Глава 39 - Нормальная кровать

      Чувак уже давно не видел сны. Не сказать, что это было чем-то плохим — ему иногда приходилось просыпаться от ужасных кошмаров еще в далеком прошлом, задолго до своей смерти, так что секундная пустота во время сна ощущалось как настоящее спасение. Но вставать не хотелось. Чувак ворочался с бока на бок и постоянно обнимал одеяло, то открывая глаза, то закрывая их под предлогом того, что ему еще надо поспать. Так продолжалось, наверное, еще с полу час, пока ему не посчастливилось увидеть потолок, потом стены, а затем и дорогую кровать из темного дерева.              — Какого… Где я? — сначала он даже не поверил, что проснулся в том же самом месте, ведь по сравнению с тем пошарпанным отелем, комнатка, в которой он сейчас находился, спокойно претендовала на люкс. Дорогой бархатный ковер; целые стены, покрытые узористыми обоями, хорошо сочетались с темной древесиной на полу. Да и мебели добавилось. Комод с зеркалом, несколько горшков с цветами, придающие комнате приятный запах ванили. — Охренеть… Волшебники, блин.              Чувак прошел рядом с небольшим растением, выглядевшим так, словно то на обед обгладывает человеческие кости. Как маленький щенок оно виляло побегами и раскрывало глотку, выпрашивая угощение. Наш герой мотнул головой, огорчив растение. Пройдя дальше, открыв дверь, Чувак наконец заприметил душ. Его одежда, да и он сам, были покрыты кровью. А, кровать тоже была испачкана, так что где-то Чуваку придется выкроить день стирки. Однако сейчас он лишь почесал затылок, стянул с себя всю одежду и завалился в душ, а как вышел, то натянул розовые, с уткой, трусы и белую безрукавку. Он считал, что уже можно выходить. Волосы все еще были мокрые, так что любой ветерочек выводил Чувака из себя.              — Все починили, а вот сквозняк, сука, убрать не смогли… — Чувак спустился, размашистым шагом оказался на винтажной лестнице, с которой легко можно было осмотреть чуть ли не весь первый этаж отеля, кроме коридоров, которые уходят куда-то за угол. — Интересно.              По крайне мере Чувак видел новое лицо. Даже несколько. Самым ярким и заметным из них был, что неудивительно, улыбающийся демон, держащий в руке трость, набалдашник которого напоминал и, может быть, имитировал микрофон. Демонюга о чем-то разговаривал с владетельницей отеля. Пусть Чувак и не слышал все так хорошо, до него доносились странные звуки, словно из старого радио. Другой был… кот с крыльями. Чувак хлопнул глазами, потому что это выглядело весьма странно. Хотя понятие странного в АДУ до сих пор не имеет должной границы. А с этим котом мило болтал Энджел, хотя, правильней сказать, пытался издеваться, дабы насытить свое собственное эго. Но котяра держался молодцом и на многие шутки Энджела отвечал с должной силой, стараясь послать паука куда подальше.              — Ой, да ладно тебе, давай прогуляемся, — говорил Энджел, проводя пальцем по бокалу с коктейлем. — Я знаю много интересных мест, тебе понравится. Может пройдемся по барам, попробуем… чего-то интересного, — несмотря на то, что попытки соблазнения Энджела не работали на котяру, паук не сдавался и продолжал напирать с еще большей силой.              — Могу пройтись по твоему лицу, если так хочешь куда-то меня сводить, — огрызнулся кот, потряхивая шейкер, чтобы сболтать напитки. Он делал это не для Энджела, а для себя, ведь каждый коктейль выпивал сам, но когда Энджел просил, то мог и поделиться. Все-таки с Энджелом было легче разговаривать, когда он напьется, или напьетесь вы оба. По крайне мере, когда Энджел пил, поток слов из его рта немного замедлялся, позволяя добиться хоть минуты тишины.              — Хм? — кот поднял взгляд на лестницу. — Я знал, что здесь есть еще один постоялец, но чтобы такой кадр? Пф… Ты тут не самый ебнутый, Энджел, — голос кота был грубым, чуть деревенским и медленным.              — Че? — паук наклонился туловищем и головой, чтобы взглянуть на лестницу. — А, этот хер, — голос Энджела тут же ожесточился, огрубел. Казалось, что от того игривого паука, прикрывающегося щитом порнозвезды, ничего не осталось. Даже взгляд Энджела изменился — стал острым, полным злости и неприязни. Иногда поглядывая в сторону идущего в их сторону Чувака, Энджел все отклонялся в сторону, чтобы даже не повернуться к нему.              Котяра подметил такое изменение настроения. Энджел, демон, который пытался держать лицо даже перед Владыкой, с такой неприязнью относится к кому-то другому.              — Давно знакомы?              Энджел лишь поднял взгляд:              — Больше, чем хотелось бы, — и вновь вернулся к напитку, который ему подал кот.              Вопросов не последовало. Слишком уж сильно Энджел изменился за эти пару минут, как только заметил незнакомому бармену постояльца. Выглядел он странно, это если еще не брать во внимание одежку, в которой Чувак вышел. Не любил котяра судить книгу по обложке, но в таком месте, где собралось достаточно идиотов, наш герой никому из них не уступал — выглядел тупо и достаточно безумно с взъерошенными после душа волосами.              — А я-то думал, мы здесь исправляемся, а не бухаем во всю, — Чувак махнул рукой, чтобы поприветствовать Энджела, но пауку пришлось бросить на Чувака злобный взгляд. — Ну и ладно, — пожал он плечами, опираясь руками о стойку и усаживаясь за стул.              — С добрым утром, спящая красавица, — потирая бокал ответил котяра, — чего будешь?              — Пиво, — махнул Чувак на желтый напиток с интересным названием «Адская гончая», — и с фига ли я спящая красавица?              — Мне сказали, что ты уже третий день спишь, — объяснил котяра, вызывая на лице Чувака гримасу, сравнимую с разочарованием. — Меня Хаск зовут, кстати.              — Чувак, — на секунду наш герой оставил Хаска в недоумении, заставив наклонить голову в сторону и дернуть хвостом. — Да, это мое имя. Фамилия Постал. Круто, да?              — Да родаки у тебя приколистами были, — Хаск протянул Чуваку стеклянную кружку с пивом, бутылку выкинул куда-то под стойку и, словно дожидаясь ответа на свои слова, уставился на Чувака.              — Батя мой был приколистом. У нас… одинаковые имена. И… не знаю, может, он решил, что будет смешно назвать сына так же, как и себя. Или его родаки были приколистами, или у нас все в семьи Чуваки. Корочей, хуй его знает, — Чувак затянулся пивом, сделав пару глотков, причмокнул и глянул на Хаска. — Пиво то… хуйня, — но допил и поставил кружку обратно.              — Пей, что дают, или вообще не пей — все просто, — пожал плечами Хаск, забирая кружку. — Все равно я не хотел здесь работать.              — А, да, какого хрена ты тут делаешь? — Чувак наконец задался вопросом, почему в его отсутствие появилось несколько новых лиц. — Пока я спал, понабралось еще дебилов, которые хотят исправиться? — сказал он это с усмешкой, словно издеваясь над Хаском.              Хаск уперся руками в стол, навис над Чуваком, расправил крупные крылья, которые удивительным образом прятались за его не особо большим силуэтом. Улыбка разлетелась по его лицу, острые зубы хищно вытянулись и, впиваясь в десна, пускали кровь.              — Нет, — ответил тот, — Я здесь из-за того улыбающегося хрена, — и ткнул пальцем в сторону демона в красном костюме. — А тебе то какая разница? Ищешь, кто хотел бы вместе с тобой измениться к лучшему? Прости, в такую хрень не верю.              — О… а это… уважаемо, — Чувак глотнул пиво, поднял взгляд, и маленькие красные точки где-то в глубине его зрачка, спрятавшись, заставили шерсть Хаска встать дыбом, а зрачки заостриться. Его кошачья натура показалась самым натуральным образом: он запрыгнул на стойку позади себя, встал на четвереньки и зашипел, как настоящий испуганный кот. — Ты чего делаешь?              Чувак усмехнулся, повернулся и поставил пустую кружку перед котом. Указал ладонью, а после глянул на Энджела. Хаск ухватил кружку, налил пива и поставил перед Чуваком.              — Чего уставился? — спросил паук, хотя Чувак задержался на Энджеле лишь на пару секунд.              — Да ничего, просто думаю, — он глотнул пива. — А чего ты такой взбешенный? Неудалось отвесить еще пару тройку шуток ниже пояса? М?              — Пришел ты, вот настроение и испортилось, — паучок, казалось, пытался показать клыки. — Лучше бы поспал еще парочку дней, ничего бы не потерял. Да и никто бы не потерял.              — Воу, — Чувак усмехнулся, махнув головой в сторону Энджела. — Мальчишка, у тебя еще молоко на губах не обсохло, чтобы так со мной разговаривать. Ебальничек-то прикрой, — Чувак поставил кружку, выдохнув после последнего глотка хмельного. — Да и вообще, ты лучше бы делом занялся, а не пытался… хм-м-м-м… — Чувак почесал голову, чтобы придумать, чтобы сказать дальше и, когда к нему в голову пришла мысль, он ухмыльнулся, — …выглядеть как истосковавшийся по члену идиот.              Хаск смотрел, как Чувак буквально измывался над Энджелом без видимой на то причине. Даже в словах Чувака, казалось, не было смысла — ему просто хотелось вывести паука из себя. И, кажись, это получалось. Рукой Энджел все сильнее сжимал бокал с коктейлем, а глазами поглядывал в сторону Чувака. После последней фразы Энджел не выдержал и, махнув рукой, выплеснул все на лицо Чувака.              Повисло молчание. Лицо Чувака, покрытое алкоголем, изменилось с полностью спокойного, на разочарованное.              — Мне в бутылке, — махнул он Хаску. — Это было неплохо, но достаточно ли? Твой босс, вроде бы, не такой уж и слабохарактерный хер, так что не думаю, что он спустит тебе такое с рук, — Хаск поставил рядом с Чуваком гончую и сделал шаг назад, предвкушая что-то. — Или ты это сделал, думая, что я тебе друг?              Удивительно, но Энджел ухмылялся. Ему так понравилось разгорающееся внутри него чувство, когда он дал отпор тому, кого, может, и боялся, но не страшился так сильно, чтобы свернуться калачиком. В моменте у него даже промелькнула мысль, что так он сможет решить проблему с Валентино, но… от одной только мысли у него проходили мурашки по коже.              — Нихера ты мне не друг! — махнул парой рук Энджел. — У меня есть настоящий друг и поверь, она не поносит меня при удобном случае, а относиться ко мне нормально!              — Да просто она такое же ссыкло, как и ты. Рыбак рыбака видит из далека.              — Закрой рот! — Энджел с размаху ухватился за плечо Чувака, сжал, надеясь сделать тому больно, занес верхнюю руку, чтобы нанести удар по лицу в придачу, но, видимо, забыл, с кем имеет дело.              Чувак ухватился за бутылку пива, разбил ее, и, схватив Энджела за воротник, повалил на барную стойку, приставив к лицу острый конец разбитой бутылки.              — Так вот, твой босс будет гораздо хуже к тебе относиться в такой ситуации, чем я, потому что ты, имбецил конечный, у него на коротком поводке, и только посмеет псина хоть что-то вякнуть против хозяина, так подобные твоему боссу с нее шкуру спустят, — несмотря на несуразный вид, одежду и розовые трусы у Чувака получилось запугать Энджела. — А, хотя нет, ты же у него такой крутой порно-хер, что он тебя постоянно прощает, перед этим отлупив до потери пульса, — Чувак поставил Энджела на ноги и стряхнул пыль у него с груди. — Иди на работу.              Хаск смотрел на Энджела. Паук опустил взгляд, прикусил губы и подрагивал. Это было достаточно жестокая, но демонстративная издевка, которая оказалась удивительно действенной, и Энджел сделал шаг назад.              — Да пошел ты… — Чувак кивал в такт слов Энджела и помахивал рукой.              — Пиздуй уже отсюда, — Чувак уселся обратно за барную стойку и столкнулся со взглядом Хаска. Очень недовольным и каким-то злым взглядом. — Что?              — А ты не переборщил? — поднял он бровь, потянувшись за шейкером, чтобы сделать себе напиток. — Не думаю, что он это заслужил, тебе так не кажется?              — Нет, не кажется, — Чувак глянул на бутылку позади Хаска, виски. И почему-то ему прямо очень сильно захотелось выпить бутылочку крепкого и жгучего виски. — Эй, дайка мне бутылку… чего там… «Горячий поцелуй»? Блядь, да кто придумывает эти названия?              — Те, кто живут в АДУ уже очень давно и бутылку я тебе не дам.              — Почему?              — Да ты под ноги себе посмотри! — закричал Хаск, как угорелый, указывая ладонью на пол, полностью покрытый осколками и пивом. — На, из стакана пей!              — И это сойдет, — Чувак сделал глоток и удивился тому, как сильно у него действует алкоголь после долгой паузы. — Я опять сопьюсь, уверен.              — Не очень плохая судьба, знаешь ли…              — Хуевая, думаю… — Чувак встал, попрощался с Хаском, и спустился на парочку ступенек.              Улыбчивый демон все еще разговаривал с Чарли, хотя их разговор медленно принимал очертания весьма ожесточенного спора, ведь каждое слово Чарли становилось все громче и жестче. Маска спокойной и абсолютно доброй девушки медленно, но верно, спадала, ведь улыбчивый демон издевался мастерски, отстаивая свою иногда глупую, но жестокую точку зрения. Но вот одну фраза, которую улыбчивый демон повторял, прямо впилась в голову Чувака: «Улыбайся, улыбайся дорогуша!»              — Ах этот ублюдок, высокомерный радио-демон… Да почему Чарли его вообще впустила, он даже не собирается помогать! — ругалась Вегги.              Она сидела на бардовом диване, сделанным из дорогой кожи. Видимо, этот диван появился из-за какой-то магии, потому что, наравне со всем отелем, изменился до неузнаваемости. Мягкие ковры так и ласкали ноги, тешили разум и щекотали мозг. Свет от люстры падал на лицо Чувака и на хрустальную структуру стакана, отражаясь в радужных оттенках. Наш герой, ступая по мягкому ковру, который приглушал его шаги, подошел к дивану, подобрался к Вегги и кашлянул.              — Эй…              — Твою мать! — вскрикнула Вегги и, выругавшись на испанском, вскочила на диван, поставив одну ногу на его спинку. — Не подкрадывайся так сзади, ублюдок! — она выставил перед собой ангельское копье и ткнула им прямо в лицо Чувака.              — Эй, убери-ка эту хрень от моего лица, — Чувак уставил палец прямо в наконечник копья, и хватило лишь небольшого усилия, чтобы острие копья проткнуло его палец. — Сука, а это больно, — Чувак поднял палец и поднес к своему лицу. Рана была небольшой, но горела и щипала так сильно, что сложно было даже представить такую боль. Хотя, наверное, обычно он даже не заметил бы ее во время схватки.              — Конечно же больно, придурок, — Вегги убрала копье, схватила ладонь Чувака и поднесла к себе. — Хрен теперь заживет. Ну вот зачем лезть?              — Что, реально не заживет? — Чувак глядел на неостановимый поток крови из пальца и удивлялся, что ее может быть так много. — Но, сука, ведь только помылся и опять по локоть в крови.              — Обычно раны демонов могут зажить самостоятельно или после смерти, но я еще не встречала демона, который способен регенерировать от раны, нанесенной ангельским оружием. Можно вбить тебе гвоздик или зашить, чтобы не текло, что выберешь?              — Да ладно тебе, — Чувак расставил руки, и кровь с пальца каплями спадала на ковер, достаточно быстро скручиваясь. — Меня, вообще-то, этими ангельскими копьями протыкали, когда была чистка, и ничего! Так что не ссы.              — А? — Вегги сложила руки, в недоверии подняла бровь и усмехнулась. — Не знала, что ты настолько себя любишь.              — Так плохо себя любить? — Чувак сделал еще один глоток виски, оставив на дне совсем немного, чтобы в последнюю и самую важную секунду допить.              — Да потому что никто не выживет от ангельского копья. Так что не лезь на рожон, — Вегги тыкнула в Чувака пальцем и вновь села на диван, уставившись на Чарли, которая, вместе с улыбающимся демоном, стояла прямо под семейной картиной семьи Морнингстар — семьи Чарли.              — Ладно-ладно, успокойся, — Чувак хрипло посмеялся. — Но к чему такое беспокойство? Не думал, что я удостоюсь такой почести, как твоя доброта.              — Если с тобой что-то случиться, то Чарли будет больно. Все-таки она горой стоит за каждого из нас, — взгляд в сторону Чарли у Вегги был до ужаса теплым, наполненным любви. Чувак это заметил, пусть и не мог с точностью сказать, почему она на нее так смотрим. — И свали с дивана, у тебя с пальца кровь течет, а на майке… пиво!              — Все-все, встаю, — он поставил стакан на пол. — Кстати о Чарли. Что за хер с ней такой?              — А ты не знаешь? — Вегги удивилась. — Ты совсем недавно в АДУ, ведь так? — Чувак кивнул, а Вегги, прикрыв глаза ладонью, взглянула через пальцы на постоянно мягко и медленно двигающего руками и тростью улыбающегося демона. — Его зовут Аластор. Он один из Владык… радио-демон. В день, как он появился в АДУ, все могли услышать самую жестокую и кровопролитную резню, которую в добавок транслировали по радио.              — Вау, — удивление Чувака было до ужаса наигранным. — Считай, что мне насрать. А о чем они говорят?              — Да что-то о РАЕ, — Чувак в этот момент покривил лицом. — Вроде бы ей пришло приглашение в их посольство. Что-то про сотрудничество демонов или… честно, там было написано для «разъяснения ситуации».              — Ладно «разъяснение ситуации», но, сука, посольство РАЯ в АДУ? Слушай, это пик комедии, — Вегги смотрела на Чувака странно. По крайне мере нашему герою было запредельно понятно еще до своей смерти, что небеса и преисподняя должны друг с другом воевать, но тут для него предстает, по мнению героя, шутка, которая зашла слишком далеко. Это была политика настоящего времени в реалиях фантастического мира, находящегося за пределами понимания Чувака. В этом месте сочетались черты современного мира, его политики и черни, подправленные магией и особой силой демонов.              — Что тебя удивляет? Думал, у нас нет политики?              — Да вот кажется, словно этот мир просто ничем ни отличается от нашего… ну… кроме того, что умереть ты здесь окончательно не можешь и по округе ходят демоны с особыми силами… магией… ну а так больше ничего особо, — Вегги лишь вздохнула.              — Не знаю, какой он там, я мало путешествовала при жизни, так что…              — Где жила?              — Мексика…              — Штат? — Вегги надуманно посмотрела на Чувака.              — Нью… Мексико, — как-то неуверенно ответила она.              — Хм, не помню, когда Мексика отобрала у моей страны этот штат, напомни-ка год.              — Отвянь!              Вегги сложила руки, брезгливо отвернувшись. Кажется, ее словили на лжи, либо она была до ужаса необразованной при своей жизни. Чувак ничего не сказал. Поднял бокал и, чтобы закрыть свой гештальт, подошел позади к Чарли и Аластору.              — Все же не могу представить, о чем с ними говорить, — Чарли не на шутку обеспокоилась возможностью встретиться с ангелами. — Я же не могу предоставить им мой план спустя рукава… А если он им не понравиться… Может… Нет, ну не могут же ангелами не интересоваться идеей искупления, ведь так?!              Она взглянула на Аластора щенячьими глазами, словно стараясь найти подтверждение своим словам. Владыка лишь моргнул и, чуть наклонившись, поправив рукава и выдержав паузу, ответил.              — Думаю, им все равно, — Чарли была недовольна таким ответом. — Ну что ты, дорогуша, не беспокойся — скорее всего ангелам на нас все равно, но я хочу, чтобы ты попыталась, — больше всего Чарли ненавидела в Аласторе эту натянутую улыбку.              — Потому что провалюсь? — на ее вопрос Аластор не ответил, а лишь протянул руку и сказал, что будет рад умалить ее беспокойство и помочь с планом. — Я забыла, тебе лишь бы посмотреть, как я провалюсь, так что я даже не подумаю просить у тебя в этом помощи.              — Но я ведь уже разошелся, — засмеялся Аластор, как хищник, глазеющий на добычу. — Отель помог обустроить, одежду дал, даже еда теперь лучше! Так что такого, если я помогу еще и с ангелами?              Несмотря на то, что Чарли понимала всю серьезность намерений Аластора в сторону ее провала, иногда в голове у нее все же закрадывалась мысль, что он пытается помочь, просто использует до ужаса своеобразные техники. Он постоянно улыбается, глядя за провалами. Даже их встреча произошла из-за мощнейшего фиаско Чарли на телевидении. Наверное, не будь она иногда такой наивной дурочкой, то и не сумела бы привлечь такого удивительного демона на свою сторону. Жаль лишь то, что до исправления ему нет дела вообще — удовольствие ему доставляют лишь чужие страдание.              — Ну… — Чарли, может, под давлением Алостора и могла бы отшутиться, тогда бы тот отстал, но без четкого ответа держать в узде эту улыбающуюся морду не получится.              — Так, вы, вроде, последние, с кем мне осталось сегодня поговорить и пойти упиваться вискарем, — Чарли с Аластором стояли друг напротив друга и, заслышав голос, повернули голову практически одновременно. — С добрым утром.              — Эм-м-м… Уже день… — Чувак дернул плечами. — Хаск все-таки раздает алкоголь… — Чарли разочаровано прикрыла лицо, и, казалось, ее попытки добиться исправления для других вообще не возымеют успеха.              — Ну да, получается, что так, — Чувак все никак не допивал оставшееся виски. — Но знаешь, иногда можно набухаться, чтобы очистить голову, да вот только не советую делать это часто.              — А ты, кто у нас, дорогуша? — Аластор взглянул на Чувака, хищно оскалив зубы.              — Фу, блядь, звучишь как Энджел… Я тебе не дорогуша, заруби на носу, — Аластор не снимал улыбки. — И тебя ебать не должно, кто я такой. Кто он такой?! Чарли, что это за хмырь? — девушка вновь прикрыла глаза руками. — Ладно, я шучу, мне рассказали о том, что ты какой-то запредельно страшный хрен.              — Я один из Владык, так что, можно сказать, я отстаиваю свою власть проявлением силы. Особенно я…              — Да, вы, Владыки, любите что-то проявляться. То через оружие, то через пышные банкеты, — почему Чуваку вспомнилась его последняя неделя. — Кстати, что за святые дела вы тут замышляете. Могу помочь. Я ходил в церковь! Ну, закупаться индульгенциями, но все же…              — Мне казалось, что индульгенции запрещены, — Чарли взглянула, как Чувак ей подмигнул. — Разве не так?              — У всего есть черный ход, так что даже люди смогут немножечко наебать систему. Хотя я все равно в АД попал… Бля, надо было побольше закупиться. Так что про РАЙ?              — Это… — Чарли хотела умолчать.              — Нашу дорогую Чарли позвали в посольство РАЯ, так что сейчас мы думаем, как бы предстать перед ними в лучшем виде.              — Да, задачка не из легких, — Чарли под эти слова опустила голову, ведь сама понимала, что, скорее всего, она напортачит, пусть и попытается выложиться по полной. — Но могу помочь. Чарли, а возьми-ка меня с собой в посольство, м? — девушка подняла взгляд, больше напуганный, чем удивленный. — Я отличный собеседник, вот увидишь.              — М-м-м… — ей было сложно отказывать, хотя приглашение и было лишь для нее одной, возможность нарушить правила всегда есть, и пойти одной было бы опрометчиво, но… — Нет… Нет, я сама должна с этим разобраться, — Чарли оттолкнула Чувака и Аластора в сторону и прошла между ними. — Дайте мне побыть одной, хорошо?              Девушка быстро удалилась за лестничным проемом, а Вегги, которая долгое время держалась особняком от Чарли и Аластора, подскочила, одарила двух стоящих рядом демонов злостным, прожигающим взглядом и, попросив Чарли подождать ее, вскрылась вслед за ней.              — Хм-м-м-м… — Аластор приставил пальцы к подбородку. — Многим задавал этот вопрос, но веришь ли ты в искупление, друг? — Аластор тер друг о друга когти, издавая неприятный звук.              Чувак сразу не ответил. Его правая рука поднялась, и он наконец-то допил виски. Выдохнул, дал Аластору подождать, испытывая терпение Владыки.              — Второй раз заруби себе на носу. Я тебе не друг, тем более не приятель, и уж точно не знакомый. Я с тобой ничего общего иметь не хочу.              — И почему же?              — А что лучше, одна обезьяна с гранатой или две обезьяны с гранатой? — пример оказался исчерпывающим, и Аластор замолчал, даже не требуя ответа на свой вопрос, ведь думал, что никак его не получит. — А, и ответ на твой вопрос: лишь идиот будет верить в какое-то мифическое исправление и избавление от всех грехов, — Аластора привлекла такая риторика и он, хотев вставить слово, даже поднял палец и открыл рот, но Чувак его опередил. — Я убийца… немного маньяк, дофига безумец. Я сильно разочаруюсь, если это место станет пристанищем для таких, как я.              — Тогда почему ты здесь остался? — на удивление на этот вопрос он хотел ответить весьма резко, но почему-то вспомнил слова Чарли, произнесенные ему в момент заселения в отель, и передумал.              — А тебя это ебать не должно… — хотелось бы Чуваку сейчас уйти, да вот только под ногами у него появился какой-то странно извивающийся комок шерсти. Хотя на шерсть это было слабо похоже, и оно стало смотреть на него одним глазом. — Это что за нахуй?!              — Я Нифти! — сказал клубок. — Я слышала, что вы здесь со всеми разговариваете, а поговорите со мной! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста. Поговорите-поговорите-поговорите! — говорила и двигалась она до ужаса быстро, из-за чего Чувак даже поначалу не мог понять, куда или на что смотреть.              — Что? Поговорить… — что-то стрельнуло в его голове, он оглядел Нифти и прикрыл глаза. — Не, пошло все нахуй, я… спать!              Конец главы 39