Часть 45

Темнота сомкнулась надо мной, и что-то жесткое, твердое резко сдавило тело. Я на ощупь попыталась понять, что это: вязкая, скользкая, толстая нить — она обвивала меня, не давая пошевелиться. Такая прочная, что разорвать её обычными усилиями было невозможно. Вдруг меня подбросило в воздух — и с грохотом швырнуло на землю. Удар пришёлся по всему телу, но больнее всего досталось спине. Даже сильный удар головой показался ничтожным по сравнению с этим. Меня поволокло — катило куда-то с дикой скоростью. Я чувствовала, как сквозь толстые слои паутины ко мне что-то прикасается, толкает, вертит. Я собрала, кажется, все возможные камни, кочки и выступы — каждый оставлял на теле синяк, царапину, тупую боль. Вращение было хаотичным: меня бросало из стороны в сторону, мир кружился, и в какой-то момент к горлу подступила рвота. Я сдерживала её изо всех сил — понимала: если вырвет, я захлебнусь. Паутина обтягивала тело плотно, не оставляя ни малейшего пространства для движения. Единственное, что немного успокаивало — в руках всё ещё был меч. Его замотало вместе со мной. Но нити были так туго стянуты, что я не могла даже пошевелить пальцем. И тут вдруг — невесомость. Меня оторвало от земли. Страх парализовал тело: я летела куда-то, падала. Паника накрыла с головой — я начала брыкаться изо всех сил, лишь бы пошевелиться, хоть немного ослабить эти путы. Первый удар. Второй. Третий. И я снова на земле, скатываюсь вниз, пока не врезаюсь во что-то очередное. Всё тело болит, голова гудит от ударов, будто трещит. Я почувствовала, как что-то тёплое стекает по щеке. Когда капля достигла губ, на языке вспыхнул отчётливый металлический привкус. Скорее всего, я разбила голову. Я не знала, где я очутилась, кто меня катил и бросил неизвестно куда, но более насущным вопросом стало: как отсюда выбраться? Если я даже не могу нормально пошевелить руками, чтобы воспользоваться мечом. Как гусеница извивается, когда в неё тыкают палкой, так и я крутилась из стороны в сторону, на всякий случай не издавая ни звука — чтобы не привлечь к себе внимание кого бы то ни было. Я не знала, есть ли кто-то рядом, или, возможно, хищник уже наблюдает за последними стенаниями своей жертвы перед тем, как её поглотить. Я медленно сдвинула меч в более удобное положение, пытаясь приподнять его хотя бы чуть-чуть, чтобы кончик упёрся в связующие нити. Но — ничего. Ни треска, ни малейшего просвета. «Они что, настолько прочные?» Нет. Не может быть, чтобы обычный материал выдерживал даже касание лезвия. Только если… только если они были сотканы из духовной энергии. Если для их плетения использовалась ци, значит и разрезать их можно только с её помощью. Но сука — как раз-таки её у меня сейчас и не было. Я была почти на нуле. Ци только-только начинала восстанавливаться, и этого мизерного количества не хватило бы даже на слабое заклинание, не то что на то, чтобы разрубить эту дрянь. «Ну блять. За что мне такое невезение?!» Я начала ещё сильнее крутиться из стороны в сторону, выпуская таким образом злость и бессилие от всей этой хреновой ситуации. И вдруг наткнулась на что-то — твёрдое, остановившее мои метания. Прозвучал приглушённый голос, но я отчётливо расслышала: — Не шевелись. Я замерла. Кто это? Нападавший? Или… кто-то из нашего отряда? Сжав меч ещё сильнее, я напряглась, не зная, чего ждать. Но если уж не могу использовать ци, то хотя бы обычным боем смогу отсрочить свою возможную смерть. Нити с треском начали расходиться — слой за слоем, пропуская внутрь приглушённый свет. Я затаила дыхание, сжала мокрую от напряжения ладонь на рукояти меча, готовая в любой момент ударить. Глаза, привыкшие к темноте, сощурились, но не дожидаясь, пока зрение восстановится, я рванулась вперёд с мечом — прямо на чьё-то силуэтное пятно рядом. Но удара не произошло. Меч встретил сопротивление. Когда зрение прояснилось, я застыла в ужасе: кончик моего меча упирался почти в основание шеи… Лань Ванцзи. — Второй молодой господин Лань! Простите! Простите меня! — меч выскользнул из моих пальцев, — я не знал, что это вы, подумала, что враг какой-то… Я чуть вас не ранил, простите! — я резко поклонилась в глубоком