Глава 19. Зализывание ран

— Если встречу, удавлю! — злобно крикнула Цунаде, врываясь в свой кабинет. Минато, сидящий в этот момент на кресле возле стола, тут же подскочил, но успокоился, увидев вошедшую. — Как он? — первым делом спросил он. — Жив, — хмуро ответила Сенджу, устало падая в свое кресло. — Вот только эта сука и не собиралась его убивать, как и Учиху. Она решила, что вырезать на груди твоего сына сообщение будет очень весело! — Что она написала? — еще больше помрачнел Минато. — «Увидимся», — доставая из нижнего ящика бутыль и две стопки, сказала Цунаде. — Прости, Минато, но глаз восстановить у меня не вышло. Он потерян навсегда. Второй почти не пострадал, но шрам останется. — Мне не наливай, — отказался от алкоголя Хокаге. — А насчет глаза… Есть у меня одна идея. — А вот мне надо, — проигнорировав осуждающий взгляд Минато признала Сенджу, опрокинув стопку. — Что за идея? — Как ты знаешь, в день рождения Наруто и Хикари, на меня напал мой старый ученик Учиха Обито. Вот только я не говорил, что его глаз остался у меня. — Ты хочешь пересадить ему Мангекё? — удивленно подняла бровь Цунаде. — Была такая мысль. Вот только у Наруто слишком необычная чакра. И из-за этого я не уверен, что приживление шарингана будет хорошей идеей. Поэтому спрашиваю у тебя. Как это может повлиять на Наруто? — Это сложный вопрос, — задумалась Сенджу. — Я тебе уже говорила, что у твоего сына громадный перевес Ян, даже по сравнению с Узумаки и джинчурики. Поэтому сначала я охарактеризовала ее как тяжелую. Поэтому ее так тяжело контролировать. Привести к балансу такую чакру крайне тяжело. Шаринган же является следствием перекоса в совершенно противоположную сторону. Учихи во время тяжелого эмоционального потрясения начинают выделять особую чакру, перенасыщенную Ин. Как следствие — шаринган способен на сильнейшие гендзюцу. — Я это прекрасно знаю, — кивнул Минато. — Вот только Мангекё — это не обычный шаринган. — Я к этому веду, — нахмурилась Цунаде. — Мангекё генерирует чакру, перенасыщенную Ин даже по сравнению с обычным шаринганом. Глаза просто не выдерживают такой концентрации духовной энергии и, как выражались Учихи, — «теряют свет». И только пересадка еще одного Мангекё, причем родственного ослепшему, способна уравновесить перекос чакры в Ин. Как это происходит, я, к сожалению, так и не поняла. Возвращаясь же к Наруто, то в теории Мангекё Обито может уравновесить чакру Наруто, в разы упростив ее контроль, а перенасыщенная Ян чакра может остановить угасание глаза. Нечто похожее было у деда, но шаринган он себе не пересаживал. Но, как показывают результаты ранних опытов Данзо, клетки Хаширамы способны, если не остановить угасание, то как минимум в разы его замедлить. — То есть пересадка Мангекё Наруто может разом решить все его проблемы? — удивленно переспросил Минато. — В теории да, — кивнула Цунаде. — Как дело пойдет на практике, я предсказать не могу. Тут будут нужны исследования и расчеты. Без них я не буду пересаживать ему Мангекё. — Тогда я надеюсь, что ты проведешь эти расчеты. — Конечно, проведу, — улыбнулась Сенджу, — он же мне как внук. Как я могу не попытаться ему помочь? — Спасибо, Цунаде, — с искренней благодарностью в голосе ответил Минато. — Пока не за что, — отмахнулась она. — Что с остальной командой? — поинтересовался Хокаге, когда решился самый острый вопрос. — У Хикари классические последствия покрова биджу, в остальном в порядке. Саске придет в норму, как и Какаши. Ай молодец, вытянула всех до моего прихода, сейчас она отдыхает. — Не думал, что первая С-шка выльется во все это, — устало вздохнул Минато. — Я тебе говорила, что не надо им давать ту миссию, — попеняла ему Цунаде. — Но ты решил, что им нужно взять первую кровь уже сейчас! — А я был не прав? — спросил Намикадзе. — Они ведь справились со своей миссией и справились блестяще. Если бы не Ринго, то все было бы в порядке. — Я не буду с тобой спорить, — махнула рукой Сенджу, как вдруг к чему-то прислушалась. — Что? — насторожился Минато. — Хикари пришла в себя, — вставая с кресла, ответила она.

