Долгожданное принятие

— Ты такая классная! — Корд уплетал свои макароны, с широкой сырной улыбкой смотря на Велвет, — у нашего папы самая лучшая сестра! Виссон же сидел более спокойно и к ужину даже не притронулся. Венир обеспокоено смотрел на сына. — Ты стесняешься, сынок? — мальчик качнул головой, уныло смотря в свою тарелку. — Я просто устал… Замечая обеспокоенных родителей Велвет хохотнула. У нее не было детей, так что она не понимала такого трепета и страха к обычному настроению ребенку. — И мне кажется, тетя Велвет знает, как поднять тебе настроение, — она достала из кармана тысячу долларов и вложила купюру в кулачок ребенка, — купите себе мороженого, ребята. Венир усмехнулся реакции детей. Конечно, они с Синель давали им карманные деньги, но обычно это были скромные суммы. Корд с улыбкой подбежал к брату, весело дергая того за рукав. — Спасибо, красивая тетя. — Дети подорвались и побежали на второй этаж, обсуждая предстоящие покупки. Велвет заметила, несколько радостным был ее брат. Да, сегодня был тяжелый день для всего семейства, но у нее наконец-то получилось развеселить его. Однако взгляд на его жену тут же разрушил ее настроение. — Извини, Велвет, — Синель вздохнула, не одобряющим взглядом посмотрев на Венира ища поддержки, — Спасибо, но нам не нужны деньги. И тем более для наших детей. Велвет удивленно посмотрела на брата. Сейчас две эти женщины искали в нем поддержки, но он продолжал спокойно есть макароны. — Не пойми меня неправильно, но Венир много рассказывал мне о вашем детстве, и я решила, что не хочу баловать своих детей. — В конце Синель посмотрела на Велвет тем самым взглядом, которым обычно смотрят на врагов. Так что ее наигранная улыбка смущала больше всего. — Син, да все в порядке, — Венир усмехнулся, — Моя сестра просто очень щедрый человек. — Да, я просто хотела немного порадовать ребенка. — Велвет льстило, что Венир все-таки оставался на ее стороне. Она отпила коктейль, исподлобья смотря на Синель глазами победителя. Однако не казалось, что женушка собиралась сдаваться. Она легонько пнула Венира под столом, в надежде вразумить его. — Просто не нужно давать им много денег, иначе они перестанут их ценить так же… — Синель старалась скрыть улыбку, — Как вы оба. Венир рассмеялся, осознавая, что это было правдой. Конечно, он иногда чувствовал, что мальчики принимают вещи как должное, но это было лишь следствие их богатой жизни. Хотя в молодые годы он сам был таким. Только с уходом сестры он стал ценить все, что имеет. Неловкое молчание повисло над столом. Только стук вилок о тарелку разряжали обстановку. Велвет хмыкнула, понимая, что не собирается вот так легко сдаваться в их мнимом споре с Синель. — Венир, можешь поехать со мной в больницу завтра? Брат твердо кивнул головой, посмотрев на нее. В груди что-то зажало. Но он все равно был рад, что они поужинали и на время позабыли об ее болезни: — Да, конечно. Во сколько? — Но… — Синель замолкла, увидев строгий взгляд мужа. Завтра был последний день ее отпуска, и они всей семье собирались сходить куда-нибудь. Видимо с появлением Велвет об этом можно будет забыть. — Как проснемся, — Велвет отодвинула от себя тарелку, с вопросом посмотрев по сторонам. Только сейчас она поняла, что никакого персонала не было дома, — А где домработница…? — Каждый моет за собой. Венир сглотнул. Только сейчас он услышал явное раздражение в голосе жены. Когда Велвет, недовольно цокнув, вышла из столовой с посудой, он перевел взгляд на жену. Почему-то он чувствовал от нее сейчас только холод. — Только не говори, что она даже не умеет мыть посуду. — Синель словно назло сказала это как можно громче. Венир