уважительном поклоне. Из двух братьев Лань мне всегда больше импонировал Лань Сичэнь. От него шла какая-то мягкость, тепло, покровительство. От Лань Ванцзи же — один сплошной холод. Неприступность. Его взгляд — как ледяные стрелы, пронзающие душу насквозь. — Всё в порядке, — холодно отозвался он. — Нам нужно помочь остальным. — Спасибо… за то, что меня освободили! — Мгм. Я наконец-то осмотрелась. В нескольких чжаней от меня горел огонь — не костёр, а небольшой факел, освещавший пространство, в котором мы находились, и замотанные коконы, раскиданные по всей пещере. И валялось там кое-что ещё… Я прищурилась. Мои глаза расширились, а тело скрутил липкий, вязкий страх. Повсюду лежали обглоданные кости, останки людей, скрюченные и изуродованные части тел. Кровь застыла в жилах — среди всего этого кошмара было немало мелких костей. Совсем крошечных. Это были детские. Каменная поверхность, на которой я сидела, была ржаво-бурого цвета — она пропиталась кровью, что когда-то бурлила в жилах живых людей. Теперь она осталась лишь немым напоминанием о тех, кому принадлежала. В нос резко ударил запах гниения и смрада. Я отвела взгляд от этой удушающей, пропитанной демонической ци картины и подняла голову, осматривая пространство вокруг. Похоже, это была пещера, полная тоннелей — больших и совсем узких, обвитых паутиной и корнями деревьев. Нет… это не просто пещера. Это логово. Паучье логово. Паутина на стенах и полу отличалась от той, в которую меня поймали — она была тоньше, не такая липкая. Люди, обмотанные в коконы, лежали в разных частях пространства. Их сюда сбрасывали как добычу, как и меня. Я поднялась на ноги, немного покачнулась — и пошла вслед за Лань Ванцзи. — У тебя тоже есть клинок. Освободи вон тех, — он указал на трёх замотанных людей за большим сталагмитом, пересекающим пещеру. — Они не двигаются, скорее всего без сознания. — Молодой господин Лань, простите… Я не могу, — я неловко опустила голову. — Почему? — У меня совсем нет духовных сил… — Что с ними? — Я всё исчерпал. Он нахмурился, но ничего не сказал — просто кивнул и пошёл дальше к следующему телу. Первым, кого мы освободили, разрезав паучьи нити, оказался адепт ордена Вэнь. Он был без сознания: нос разбит, на виске кровь, и, похоже, сильно ударился головой — из ушей текла кровь. — Молодой господин Лань, это адепт ордена Вэнь. — Вижу. — Нельзя его так оставлять. Он может очнуться… А если их тут ещё несколько, они могут напасть на нас и снова начать командовать. Он молчал. Его взгляд, в котором отражались блики приглушённого света, был устремлён на лежащего адепта и полыхал множеством противоречивых чувств. Лань Ванцзи воспитывался в ордене строгих правил, где было запрещено насилие — даже по отношению к врагам. Но Орден Вэнь вероломно вторгся в их обитель, разрушил её, ранил главу, а самому Лань Ванцзи сломал ногу. Он сомневался. Он знал, что не может жалеть тех, кто обращался с ним так жестоко. Но и убить беззащитного, лежащего без сознания человека он тоже не мог — для него это было бы бесчестно. Понимая его внутреннюю борьбу, я сама предложила помощь. — Молодой господин Лань, у меня нет духовных сил, так что в освобождении пленных я вам не помощник. Но силы физические у меня пока есть. Позвольте, я разберусь с этим адептом. — Ты хочешь его убить? — Хочу. Но не убью. Просто свяжу — этими же нитями, чтобы он не мог пошевелиться. Не переживайте, молодой господин Лань. Лань Ванцзи молча кивнул и несколькими взмахами меча добил остатки кокона, из которого я смогла взять нужные нити. Я плотно связала ему руки за спиной, ноги, и, на всякий случай, подготовила ещё пару витков, чтобы при необходимости заткнуть рот. Мы не знали, где скрывается демоническое существо и как оно реагирует на звуки — кричащий адепт был бы слишком громкой приманкой. — Забери у него меч. — Мгм. Мы двинулись дальше по пещере. Я старалась аккуратно обходить валяющиеся повсюду недоеденные человеческие останки, но каждый раз, случайно задевая их ногой, вздрагивала. Из некоторых тоннелей тянуло лёгким ветерком — значит, некоторые из них вели наружу. Выбраться можно. Мы подходили к каждому кокону по очереди: Лань Ванцзи