***

Больничная палата была погружена в темноту. Яркие огни ночной Конохи не дотягивались до окна четвертого этажа, а серебристый свет луны освещал лишь малую часть комнаты. В тусклых лучах виднелись две койки, в которых сейчас спали две девушки. Одна из которых только что распахнула ярко-голубые глаза. В первые секунды в ее взгляде проглядывались потерянность и непонимание, однако они быстро сменились мрачной решимостью. Тихо зашипев от боли, отдававшейся во всем теле из-за не до конца заживших ожогов ядовитой чакрой, она опустила босые ноги на холодную плитку пола, проигнорировав тускло засиявшую на миг печать в изголовье кровати. Открыв окно, она уже собиралась было покинуть палату, как ее взгляд упал на другую кровать. Рука соскользнула с ручки окна, а взгляд оказался прикован ко второй пациентке. На негнущихся ногах она подошла к ней и положила ладонь на лоб девушки. Почувствовав тепло, она тут же отшатнулась и неверяще посмотрела на свою руку. — Жива, — еле слышно выдохнула Хикари. — Но Лис ведь сказал… Неужели обманул? — продолжила шептать она. Окончательно осознав, что она оказалась обманута, девочка непроизвольно сжала кулаки. По палате начала нагнетаться пока что слабая яки. Но даже этого хватило, чтобы лежащая совсем рядом Ай проснулась. Почувствовав совсем рядом чужое присутствие и яки, она тут же подскочила и, увидев рядом с собой Хикари, глаза которой уже начали багроветь, непроизвольно отшатнулась, зашарив рукой в поисках куная. — Ай, — тихо прошептала Хикари. Такая реакция подруги заставила ее тут же остыть. Сама Хошино тоже почти сразу прекратила искать оружие, вот только уже было поздно. — Прости. Не в силах смотреть в глаза подруге, Намикадзе отвернулась и выпрыгнула в окно, проигнорировав окрик Ай. Мягко приземлившись на траву, она тут же вновь взмыла вверх и вскоре оказалась на крыше соседнего здания. — Хикари, постой! — выкрикнула Хошино, выглянув из окна. — Вернись!

***

Как раз в этот момент дверь в палату распахнулась, и внутрь вошли Цунаде и Минато. — Хокаге-сама, Цунаде-сама! — воскликнула Ай, отвернувшись от окна. — Где Хикари? — тут же спросил Минато. — Убежала через окно, — ответила Хошино. — Разбудила меня своей яки и сразу же сбежала. Минато, вздохнув, сверкнул желтой молнией и исчез, оставив ирьенинов наедине. — Узумаки, — проворчала Цунаде, глядя в окно. — Вечно делают глупости, не разобравшись в ситуации. Ай-чан, не переживай, Минато разберется. Ты сегодня хорошо постаралась. Отдыхай. — Хорошо, Цунаде-сама, — ответила Ай, присаживаясь на кровать. Сил у нее не было совершенно. В отличие от Хикари, она не была ни Узумаки-полукровкой, ни тем более джинчурики и похвастаться такой скоростью восстановления не могла. Поэтому не прошло и минуты, как она заснула.

