16. Про магический анализ крови и предложение руки

Малфой проснулся от тихого храпа Гермионы. Ее лицо было прижато к подушке, а волосы растрепались. Еще до того, как он успел обдумать свои действия, Драко наклонился и нежно чмокнул губами ее висок, а потом поднялся и пошел в ванную. Он оделся, принял душ и приготовил завтрак, а Гермиона все еще спала. Колин, зевая, приплелся на кухню и, к удивлению Малфоя, подошел и обнял его, прежде чем запрыгнуть на стул. — Доброе утро. Звонок в дверь отвлек их, и Драко поплелся открывать. Пэнси уставилась на него, разглядывая, а потом все же вошла. — Могу предложить чашку чая? Кофе? Или могу сделать яичницу. — Она выразительно посмотрела на его перебинтованную руку. — Я в порядке, — заверил Малфой, но Пэнси осталась скептически настроенной. — Мы как раз собирались завтракать, надеюсь, ты не торопишься? Гермиона еще не проснулась. — Почему бы тебе не разбудить ее? — Потому что настоящий дракон обычно охраняет сон своей принцессы, а не наоборот. Пэнси присела на диван, всем телом выражая неловкость. Она оглядела его дорого обставленную квартиру, и ее взгляд остановился на крепости из одеял, все еще воздвигнутой посреди гостиной. Малфой проигнорировал молчаливый вопрос и начал расставлять тарелки, столовые приборы и стаканы. Он налил себе воды, хотя безумно хотел бы выпить кофе, и заварил чай для Грейнджер. Любое действие занимало в два раза больше времени, чем раньше, и, хотя ему дополнительно приходилось продумывать выполнения простейших движений одной рукой, жесты все равно выходили неуклюжим. Когда он заканчивал, появилась Гермиона, шаркая ногами и морщась от света. Как только она села, Драко сунул ей в руки чашку свежезаваренного любимого чая без кофеина и положил на тарелку два ломтика бекона и яйцо. Колин помог, налив апельсинового сока и добавив тосты. Драко наклонился и провел рукой по ее спине. — Доброе утро, — тихо сказал он ей на ухо. Грейнджер удивленно посмотрела на него; приближение Малфоя было почти интимным. — Пэнси здесь, — добавил Драко, кивнув головой в сторону гостьи. — О, привет! — только теперь заметив подругу, Гермиона улыбнулась. — Я рада тебя видеть! — Колин, что скажешь, если мы с тобой пойдем смотреть мультики? — предложил Малфой. — Пусть Гермиона поболтает со старой знакомой. — Ты имеешь в виду, что мы можем есть на диване? Даже если будут крошки? — Точно так, просто потом тебе придется поупражняться с пылесосом, — он ухмыльнулся и подмигнул, а мальчик захихикал в ответ. Они оставили Грейнджер и Пэнси одних. *** Гермиона ненавидела ходить по магазинам, но Пэнси, похоже, была полна решимости выполнить задачу, поставленную Малфоем. Сначала Грейнджер прошла ужасное испытание по подбору бюстгальтера. Честно говоря, Гермиона знала, что ей нужен новый: прошли недели с тех пор, как врач из Листера посоветовал ей купить свежее белье, но она откладывала это изо дня в день. — Что предпочитает Малфой? — спросила Пэнси. Лицо Грейнджер пошло пятнами. — У него нет приоритетов, — ответила она, стараясь сохранить хорошую мину при плохой игре. — Кружево? Рюши? Или без излишеств? Гермиона не имела об этом ни малейшего понятия. И почему вообще выбор ее бюстгальтера должен был быть связан с Драко? — Я предпочитаю спортивное белье, без проволоки. — И он не возражает? — По крайней мере, Драко не говорил мне ни о чем подобном. — И это была правда. — На него, кстати, надо отдать ему должное, приятно смотреть. — На Драко? — Ага, хоть и Малфой, но он возмужал и стал, пожалуй, действительно привлекательным — со всеми вытекающими. — Я заметила, — невозмутимо ответила Гермиона. Пэнси закатила глаза и засмеялась. Кроме ежедневных бюстгальтеров, подстрекаемая подругой и краснея до ожогов, она также выбрала свадебное нижнее белье. Комплект был неприлично дорогой, но невероятно красивый. Следующей покупкой были купальники. Сразу парочка. А также шорты, топы и футболки. К куче добавились клатч, солнцезащитные очки и новые часы. Гермиона поморщилась, когда продавщица озвучила итоговую сумму. — Что тут думать? Бери! У тебя в руках его кредитная карта — ты можешь позволить себе скупить весь этот магазин, — настаивала Пэнси. После они отправились в свадебный салон, и Грейнджер почти сразу нашла то, что хотела: в углу, отдельно от платьев-тортов одиноко висел винтажный белый комбинезон без рукавов из чистейшего шелка, с воротником-хомутом и заниженной спиной, который