Part 8

23 декабря 2022 года. День произвольной программы у мужчин и короткой программы у девушек. – Лисицева, сюда катись. – Этери Георгиевна кричит через весь каток. Утро на разминке желает оставлять лучшего. Диляра падает с каждого прыжка. Нормально каскад не получается. Запинается на дорожке. Тутберидзе в ярости. Девушка подъезжает к бортику, отряхивая одежду от ледяной стружки. – Ты мне скажи: тебе золото на двух этапах дали за то что хорошо на попе катаешься? У тебя ноги корявые? Первой с конца решила стать? – Злится, практически плюётся ядом словами. Диляра головы не поднимает. Стыдно. Сама не понимает почему падает. Голова сегодня отказывается прыгать. Какое-то предчувствие. Плохое оно. Поэтому голова и отказывается. – Сейчас садись. – Открывает дверцу, пропуская ученицу к лавочке. – Девочки, катаем короткую. – Добавляет громче, затем поворачивается к Лисицевой. – Ты последняя. Не дай бог такой же ужас покажешь. Отходит в сторону, чтобы включить музыку для Сони Акатьевой, пока остальные нарезают круги. Начинается тихая мелодия. Диляра не слушает. Натягивает пластиковые чехлы и опирается на колени локтями. Опускает голову от усталости. Рядом кто-то присаживается. Она чувствует тёплую, большую руку на своей спине. – Что-то случилось, Диляша? С Петей поссорились? – Аккуратно спрашивает Дудаков. Брюнетка резко вскидывает брови в изумлении. Затем вспоминает про случай летом и кто доложил парню о её состоянии. Стирает со лба капельки пота. – Нет, Сергей Викторович. Всё хорошо. – Шумно выдыхает. – Тогда почему не скользишь, а катаешься по льду пятой точкой? – Не убирая руки опускает свою голову, дабы взглянуть ей в глаза. – Не знаю. – Отвечает сухо. Стыдно. Ой как стыдно. – Сегодня уже прокаты, а я как будто совершенно к ним не готова. – Ты слишком к себе критична. Ты просто то что тут. – Указывает пальцем на сердце. – Переносишь сюда. – Меняет направление на висок. – Нервничать надо меньше. Ты мне что обещала? – Стать Чемпионкой России. – Вместе проговаривают её слова с первого взрослого Чемпионата России. – Вот. Разве не сейчас самое время? – Смеётся и прижимает к себе за плечи фигуристку. – Ты лучше бери пример со своих друзей. Сама вчера прыгала за бортиком, когда они выступали. Без единой ошибки. От тебя того же ждём. – Впереди становится Даниил Маркович. Он подходит чуть ближе и слегка похлопывает по спине. – Иди, круги накатывай. Настраивайся.

