Часть 18

      «ШПИОНОМ?????»       «Что черт возьми??? Мне не послышалось?!» — пронеслось у меня в мыслях, как только я услышала слова командира. Потрясение отразилось на моем застывшем в глубоком шоке лице. И я поскорее решила во что бы то ни стало переубедить его, что это самая большая несуразица. Ведь какой из меня шпион… — Молодой господин Яо, мне кажется вы совершаете ошибку, я не та, что вам подхожу. Знаете… — не успеваю я закончить, как его взгляд от доброжелательного меняется на суровый отдающий холодностью, что заставляет меня поежится от такой резкой перемены. — Ты считаешь, я могу ошибаться? — спокойным ровным тоном задал мне вопрос господин, что нагонял тревоги еще больше. — Ч-что вы, я…я совсем не это имела в виду — занервничала я, — просто я не понимаю зачем вам нужен шпион не умеющий читать и… писать. — Это вовсе не проблема, тебе нужно будет выучить специальный шифр и то на крайний случай. Об этом можешь не беспокоиться. — снова он вернул привычное лицо с едва заметной лисьей улыбкой и глазами, сияющими одобрением. Но что-то мне подсказывало, что все не так просто и нужно быть на стороже. Он продолжил: — Как только прибудем в резиденцию твоя подготовка будет у меня в покоях. — А как же тренировки? Лаоши за пропуск занятий по боевым искусствам вперит мне смертельное наказание. — ужас пронесся в глазах. — Не беспокойся об этом, ты будешь занята приготовлениями к более важной и ответственной миссии, а учитель будет обязательно поставлен в известность. — хотя на деле, он не сказал каким именно образом он осведомит Фа Цзиньсуня. — Но, господин, как я тогда смогу продолжать заниматься подготовкой к Священной охоте? До нее осталось не более двух лунных циклов* (2 месяца). Взгляд его снова изменился, немного прищурив глаза, словно мои вопросы приводили его в бешенство, которое он не показывал снова отчеканил холодным тоном: — У тебя будет для этого время. — этой фразой он будто бы показал, что на этом все мои вопросы заканчиваются и что предыдущее вовсе не было предложением для обсуждения, это был приказ. — Да, молодой господин Яо. Прошу прощения за излишние вопросы, заклинатель Лян Анлин готов к службе. — останавливаюсь и делаю уважительный поклон, потому как весь разговор мы вели, пока продолжался путь.       Весь оставшийся путь я была словно на иголках. Не успела я уйти из Цзинаня и отойти от всего, что там произошло, от смерти Да Сяолуна… Как снова сваливается новая порция птичьего помета, хотя всему отряду был обещан отдых после задания, которое, как уже всем известно, явно не для начинающих заклинателей. И скорее всего все остальные действительно смогут позволить себе пару дней отдыха, но как уже осознала — я в это число я не вхожу.       «Учить еще какие-то шпионские письмена?!»       Я и так не могу никак освоить все шесть искусств из-за того, что для такого выросшего лба как я никто не преподает чтение и письмо как для пятилетнего ребенка, а самостоятельно я не могу заниматься, мне уж больно не хватает усидчивости для такого. По мне лучше пойти пострелять из лука или потренировать искусство владения мечом или кулачный бой. Когда заняты руки — меньше мыслей в голове, это хорошо отвлекает. Вот сейчас, например, пока мы направляемся обратно в Ланьлин, мои руки занять нечем: мы либо идем, либо устраиваем привал, либо спим. И тут, как ни крути, мысли забираются в голову. О прошлом, настоящем, будущем. Но больше всего о прошлом. Всегда так было. И я от них никуда не могу убежать.       Из-за этого я уже который день дороги не могу выспаться и глубокие тени залегли у меня под глазами и с таким увядшим видом я с остальными прибываю в Ланьлин. Идя в свои комнаты, держась из последних сил, чтобы не рухнуть на цибо держу у себя в голове, что нужно заплатить гуннюйям*(придворным слугам) по золотой монете. Я отсутствовала достаточно долго и не хочу рисковать этим хрупким положением. Как же мне это не нравится, черт возьми.       