12. Судный день

      Рано утром в конторе произошли последние приготовления к масштабному задержанию жестоких убийц под предводительством расчетливой и коварной женщины. Оперативники разбрелись по различным помещениям ФЭС, приободряясь перед моральной взбучкой и физическими трудностями.       В тире сидел Лисицын, начищая пистолет Макарова до блеска. Мужчину мучали ассоциации нынешнего расследования со злосчастным Садовником, а устрашали отличительные особенности в виде хитроумных устройств в рукавах преступников.       — Кость, — раздалось на входе в комнату, и майор поднял сумбурный взгляд на посетителя.       Соколова выглядела веселее, настроившись на позитив. А эмоции возлюбленного ей претили, она желала изменить его хмурость на целеустремлённость и веру в успех. Помешал пестреть положительными чувствами сам Константин.       — Ой, Юлька, что-то не нравится мне все это… — пробубнил мужчина, выдохнув. — Настораживает поход в заросли леса. Там всегда опаснее.       — Давай пытаться искать хорошее, иначе…       — Майского вчера отравили, причем обычным плевком, — Лисицын в своем стиле перебил женщину, навострив угрюмый взор. — Нам только чудо поможет уйти оттуда живыми.       И Юлия сникла. Майор не нашла больше причин для внушения позитива мужу, вместо этого она прошла к нему и крепко обняла. Мужчина отложил огнестрельное оружие и провел ладонями по ее спине, ответив на объятья взаимностью. На губах напряженного Константина появилась слабая улыбка. ***       Внешне уверенная, но внутри настороженная Рогозина прошла мимо переговорной, одарив внимательным взглядом находившихся там подчинённых. Полковник прошла в морг, где Тихонов усиленно трудился над новыми образцами антидота совместно с Антоновой и Холодовым.       Ее взор поймал стоявший у дверей Круглов, затем вернувшийся к товарищам. Он задумчиво провел указательным пальцем по подбородку, держа вторую руку в кармане брюк, и продолжительно вздохнул.       — Так, ребят, давайте договоримся, — наконец молвил майор, обратившись к Шустову, Власовой, Данилову и Градецкой. — Без самодеятельности. Резкие выпады ни к чему.       — Петрович, это понятно, — протяжно среагировал Игорь. — Сейчас главное запастись антидотом и пулями…       — И самообладанием.       Дополнила мужчину Маргарита, заострив сосредоточенный взор на подруге. Которая посмотрела с невербальным согласием. ***       Взволнованная Галина как коршун пристально смотрела за работой коллег. Она заглядывала на действия то Ивана, то Андрея, то Валентины — по очереди, пытаясь уследить за каждым. Но ее надзор не только добавлял сосредоточенности, ещё и напрягал.       — Валь, много осталось?       — Галина Николаевна, — не сдержав раздражения вырвалось у патологоанатома, бросившей взор на подругу. — Ну не отвлекай, пожалуйста. Немножко осталось.       — Валь, спокойно, мы все четко по рецепту делаем, — снизил ее мандраж Тихонов, не отвлекшийся от соединения компонентов вакцины. — Майскому же помогло.       — Ладно, молчу, — на выдохе вышло у серьезной Рогозиной.       Женщина сдалась и присела на стул возле компьютерного стола патологоанатома, задержав два пальца у переносицы и прикрыв глаза. Ей было, чем рисковать. Как, впрочем, и всем в конторе. ***       Будучи уверенной в собственной безнаказанности, Максимова не пряталась: она все ещё работала над улучшением яда на прежнем заброшенном месте. Добинский завод не вызывал лишних людей, вокруг только свои. Но гордыня сыграла плохую роль в действиях женщины. Ее все-таки рассекретили. И виной всему стала банальная гордыня, а подогрело ее тщеславие. Ведь Нелли без терзаний совести пришла в ФЭС и глумилась над горем родственников жертв ее ухищрений, тем самым и раскрыв свое темное нутро.       В главный цех примчался здоровый мужчина. Едва не запыхавшись, он привлёк взор удивленной главы банды и сформулировал речь, тыча в окно указательным пальцем.       — Нелли Егоровна, там какие-то неизвестные идут по лесу в сторону завода.       — Не может такого быть, — насупившись, ядовито плюнула Нелли.       Но несмотря на большую самоуверенность, Максимова все равно имела план отступления. Она свято верила в его бесполезности, а теперь похвалила саму себя за предусмотрительность и тонкий расчет.       — Значит сделаем следующее…       Загадочно пощурившись в подчиненного, молвила преступница, заворожив мужчину увлекательной идеей отхода. ***       Целая бригада оперативников и их начальство осторожно двигались за спецназом и готовились к штурму огромного здания посреди леса. Они все были сосредоточены, крепко держа заряженный пистолет у кобуры. Но тишина вокруг смущала. Абсолютно никаких звуков из неиспользуемого по назначению, однако ради темных дел, строения.       — Что-то мне не нравится атмосфера спокойствия, — медленно произнесла Соколова, озираясь на коллег.       — Юль, они не любители шум создавать на ровном месте, — подчеркнула Рогозина, обернувшись на майора. — Только последствия у их дел громкие.       — А я соглашусь с Юлей, — внезапно сказала Власова, подобно женщине осмотревшись. — Тихо как-то. Не к добру.       — Не нагнетайте уже, — шикнул Лисицын. — Пошли.       