Том 1 «Хлоя и Рей: времена Хранителей». Глава 11 «Проводник для мертвых»

Мертвые не идут, их ведут.

***

Тьма отступала медленно, словно нехотя выпуская её из своих объятий. Сначала было смутное ощущение холода под спиной, острых камней, впивающихся в ладони. Потом был глухой звон в ушах, сливающийся с биением в висках. И, наконец, свет. Хлоя открыла глаза. Над ней раскинулись письмена на потолке, повернув голову, она увидела их же на стене. Лиса лежала около ядра, которое ровным светом освещало комнату. Воспоминания нахлынули так, будто бурная река вышла из своего русла. Она застонала, пытаясь приподняться. Тело не слушалось: руки, обожжённые до мяса, дрожали; спина ныла от старой раны, разбуженной новыми муками. Каждый сустав, каждая мышца кричали о том, что ей нельзя двигаться. Но она всё равно села. Одежда висела клочьями, пропитанная кровью и потом. Маны почти не осталось, лишь жалкие искорки где-то в глубине, едва тлеющие, которые не позволили ей погибнуть. Но циферблат в кармане молчал, что означало для нее успех. Опираясь на локти, она поднялась. Шаг. Ещё шаг. Ноги подкашивались, но она шла, через зал, через коридор, к выходу, к свету. Дверь храма скрипнула, пропуская её наружу. Резкий дневной свет ударил в глаза, и она на мгновение ослепла. Когда зрение вернулось, перед ней открылся мир, лишённый красок. Небо было бледным, как пепел. Ни солнца, ни облаков, лишь пустота, будто кто-то стёр с него всё живое. Ветер нёс запах гари и чего-то ещё, горького, чужого. Хлоя обернулась. Храм стоял, как и прежде: чёрный, вечный, немой свидетель всего, что произошло. Она коснулась его стены ладонью, ощущая шершавость камня под пальцами. - Спасибо, - прошептала она. Не храму. Ему. - «Пусть катаклизм я и остановила, не без помощи, но людей, скорее всего, погибло много. Нужно собрать души», - думала Хлоя, аккуратно спускаясь по крутым склонам в сторону полосы леса. В этот раз ее вздох был спокойным, не отчаянным и не наполненным страхом. Она, наконец, получила ответы на все терзавшие вопросы, встретилась с отцом, смогла поговорить с ним. Она была уверена в том, что ее жизнь полностью разрушилась, что вот сейчас, около ядра баланса погибнет она, а следом и ее мир, который она на клятве Хранителя обещала защищать. И только одна единственная встреча полностью привела ее в чувства. Пусть тело и ныло, умоляло ее остановиться отдохнуть, но Хлоя продолжала уверенно идти вперед, зная, что ее работа еще не окончена, не только сбор душ, но и, наконец, развязка в этом страшном деле. - Мой последний берег еще не размыт, пап, - сорвался шепот с ее губ, уносясь куда-то ввысь, в надежде дойти до адресата. Эста встретила ее на границе леса. Дух замерла, будто перед ней стояло не живое существо, а призрак. Хлоя была почти неузнаваема: одежда в изорвана, волосы спутаны с запёкшейся кровью, а руки... Боги, её руки. - Дитя, что же с тобой случилось?! - голос девушки прозвучал так, будто кто-то сжал ее горло. Лиса подняла голову. Глаза ее мутные, безжизненные, едва сфокусировались на духе. Она попыталась улыбнуться, но вместо этого её губы дрогнули, и она рухнула вперёд. Эста бросилась к ней, подхватив прежде, чем та ударилась о землю. Хлоя что-то пробормотала, но слова потерялись в хрипе. Её веки дрожали, сознание уплывало, но она из последних сил сжала руку Эсты. Дух сразу же понесла ее в дом, наплевав на все запреты Лейна, ведь сейчас, важнее всего было спасти Хранителя, пусть ее и создали магией, но лис сделал ее самым человечным духом. Дверь распахнулась от удара плечом. Эста уложила Хлою на диван, и только теперь, при свете ламп, увидела всё. Ожоги на руках доходили до кости. Глубокие раны на ладонях, будто она сжимала раскалённые угли. Порезы, синяки, следы разрядов магии, прошибавших её насквозь. Вода в тазу быстро стала розовой, затем красной. Бинты, пропитанные целебными травами, обёртывались вокруг обугленной кожи, а Хлоя стонала в полусознании, её тело дёргалось от