разрезал прочную паутину, я стояла рядом, готовая в любой момент среагировать, если внутри окажется кто-то опасный. Помочь нам было некому — ни у кого больше не было мечей. Пока что адепт Вэнь оставался единственным среди пленных, но коконов ещё оставалось немало. Мы освободили нескольких адептов из малых орденов и троих девушек. Все они были сильно травмированы, с сотрясениями, кровью на висках, растерянные, испуганные. Конечно, очнуться и увидеть перед собой такое… Нужно иметь железную выдержку. Но я их не осуждала. Наоборот — чувствовала только сочувствие и злость. Их ведь не учили сражаться, не развивали в них духовное ядро, не давали возможности для самосовершенствования. В этом устрое мира женщина — это семья, быт, дети и поддержка мужа. Красота, закованная в цепи. Мы оставили их рядом с другими заклинателями и пошли дальше. Когда мы подошли к дальнему краю продолговатой пещеры, где нависала массивная каменная глыба, за которой открывались узкие проходы, перед нами лежали три кокона. Один подрагивал едва заметно, другой — катался из стороны в сторону и что-то неразборчиво верещал. Мы с Лань Ванцзи переглянулись. Его взгляд — предельно серьёзный: «осторожно». Мой — собранный: я уже приготовила оружие, если это окажется очередной адепт Вэнь. Он подошёл первым, ногой прижал шевелящийся кокон и разрезал нити. Тотчас фигура внутри резко поднялась и завопила: — Наконец-то! А то я уже думал, что сдохну здесь, и никто не увидит моего прекрасного смертного лика! О! Лань Чжань, Лин-эр, спасибо, что освободили меня! Теперь я живой — и снова могу блистать своей красотой! Мы оба опешили. Я-то была готова к бою — а это… это был Вэй Усянь. Хотя, с другой стороны, неудивительно. Стоило сразу понять по ненормальному поведению кокона, что внутри явно кто-то… нестандартный. — Ты в порядке? — спросил Лань Ванцзи. — О, неужели сам молодой господин Лань проявляет заботу обо мне? — Какой вздор! Ты настолько невоспитан, что даже не можешь нормально ответить на вопрос и выразить благодарность! — его строгий взгляд пронзил Вэй Усяня, будто две стрелы, бьющие насмерть, и он тут же отвернулся, направившись к другому пленнику, лежащему в белых путах. — Я очень благодарен! Просто Лань Чжань не способен оценить степень моей признательности сквозь свою ледяную маску безразличия, — продолжал Вэй Усянь, не унимаясь. «О нет, что он несёт?!» — я смотрела на эту перепалку, искренне ахуевая: то ли от смелости Вэй Ина, то ли от его безрассудства. Пока Лань Ванцзи игнорировал происходящее и сосредоточился на следующем коконе, Вэй Усянь вдруг обернулся ко мне. — Эй, Лин-эр, у тебя кровь. — Знаю. Ударился головой, когда меня сбросили в пещеру. — Ну ты поменьше бейся, а то что я с тобой делать буду, если ты дурачком станешь? — Я тебя ударю по голове — и ты станешь дурачком вместе со мной, — я саркастично ему улыбнулась. Нашу «милую» беседу прервал вскрик и всхлип. — Ванцзи-сюн, Вэй-сюн, Лин-сюн… как же я рад. Спасибо вам за то, что вытащили меня. Что бы я без вас делал… — голос Не Хуайсана дрожал, но в нём слышалась искренняя благодарность. — Господин Не, вы в порядке? Ничего не болит? — тот же вопрос Лань Ванцзи задал и ему. Не Хуайсан осмотрел себя, нахмурился и покачал головой: — Нет, ничего не болит. Я в порядке… Только вот на руку упал. Она немного опухла. — Он попытался привычным изящным жестом распахнуть веер, но тут же поморщился, и веер выскользнул из пальцев, упав на землю. — Дай посмотреть, — Вэй Ин взял его за запястье, осторожно и внимательно его осматривая. — Хм… Похоже, вывих. Постарайся пока не напрягать руку. Носи веер в правой. — Вэй-сюн, спасибо! — Ты так хорошо разбираешься в травмах рук? — спросил Лань Чжань, сдвинув брови. — Не только рук, ещё и ног, и вообще всего тела, если понадобится, — усмехнулся Вэй Усянь. — Если бы Ванцзи-сюн был хоть чуточку милее, я бы даже рассказал, откуда у меня такие познания. — Хм, — холодно хмыкнул Лань Чжань, явно обиженный подколом, и молча отошёл к третьему кокону. Я повернулась к Не Хуайсану: — Молодой господин Не, мы ещё не всех освободили. Пока адептов вашего ордена среди пленных не было. Скорее всего, они остались