И женский пол послушался его. Однако опасения рыжеволосой скоро подтвердились. Круглов заметил удалявшихся людей на бугре, оповестив об этом товарищей.       — Ребят, вот они, — воскликнул Николай, и соратники нацелили любопытные взгляды на указанное им направление.       Для достижения преступников требовалось лишь пройти через территорию завода. Куда точно следовали эксперты и спецназ. А когда до железного забора оставались считанные сантиметры, всех накрыло неприятное предчувствие. Только не могли понять, по поводу чего и почему.       — Это ловушка, — вдруг вырвалось у Данилова.       Власова и Градецкая одновременно направили на него хмурые взгляды, переглянувшись и с угрюмой Рогозиной. А фразу уловил Шустов, вскинув бровью вверх.       — Какого рода?       А через мгновения на заводе раздался взрыв, переполошивший состав ФЭС, включая и шокированную Галину. Полковник не имела в планах привести собственную команду на смертельное рандеву с преступной группой Нелли.       — Все быстро назад! — закричала приказным тоном взбудораженная женщина.       Однако огненная волна расходилась слишком быстро, времени на удаление от опасной зоны не хватало: Соколова едва успела отскочить с одной точки, куда скоро свалилась тяжелая металлическая дверь. Решившая особо не влезать в тонкости задержания ввиду возможного срыва на Майер, Градецкая оглядела друзей, далее почти спонтанно выставив руки направлением на завод, и напряглась, сдержав продолжение и последствия взрыва. А Рогозина замерла в ожидании, как и Круглов, больше остальных настаивавший на участии девушки в задержании банды.       Чуть подав телом назад из-за его мощности, Виктория с трудом, но блокировала расходившийся поток пламени, с таким же усилием потянувшись вперёд и, выпрямив руки на завод, завернула огненную волну к нему обратно.       Произошел новый толчок, однако уже с меньшей степенью повреждений и не вышедший за пределы завода. Но оперативники ФЭС вместе с начальством и спецназом все равно синхронно низко пригнулись, дабы избежать рикошетов от разрушенной конструкции завода. Мужчины службы дополнительно прикрыли своих женщин.       Перестав напрягаться и расслабившись, Градецкая ощутила потерю некоторой части энергии, пошатнувшись на месте и решив немного отдышаться, за чем проследил Данилов.       — Все, я держу тебя, передохни, — Степан крепко взял за руку Викторию и приобнял за плечи, дав возможность восстановить силы и перевести дух. — Опирайся на меня.       — Мать честная. Че это такое было…       Выпрямившись, едва смог вымолвить Лисицын, так и не поняв, от чего он больше остался в недоумении — попытки Нелли убить их всех или применении Градецкой силы во благо.       — Вообще-то в таких случаях говорят «спасибо», — не без усмешки вырвалось у Шустова.       Хотя внутри баллиста одолевала дрожь, а шутливый упрек друга — своеобразная защитная реакция организма на пережитый стресс.       Соколова поражено похлопала глазами, а Власова — одобрительно по плечу подруги. Рогозина не переставала изумляться телекинезу, все же отметив про себя — он полезен, и Круглов оказался прав в очередной раз. В подобном Юлии шоке и потрясении стояли почти все сотрудники, в уме поблагодарив соратницу за спасение жизней.       — Пошлите, чего встали? — тем временем скомандовал Николай, довольный совершенным девушкой поступком, однако не потеряв цель — поймать отравителей.       Фэсовцы продолжили путь, не поддавшись сценарию Максимовой и выжив там, где не могли. Как они обычно и делали. ***       — Нелли Егоровна, они продолжают преследование, — заявил наблюдательный мужчина, с высоты их местоположения разглядевший копошение внизу, возле завода.       Женщина крайне недовольно нахмурилась на указанную точку.       — Неужели детонацию остановили дистанционно? — выдал другой подчиненный Максимовой. — Но это невозможно же.       — Закрыли рты, — грубо произнесла женщина, наконец вернувшись к своим людям. — Бежать мы сильно не будем. Если их не взял взрыв, возьмут пули. Только стреляйте не в грудь, где у них бронежилеты, а в голову и ноги.       — Есть.       Максимова блаженно улыбнулась, представив расстрел знаменитой службы с Рогозиной во главе. Она давно мечтала разобраться с коллективом ФЭС, а для некоторых впечатлительных даже запаслась интересной историей из реальной жизни. Интересной, но не особо приятной… ***       Преступники отходили стремительно, все равно не в силах оторваться от знойных сотрудников Рогозиной и ее самой. Фэсовцы не желали сдаваться ни при каких обстоятельствах и потому почти наступали на пятки отдалявшимся прихвостням Максимовой и ей. Но жесткий и непоколебимый характер Нелли вкупе с огромным авторитетом добавил ожидаемых корректив. Злоумышленники стали яро отстреливаться от преследователей, применив обычные пистолеты без яда. Они оказались прыткими и ловкими, почему им удалось уложить несколько бойцов спецназа. Что несказанно поразило Галину и Николая, едва не прозевавшись атаку подчинённых Максимовой. Но ее неожиданно не заметила Власова, ощутив неприятное дежавю от представшей перед ней местности — лес начал напоминать женщине злосчастный сон с трагичным финалом. Поэтому Маргарита пропустила из своего поля зрения единственного убийцу, получив точный выстрел в грудь. Капитан тотчас рухнула на кучную листву.       — Рита! — синхронно с ее падением выкрикнул Шустов.       Мужчина гневно посмотрел в сторону напавшего на Власову преступника и, ловко наставив пистолет на него, принялся перестреливаться со знойным противником. Вместе с баллистом в высунувшихся преступников гневно выпускали пулю за пулей Лисицын, Данилов и Соколова, вместе с тем и уклоняясь от атак врага. А Рогозина напряженно ожидала кульминации — женщине будто шестое чувство подсказывало: в перестрелке участвовали далеко не все подчиненные Максимовой.       Поразившись до глубины души от случившегося с лучшей подругой, Градецкая отказалась принимать участие в пальбе: девушка хотела добежать до Власовой. Мешали обстоятельства неподалеку…       Словно из ниоткуда к начальству выбежали двое злоумышленников, грубо оттолкнув Круглова с места. Опешившая Галина едва заметила их место расположения — убийцы скрывались в тайном ходе под землей и ждали подходящего времени для появления. Что у них и получилось. Один из мужчин и вовсе сразу достал пистолет.       — Коля, пригнись! — вырвалось у Рогозиной.       Майор увернулся, но все равно получил кровавый след пули на виске, тут же опустившись на землю. Ранение вышло не столь серьезным, каким могло быть, но боль отдавала в голову со всей силы. Круглов прошипел от неприятных ощущений, краем глаза заметив, как второй подчиненный Максимовой добрался до Рогозиной, устроив небольшую потасовку. В результате полковник вывихнула руку, отбившись от здорового мужлана, чем его и удивила. Этот перерыв и дал ей возможность осмотреть мужа.       — Коля, не отключайся только! — пролепетала взбудораженная Галина, совершенно позабыв о своей руке.       А преступники не собирались сдаваться, особенно громила, устроивший драку с начальницей. Потому за спиной полковника и майора громко прозвучал его грозный голос.       — Вы пришли умереть.       Круглов смотрел прямо на злоумышленников, с трудом зло хмурясь на мужчине перед собой, а Рогозина обернулась, отвлекшись от майора.       Вербовщики прицелились без всякого желания церемониться с противниками и с желанием расправиться с главой ФЭС и ее заместителем. За такую работу Максимова отблагодарила бы их троекратно, возвысив над собратьями в преступной группировке. Безумные планы рухнули, когда их одного за другим резко прибило к деревьям, а затем припечатало к земле. Встреча с жесткой растительностью оказалась фатальной для планов преступников. Галина и Николай перестали яро смотреть на несостоявшихся убийц, теперь изумленно наблюдая за бессознательными мужчинами впереди. А затем оглянулись, тут же удостоверившись в своих домыслах.       Разозлившаяся Градецкая без слов осмотрела их, продолжительно вздохнув, и, убедившись в целостности начальства, успокоилась, позволив состраданию выйти на лидерскую позицию и уделить внимание Власовой.       — Рита, открой глаза пожалуйста, — затараторила Виктория, судорожно дотронувшись до лица подруги. — Ну Рита! Пожалуйста, ну пожалуйста-а!       К девушкам подошли напряженные Шустов и Данилов, закончившие с перестрелкой и вышедшие оттуда вместе с Лисицыным и Соколовой победителями. Мужчины переглянулись, удивившись быстрой смене немки на майора. Ведь обычно Майер никогда не уступала сама.       А трясшуюся Викторию успокоила Маргарита, вдруг став откашливаться. Градецкая задержала дыхание, бегая глазами по подруге, которая улыбнулась, расстегнув одежду и продемонстрировав бронежилет.       — Я в защите, не переживай, — уверенно произнесла Власова, внушив умиротворение майору. — Все, все, успокойся.       За бездействующими вербовщиками отправились Лисицын с Соколовой и выживший спецназ, дабы не дать им никакой возможности очнуться и продолжить свои бесшабашные действия.       Но история требовала продолжения, и его отважилась совершить зачинщица всех бед последнего месяца.       — Ого, кто пришел, — восхищенно, но с сарказмом послышалось за спиной Градецкой и Власовой. — А я думала, у тебя кишка тонка.       Девушки отлипли друг от друга, навострив серьезные взгляды на появившейся будто из ниоткуда Максимовой.       Ее выходу удивились все: Рогозина ошарашено изучала преступницу, повадки, мимику, жесты; Круглов был занят тем же, в то же время бросая взоры и на полковника; Шустов изогнул бровями, перекинувшись удивлением с Даниловым; Лисицын же сурово наблюдал за поведением неуловимой главы преступных группировок, и от лишних комментариев его сдерживала Соколова, тоже изумленная встречей.       Все опера посчитали, что такая хитрая и прыткая женщина уже далеко за пределами леса, бежит в аэропорт покупать самый последний билет на рейс в никуда. Но она оказалась гордой и подлой, решив оторваться на противниках, и выбрала метод ментальных манипуляций и давления на больное у самой нестабильной сотрудницы.       — Виктория, ты сегодня не одна.       — Ты меня знаешь?       