боли. Эста грустно смотрела на нее, прося потерпеть, старалась как можно быстрее все сделать. Но лиса уже не слышала. Её дыхание стало ровным, слишком медленным. Сознание ускользало, а усталость накрыла с головой, как только она почувствовала безопасность. Сознание возвращалось медленно, будто вообще не хотело идти на контакт. Сначала пришло ощущение мягкости под спиной, не холодного камня, а чего-то тёплого, уютного. Потом запахи: горьковатый аромат лечебных трав; сладковатый дымок ладана. И боль. Тупая, разлитая по всему телу, но уже не та всепоглощающая агония, что была прежде. Хлоя открыла глаза. Потолок. Знакомые деревянные балки дома Лейна. Солнечный луч, пробивающийся сквозь щель в ставнях и танцующий в пыли. Она была жива. Попытка приподняться обернулась резкой болью в руках. Сжав зубы, она всё же смогла сесть, опираясь на локоть. Руки были туго перебинтованы, аккуратно, с явной заботой. На тумбочке рядом стоял кувшин с водой, чашка с отваром и зеркало. Хлоя потянулась к нему, превозмогая боль. Отражение в потёртой поверхности было бледным, измождённым, но её. Глаза, хоть и запавшие, всё ещё горели. Дверь скрипнула. - О, так ты всё-таки живая? Эста стояла на пороге, скрестив руки. Но даже её привычная суровость не могла скрыть тень облегчения в глазах. - Еле-еле, - хрипло ответила Хлоя, пытаясь улыбнуться. Дух леса вздохнул и подошёл ближе, поправляя подушки за её спиной. - Ты пролежала без сознания почти сутки. Я уже начала думать, что зря потратила все свои запасы целебных трав на тебя. - Прости... - Замолчи. - Эста сунула ей в руки чашку. - Пей. Отвар был горьким, но тёплым. Он словно разлился по жилам, согревая изнутри. - Спасибо, - прошептала Хлоя, чувствуя, как комок подступает к горлу. Эста отвернулась, делая вид, что поправляет занавеску. - Не благодари. Просто... в следующий раз, если соберёшься умирать, предупреди заранее, ладно? Хлоя рассмеялась тихо, хрипло. И в этот момент поняла, что в мире все еще бродят души. Но пока в нём есть такие уголки, где тебя ждут, где за твою жизнь борются, где дарят чашку горького отвара с грубоватой заботой, в нём есть смысл сражаться дальше. Она сжала чашку в перебинтованных ладонях, чувствуя, как силы понемногу возвращаются. Впереди было ещё столько работы. Но сейчас, в этом тихом утре, ей просто хотелось немного посидеть и подышать свободно. Так прошли еще сутки. Эста приходила почти каждые несколько часов, чтобы поменять повязки, а Хлоя с удивлением замечала, что раны практически испарились, даже боль в спине с каждой повязкой становилась все меньше и меньше. Лиса поймала себя на мысли, что ее регенерация пусть и работает на максимуме, но оставлять раны просто на заживление все же безрассудство, потому что целебные мази делают свое дело куда быстрее. Эста также немного подремонтировала ее одежду, причитая, что Хранителю первого мира негоже ходить, как оборванке. Хлоя была очень ей благодарна и не знала, как же она может ее выразить, на, что дух только отмахнулся и попросил навещать ее, время от времени. Лиса покинула лес с легкостью на сердце, провожаемая взглядом Эсты. Идя по тропе в сторону поселений, Хлоя достала циферблат, чтобы заглянуть на карту, где происходили катаклизмы, ведь она все еще помнила те ужасные картинки первых его проявлений. Артефакт показал ей карту мира, где в каждом уголке что-то случилось. Смотря на масштаб трагедии, девушка приходила в неописуемый шок, потому что она одна тут, а душ тысячи. Проскочила мысль позвать помощников с Реем, но она быстро от нее отмахнулась, уверенная в том, что и сама неплохо справится. Прикинув примерный маршрут по областям, где она могла сразу собрать большое количество, отправилась в путь. Первым в списке был тот самый город, тот, что она видела в самом начале. Где вулкан разверзся, а люди гибли не только от огня, но и от рук друг друга. Хлоя вздохнула, беря себя в руки. - Ладно, пора начинать, души сами не уйдут, пока их не выпроводишь.