***

Всё тот же день. – Всё, покажи свой максимум. – Диляра освобождается от родных объятий. – Что даже удачи не пожелаешь? – Петя лукаво улыбается, опуская руки ей на талию. – Не вижу смысла, ты всё равно покажешь свой золотой прокат. – Быстро его целует и толкает в сторону входа на арену. Семененко становится в финальную позицию. Зрители ликуют. Петя заходит на лёд. Женя выходит. Получает объятья от тренеров, подруги. Диляра и Татьяна Николаевна остаются напротив Гуменника. Женщина закрывает ученику уши. Лисицева улыбается. Жена на данный момент первый. Это отлично. Диляра обнимает Евгения. Он новый Чемпион России, но Петя второй, с такими же баллам. Как такое возможно? Издевательство какое-то. – Спасибо, но беги к нему, не уверен, что у него столько же счастья. – Наклоняется ближе к её уху, чтобы услышала только она. Девушка коротко кивает и выбегает из комнаты чемпионов. Практически летит, насколько это возможно будучи обутой в коньки, до мужской раздевалки, проклиная камеры и журналистов. Видит нужную дверь и останавливается. Знакомая фигура появляется через пару минут. Быстро подходит к любимой. Диляра крепко обнимает Петю. – Это было невероятно. Так катать, как это делаешь ты, никто не умеет. Только твои прокаты вызывают у меня восхищение и слёзы одновременно. Я готова отдать тебе все награды этого мира, сегодня ты мой чемпион. – На последних словах её голос дрогнет. – Ну ты чего, Динь. – Он отстраняется и кладёт свои руки на её щёки. – Самое главное, что я смог выдать свой максимум. Я не в обиде на Женю. В конце концов не он же выставляет оценки. А медаль мне не важна, у меня уже есть золото. – Целует её в лоб, аккуратно стирая слезинки. – Врёшь? – Усмехается. – Вру только, что медаль мне не нужна. Звание Чемпиона России лишним мне не было бы. – Смеются вместе. – Но про то, что у меня уже есть золото я не врал. – Прижимает к себе и ставит подбородок на её макушку. – Сейчас заливка, перерыв и моя разминка начнётся. – Вещает фигуристка. – Нервничаешь? – С учётом того, что на тренировке меня обещали убить, если я сегодня провалюсь, то совершенно нет. – Нервно смеётся. – Лисицева, я тебя покусаю, говорят помогает от нервов. – Вновь отстраняется и заглядывает в любимые зелёные глазки. – Помнишь я сдержал обещание без падений в короткой. Так вот, жду ответки. – Берёт за руку и утаскивает в раздевалку. Пусто. Все кто уже осознал своё место уже уехал. Кто-то ещё празднует победу. Кто-то занят своим делом. Они стоят в паре шагов от двери. Одной рукой он крепко держит её талию, а второй держит с ней в замке. Быстро оглянувшись, Петя затягивает Диляру в продолжительный поцелуй. Полный любви и поддержки. Они отстраняются прежде, чем дверь успевает открыться. – Вы бы хоть носок на дверь повесили. – Евгений заходит, прикрыв глаза рукой. – Коньки считаются за холодное оружие? – Бросает взгляд на причину смерти Семененко. – С учётом того, что позавчера ты угрожала Лизе каблуком, то я думаю да. – Усмехается Петя. – Ты на чей стороне? – Легонько толкает его в бок. – Он на моей. Не мешай. – Посылает тёплую улыбку в сторону парня. – Лучше скажи: чей прокат пропустила, чтобы успеть переодеться и надеть коньки? – Упирает руки в бока. Диляра стоит в красной олимпийке. Из под неё видна юбка её костюма. Красное платье, усыпанное стразами. Его юбка достигает середины бедра. У горла бусины, будто жемчуг. Рукава чуть ниже локтя, выполнены из того же материала, что и платье. Спина открытая. Её образ в короткой – российская императрица. – Я начало твоего