Затишье

— Как поживает моя любимая маленькая кузина, ммм? Шики получает предупреждение менее чем за секунду перед тем, как ее мгновенно сгребают, отрывая от земли, аки тряпичную куклу. …К этому времени она, на самом деле, уже скорее ощущает смирение с подобной манерой обращения с людьми, чем ей обеспокоена. — И тебе доброго утра, Сатору-ниичан, — говорит она приглушенным голосом откуда-то из-под ее собственного рукава в этой неопрятной охапке. Маленькая девочка предпринимает слабую попытку выпутаться — тщетное занятие, как это обычно бывает, когда дело доходит до сущей стихии, каковой является Годжо Сатору. Кузен беззаботно смеется. — Пойдем-ка вместе прогуляемся, — усмехается он. Шики подозрительно взирает вверх на сияющее лицо. Голос Сатору-ниичана звучит так же жизнерадостно, как и всегда, но он почти что немного… слишком жизнерадостный, для кого-то, кто последнюю неделю провел, увязнув по колено в различных делах клана и взаимодействиях с высшими правящими в нем эшелонами. Шики ни капли ему не завидует. И кстати об этом… Маленькая девочка прищуривается. — Когда ты последний раз спал? Сатору-ниичан задирает в ответ нос и фыркает: — Сон для слабаков. — …Тебе нужно взять перерыв, — уголки губ Шики слегка опускаются вниз. — Не, я могу читерить обратной проклятой техникой. И между прочим, а это что, по-твоему? — Кузен наконец-то ставит ее обратно на ноги и тут же начинает увлекать ее за плечи по направлению к открытому дверному проходу. — Я тут улучаю момент, чтобы наконец провести время со своей очаровательной маленькой кузиной! Все остальное может подождать. Шики медленно моргает. Это может быть только ее воображением, но… — Что-то не так? — она спрашивает. — Ммм? О, нет, все совершенно так. Почему ты это решила? — молодой человек смеется. — …Просто так. Сатору-ниичан тыкает ее в щеку. — Если уж на то пошло, это мне у тебя нужно спрашивать. Старейшины тебе еще пока проблем не создавали, нет? Маленькая девочка автоматически мотает головой. — Дайсаку-сама ничего не сказал. Кузен фыркает. …Справедливо. Шики, когда слова покидали ее рот, как следует не подумала — ну конечно Дайсаку-сама не будет торопиться ее искать зачем бы то ни было, учитывая, что она ненароком сделала во время собрания клана. Положа руку на сердце, мужчина был, наверное, занят, возясь со всякого рода внутренними вопросами клана в последнее время, помимо спешно созванного приватного совещания с другими старейшинами клана. Большинство из которых имели свою пару слов, чтобы сказать ему, по поводу его «решения» поддержать Сатору-ниичана как главу клана. Если кто из старейшин и хотел устроить Шики тяжелые времена, то это был точно не Дайсаку-сама. По крайней мере, пока. — Никто из старейшин ко мне ни с какими текущими делами клана не подходил, — Шики поправляет свое предыдущее заявление. — Киёхира-сенсей последние дни всё то тут, то там, и Джихей-сана я видела всего два раза с того собрания, но… не считая этого, для меня ничего особенно не поменялось. — Хмм… Ясно. Тогда, наверное, должно пройти еще пару недель, прежде чем кто-нибудь из остальных старейших попытается тебя прощупать. Я так догадываюсь, никто не хочет рискнуть оказаться еще одним Дайсаку, — размышляет Сатору-ниичан вслух. Шики прижимает руку ко лбу. — Это было неспециально! — Не было же, да? — Сатору-ниичан тянется вниз и накручивает прядь ее волос на палец, нежно потянув. Он широко улыбается. — Не то чтобы я не оценил то, как ты пыталась заступиться за меня, но… ты же знаешь, что тебе не обязательно было делать что-либо на собрании клана, верно? Конечно, она это знает. — Я знаю, — кивает Шики. — Но я хотела. Да. Шики сделала это исключительно потому, что она хотела это сделать. Потому что она просто хотела, чтобы Сатору-ниичан увидел, что он не был один. …Она не ожидала, что полклана в итоге последует за ней, но тем не менее. — Потому что ты хотела? — кузен повторяет за ней, забавляясь. — Ты даже не знаешь, почему я забираю Мэгуми, и поддерживаешь мои притязания на место главы клана? Вот просто так? Шики пожимает плечами: — Мне не нужно знать, что ты замышляешь, чтобы знать, что я верю тебе. На миг старший мальчик становится для себя нехарактерно молчалив. — …Настолько просто, да? Конечно да. Разве это не очевидно? Маленькая девочка всматривается вверх. — …Сатору-ниичан, ты правда уверен, что тебе не нужно поспать или вроде того? — Уверен, — отвечает старший мальчик сухо, и Шики зарабатывает не больно аккуратное взъерошивание волос за всё свое участие. — Я буду в порядке. Я все время держу формулу обратной проклятой техники на своем мозге, чтобы поддерживать Бесконечность активной неограниченно долго, так или иначе. Применять формулу, чтобы мне было пару дней не нужно было спать, намного проще, чем это. Как временное решение это работает превосходно. Шики хмурится при мысли о том, что Сатору-ниичан пренебрегает своим собственным здоровьем, чтобы справляться с лихорадкой от его внезапного восшествия на пост главы клана. Она прекрасно знает, что ее кузен не испытывает никакой любви к заветной должности, и недовольные старейшины едва ли захотят сделать его жизнь проще. — Зайди к Иэири-сан. Сатору-ниичан закатывает глаза, но