Зайдя в комнату, которую я делю еще с тремя девушками, я бросила вещи в свой угол даже не разбирая их. Займусь этим позже. Так как сейчас нам не давали никаких распоряжений, и дали на отдых несколько дней, я идя думала только о том, чтобы завернуться в одеяло. Здесь, как и в других комнатах было тихо, все слуги с самого утра заняты своими обязанностями. Поэтому я могу спокойно поспать, но перед этим кладу по золотой монете под подушку Киао и Нинг.       Целых три дня за меня никто не спрашивал, и я могла отдохнуть и наконец-то поспать и пока никого не было в комнате излить душу в подушку. Все накопленное напряжение, переживания и чувство утраты я изливала пока не иссякли силы и я снова не погружалась в сон. Целых три дня. Для меня это была роскошь, которую не позволительно мне было иметь очень долгий период. Но на третий день едва проснувшись, зародилось чувство тревоги, что это не могло продолжаться вечно, вспоминая приказ молодого господина. И чувство неизбежного застало меня в этот же день, когда я была в саду резиденции. За мной пришел дежурный заклинатель господина Яо с приказом явиться к нему в личные покои. — Молодой господин, приветствую вас. — поклонилась я. — Вы хотели меня видеть. — Да, входи.       Я вошла к нему в комнаты. Они были просторные и светлые. Я успела оглядеться вокруг и насчитала три помещения: гостиная, с несколькими столами, один из которых завален какими-то бумагами, а второй для трапезы и шкафами наполненными книгами и свитками; комната отдыха, куда уходила другая дверь не до конца закрытая, поэтому я успела увидеть ее часть мельком; и другая дверь, скорее всего была ванная комната. А возможно и нет, это были всего лишь мои предположения. Но однозначно было заметно, что его покои сильно отличались от покоев Цзинь Цзысюаня. По сравнению с комнатами первого молодого господина, эта комната отдавала оттенком блеклости и серости, больше похоже даже на покои для гостей, нежели для второго молодого господина. Интересно, зная это, как господин Яо к этому относится. Ведь как не крути, он ведь тоже сын Главы Ордена и тоже стоит в очереди на его место. Но от моих мыслей меня отвлек его кашель, который больше был направлен на то, чтобы я наконец-то сосредоточила внимание на нем, а не на разглядывании окружения. — Садись вон туда — взмахом руки он указывает на стол для трапезы. — Сейчас я тебе принесу некоторые свитки с нигами, изучишь их до конца дня. Потом обсудим вопросы. Я села и в ожидании начала теребить свои волосы изрядно нервничая, что не смогу ничего понять, что там написано.       Он положил передо мной три книги и указал с которой нужно начинать. Затем он ушел, оставив меня наедине с закорючками, не имеющими для меня никакого смысла. Блять.       После прошествия нескольких часов, как бы я не старалась, мне все-таки не удалось ничего понять в этой бумажке. Я, конечно, не дура и прекрасно вижу, что каждый иероглиф заменяется другим и из этого получается шифр. Но я блять не знаю грамоты. Я же предупреждала. Черт возьми. Эта вся нелепая ситуация зарождает во мне постепенное поднятие из недр моего тела разрушающего гнева, на Молодого господина, на родителей, на себя и на ситуацию в которой я оказалась заложницей и из которой шага назад точно нет. И под всеми этими обуревающими меня мыслями и чувствами, я в порыве гнева швыряю книгу в стену. Мои чувства снова вырвались из-под контроля, снова что-то необузданное пробудилось во мне забрав у меня вожжи.       После несколько долгих, словно вечность минут я стараюсь отдышаться и привести свое состояние обратно к морскому штилю, иначе я точно раскромсаю половину комнаты господина, что явно не добавит мне лишних монет в карман* (в значении не погладят по головке).       Придя в себя, я не утруждаю себя подняться за «улетевшей» бумажкой, уж очень сильно она мне доставила неприятностей и внутренней смуты. Решаюсь взяться за вторую и…опять земля выбивается у меня из-под ног. Здесь такой же тлен. Еще и примешаны цвета. Только красок мне не хватало, запоминать по мимо того, что ассоциирует каждый цвет в быту, в каждом ордене, так еще и учить цветовой шифр, не зная даже как пишутся названия цветов… Это полный провал…       За третью писанину я даже не берусь. Безнадежность и досада застелили мои глаза, и я с горьким привкусом разочарования и злобы решила просто дождаться второго молодого господина. Воодушевляя себя, словно по сплетенному канату тяну себя наверх, что смогу его еще раз убедить в том, что я не подхожу.       