Часть 10

      Все в этот день не заладилось с самого утра. Алла чувствовала своё раздражение, но списывала это на беременность.        «Это Киркоров во мне бушует», — успокаивала она себя, механически пережевывая бутерброд с селедкой. Ей было противопоказано соленое из-за опасности возникновения отеков, но Алла наплевала на все рекомендации врачей.       Концерты были отменены, и заняться ей было нечем. Постоянно хотелось спать.       «Ещё немного, и меня никто не узнает. Превращусь в бесформенное тело и буду наслаждаться забвением».       Лишний вес прибывал стремительно, и примадонну, как и любую другую женщину, это заставляло нервничать. Наверняка, если бы рядом с ней был любимый человек, то он нашёл бы нужные слова, чтобы успокоить мать своего ребёнка.       Но Алла была одна. Друзьям звонить не хотелось. Она проводила время, придумывая имя будущему малышу. Задача была не из лёгких, нужно было, чтобы отчество и фамилия сочетались идеально. Перебирая всевозможные варианты, Алла не заметила, как прошло время.       В дверь позвонили. Алла сразу подумала, что это приехал её муж. Медленно поднявшись со стула, она пошла открывать. — Ключей у тебя, что ли нет? — проворчала Алла, поворачивая щеколду.       На пороге стоял Филипп. Алла застыла в дверях, глядя на двухметровую фигуру. Ботинки блестели, пиджак тоже искрился. Но больше всего её поразило исчезновение седины в его волосах и короткая стрижка. — Что ты с собой сделал? — пораженно спросила Алла.       Филипп нервно поправил свою челку и обиженно сказал: — Хоть у меня и нет ключей, но, может, пригласишь войти? — Да, конечно заходи. Мы тебя давно ждём, — загадочно сказала она.       Филипп зашёл в квартиру и сразу посмотрел вниз, нет ли мужской обуви? Убедившись, что соперников нет и следа, он сразу подобрел. Алла наблюдала за переменами, отразившимися на его лице, и опять почувствовала раздражение. Выходит, он уже забыл о своей глупой выходке, диком скандале и бегстве в Америку.       Приехал, зашёл в гости без приглашения да ещё и вздумал ревновать. «Сейчас я тебе устрою!» — женщина решила взять реванш за время, проведенное в одиночестве. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — спросила Алла, устремив на Филиппа тяжёлый взгляд. — Может, извинишься, для начала? — Мне? Извиняться? За что? — недоумевал Киркоров.       Не такой встречи он ожидал. Рассматривая заметно округлившийся животик Пугачевой, он опять вспомнил о газетных заголовках. Всё его счастье от встречи с любимой куда-то испарилось. Перед глазами стояло насмешливое лицо Аделины, сообщающей ему о примирении Аллы с Кузьминым.       «Ну конечно, кто я для великой Пугачёвой? Молодой артист, влюбленный дурак, над которым можно посмеяться вместе со своим звёздным мужем». — Я поздравить пришёл. С пополнением вашего дружного семейства, — не скрывая сарказма, заявил Филипп.       Алла отчего-то засмеялась. Её лицо было таким родным, а смех напомнил мужчине о времени, проведённом с Аллой на гастролях. Сколько раз они вместе хохотали, читая в газетах разные небылицы. — А, так это газетная утка! Я сразу это понял, — радостно воскликнул Филипп.       К его удивлению, Алла перестала улыбаться. — Филя, ну ты даёшь! Я на самом деле жду ребёнка. Только поздравлять надо наше с тобой семейство, понимаешь? — Алла особенно подчеркнула «наше», ну как ещё дать понять этому недогадливому мужчине, что он имеет все основания считать себя дважды отцом.       Киркоров побледнел. Как раз в это мгновение в двери послышался звук ключа, открывавшего замок. — Ну вот и Володя приехал, — рассеянно сказала Пугачёва.       Подвыпивший рокер переступил порог квартиры, озираясь по сторонам. Вместе они с Аллой тут и не жили почти. Разве что год перед его отъездом в США. Заметив Киркорова, Кузьмин улыбнулся и протянул ему руку в знак приветствия. — Филипп, что стоишь на пороге? Проходи, садись за стол. Отметишь с нами радостное событие.       