не понимал, чего она добивались своим поведением. Он только пожал плечами на ее вопрос. Они оба знали, что Велвет баловали всю жизнь, и Венира нисколько не удивляла ее бытовая инвалидность. Хотя это было смешно, что взрослая женщина не умеет делать такие базовые вещи. Велвет вернулась, но лишь для того, чтобы снова уйти. Она с наигранной добротой пожелала им спокойной ночи и скрылась на лестнице. Стало еще более неловко. Венир потянулся к яблокам в центре стола, но, увидев строгий взгляд жены, его рука зависла в воздухе. Он не понимал, что снова он сделал не так. — Ты… Когда спать? — если бы была возможность, он бы ушел прямо сейчас. Слишком много событий за день. Очень хотелось побыть одному. — Я хотела поговорить, — Венир устало вздохнул, понимая, что сейчас начнется спор, — Ты обещал, что завтра проведешь время с семьей. Венир скривил рот. Он не понимал, как у нее хватает совести говорить такое. — Она тоже моя семья, — теперь лицо кривила Синель, — Я не могу отказать, когда она просит меня быть рядом. Он старался говорить спокойно и убедительно. Конечно, Венир любил жену и детей, но прямо сейчас он был нужен своей сестре. И бросить ее было бы подло. — Она хоть лечится? Венир грустно улыбнулся. Что-то больно кольнуло в животе от этого вопроса. Он снова ощутил как быстро идет время. Уже прошел целый день, а он толком и не был с ней. — Я не спрашивал, но думаю, она делает все для этого. Точнее, делала… — внезапно взгляд Синель смягчился. Она положила голову на его плечо, крепко держа за руку. — Венир, дорогой… — он судорожно вздохнул, — Я просто хочу сказать, что… когда она «уйдет»… Я боюсь, что ты просто сломаешься… Я не хочу, чтобы ты так сильно привязывался к ней. Ему показалось, что сердце замерло от этих слов. Он словно не понимал их смысл. Слова о привязанности заставили его сильно сжать кулаки. Для нее она была просто умирающим человеком, что была недостойна такой любви? Он молчал, а голову разрывало от мыслей. — Тебе просто нужно психологически подготовиться к ее смерти, — то, как сухо она это говорила, вызвало у Венира боль. В висках долбил пульс от всех этих разговоров, — Я устрою ей лучшие похороны, не переживай об этом. Он встал, резко отбившись от ее рук. Сердце словно горело внутри от ее холодных, безжизненных слова. Она могла чуть больше заботиться о человеке, которого он так любил. Руки дрожали. Сестра была для него человеком, который вырастил их обоих и любил его больше, чем Синель когда-либо могла. Она значила для него больше, чем эта женщина. Их молчание было тяжелым. Ему хотелось закричать. Закричать на нее о том, как сильно он ненавидит ее за эти слова. Что он никогда не простит ее за такое отношение к Велвет. Просто как к мертвому телу. Словно она не достойна ничего, кроме похорон. — Венир, — Синель встала с места, осторожно подходя к нему ближе, — Все же нормально, чего ты так завелся? Вот он снова сорвался. Слова были резкими и отрывистыми. Его любовь к сестре пересилила все его чувства к жене. То, что она говорила о Велвет так, как будто она уже умерла, сводило его с ума. — Я, пожалуй, посплю сегодня на диване. Ты можешь поспать в комнате. Венир достал из кладовки подушку и одеяло, завалившись на диван в гостиной. Сейчас его действия казались холодными и бесчувственными по отношению к Синель, но в его голове происходило слишком много всего. Он ненавидел положение, в котором оказался. Почему он должен был отказаться от единственной вещи, которая действительно имела значение? Почему люди должны были уходить? Почему все не могло быть так, как было раньше? Он больше не хотел смотреть в лицо реальности. Хотелось только спать.