***

Хикари Вид Ай, которая при виде меня тут же начала искать оружие, все еще был перед глазами. Видимо, подругами нам уже не быть. Вот только почему она оказалась жива? Лис все-таки соврал. И если он соврал насчет Ай, то, может быть, он соврал и про Наруто? Я, не разбирая дороги, мчалась по крышам Конохи. Мысли роились в голове, не давая успокоиться. И только желтая вспышка и знакомые, теплые руки, перехватившие талию, вырвали меня из мыслей. — Хикари, успокойся. — раздался папин голос. — Не стоило убегать. Все в порядке. — Пап, скажи мне правду, — опустив голову и не глядя ему в глаза, попросила я. — Что с Наруто? — Он пострадал, но жив, — недоуменно, но уверенно ответил отец. — Жив? — с надеждой переспросила я, подняв взгляд. Он успокаивающе мне улыбался, продолжая придерживать за талию. — Да, — кивнул он. — Все живы. Ринго изначально не планировала никого убивать. — Вот как, — совершенно потерянным голосом произнесла я. Ощущение, будто с плеч целая гора упала. — Значит, он врал от начала и до конца. — Лис? — тут же догадался отец. — Лис, — подтвердила я. — Провалилась к нему в печать, и там он мне сказал, что все мертвы и что их смерть — моя вина. — Нашла кому верить, — слегка улыбнулся папа. — Но он показал, что я чуть не убила Ай. И, судя по ее реакции на меня в палате, это действительно произошло. — Ты неосознанно начала генерировать яки. Любой бы на ее месте отреагировал так же, — начал меня успокаивать папа. — Хорошо, — кивнула я, оторвавшись от прижавшего меня к себе отца. — Спасибо, пап. Ты сказал, что Наруто пострадал. Сильно? — Да, — помрачнел он. — Лишился глаза. — Глаза? — неверяще переспросила я. — К нему можно? — Сейчас он отдыхает. Сходим вместе, как проснется, хорошо? — Хорошо, — кивнула я. — Тебе, кстати, отдых тоже не помешает. Покров хвостатого сильно нагружает тело. Куда ты вообще собиралась пойти ночью? — Я хотела побыть одна, — отведя от него взгляд, сказала я. На деле же я просто не хотела оставаться в одной комнате с Ай. Просто не могла там находиться. — Я понимаю, но сейчас тебе нужно восстановиться. Так что давай вернемся в госпиталь, где тебя осмотрит Цунаде. Хорошо? — Хорошо, — кивнула я. Другого выбора у меня все равно нет. Вот только как себя вести с Ай? Как она ко мне отнесется? Я не хочу, чтобы моя подруга меня боялась! — Тогда пошли, — сказал отец и, подхватив меня, направился в сторону госпиталя. Как оказалось, убежала я совсем недалеко. Погруженная в свои мысли, я не обращала внимания на путь, но думала, что успела уйти подальше. Поэтому и не прошло и минуты, как я вернулась в палату, в которой очнулась, где меня ждала бабуля Цунаде. Вот только стоило мне ее увидеть, как мне тут же захотелось уйти куда угодно, лишь бы не находиться здесь. Ее взгляд, метающий молнии, намекал на то, что ничего хорошего меня здесь не ждет. — Вернулась, — припечатала она. — Куда сбегаем? — Прости, бабуля Цунаде, — съежившись под ее взглядом, пробормотала я. Никогда еще я не видела ее такой рассерженной. И потому была сильно удивлена, когда оказалась сжата в крепких объятиях. — Больше так не делай, — попросила она. — Не буду, — попыталась я разорвать объятья. — Обещаю. — Очень надеюсь, что ты не соврала, — отпустила меня Цунаде. — А теперь займемся твоим здоровьем.