можно было носить без бюстгальтера. — К нему подойдут туфли на плоской подошве, — предложила Пэнси, — которые позволят чувствовать себя комфортно большую часть дня. Каблуки это красиво, но временами сродни изощренной пытке. К тому времени, как они оказались в квартире Гермионы, Пэнси с успехом потратила гору золотых галлеонов Малфоя и снабдила подругу достаточным количеством одежды и аксессуаров, которых хватало для полного комфорта на ближайшие месяцы. — Знаешь, я никогда не думала, что скажу такое, но, похоже, ты основательно скрутила Драко. Он по-настоящему увлечен тобой. — Он — слизеринский принц, был и остается: я буквально вытирала ему задницу, когда он лежал в больнице, так что хотя бы из чисто меркантильных соображений я должна ему нравиться, — парировала Гермиона. — Наверное, — пожала плечами Пэнси, — но ему было очень важно, чтобы ты получила на свадьбу все, что захочешь. — Вероятно, он чувствует себя виноватым. — С чего бы? — Он знает, что я на самом деле не заинтересована в браке. Это его отец настоял. — Ах, ну, я, и правда, задавалась вопросом, как Малфой тебя уговорил, — размышляла Пэнси. — Ты всегда говорила, что замужество тебя не интересует. — Я бы не приняла предложение, но… — Гермиона оборвала себя. Она не знала, была ли ее беременность все еще секретом. Драко сказал, что она может рассказать кому захочет. — Я беременна. — Мерлин! Серьезно? — Знаю, знаю… Пэнси вдруг нахмурилась. Ее брови сошлись на переносице. — Он тебя принуждал? Я кастрирую этого ублюдка, если это было насилие! Гермиона успокаивающе положила руку на ее плечо. — Не переживай, ничего такого! — Хм, ладно, — Пэнси успокоилась. — Поэтому Малфои и вцепились в тебя, дойдя даже до свадьбы по принуждению? — Если ты не возражаешь, мне бы хотелось сохранить беременность в тайне, пока мы не поженимся. Я знаю, что тебе трудно это понять, как и многим людям, но мы с Драко оба хотим семью, и мы с ним достаточно «друзья» чтобы попробовать. А если ничего не получится, то он позаботился о том, чтобы у меня были очень щедрые отступные по брачному договору. — Ты же знаешь, что Малфой будет оспаривать все свои обещания, когда дело дойдет до развода? Он не первый мужчина, который так поступает. Гермиона закусила губу, вдруг не желая делиться с Пэнси самыми сокровенными вещами: об их первоначальной договоренности с Драко, которая привела ко всему, что происходило сегодня. Пэнси вздохнула, по своему истолковав молчание Гермионы. — Что дальше? Ты собираешься вернуться в квартиру Малфоя? Мне пора идти, но я могла бы проводить тебя? — Нет, все нормально. Я… я позвоню ему, — решила Гермиона. Когда подруга ушла, она рухнула на диван, чувствуя себя до предела уставшей. Дав себе немного передохнуть, она потянулась за телефоном и набрала номер Драко. *** Сразу после завтрака, — после того, как Грейнджер отправилась с Пэнси по магазинам, — Малфой вызвал водителя и поехал в Мунго. Больница располагалась в старом кирпичном универмаге — запущенном и невзрачном доме с большой вывеской «Закрыто на ремонт» на пыльных дверях. В его витринах находилось несколько облупленных манекенов в съехавших париках и нарядах, много лет как вышедших из моды. Драко подошел к отдельно стоящему уродливому манекену женского пола; ее искусственные ресницы отклеились, а из одежды был только зеленый фартук. Он назвал цель посещения и дождался, пока манекен чуть заметно кивнул и поманил пальцем, а затем прошел через мутное стекло, оказавшись в холле. Под поэтажным указателем за столом с табличкой «Справки» сидела пухлая блондинка — «привет-ведьма». Малфой направился напрямую к ней. — Здравствуйте! Мне нужно сдать кровь для развернутого магического анализа. — Третий этаж, кабинет номер два. — Перед Драко на столе оказался талончик. Он взял его и проследовал, куда послали. Процедура не была болезненной: целитель ловко воткнул иглу в вену на локтевом сгибе левой руки и наполнил пробирку темно-красной чистокровушкой. — Мы ищем что-то конкретное, мистер Малфой? — спросил мужчина. У Драко засосало под ложечкой. С тех пор, как они с Гермионой натолкнулись на мысль о возможной несовместимости зелий, его разум, не переставая, подспудно анализировал прошлое и подыскивал варианты. Одна версия казалась наиболее очевидной. Хотя и вызывала жгучие внутренние споры. — Вероятно, любые магические примеси или компоненты, — сказал в итоге Малфой. Хотя «Амортенция» рвалась с языка. В