***

Пепел покрывал все: развалины домов, обугленные деревья, тела, что не успели сбежать. Хлоя шла по опустевшим улицам, каждый ее шаг поднимал слой пыли и пепла, разносясь по ветру. Дойдя до самого центра города, она остановилась. В каждом уголке города чувствовала беспокойных духов, что бродили по округе. Девушка подняла руку вверх, раскрывая веер. Мана быстрыми потоками закружила вокруг нее, а души, чувствуя это, стекались к ней. Когда последняя душа оказалась в зоне действия ее магии, Хлоя опустила руку, смотря прямо на них. Один за другим начинали кричать, спрашивая, что случилось с ними, почему они такие, почему только она может их видеть. Лиса поджала губы, стараясь унять дрожь. Вытягивая руки вперед, она, наконец, заговорила. - Души, что блуждают по миру без надежд уйти в исток, взываю к вам, дарую вечный сон, марш душ, - все пространство озарилось светом, а души начинали исчезать, - я дарую вам перерождение, проживите следующую жизнь спокойно. Духи смотрели на нее и не хотели верить в то, что она сказала, что они мертвы, не хотели уходить. Но марш душ утаскивал их всех, им ничего не оставалось, кроме как послушать проводника в их следующую жизнь. Когда свет рассеялся, Хлоя почувствовала, что в этом городе и в соседних поселениях все души покинули мир. Циферблат издал щелчок, показывая сколько душ было собрано. Девушка покинула город, направляясь через внутренние телепорты в другие города. Следующей областью был прибрежный город, где погибло больше всего его жителей.

***

Прибрежный город встретил её тишиной. Тишиной, в которой всё ещё слышались отголоски криков. Хлоя ступила на мокрый песок, и её ботинки сразу же ушли в вязкую грязь по щиколотку. Вода давно отступила, но следы цунами остались повсюду: перекошенные дома с выбитыми окнами, лодки, вмурованные в стены, деревья, обмотанные рыболовными сетями. И запах. Солёный, гнилостный, с примесью чего-то сладковато-отвратительного. Запах смерти. Она шла вдоль берега, и с каждым шагом они появлялись. По началу были одинокие тени, бредущие по воде. Потом десятки, сотни и тысячи не упокоенных душ. Они стояли на крышах разрушенных домов, сидели на песке, смотрели в пустоту. Некоторые обнимали сами себя, другие что-то искали, бесцельно копаясь в грязи, но их руки проходили сквозь. - «Мои дети… где мои дети?» - «Я не могу найти дорогу домой…» - «Почему никто не слышит меня?» Шёпот душ обрушился на Хлою, как волна. Она сжала кулаки, чувствуя, как мана внутри неё отзывается на их боль. - Я вижу вас, - сказала она громко. Тени замерли. - Я Хранитель Душ, и я пришла помочь. Один из духов, мужчина в разорванной рубахе, медленно подошёл ближе. Его глаза были пустыми, но в них мелькнула искра надежды. - Ты… ты нас видишь? - Да. - Тогда скажи… мы погибли? Хлоя закрыла глаза на секунду. Потом кивнула. Тишина. А потом вопль, не один, а тысячи. - «Нет!» - «Не может быть!» - «Я не хочу умирать!» - «Где мой сын?!» Духи метались, некоторые бросались на неё, проходя сквозь тело. Хлоя стояла неподвижно, позволяя их отчаянию пролиться через неё. - Вам нельзя оставаться здесь, - сказала она, когда крики стихли. - Я провожу вас. Хлоя подняла руки, вновь читая заклинание. Золотой свет хлынул из её ладоней, окутывая каждую тень. Духи замерли, одни смиренно, другие в ужасе, третьи с облегчением. - Я дарую вам перерождение. Проживите следующую жизнь счастливо и достойно. Свет стал ярче. Один за другим, души начали растворяться, преображаясь, будто тяжёлые оковы, наконец, спадали с них. Последним уходил тот мужчина. Перед тем, как исчезнуть, он улыбнулся. - Спасибо. И город опустел. Циферблат щёлкнул, показывая число собранных душ. Хлоя вздохнула. Ещё один город. Ещё тысячи потерянных. И ещё сотни таких же мест впереди. Она посмотрела на карту. Следующая область — это горное поселение, погребённое под оползнем. - Поехали. И шагнула в телепорт, оставляя за спиной мёртвый берег и шум прибоя, который больше никто не услышит.

