#1

      – Ну что за чёрт! У них даже фантазии на коментарии нет! Будто какой-то робот запрограммированный! Ничего интересного не вижу. Всё время только и говорят, мол, когда же выйдет долгожданная книга... Писатель быстро листал отзывы под его профилем. Этот самый профиль он создал, когда был ещё двенадцатилетним юнцом. Тогда юноша загорелся желанием опубликовать свой первый маленький рассказ. И с тех пор каждая его книга набирала всё больше и больше популярности. Сначала это не претило автору бестселлеров, но ровно до того момента, когда страсть поклоников не перешла из фазы «поддержка автора», до фазы «толпа фанатов». Да, именно так он описывал нынешнее состояние своего фандома, за которым он, кстати говоря, следил и периодически сам добавлял туда фанфики. Анонимно, конечно же. Этому фандому очень подходило сравнение с толпой, как, впрочем, и многим другим. Идеи для рассказов всегда складывались из других рассказов, создавая коллективное мнение о характере Писателя, так называяемое клише. Так же, как у толпы, у поклоников этого фандома был коллективный разум, который сносил всё на своем пути. Впрочем, на данный момент, Писателя больше занимал комментарий, неожиданно отличавшийся от других. Да, это был первый интересный коментарий Писателю за последние три года. И ровно сто восемьдесят первый за все восемь лет его карьеры, хотя всего отзывов было около миллиона. Что на самом деле было удивительно, поскольку работ у автора было всего лишь пять. «Это бред. Вообще не понимаю, почему читатели считают эту хрень добрыми, позитивными и излишне эмоциональными романами. Неужели никто не видит, что тут нет счастливого конца? И слепому человеку видно, что у главного героя сломанная психика, а его возлюбленная медленно заставляет его ломаться и привязываться к ней, доводя его до галлюцинаций. Неужели никто не видит этого из-за того, что это пропущено через призму виденья главного героя?» Пробежавшись глазами по коментариям к этому отзыву и увидев, что там происходит война, где одни соглашались с тем, что это мистика, а не галюцинации, а вторые вставали на сторону автора отзыва, Писатель добавил свой коментарий. «Мне аж интересно, чем это закончится» И, хлопнув крышкой компьютера, погрузился в свои мысли.

"Если каждый, кто хоть раз совершал плохой поступок, совершит суицид, то насколько быстро человечество вымрет? Есть люди, которые не причиняют боль другим? Есть вообще в этой вселенной люди?

Если так подумать, то возможно ли не причинять боль? Даже при рождении младенец вызывает острую боль у матери своей. Если задуматься, почему люди вообще чувствуют психогенную боль? Ведь человек состоит из атомов, которые не обладают разумом, по крайней мере достаточным для того, чтобы понимать, когда тебе больно, когда страшно. С другой стороны - чувства исходят от понимания того, когда и что мы можем чувствовать. А это понимание исходит от разума. Разум, черт тебя побери, что ты такое? Почему ты разумен?"

- Ну здравствуй, Писатель. - А? Кто здесь? - Ты совсем тупой, не слышишь откуда звук идет? Мда... Прошлое мое знакомство с человеком было более интересным. Звук капель из крана на кухне , который никогда не закрывался до конца, раздался эхом в полупустой квартире, нагнетая атмосферу. Ощущая полное непонимание всего происходящего, Писатель обвел взглядом комнату и краем глаза заметил какое-то пятно на потолке. Подняв голову, автор увидел не иначе как человекоподобное, точнее, ангелоподобное чудище. Тело этого существа было светлое, почти мертвецки бледное. Казалось, что стоит к нему прикоснуться, и Оно окажется ходячим мертвецом. Впрочем, проверять этого не хотелось. Его тело прикрывал плащ, который был словно вшит в шею чудовища, что казалось жутким и пугающим одновременно. Впрочем, это все, что можно было сказать о монстре. Ах да, еще было невозможно не обратить внимания на его лицо. Впалые глаза, окрашенные в черный цвет, пришитые неровно обрезаной ниткой кончики губ, которые запечатляли вечную улыбку, заставляя боятся до дрожи, но вот что было удивительно - черные волосы, обрезанные хаотичным образом по всей голове, блестели на макушке этого чуда. Казалось, что на ощупь они в десятки раз мягче, чем шелк. - О боже мой... Ты кто вообще такой? Писатель не мог оторвать взгляда от существа, удобно устроившегося на потолке. Красочные образы, сцены, сюжеты, в конце концов, так и вспыхивали в голове у автора, не давая опомниться. - Ну, мне в общем стало интересно, о ком люди болтают, вот и пришел сюда. -Я не спрашивал, зачем ты здесь. - Писатель нахмурился, - Я спросил, кто ты. -Ну прости-прости. В общем, имени у меня нет, а так я Демон. - А?! Демон? Типо, я сейчас мертв, и из-за каких-то проступков меня определили в ад, а ты пришел за мной? Уходи, Демон! Хоть и выглядело это так, будто писатель и в самом деле опасается существа перед ним, в действительности автора переполняло возбуждение от мысли, что если об этом написать, то все точно отстанут от него, решив, что мужчина поехал головой. - Да почему вы, люди, вечно думаете, что демоны - плохие существа? Вообще-то, Демон или Даймон в народе – это низшее существо (божество), которое является посредником между богами и людьми. И, между прочем, ценили нас больше всего греки. Греческое значение слова “демон” было, пожалуй, одним из самых позитивных среди всех прочих трактовок. Сократ утверждал, что у него есть свой демон, который никогда не говорит того, что нужно делать, но всегда отвращает от того, что делать не следует. Драматург Менандр считал, что каждому человеку соприсутствует тотчас же после рождения демон в качестве доброго мистагога (водителя) его жизни. По верованиям древних греков, у различных людей имеются различные демоны, то вселяющиеся, то покидающие их тела, причем у одного человека может быть даже несколько демонов-хранителей. - Едрить колотить, образованный Даймон... Я в шоке. - Насколько же у вас низкое мнение о нас? - Ну, у нас считают , что вы приспешники дьявола... - Пиздец. Тяжёлый вздох де..., простите, божества, был полон боли. - И да, ты жив. И я пришёл к тебе лишь по одной причине. - Какой же? - Прочитаешь мне продолжение твоей книги? Я искренне надеюсь, что ты не станешь таким же, как Он, но мало ли что случится. Мне правда надо. Иначе... Убью?)

***

Каждый день был полон лишь одного – боли. Полон мучений и страданий. Вокруг были разговоры лишь о войне, и старый, покосившийся домик эти разговоры не обошли стороной. С тяжёлым вздохом бабушка каждый день садилась напротив своего отражения и начинала в панике бормотать: - А что мы сделаем? Надо было копить денюжек, хотя бы ты уехал бы, мне-то что помирать, я и так старая... А тебя не увезут, отправят же на подготовку, а к пятнадцати - и на фронт... Ох, боже мой... - Бабушка, какая война, все будет хорошо, не пережива... - Хорошо? Истерический смех собственной бабушки подрывал неокрепшую психику паренька. - Она уже началась, мой дорогой. Могла бы я тебя уберечь... - Ч... Что? Двенадцатилетний мальчик явно был в шоке от таких новостей. Будучи миролюбивым ребёнком, он искренне думал, что все войны давно остались лишь на страницах в учебниках истории, и, будучи в неадекватном состоянии от таких новостей, мог подумать только о том, что от старости бабушка решилась рассудка. И лучше бы это действительно было так.