любом случае, ради чистоты эксперимента, колдомедикам следовало провести анализ, основываясь на пустом листе предположений, — это было бы правильно. — Возьмите карточку, мистер Малфой, и храните ее при себе в течении дня. — Целитель протянул деревянный плоский брусочек, который уменьшился до крохотного, стоило ему оказаться в руке Драко. — Это зачарованная вещь поможет сове найти вас, когда результаты будут готовы. Анализ займет от трех часов, но будет готов сегодня. Распрощавшись, Малфой отправился дальше — его день был распланирован. Полицейский участок, в котором занимались расследованием дела Астории, располагался в паре кварталов от жилища Грейнджер, в историческом здании, служившем штаб-квартирой хранителям правопорядка уже много десятилетий. Детектив Малруни протянул руку в знак приветствия и — было ли это профессиональным навыком или личным качеством, — никак не отреагировал на свежеперебинтованую культю Драко. Он провел его в кабинет: небольшой, безжизненно серый, с крохотной мигающей камерой под потолком. — Спасибо, что пришли. Это займет не так много времени: нам нужно лишь уточнить кое-какие детали в показаниях, которые вы дали в больнице. Может быть, вам принести чай? Нет? Что ж, тогда приступим: расскажите мне еще раз, что произошло после того, как вы зашли в квартиру мисс Гринграсс? — Я уже дважды повторял свою историю, — заспорил Драко: копаться в воспоминаниях о тех часах его жизни было не из приятного. Малруни поднял глаза от своих документов. — Поймите меня правильно, мистер Малфой, это в ваших же интересах. Адвокаты обвиняемых ковыряются в каждой запятой. Мы с вами оба хотим, чтобы они понесли наказание, не так ли? Тогда мне нужно ваше сотрудничество… Итак, во сколько вы вошли в здание?.. И они пошли по кругу. Драко было не жаль ни одного из Прачетов: хотя они и отрицали свою вину, вещественных доказательств было слишком много, и их дальнейшая судьба была предрешена. С Асторией дело обстояло иначе. Физически она не прикоснулась к Малфою и пальцем, а ее защитники готовы были отработать каждый обещанный им сикль, доказывая ее невменяемость, состояние аффекта и так далее… Они уже организовали проведение множества экспертиз и собирались биться за свою подзащитную. Драко, думая о наказании для Астории, испытывал смешанные чувства. Но не собирался делать ничего. Ни чтобы оправдать ее. Ни чтобы погубить еще больше. Пусть, думал он, все решит сама судьба и буква закона. — Когда планируется суд? — спросил Малфой. Детектив, продолжая делать пометки в блокноте, быстро ответил: — Еще слишком рано говорить об этом, прошло чуть больше двух недель с момента Инцидента. При самом оптимистичном прогнозе мы могли бы говорить о трех-четырех месяцах. — И все это время Астория будет в заключении? — Безусловно. Она не сможет навредить вам. Или вашей новой пассии, — добавил Малруни спустя мгновение. Они обменялись понимающими взглядами и попрощались. Для Драко было важно знать, что Грейнджер и их близнецы в безопасности. *** Гермиона резко проснулась от звука телефонного звонка. Она часто заморгала, не сразу понимая, где находится, и лишь через пару мгновений осознала, что, не дозвонившись до Малфоя, задремала. Трубка продолжала надрываться. Часы показывали начало пятого — она спала больше двух часов. Гермиона ответила: — Привет. — Привет! Я был в полиции, не мог ответить. — Я спала. — О, прости. Ты в порядке? Мне приехать? — Просто устала, — Грейнджер пожала плечами и затем поняла, что Драко этого не видит. Она включила громкую связь и пошла на кухню, чтобы сделать себе напиток. — Есть результаты из Мунго? Малфой не ответил. Затянувшаяся пауза оказалась громче слов. — Они что-то нашли, да? Драко понадобилось время, чтобы все-таки ответить. Он прочистил горло. — Ничего конкретного. Я имею в виду, они не могут сказать наверняка. Есть лишние примеси в крови, но концентрация слишком мала, чтобы можно было делать выводы. — И все-таки они есть… — Корни колган-травы и эфиреи. Гермиона втянула воздух. И прикусила губу, сдерживая предположения. Малфой вздохнул. — Есть множество зелий, для которых они являются ингредиентами. В том числе они есть и в твоем Отваре! Так что Астория не пыталась отравить меня или что-то подобное. — Я думала не про отравление… Прошла минута, прежде чем он снова заговорил. — Гермиона, мои чувства к ней — не Амортенция, хорошо? — Я… — Серьезно, глупо перекладывать ответственность