Часть 4

Я вздрагиваю от неожиданного и неуместного вопроса. — Что? – ставлю чашку на стол, хватаю салфетку, прижимаю ее к губам и сконфуженно смотрю на спокойного Кёнига. — Ноги раздвигала? Раком стояла? Трахалась? Сосала? Кричала от оргазма? Прыгала на члене? Дрочила? Мастурбировала? Стонала под кем-то? Я могу долго перечислять, назови хоть что-то из этого скудного списка. Матерь божья, сколько брани! Мои губы изумлённо приоткрываются от столь вульгарных вопросов. Я удивлённо пялюсь на Кёнига. С трудом беру себя в руки, хотя чувствую, как предательских румянец появляется на щеках. — Какую роль данный вопрос играет в теме разговора о сделке? – спрашиваю, пока в моей голове сплетаются мрачные мысли. — Весомую, Engelchen. Недовольно поджимаю губы. Это ужасно невежливо, мне некомфортно. — Прошу прощения, Кёниг, но это довольно деликатный и личный вопрос. – отвечаю и, прочищая горло, кошусь на прыскающих от смеха мужчин, которые похоже слышат весь этот разговор. Мне так стыдно и неловко никогда не было. Почему они слушают, а главное, почему этот идиот задает такие вопросы? Кёниг делает глоток виски, не сводя с меня голубых глаз, отчего становится не по себе. Я даже свой взгляд от его лица отвести не могу, он словно приковывает к себе и лишает воли. — Я понял, тебя охренеть как хреново трахали. – заключает он, а я в свою очередь медленно, через ноздри втягиваю воздух. Терпение, нужно немного потерпеть. Я здесь для заключения сделки, не могу я из-за этого странного человека потерять работу. — Я не обязана отвечать на подобные вопросы. Придерживайтесь, пожалуйста, профессиональной этики и протокола. — Тебя очень хреново трахали. – перебивая, он растягивает слова и довольно улыбается. — Во-первых, как я и говорила прежде, я не обязана отвечать вам на подобные вопросы. Я прежде всего представитель компаний, в которую вы хотите инвестировать. Во-вторых, имейте границы. Мне неприятны подобные вопросы, как и любой здравомыслящей, воспитанной девушке. – говорю я, смиряя его хмурым взглядом. Кениг выглядит скучающим. Он поднимается со своего места, обходит стол и заходит за мой стул, останавливаясь за моей спиной. Мне резко становится страшно, когда он упираясь руками о спинку стула, наклоняется к моему уху. Я ощущаю аромат дорого кондиционера для белья, исходящий от чёрного халата, а так же запах виски, букет аромата довольно сложный, но приятный. — И это все, на что ты способна? – произносит он тихо у моего уха. Чувствую его дыхание на своей коже, и мне становится жутко страшно. Под столом заключаю пальцы в замок. — Теперь я понял, что его заинтересовало в тебе...– шепчет он, убирая мои пряди в сторону. Я вытягиваюсь, словно натянутая струна, когда ощущаю, что моя шея оголилась. Сглатываю. Смотрю прямо перед собой, боясь лишний раз двинуться. О чем, или о ком он говорит? Не понимаю. — Мое маленькое преимущество...Мы успеем с тобой поиграть, еngelchen. – тыльной стороной ладони провёл по приоткрытому плечу... Подобная близость наводила на меня странное наваждение, пора я не услышала, как смеются находящийся по близости мужчины. Они откровенно насмехаются надо мной. Но что не так? Почему они все позволяют себе такое? От обиды поджимаю губы и сглатываю неприятный ком в горле. Сбрасываю руку Кёнига и резко поднимаюсь с места. — Что такого смешного для вас я сказала или сделала, чтобы заслужить подобного унизительного отношения? – тихо спрашиваю. Кёниг резко поднимает руку и сжимает её в кулак. Смех сразу же прекращается. — Мне неприятно, что вы так