Часть 34

Улыбаюсь нежному прикосновению к щеке. Приоткрываю глаза, сладко потягиваясь. Кёниг сидит на кровати и задумчиво гладит меня. — Доброе утро, - тихо шепчу. — Ну и любишь же ты спать... уже давно не утро. — Я устала, вот и... А сколько время? Перевожу взгляд на часы и вижу четыре часа дня. Ужасаюсь и бросаю взгляд на Кёнига. Приподнимаюсь на локтях и шлёпаю его. — Это ты виноват! Как же так... К счастью, я хорошо себя чувствовала, даже не смотря на вчерашнее... Вчерашнее... Я быстро краснею и отвожу взгляд. Кениг же хватает меня за подбородок и поворачивает к себе, нагло ухмыляясь. — Ой, это что, смущение? Надо же... Он хмыкает, а я вырываюсь из его хватки. — Соблазнил меня! Отшлепал! Ставил в такие вульгарные позы! Боже! — Я трахнул тебя 10 раз. Ты кончила 15 раз за всю ночь. Извращенка. Он растягивает губы в ухмылке. Целуя меня в уголок губы, пока я прибываю в шоке. — Что? Погоди, да быть того не может... — Ты не помнишь, потому что совсем одичала после того, как кончила 8 раз. — В каком это смысле? — Прыгала на мне как... — Так. Молчи. Я потерла переносицу, сбрасывая с себя одеяло. — Надо лететь. У нас только час на взлёт, поэтому одевайся. - отворачиваясь, сообщает он. Успеваю схватить его за руку. Кёниг переводит взгляд на наши руки, а потом на моё лицо. — Куда лететь? - мягко спрашиваю. — Хм. В Италию. Я же вчера говорил. – Он приподнимает бровь, оглядывая меня. — Зачем? – Крепче сжимаю его руку. Постукивая рукой, приглашая его присесть. — Надо уладить назревающий конфликт с итальянской мафией. Сейчас не до этого. Собирайся, поедим в самолете. – Он отбрасывает мою руку, уходя из комнаты. Понимаю, что снова пребывает в образе Босса. Но меня это не обижает. Кёниг очень сложный человек. Быстро переодеваюсь, замечаю на своем теле много отметин. Проклинаю себя за такую легкомысленность и умываюсь. Полощу рот и выскакиваю в гостиную. Все уже в сборе. Саймон, который стоит скрестив руки на груди, хмуро осматривает меня, Хоранги же выглядит немного смущенным. — Хватит спать так много, а? Мы и так ждали долго. — Прекращай, Призрак. – Отдёргивает его Хоранги. Я прочищаю горло, переводя взгляд на Кёнига. — А вещи? - спрашиваю, оглядываясь назад. Кёниг берет меня за руку и ведет к машине. — Купим новые. Спустя полчаса мы уже сидим в самолете. Кениг сидит напротив меня, опять прикрывая лицо книгой. Я нервно постукиваю пальцем по подлокотнику. — Это привычка у тебя такая, спать в самолете с книгой на лице? — Я не сплю. — А что тогда? — Не могу на тебя смотреть. Обиженно поджимаю губы. Это что за поведение такое? В каком смысле «Не может на меня смотреть»? Хочу задать вопрос, но подходит стюардесса. Я наблюдаю за ней, она учтиво улыбается. Наклоняется. Ставит чашку с чаем мне, а затем и Кёнигу, только вот, она намеренно опрокидывает чашку. Она падает на пол, и жидкость попадает Кёнигу на обувь. Я охаю. Глупо моргаю, наблюдая за ней. Что за херню она творит?! — Простите, мне так жаль! Девушка достаёт заранее подготовленные салфетки, опускается на колени и вытирает его обувь. Я сижу в полнейшем шоке. Кёниг цокает, приподнимает книгу и взирает на стюардессу. Холодный взгляд. Впервые такой вижу. — Блять, какого хрена ты творишь? — Я... Она явно нервничает, или мне просто так кажется. Не понимаю. — Я готова ответить за свой поступок, босс. — Неинтересно. Свали. Она поднимает на него свой взгляд, растерянный. Как будто бы не ожидала такого ответа. — Но... Он посмотрел на нее с такой свирепостью, что мне самой становится не по себе. Молчу, наблюдая, как девушка поднимается с места, посмотрев на меня ненавидящим взглядом, быстро удаляется в другую часть самолета. Я хмурюсь, не понимаю, с какого перепугу она на меня так зыркнула? Кениг устало выдыхает и закатывает глаза. — Вот сука. Теперь обувь менять. Поднимается с места. — Что это было? Спрашиваю я, тянусь к столику и убираю остатки протекшего чая салфеткой. — Хотела, чтобы я ее наказал. Сконфуженно поднимаю взгляд. — Наказал?...