***

Горный перевал встретил её такой же тишиной. Хлоя появилась на краю пропасти, где ещё неделю назад стоял цветущий посёлок, а теперь зияла лишь чудовищная расщелина на склоне, свежий шрам земли, обнаживший камни и корни погибших деревьев. Оползень прошёлся здесь, как нож по горлу, срезав дома, улицы, жизни, всё, что встретилось на пути. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом влажной земли и чего-то еще. Она сделала шаг вперёд и сразу же ощутила их. Они были и в этом поселке повсюду: придавленные невидимой тяжестью, словно сама земля всё ещё держала их в своих объятиях. Женщина, навеки застывшая в позе защиты, её руки охватывали пустое пространство, где когда-то стоял ребёнок. Старик, сидящий на обломке стола, он качал головой, беззвучно шевеля губами, будто спорил с кем-то. Девочка, обнимающая разбитую куклу, её прозрачные пальцы проходили сквозь игрушку снова и снова, но она не замечала этого. - Я вижу вас, - ее голос был громким, но в нем была слышна грусть. И вина, что не смогла все предотвратить раньше. Тени вздрогнули, поворачивая к ней пустые глаза. - Вы… видите нас? - прошептала женщина, её голос звучал будто треск сухих листьев. - Да. Несколько мгновений стояло молчание, но духи сразу же завопили и бросились к ней. - «Помогите!» - «Я не могу выбраться!» - «Земля… она всё ещё давит…» Духи зашевелились, застонали, потянулись к ней. Один из них, мужчина с перекошенным от ужаса лицом, бросился вперёд, но его ноги намертво застряли в каменной массе, будто оползень и после смерти не отпускал его, заставляя быть привязанным к месту своей смерти. Порой сильные эмоции не дают душам спокойно блуждать по миру, оставляя их прикованным к своим местам. Хлоя почувствовала, как её собственная грудь сжимается от этого зрелища. - Вам больше не больно, - сказала она, но голос дрожал, - Я освобожу вас. Она подняла руки, и золотой свет хлынул после прочитанного марша душ. Магия коснулась духов, и в тот же миг каменные оковы раскрошились. Женщина наконец отпустила пустое пространство. Старик перестал спорить. Девочка не обнимала куклу. Они выпрямились, впервые за всё время после смерти. - Я провожу вас, - сказала Хлоя, и её голос звучал уже мягче. Свет стал ярче. Духи начали подниматься, освобождённые, лёгкие. Последней исчезала девочка. Перед тем как раствориться, она улыбнулась Хлое и помахала рукой. Циферблат щелкнул, вновь показывая количество. Хлоя опустилась на колени, вдруг ощутив тяжесть в груди и неизвестное покалывание ядра, легкая потеря контроля маны. - Так много… И это всего лишь один посёлок. Она подняла взгляд на горизонт. Где-то там ждали ещё тысячи. Но сейчас. Сейчас ей нужно было передохнуть, хотя бы минуту.