Градецкая нахмурилась, поднявшись с земли. Ей стало любопытно радостное выражение лица женщины, навострившей коварный взгляд именно на нее. За которым Власова сразу почувствовала подвох, напрягаясь. Но его не ощущала расслабившаяся майорша.       — Я вас всех знаю, как облупленных, — рыкнула Максимова, издав смешок. — И тех, кого вы потеряли. Например, майора Гранина Павла Анатольевича. Помните такого?       Виктория обомлела, сводя брови вместе.       — Что?       А Маргарита дёрнулась с места, остановившись рядом с подругой и схватив за рукав рабочей куртки.       — Не надо, не ведись на провокацию.       — Да, продолжай держать в себе. Ты ведь всегда так делаешь. А потом резко выплескиваешь на друзей. Вот они, — Нелли указала на Лисицына с Соколовой, которые пораженно переглянулись, — знают.       В миг посерьезневшая Рогозина опасливо осеклась на Круглова, который норовил подняться, либо взять пистолет, но боль, отдававшая в висок, сбивала с всяких действий. Женщина же, потянувшись к майору для помощи, но не найдя ответ в голове — каким образом, закусила нижнюю губу, напрягла лоб и проследила за реакций подчинённой на слова преступницы. Полковник боялась самого худшего исхода, и, к ее сожалению, он и наступил. Неозвученная часть информации о биографии Максимовой воплощалась в плохих последствиях.       — Пошло оно все, — вдруг сорвалось с уст Виктории.       Девушка тотчас вырвалась от Власовой и направилась в сторону провокаторши. Капитан же настороженно выдохнула, попытавшись помешать, и тогда снова испытала на себе воздействие телекинеза — подруга плавно отодвинула ее назад, задержав на прежнем месте.       А Максимова заглянула за спину подходившей Виктории, пощурившись в недружелюбного ей Данилова, до этого с особым теплом наблюдавшего за девушкой. И сразу нашла способ давления на майоршу.       — Что, потеряла одного мужчину, хочешь проститься с ещё одним? — посмеялась Нелли в лицо Градецкой, когда та дошла до нее. — Стреляй глазками сколько влезет. Я все равно не отступлю.       — Закрой рот и позволь помочь тебе примерить новые браслеты, — зло и с прежним сарказмом отозвалась девушка, не желая поддаваться на издёвки.       — Себе помоги, — также неприязненно выдала Максимова, продолжая терроризировать оппонентку подлым взглядом. — Всегда невеста, никогда жена. Он все равно умрет, как и твой предыдущий. Живи с этим, чёрная вдова. Кстати, между нами девочками, это я убила твоего ненаглядного, только чужими руками. Моя банда получила название банды Лихого из-за мужа, который бегал у меня на поводке.       Внимательно прислушивавшаяся к диалогу Рогозина хмурила брови, изучая подход Максимовой к подавлению собеседника, уничтожению его уверенности и полным наслаждением своей речью. Потому женщина опасливо покосилась на подчиненную, из последних сил сдерживавшую негативные эмоции в ответ на открытую провокацию. С таким же напряжением за беседой следил Данилов, то и дело переводя глаза с девушки на преступницу. Которая не хотела заканчивать моноспектакль так быстро и желала получить овации от единственного слушателя.       — Поверь, тебе уже нечего делать в этом мире, — мягко произнесла Нелли, при этом подло и лукаво смотря на сбивчиво дышавшую Викторию, и заговорила тише. — Я знаю слишком много несостыковок относительно твоей нормальности благодаря продажным сотрудникам различных структур и очевидцам странных событий вокруг тебя. Ты — опасность для себя и окружающих. Как бомба замедленного действия, — девушка не могла отвести взгляд от коварной оппонентки, а та плавно тянулась к пистолету, не прерывая зрительного контакта. — Но я помогу тебе.       Вдруг позади прозвучал выкрик Рогозиной. Женщина первой заметила нападение на спецназ, расширив глаза и взбудоражившись. Она все же поняла план хитрой Максимовой до конца.       — Вербовщики высунулись из укрытий! Смотреть в оба!       И опера прислушались, принявшись ожидать атаки и скрывшись за небольшими буграми, кустами и стволами деревьев. Раненый в висок Круглов и вывихнувшая руку Рогозина притаились вместе с остальными, размышляя над своей надобностью.       А Максимова, довольная появлением людей в самый подходящий момент, готовилась к главному представлению. Женщина медленно вынимала пистолет, наблюдая за терзаниями Градецкой.       — Что произошло в той квартире? Ты не смогла себя сдержать и почти сама угробила любимого человека, — Нелли чувствовала превосходство и насыщалась им прежде, чем выставить пистолет дулом на девушку и нажать на курок. — Но я могу навсегда лишить тебя страха бесконтрольности и вседозволенности. Ты не ощутишь ни боли, ни мук совести. Никогда более. Потому что…        — Всё, хватит!       Резко для уверенной в себе Максимовой вырвалось у Градецкой, сжавшей кулаки у бедер, чуть опустившей голову и закрывшей глаза. Пистолет из крепкой хватки Нелли сию секунду же отлетел далеко от хозяйки, метнувшейся глазами до нового местонахождения пистолета и обратно к оппонентке. Теперь представшей в другом настроении. И преступница ненароком осмотрелась, во мгновение ужаснувшись. Она была будто отделена от остальных, пребывая наедине с Майер. Которая совсем не видела преград для уничтожения ненавистной женщины. Ту самую отгороженную от других зону образовывали летавшие по кругу листья с земли, оторвавшиеся ветки и сучки. Вместе с тем Максимова дрогнула, когда повеял ветер.       