– Неуверенно переспрашиваю, склонив голову. — Она любит мне отсасывать. Такой трюк нужен для того, чтобы у меня был повод.. — Все, замолчи, я поняла. Моментально кривлюсь и отворачиваюсь к иллюминатору. Теперь понятно, почему она смотрела на меня так. Вот только я тут причем? Кениг ушел, оставляя меня одну, а я сама и не заметила, как погрузилась в беспокойный сон. Наконец-то долетев далеко за полночь, мы спускаемся с трапа. — Итак, может расскажешь, зачем мы здесь? Спрашиваю я Кёнига и кошусь на Саймона, который разбирается с кубиком рубика. — Уладить конфликт. — Ты говорил об этом, а по-конкретнее можно? Ты обещал мне говорить правду. Кёниг выдыхает, подходя к машине. Перед ним открывают дверь. — Садись, расскажу. Я мигом заскакиваю в машину, садясь рядом. Наблюдаю, как Хоранги и Саймон уходят в другую машину. — Как думаешь, будучи младшим боссом без какого-либо влияния, смог бы Джонни поднасрать мне? Перевожу взгляд на Кёнига. — Ну насколько я знаю, его же прикрывал Алехандро? Ну еще и Венера, хотя она скорее просто содействовала ему в каком-то смысле. – Отвожу взгляд. Сложно вспоминать те времена. — Верно, Engelchen. Но суть в том, что этого мало. Как удалось все это провернуть? Откуда средства? Продажа людей? Она лишь частично покрывает тонну поставок разнообразной наркоты. МакТавиш был младшим боссом, а Лили строго относится к подсчету финансов. Есть Венера, но ее счета охренеть как мало, я лично проследил за этим. Варгас. Что ж, Валерия, женщина с тяжелой рукой и строптивым нравом, не позволила бы такого. Этой разношёрстной команде ничего бы не удалось, будь они сами по себе. Остаётся одно. Посторонний. Поставщик наркотиков. Тот, кто обеспечивал их и пообещал что-то. Возможно, место босса? Или мою территорию, которую они смогут поделить? Насчёт этого я не в курсе, но уверен, что это один из донов. И я догадываюсь кто. Удивленно смотрю на Кенига, который задумчиво смотрит в окно, объясняя мне все. Я опускаю взгляд. — И как ты понял кто это? — Все просто. Доны не любят наркотики. Большинство просто брезгует. Остаётся лишь один. Сицилиец. Алессандро дель Сарто. Имя тебе ни о чем не скажет. Но ты должна знать. Я не использую тебя, нет. Больше никогда. Услышала меня? Я говорю правду. Клянусь. Я киваю. — Все в порядке, Кениг. Но меня беспокоит одно. Это ведь опасно. Очень опасно. Он мягко улыбается мне, берет в охапку и садит на свои колени. — Ты здесь ради отдыха. Я сделаю все сам. Целует меня в шею, а я смущённо прикусываю губу. Кошусь на водителя и мне становится не по себе. — Кёниг... Перестань. — Как только все это дерьмо закончится, я покажу каждый уголок этого мира. Мне так нравится, когда ты улыбаешься. Станешь моей?Точнее ты и так моя, но... Станешь моей официально? Я задумалась. Слова Венеры до сих пор в моей голове, и они сеят сомнения. Тревоги. Я не могу согласиться на то, что пережила Венера. Пусть она это делала не из-за выгоды, но все-таки. Сможет ли он быть верен мне? Я не хочу. Не хочу ранить своё сердце еще раз. — Engelchen? Я прикусываю губу. Опускаю взгляд и отрицательно качаю головой. — Я не могу, Кёниг. Я боюсь. Нет, не твоего мира. Не тебя. Я боюсь, что Венера была права. Она сказала, что меня тоже заменят, и я верю ей. Это ведь не редкость для тебя. Я боюсь этой жестокой правды. Я ведь... Я ведь чужая. Да, отрицать то, что я чувствую к тебе, я не буду. Я люблю тебя. Но чувствуешь ли ты тоже самое? Возможно ты привязался ко мне, но... Всегда найдётся кто-то лучше, кто-то умнее, кто-то красивее. Возможно, сейчас ты чувствуешь ко мне привязанность, потому что мы практически всегда вместе. Сможешь ли ты быть мне верен? Потому, что с каждым днем я люблю тебя больше, и если вдруг войду в комнату и увижу тебя с кем-то...