***

Так пролетело еще три дня. Хлоя появлялась в разных уголках мира, собирая души, каждый раз проходя через страх, отчаяние и мольбы сотен тысяч погибших. Артефакт постоянно трещал, сообщая о новом количестве, где цифра с каждым разом увеличивалась. И с каждым щелчком циферблата, что-то ломалось в лисе. Никогда еще она не собирала столько душ, под самый конец, боль и вина были просто невыносимыми. Она знала, что это часть ее работы, что это ее ответственность, ее специальность. Другие Хранители также встречались с подобными явлениями, также собирали души. Но они видели их в виде сфер, а Хлоя их видела, будто они живые, каждый раз бросаясь на нее, моля помочь, оттого и сердце ее разрывалось от подобного. Последней душой стал молодой юноша, что отправился в лес за травами, но его настигла буря и он не смог спастись от упавшего дерева. Когда Хлоя появилась перед ним, он выглядел спокойно, сидя на упавшем дереве, не мигаючи смотря на свое тело. Юноша обернулся к ней, будто зная кто пришел. - Вы пришли меня проводить? - Верно. Хлоя подняла руки, читая марш душ в последний раз, дух парня засветился и растворился, отправляясь в свою следующую жизнь. Девушка покинула лес, направляясь к ближайшему телепорту в Старвуд. Ее работа была окончена, циферблат показывал, что было собрано триста тысяч душ. Столько имен, столько историй, столько последних вздохов, но теперь они были свободны. Девушка убрала артефакт в карман и подняла взгляд к небу. За эти дни, только сейчас она увидела, что оно вернуло свои былые краски. Небо провожало алый закат, а легкий ветер подхватывал ее пряди, сережки издавали легкую трель. Все закончилось, чему Хлоя была очень рада, ведь она могла вернуться домой и отдохнуть. Уже находясь очень близко к порталу, циферблат издал щелчок, который очень озадачил девушку. Она достала артефакт из кармана, смотря в маленький экранчик, на котором отображалась еще сотня не собранных душ. Но Хлоя помнила, что собрала каждую душу в этом мире, так откуда им было взяться. Странное ощущение и вновь покалывающая грудь навели на мысль, что дома что-то не так, будто эти души были не здесь. Страшная мысль, а потом бег до хрипа в груди. - Старвуд… о боже.. не он… пусть это будет паранойя… Хлоя неслась на самой большой скорости к порталу, на которую только была способна. В голове стучали мысли, что она ошибается, что артефакт ошибся. Ведь в этом городе она знала каждый камень, каждую улицу, каждого жителя. Ее сердце сжималось от страха, что там могло что-то случится, что-то с Реем или ее друзьями. За огромным фронтом работы, через пережитый ад, в памяти вспомнился разговор с Лейном, в котором она получила все ответы. За легкостью на сердце, за сброшенными оковами, она совсем забылась в этом свободном чувстве, что Грей был все еще там, он все еще улыбался ее друзьям, которые не чувствовали подвоха, кроме одной парочки. Забегая в телепорт, Хлоя молилась, чтобы это все было ошибкой. Но ничего не было ошибкой. Вспышка озарила площадь Старвуда. Портал через который она проходила был наполовину разрушен, повернув голову она увидела фонтан, который был весь в трещинах, через которые вытекала вода. Было тихо, точно также, как в тех городах после бедствия. Тишина, в которой был слышен лишь шепот смерти. Подняв взгляд к небу, Хлоя увидела огромный магический круг, напоминающий ритуал разрыва пространства и времени, но под ним был начертан еще один, с пионом в самом