***

— Что произошло? — спросил Саске, как только пришел в себя вечером следующего дня. Хикари и Ай уже отошли от истощения и ран, полученных на миссии, и уже выписались из госпиталя. — Много чего, — ответила Цунаде, осматривающая состояние Учихи. — Все выжили, на этот счет можешь не волноваться. Амеюри не собиралась вас убивать. — Правда? — выразительно глянув на длинные и глубокие шрамы, проходящие через весь торс, спросил Саске. — Надо будет поблагодарить при встрече за ее доброту. — Не слишком ли ты молод для таких шуток? — не удержалась от смешка Сенджу, как раз проверяющая, насколько хорошо зажили раны. — Обычно так шутят прожженные джонины вроде Какаши. — Когда сестра-АНБУ занимается твоей психологической подготовкой с помощью гендзюцу, возможно, и не такое, — пожал плечами он, тут же поморщившийся от ноющей боли в рубцах и удостоенный хмурого взгляда ирьенина. — Вот оно как. Это многое объясняет. И как давно эта подготовка началась? — Как только оклемался после резни, — не стал скрывать Саске. Он сам попросил Изуми начать эти тренировки и смог продавить это решение сквозь нежелание девушки его мучить иллюзиями. Она долго сопротивлялась, утверждая, что так скоро ему это не понадобится. Вот только она ничего не смогла возразить на то, что Итачи при встрече его щадить не будет, и если он проиграет еще до начала боя, просто попавшись в гендзюцу, то о том, чтобы отомстить за клан, и речи быть не могло. — Ясно. Не мне тебе говорить, что это опасно, я думаю, что Изуми и так тебе все высказала. Но все же надеюсь, что она не перебарщивает, — протянула Цунаде, не очень довольная этим решением. — Вы сказали, что Амеюри не собиралась нас убивать. Но меня все же поранила. Как остальные? — спросил Саске, как только ирьенин удостоверилась в том, что восстановление идет полным ходом и уже собиралась уходить. Услышав вопрос, она остановилась и не смогла сдержать вздоха. В ее мыслях сразу возникла похожая палата с мальчиком, все тело выше пояса которого было плотно обмотано бинтами. Женщине было тяжело видеть его в таком состоянии. — Хикари и Ай в порядке. Какаши тоже должен скоро прийти в себя, — отогнав воспоминания, ответила Цунаде. — А Наруто? — осторожно спросил Саске, начавший догадываться, что с его другом не все в порядке. — С ним все не так хорошо, но его жизни ничего не угрожает, — попыталась отделаться общими фразами Сенджу, но они не удовлетворили Учиху. — Что с ним? — с холодом и сталью в голосе повторил вопрос Саске. В его глазах уже начал разгораться багровый огонь, постепенно формируя рисунок двухтомойного шарингана. — Погаси шаринган. Сейчас же, — ответила Цунаде, нахмурившись. Ей совсем не понравилось, что ее пациент начал ей угрожать, пусть и неосознанно. Ее догадку подтвердил сам мальчик, недоуменно на нее уставившийся. Спустя пару мгновений он взял под контроль эмоции и, глубоко вздохнув, закрыл глаза. Спустя секунду на нее уже смотрели обычные черные глаза. — Больше так не делай. Наруто лишился глаза и сейчас лежит в соседней палате. — Могу я его навестить? — тут же спросил Саске, не показавший и тени удивления. Когда Амеюри полоснула мечами по лицу его друга, он еще не потерял сознания и видел удар. Он лишь надеялся, что пронесет, но, видимо, удача в тот день покинула Намикадзе. — Хотела бы я тебе сказать, что нет, но ты ведь не послушаешь? — в очередной раз вздохнув, спросила Цунаде. Получив в ответ уверенный кивок и сдавленное шипение Учихи, она подошла к нему и помогла подняться. — Тогда под моим присмотром и недолго. — Спасибо, Цунаде-сама, — искренне поблагодарил ее Саске. — Не стоит, — слегка улыбнулась Сенджу, открыв дверь и выведя его в коридор. — Я все понимаю. Сама не раз бывала на твоем месте. Поскольку Наруто лежал в соседней палате, их путь занял совсем немного времени. И Цунаде совсем не удивилась, когда она увидела сидящую возле его кровати Хикари. Она тут же подняла взгляд и едва улыбнулась, стоило ей увидеть Учиху. — Проснулся наконец? — спросила она, поднимаясь со стула и уступая место Саске. Тот был явно недоволен этим обстоятельством, но ему еще трудно было долго оставаться на ногах, поэтому он с облегчением сел на освободившееся