Глава 18. Клятва

Наруто — Кто не спрятался, я не виновата! — прозвучал вдали голос этой Амеюри, отчего по телу пробежал табун мурашек. Эта женщина пугала своей силой, что из-за контраста с ее веселым и игривым характером устрашало еще сильнее. — Вам от нее не убежать, — высказала очевидную мысль Анимара. — Единственный шанс выжить — привести в чувство вашего учителя. — Ай, как там сенсей? — прислушавшись к словам богини, спрашиваю у нашего медика, которая даже на ходу умудрялась лечить сенсея, что был на руках у Хикари. — Плохо! — откликнулась она. — У него чакроистощение и серьезные ожоги по всему телу! — Сможешь привести его в чувство? — Да, — помрачнела она. — Но на это потребуется время. И от стимуляторов, которые я введу, через короткое время ему станет еще хуже. — Судя по всему, выбора у нас особо нет, — ответил я. — Она приближается, — предупредила Анимара. — Она близко, — передал я ее слова всему отряду. — Убежать от нее у нас не выйдет. Ай, сколько нужно времени, чтобы привести сенсея в чувство? — Чтобы он был более-менее в боевой готовности — минут десять. — Хреново, — заключил я. — Тогда план такой. Я останусь здесь и задержу ее сколько смогу. Саске, я не имею никакого права приказать тебе остаться, но все же прошу. Поможешь? — Да, — после недолгого молчания ответил Учиха, решительно кивнув. — Спасибо. Дальше, Ай, делай что угодно, но сенсея нужно разбудить в боевой готовности, иначе шансов у нас ноль. Хикари, прикрывай Ай. — Но я тоже могу остаться и помочь! — возразила сестра. — Ты — последний рубеж защиты Ай. Ты лучше всего подходишь для защиты. Создай барьер, ловушки, защищай ее и сенсея любыми способами. Мы дадим тебе время на подготовку. — Но… — попыталась возразить она. — Хикари, пожалуйста, не спорь. Чем больше времени ты споришь, тем меньше у нас шансов выжить. С нами все будет в порядке. — Хорошо, — с видимым усилием согласилась сестра. Положив тело Какаши на землю, она быстро приблизилась ко мне и крепко обняла. — Выживи, пожалуйста, — с мольбой в голосе попросила она. — Обязательно, — спокойно ответил я, аккуратно отдалив ее от себя. — Бегите! Хикари, опустив голову так, чтобы волосы закрывали ее лицо, подобрала Какаши и, запрыгнув на ветку, побежала вперед. — Удачи! — пожелала напоследок Ай, которая, в отличие от Хикари, даже не пыталась спрятать бегущие по лицу слезы. Быстро обняв нас с Саске, она побежала за сестрой. — Мы ведь не сможем ее задержать даже на минуту, — трезво оценил наши шансы Саске, провожавший взглядом девочек. — Да, — не стал спорить я. — Но мы должны это сделать. Так смогут выжить хотя бы Хикари и Ай. — В любом случае я рад, что дружил с тобой, Наруто, — начал прощаться Учиха, протянув мне кулак. — Это взаимно, Саске, — улыбнулся я другу, ударив его кулак своим. Не так далеко послышался треск молний. На удивление, страх, охвативший меня после ее восклицания, полностью исчез. Остались только уверенность и спокойствие. — Скажи напоследок, Кьюби ведь не в тебе, а в твоей сестре, так? — поинтересовался Учиха. — Хех, да. У меня в голове другая личность, которая и дала мне контроль крови, — ответил ему я, не став ничего скрывать, уже не видя в этом никакого смысла. — Так вот почему ты зависал постоянно, — понятливо протянул Саске. — Ты с этой личностью болтал. — Да, — ответил я и материализовал в руках маску Анимары. — Она была запечатана в здесь. — Стильненько, — оценил дизайн Саске, на что я только улыбнулся и надел ее. — Анимара, что случится с тобой, если я умру? — не мог не спросить я. — Я вернусь в маску, — ответила она. — Скажи, ты уверен в своем решении? — Более чем. Я уже давно готов пожертвовать жизнью за сестру. Только не думал, что это случится так скоро. Тут на ветке дерева появилась Амеюри Ринго. Она