Владимир имел в виду предстоящий развод. Лично для него расторжение брака было лучшим подарком, к тому же он радовался за Аллу, к которой, наконец-то, вернулся её возлюбленный.       Но Филипп не спешил протягивать руку ему навстречу, его лицо наоборот перекосилось от злости. Вмиг прекрасный ангел превратился в демона зла. — Кажется, повторяется история в гостинице, — протянул Кузьмин, наблюдая за бешено округлившимися Киркоровскими глазами, — я тогда пойду лучше, не буду вам мешать. — Да успокойтесь вы оба! Не надо никуда уходить, — воскликнула Алла Борисовна. — Филипп, Володя приехал, чтобы оформить развод, — сказала она Киркорову, надеясь, что это его успокоит. — Что же, он бросает тебя с ребёнком? — усмехнулся Филипп. — Почему бросает? — удивилась, в свою очередь, Алла. — Я уверена, что ты будешь отличным отцом этому малышу. — Отлично придумали! Ладно, потом поговорим. Но только ты немедленно выйдешь за меня, и его ребёнок будет носить мою фамилию! — категорично заявил Филипп.       Такого Пугачёва и представить не могла. Киркоров вел себя как эгоистичный и, к тому же, невоспитанный подросток. — Ты что себе позволяешь? — возмутилась Алла. — Филипп, я тебя не узнаю! Ты совсем с ума сошёл от ревности?       Тем временем Кузьмин достал из дорожной сумки бутылку виски, налил себе полный стакан и разом выпил. Нервы у него были не железные, но драться с Филом в присутствии беременной жены совесть не позволяла. — Алл, умеешь ты себе мужиков выбирать, — печально вздохнул Владимир. — Эх, невезучая ты. Одни дураки вокруг вьются, включая меня. Ладно, я пойду. Встретимся в суде.       Алле казалось, что сердце сейчас выскочит из её груди. Обида душила, и слёзы вот-вот готовы были политься из глаз. Она не была готова к тому, что Филипп откажется от своего ребёнка. И доказывать ему она ничего не собиралась, слишком много чести. — Иди-иди, мог бы хоть трезвым прийти раз в жизни, — сказала Пугачева, выталкивая Кузьмина за дверь. — И каланчу эту с собой прихвати, — добавила она, указывая на Киркорова, — вот же, послал Господь такого идиота!       Филипп и оглянуться не успел, как дверь захлопнулась перед самым его носом. — Выпить хочешь? — Владимир протянул ему открытую бутылку виски, которую он так и не выпустил из рук. — Успокой нервишки, а то опять дров наломаешь.       Филипп был равнодушен к алкоголю и не терпел пьяных людей. Но в данной ситуации предложение Кузьмина было как нельзя кстати. Потягивая, за неимением стакана, виски из самого горлышка, артист сел на лестничные ступеньки. — Ты, давай, посиди, подумай и позвони ей, она баба добрая, пустит, — посоветовал на прощание Кузьмин и сел в лифт.       Виски быстро ударило в голову. Филипп сделал ещё пару глотков и принялся стучать в дверь. — Алла, открой! Открой мне дверь!       Пугачева слушала этот грозный стук и вытирала слёзы, стекающие по щекам.       «Что за человек! Все у него через край! Ну кто ещё мог так довести меня, кроме Киркорова. Да с ним словно на пороховой бочке! Надо уже подумать о своём здоровье, я не могу рисковать своим ребёнком», — пришла к выводу Пугачева и ушла в спальную, чтобы не слышать поднятый Киркоровым шум.       Бросив взгляд на часы, Алла поспешила в ванную комнату. Надо было привести себя в порядок перед выходом из дома. Час спустя примадонна была готова покинуть своё гнездышко. Удобный и теплый балахон надёжно укрывал живот, на лице не осталось и следа недавних переживаний, волосы были скрыты под стильной шляпкой.        Поправив тёмные очки, Алла осторожно открыла дверь и чуть было не споткнулась о тело Киркорова. Тоненько взвизгнув от удивления, Алла потрогала его за плечо. — Вставай, ты чего это разлегся? Знаешь, сколько тут до тебя таких лежало? Тоже мне, нашёл чем удивить! — припомнила Алла всех, осаждавших её в разное время, фанатов. — Алла! Почему ты не открыла мне дверь? — заплетающимся языком выдал Филипп. — Вот же, Кузя. Чтоб тебя! — не сдержалась Алла, заметив пустую бутылку в руках Фила.       