Ты босс, у тебя в руках власть, сила. А мои руки пусты. В них ничего нет. У меня нет опоры, и я не знаю, что мне делать. Остаться и остаться без тебя? Или же уйти и так же остаться без тебя? Итог один. Лили рассказывала, что боссы помимо жён заводят любовниц, и так происходит всегда, но я не смогу... Не смогу смириться с таким. Я не хочу. Ты назвал меня своей, а смогу ли я назвать тебя своим? Глаза зажгло. Я отвожу взгляд, ощущая как его хватка ослабевает. — Верность? Ты желаешь ее? Зачем она тебе нужна, если я могу предложить нечто большее? Я бледнею. Нет... Он же не может со мной так поступить... Снова вселяет в мою душу боль и скорбь. В высокие, некогда дарующие надежду, небеса. Воспоминания о пережитых мгновениях, о каждом прикосновении, о каждом слове, поцелуе, прежде утешительном, сейчас причиняют садящую боль, что горчит на кончике языка. Я сглатываю подступающий ком в горле. Слезаю с него, и в этот момент ему приходит уведомление на телефон. Он достает его. Смотрит на экран. — Мария ждет нас. Я молчу. Смотрю в окно, пока мы едем по ночной Италий. Здесь волшебно. Очень красиво. Архитектура просто неописуема. Но сейчас все блекнет на фоне того, что я чувствую. Машина тормозит, и мне открывают дверь. Мы стоим у какой-то гостиницы. Это современный отель является настоящим камнем, с красивым декором и роскошным видом на него. Безразлично осматриваю, обнимая себя и наблюдаю, как Кёниг уходит в здание. Сзади раздается голос Саймона. — Чего мина кислая? – Он становится рядом и закуривает сигарету, так же смотря на отель. — Ничего такого. Отель красивый... — Ага, сделан специально для таких случаев. — Каких? — Для гостей на чужой территории. Здесь проводятся встречи, но не в нашем случае, пусть мы и гости. Отель знаменит среди донов и боссов. Ну здесь и виды хорошие. Кёниг посчитал, что тебе понравится. — Саймон... Я дура? В смысле... В том, что полюбила его. — Что еще за вопросы? Ты во всех смыслах дура. — Как мне это исправить? Мне уйти? — Уже не выйдет. Ты одержима, что найдешь миллион причин, чтобы остаться, а он не отпустит, потому что ты единственная способная уничтожить его. Вы оба больные. Цокаю, закатывая глаза. — Что за метафоры? — Не язви. Ты действительно его слабость, он боится и боготворит тебя одновременно. Не зря же ты его ангел. Тайны босса открыты не для всех. Он хмыкает, бросает сигарету в урну и переводит на меня взгляд темно-янтарных глаз. — Вы больны. Не знаю, чем это закончится. Может вы оба откинетесь, или может у вас все получится. В любом случае, это не мое дело. Пока что все в порядке, но если что-то случится, мне придется вмешаться. Уж прости, все лучшее для босса. Ну а ты... Хватит быть такой соплячкой. Если ты в плохом настроении, то и он в плохом настроении, и достается нам. Он дает мне щелбан по носу и уходит внутрь. Я обиженно тру нос, смотря ему в след. Искала поддержки, но еще больше запуталась. Захожу следом за ним, вижу на ресепшене Кёнига, Хоранги и девушку. Опять знакомое лицо. Мария. Та самая Мария, которая была со мной в компаний Михеля. Да что это за бред?! Они все что ли там из мафии? Бесит. — Т/И, здравствуй. Мария кивком приветствует меня, едва заметив. Не доверяю я уже таким знакомым. МакТавиш тому доказательство — Откуда ты здесь? – Спрашиваю ее, пока она нервно улыбается. — Я... — Она следила за тобой на твоей работе, мешала МакТавишу добраться до тебя всеми способами. Короче говоря, Мария была твоей тенью. Она мой человек, – Говорит Кёниг, встревая в разговор. — Понятно. Осматриваю Марию, теперь понятно, откуда она знала информацию, будучи обычным работником. Впрочем, я все равно не собираюсь ей доверять. Вообще никому не хочется доверять. Достали меня уже все. — Я хочу пойти в комнату, – Холодно говорю Кёнигу, вызывая в его взгляде некоторое удивление. — Мы сейчас уезжаем. Нам нужно съездить, помнишь я говорил о сюрпризе? — Никуда я не хочу. Я хочу спать, – Отвожу глаза. Никуда не хочу. Побыть одна. Вот что я хочу. — В самолёте не выспалась? — Нет. Хочу в кровать. Он тяжело выдыхает и протягивает мне ключ карту. — Хорошо... Но, я могу быть уверен, что у тебя ничего не случится? Я молча киваю. Разворачиваюсь и ухожу, ощущая на себе его озадаченный взгляд. На лифте поднимаюсь на свой этаж. Захожу в комнату. Принимаю душ. И заваливаюсь спать. Я думала, что выспалась, но оказывается нет, потому что в сон