с улыбкой оглядела нас двоих. — Хо, решили задержать? — она тут же поняла наш план. — Надеетесь, что сможете выиграть достаточно времени? — Ты истощена. Мы вряд ли победим, но вот задержать вполне способны, — ответил я уверенным тоном. — Да вы бесстрашные, — усмехнулась она. — Кстати, неплохая маска. Заберу в качестве сувенира в память о вашей храбрости. — Рад, что тебе понравилось, — усмехнулся я в ответ. Чем дольше мы болтаем, тем больше времени будет у Хикари. — Надеюсь меня обирать на сувениры не будешь? — прозвучал третий смешок за разговор, в этот раз со стороны Саске. — Это зависит от того, насколько ты себя проявишь, маленький Учиха, — ответила ему Амеюри. — Мое имя Саске, — представился он, продолжая тянуть время. — Очень приятно, — слегка склонила голову она со все той же ухмылкой на лице. — А я Наруто, будем знакомы, — махнул я рукой в приветственном жесте. — Какие вы вежливые, просто прелесть, — Амеюри сделала вид, что умилилась. — И представились, и даже втихую не нападаете. Не то что наши генины. Тех рыбой не корми, дай только ударить в спину, желательно чем-нибудь отравленным. Я уже говорила, что люблю коноховцев? — Да, упоминала об этом, — кивнул я. — Так не грех и повторить, — пожала плечами она. — Слушайте, ребятки, я бы с радостью поговорила с вами подольше, вы вроде парни ничего, но, увы, пора бы и к делу приступать. Не думаете? Ответом ей послужил большой огненный шар, запущенный Саске. Амеюри играючи от него увернулась, после чего разрезала своими клинками копье крови, летевшее сразу за техникой Саске и сменившее направление полета вслед за ней. Ее глаза на мгновение расширились, увидев снаряд крови, и расширились еще сильнее, когда маленькие капли, на которое разлетелось копье, приняли вид игл и устремились в нее. Вот только этой атаки недостаточно, чтобы подловить шиноби такого уровня. Ее образ на мгновение смазался, после чего почти все иглы были уничтожены невероятно быстрыми и точными взмахами мечей, которые я осознал постфактум, так как самих ударов не видел. — А ты полон сюрпризов, Наруто, — сказала Амеюри, перепрыгнув еще один огненный шар и отбив мечом кунаи, запущенные Саске. После чего она метнула один из мечей в целую волну из крови, которую я в нее отправил, опустошив свой сосуд на четверть. Клинок, попав внутрь, заискрил и взорвался, уничтожив атаку. Я попытался восстановить контроль над всем объемом, но моей концентрации не хватило, на что повлияла моя ментальная усталость еще с битвы с Рюджи. Так что ко мне вернулась только половина. — Пожалуй, хватит игр, — улыбнулась мечница, после чего буквально испарилась. Спустя мгновение справа раздался крик боли Саске. Я обернулся и увидел, как мой друг пробивает собой ствол дерева, получив удар ногой в грудь. Стоило его спине соприкоснуться со вторым стволом на пути, как в него влетел разряд молнии с меча, после чего рядом с ним появилась Амеюри и нанесла удар обоими клинками. Из-за спины мечницы я не увидел самих ран, но, судя по тому, что кровь брызнула во все стороны, они были серьезными. Я сорвался с места, надеясь помочь Саске, но шансов у меня не было. Ринго вновь исчезла, чтобы появиться прямо передо мной с уже несущимися в мое лицо клинками. Я ничего не успел сделать. Взмах — и мир погружается во тьму, а разум притупляется из-за подавляющей его боли. Затем новая вспышка боли в груди, затем в животе… Краткий миг невесомости, за которым последовала боль в спине. Кажется, она меня откинула так же, как и Саске. Что-то отвратительно теплое попало в рот, из-за чего я закашлялся и начал задыхаться. Наконец боль начала отступать, а сознание угасать. Кажется, это и есть мой конец. Надеюсь, что хотя бы у Хикари все будет хорошо…