проката не видела. Но я же под конец успела. – Сразу оправдывается и чувствует вибрацию в кармане. – Я считаю, что это предательство. Я твой конечно буду смотреть, но прыгать не собираюсь. Такова моя месть. – Расшнуровывает коньки, собираясь надеть кроссовки. – Ладно, я побежала. Этери Георгиевна сказала всем идти ко льду, разминка через несколько минут начнётся. Сообщения в чате группы приходят одни за другими. Быстро пишет что-то по типу “уже лечу”. Целует Петю в щёку, отправляет Жене воздушный поцелуй и выходит. Быстрым шагом добирается до нужной двери. Видит свой тренерский штаб, Камилу и Соню. Подходит, снимает чехлы, отдаёт телефон. Им говорят порядок того, как они выходят. Логично, что она вторая. Всё. Ступают на лёд. Доезжают до нужного места. Объявляют Алину Горбачёву. Свет направляется на татарку. – Диляра Лисицева. Москва. – Натягивает улыбку. Поклон. Ещё один. Дальше не слушает. Объявление заканчивается. Включается общий свет. Разминка время разминки идёт. Сначала набирает скорость, выполняет несколько одинарных прыжков. Вращения. Становится жарко. Снимает олимпийку, отдаёт тренерам. Уже собирается выполнять упражнения дальше, как чувствует крепкую хватку за предплечье. – Заканчивай детские штучки. Начинай с акселя и дальше по всей программе, без дорожки и одного вращения. – Этери Георгиевна смотрит прямо, уверенно. Диляра кивает. Набирает скорость. Беговой назад, скользит спиной назад на правой ноге, разворачивается вперед, переносит вес на левую, ребром отталкивается и прокручивает три оборота. Забывает про мах руками в начале. Половину оборота не докручивает и падает. Повторяет прыжок. Прокручивает ровно три с половиной, но не выезжает. Касается руками льда, едва удерживаясь, чтобы не встретиться со льдом лицом. Хмурит брови. Смотрит в сторону тренеров. Всё написано на лице. Недовольство. Выдыхает. Решает идти дальше по прыжковыму контенту. – Уважаемы спортсмены, разминка подошла к концу. – Вещает голос на арене. Алина Горбачёва остаётся на льду. Диляра надевает чехлы, оставляет олимпийку тренерам. Она прыгает, разминается. Подходит Лиза. В её руках салфетница в виде лисы. – Лизок, ты мой спаситель. – Диляра благодарно забирает вещицу, которую оставила утром в номере. Они стоят в обнимку минуту или две. Затем отстраняются, потому что совсем скоро ей выходить на лёд. Пару раз щёлкает пальцами от нервов. Аплодисменты Алине. Диляра ждёт пока та выйдет со льда и предварительно сняв чехлы, заходит сама. Этери Георгиевна замечает волнение и берёт её за руки, медленно дыша. – Покажи всем, кто здесь профессионал. – Даниил Маркович улыбается от слов Дудакова. Лисицева не обращает внимания на оценки соперницы. Она знает, что может больше. Вновь фальшивая улыбка, поклон зрителям. Становится в начальную позу. Присаживается на колени, прикрывает глаза, руками имитирует корону. Первый ноты. Тело помнит, само всё сделает. Голова освобождается от мыслей. Поднимается. Медленно отталкивается, оглядываясь по сторонам. Боится. Страх. Страх. Отличная актёрская игра ей в этом успешно помогает. Вот он заход на аксель. Теперь страх не приходится изображать. Мах руками, толчок, три с половиной оборота и…. Выезд. Не самый красивый и чистый выезд, но всяко лучше, чем было на тренировке. Трибуны, тренеры, друзья, все радуются. Настроение и уверенность поднимаются. Остальная программа выходит без осечек или падений. Еле успевает встать в конечную позу: поднимает руку вверх, выстрел, девушка присаживается на корточки, закрывая себя руками, словно