Но естественно, когда возвращается Мэн Яо и видя меня и мое состояние его лицо сразу из легкого и окрыленного легкой доброжелательной улыбкой сменяется строгой и угрожающей гримасой, что выбивает из меня весь дух попытаться с ним объясниться еще раз. — Как успехи? — с легким сарказмом и вздёрнутой бровью над одним глазом, но с явно сдерживаемыми очень нехорошими эмоциями спрашивает он меня. — Молодой господин Яо, я…я — выдыхаю, набираясь сил — я не смогла осилить эти учения. Прошу прощения за свою невежественность. Я не смогла понять ни единого написанного слова.       Он уставился на меня с явным проблеском гнева в глазах, но подождав какое-то время, он развернулся и ушел в свои покои, оставив меня одну здесь сидеть.       «Может он все-таки решил передумать брать меня на эту должность?»       «Может мне стоит удалиться, а не бесцеремонно после этого продолжать сидеть здесь?»       Но как только я все-таки внутри приняла решение удалиться, так сказать до лучших времен или настроения господина, как он вышел из своих спальных комнат и сбросил на стол, где я в растерянности принимала решение, огромный талмуд с названием что-то по типу как мне кажется «грамота для тупиц». (Или долбайобов, по скверному выражению лица, как мне показалось- второй вариант). — Так как разговаривать ты умеешь, тебе сиделка не понадобится чтобы проговаривать с тобой произношение. Выучи написание базовых иероглифов, в этой «азбуке» для одаренных есть рисунки рядом с каждым иероглифом. Приступай к работе. У тебя на изучение азбуки и свитков три дня.       Он еще раз холодно на меня посмотрел, затем развернулся и ушел, оставив меня в дурном настроении и непонимании.       «Ну если я такая уж тупица, то какого хрена не взять другого заклинателя? А?!».              Эти три дня для меня были сущей пыткой, мои мозги плавились и такое ощущение, что могли вытечь через нос от эти всех палочек, закорючек, черточек. Пиздец какой-то. По мне уж лучше оставаться невеждой и деревенщиной, за пятнадцать лет ни разу не испытала никакой нужды в грамоте.       Хотя, на задворках сознания в этот момент меня кольнула мимолетная мысль, что если бы я владела письмом, то могла бы что-то написать Вэй Усяню. Или прочитать его письма.       «Так, стоп! Раз он мне ни разу не написал за все это время, то с какого перепугу вообще мне ему писать? Пфф.»       Когда я более-менее выучила базовые иероглифы, около ста штук и несколько дополнительных на которые мне указал молодой господин, которые мне было нужно знать, для передачи информации, я вновь приступила к свиткам с шифрованием. Опять-таки, первый свиток, как и последующий полетели в стену. Мне нужно было хоть на чем-то выместить усталость и злость за эти дни. Первая книга мне все еще не подходила, потому что смысл был в том, чтобы изначальный иероглиф менять на другой согласно шифру. Например если мне нужно передать сообщение «войска ушли на запад» (军队西行), то по шифрованию это получается «тигры прыгнули в горы» (老虎跳山). То есть по мимо того, что я и так как новорожденный ребенок только что сказал слово «мама», мне придётся запоминать шифровальные иероглифы к каждому иероглифу. Лучше уже сразу отбить мою голову молотком в лепешку.       Второй свиток я даже не брала в руки, так как с цветами (не цветы (роза тюльпан), а цвета (красный, синий…) ха-ха, не запутайтесь)) я дело иметь не хочу, и сразу перешла к третьему. Немного пробежав по нему глазами, я определила его как наиболее сносный для изучения. Он также не был легким, особенно в шифровании и расшифровке, но для меня это было гораздо легче чем в очередной раз учить новые иероглифы. Здесь все заключалось в символах. Это конечно усложнит задачу, ведь если перепутать символ — потеряется смысл информации или же она будет искажена. Поэтому конкретно этот код нужно использовать очень четко.       