наверху. — Если они попадутся так же, как я, их, скорее всего, тоже притащат сюда. — Вы видели… Внезапный шум прервал нас, и мы все разом обернулись. В третьем коконе оказался адепт Вэнь — и он уже наставил меч на Лань Ванцзи. Чёрт, это же моя была ответственность! Я сорвалась с места и в один прыжок оказалась рядом, выставив клинок навстречу. — Опусти меч, — сказала я, прищурившись. — Вы, ублюдки, находитесь на землях ордена Вэнь и подчиняетесь нам. Это вы опустите мечи! — Ты здесь один, — спокойно, почти с ленцой произнёс Вэй Усянь. — Не боишься оказаться в кругу четырёх заклинателей? Я бы не рассчитывал остаться целым. — Ты, заткнись, сын слуги! Молодой господин Вэнь доберётся до тебя и шкуру спустит! — Но его здесь нет. Зато есть я. И ты. А я тоже умею снимать шкуру. — Вэй Усянь всё ещё сидел на месте, расслабленный, словно не в логове чудовища, а на пикнике в Юньмэне. — Можешь попробовать. Или сдохнуть прямо сейчас. Выбирай. — Он широко, почти весело улыбнулся. Кадык адепта Вэнь дёрнулся, но злобное выражение лица так и не исчезло. Он явно злился, понимая безвыходность ситуации — придётся подчиниться. Я передала его меч Вэй Ину, и тот тут же начал вертеть его в руке, будто игрушкой, с таким видом, словно забавлялся. Это только подлило злости в глаза сидящего в нашем окружении пленника. Я взяла немного паутины и, как и с предыдущим, крепко связала ему руки, ноги и рот — чтобы не слушать, как он продолжает поливать всех грязью. Вернувшись к остальным, мы оттащили его и усадили рядом с другим адептом Вэнь, который до сих пор был без сознания. Теперь у нас было четыре меча. Мало, конечно, но лучше, чем ни одного. С четырьмя мечами мы хотя бы что-то могли сделать — не только против демонического существа, но и в случае атаки со стороны адептов Вэнь. Вэй Усянь и Лань Ванцзи направились к другим лежащим пленным. Вэй Ин молча взял инициативу на себя — я не стала спорить. Я пошла с Не Хуайсаном к остальным заклинателям, собравшимся у огня. Меня всё ещё слегка подташнивало — и от удара головой, и от стоящего в пещере смрада. Сил не хватало. Но раз уж мы здесь — нужно думать, что делать дальше. И даже те крохи энергии, что у меня остались, теперь было нельзя растрачивать просто так. Как только господин Не окончательно пришёл в себя и осмотрелся, его снова накрыла паника. — Лин-сюн, пожалуйста, не оставляй меня! Я видел демонического паука! Они обязательно нападут! Защити меня! Защити меня! — он ныл без остановки. — Я расскажу брату, что ты помог! Он… он обязательно отблагодарит! Раз он видел, как выглядит нечисть — нужно было разузнать больше. — Господин Не, обещаю вам: я, молодой господин Вэй и молодой господин Лань обязательно вас защитим. Только расскажите, что вы успели увидеть перед тем, как оказались здесь. — Когда в тумане послышались крики, все бросились бежать. Я тоже — не хотел отставать. Тем более, в этом чёртовом тумане вообще ничего не было видно! — он тяжело дышал, запинаясь. — В какой-то момент я потерял из виду своих адептов… И… и когда бежал дальше, оглянулся — и прямо врезался в паутину. Она была очень липкая. Я попытался выбраться, но это было бесполезно: правая рука, туловище и нога просто прилипли. Я начал кричать, звать на помощь… Но никто не пришёл. А потом… я услышал хруст. Хруст веток. — Он всхлипнул. — Я поднял голову и увидел, как с дерева спускается… огромный паук. У него было шесть красных глаз. И… и огромные хелицеры. Он подполз слишком близко, и я… закричал, зажмурился. А потом… потом вы меня нашли. Это всё, что я успел увидеть. Я задумалась. Паук? Не демоническое существо, не иллюзия, не дух… именно паук? — Д-да… — А? — я вырвалась из своих мыслей. Это была девушка, сидевшая недалеко, голос у неё дрожал. — Господин Не говорит правду. Я тоже видела паука. Он на меня напал. Был не слишком большой, но тоже с шестью глазами… и с огромными клыками. Я перевела взгляд на остальных, ища подтверждение. Несколько мужчин молча кивнули. Получается… пауков несколько. Потому что нас всех обмотали практически одновременно, как жертв. И в этот момент во мне впервые за всё время поселилась настоящая, глубокая, холодная паника. Мы окружены. Мечей — всего четыре. Большинство здесь даже не умеют сражаться. Люди ранены, ослаблены и напуганы. Чёрт. «Сможем ли мы вообще выбраться?» Пока мы разговаривали, к нам подошли ещё несколько заклинателей — освобождённые Вэй Усянем и Лань Ванцзи адепты малых орденов. Пока что среди них не было никого из свиты Не Хуайсана. — Вэй Усянь! — окликнула я его. — А?! — донеслось с другого конца пещеры. — Нам нужно обсудить план. Иди сюда! — Подожди, Лин-эр, тут остался последний. Сейчас придём! Я обернулась к огню, размышляя. Внутри странно закололо — чувство, что ответственность за всех этих людей теперь почему-то на мне. Спасти только себя уже казалось недостаточным. Нужно отсюда выбраться и затем и вовсе сбежать с территории ордена Вэнь. Благо опыт у меня имеется. Позади раздался шорох — мы все резко обернулись. Вэй Усянь и Лань Ванцзи тащили ещё одного, уже связанного, адепта Вэнь. В руке у Вэй Ина был зажат ещё один меч. Теперь у нас было трое пленных из ордена Вэнь и пять клинков. Намного лучше, чем ничего. — Вот ещё одна паршивая собака попалась! — фыркнул Вэй Усянь, сбрасывая заклинателя к остальным. Он потрусил запястье о смятую и уже запачканную и прожженную клеймом одежду. Лань Ванцзи ничего не сказал, только отвёл взгляд. Но было видно: где-то внутри он разделяет слова Вэй Усяня — просто не позволяет себе их произнести. — Нам нужно обсудить план, — обратилась я к нему, но говорила сразу для всех. — Господин Не и остальные подтвердили: на нас напали демонические пауки. И притащили сюда. — Да. И их несколько. Точное число неизвестно, — подтвердил Вэй Усянь. — У таких существ, как пчёлы, есть королева, — спокойно и отчётливо начал Лань Ванцзи, словно снова преподавал в Гусу. — Похоже, у этих пауков есть структура. Разные размеры — значит, разные стадии превращения. Где есть стаи — есть и главарь. Вэй Усянь сел, скрестив ноги, задумчиво глядя вперёд. Он пробормотал, словно спрашивая не нас, а самого себя: — Интересно, как же так получилось, что пауки стали такими тварями? Они же наоборот… созданы от ци янь, от энергии жизни. Сыны радости. — Вэй-сюн, я… я знаю. — Не Хуайсан заговорил неуверенно. — Мой брат как-то увлёкся древними свитками. Один был почти уничтожен, но кое-что он смог разобрать. Здесь, на горе Моси, когда-то давно произошло великое сражение. Много воинов погибло, сражаясь друг с другом. Их затаённая злоба, обида, несправедливость… вместе с кровью, всё это пропитало землю. И, скорее всего, из-за этого тут появилось… то, что появилось. — Ну да, — Вэй Усянь скривился, глядя на связанных адептов Вэнь. — Зная, как орден Вэнь «очищает» земли от нечисти, перекладывая всё на других, неудивительно, что существа, приносящие счастье и процветание, обратились в демонических пауков, жрущих людей. Наверняка и тех, чьи дома мы видели пустыми. — Нам нужно уходить, — отозвался Лань Чжань. Голос у него был ровный, но как всегда безжизненно-серьёзный. — Мы не знаем, сколько их. И где их главарь. — У меня есть… — я не успела договорить. Из тоннелей сверху послышался звук. Шорох. Мы все резко повернулись на источник шума, почти одновременно обнажив мечи. Вскоре сверху, из разных отверстий, на пол пещеры с глухим стуком рухнули ещё четыре кокона. Мы не двинулись сразу. Ждали. Выжидали. Было ощущение, что следом кто-то должен появиться. Прошло несколько минут — ничего. Тогда я, Вэй Усянь и Лань Ванцзи подошли к телам. — Вэй Ин, разрежь тот, — кивнула я на свёрток слева. — Я помогу молодому господину Ланю. — Мгм. Теперь, когда мечей у нас было достаточно, и в силе Вэй Усяня я не сомневалась, не было смысла трястись над каждым пленником втроём. Лань Ванцзи первым разрубил кокон. Внутри, со ссадинами на лице и руках, в порванном ханьфу и с разбитым носом, лежал без сознания адепт ордена Не. — Молодой господин Лань, идите к молодому господину Вэю. Я оттащу его к остальным. — Пусть проверят пульс и вольют духовную энергию, чтобы привести в чувство. — Хорошо, передам. Но стоило мне наклониться к телу, как рядом раздался звон металла — сталь о сталь. Мы резко обернулись: адепт ордена Вэнь выскочил из кокона и напал на Вэй Усяня. Тот парировал атаку легко, но