закрывается бутон цветка. Поднимается, тяжело дышит. Теперь улыбка не фальшивая, а самая настоящая. Практически идеальная короткая, ей кажется, что в жизни у неё не было такого чистого проката. На выходе встречают тренеры. Объятья, улыбки. – Умеешь удивить. – Смеётся Этери Георгиевна. Диляра невольно улыбается. Быстро натягивает одеяния и идёт до зоны Kiss&cry. На экране показывают моменты из программы. Она внимательно смотрит первый прыжок. Затем показывают как вся её питерская братва ликует. Даже Женя прыгает. Хотя обещал отомстить. – Вон камера, сердечко покажи. – Сергей Викторович хлопает её по плечу и указывает в нужную сторону, как только заканчивается показ кадров. Она откладывает салфетницу и улыбается, показывая сердце, сложенное из пальцев. Толпа аплодирует. Слышны крики “Диляра лучшая”,“Диляра молодец” и похожие, которые вселяют уверенность в любимое дело. На маленьком экранчике появляются оценки. 85.52 Её личный мать его рекорд за короткую. Закрывает лицо руками, дабы слёзы не выступили. Даже если она завтра не станет Чемпионкой, для неё уже наступило счастье. – Не лучший твой аксель, конечно, был. Но кажется кто-то побил свой рекорд? – Усмехается Этери Георгиевна и за плечи обнимает подопечную. Поднимается и чувствует неприятную боль в колене. Слегка прихрамывает. Объятья Питерских фигуристов. Просмотр программы Камилы, Лизы. Радость за Соню Муравьёву. Когда короткие заканчиваются, уже переодетые девушки, в раздевалки собирают вещи. Диляра видит частые взгляды Акатьевой в свою сторону. – Кстати, Сонь, поздравляю с первый Чемпионатом России, невероятное начало. – Искренне улыбается и кладёт свою руку ей на плечо, слегка поглаживая. – Спасибо. – Отвечает совсем тихо и отводит взгляд. – Так, а что это за грустный нос? Не поверю, что ты разочарована в своём прокате. – Мне как-то неловко. Я только из юниоров вышла и обхожу тех, кто уже не первый Чемпионат России трудится. – Стыдливо смотрит в глаза оппонентки. – Брось. Это же круто. Ты даёшь стимул таким старушкам, как мы, трудится усерднее. – Усмехается Лиза и подходит к девушкам. – Говори за себя, я ещё молод умирать. – Смеётся Лисицева. – Слушай, я стара, но умирать не хочу. – Поддерживает шутку Туктамышева. Женская раздевалка наполняется смехом.

***

Вечером. Женя переписывается с Аней, сидя на кровати. Он периодически смотрит на Петю, который лежит и просто смотрит в потолок. Странное ощущение. Петя не из обидчивых. Честно. Но что-то Семененко смущает. – Пётр Олегович, всё нормально? – Обеспокоено спрашивает младший. – Ага. – Отвечает на отвали и поворачивает лицом к стене. – Понял. – Он откладывает телефон и поднимается с постели. – Я пойду к девочкам. – Быстро обувается и стоя у самой двери бросает. – Ларку, так уж и быть, отправлю к тебе. – И выходит. Гуменник вскидывает руку с поднятым средним пальцем. На него напала вечерняя хандра. Вроде и всё хорошо, но как будто что-то не так. Спустя пару минут он слышит, как открывается дверь. Тихие шаги. На кровать присаживается девушка. – Кот, что случилось? – Она аккуратно убирает волосы с его лба. Он берёт её запястье, коротко прижимая к губам. Освобождает руку и выводит непонятные узоры на его плече. – Устал. – Гуменник поворачивается лицом к любимой, освобождая место для неё. Останавливает её руку и переплетает их пальцы. Лисицева садится чуточку ближе. Брюнет поднимает корпус и укладывает свою голову ей на плечо, носом утыкаясь в шею. Она поправляет очки , которые немного спали. – Ты же понимаешь, что всё что ты сегодня