***

Как всегда, он встал раньше всех. Стук в дверь рано утром подорвал его с места. Как оказалось, водитель Велвет привез ее чемоданы с одеждой. Оставив пять тяжеленных сумок в прихожей, он понял, что этим нужно заняться немного попозже. Просыпаться в шесть утра была его привычкой, которой он всегда придерживался. Это помогало ему собраться с мыслями. Подготовиться к предстоящему дню. Стоя над раковиной, Венир вновь погрузился в свои мысли. Настроение все еще было плохим со вчерашнего вечера. Чувство вины пожирало его из-за его грубости к Синель, так что это была еще одна вещь, которую он хотел исправить. Открыв дверь, он увидел заспанную Велвет. — Доброе утро, — он обнял ее, — Ну, как спалось на новом месте? — Не могла долго уснуть, — Велвет облокотилась на стену, сжимая в руках полотенце, — И спать тоже не могла. — А чего так? — Венир промакивал влажные волосы полотенцем, укладывая их в приличную прическу. — Я чувствую себя чужой, — сестра подошла к умывальнику, включая кран, — Мне даже было неловко идти в душ на первом этаже. Потому что дети уже собираются в школу. — Вел… — Венир чуть прикрыл дверь ванной, со сторону коридора заглядывая внутрь, — Прими душ и успокойся. Я буду ждать внизу. Винесс торопливо обувал ботинки под громкий голос Синель. Женщина твердила, что они опаздывают, и натягивала на Корда бейсболку. Венир обнял детей. Он подошел к Синель, расставив руки для объятий. Женщина смерила его холодным взглядом и вышла из дома, доставая из кармана ключи от машины. Он сглотнул, непонимающе смотря ей в спину. Чувство что его семья рушится не покидало его со вчерашнего вечера. — Так, вот карточка, паспорт… — Велвет торопливо складывала в руки брата документы, игнорируя его внешний вид. Он стоял как парализованный, не отрывая взгляд от двери, — Я что-то точно забыла… — Вел, тебе нужно только направление от врача, — холодно сказал Венир, нежно перехватив ее руку. Сестра вздохнула, доставая из сумки талон. Она каждый раз нервничала перед походом в клинику. Венир отчетливо видел ее дрожь в руках. — На сколько у тебя прием? — сестра обувалась, протягивая ему в руку направление. У них было еще сорок минут. Дорога до больницы была спокойной. Поэтому он и любил ранее утро. Больница кишела людьми. На втором этаже здания их было особенно много… Присев на скамью, он стал оглядывать народ. Старики, молодые люди, даже дети… И всех их объединяло одно. Он посмотрел на Велвет, что безжизненным взглядом смотрела в пол. Ее губы дрожали. Уже второй день был для него слишком тяжелым. Прямо сейчас он хотел быть поддержкой для нее. Он не хотел покидать ее, даже на секунду. Хотелось унять ее боль, если бы это было возможно. Венир мечтал о чуде. — Мне страшно… Венир обнял ее за плечи, желая оградить от всех этих людей вокруг. От всего мира. Он тоже был напуган. Худший кошмар сбывался. Он не знал, что произойдет дальше, но он ни за что на свете не собирался покидать сестру. Он хотел защитить ее на то время, которое ей осталось жить в этом мире, точно так же, как она защищала его в детстве. Вот она зашла в кабинет, оставив его одного. Казалось, эти минуты шли вечность. Столько несчастных людей вокруг… А ведь у них у всех были планы. Они все хотели просто жить и радоваться. Грудь защемило от беспомощности. Конечно, Венир, будучи известным певцом, занимался благотворительностью. И если для Велвет тогда это был шанс прославиться и создать себе высокую репутацию, для Венира это была словно отдушина. Чистейшее чувство. Тепло от того, что ты помог нуждающимся. Даже сейчас он иногда помогает приютам, пусть его зарплата и не такая высокая, как прежде. Живет он от заказов до заказов, и конечно же на те миллионы, которые они заработали будучи подростками. Сестра вышла из кабинета. Близнецы молча шли к машине. Напряжение Велвет он почувствовал сразу, и решился поговорить только в авто. Не успел он начать, как Велвет сильно закашлялась. Ему показалось, что она начинает задыхаться. Обеспокоенно взяв ее за плечи, он увидел капли крови на асфальте. Венир не хотел в это верить. Он не хотел принимать реальность того, что она умрет. Его сестры, человека, которого он любил больше всех на свете, не станет через несколько месяцев. — В декабре, — Велвет вытерла слюну с подбородка, — Я в интернете прочитала… — Что за херню ты несешь?! — эти внезапные