Шифровка состояла из геометрических фигур, символов и числовых кодов. Если же небрежно это рисовать, то это вообще может смахивать на рисунок ребенка, что играет на руку, если донесение смогут перехватить или украсть. Человек не знающий шифра никогда его не разберет.       В конце отведенного мне времени, молодой господин проверил мои успехи тем, что диктовал предложения не слишком сложные, наоборот емкие и краткие, именно такие какими они должны быть в донесениях. А я их шифровала символически. Затем мы сверяли кодировку. Это было очень важно, чтобы в дальнейшем Мэн Яо мог также правильно истолковать переданную информацию. После того как все оказалось верным, он удовлетворенно хмыкнул и его лицо снова засияло легкой и добродушной улыбкой, полную лести и обожания. Но во мне от резкой смены эмоциональной атмосферы по телу пробежала дрожь, и начали расти сомнения по поводу этой улыбки. Но решив, что я сильно себя накручиваю, откинула эти мысли и вскоре вообще об этом забыла. — Ты хорошо постаралась, довольно хороший результат за три дня, учитывая, что три дня назад ты была безграмотной барышней. — это слово «барышня» резануло мне слух, потому что звучало фривольно и насмешливо, но то, как я скривилась от этого внутри, снаружи я не показала и тени своих эмоций. — Молодой господин, я все еще остаюсь неграмотным заклинателем, так как это всего лишь одна сотня иероглифов и не такой сложный шифр. Я буду стараться больше, чтобы оправдать ваши ожидания. — ответила я ему, как подобает приличия обращения к старшим знатным особам. — Хм, в этом есть зерно правды, в таком случае, еще четыре дня будешь приходить на несколько часов сюда совершенствовать свои знания на этом уровне, что ты освоила. Можешь вернуться на тренировки на это время. — Почему только четыре дня? — не понимающе и в замешательстве спрашиваю у него. — Через четыре дня ты отправишься на свое первое задание в качестве моего! шпиона. — сделав акцент на слове «моего». — УЖЕ? — не успев себя остановить, выпалила я в глубоком шоке, что даже не поняла, что это было неподобающее поведение по отношению к молодому господину. Я стояла, уставившись на него глазами по две монеты. И на удивление он таким же взглядом на меня смотрел. Тут то я и поняла, что что-то неладное и словно стрела, летевшая в ястреба меня, пронзило осознание, как я повела себя. — Ой, господин Яо, прошу прощение за мою реакцию, я была очень удивлена и ошарашена, что вы считаете меня готовой к такому важному заданию. — немного слукавила, пустив пыль ему в глаза в надежде что мне это спустят с рук. Но он, казалось, учуял мою лесть, но, наверное, решил не обращать уже на это внимание, хотя голос его снова отдавал холодом: — Да, четыре дня. За день я введу тебя в курс дела, мне еще нужно подумать. Можешь идти. — Да, молодой господин. — кланяюсь я. — Доброй ночи.

***

      Следующие дни я проводила в личных покоях Мэн Яо пытаясь зазубрить все эти символы, чтобы они с меня лились словно водопад. Не хотелось бы перепутать их, тогда я точно не отделаюсь лишь холодным взглядом господина. Подумав о том, что может меня ждать за ошибку, меня аж передернуло и спина покрылась холодным потом. В иное время, я решила приходить на тренировочное поле. Лаоши Фа Цзиньсунь мне ничего не говорил, хвала Небесам и Небожителям, поскольку, как я поняла был уведомлен о том, что заклинатели прибывшие с задания получили по десять дней выходных. Я пришла на шестой день, по мне это должно быть похвально, что я не сижу сложа руки. Хотя, я пришла на тренировки на самом деле по другим причинам, во-первых меня тревожат мысли о том, за чем или кем я должна шпионить или какую информацию собрать, во-вторых получится ли у меня, потому как я действительно не самый лучший кандидат, что еще добавляет мне переживаний «а почему именно я?!», а в третьих — это то, что через два лунных цикла начинается Священная Охота. А без должных постоянных тренировок и совершенствования, этот шанс, на то, чтобы пробить себе путь на свободу и стать признанным заклинателем постепенна утекает от меня, как вода сквозь пальцы. Опасения, что за мой провал меня вышвырнут из Ордена каждый день становятся все осязаемее. Я начинаю чувствовать, что, пропустив даже одну тренировку, я становлюсь хуже остальных, я начинаю себя сжирать за это. Поэтому даже если я не высыпаюсь, даже если я буду мучаться на цибо от болей в мышцах, я все равно должна хоть что-то делать. Действия помогают мне бороться с мыслями и с саднящим чувством пропасти внутри, которое после Цзинани стала еще больше и глубже.       