***

Хикари — Останемся здесь, — скомандовала Ай, когда они оказались на небольшой полянке. Она распечатала носилки, на которые я и положила Какаши-сенсея, и тут же принялась водить над ним рукой, окутанной шоссеном, второй доставая из своей сумки какие-то пакетики. Наверное, это те стимуляторы, о которых она говорила. Не став смотреть, что она делает, я создала парочку клонов, чтобы как можно быстрее установить всевозможные печати до прихода врага. От мысли, что брат остался там, на глаза снова навернулись слезы, а горло сдавил ком. Отогнав эти мысли, я вытерла рукавом слезы и продолжила работу. Наруто сильный, он справится. Я в него верю. Через две минуты за стеной леса послышался сначала взрыв, а затем и треск молний. Наруто и Саске начали драться с этим чудовищем. Барьер, которым я хотел накрыть Ай и Какаши-сенсея, не активировался из-за неправильно сложенных ручных печатей и дрожащих рук. Хватит! Наруто спокойно остался там, а я не могу даже барьер активировать?! Со злости на саму себя я не сдержалась и влепила себе пощечину. Удивительно, но это помогло. — Жалкое зрелище, — раздался в голове рычащий голос Кьюби. Ну конечно, разве он мог проигнорировать эту ситуацию? — Твой горячо любимый братец сейчас подыхает вместе с этим Учихой, а ты настолько слаба, что даже сосредоточиться не можешь. А ведь я только что почувствовал, как исчез один из очагов чакры там, где они встретились с мечницей. О, а вот и еще один потух. Кажется, кто-то только что остался без брата, — его голос так и лучился злорадством и мрачной радостью. — Я тебе не верю, — ответила ему я. — Ты просто хочешь вывести меня из себя. У тебя ничего не получится. — Ха-ха-ха, — его смех был подобен грохоту грома, из-за чего я поморщилась. Слишком громко. — Ты лишь выдаешь желаемое за действительное. Ты и сама это осознаешь, как и понимаешь, что не продержишься против нее и нескольких секунд. Вот только, в отличие от твоего брата, у тебя есть шанс выжить. Я могу дать тебе силу, с которой ты сможешь растоптать жалкую мечницу. — Так я тебе и поверила, — ответила ему я, наконец-то правильно сложив печати и активировав барьер. Ай и сенсея накрыл небольшой грязно-зеленый купол энергии. — Ты просто хочешь получить контроль над моим телом и вырваться. Я не позволю этому случиться. — Можешь попробовать, вот только у тебя не получится, — усмехнулся демон. — В любом случае желаю тебе болезненной смерти, тюремщица, — после этих слов его давящее присутствие исчезло. Я выдохнула, посмотрев на небо. Дождь, начавшийся во время битвы сенсея и мечницы, наконец-то закончился, и тучи отступили, позволив луне осветить поляну. В голову начали поступать воспоминания развеявшихся клонов, закончивших свою часть работы. — Она здесь, — предупредила я Ай, как только получила пакет воспоминаний клона, исчезнувшего не по собственной воле. В руке сам собой оказался кунай, а я встала в стойку, ожидая прибытия врага. Ответа не последовало, только все то же едва слышное бормотание ирьенина. Спустя несколько десятков секунд на границе поляны показалась мечница, которая, судя по отсутствию взрывов, смогла обойти все ловушки. — Знатно ты там все заминировала, — заметила Амеюри. — Вот только для меня этого недостаточно. Эта женщина говорила что-то еще, но я этого уже не слышала. Я вообще уже ничего не слышала. Мой взгляд был прикован к одной вещи, висящей на поясе у мечницы. До боли знакомая белая маска, которая выглядела еще более жутко, чем обычно. В районе глаз были две глубокие царапины, а вся ее нижняя часть была покрыта еще свежей кровью, иногда капающей на землю. Значит, лис все же не соврал. Сама того не осознавая, я издала тихий горловой рык. Глаза накрыла ярко-красная пелена, все тело начало словно гореть, а сознание уступило свое место слепой животной ярости.