Разбиравшиеся с вылезшими вербовщиками Власова и Данилов не обращали внимания на странное «общение» Нелли и Виктории. Но последняя несознательно заставила друзей, как и других сотрудников ФЭС и СОБР, ощутить свою неприязнь к главе преступного сообщества. Данилову выпало помериться силами с одним из самых крепких противников, который беспрестанно пытался хорошо отделать опера, но собственные габариты ему и мешали. Тем не менее, он не останавливался и пробовал отомстить оппоненту. Сосредоточенная Власова все равно пропустила пару ударов из-за остолбенения после выстрела в нее, в итоге нагнав соперницу и надавав ей по различным частям тела благодаря знаниям о самых изощренных методиках ведения боя.       Только засобиравшись устроить перестрелку с выбежавшим отравителем, Лисицын не удержал в руках пистолет. Оружие просто унесло куда-то в сторону, что случилось и с другими, в том числе злоумышленниками. Любые попытки достичь цель заканчивались тщетно, а наиболее любопытные подчиненные Максимовой получили удары сучками и ветками. Но этим потрясения не закончились, когда всех оперативников, спецназ и оставшихся на ногах преступников мощно сбило телекинетической волной на землю. Всех разбросало в разной степени дальности от Майер, устроившей данную неприятность.       Наиболее близко к девушке повезло оказаться Данилову и Соколовой. Но едва осмыслив произошедшее, Юлия не по своей воле словила паническую атаку, изо всех сил стараясь успокоиться в такой неподходящий для рассредоточения момент. В чем ей поспешил помочь «сосед».       — Юль, дыши, — скомандовал Степан, озираясь на Викторию. — Тебе ничего не будет.       — Не могу, трясет, — почти шепотом вырвалось у майорши, едва выдохнувшей с дрожью. — Сразу получаю воспоминания того месяца… Когда я чуть не умерла.       И как назло после ее слов треснул тонкий лед в замерзших лужах рядом, а сверху громко приземлились старые провода, когда-то использовавшиеся в интересах добинского завода. Соколова нехотя дёрнулась, сдержав крик, и перевела глаза на более собранного капитана.       — Юль, лучше посмотри назад на веселого Лисицына и не пугай себя же.       Нарочито высказавшись, Данилов указал направление одним лишь кивком в Лисицына, и Соколова не стала медлить, сорвавшись к действительно улыбнувшемуся ей сквозь ошарашенность Константину. А сам Степан убрал любую радость с лица — Майер продолжала изощрения над Максимовой.       Ошеломленная происходящим Нелли постаралась сделать шаг куда-нибудь, что не получилось. Будто ее прикрепили суперклеем к поверхности камня, на котором она остановилась. Тогда невзначай Максимова бросила взор на руки майорши и заметила, как та напрягла их. А через секунды ощутила мощный порыв ветра, мешавший сделать банальный вдох.       — Вика, нет, остановись! — донеслось до немки от прозревшей Власовой. — Она не стоит этого!       Беспокойный Данилов решил подбежать к майорше, но Майер не дала ему сдвинуться с места, как бы мужчина не старался преодолеть невидимый барьер. Вместо этого он проклинал все сложившиеся обстоятельства, отчаянно сопротивляясь неосязаемым нитям, — капитан не желал стать свидетелем рокового шага любимой девушки. Но достучаться до сознания Виктории было невозможно, ведь месть — сильное чувство, способное преодолеть любые другие. В том числе любовь. Особенно, когда пришлось пережить много плохого в жизни и натерпеться от людей. Поэтому Майер беспощадно останавливала любые попытки помешать казни преступницы.       — Ты же… ментовская подстилка… — едва вымолвила задыхавшаяся Максимова, не воздействовав на Майер совершенно никак. Что все-таки вынудило женщину ужаснуться. — Эй, а как… как же… со…совесть? Честь…       В ответ на трепыхания Нелли и ее старания вывести на первый план личность послабее Майер несильно развела руками в стороны и оскалилась, напрягая глаза и лоб сильнее прежнего, и Нелли попыталась сказать что-то ещё, прежде, чем стала задыхаться снова, еле забирая труднодоступный воздух в легкие. А Виктория усложнила ей задачу: ненавистно смотря на измученную женщину, она медленно, но верно, поднимала Максимову над землей. Преступница ошарашено изучала состояние невесомости, вместе с тем испуганно наблюдая за нескончаемым потоком гнева противницы, готовой уничтожить зачинщицу своих бед раз и навсегда и весьма изощренным способом.       Теперь уже сорвался другой оперативник.       — На твоем месте я бы уже давно заткнулся!       Вдруг огрызнулся Степан, тем временем норовя все-таки двинуться вперед, но воздействие Майер все ещё не позволяло. Как и Власовой и Шустову, тоже оказавшихся в плену невидимых сетей телекинеза. Кроме препятствия подобного рода, им мешал и свирепый ветер. Капитан нервно бегала глазами по мужчинам, которые тоже не выражали позитива. Они все желали преступнице смерти, но не от рук коллеги. Маргарита с ужасом смотрела за изменениями подруги, за личностью, все же вырвавшейся на лидерскую позицию, а значит на первый план выходили цинизм, беспринципность и безмерная злость.       — Майер! Остановись сейчас же! — остервенело прокричала капитан в очередной тщетной попытке отвлечь немку. — Она нужна живой!       И не только она была в шоке, начальство тоже судорожно перебирало варианты прекращения пытки Максимовой и очернения репутации Виктории.       — Галь, может толкнешь речь? — обратился к женщине Круглов, скрывшись от потока ветра под курткой. — Ты же умеешь. Она ее действительно убьет сейчас.       — Я не могу сосредоточиться, в руку дает, когда напрягаюсь, — выдохнула полковник, шикнув от неприятных ощущений.       — Вот черт.       — Ты же тоже можешь толкнуть речь. У тебя получилось в квартире Оделии.       Круглов хмуро посмотрел на кивнувшую Рогозину, поджав губы. Мужчина понимал, что времени мало, и хотел качественно подойти к «миссии». К несчастью, голова соображала хуже обычного, сказывалось ранение.       — Черт, Кость, я ничего не вижу!       Голос Соколовой звучал не так четко и звонко, как обычно, но Лисицын с трудом приоткрыл глаза, с такими же сложностями повернув голову к девушке. Обоим мешал сильный ветер, буквально вжавший их в дверцу машины.       — Хотя бы четвертых преступников усадить в авто успели, — процедил сквозь зубы майор. — Уже показательно.       Позитив Константина не возымел эффекта. Юлия произвольно вновь вспомнила свое противостояние с Викторией, в котором Соколова очень быстро проиграла и едва не погибла. Рыжеволосая зажмурилась, она больше не хотела возвращаться в прошлое.       А дрожавшая Максимова продолжала задыхаться, не в силах даже схватиться за горло руками — тело не слушалось левитировавшую по чужой воле женщину. Гордая Нелли не заметила нарастание страха и неуверенности внутри себя. Ее опасения возрастали при взгляде на впившуюся злыми глазами Майер.       Девушка уставилась в жалостливую Максимову безумным взором и непоколебимым нравом, незаметно для себя позабыв об удерживании друзей на расстоянии. Поэтому Виктория ненароком сбилась с казни, когда на ее талии оказались знакомые руки, окончательно выбившие из колеи. Дрогнув от теплых ладоней, майор отвлеклась от прежнего занятия и повернула голову на покачавшего своей Данилова. Обессилевшая Нелли рухнула на землю. Мужчина же убедился в спокойствии внутри девушки и обнял крепче, а она закрыла глаза. Степан же оглянулся на спецназ.       — Уведите Максимову.       Команда была принята, и двое мужчин уволокли слабую женщину в автомобиль. Нелли перестала выражать злорадство и гордость, теперь на ее лице красовался страх и потерянность, перемешанные с ужасом.       А Власова по привычке закатила глаза, смотря на подругу. Но быстро сменила настрой, завидев вскинувшего бровями Шустова с привычной ужимкой. Тогда она выставила указательный палец на мужчину, грозно высказавшись.       — Не надо ничего придумывать, я сама уже все поняла.       Игорь рассмеялся и прошел к возлюбленной, закинув ей на плечо руку, и после они вместе пошли к машинам.       — Да-а, ну и дело, твою мать, — плюнув на траву, ругнулся Лисицын. — Чуть всех наших не положили. Давно такого не было.       И посмотрел в сторону поднявшихся начальников. Отошедший от рикошета Круглов помог Рогозиной встать на свои две, а после завел разговор на пониженных тонах на тему, которую не расслышал отвлеченный Соколовой Константин.       — Товарищ майор, пойдемте уже, — подцепившись за него, улыбнулась Юлия, которая была рада ещё и спокойствию коллеги, не обрушившей свой гнев на нее.       Противиться он не стал. Вскоре лес опустел ещё на двоих человек. А Галина, обнявшись с Николаем по мере возможности из-за больной руки, остановилась взглядом на Градецкой и Данилове, закусив губу. Майор повторил за ней, немного развернув задумчивую женщину к себе. Рогозина уже нашла вопрос, на который ответ должен был отыскать ее заместитель.       — Как думаешь, кто-то из спецназа донесет? — сложив руки у груди, поинтересовалась она у возлюбленного.       — Ты про то, как наши вербовщики по деревьям полетали? — догадался мужчина, и кивок полковника только подтвердил его правоту. — Не знаю. Люди непредсказуемы.       — С одной стороны, это бесчеловечно. Получилось, будто пытка. А с другой, Максимова сама виновата. Так грубо и нагло провоцировать… Возможно, я бы тоже сорвалась.       — Ну хорошо, что тебе не придется.       Заключил Круглов, ухмыльнувшись в лицо изогнувшей бровью Рогозиной, и пара побрела к автомобилям, но женщина бросала краткие взгляды назад.       Виктория моментально почувствовала изнеможение. Она положила ладонь на голову, едва не закатив глаза и не упав. Устоять на ногах помог Степан. Он удивился ее состоянию, однако объяснение нашлось довольно быстро, и озвучил его капитан.       — Ты потратила слишком много энергии. Даже в состоянии Майер это сказывается на самочувствии.       — Перед глазами плывет все… Голова трещит, кружится.       — Ну мы же не будем тут стоять?       Данилов проследил за настроением Градецкой, смотревшей куда-то вниз, и подхватил ее на руки. Так было спокойнее и ей, и ему.       