резко, с хлёстким звуком. Мои ноги были в порядке, поэтому я тут же рванула к ним, оставив адепта Не на месте. — Ты! Наглая безродная сука! На кого ты посмел наставить меч?! — Ну раз ты меня знаешь, а я тебя — нет, то кто из нас тут безродная сука? — усмехнулся Вэй Усянь, не отводя взгляда. — Вэй Усянь, тебе бы стереть свою нахальную ухмылку с лица! Сюда уже идёт отряд наших адептов. Вы испарились так быстро, что мы подумали — сбежали. Но недолго вам осталось! Или эта тварь вас сожрёт, или наши люди добьют, когда доберутся до логова. — Он мерзко оскалился и демонстративно плюнул под ноги Вэй Ину. Я уже стояла рядом, достав меч и направив его прямо на нападавшего. — Мне так страшно, прям боюсь-боюсь, — с издевкой протянул Вэй Усянь. — Но есть одно «но». У тебя один меч. А на тебя сейчас направлены два. Он чуть склонил голову, и улыбка стала холодной: — Или, помимо недостающего ума, у тебя ещё и со зрением проблемы? Адепт был явно взбешён легкомысленностью и бесшабашностью Вэй Усяня. Он всё сильнее злился, уже не сдерживая эмоций. И в следующий миг со всей силы бросился вперёд, нанося прямой, рубящий удар мечом. Я быстро отступила в сторону, давая Вэй Ину пространство для манёвра. Тот, со всей своей изящной техникой, словно в танце проскользнул мимо удара, обернулся, пнул нападающего под колени и в одно движение поставил меч к его горлу. Адепт замер. — Ну что, всё ещё хочешь поболтать? — Вэй Усянь слегка наклонил голову. Клинок, впившийся в кожу, уже оставил пару капель крови. Заклинатель понял, что шансов у него нет, и сдался — выронил меч из рук. — Так-то лучше! — Вэй Ин обернулся ко мне. — Лин-эр, свяжи его. Лань Чжань оказался рядом — он подоспел за время схватки, и уже мечом разрубил немного паутины. Я связала пленника и оттащила его к остальным заклинателям ордена Вэнь. Тем временем Вэй Ин с Лань Ванцзи разрезали ещё два кокона. И снова — адепты ордена Вэнь. Без сознания, что упростило нам задачу. Теперь пленных было шесть, а мечей — восемь. Я вернулась к адепту ордена Не и аккуратно оттащила его к остальным, кто тревожно наблюдал за тем, что произошло буквально в считаные секунды. — Господин Не, мы нашли вашего адепта. — Это… Бо-сюн?! — Хуайсан резко выпрямился. — Он… он жив? — Надо проверить пульс. И если кто-то может — влейте в него немного духовной энергии. Лишний человек, умеющий сражаться, нам точно не помешает. — Я могу! — отозвался крепкий юноша, лет девятнадцати, из одного из малых орденов. — Хорошо. Он подошёл ближе, закрыл глаза, сосредоточившись на пульсе. — Внутренние органы не повреждены. Он был сильно напуган… и, похоже, ударился головой. Затем юноша сложил знак и начал осторожно переливать духовную энергию в тело адепта ордена Не. Все вокруг затаили дыхание, просто наблюдая за ним. В какой-то момент я мягко коснулась его предплечья: — Достаточно. Твои силы нам тоже будут нужны. Он должен скоро очнуться. Когда Лань Ванцзи, слегка опираясь на Вэй Усяня и выглядя чуть смущённым, вернулся к нам, мы снова принялись за обсуждение незавершённого разговора. — Итак, как я уже сказал, у меня есть план. Мы точно знаем, что некоторые из этих тоннелей ведут наружу. Нам нужно выяснить, какой из них самый короткий, чтобы выбраться как можно скорее. Предлагаю отправить на разведку трёх или четырёх человек. Кто вернётся первым — его путь и станет нашим маршрутом. — Пауки должны скоро вернуться, — серьёзно заметил Вэй Усянь. — Они уже собрали себе пищу. Думаю, скоро должна появиться королева. Или мамочка, чтобы собрать всех на «пир». А тел тут немало, так что время играет против нас. — Кого ты предлагаешь отправить? — спросил Лань Ванцзи. — Я пойду. Вэй Усянь — тоже. И нам нужно ещё один-два добровольца. Кто умеет хорошо лазать? — Я пойду! — И я! — почти одновременно отозвались два адепта малых орденов. Один из них — тот самый крепкий юноша. — Отлично. Как вас зовут? — спросила я. Времени было в обрез, но соблюсти вежливость хотелось, особенно к тем, кто сам вызвался помочь. — Я Сяо Мин, — отозвался низкорослый, худощавый парень. — Люй Кай, — представился второй — тот, что вливал духовную энергию. — Я Лян Анлин. А это — Вэй Усянь. Будем рады с вами поработать. Давайте выберем тоннели. Вэй Усянь указал на два верхних тоннеля в левой части пещеры: — Двое адептов упали оттуда. Нужно попробовать забраться туда — возможно, это вход. Я же возьму крайний средний — тот, что самый широкий. Он обернулся ко мне: — А ты, Лин-эр, давай в правый нижний. Тот, что чуть в стороне от остальных. — Хорошо. Идём. — Мгм, — кивнули остальные. И мы разошлись, каждый — в свой путь.