***

Ай — Знатно ты там взрывчатки наставила. Вот только для меня этого недостаточно, — раздался за спиной голос Амеюри. Я вздрогнула и начала работать еще быстрее, но все равно в голове проскользнула мысль, что все уже кончено. Какой бы сильной ни была моя подруга, против мечницы S-ранга ей не протянуть долго. А я уже не успеваю привести в сознание сенсея. Мои похоронные мысли прервало невероятное давление, схожее с тем, которым нас придавила Ринго, но в разы сильнее. Я словно оцепенела, шоссен в руках погас, а перед глазами начали мелькать картины множества смертей, резни и криков боли. Благо я вспомнила, как Наруто привел в сознание Саске, и прокусила себе десну. Боли оказалось достаточно, чтобы прийти в себя. Стоило мне вернуть контроль над телом, как я тут же обернулась и не поверила тому, что увидела. Хикари, стоящая прямо перед барьером, согнулась, схватившись руками за голову. Из ее тела выходила ярко-рыжая бурлящая чакра, столь плотная и, судя по всему, ядовитая, что начала обжигать кожу девушки. Вскоре эта чакра покрыла все её тело, образовав на голове некое подобие ушей, отдаленно напоминающих уши какого-то животного. Хикари, уже откровенно рыча, встала на четвереньки, а за ее спиной из все той же чакры начал образовываться хвост. — Джинчурики? — в отличие от меня, Амеюри не сильно впечатлилась давлением этой чакры, лишь с интересом разглядывала это действо. — Да что с вашей командой не так? Учиха, кеккей-генкай, теперь еще и сосуд хвостатого? Ситуация становится все серьезнее. Пожалуй, я вас покину. Бывай, девочка-ирьенин, желаю тебе выжить. С этими словами она, смазавшись на мгновение, словно исчезла. Лишь только взлетевшие листья по поляне показали, что она убежала, а не телепортировалась. Значит, она предпочла не драться с Хикари и опасность миновала? Я перевела взгляд на подругу и неосознанно попятилась. Она, упустив цель, обернулась и уставилась прямо на меня. Ее глаза вместо привычных голубых были ярко-красными и со звериным зрачком. Уже полностью образовавшийся хвост угрожающе извивался за ее спиной. — Эй, Хикари, это я, Ай, — аккуратно начала говорить я. — Узнаешь? В ответ она издала оглушающий рев, разметавший всю листву с поляны и из-за которого барьер пошел волнами, будто состоял из жидкости. Она подняла руку и обрушила удар на защитную пленку, столь сильный, что она пошла трещинами. — Хикари, успокойся! — уже не сдерживаясь, закричала я, подхватывая Какаши-сенсея, понимая, что еще одного удара барьер не переживет. — Я же твоя подруга! Неужели ты можешь мне навредить?! Ты же не такая! Это не ты! Приди в себя! Хикари, проигнорировав все мои крики, нанесла еще один удар, и, как я и думала, он лопнул, образовав сильную ударную волну, которая откинула ее на край поляны. Я, воспользовавшись этим, тут же бросилась прочь, надеясь убежать. За спиной раздался новый рык, и я почувствовала ее быстрое приближение. Откинув тело Какаши-сенсея, я обернулась, складывая печати. — Суйтон: Водяное ядро! С моих губ сорвался массивный шар воды и полетел прямо в опасно приблизившуюся Хикари. Вот только она его полностью проигнорировала, просто пройдя сквозь технику, испарив изрядную ее часть. Она замахнулась своей рукой с сильно заострившимися ногтями, уже напоминающими когти. Я отпрыгнула, пытаясь уйти от атаки, но у меня ничего не вышло. Ее хвост молниеносным движением метнулся и обхватил меня за талию, обжигая одним прикосновением. Я вскрикнула от боли и попыталась вырваться, но хватка была крепкой. Зарычав мне прямо в лицо, Хикари вновь занесла руку. Я закрыла глаза, понимая, что это конец. — Дотон: Земляная тюрьма! — внезапно раздался глухой низкий голос. Хватка хвоста тут же исчезла, и я упала на землю, больно ударившись лбом о камень. Однако, проигнорировав боль, я открыла глаза и подняла голову, чтобы увидеть, как двое людей в черных плащах встали перед Хикари. — Не убивайте ее, — прохрипела я им. — Не собирались, — ответила правая фигура, судя по голосу, девушка. Хикари, скованная техникой земли, вновь зарычала, и сжавший ее камень начал трескаться. — Тебе пора поспать, Хикари.