слова сильно напугали Венира. Она не хотела умирать. Он не мог спокойно смотреть на ее муки. Он не позволит ей сдаться, и ему было все равно на ее ответ. Если бы это заставило ее почувствовать себя лучше, если бы это дало ей надежду, что она проживет еще хотя бы несколько лет, тогда он хотел бы перенять всю ее боль на себя, — Ты будешь жить, Вел. Я не позволю тебе сдаться просто так, даже не думай. — Поехали на кладбище, — Венир посмотрел на нее таким же остекленевшим взглядом, как и она. Он почувствовал, как его сердце разбивается еще сильнее при виде ее в таком состоянии. Брат кивнул головой в ответ на то, что она сказала. — К родителям… Сердце Винера разбилось от вида сестры перед могилами. — Мам, прости… — Велвет шептала, но Венир слышал каждое ее слово. Он не решался подойти к надгробиям, наблюдая издалека за этой печальной картиной, — Я так устала… Я больше не могу быть такой же сильной, как и ты. Велвет сдалась. Она действительно приняла свою судьбу. Венир не хотел видеть ее такой, особенно когда он тратил все свои силы, защищая ее. А теперь она была готова так легко принять смерть. Часть его ненавидела то, что она сдалась вместо того, чтобы бороться всеми фибрами души. Однако он все равно уважал ее выбор, несмотря на то, каким горьким он был для него самого. — Велвет… Он все-таки смог. Венир сел рядом с ней, пересилив страх. Желание быть как можно ближе было сильнее. Венир обнял сестру за плечи, крепко прижимая к себе, как делал это на протяжении всего их детства. Он хотел, чтобы ее последние моменты жизни были с кем-то, кто любил бы ее, заботился и всегда хотел бы защитить. Даже если это продлится всего несколько месяцев. Венир желал показать ей всю эту любовь. Что она покинет этот мир не одинокой. — Я была так несправедлива к тебе, — ее голос был ровным и тихим, не смотря на слезы, — Я так виновата… Венир покачал головой, пытаясь сдержать слезы. Он боролся с желанием обвинить ее в слабости. Она так легко отказывается от жизни… — Я думала, ты никогда не простишь меня. Венир посмотрел на нее. Он чувствовал себя таким эгоистом. Она ведь ничего не могла изменить… Так какой тогда был смысл в этой борьбе? Осознание, что он заставлял ее чувствовать себя еще хуже, убивало его. Все, что он мог сделать, это попытаться оставаться сильным ради сестры. Венир не мог сказать и слова, но его глаза говорили за него. Он хотел только утешить ее. — Я просто хочу провести эти полгода с тобой. Я не хочу больше быть одна… — Велвет взяла его лицо в свои руки, заставляя смотреть в глаза, — Я не хочу думать о том, что я буду здесь. Венир, пожалуйста… Венир не смог сдержать слез, когда она начала так с ним разговаривать. Он положил свою руку на ее, желая чувствовать ее прикосновение как можно ближе. Он сделал бы для нее все. Он перевернул бы небо и землю, если бы она попросила его об этом. — Давай просто забудем, что я больна, — Венир кивнул, опуская голову вниз. Они слегка ударились лбами, вызывая легкую улыбку, — Мы будем жить так, как будто все в порядке. И когда меня не станет, ты будешь таким же сильным… Ради меня… Венир вздохнул. У них будет всего несколько месяцев вместе, но эти моменты будут значить больше, чем все моменты в целом мире. Велвет гладила его по волосам, утешительно шепча: — Ты был сильным все эти двенадцать лет без меня, и ты будешь таким же сильным после. У тебя есть жена, двое прекрасных детей, ради которых ты должен жить. Ты должен всем показать, что ты сильный муж и отец. И ты можешь это сделать, потому что ты, блять, мой брат. Слезы все еще текли по его щекам, но то, как она говорила с ним, действительно подняло его дух. Ее вера в него была тем, что он любил больше всего. Венир всегда боролся за ее признание, и вот, он, наконец, получил его. Он должен быть для нее мужчиной. Он знал, что где то в глубине души Велвет гордилась им. Вот почему он действительно любил ее. Венир всегда хотел защитить сестру, и теперь она была единственной, кто верила в него больше всех. Те заветные слова наполнили его сердце силой и мужеством. Он просто крепко обнял ее и попытался впитать в себя эти последние несколько драгоценных минут откровений. Он ждал этого всю жизнь. Его единственным желанием было подарить ей всю любовь, на которую он был способен. Этого ему будет не хватать больше всего. Ее объятий. Увидеть ее улыбку…