место. — Как видишь, — хмуро ответил он, глядя на спящего друга. — Сама как? — Бывало и лучше, — не менее хмуро ответила она. — Хикари, можешь, пожалуйста, присмотреть за Саске и помочь ему вернуться в палату? — попросила ее Цунаде. — Мне пора вернуться к делам. — Конечно, бабуля. Можешь идти, — отозвалась Намикадзе. Глава госпиталя благодарно кивнула и покинула палату, оставив подростков наедине. Молчание, прерываемое лишь равномерным дыханием Наруто, продлилось несколько минут, пока Хикари его не прервала. — Саске, — позвала она. — Что? — отозвался он. — Скажи, я слабая? — задала неожиданный вопрос Хикари. — Это вопрос с подвохом? — удивленно поднял бровь Саске, обернувшись к девочке. — Нет. Ответь честно, пожалуйста, — попросила она. В ее голосе отчетливо слышалась мольба. — Я не считаю тебя слабой, — спокойно ответил Учиха. — Если ты считаешь себя таковой из-за Амеюри, то напомню, что облажались там мы все, включая сенсея. — Не Амеюри, — покачала головой Хикари. Однако она все еще не отводила взгляда от Саске. — Из-за Лиса. Я потеряла контроль и чуть не убила Ай. — Ты ведь подумала, что мы с Наруто мертвы, да? — уточнил он. Состояние подруги ему не нравилось совершенно. Девочка кивнула, не найдя в себе сил ответить вслух. — Любой бы на твоем месте не смог сохранить хладнокровие. Я бы не смог. — А Наруто? — Сомневаюсь, что он остался бы спокойным, если бы узнал, что ты умерла. Хикари, послушай. Не надо себя винить в том, что ты слишком слаба, чтобы справиться с Лисом. Чувством вины ты ничего не исправишь. Просто стань лучше. Не получилось вчера? Значит, тренируйся, чтобы получилось в следующий раз. Хватит хандрить, — серьезно глядя в глаза подруги, сказал Саске. — Стать лучше? — задумалась Хикари. — Спасибо, Саске, — благодарно кивнула она. — Полегчало? — поинтересовался он. — Немного, — слабо улыбнулась Намикадзе. И тут же попыталась в своей манере его подколоть: — Не думала, что ты скажешь что-то настолько умное. — А это не мои слова, — махнул рукой Учиха, не обратив внимания на слегка ехидный он. — Я оказался в такой же ситуации несколько лет назад, и так меня в чувство привела Изуми. Не думала же ты, что один ваш визит тогда все исправил? Он немного помог, но не более. Окончательно мне тогда мозги вправила именно Изуми. — Это многое объясняет, — кивнула Хикари. — Но все равно спасибо, Саске. — Обращайся. Кстати, а почему ты решила поговорить об этом именно со мной, а не с отцом или братом? — поинтересовался он. — Ты сказал бы как есть, не считаясь с моими чувствами и состоянием. А мне именно это и было нужно, — пояснила Намикадзе. — Это сейчас прозвучало так, будто я бесчувственная сволочь, которому плевать на других, — заметил Саске, с некоторой обидой смотря на девочку. — Ну… — протянула Хикари, с сомнением глядя на парня. — Понятно, как ты обо мне думаешь, — хмыкнул Учиха, с трудом поднимаясь на ноги. Хикари тут же к нему подскочила и поддержала, помогая сохранить вертикальное положение. Саске благодарно кивнул и сосредоточился на передвижении. — Ну, не все так плохо, — попыталась оправдаться девочка. — Я все понял, можешь не пытаться, — ответил Саске, который и вправду не держал на нее зла. Справедливости ради, она во многом правильно описала его поведение. Саске это сам прекрасно понимал, просто не видел смысла пытаться это исправить. Его друзья его и так знают и принимают, а на остальных ему плевать. — Наруто, просыпайся поскорее, — пожелал он, покидая комнату. Вскоре они достигли палаты Учихи, который, упав на кровать, издал облегченный вздох. Столь обильная кровопотеря сильно повлияла на его состояние. — Спасибо, — поблагодарил он Хикари. — Обращайся, — передразнила она парня, вызвав у того легкую улыбку. — Ты тоже поправляйся. — Это не от меня зависит, — пожал плечами он, снова забыв про раны и закономерно зашипев от боли. — Я передам Изуми, что ты пришел в себя. Пока, — помахала на прощание Хикари и покинула палату. Как только дверь закрылась, где-то справа прозвучал вопрос: — Запала на него? — В твоих мечтах, деда Джи, — спокойно ответила Хикари, посмотрев на говорившего. Им оказался высокий мужчина в годах, с длинной гривой колючих белоснежных