IV. Диссонанс краденных мандаринов

Лента из мигающих огоньков понадобилась нам уже следующим вечером, но совсем не для суицида, как запланировал демон, а потому что меня накрыло сокрушительной волной новогоднего настроения, в порывах которого я была готова завесить весь наш номер мишурой, блестящими снежинками и другими украшениями из коробки, найденной в холле на первом этаже. Замёрзший после очередной прогулки по городу Дьявол отогревался у камина, мило укутавшись в клетчатый плед. В его ладонях дымился бокал с палочкой корицы и яблочной долькой. Пряный аромат напитка наполнил не только пространство небольшой комнаты, но и залился в мои лёгкие, пробуждая неконтролируемое желание отхлебнуть глоточек. — Разве вам можно пить алкоголь? Демон лукаво вскидывает тёмную бровь, а я возвращаю посудину ему в руки и вытираю сладкие капли с губ. — Вино можно, но в разумных количествах. Я выхватила из бокала кусочек яблока и хрустнула его зубами до того, как демон успел возмутиться. — Воришка. — Сам научил. — Посмотрят на тебя в Раю через неделю и скажут, ничего святого в тебе не осталось — бесы снова всё испортили, — Дьявол сказал это даже без злости, просто иронично хмыкнул и устало покачал головой. Я повернулась к противоположному углу и улыбнулась в предвкушении. У окна стояла огромная пушистая ёлка, упирающаяся верхушкой в самый потолок. В номере уже не осталось места, где бы не сверкали разноцветные лампочки, оттого мне пришлось искать новую жертву и слёзно просить администрацию, чтобы в наш номер поставили искусственную ель. Без неё в Новый год ну вообще никак. Зато после всех этих приключений наряжать втройне приятнее. Буквально через пятнадцать минут со всей нижней частью было покончено, а вот с верхними ветками возникли сложности — мне было трудно дотянуться до них, но и здесь мне помогла наглость и смекалка. Схватив одинокий стул, я поставила его рядом с деревом и залезла сверху. — Осторожнее, ангелок. Упадёшь — крыло не выдержит, и полетишь на пол, — заботливо предупреждает Джастин, пока я стоя на одной ноге усердно тянусь к макушке со стеклянной звездой в пальцах. И в какой-то момент, действительно, оказываюсь близка к падению, но вовремя переношу вес на другую ногу и чудом остаюсь на шатком стуле. Демон взглянул на меня, когда я ещё раз попыталась насадить наконечник на вертикальную ветку, и на этом его терпение кончилось. Он поднялся с дивана, стряхивая со спины плед, и придвинул ногой коробку ёлочных игрушек — Не нужно мне помогать, — я не собиралась принимать его помощь, потому что была уверена, что ёлку может нарядить даже ребёнок. — Я просто подстрахую, — обещает Дьявол, доказательно вскинув ладони. Было тяжело сосредоточиться на украшениях, когда позади стоял демон. Я столько его доставала эти дни, что он очевидно ждал удобного момента, чтобы похулиганить самому. Вот он — я стою к нему спиной на табуретке с болтающейся ножкой, ещё и со стеклом в руках. Когда, если не сейчас? Но Джастин так и продолжал наблюдать за мной, даже ни разу не защекотав. — Колокольчик не забудь, — из-за плеча возникает золотистая игрушка, которую я обхватываю пальцами и тут же оказываюсь прижата к чужой груди, да так прочно, что едва могу сделать судорожный вздох. Сейчас, сквозь безрассудный туман, я мутно осознала, что стоя на стуле я достигаю его роста. Я сразу почувствовала дьявольское дыхание, ощутила его запах. Терпкий, немного дымный и травянистый — так пахнут все демоны, но единственное, что отличало Джастина от всех — лёгкий оттенок корицы. Вероятно, из-за глинтвейна. Мир в один миг сузился до размера этого непростительно короткого расстояния между нами. Сердце забилось в ускоренном темпе, и я не понимала почему. Из-за отражения новогодних огоньков в угольных глазах или третий глоток глинтвейна был лишним… Скорее всего, это просто долгое одиночество так остро дало о себе знать. На небесах у меня не было человека, с которым бы я проводила столько времени наедине. И в следующую секунду мысли испаряются. Потому что резкая вспышка боли где-то под рёбрами вынуждает меня сломаться пополам. — Что случилось? — Дьявол обхватывает моё лицо ладонями и взволнованно бегает глазами по лицу. Я нахмурилась, не в силах сдержать жалостного стона, и положила ладонь на верхнюю часть живота. — Болит, — отрывисто шепчу я и замечаю добрую усмешку на его губах. — Я сейчас. Больше Джастин ничего не сказал. Он схватил своё пальто и, набрасывая его на крылья на ходу, вышел из номера. Я слезла с табуретки и опустилась на неё местом, для которого она была предназначена изначально. Кусая внутреннюю сторону щеки, я пыталась понять, куда так резво ускакал Дьявол. Неужели, в аптеку. Спустя несколько минут дверь в номер открылась, громко ударившись о стену. Джастин, по всей видимости, открывал её ногой, а теперь стоял на пороге с бумажным пакетом. Я подняла на него глаза, а он невозмутимо прошёл вглубь комнаты. — Мне бы сейчас в лазарет… — произнесла я, недоверчиво рассматривая кулёк. — В лазарете таких лекарств никогда не давали, — с улыбкой протягивает демон и достаёт аппетитно-оранжевый мандарин. — Не уверен, что тебе нужно именно это, но я давно читал, что в мандаринах много калорий. Пара штук точно утолит голод. Он бросил мне в руки цитрусовый шарик. Я покрутила его в пальцах и переспросила: — Голод? Затем снова взглянула на фрукт и больше вопросов у меня не возникло. От свежего запаха цедры желудок издал протяжное урчание. — Что я говорил об адаптации измерения? — утвердительно напомнил Дьявол, легко счищая кожуру, и разломил сочный мандарин пополам. Сладкий сок брызнул в воздухе, и я удивилась, как вообще могла спутать чувство голода с чем-то другим, потому что теперь я уверена, что жутко хочу есть. Я забрала дольки мандарина с протянутой руки и вцепилась в них так, будто в жизни ни разу не пробовала. Неаккуратно, слизывая с пальцев капли вытекающего сока и с наслаждением чавкая. Демон наблюдал с явным ехидством, пока я не столкнулась с его взглядом и не остановилась. — Что? — спрашиваю с набитым ртом. Джастин отрицательно мотает головой и медленно отрывает дольку, кладя её в рот. — Ни разу не видел, чтобы ангелы так сильно радовались краденным мандаринам.