***

Изуми — Ускоряемся! — скомандовала я, почувствовав жуткое давление яки. Такое должно принадлежать либо маньяку, перебившему тысячи человек, либо чему-то пострашнее. — Хай, — ответил сосредоточенный Медведь. Спустя несколько секунд мы услышали громкое рычание и перед нами открылась неожиданная картина. Хикари, окутанная покровом чакры биджу, хвостом удерживала какую-то девушку, судя по протектору, шиноби Конохи, и уже замахнулась когтистой рукой, чтобы убить ее. — Дотон: Земляная тюрьма! — тут же среагировал Медведь, и девочку со всех сторон сдавил монолитный камень, надежно обездвижив и помешав убийству. Мы приземлились прямо перед этой девушкой, и я подошла к Хикари. — Не убивайте ее, — услышала ее хрип. — Не собирались, — ответила, подойдя вплотную к дочери Хокаге, камень вокруг которой уже начал трескаться. — Тебе пора поспать, Хикари, — сказала я, взглянув ей в глаза. Узор моего шарингана закрутился, меняя свой рисунок, и в следующую секунду глаза девочки закатились, а покров начал таять. — Отпусти, — скомандовала я. Медведь все понял и убрал сдерживающую технику. Камень ушел обратно в землю, и я поймала начавшую падать Хикари. Ее кожа была обжигающе горячей, но я не обращала на это никакого внимания. — Что здесь произошло? — спросил Медведь у девушки, помогая ей встать. — Кто ты? Почему она потеряла контроль? — Хошино Ай, — представилась она, подойдя ко мне и начав диагностировать девочку. Понятно, она ирьенин. — Мы с командой пошли на миссию С-ранга, но наткнулись на нукенина Амеюри Ринго. Она чуть не убила наставника, которого мы вытащили и попытались поставить на ноги. Но я не успела. Амеюри нас нагнала, и Хикари, потеряв брата, взбесилась. — Потеряв брата? Наруто мертв?! А что с Саске? — воскликнула я. Какого черта здесь произошло?! — Где Какаши? — Вон лежит, — ответила она, показав рукой под дерево, где была отчетливо видна фигура джонина. — Наруто и Саске остались задерживать ее, чтобы дать нам с Хикари время разбудить сенсея. — Где это произошло? — накинулась я на нее я. — Там! — отшатнулась от меня Хошино, показав рукой на противоположную границу поляны. Я, не теряя ни секунды, бросилась в ту сторону. Только бы это не было правдой. Я не могу потерять последнего близкого человека. Только не снова. Нужного места я достигла очень быстро и ужаснулась. Саске лежал в корнях дерева в луже собственной крови, обугленный и с двумя глубокими ранами на груди. У Наруто было еще хуже. Удар прошелся по глазам, все лицо было окровавленным. На груди также были странного вида раны. Быстро подбежав к Саске, я тут же стала проверять его пульс, молясь всем богам этого мира, чтобы он был жив. Спустя несколько секунд я издала протяжный вздох облегчения, сев прямо в грязь. Несмотря на состояние, он был жив. Подняв его на руки, я подошла к Наруто и опустилась на колени рядом. В то, что он жив, верилось с большим трудом. Приложив руку к его шее, я с удивлением поняла, что жив и он. — Быстро идите сюда! Возьми ирьенина! — отдала приказ Медведю через петличку. — Уже идем. Я же в это время пыталась связаться с Хокаге, благо для экстренных случаев у нас были отдельные частоты быстрой связи, параллельно начав дезинфекцию ранений. Я пусть и не ирьенин, но с перевязкой справлюсь. — Докладывай, — спустя несколько секунд ожидания в ухе раздался знакомый серьезный голос. — Это Коршун. Запрашиваю поддержку и нескольких ирьенинов в заброшенную деревню Нишиго на границе со Страной Горячих Источников. Хокаге-сама, отряд Какаши нарвался на Амеюри Ринго, и джинчурики девятихвостого потерял контроль. Все живы, джинчурики усмирен, но Учиха Саске и Намикадзе Наруто в крайне тяжелом состоянии. Ирьенин отряда в сознании и поддержит их жизнь, но нужна срочная госпитализация, — коротко доложила я ему. — Сейчас будут, — в его голосе звенела сталь. — Ждите. Конец связи. Дожидаясь, пока сюда придет ирьенин, я продолжила обрабатывать раны мальчиков. Не трогала разве что глаза Наруто, поскольку боялась навредить им еще сильнее. Через минуту появились Медведь и Ай, последняя, ужаснувшись