Размявшись и постояв в спарринге со своими братьями по Ордену, в рукопашном поединке и поединке на мечах, используя духовные силы. Я немного успокоилась, ведь только в таких случаях я могу отследить свой рост, когда я наконец-то могу побеждать мужчин, которые физически более развиты чем я. Хорошо, что все-таки несмотря на то, что в Цзинани не было особо времени для тренировок с оружием или отработки стоек, я смогла усилить и усовершенствовать золотое ядро.       Но самое главное на Священной Охоте — это стрельба из лука, я хотела попробовать вкладывать больше духовных сил в оружие, чтобы уметь лучше контролировать стрелу. Поэтому в свое свободное время, которое выдалось, взяла лук со стрелами и отправилась в бамбуковую рощу, где когда-то хранила свои сбережения. Это идеальное место для того, чтобы усовершенствовать контроль над стрелой огибая при полете каждый бамбуковый ствол.       Здесь особо не было крупных птиц, которых можно было бы подстрелить, как мишень. Поэтому пришлось довольствоваться воображением и приблизительно намечать в какую точку должна прилететь стрела. Хоть я и рассчитывала потратить на это час времени, но по ощущениям уже шел третий или четвертый час, потому солнце уже близилось к горизонту. К этому времени, мои точечные навыки контроля пока что только одной стрелы значительно улучшились, если брать отсчет от первой пущенной стрелы. В начале стрела летела по прямой и естественно врезалась в первый ствол бамбука буквально в двух чжанях от меня. То сейчас, я для себя нашла способ как вливать в стрелу духовную энергию. Для этого нужно одновременно чувствовать не только направление стрелы, куда она должна прилететь, а еще и сам лук и тетиву, которая дает силу полета. Духовную энергию нужно вливать и в тетиву, и в сам лук, а после уже не в саму стрелу, а только в ее наконечник, которые должен поразить цель. Не знаю, правильно это или нет, но способ, который я нашла по крайней мере сработал: пара десятков стрел достигла своей цели. Правда теперь бы хотелось научиться таким же образом управлять хотя бы двумя-тремя штуками, а то если придётся сражаться с несколькими мертвецами или демонами, такая неспособность может стоить жизни либо моей, либо чьей-то в отряде.       Используя также духовные силы, чтобы одновременно быстрее добраться обратно в орден и тренировать ядро, по крышам построек разного назначения, окружающих Башню Кои, я сразу же приземлилась недалеко от плацдарма для тренировок. Охрана территории Ордена не обратила на меня внимания, ведь используя духовные силы я была в золотых одеждах с цветком пиона на груди.       «Хотя и опрометчиво с их стороны, я бы могла быть шпионом, убившим какого-то бедного парнишку и забрав его одежду. Ха-ха, если так случится, кому-то действительно нужно беспокоиться за голову на плечах. Или может у меня уже мозги поехали со всем этим шпионством» — пожав плечами, я развернулась и направилась в свои комнаты. Проходя мимо мужских казарм, кто-то дернул меня за локоть, да так неожиданно, что я оступилась и чуть не полетела назад. Поймав равновесие, я уже хотела развернуться и впечатать пару ласковых слов, типа «какого хера мудила», и когда я увидела державшего меня за руку, я почти также и сказала: — Какого хрена?! Цзинь Бэй: …. После шоковой паузы он продолжил: — Ты еще спрашиваешь «какого хрена»?! — не отпуская мою руку, он потащил меня. — где тебя черти носили? Нам всем нужно быть в главном зале ордена, а тебя нет. — зыркнул он на меня. — Что мне там делать? — А ты разве не слышала? — Нет. Понятия не имею. — все еще упиралась от него, не понимая зачем мне туда идти. — Целый день об этом толковали что Глава собирает всех заклинателей сегодня в главном зале по случаю успешной выполненной миссии. А тебя нет! — Я не знала об этом… — испугавшись пробормотала я в свое оправдание — А где ты была? — Тренировалась. — У нас десять дней отдыха, тебе что заняться было нечем? Я молчу в ответ, ведь это у них было десять дней отдыха, а не у меня. — Я могу идти сама, отпусти меня. — уже отойдя от внезапной информации, которая свалилась на меня.       