***

Я пробиралась на ощупь, врезаясь ладонями и коленями в острые камни и скальные выступы. Вокруг — кромешная темнота. Я усмехнулась про себя: «Дааа, план надёжный как водяные часы… Я же, блять, вообще нихуя не вижу! Сука!» Маты в голове только прибавлялись с каждым разом, когда я врезалась лбом в очередной сталактит. Вязкая, обволакивающая темень, всё вокруг чёрное, не единого проблеска. Тоннель, по которому я пыталась продвигаться наверх, закручивался, будто огибал всю пещеру. То резко уносился вверх, заставляя карабкаться на ощупь, то внезапно проваливался вниз, и я срывалась, не чувствуя опоры под ногами. Потом — резкий поворот вправо и снова наверх. А затем разворот влево. «Наверное, те пауки, что катили сюда тела, сами сознание теряли по пути от этих грёбаных поворотов и сталактитов. Нахуй такой маршрут.» По ощущениям — это точно был не самый короткий тоннель. Но я должна дойти до конца. Вдруг именно он окажется короче остальных? Примерно к середине горения палочки благовоний я наконец заметила свет — слабый, но реальный. Он начал просачиваться в пещеру, освещая каменные кочки, нависающие камни, и путь, усыпанный острыми выступами. Всё путешествие по ощущениям заняло у меня время полного горения палочки — около получаса. Я дошла до света, чтобы точно убедиться: тоннель действительно ведёт наружу. Густой, обволакивающий туман всё ещё стелился по земле. Я сощурила глаза — после долгих часов в тоннеле и под землёй свет бил в лицо, будто нож. Было непривычно: резко и слепяще. Я сделала несколько глубоких вдохов, будто пыталась вдохнуть в себя как можно больше свежего воздуха. После затхлого подземелья, пропитанного запахом гниющей плоти и сырости, это ощущалось почти как блаженство. Но долго оставаться наверху я не могла. Надышавшись, я развернулась и пошла обратно, стараясь запомнить каждый поворот, каждый спуск и подъём. Если придётся вести за собой остальных — я должна знать маршрут наизусть. Прошло чуть меньше часа, и я уже видела другой свет — не дневной, а тёплый, мерцающий: отблески огня в пещере. Я приближалась к концу пути. Когда выбралась из каменного коридора, к моему удивлению, все были на месте — ждали только меня. — Полагаю, мой путь оказался самым долгим, — сказала я, подходя к остальным, стряхивая с ханьфу пыль и мелкие камешки. — Да, Лин-эр, ты что-то задержался. Я уж подумал, что ты наткнулся на паука, и почти собрался идти за тобой, — отозвался Вэй Усянь, стоя напротив тоннеля, куда отправился он. — Ну так что? Какой оказался самым коротким? — Мой, конечно же! — самодовольно хмыкнул он. — Или, может, я просто быстрее всех прошёл. Ха. В любом случае ждали только тебя. Можем идти. Я немного перевела дух, оглядывая всех. — Хорошо. Ты пойдёшь первым — поведёшь. И… — я прикинула, в каком порядке нам лучше двигаться, и обратилась к Лань Ванцзи: — Молодой господин Лань, так как у вас ранена нога, вам, наверное, лучше идти сразу за молодым господином Вэем. Так будет проще двигаться, он сможет поддержать вас, если что. Я уже почти слышала, как он хочет возразить и резко бросить «вздор», но, кажется, в последний момент всё же оценил своё состояние — и молча согласился. — Дальше пусть пойдёт кто-то крепкий, чтобы страховать сзади Лань Чжаня и вести за собой остальных, — рассудил Вэй Ин. — Люй Кай, пойдёшь ты. — Хорошо. — Можно я потом? Пожалуйста! Я хочу поскорее отсюда уйти! Вэй-сюн, дальше я, хорошо? — Не Хуайсан явно испугался, что ему придётся идти последним, и затараторил как на духу. — Ладно. Дальше — Не Хуайсан, потом адепт ордена Не. — Он продолжил, обводя взглядом отряд: — После — девушки. Им может понадобиться помощь, чтобы забраться. — Подожди! — вклинилась я. — Нужно, чтобы за каждой девушкой шел