внешнему виду сокомандников, тут же бросилась к ним. Упав на колени рядом с Наруто, она начала диагностировать его раны. — Как он? — спросила у нее я. — Плохо. Один глаз чудом уцелел, второй потерян безвозвратно, тут даже Цунаде-сама помочь не в силах, — тихо ответила Ай. Я только тяжело вздохнула. Мне было его жаль. Он единственный, кто увидел мое истинное состояние под маской веселости пять лет назад и искренне пытался помочь. — Вы ведь Изуми Учиха? — спросила меня девушка. — Да, — кивнула я, наплевав, что АНБУ не разрешено выдавать свое имя на миссии. Сейчас эта девушка спасает жизни моего единственного брата и хорошего друга. — Саске обо мне рассказывал? — Нет, Наруто… — ответила она и еще сильнее понурилась. Закончив с блондином, она принялась за Саске. — Его состояние гораздо лучше. Он потерял много крови, но раны не смертельные. Видимо, она их пощадила. — У нее неправильное понятие о пощаде, — заметил Медведь. — Ты вообще молчи! — воскликнула я, посмотрев на него с активированным шаринганом. Это из-за нас с ним Амеюри выжила и чуть не убила их! Если бы только он нейтрализовал ее сразу, а не стал чего-то ждать, всего бы этого не было. Медведь, видимо, поняв, что я чувствую, только опустил плечи, отвернулся и принялся следить за окружением. — Мне не хватит сил и навыков вылечить его, — напомнила о себе Ай, которая уже перебинтовала Саске и вернулась к Наруто. — Не уверена, что хватит даже на то, чтобы дотащить его до Конохи. — Я уже вызвала подкрепление и ирьенинов, — успокоила я девушку. — Так что об этом не беспокойся. Просто поддерживай его состояние. — Хорошо, — кивнула она и вновь полностью сконцентрировалась на лечении. Спустя несколько напряженных минут поляну озарила желтая вспышка. Я тут же активировала шаринган и взялась за катану, но сразу отпустила ее, узнав прибывших. Хокаге-сама, с сильной одышкой и с покрытым потом лицом, бросился к сыну вместе с прибывшей вместе с ним Цунаде-сама. Ай, увидев прибывших, тут же подвинулась, уступив им место, и начала тихо говорить великому ирьенину то, что она делала. — Ты молодец, — похвалила она девушку, параллельно занимаясь лечением. — Отдохни, дальше я сама. — Спасибо, Цунаде-сама, — устало ответила Ай и, отойдя немного, села недалеко, начав исцелять свою обожженную талию, тихо шипя от боли. — Где моя дочь? — спросил Хокаге-сама. Медведь указал на носилки, на которые положили Хикари, рядом с ней на уже других носилках лежал Какаши. Рядом стояли клоны Медведя, которые их сюда принесли. Хокаге подошел к ней, поднял футболку, оголив живот, и положил на него руку, на чем-то сосредоточившись. — Значит, вырваться захотел? — тихо пробормотал он, после чего зажег на кончиках пальцев какие-то фиолетовые огоньки. Тяжело вздохнув, он вдавил эти огоньки на появившуюся печать на животе. Девочка начала сдавленно стонать и дергаться, но вскоре это прекратилось. Хокаге, поднявшись на ноги, посмотрел на меня. — Ты усмирила? — спросил он. — Так точно, — выпрямившись, ответила я. — Сейчас не до официоза, — махнул он рукой. — Сколько хвостов было выпущено? — Один. — Понятно, — вздохнул он. — Ты правильно сделала, Коршун, я благодарен тебе за спасение своих детей. Но не думай, что я забыл, по чьей вине это случилось. Разбор вашего провала разберем уже на месте, — мгновенно став серьезнее, придавил он взглядом так, что я съежилась, а Медведь, стоящий рядом, замер. — И, надеюсь, мне не стоит говорить, что об истинной личности джинчурики говорить строго запрещено? — Нет, Хокаге-сама! — хором ответили мы втроем. Ай, краем уха слушавшая разговор, присоединилась к нам. — Их жизни ничего не угрожает, — сказала Цунаде-сама, уже подошедшая к Ай и принявшаяся осматривать ее ожоги. — Воспользуешься призывом, чтобы перенести их в Коноху? Хирайшин для перемещения не подойдет, слишком нагружает организм, а призыв будет идеальным вариантом. Господи, чем это тебя? — спросила она Хошино. — Хвостом, — ответила девушка, поморщившись. — Джирайя как раз недавно прибыл, — кивнул Хокаге, складывая печати техники призыва. — Сейчас свяжусь.