за одиннадцать лет на зелье. И даже если бы оно было — просто предположим, — любовь все равно нельзя создать из ничего. Сперва все равно были чувства! — сказал он с жаром. — Хорошо. — Хорошо? Она помедлила. — Да. Это твои чувства — тебе виднее. Малфой надолго замолчал. Грейнджер даже проверила экран телефона — не прекратился ли звонок. Нет, Драко все еще был на связи. — Я сегодня буду ночевать у себя, — сообщила она. — Тебе нужно время, чтобы побыть наедине с самим собой. Он не ответил. — Я позвоню тебе вечером. Договорились? — Да… — Ты будешь в порядке? — Да… Когда Гермиона нажала «Завершить», то еще некоторое время отупело, молча, смотрела перед собой. Наверное, Драко был прав… Одиннадцать лет — не выбросить из жизни и не списать на любовное зелье. Хороший или плохой — это был его выбор. *** — …Знаешь, — тихо сказал Драко, — как-то странно, что тебя здесь нет. Я привык к тебе. — Я провела в твоей квартире всего одну ночь. — Дело не в локации, — он улыбнулся в трубку. Малфой поерзал, устраиваясь удобнее. — Ты… в порядке? — Грейнджер звучала смущенной, когда спросила. — Да, я справлюсь. Но спасибо, что спросила. — Тогда пора бы ложиться спать. Из-за близнецов я постоянно чувствую себя уставшей. — Конечно, — вздохнул Драко. — Спокойной ночи, Гермиона. Он повесил трубку, желая не скучать по Грейнджер так сильно, как чувствовал в этот момент. После нескольких недель, проведенных вместе, ему казалось странным, что она находится где-то вдали от него. Драко заснул прерывистым сном, надеясь, что скоро увидит Гермиону. *** Следующие несколько дней показались Грейнджер тягуче длинными. Она все еще привыкала к изменениям в своем теле. К счастью, ее почти перестало тошнить, однако аппетит лишь разрастался — ей казалось, что она могла бы легко съесть две-три пиццы в один присест, — и она все время была утомлена. Тем не менее, Гермиона взяла за правило приходить в офис и проводить на работе полный день, вежливо игнорируя назойливое и не уменьшающееся внимание прессы; а также отвечая на шутливые звонки Драко, который интересовался ее самочувствием и настроением. Гермиона навещала Малфоя после работы, но спала она у себя, нуждаясь в тишине и покое после безумия дней, проведенных с Драко в больнице. Он говорил ей, что скучает, и она чувствовала тоже самое, но вместе с тем ей нужно было время для себя, и Грейнджер надеялась, что Драко это понимает. Кроме того, перед поездкой было необходимо собрать вещи и обустроить квартиру на время ее отсутствия: разобрать холодильник, поставить несколько ламп на таймеры и убедиться, что все оставленные ею ценные вещи в безопасности. *** Когда, наконец, пришло время уезжать, Драко и Блейз все устроили: словно в шпионском фильме, двигаясь на нескольких машинах и в разное время, вся их компания добралась до частного аэродрома. Самолет оказался двухвинтовым, с лестницей, которая складывалась, и, когда Гермиона поднялась на борт, Малфой сразу же встал, чтобы обнять ее. — Привет, — он тепло улыбнулся ей. Так, что у Грейнджер перевернулось сердце. В последнее время ей казалось, что Драко начал смотреть на нее, как будто она была особенной для него. Пэнси и Забини сели рядом друг с другом, Колин у окна в свободном ряду, и Драко позаботился о том, чтобы его место было рядом с Гермионой, настояв на том, чтобы она заняла место у прохода — там было больше места для ног. Когда все пристегнулись, и самолет взлетел, у Гермионы свело желудок — она не была любительницей полетов. Краем глаза она наблюдала за Малфоем и знала, что ей повезло с тем, что именно он был в ее жизни — когда начиналась турбулентность, его левая рука сжимала ее кисть, а когда Гермионе нужно было бежать в туалет, Драко ждал снаружи и убеждался, что с ней все в порядке. Время от времени они обменивались доверительными взглядами. — А ведь я так и не попросил — по-настоящему и сам, — твоей руки, Грейнджер, — он выглядел неуверенно. — Я не против, Драко, — сказала она, и Драко испустил долгий медленный вздох, когда беспокойство исчезло из его глаз, и он сжал ее руку. — Спасибо, Гермиона, — серьезно сказал Малфой. Гермиона почувствовала, как румянец заливает ее щеки, но просто повернулась и снова посмотрела вперед. Драко поднес ее руку к губам, и Гермиона тяжело сглотнула, когда он поцеловал ее костяшки пальцев. Он продолжал держать ее за руку, время от времени поглядывая на нее, пока самолет двигался между облаками. .