показал это невероятно? Ты очень поднялся с прошлого ЧР. Разве это не круто, что ты делаешь такие успехи? Следующее золото твоё. Я уверена. – Улыбается, снимает очки и кладёт их на прикроватную тумбу. Сидят молча. Любовь и поддержка в воздухе и моменте вызывает лёгкую улыбку парня. – Хочешь чай? Лиза привезла очень вкусный малиновый чай, я принесу, попробуешь. – Хочу. – Поднимает голову с её плеча, она поднимается. – И тебя. – Не разъединяя рук он тянет её на себя, чтобы брюнетка забралась на него с ногами. Лисицева улыбается такой улыбкой, которая доступна только ему. Она для всех спокойная и милая девушка, но только для него настоящая. Слегка ёрзает, устраиваясь поудобнее, чем вызывает его судорожный вздох. – Чертовка. – Улыбается и прижимает к себе ближе. Она наклоняется и целует его. Требовательный, манящий поцелуй. Сегодня позволяет доминировать ему. Петя подминает её губы под свои. Нагло кладёт руки на ягодицы. Слышит возмущённый стон Лисицевой. Наплевать. Поцелуи до нехватки воздуха – это про них. Поцелуи до краснеющих щёк и губ – это про них. Урывать моменты нежных прикосновений в самых опасных места – это про них. Но сейчас они одни, спасибо Семененко, который вбежал в комнату подруг и чуть ли не силком выгнал Диляру к Пете. Он сильнее её подхватывает и переворачивает на кровать, оказавшись сверху. Разрывают поцелуй. Гуменник коротко целует и ложится рядом. Она поворачивает на бок и кладёт свою руку на его шею. Холодными пальцами слегка поглаживает. – Мёрзнешь? – Лёжа на спине, смотрит на неё. – Немного. Это моё естественное состояние. – Усмехается. Он берёт её под левое колено и кладёт себе на торс. Поглаживает бедро. – Что с твоим коленом? – Видит удивлённый взгляд. – Ты хромала, я же не слепой. – Всё нормально. – Он поднимает бровь, не верит. Пожалуй это звучит, как враньё. – Ладно, возможно мои падения на тренировке и разминке немного подкосили. Но уже лучше. – Петя останавливает руку и несильно давит на коленную чашечку. Она морщится от неприятной боли. Гуменник шумно выдыхает и наклоняясь через девушку, открывает верхний ящик тумбы и достаёт оттуда тейп и ножницы. Убирает её ногу. Поднимает за подмышки, заставляя принять положение сидя. Сам сползает чуть ниже и своими коленями фиксирует ноги в икрах. Отрезает небольшой кусочек тейпа. – Петь, не надо. Я сама утром заклею. – Тянется вперёд, но её останавливает его руку, которая отталкивает обратно к стене. – Женщина, не кипятись. Сама, сама. Дай поухаживать за тобой. – Возражает парень. Диляра стыдливо ухмыляется. Она привыкла всё делать сама, даже находясь в отношениях. Не было у неё настолько заботливых молодых людей, особенно спортсменов, которые сами на себе знают, как правильно помочь. Гуменник слегка приподнимается, чтобы поднять штанину. Лёгкими движениями, чтобы не причинить дискомфорт. Высовывает кончик и задумчиво клеит. Казалось бы это простой элемент заботы, но для неё это настолько интимный, что ли, момент. Медленно глаза накрывает белая пелена слёз. Парень заканчивает, убирает на тумбочку медицинские принадлежности, опускает штанину обратно и смотрит на девушку. – Динь, ну ты чего? – Она немного сползает и тянет к нему руки, обнимая за шею. – Мне очень повезло, что я встретила лучшего из парней. – Притягивает ближе и целует. Момент полный чувств. Отстранившись он улыбается, довольный, словно чеширский кот. Затем головой ложится на её грудную клетку, крепко обнимая за талию. Диляра не спеша перебирает его волосы, иногда накручивая короткие пряди на палец.