***

Хикари Первым, что я увидела после пробуждения, стал высокий металлический потолок с множеством труб. Еще я поняла, что лежу в воде, к счастью, в теплой. — Где я? — задала вопрос в никуда, поднимаясь на ноги. Находилась я в довольно широком коридоре, больше всего напоминавшем канализацию. К счастью, соответствующего запаха не было, наоборот, пахло какой-то свежестью, что создавало некий диссонанс. Стоило мне более-менее прийти в себя, как на меня навалилось осознание случившегося. Брат и Саске мертвы. Что с Ай и Какаши-сенсеем — непонятно. А я оказалась непонятно где. От понимания, что я больше никогда не увижу ободряющую улыбку брата, что больше не смогу начать переругиваться с Саске, меня охватило отчаяние, переросшее в истерику. Я не знаю, сколько времени мне потребовалось, чтобы прийти в себя. Осознала себя я сидящей на коленях со сбитыми в кровь костяшками кулака и небольшой сеткой трещин на стене неподалеку. В воде отражалось красное лицо с еще невысохшими дорожками слез. Сил не было совершенно. Так же, как и эмоций. Истерика забрала все, оставив после себя лишь зияющую пустоту. — Жалкое зрелище, — внезапно по всему помещению раздался рычащий голос. Я тут же подняла голову, пытаясь найти говорившего, но все так же оставалась одна посреди коридора. Оглядевшись чуть тщательнее, я увидела справа от себя клетку, казавшуюся совсем маленькой из-за разделявшего нас расстояния. Кажется, я поняла, где оказалась. Вот только не стоило называть меня жалкой. Не хочу признавать, но эта его фраза меня оживила. Пусть тоска и отчаяние никуда не исчезли, но ушли на второй план, уступив желанию ответить лису. Так что я поднялась на ноги и направилась в сторону клетки. Через десяток минут я оказалась в огромной комнате, потолок которой терялся в темноте, как и пространство внутри клетки. Огромные створки были закрыты и запечатаны бумажкой, на которой было написано «печать». У меня вырвался немного нервный смешок от того, насколько ненадежно это выглядело внешне. Казалось, одного дуновения ветра будет достаточно, чтобы этот лист сдуло, и дверь откроется, выпустив того, кто заперт внутри. — Я не жалкая! — выкрикнула я в темноту клетки. — Правда? – раздался непривычно тихий голос Лиса. Во тьме открылся огромный красный глаз с тонким вертикальным зрачком. Он был настолько большим, что, казалось, был больше, чем я. — А как еще мне назвать убийцу своих близких? — Что… — я хотела спросить, что он имел в виду, но меня прервали. — Помнится, ты говорила, что не дашь мне захватить контроль над телом, — глаз приблизился, открыв вид на исполинскую голову. Голос демона был переполнен ехидством. — Вот, полюбуйся на то, как ты мне не позволила, — со смешком продолжил Лис. Передо мной появилось что-то вроде окна, в котором я увидела, как мечница сбежала, как я сокрушила барьер, который сама же ставила, как напала на Ай, как схватила ее хвостом. На моменте, когда мое тело, окутанное рыжей пузырящейся чакрой, замахнулось рукой, дабы добить мою подругу, я не выдержала. — Хватит! — закричала я, ударив кулаком по окну. Оно тут же разбилось, открыв мне обзор на ухмыляющегося лиса, вышедшего на свет. — Ну как? Понравилось? Каково это — быть убийцей собственной подруги? Каково это — разом потерять брата и двух близких друзей? — поинтересовался он. — Хватит… — я закрыла уши руками, чтобы не слышать его голоса. — Каково это — осознавать, что они погибли только из-за тебя и твоей слабости и безвольности? — продолжил говорить лис, повысив голос так, что закрытые уши не помогали. — Хватит… — я упала на колени, все еще зажимая уши руками. Стоило мне закрыть глаза, как я видела Ай со стекающей изо рта струйкой крови, как она кричала от боли, когда хвост из лисьей чакры ее обжигал, как замахивалась моя рука… — Ведь, возьми ты мою