Тем не менее, когда мужчина донес девушку до машины, посетителями которой уже были Власова и Шустов, поговорить вновь не удалось. Будучи за рулем, Игорь не обратил внимания на положение дел и просто постучал по детали авто ладонями. В отличие от него Маргарита, расположившаяся на переднем сидении, сразу увидела состояние подруги. И когда Степан открыл заднюю дверь, нахмурилась на Виктории.       — Она без сознания что ли?       Спонтанно поинтересовалась капитан у друга, когда тот уже обосновался в машине с девушкой, уложив ее голову себе на колени. Риту озадачило совершенное отсутствуете шевеления и всякого движения Вики, она будто спала, при этом не издавая никаких звуков.       — Да.       — Друзья мои, я так понимаю, все в сборе, можем ехать? — плавно влился в диалог улыбчивый Шустов.       Власова все же перевела хмурый взгляд с Градецкой на Игоря, безмолвно кивнув, что синхронно с ней сделал и Данилов. И автомобиль тронулся с места. В салоне царила тишина, опера не могли подобрать слов для обсуждения чего-либо.       — Слушайте, как думаете, на примере этой Нелли могут внести изменения в наш дорогой УК РФ и предусмотреть пожизненный срок для женщин? — вдруг произнёс Шустов.       Власова хмыкнула куда-то в сторону.       — Игорь, я надеялась хотя бы здесь избежать упоминаний этой несносной бабы.       — Да, нервы она всем потрепала достаточно… — поддержал ее Степан, кратко вскинув бровями вверх. — Но если все же рассуждать над твоим вопросом, то я за. Некоторые женщины хлеще мужчин.       — Скрытый намек или что? — с хитрой улыбкой возмутилась Маргарита, получив тактическое молчание в ответ, и посмеялась. — Данилов, ты совсем не меняешься.       — Мне и так хорошо, — цокнул мужчина.       Опера позабавились, не имея цели поссориться, и все же отметили улучшение атмосферы в собственном общении. Иногда преступления сближают людей. Сквозь призму улыбки Власова все же посмотрела на наручные часы и угрюмо взглянула вперёд.       — Ребят, уже семь минут прошло.       — Ты засекаешь время? Мы рекорд ставим по прибытию в ФЭС раньше других? — ехидно выдал Шустов. — Боюсь, можем проиграть Лисицыну… Он мастерски водит авто.       — Обморок длится несколько секунд, максимум минуту, — мрачно парировала шутливость баллистика Маргарита, обернувшись на подругу. — Почему она не просыпается?       И Степан уловил ее беспокойство, принявшись трясти Викторию, что выходило безуспешно. Девушка продолжала покоиться безо всяких движений.       — Вика! — вырвалось у Власовой синхронно с Даниловым. — Вик, открой глаза! Очнись!       Но вместо должного эффекта возымелся другой. Шустов внезапно почувствовал потерю контроля над управлением автомобиля, сильно вцепившись в руль для избежания происшествий. Маргарита резко вернула голову в исходное положение во избежание травмы, а Степан недоуменно нахмурился на лежавшей на его коленях девушке. Возможно, это делала она? Но чтобы так спокойно и без каких-либо усилий…       — Черт, что это еще за траектория! — возмутился на автомобиль Игорь. — Не юли же!       — Чего машина сделает в противовес Вике? — устрашилась Власова, сглотнув нервный ком, и покосилась на подругу, добавив уже тише, но грубее: — Перестань качать автомобиль, ты же не хочешь нас всех угробить. Возьми себя в руки.       И слова женщины, на удивление, сработали. В изумлении застыли все трое сознательных оперов, ощутив, как машина вновь поддалась Шустову и продолжила маршрут в родную контору.       — По-моему контролировать и сдерживать Майер ей становится труднее, — с опаской протянула Маргарита, ошарашив Степана. — Ну либо ей просто нужен отдых…       — Надеюсь на второй вариант, — в тон ей напрягся Данилов, осмотрев девушку ещё раз. — Она действительно очень устала сегодня. Тем более после перерыва в использовании… трюков.       Настороженная Маргарита покивала, переглянувшись с безмерно спокойным Игорем, и уделила внимание открывшейся ее взору московской дороге. Женщина не желала думать ни о чем, день изнурил капитана и заставил достаточно понервничать. Но ей все равно удалось воспрять духом и сменить суровость на шутливую агрессию, когда мимо промчалась другая машина службы. Шустов был прав: Лисицын обогнал их. ***       А довольный своим маневром Константин празднично усмехнулся, вцепившись в руль с удвоенной силой и добавив газу. Соколова дернулась, едва удержавшись ровно — подобные пируэты мужа она воспринимала в штыки, никак не приноровившись избегать колебаний и тряски. Не выручал даже ремень безопасности, ведь майор юлил весьма изощренно и хитро. И когда Шустов оказался позади, Лисицын прекратил соревноваться. Автомобиль поехал ровнее и без резких выпадов. Юлия глубоко вздохнула.       — Кость, этот детский сад когда-нибудь закончится? — поинтересовалась она, изогнув бровью вверх и вперившись в радостного мужчину. — Ну как ребенок…       — Юлечка, иногда всем полезно поиграть в ребячество, дабы не поехать кукухой!       — О мерах предосторожности за рулем тоже полезно не забывать!       — Ну что ты духоту наводишь? — продолжительно выдохнув, все также весело вопрошал Константин. — Если по-взрослому, то напишем маленький отчетик и домой. Позовем того же Шустова, шумно погуляем!       — Уже однажды могли, но повод сорвался.       