Отобрав пустую тару у Киркорова, она отправила её в стоявшую рядом урну и пошла к лифту. Но Филипп закрыл ей дорогу, не пуская внутрь кабины. — Я сейчас вызову милицию, лучше уйди! — рассвирипела Пугачева. — Если я сейчас уйду, то ты меня долго не увидишь, — пригрозил Филипп.       Ей уже и в самом деле хотелось, чтоб он ушёл и больше не возвращался. — Вот и иди, проспись, как следует, а потом поговорим. Я, между прочим, спешу на развод, так что в твоих интересах меня не задерживать.       Но Филипп уже перестал воспринимать информацию. Он только пожирал её пьяными глазами и, словно заведенный, твердил одно и то же. — Алла, я серьёзно говорю. Если я сейчас уйду, то не вернусь больше! — Идиот! — сказала Пугачева, еле сдерживаясь, чтобы не ударить Филиппа. — Проваливай, куда подальше, не зли меня. Мне нельзя нервничать. — Ну что ж, прощай!       Киркоров сделал шаг в сторону, давая ей пройти. Алла зашла внутрь, не глядя в сторону Филиппа. Она решила, что так будет лучше. На сегодня их разговор был закончен.       Лифт захлопнулся, и Алла спустилась вниз. Она из последних сил сохраняла внешнее спокойствие, внутри её так и трясло от злости.       Машина быстро доставила примадонну к зданию суда. Процедура развода не заняла много времени и вот, уже абсолютно свободная Пугачева опять скрылась ото всех за темными стёклами своего авто. С Кузьминым они договорились все держать в тайне. — Я сама скажу о разводе, когда придёт время. Ты не против? — спросила Алла у успевшего протрезветь Владимира. — Мне по барабану, — пожал плечами Кузьмин. — Я на гастроли возвращаюсь. Удачи тебе, — он чмокнул её в щеку дружеским поцелуем и убежал.       «Странные эти мужчины, — подумала Алла, — наверное, и Филя такой же. Усомнился в своем отцовстве. А я еще смеялась над этими мексиканскими сериалами! Да тут в жизни такие сюжеты для мыльных опер, хоть садись и сценарий пиши. Да уж, вот тебе и Киркоров. Он просто не хочет связывать себя по рукам и ногам. Тем более, у него же была семья, дочь, в конце концов».       На следующее утро Алла проснулась от телефонного звонка. — Алло! — сонно ответила Пугачева. — Алла, это Филипп. Прости меня, пожалуйста, я был не прав, — его голос звучал очень печально. — Да что ты скажешь! Не прав он был. Простила уже давно, приходи, поговорим, — сменила гнев на милость Алла и добавила: — Не люблю я эти телефоны. — Я улетаю через сорок минут, — запнувшись, ответил Филипп.       Сначала ей показалось, что она ослышалась. — Куда? — машинально спросила Алла, чувствуя, что она теряет его, и этот разговор станет поворотной точкой в их судьбе. — В Мексику, — ответил Филипп, сжимая в руке визитку, оставленную ему импрессарио в США. — Ты только не подумай, что я все забыл. Я люблю тебя по-прежнему. Но мне нужно развестись, понимаешь? — А, так ты до сих пор этого не сделал…       Алла замолчала, не в силах вымолвить ни слова. — Ты только дождись меня! — молил её Киркоров. — Я вернусь, и мы будем вместе. А твоего малыша я буду любить, как родного.       Алла повесила трубку. Его слова уже ничего не значили для неё.       «Видел ли свет большего идиота, чем Киркоров? Да зачем ребёнку нужен такой отец! Не подпущу его ни на шаг».       Мысли метались в голове примадонны. Она уже перестала надеяться на то, что её судьба когда-нибудь сложится счастливо. Только маленькая жизнь внутри нее давала силы жить дальше.       «Наверное, так было суждено свыше, что же теперь сделаешь, — мудро рассудила она. — Сотру ластиком этого Филиппа, как будто и не было его вовсе».       И Алла сдержала данное самой себе слово. Когда на очередной пресс-конференции, посвященной её уходу в декрет, журналистка спросила её о Филиппе, ответ прозвучал довольно жёстко. — Алла Борисовна, а что вы можете сказать о сотрудничестве с артистом Киркоровым? — О, это была величайшая ошибка в моей жизни! Киркоров — невероятный эгоист, который думает только о себе. Не знаю даже, зачем я его подпустила к себе так близко.