Он отдернул мою руку немного сильнее, чем если бы он просто ее отпустил. И я вздохнула, понимая, что тогда в начале нашего знакомства все же то была его заискивающая маска. Цзинь Бэй тот человек, который умеет подстраиваться под людей, когда ему это нужно.       Мы вошли в главный зал, все заклинатели, учителя и глава с сыновьями уже были здесь и в данную секунду Цзинь Гуаньшань что-то говорил. Но я пока еще не слушала, а больше искала лазейку с Цзинь Бэем как незаметно на цыпочках проскочить, не привлекая особого внимания. Видя, что отряд стоит с другой стороны, и чтобы до него добраться: это нужно идти либо через самую середину залы, а это значит проявить неуважение к Главе ордена, в то время как он говорит, или же другой путь, полностью обогнуть главный зал и зайти со стороны сада с прудами. Немного поразмыслив над этим, я шепотом рассказала об этом Цзинь Бэю. Кивком головы, он счел этот план менее провальным, чем переться напролом. План был хороший, но мы не учли, что с той стороны нет дверей, а есть только арочные окна. Поэтому туда мы сможем только запрыгнуть. И единственный шанс, который даст возможность быть незамеченными, это запрыгнуть уже в полете сгруппировавшись и приземлиться в перекате, а не в полный рост «а вот и мы». Когда я озвучила это вслух, мне показалось, Шисюн Бэй явно пожалел о том, что именно ему выпал жребий идти найти меня. Все что он сказал на это: «…» — реакцией, которая выдавала его недовольство это были раздутые ноздри и сведенные брови к переносице, которые образовали глубокую складку между бровями.       Он пошел первым, я прислушалась к звукам в зале и не услышала ничего выбивающегося, что нарушило бы тишину или пересилило говорившего господина. Так, значит путь свободен и в принципе провернуть это дело действительно можно скрытно. Я приготовилась прыгать, используя духовные силы. Я хорошо оттолкнулась от земли, затем от стены чтобы дать себе фору еще ближе приблизиться к зданию, чтобы в окно я занырнула, словно обволакивающая камень вода. И также бесшумно сгруппировавшись приземлилась в главном зале. Единственное чем отличался прыжок Цзинь Бэя от моего, так это то, что я очутилась лицом у чьих-то ног. Подняв голову, я обнаружила холодный взгляд, от которого можно было самому покрыться льдом, и очень искреннее недовольство Мэн Яо, смотревшего на меня сверху вниз. Я растерялась и даже не поднявшись с колен попросила прощения, словно во мне проснулась та деревенская девчушка, вместо представителя одного из пяти главных орденов. Черт. Это застало меня врасплох, что я сама устыдилась своему действию. Мэн Яо на это лишь фыркнул и развернулся, уходя в глубь помещения.       Я наконец-то встала, отряхнула колени, которые запачкались в белых штанах и встала сзади в ряду заклинателей, которых я не знала. Не успела уследить куда умыкнул Цзинь Бэй, потому как я опешила перед ступнями командира. Наверное, это смотрелось очень глупо. Он точно хочет, чтобы именно я была шпионом? Не устаю задавать себе этот вопрос. Сегодня же вечером мне нужно ближе к полуночи явиться к нему в личные покои за новым заданием и деталями, ха-ха, если он, конечно, не передумал. Тут я наконец-то решила обратить внимание на речь Цзинь Гуаньшаня, потому что пока что до этого, к сожалению или, к счастью, не удавалось уловить смысл. Прислушавшись, поняла, что что-то он говорил о новых распорядках, тренировках, что больше было обращено к учителям. Но как по мне, это было все равно что размазывать говно. Репутация у Главы не самая завидная, и все и так знают что обычно он увлечен далеко не делами Ордена, а своими любовными похождениями, скидывая работу на старейшин или Мэн Яо.       «И чего Цзинь Бэй так еще с наездом потащил меня сюда и с вопросом почему это я не здесь, если все равно тут ничего важного не происходит?» Я решила не терять времени зря и пока я стою в толпе, повторить в голове выученный шифр.       