волос и красными рисунками на лице. Одет он был в зеленое кимоно со штанами того же цвета, красное хаори и сандалии-гэта. Завершал образ причудливый протектор с рожками и кандзи «масло». На уже немолодом лице сияла яркая улыбка. — Не стоит так сразу все отрицать, уж поверь моему опыту. Спорим, что через пару лет ты поменяешь свое мнение? — не переставая улыбаться, предложил один из тройки саннинов — Джирая. — А давай. На что спорим? — поддалась игривому настроению крестного Хикари. — Если через два года он все еще не будет тебе нравиться, то ты исполнишь одно мое желание… — Если ты о своих извращениях, то даже не думай! — воскликнула слегка покрасневшая девочка. — Как ты так могла обо мне подумать? — состроив обиженное лицо, возмутился Джирая. — Я, конечно, любитель дам, но не настолько же! — Допустим, я тебе поверила, — все еще с сомнением глядя на крестного, проговорила Хикари. — А если нет, то исполняешь ты? — По рукам! — воскликнул саннин, протягивая девочке руку. Она все еще с некоторым сомнением смотрела на протянутую руку, но все же пожала ее. — Вот и славно! — Ты пришел только за этим? — спросила она. — Нет, — покачал головой Джирая. — Я вас проведать пришел. А то когда вас эвакуировал, выглядели вы, честно говоря, не очень. — Ну спасибо, — нахмурилась Хикари. — Ты, конечно, прости, но ожоги на пол тела еще никого не красили, — хмыкнул саннин. — И не поспоришь, — согласилась с ним девочка. К этому времени они уже покинули госпиталь и шли по улицам Конохи. Солнце уже почти село за горизонт, окрашивая напоследок все в алые тона. Многие гражданские как раз завершили свой рабочий день и спешили к себе домой или в какой бар, чтобы отдохнуть, так что на улицах было многолюдно. — Я всегда прав, — наставительно произнес Джирая, даже покачав пальцем, чтобы придать своим словам веса. Но удостоился только очередного полного сомнений взгляда Хикари. — И не надо так на меня смотреть! — Как? — Намикадзе сделала вид, что не поняла, о чем говорит ее спутник. — Вот так! — показал на все тот же взгляд Джирая. — Ну ладно, — пожала плечами Хикари. — Деда Джи… — обратилась она к саннину. — Да? — увидев, что девочка посерьезнела, перестал кривляться и он. — Ты надолго в деревне? — Ближайшие несколько месяцев планировал провести здесь. А что? — ответил Джирая, заинтересовавшись. — Ты не мог бы мне помочь с тренировками? Ты ведь хорош в печатях, — попросила она. — Ты хочешь научиться лучше их контролировать, — сходу понял смысл просьбы саннин. — Ты права, в печатях лучше меня, пожалуй, только Минато. Я не против, только нужно найти подходящее место. Сама ведь понимаешь, что произойдет, если потеряешь контроль. — Я спрошу отца, — ответила Хикари. — Не стоит, — покачал головой Джирая. — Я сам этим займусь. Ты голодна? — спросил он девочку, увидев недалеко знакомую вывеску одной раменной. — Угу, — ответила она. — Спасибо, деда. — Пока не за что, — улыбнулся саннин, присаживаясь за стойку. — Привет, Теучи! — О, Джирайя-сан! — узнал гостя улыбчивый хозяин заведения. — Давненько вас не было видно. И Хикари-чан с тобой! Вам как обычно? — Да, — одновременно кивнули они. — Когда начнутся тренировки? — спросила Хикари. — Как переговорю с Минато. Думаю, завтра-послезавтра. Пока что отдыхай после миссии. На тренировки у нас будет две недели, думаю, за это время хотя бы минимального прогресса мы добьемся. — Две недели? Ты же говорил, что не планировал уходить! — удивилась Намикадзе. — Скоро начнется экзамен на чунина. У меня будет много работы, и я не смогу уделить достаточно времени тебе. Да и ты, я думаю, найдешь, чем заняться, — подмигнув под конец, пояснил Джирая. — Ты хочешь сказать, что мы будем участвовать в экзамене? — удивилась Хикари. — Если Наруто успеет достаточно восстановиться, то почему нет? — пожал плечами саннин. — А это не навредит ему еще сильнее? — взволнованно спросила девочка. — Наруто парень крепкий, думаю, что он справится, — ободряюще улыбнулся Джирая. — Рамен готов! — провозгласил Теучи, выставляя перед гостями две исходящие паром чаши. — Сначала еда, потом дела, — высказал мудрую мысль саннин, беря в руки палочки. — Приятного аппетита! — Приятного аппетита!

