений и, заваленные снегом, побежали навстречу Райдеру, больше похожему на снеговика. Но никакая "маскировка" не помешала бы нам узнать своего человека!        Снегоход остановился.        Райдер сначала даже не понял, как мы оказались за пределами городами. А мы никак не могли объяснить! Выкрикивали его имя, наперебой что-то говорили и случайно опрокинули его в сугроб. Нас охватила такая радость, что мы не могли ничего поделать!        Пришлось остановиться в забегаловке (называлась она, кажется, "Угости Володю" и выглядела как самая обыкновенная закусочная: скудное меню, потрепанный интерьер и затухающая серая обстановка. Хотя тогда это место казалось настоящим раем) и, немного успокоившись, мы рассказали, что приехали встретить.        «А где Гончик?» — спросил Райдер.        Нас словно парализовало.        «Он немного простудился,» — начала было я, фальшиво и несвязно. Думать приходилось быстро.        «Ничего серьёзного, — добавил Маршалл. — Ему уже намного лучше! Обычная простуда, обычнее не бывает!».        «Самая обычная из всех обычных,» — улыбнулся Зума.        Мы явно переигрывали.        «Давай вернёмся домой!» — сказал тогда Маршалл.        И мы продолжали толпиться перед Райдером, пытаясь привлечь внимание, рассказывали всякую ерунду, понимая: домой нам не вернуться. Еще каких-то несколько минут, и этот мир исчезнет, возвратившись в утро пятого февраля.        Тогда даже проскочила эгоистичная мысль: «Вот бы остаться в этой вселенной, остаться вместе с Райдером», но я сразу прогнала этот бред.        Без Гончика эта радость неполная! Мы должны встретить нашего лидера все вместе!        Проснувшись на следующий день, мы проделали эту операцию повторно. И после еще несколько раз. Встречали Райдера и пылали счастьем, стоило только увидеть снегоход, но потом...        Почувствовали такое опустошение!        Каждый день видеть нашего командира и понимать: он ничего не помнит о вчерашнем дне, завтра не вспомнит и этот, и наши прошлые встречи, такие важные для нас, для него даже не существуют. Это намного хуже, чем просто говорить по телефону.        Но главная причина находилась в вопросе, который Райдер постоянно задавал, стоило ему увидеть нас: «А где Гончик?».        Наши объяснения не менялись. «Заболел,» — говорили мы. Но это только больше тревожило Райдера.        «Обычная простуда? — наверняка думалось ему. — Тогда Гончик не остался бы дома, вопреки всему поехал бы со всеми. Значит, что-то случилось. Не могло не случиться».        Райдер, пятое февраля для которого было первым и единственным, не понимал, насколько важны для нас встречи с ним. Он беспокоился о Гончике, своем первом щенке, и смотрел на нас словно через дымку. И это отравляло наши сердца.        Единогласно мы решили... больше не встречать Райдера. А если и встретим, то только вместе с Гончиком!        Чего... Не случилось.        Итак! Спустя столько времени наступило 6 февраля! Как же это случилось?        Хотелось бы описать последний день, но рассказывать особо нечего. День мало чем отличался от любого другого понедельника 5 февраля.        Не считая того, что мы сварили огромный котелок борща перед мэрией! – это написал Крепыш.        Разве это борщ? Я думал, мы готовили компот.        [Подпись Зумы].        Соленый компот? Из картошки, свеклы и морковки? Это не показалось странным? – Крепыш.        Мало ли разных компотов... – Зума.        Действительно, в последнее время помимо исследований мы занимались такой вот ерундой. Постоянные передвижения во времени создавали нам неограниченное свободное время – миссий не наблюдалось, поиск информации остановился в тупике, а чем помочь Гончику мы не понимали. Вот и дурачились иногда, на следующий день ведь все исчезало. Что ж... Бухта Приключений, теперь на нашем заднем дворе котел борща. Придётся устроить благотворительную акцию.        Впервые будем раздавать борщ! – Крепыш.        Да, именно так...        [Записи обрываются и продолжаются на другой странице].        Последний день... мы заподозрили неладное, увидев снегоход, остановившийся перед мэрией. И тогда поняли: перемещения не случилось и уже не случится.        Конечно, скачки происходили не в определенное время! Оно варьировалось, наступало раньше обычного или немного задерживалось. Вот именно – немного! Иногда перемещения случались в обед, иногда вообще через час после пробуждения, но никогда не задерживались больше чем на десять минут. Мы сами проверили – засекали и записывали на последнем листе дневника – даже сейчас остались те записи!        Маршалл спросил у появившегося Райдера время. Оказалось на полчаса больше, чем необходимо для перемещения.        И тогда... мы все поняли.        Пятого февраля больше не случится. Не случится! Больше никогда не случится!        Случайные прохожие, привлечённые ароматом борща, стали свидетелями нашего непонятного некому неописуемого счастья.        «Получается, Гончик справился? — тихо спросил Крепыш, и мы переглянулись. — Значит, он вернется?».        Нам всем хотелось надеяться на это, верить и кричать, но в глубине души мы понимали... это невозможно.        Сохранить все невозможно.        И, отправляясь на неизвестную миссию, Гончик прекрасно понимал это. В своих последних записях он написал:        «Придется жертвовать».        Никто не решился сказать этого вслух, но каждый подумал: Гончик, он... умер.        Иначе почему наступило 6 февраля? Другого ответа не находилось.        Конечно, ранее я написала: «Он обязательно жив и продолжает помнить нас, где бы сейчас ни был».        Но этим только пыталась успокоить себя...        Рассказать произошедшее Райдеру мы не решились. И исчезновение Гончика никак не объяснили, просто не смогли ничего придумать! Сейчас я собираюсь отнести этот дневник и показать Райдеру. Он заслуживает знать правду. Даже если это заставит его навсегда возненавидеть меня.        Это чудовищно, Скай.        Но Гончику бы не хотелось, чтобы я ненавидел тебя.        Единственный, кто виноват в случившемся – я, ведь ничем не смог помочь и даже ни о чем не догадывался.        Я просто не могу тебя ненавидеть.        Райдер вернул дневник, а в ней появилась эта надпись... Как несправедливо! Вы имеете право заслуженно возненавидеть меня, обвинять и прогнать, но вместо этого... пытаетесь принять меня и перекладываете вину на себя!        Какие же вы дураки! Дураки, дураки, дураки!        Но, возможно, именно поэтому мне всегда так сильно хотелось остаться с вами...