Спустя добрых полчаса уже начали затекать ноги от стояния на одном месте без особой цели, скука взяла свое и мышцы первые кто начал бить в гонг от этого. Но, увы, как бы мне не хотелось уйти отсюда, даже используя тот же способ, как я сюда добралась, меня уже заметил Мэн Яо. И мне придётся остаться на тот случай, если он решит мне что-то сообщить или дать какие-то указания после собрания. Поэтому я продолжала ждать, то повторяя шифр, то рассматривая богато украшенный золотом главный зал Башни Золотого Карпа, пока меня не привлекло внимание движение от меня слева. Я увидела, что в центр зала выходят заклинатели, которые были вместе со мной на задании. Но из-за того, что я вообще не слушала что и кто говорит, не поняла зачем и продолжила стоять в недоумении и растерянности, что же все-таки делать. Знак мне подал Цзинь Бэй, когда разыскал меня глазами среди остальных и ярко выраженной мимикой, что даже не нужны были для этого никакие слова он бровями сказал мне чтобы я «быстро бляха подошла». Я это будто бы услышала, и самая последняя присоединилась к своему отряду, ставши позади всех. Тут же начал говорить Глава Цзинь: — И наконец-то заключительная часть этого собрания. Как вы уже знаете недавно отряд заклинателей от лица Главного Ордена был отправлен в Цзинань чтобы разобраться с беспорядками и нечестью. Как оказалось та нечисть была не совсем обычная, а высокоранговый демон подселенец. И как и ожидалось от лучшего Великого Ордена отряд справился!       «Он так легкомысленно говорит об этом, хотя там погиб Да Сяолун. Противно слушать» — Командир этого отряда мой второй сын Мэн Яо. — тут он сделал небольшую снисходительную паузу, явно таким образом дополнительно подчеркнув его положение при ордене. — Да, вы его все знаете. Возможно, для некоторых из вас это сюрприз, ха-ха, но он справился. — прищурив глаза и натянув улыбку на подобии улыбки Мэна Яо, то посмотрел на него в упор. — Второй сын, твоя работа— это шаг вперёд для нашего ордена. И хотя я никогда не признавал тебя официально, ты показал, что можешь быть полезным. — улыбнулся тот ему. — Я так же наслышан об отличной работе начинающих заклинателей, вы молодцы, что не опорочили свой Орден, и подтвердили его силу. Очень печально было услышать о смерти вашего товарища и нашего заклинателя, его награду передадут родне. Он внес ценный вклад в командную работу, в силу духа и подтвердил своим поступком величие ордена, в котором его обучили!              «Черт, он это серьезно? Такой отвратительной и полной лицемерия речи я давно не слышала. У меня аж кровь закипает от такого отношения к Да Сяолуну. Я не понимаю как Мэн Яо еще держится, после того как его непрозрачно унизили перед всем Орденом…»       Но Цзинь Гуаншань, не останавливался: — Ваш успех — это успех Ордена. Мы становимся сильнее и влиятельнее. Запомните это. — Все заклинатели, — обращается он к нам, — за это задание получат вознаграждение в виде двадцати золотых и десяти серебряных монет за свою службу. «О! ОГО!!! Целых двадцать золотых монет! Если так пойдет, я смогу к Священной охоте купить себе новый меч, который может лучше проводить духовную силу! Ну Глава хоть что-то полезное сказал за этот вечер»       После этого Глава Ордена закончил речь, и махнув рукой с самодовольной ухмылкой ушел, оставляя многих в замешательстве от его скупой речи, где он то ли благодарил нас или все же превозносил себя и орден записывая эти заслуги на свой счет.       Все начали расходиться по своим делам, кто направился сразу в казармы, кто поспешил в обеденный зал с надеждой успеть выхватить остатки ужина. В этот момент предательски заурчал живот, и я вспомнила, что за целый день кроме чаши риса с кунжутом на завтрак и запив соевым молоком больше и крохи не упало за все время. «И походу мне так и не удастся поесть», с горечью вздохнула я. И как раз на горизонте уже замелькал силуэт господина Яо, направлявшегося за мной. Когда мы вошли в его личные покои, он сразу же перешел к делу: — Сейчас я не буду зацикливаться на том, как ты сегодня вошла в главный зал на общее собрание