***

— Дашь какой-нибудь подземный полигон? — спросил Джирая у своего ученика, сидя на диване в его кабинете. — Думаю, сам понимаешь, что ей это нужно. — Да, — кивнул Минато. Его лицо казалось спокойным, а тело расслабленным. Создавалось впечатление, что травмы сына не задели его вовсе. На самом деле это было не так. Он почти четырнадцать лет стоит во главе скрытой деревни и за это время прекрасно научился держать лицо и сохранять хладнокровие. Но это не отменяло бушующего внутри шторма из эмоций. Ему хотелось лично выйти на охоту за Амеюри Ринго, но он прекрасно понимал, что это недопустимо. — Как долго ты хотел скрывать от меня, что Кьюби находится внутри твоей дочери? — раздался хриплый голос со стороны двери. Данзо, а обладателем этого голоса был именно он, стоял на пороге кабинета. Взгляд его не выражал ничего, кроме холодной сосредоточенности. — Можешь не притворяться, — нахмурился Минато. — Я уверен, что ты об этом знаешь уже очень давно. — Это не отменяет того факта, что ты должен был поделиться настолько стратегически важной информацией. Кажется, я тебе уже доказал, что я на твоей стороне, когда рассказал про старейшин, — и без того узкий глаз сжался в угрожающую щелочку. — Ты на своей собственной стороне, Данзо, — возразил ему враз посерьезневший Джирая. — Просто пока что твои с Минато мнения совпадают. — Оставим этот вопрос, — остановил зарождающийся конфликт Минато. — Данзо, ты сам понимаешь, зачем я скрыл истинного джинчурики. Зачем спорить на этот счет, если это уже не имеет особого значения? И, отвечая на твой первый вопрос, сегодня ты бы узнал официально. Предоставишь полигон для тренировок джинчурики? — Да, — кивнул ему Шимура, а затем обратился к саннину: — Полигон номер 24, второй уровень. Провожающий будет ждать вас завтра в семь утра у северо-восточного входа, возле старой лаборатории Орочимару. — Понял, будем там, — ответил Джирая. — Правила ты знаешь, ученицу тоже просвети. — Конечно. — Надеюсь, вы не доставите проблем, — вздохнул старейшина. — Мы говорим о тренировке джинчурики. Конечно, проблемы будут, — с ноткой грусти улыбнулся саннин. — Тогда сведи их к минимуму, — припечатал Данзо, с раздражением посмотрев на ученика своего друга, уже откровенно скалящегося. Минато, наблюдающий за перепалкой этих двух, только тяжело вздохнул. Порой у него возникало ощущение, что детей у него не двое, а в разы больше. И, к его сожалению, подавляющее большинство лишено было спокойствия сына. — Может, хватит? — устало попросил Хокаге. — Сейчас есть более важные дела. — Минато, иди домой и проспись уже, — ответил ему учитель. — Даже воскрешенные с помощью Эдо-тенсей выглядят более живыми, чем ты сейчас. Сколько ты не спал? — Много, — вздохнул Минато, прикинув в уме число. К его удивлению, на ногах он был уже третьи сутки. — Ладно, ты прав. Подменишь? — Не, это к Шикаку, — ответил ему Джирая, поднимаясь с дивана. Шимуры же в кабинете уже не было. — Я ему сообщу. Иди домой. Заодно скажешь дочери, что я за ней завтра зайду. — Спасибо, сенсей, — улыбнулся Минато и, сверкнув золотом, исчез.