***

24 декабря. День произвольных программ у девушек. Лисицева, уже в коньках, прыгает в зале, держась за подоконник. Тренировка с утра довольно странная была: вроде всё хорошо, но странно чувства с самого утра. Больше переживает за колену. Утром, упав с четверного, она почувствовала уж очень неприятную боль, что заставила даже тихо вскрикнуть. Ладно, выпив пару обезболивающих, поплотнее замотав сустав она решила не говорить тренерам, а выйти на лёд. А зря. В наушниках музыку, но она будто не слышит. Голова занята волнением. Внезапно на плечо пускается рука. Она резко поворачивается и снимает один наушник. – Фух. Напугал. – Перед ней стоит Петя. – Извини, не хотел. Пришёл сказать, что Лиза сейчас катает, уже начала. Ты следующая. – Спокойно говорит. – Как Камила? Хорошо откатала? – Обеспокоен спрашивает и убирает оба наушника в кейс. – Не скажу. – Не хочет нервировать ещё больше. – Кто сейчас на первом месте? – Этого я тебе тоже не скажу. Вот иди и забирай это первое место. – Улыбается. Диляра следует по коридору на арену. Спустя пару минут заходит и Петя. Наставления тренеров. Поддерживающее крики с трибун. Начальная поза. Всё это происходит будто в бреду. Она сосредоточена только на элементах, только на прокате. Выгибает спину выводя какие-то линии в воздухе. Едет по катку, набирая скорость для первого прыжка. Беговой назад, скользит спиной назад на правой ноге, разворачивается вперед, переносит вес на левую, ребром отталкивается и прокручивает три с половиной оборота. Заземление на левую ногу, в голове проносится быстрая радость. Но не долгая, резкая боль. Резкая адская боль в левом колене. Она не может удержаться и падает на ягодицы. Слышны звуки разочарования и сочувствия от зрителей. Намеревается встать, ставя руки на лёд, но на бешеной скорости влетает в борт спиной. Совсем недалеко от тренеров. Боль. Страх. Слёзы. Проходит несколько драгоценных секунд, но Диляра лежит. Она не может встать. Белая пелена слёз закрывает глаза. Она не понимает почему не может выполнить такое, казалось бы, лёгкое движение. – Диляша, поднимайся, ты сможешь. – Видя гримасу боли и слёзы на лице подопечной, Сергей Викторович перевешивается через бортик, стараясь поддержать ученицу. – Я… не..могу… пошевелиться. – Отрывисто произносит Лисицева. Он не произносит больше ни слова, сразу всё понимает и бежит за врачами. Несколько мужчин её аккуратно поднимают, стараясь не менять положение. Петя понимает, что произошло только спустя время. Драгоценное время. Быстро срывается и бежит вслед врачам. В последний момент успевает запрыгнуть в карету скорой помощи. – Молодой человек, что вы делаете?! Кем вы приходитесь пострадавшей? – Восклицает врач. – Жених он, жених. – Быстро отвечает Сергей Викторович, немного сдвигаясь в сторону, уступая место рядом с девушкой. – Всё будет хорошо, Динь. Я рядом. Мы вместе справимся. – Он аккуратно берёт её за руку, смотря в глаза. – Петя, это ты? – Устало смотрит на него из-под внезапно тяжёлых век. – Да, Динь, это я. – Наклоняется к её руке, нежно целуя.

***

– Что с ней? – В коридор, рядом с операционной, врывается Семененко, за его спиной Лиза и Матвей. – Ещё оперируют. – Устало выдыхает Дудаков, потирая переносицу. Он ходит взад-вперёд, всё так же держа в руках кофту ученицы. Сминает её от нервов. Петя сидит на лавочке, поставив локти на колени и нервно дёргая ногой. Евгений становится напротив него, спиной опираясь на стену. Матвей и Лиза садят по обе стороны Гуменника. –Ты как? – Тихо спрашивает девушка. – Сами как думаете? – Срывается на мелкую грубость. Туктамышева не обижается. Понимает какая сейчас ситуация, понимает, что все снйчас на пределе. Ветлугин кладёт свою руку ему на спину в поддерживающем жесте. Из операционной выходит хирург. Все резко поднимаются, замирая и смотря на мужчину. – Операция прошла успешно. – Коллективный выдох. – Сейчас поезжайте, собирайтесь, вечером её на самолёте доставят в Москву, там вас встретит скорая. Мы таких операций на спину провести, увы, не сможем. Тренер, а вы со мной пройдите, поможет бумажки заполнить и медсёстры вам вещи вынесут. – Он рукой указывает в нужном направлении. Замечает, что Петя дрожит, опуская взгляд в пол. – Может жениху успокоительное дать? – Обеспокоено поворачивается к Дудакову, спрашивая тихо. – Не надо. – Последнее, что говорит парень и покидает стены больницы.