и в каком положении, словно деревенская прислуга — мелькнул косой острый взгляд, — сейчас это не столь важно, но ты привлекаешь внимание. — Прошу прощения за неподобающее, …эм, проникновение? Я не знала, что сегодня Глава назначил общий сбор, я учту, больше такого не повторится. - потупила свой взгляд, завязав на узел все свои чувства и приняла отрешенный и серьезный вид. — Гхм, как я и сказал, сейчас это неважно. И так, он сделал паузу и затем продолжил, — ты — мой личный шпион, — поставил ударение на слове «личный». Ты поняла, что это значит? — Все сведения докладывать только вам, господин? — Это значит, что ни одна душа не должна знать, чем ты занимаешься и какую информацию добываешь. Вот что это значит быть моим шпионом. — снова ударение на слове «моим». — Как мне в таком случае объяснить мое отсутствие на общих тренировках? Учитель точно заметит мое отсутствие и затем неожиданное присутствие. — Это не твоего ума дела, я об этом позабочусь. Твоя задача сейчас сосредоточиться на миссии. — Поняла… — хотя внутри словно червяк грызёт мою плоть, крутятся мысли «а как же Священная охота». Я начала волноваться смогу ли я вообще на нее попасть…. Но не показав своих мысленных колебаний, я продолжила: — Какая моя задача? — Для начала я хочу посмотреть, как ты справишься во внедрении и наблюдении. Отправишься в Цишань Вэнь и соберешь слухи на их территории. — Какого рода слухи вас интересуют? — Будешь наблюдать за заклинателями, если удастся или послушаешь местных о внутренней политике, что происходит. Обычный люд всегда все видит и молву разносит. Мне нужна информация что у этого Ордена сейчас на уме. — Как передать сведения? — Эту информацию шифровать не нужно, там проведешь семь-десять дней и потом вернешься. Этого времени тебе хватит на то, чтобы что-то разузнать. С дорогой у тебя уйдет около месяца на это. Дальше все будет зависеть от того, как ты справишься. — А если не справлюсь, господин? Он многозначительно на меня посмотрел сейчас, будто бы такого варианта вообще нет. И этот вопрос канул в небытие без ответа. Я поджала губы. — Я тебе выделю сумму на дорогу, проживание и покупку необходимых товаров, и также за свою работу тоже будешь получать вознаграждение. Все будет зависеть от того, на сколько ты справишься и ценности информации. — Поняла, молодой господин. Заклинатель Лян Анлин будет рад вам послужить. — Завтра отправишься на рассвете, без меча и не в форме Ордена. По дороге купишь себе одежду. — Есть ли еще указания? — Нет, в этом и заключается твоя работа, найти способ заполучить информацию любым путем, а каким — твоя работа. — его взгляд переменился и от холодного жесткого, когда он раздавал задачи, до хищного, будто бы для него это азарт, узнать, как я выпутаюсь из его паутины и на что я способна. — Поняла, господин Яо. Я хотела спросить по поводу Священной Охоты, но запал как появился, так и быстро сник. Почувствовала, что сейчас не время и никакого ответа я не получу. Значит буду тренироваться по возможности в пути, месяц без тренировок может сказаться на моих навыков. — Есть ли у тебя какие-то вопросы? — Нет, молодой господин. — Хм, хорошо. — он обошел свой стол, где были навалены всякие бумаги, книги и свитки и из какого-то ящика достал небольшой мешочек, с характерным звенящим звуком. Деньги. — Это тебе на это время. Но помни, что ты должна взаимодействовать с простыми людьми и заклинателями не вызывая подозрений, — обратил он взгляд на содержимое внутри кошеля. Я словила мешочек, который он бросил и открыв его увидела, что он наполнен несколькими десятками серебряных монет. Этого могло хватить для жизни среднего достатка, но никак не простого люда, у которых в ходу больше медяков. — Я поняла вас. — Тогда можешь быть свободна. По возвращению, сразу же сюда, не имеет значения в каком ты будешь состоянии. — Да, молодой господин Яо, — кланяюсь ему, — благодарю за предоставленную честь служить вам. Он лишь улыбнулся, едва приподняв уголки губ, напоследок добавив: — Да, чуть не забыл, ты будешь в своем истинном обличии. Так что позаботься о том, чтобы никто не познал в тебе заклинателя и купи себе женское ханьфу.