силу сразу, ты бы уничтожила ту жалкую мечницу. — продолжал давить Кьюби. — Если бы не твой страх, твой сенсей не пострадал бы. Так скажи мне: каково это — понимать, что кровь всех убитых сегодня на ТВОИХ руках? — его последние слова грохотали по залу, вбиваясь в мой мозг. — Хватит! — закричала я, кинув на него взгляд, полный ненависти. — Это все из-за тебя! Это ты их убил, а не я! — Ты вновь выдаешь желаемое за действительное, — гораздо более спокойно возразил Лис. — Ты отказываешься принимать свои действия. Ты настолько слабовольная, что отдала мне контроль в первой же ситуации, когда осталась одна. Ты ведь ничего из себя не представляешь без своего брата. Ты, джинчурики сильнейшего хвостатого, только и можешь, что бросаться громкими словами, но при этом всегда остаешься на вторых ролях, прикрываясь братом, который даже чакру контролировать не может. Настолько истеричная, что, случись что, сразу же бежишь плакаться ему в плечо. — Это не так… — попыталась возразить ему я. — Опять самообман. Вспомни. Чуть что — сразу слезы. Стоит мне немного надавить, ты сразу же начинаешь терять контроль. Даже сейчас первое, что ты сделала, попав сюда, это закатила истерику на десять минут. Раньше тебя спасало только то, что твой брат был рядом и сразу начинал успокаивать. Ты настолько слаба, что твоему отцу приходится ставить дополнительные печати поверх основной, лишь бы ты хоть как-то справлялась. Ни одной джинчурики до тебя такого не требовалось, и они спокойно жили, выдерживая мое давление. Так что хватит оправдываться. Они все убиты не из-за меня, а из-за твоих страха и слабохарактерности. Твой брат бы не потерял контроля. Он бы меня удержал. Потому что твой брат, в отличие от тебя, сильный. Твоя мать была сильной. Мито, моя первая джинчурики, тоже была сильной. Я готов признать это. Несмотря на всю мою ненависть по отношению к ним, я уважаю их силу. Ты же просто ничтожество. Просто признай, что твой брат, эта девчонка и твой сенсей мертвы только потому, что ты ничего из себя не представляешь. Мне противно быть запечатанным в тебе. Я больше не потерплю твоего присутствия здесь. Пошла прочь. Он махнул рукой, и все помещение обволокла тьма. Когда она отступила, я вновь очутилась в коридоре канализации, вот только клетки уже видно не было. «А в чем он, в общем-то, неправ?» — прозвучала в голове предательская мысль. Мысль, с которой мне пришлось согласиться. Ведь лис действительно был прав во всем. Если бы я тренировалась использовать чакру демона, а не закрывалась от нее дополнительными печатями, если бы училась справляться с эмоциями самостоятельно, а не полагаясь во всем на Наруто, то ничего этого бы не случилось. Если бы я не боялась, то брат остался бы жив! Меня наполнила ярость. Но не такая, как при виде маски, окровавленной Наруто. Это была не пелена жгучей, подавляющей сознание ярости, а холодная, очищающая все мысли злость. Перед глазами у меня проносились все эпизоды, в которых я даже не пыталась решать свои проблемы, спихивая все на брата, у которого и своих трудностей хватает. И с каждым разом, когда он меня успокаивал, поддерживал и просто был рядом, я все отчетливее чувствовала охватывающую меня ярость. Не на брата, который не давал мне решать проблемы своими силами. Не на отца, который поддерживал это начинание Наруто. А только на саму себя. На свою слабость. Я впервые почувствовала настоящее отвращение к самой себе. И я даже готова поблагодарить лиса за это. Он пытался вывести меня из себя, но на деле открыл мне глаза на всю ситуацию. — Хватит этого, — произнесла я вслух. — Я больше не буду никому плакаться в плечо. Я больше не буду перекладывать ответственность на других. И клянусь памятью о Наруто, Саске, Ай, Какаши-сенсее. Клянусь памятью всех дорогих мне людей. Я больше не буду слабой!