поступаете со мной. Я ведь ничего плохого вам не сделала, а чувствую себя так, словно меня втаптывают в грязь. Вы со своим бестактным поведением переходите черту. Я отношусь лояльно к людям, но у всего есть границы. – добавляю, поднимая взгляд на Кёнига. — Мне двадцать восемь лет, я уже не маленькая девочка, чтобы позволять посторонним людям подобное. Да, вы все помогли мне, но это не дает вам права унижать меня и мое достоинство. Может быть, я немного знаю о вашем обществе, но уверена, что нормы приличия никто не отменял. – произношу и, гордо вздёрнув подбородок, уверенно смотрю ему в глаза. Молчание. Немая пауза казалась вечной. От напряжения воздух словно загустел, не желая проникать в лёгкие. Затем на меня накатывает странная дрожь вины. Кто мне позволил разговаривать так с хозяином в его собственном доме? Меня буквально спас его человек от смерти. Наверное, я перегнула палку. Неуверенно опускаю взгляд. — Не смей. – рыча произносит он. — Что? – спрашиваю я, перед тем как он хватает меня за подбородок. Я сделать ничего не могу. Со страхом смотрю в его светлые глаза. Зрачки расширены, и он зол на меня по непонятным мне причинам. — Не смей опускать взгляд из-за гребаной морали. Все это дерьмо собачье. С этого момента не смей показывать мне своё воспитание. Мнение - да. Силу - да. Характер - да. Воспитание засунь себе в свой привлекательный зад, поняла? Сглатываю, быстро моргая. — Ты выразила своё мнение, показала характер. Вот. Вот что важно в этом блядском мире, engelchen. – его голос становится тише, но такой же твёрдый, как и раньше. И хватка на моих щеках ослабевает. Понимаю, что именно этого он и добивался. Всплеска моих эмоций, но зачем? Чертовски странный мужчина. Ничего не поняла, но киваю. На лице Кёнига появляется хищная усмешка. Дикая, неправильная. — Я, мать твою, что сказал? Не лги мне. – его пальцы сильнее сжимают мое лицо и я дергаюсь. — Не будешь честна со мной, будет больно. Не будешь слушать, будет больно. Будешь много болтать лишнего, будет больно. Будешь ныть и сдаваться - будет больно. Будешь извиняться за каждое свое действие - будет больно. А боль я причинять умею. – рычит он, потянув меня на себя так, что мне приходится стать на цыпочки. — Скажу течь, ты станешь удовлетворять себя. Скажу гавкать, ты будешь шавкой. Скажу стать на колени, ты приползешь ко мне. Подчинись мне, Engelchen, и я открою для тебя мир, о котором ты даже не подозревала. — Я не понимаю... Ничего не понимаю...- едва выдыхаю я, пальцами обхватывая его кисть руки держащую мое лицо. Страшно. Он говорит страшные вещи. Непредсказуемый. Безумный псих! — Ничего...Я научу тебя, еngelchen. – его большой палец надавливает на мои губы. Он сминает их, проводя из стороны в сторону. Боже мой… мне становится плохо. Очень плохо… голова начинает кружиться. Я вижу только его лицо и буквально теряю рассудок. — Главное, следуй моим правилам, иначе последствия могут прискорбными. – его губы растягиваются в улыбке. Отпускает меня и, играя с моей прядью волос, отвечает спокойным голосом, будто бы ничего не произошло. — Поешь и возвращайся, Хоранги тебя проводит обратно. Можешь погулять, если хочешь, только на территорий дома. Никто тебя не тронет. И, кстати, телефон и другие твои вещи у меня. Отдам, как посчитаю нужным. Это мера безопасности. – он развернулся и направился к дому, потеряв ко мне интерес. Славное знакомство... Господи, куда я попала? Что это за место? Кто все эти люди? И скольким правилам придётся следовать, чтобы выбраться? Я совершенно ничего не понимаю.