я провалилась мгновенно. Даже не думала ни о чем. Утром меня будит Кёниг, целуя меня в лоб, убирает пряди моих волос с лица. Я открываю глаза и вижу его улыбку. Приятно и больно одновременно. Я приподнимаюсь, опираясь на одну руку и потираю глаза. — Я тебе завтрак сделал. — Ты всем своим любовницам завтраки делаешь? Говорю я тихо, даже не осознавая свою едкую мысль. Смотрю на Кенига, а ему неловко, я вижу это по тому, как он двигается. Отводит взгляд в сторону. Я выдыхаю, осознав свою ошибку. Прочищаю горло. — Так, ты, что, готовить умеешь? Он хмыкает, поднимается с места. — Нет ничего, чего бы я не умел. Ну кроме шуток, тут я действительно плох. — Какой самовлюблённый. Зеваю, поднимаясь с постели. Кениг подходит и ставит поднос на тумбочку. Я замечаю овсяные блинчики, аккуратно политые шоколадом, тост с ореховой пастой и фруктами, еще какой-то зеленый напиток, похоже на смузи. — Выглядит вкусно, спасибо. — Я заслужил поцелуй? Быстро беру в рот блинчик, чтобы не отвечать ему. Он прищуривается, как будто бы понял. — Böser Engel. Что с тобой? Встала не с той ноги? Киваю. Не буду же я говорить ему, что обижена на его слова. По крайней мере пока что. — Тогда поездка на яхте тебя развеселит? Выгибаю бровь, пожёвывая еду. — Я и парни сегодня к дель Сарто отправляемся. Тебя брать не будем, поэтому предлагаю альтернативу. Ты все-таки здесь для отдыха. — Я хочу с вами, – Говорю я, проглатывая блинчик. — Нет. Там опасно. — Но.. — Тихо. Каких "но". Я сказал, там опасно. — Ко мне все равно относятся ко мне как к твоей шлюхе, так что на меня даже никто не взглянет. — А ну рот закрыла, блять. – Его голос не дрогнул, но я ощущаю нотки угрозы. — Мы на чужой территории. Я не покажу тебя им. Ни при каких условиях. Они будут все трахать тебя глазами. Не пущу, сказал. — Тогда я вообще никуда не пойду. Поднимаюсь с места и ухожу в ванну. Запираю дверь. Слышу как он браниться и уходит из комнаты. Я сдуру пинаю ведро. Ну и в зад их. Их всех. Умываюсь. Чищу зубы. Выхожу из ванны. Поднос Кёниг не убрал. Подхожу. Беру в рот тост. Беру поднос и выхожу из комнаты, где меня уже ждет Саймон. — Лицезреть твою физиономию с самого утра то еще наказание. Мой рот занят, я что-то пробубнила ему. Сую ему поднос в руки, он берет. А я беру в руку тост. Ухмыляюсь ему. — Наслаждайся, чурбан. — Не беси меня. Какого хрена босс в плохом настроении? Ты хоть знаешь, во сколько он разбудил нас, чтобы мы помогли ему приготовить тебе все это? Я пожимаю плечами. — Я хотела с вами поехать, он не согласился, вот я и закапризничала. Хмыкаю, но Саймон мрачнеет. — Ты, сука, хоть понимаешь, где мы находимся? Мы на чужой территории. Опасно ли здесь? Да! Да, блять, опасно! Настолько опасно, что тебе могут глотку перерезать, пока ты срешь. Ты похоже забыла, что он босс. Думаешь о своих никчемных капризах, пока всем нам грозит опасность. У тебя хоть немного ума есть? Это ты здесь на отдыхе, а мы приехали, чтобы остановить кровопролитие. Дура, блять! Хочешь с нами? Ха! Если им что-то не понравится, они тебя по кругу пустят, просто потому что, а мы нихрена не сможем сделать, потому что ты не из нашей семьи. Нас тут от силы человек 20, и всех могут перебить в любой момент и любым способом. Здесь пиздец как опасно! Но он умолчал об этом, чтобы ты лишний раз не нервничала. Он хотел устроить тебе отдых, спокойный отдых в Италии. Вчера хотел устроить сюрприз, а ты просто свалила, сегодня он сделал для тебя завтрак. Завтрак, блять! Он готовит крайне редко. Он разбудил нас, попросил научить, и я с Хоранги с 3 утра пытались обучить его, как жарить эти ебаные блины, чтобы он своими руками сделал для тебя. Для тебя! Но ты, блять, носом вертишь, даже не замечая его старания! Лишь твои чувства важны, да? Да пошла ты на хрен. Он разворачивается и уходит. А я провожаю его взглядом. Слова Саймона отстреливают в моей голове тупой болью. Я опускаю взгляд, потирая лоб. Смотрю на тост в моей руке. Невольно поджимаю губы, а глаза начинают слезится. Что же я, мать его, творю? Захожу обратно в комнату.