Пытка игнорированием

      Это был первый вечер Каори в пекинской квартире. Мадара, как и обещал, доставил её в Китай, а в аэропорту Шоуду посадил в машину и отправил к Масамэ в свои апартаменты. Ох, сколько ненависти и отвращения она перенесла с момента выписки из больницы и до входа в новые пенаты! Но всё, что могла выразить вновь объявившимуся мужу — недовольное безмолвие и полное игнорирование его слов. И планировала как можно дольше в таком же режиме настойчиво молчать, пока Мадара на пойдёт на уступки.       Занятая озлобленными мыслями, девушка добралась до квартиры, где на пороге её встречал сын. Масамэ своей безмерной радостью изгнал женское раздражение, и Каори, едва зайдя в помещение, не смахнув даже подтаявших снежинок с пальто, бросилась обнимать мальчонка и целовать его в щёки. Спустя пять минут отпустила няню, сама исследовала уголки аскетичной квартиры, и с досадой обнаружила, что лишней обставленной комнаты для её обособленного проживания в апартаментах не нашлось — несмотря на большое количество помещений, меблированы были только зал и две комнаты: для Масамэ и Мадары.       «Придётся потерпеть» — с этими мыслями поставила она чемодан в угол спальни, скривилась и осмотрела кровать, которую сегодня, к сожалению, придётся делить с воскресшим мужем. Придумала план, как улизнуть от него на диван в гостиную, и, порывшись в шкафах, найдя там плед, отнесла его в зал — заблаговременно подготовила почву для своего очередного бунта — после того, как Мадара уснёт.       Ближе к ночи её запал злости стих. Масамэ притащил к ней в спальню книжку, устроился по привычке рядом с мамой на подушке и, заикаясь, попросил объяснить сложные кандзи, которые повстречал по ходу повествования в прочитанной истории. Каори, читая вслух, расслабилась, приютилась рядом с мальчиком, долгое время заботливо разъясняла прочтение сложных иероглифов. Через несколько страниц заметила, как сын начал засыпать под её нежный, негромкий голос. В тот момент раздался хлопок входной двери. Масамэ сразу же проснулся, отобрал книжку и мигом ретировался из родительской кровати. Каори со вздохом потянулась к телефону. Снова натянула на лицо недовольную гримасу и с уставшим вздохом уставилась в новостную ленту соцсети.       Она слышала, как Мадара сновал по квартире, говорил о чем-то с Масамэ. Чуть позже объявился на пороге спальни и, снимая запонки с манжетов, уставился на неё: — Сегодняшний пикет немых и несогласных продлили также и на вечер? — с ехидным тоном спросил он, но девушка только поджала губы. А мужчина, двинувшись по комнате в сторону гардероба, кивнул и подытожил: — Значит, продлили.       Каори сильней стиснула губы: вернувшееся напряжение отдалось слабой головной болью. План «Молчать любой ценой» давался ей с тяжким трудом.       Учиха же больше не проронил ни слова. Разделся, ушел в душ, и девушка долгое время слушала шум напора воды, а также звук частых уведомлений на телефоне Мадары. Напряжение ушло, короткие видео из соцсети разбавили гнетущую обстановку лёгким юмором, и Каори снова расслабилась, совершенно позабыв о своём конфликте с мужем. И заметила своё вновь разгоревшиеся раздражение только тогда, когда мужчина улёгся рядом с ней. — Ты не можешь вечно молчать, — заметил он, взяв в руки телефон. — Хотя… Можешь, и это куда выгодней, — нахмурился он и принялся разбирать сообщения в мессенджере. — Главное, что не глухая — а значит, поймёшь дальнейший план действий. Приступаешь к работе через три месяца. Как раз ремонт дома доделают, отправишься обратно с Масамэ в родные стены.       Вдруг сердце Каори больно отбилось в груди и набрало скорость. Бронхи сдавило, и девушка, бросив телефон на одеяло, подорвалась с кровати. Она попыталась вздохнуть, но воздух словно исчез вокруг неё. В глазах потемнело, пальцы страшно закололо. Задыхаясь, она встряхнула руки, осознавая что может в любой потерять сознание. — Что происходит? — увидела она перед собой Мадару, который с испугом взял её за плечи. — Что?! Каори захрипела и мелко затряслась: — Не знаю… Сердце… Дышать…       Мадара приложил два пальца к её сонной артерии. Девушка от страха лишиться сознания вдруг резво заходила по комнате, встряхивая кисти, отчаянно хватая ртом воздух. Мужчина бросился к телефону. — Отправь врача сюда, Каори плохо. Срочно! — услышала она разговор Учихи, а сама изо всех сил пыталась дышать и оставаться в контакте с реальностью. — Не знаю, пульс под сто двадцать, красная вся, на удушье похоже, — прозвучало почти рядом с её ухом.       Тем временем чернота уже почти заволокла её глаза, страх умереть прямо здесь и сейчас казался ужасающе реальным. Мысли о смерти заставили Каори всхлипнуть от бессилия. — Так, а ну-ка идём сюда, — подцепил её Мадара за локоть и потянул в душевую. Заведя за стеклянную стену под лейку, приказал: — Стой, — и включил во всю мощь холодный поток воды.       Контраст температур резко снял спазм в груди, Каори вздрогнула от ледяных струй, удушье тут же прекратилось. С облегчением выдыхая, девушка припала к стене спиной и сползла по кафелю. Мужчина выключил воду и сел на корточки перед ней: — Легче?       Каори увидела его обспескоенное лицо и пришла в себя. — Да, — кивнула она мокрой головой, покрываясь гусиной кожей и трясясь от холода. — Что случилось? — потянулся Мадара двумя пальцами к её шее и снова замерил пульс. — Я не знаю, мне резко стало плохо… — лепетала девушка мокрыми губами. — Едем в пункт неотложной помощи? — Не надо, уже проходит, — растерла она по лицу дорожки воды и пригладила мокрые волосы. — А если повторится? — Я не думаю. Все равно врач сейчас приедет, может, он что-то подскажет. — Ладно… — поднялся мужчина и протянул руку. — Встать сможешь? — Я попробую, — кивнула Каори и при помощи Мадары вышла из душевой.       Учиха протянул ей полотенце и с выражением полной незадачливости на лице смотрел, как Каори стягивает с себя мокрую атласную ночнушку и вытирается. Дождавшись, когда жена приведет себя в порядок, мужчина довел её до кровати и ещё раз куда-то позвонил по поводу врача.       Спустя полчаса доктор был у них дома. Выслушал рассказ Каори, осмотрел её и развел руками. Порекомендовал обратиться к пульмонологу и кардиологу. Оставил успокоительные таблетки, препарат от астмы и ушел. Но впечатлённая пережитым Каори не могла успокоится и словно чуяла на подходе новый каскад спазмов в груди, от того в беспокойстве уселась на кровать и принялась ждать повторного приступа.       Так и пыталась она спать полусидя. Любой провал в сон будил её и учащал дыхание. А порой и вовсе казалось, что оно останавливается. Мадара лежал рядом, обнимал за живот, вздрагивал после каждого её нервного телодвижения. Под утро проснулся, укрыл Каори, заставил лечь нормально. Долго гладил её по волосам, пытаясь понять, что за напасть прицепилась к его жене. А когда рассвет озарил окна, встал и засобирался на тренировку.