центре, который будто сливался с главной печатью. Девушка стояла и не могла отвезти взгляд, она оцепенела, не могла и шагу сделать, пока не услышала хрипение. Тихое, жалобное, молящие закончить муки жертвы. Лиса побежала на звук, оглядываясь: дома были разрушены, везде чувствовалась тяжелая Мана, здесь, в этом райском оазисе, проходила самая жестокая битва. Выбегая на соседнюю улицу, Хлоя увидела тела. Не просто мёртвые, а изувеченные. Хлоя застыла, её дыхание перехватило, будто кто-то сжал горло рукой. Первый был мужчина, распластанный на мостовой. Его грудь была вскрыта, не оружием, а чем-то когтистым, рваным, будто разорвали ее руками. Ребра торчали наружу, словно крылья сломанной птицы. Глаза выжжены, оставив лишь пустые чёрные впадины. Рядом лежала женщина. Её руки вывернуты за спину, а пальцы переломаны, будто их пытались связать между собой, напоминали ветвящееся корни дерева. Изо рта струилась чёрная жидкость, смешиваясь с грязью на брусчатке. В них она узнала Маркуса и Лили. Дальше - хуже. Мужчина преклонного возраста. Его тело пригвозждено к стене обломком шпиля фонарного столба. Голова неестественно запрокинута, рот открыт в беззвучном крике. В нем она узнала Сейлла. Хлоя зажмурилась, но образы не исчезали. Они горели на её сетчатке. И вновь раздался хрип, лиса поняла, что пробежала мимо этого звука. Вернулась обратно, ближе к площади, в тени домов, будто скрытая от чужих глаз, лежала девушка. Ее каштановые волосы разметались по земле, смешиваясь с огромной лужей крови, зеленые глаза смотрели вверх, а губы что-то шептали, с каждым разом вызывая хрип и выхаркивание крови. Ее грудная клетка была вспорота и вывернута наружу, сердце отсчитывало свои последние удары. Конечности были вывернуты в неестественное положение. Эта картина напомнила Хлое тот момент, когда все началось. Смерть Рика. Лиса подбежала к Мие, беря ее за руку, вливала свою Ману, надеялась, что сможет исцелить умирающую на руках подругу. Слезы застилали глаза, ком пробирался все ближе, ее тело дрожало. Хранитель справедливости посмотрела на нее, узнав, ее губы тронула улыбка, а тело расслабилось, уже навсегда. Хлоя не верила, она смотрела на потускневшие глаза, продолжала вливать свою ману. Но было поздно. Кровь Мии была теплой, она лилась сквозь пальцы, алая, смешиваясь со слезами, которые капали на безжизненное лицо. Хлоя все вливала ману в нее, моля девушку проснуться, не оставлять ее. Но зеленые глаза уже не видели, а душа не слышала ее мольбы. Застывшая спокойная улыбка на ее лице показывала, что она была рада ее увидеть. Будто борясь со временем, Мия ждала ее, чтобы попрощаться. И девушка не сразу поняла, что во всем этом кошмаре, не было слышно призрачных голосов. В багровом мареве руин, где когда-то сияла жизнь, Хлоя стояла, ощущая, как земля уходит из-под ног. Не просто город, ее дом обратился пеплом. Она примчалась спасти, но нашла лишь безмолвное кладбище, где отчаяние эхом отдавалось в каждом камне. Этот город, ее убежище, стал ареной, где зло торжествовало. Но это была лишь увертюра. Кукловод, дергающий за нити, позволил ей ощутить ложный вкус победы, предвкушая сладость грядущего падения. Ядра похищены, город сломлен, но кое-что осталось – ее живое, трепещущее отчаяние. Она – последний трофей, завершающий мазок на картине его безумия. Он хотел видеть, как она ломается. И пока она стояла, оплакивая утрату, триумфатор готовился к заключительному акту своей симфонии распада.