кто-то из мужчин, чтобы страховать. Если кто-то споткнётся или не удержится. — Да, ты прав, хорошо, — сразу согласился Вэй Ин и повторил указания адептам малых орденов. — А я буду замыкать, — заявила я. — Сражаться умею, с выносливостью всё в порядке. Помощь мне не нужна. — Хорошо. Тогда двигаемся. — Подождите, — вдруг подала голос одна из девушек. Она указала в сторону, на связанную группу, сидевшую у сталагмита: — А что делать с ними?.. Мы замолчали, не находя ответа, как нам с ними поступить. Ведь то, как они к нам обращались, и что вообще сделали — держали нас пленниками — стоило того, чтобы их здесь бросить. Но одновременно это всё же были собратья-заклинатели, и устав заклинателя гласит: не оставлять товарищей в беде. Это был сложный вопрос… Наши глаза встретились. Их — озлобленные, бескомпромиссные, требующие сиюминутного освобождения. И наши — хмурые, желающие воздаяния и справедливости. Лань Ванцзи прервал всеобщее молчание: — Предлагаю оставить один меч для них. Если смогут выбраться — освободятся. Если нет — это будет уже их проблемой, которую придётся решать им самим. Это было благородное предложение благородного господина. Господина, чей дом вероломно сожгли и уничтожили, ранив его отца. Наверняка ему сложно было не убить их на месте, но с другой стороны, воспитание их школы взращивало в них миролюбие и сдержанность. — Молодой господин Лань так великодушен, — поддел Вэй Ин, положив ему руку на плечо и улыбнулся. Лань Ванцзи тут же скинул с себя его руку, поджав губы, отвернулся и отошёл. Вэй Усянь лишь пожал плечами, повернулся к адептам ордена Вэнь: — Эй вы, недоумки! — он кинул им один из мечей. — Вот вам ваше спасение! Захотите — сможете выбраться. Ну а если нет — сжигать благовония по ваши души не стану. — Идёмте! — махнул он рукой, зазывая нас всех выдвигаться в путь. Вэй Ин первым исчез в темноте тоннеля. Затем мы помогли забраться Лань Ванцзи — с его травмой ему было сложно, но он держался, как и всегда, не показывая ни единого признака боли. Людей вокруг становилось всё меньше. Один за другим, они уходили в чёрную пасть скалы, и чем больше нас исчезало, тем тише становилось в пещере. Девушкам пришлось помогать особенно осторожно — они не были подготовлены к такому: скальные стенки, влажный камень под ногами, темень, в которой даже руку перед собой не видишь. Я подсаживала их по одной, они ставили ноги мне на плечи, карабкались выше, а заклинатель из малого ордена ловил их наверху, подтягивая внутрь тоннеля. Всё происходило почти слаженно, почти спокойно, будто бы на автомате. Когда никого не осталось, настала моя очередь. Я задержалась на секунду, обернулась, бросив взгляд на вэньских заклинателей, всё ещё рвущихся из паутины — злых, униженных, бессильных. Всё вокруг будто замерло, воздух в пещере стал вязким, тянущимся, тяжёлым. Я развернулась и начала подниматься. Темнота снова поглотила меня. Такая, в которой нет ни верха, ни низа, ни ощущения расстояния. Только дыхание, только тупая гулкость шагов и ощущение, что ты где-то между мирами, а не в тоннеле. Я продвинулась вперёд, вглубь, и в какой-то момент мне показалось, что всё стало… по-другому. Воздух будто изменился. Он стал гуще, напряжённее, тише. Словно сама пещера затаила дыхание. И тут я услышала странный шорох. Он не был громким, наоборот — еле уловимым, как скрежет когтей по камню, как шелест множества лап, пробегающих рядом. Камни сверху сдвинулись, посыпались мелкой осыпью, поднялась пыль, и прежде чем я успела понять, что происходит, что-то невероятно резкое и тяжёлое проткнуло меня насквозь, подняло вверх и с чудовищной силой отбросило куда-то назад, вниз, в сторону, в гулкую черноту. Всё произошло за долю секунды, но я в этот миг всё ещё успела заметить — как откуда-то сверху, прямо из тьмы, на пещеру сползает огромный паук, и от него во все стороны, словно дети, разбегаются более мелкие, но не менее мерзкие твари, облепляя всё вокруг паутиной, сливаясь с тенями, заполняя пространство. Я даже не успела закричать, в горле всё сжалось, в голове вспыхнула боль, я ударилась о камни, и сознание вылетело из меня так, будто его вышибло из черепа вместе с воздухом.