Лисицын плавно убрал улыбку, на мгновение задержав серьезный взгляд на жене, и продолжил вести машину. Соколова уловила смену его настроения и принялась развивать тематику обсуждения.       — Кость, почему ты отказался возглавить ФЭС? Рогозина уже готова была сложить полномочия, уйти в семейный быт с Кругловым.       Уверенный прежде Константин сглотнул ком. Он знал, что сообщенная полковником информация не для всех. Конфиденциальная, даже больше просто личная. Но майор не мог солгать и навредить своей персональной жизни. Поэтому мужчина поддался на скромные уговоры девушки.       — Потому что когда они вернулись из Ставрополья, она шепнула о неготовности бросать любимое дело. Начала бы думать о своем прошлом, об отсутствии полноценной семьи, о трагедиях, других гнетущих событиях. Неужели я мог давить на нее?       — Нет, конечно нет.       Соколова заметно смягчилась, отвернувшись к окну дверцы и задумавшись. Она представила себя на месте руководительницы и быстро осознала всю тяжесть прожитых обстоятельств и дел. И действительно, Рогозиной не позавидуешь. Лисицын же улыбнулся, взявшись правой ладонью за левую Юлии, чем вернул ее взгляд.       — К тому же я бы лишился еще большего времени на внимание к собственной личной жизни.       Майорша медленно проявила искреннюю и теплую улыбку, сильнее сжав его руку. Теперь она наблюдала за сокращением пути до родной конторы с полным умиротворением и удовлетворенным любопытством. ***       Как и предполагалось, Лисицын оказался шустрее, и при появлении из лифта Шустов мотнул головой в сторону с доброй усмешкой.       — Фантомас.       — Умей проигрывать, Игорек! Кстати, может, потом созвонимся, договоримся о встрече. Посидим, поедим, выпьем. М?       — Потом, да.       — Ну давай, Игорек.       Капитан пожал руку майора, распрощался и двинулся к ресепшен, где ещё недавно расписывался веселый Константин. Теперь же свободный от дел мужчина вернулся к машине и дождался Соколову, умчав с ней домой.       А Игорь осмотрелся: он не нашел в конторе ни Рогозиной, ни Круглова, решив повторить удачный побег товарища. Помешал совсем другой человек, взявшись за его локоть.       — Дорогой мой, куда так летишь? — с ухмылкой поинтересовалась Власова, навострив пытливый взгляд.       — Готовить что-то вкусное, мадам, — в тон ей шутливо произнёс баллистик.       И, поцеловав женщину в щеку, юркнул на выход. В том же месте встречи всех и вся наткнувшись на друга. Маргарита спокойно повторила движение Шустова и Лисицына, с ресепшен обернувшись на загруженного Степана. Она побегала глазами по нему, за ним и вокруг, затем изогнув бровью.       — А где?       — Она наверху, — сходу уловил ход мыслей подруги опер, выдохнув. — Оставил в комнате отдыха. Не пришла в себя.       — Как же это всё странно, — вырвалось у женщины, которая подняла глаза на товарища. — Мне это не нравится, Степ.       — Думаю, нам надо будет остаться в ФЭС.       — А Мишка? — исподлобья беспокойно посмотрела на друга Власова. — Степ, не дури. Ты сыну нужен.       — Я ее не оставлю, — протянул мужчина с опущенной головой, затем вернув на подругу. — Деду придется остаться с ним.       — Ладно, — покивала Власова, не заметив, как потеплели их отношения с мужчиной; впервые за несколько лет. — Но деду не говори про этот обморок…       — Скажу, что занимаемся бандюганами.       — Да, давай, — похлопав мужчину по плечу, поджала губы Маргарита и прошла к офису начальницы.       Но там ее ждала пустота, ведь Рогозина была совершенно в другом месте. ***       — Сейчас, ещё немного. На раз, два.       — Ой блин!       Выкрик Галины, сумбурно посмотревшей на уверенную Валентину, получился в противовес мнению о полковнике как о железной леди без страха. Боль могла объединить каждого, особенно спустя долгие промежутки без нее. Поэтому Галина шикнула от неприятных ощущений, все-таки улыбнувшись подруге.       — Спасибо, Валь, а то этот вывих мешал.       — Не за что, Галина Николаевна, — пробубнила патологоанатом, занявшись другим пациентом.       Круглов тоже не сдерживал неприязненные выражения на лице, когда ватка с хлоргексидином то и дело касалась его кровавого виска. Мужчина обычно беззвучно терпел, но если проявила «слабость» полковник, то почему не мог майор? Потому он не прекращал шипеть на жгучие ощущения.       — Слушай, Галь, а что с этой Нелли делать? Может, тюкнуть тихонько, да и дело с концом? — вдруг вырвалось у Антоновой, пожавшейся плечами на выпученные глаза подруги.       — Не ожидала подобного от тебя…       — Ну знаешь, — всплеснув руками, Антонова оставила ватку на виске Круглова дольше обычного.       — Вообще схожие мысли посещали мою голову, — уже тише и недовольнее выдала Рогозина, помяв пальцами место вывиха. — Но вместо запрещенных форм насилия вызвала психолога. Сначала допрошу, потом обсужу с ним методику оценки состояния такой знойной жительницы Добинска.       — Ай, Валя, жжет же! — внезапно опомнился заинтересованный диалогом Николай.       Патологоанатом сиюминутно отпустила висок мужчины, поджав губы и виновато сведя брови на друге. Галина же посмеялась, наконец снизив напряжение внутри себя и в коллективе.