он улыбается. — Хорошо, хорошо, пойду проведаю Сёко, как только этот весь хаос кончится. Довольна? Маленькая девочка кивает. Кузен вздыхает с наигранным преувеличением. — Какая требовательная маленькая кузина, — говорит он, поддразнивая. — Но хватит обо мне — расскажи-ка мне, что у тебя на уме. Джихей говорит, вы что-то там вместе с Юзуки замышляли? Похоже на то, что Сатору-ниичан уже об этом узнал. — Мы думаем привести Панду в клановое поместье. Сатору-ниичан задумчиво мычит. — Панда, хм? — Да. Чтобы устроить встречу с братом и сестрой Фушигуро, — поясняет Шики. — Большинство старейшин сейчас слишком заняты, так что должно быть не слишком сложно обойти… — Не, не парься с обходными путями, — кузен взмахивает рукой. — Просто прямо шли приглашение. Маленькая девочка вопросительно наклоняет голову набок. — Но старейшины… — Старейшинам надо будет хорошенько подумать, прежде чем что-то учинять, — Сатору-ниичан говорит твердо. — А если они реально попытаются что-нибудь сделать, тогда для меня не проблема устроить им наглядный пример из любого, кто высунет голову. Какой бы забавной ни была эта мысленная картинка: — Ты разве не пытаешься сделать так, чтобы Дайсаку-сама сам утихомирил других старейшин? Они просто начнут говорить, что ты злоупотребляешь своей властью, если ты так поступишь. — Да правда что, в чем смысл быть главой клана, если ты не можешь злоупотреблять той властью, что вместе с этим приходит? — Сатору-ниичан тянется руками с зевком. …Шики не совсем может подобрать правильные слова, но в чем-то из сказанного им виден смысл. Типа, если этак наклонить голову и прищуриться. В чем смысл быть главой клана, если ты не можешь злоупотреблять той властью, что вместе с этим приходит? Что ж, если это то, как он хочет это обыграть… — В таком случае прямое приглашение Панде, — Шики кивает. Если Сатору-ниичан, глава клана, дал на это зеленый свет, тогда это было еще одним слоем защиты для Панды в поместье клана Годжо. Лучше, чем та, которую она с Юзуки-саном хотели подготовить сами. — А знаешь, что еще может помочь и придать тому приглашению немножечко больший вес? — лукаво продолжает ее кузен. — Это если оно придет от наследника клана Годжо. Что думаешь? …Наследник клана? Она?! — Абсолютное нет, — мгновенно отвечает Шики. Она не хочет быть наследником клана! Не важно, насколько глубоко она сейчас вовлечена во внутреннюю политику клана Годжо, она Не Заинтересована. Сатору-ниичан смеется над ней. — Нет? Уверена? Никто ничего против этого не скажет. — Нет, я довольно-таки уверена, что люди скажут много чего, — Шики издает тихое «хмф», скрестив руки на груди. Потому что, на чем бы ни настаивал Юзуки-сан касательно ее проклятых глаз и врожденной техники, это не отменяло того факта, что Шики была рождена вне клана Годжо как дочь младшей ветви семьи. Наследники должны быть из главной линии, верно? Шики совершенно счастлива оставить главную линию возиться с полнейшим бардаком их внутренней политики. — Ха! Как будто тебе есть дело до того, что думает клан, — голос Сатору-ниичана звучит, словно того весьма развлекла ее мгновенная реакция. Он одаряет ее последним потрепыванием по голове. — Ладно, подумай над этим, хорошо? Шики корчит лицо. Она не хочет об этом подумать, спасибо огромное! Сатору-ниичан запрокидывает голову назад и смеется в ответ. . . Пригласить Панду в поместье клана Годжо оказывается превосходной идеей. Сестра и брат Фушигуро оба поначалу удивлены («Это панда?» «Почему это тут панда?»), и даже более поражены, после того как Панда представился («О боги!» «Подождите, панда может говорить?»). Но Панда дружелюбен и пушист, искренен и жизнерадостен. Не проходит много времени, как они начинают оттаивать по отношению к ее другу, даже угрюмолицый Фушигуро Мэгуми. Хорошо. Шики может быть не лучшая в том, чтобы заводить новых друзей — Годжо Юзуки, довольно-таки буквально, единственный еще один ребенок ее возраста в клане, с которым она общается на полу-постоянной основе — но Панда это наидружелюбнейшая душа из всех, что ей известны. Резкий контраст с любым другим из клана Годжо. Включая саму Шики. Само собой. …Она все равно, однако, пытается. И с Пандой в качестве буфера, Фушигуро Мэгуми забывает подозрительно зыркать, а улыбка Фушигуро Цумики меняется от напряженно-вежливой к чему-то, что выглядит намного более естественным. Жаль, что Юзуки-сан не смог прийти с ними; в его состоянии на днях неудачно случилось обострение, и сейчас он все еще отдыхает. Но в целом, Шики думает, она может предварительно засчитать это себе как успех. …За определенными исключениями. Шики кидает взгляд в направлении ворот, ведущих в сад, в котором они сейчас находились. По клановому поместью всегда рассеяна прислуга. Нет ничего странного в том, чтобы видеть их расхаживающими по округе или стоящими на закрепленном за ними посту — но вместо лишь одного или двоих садовников, сейчас по окрестностям рассыпано значительное количество людей, слоняющихся неподалеку где-то едва-едва вне поля зрения. Или они были бы вне ее поля зрения, если бы Шики не была способна зреть кровящие линии в мире вокруг нее. … Никто из них не маги; у них недостаточно высокий уровень проклятой энергии. По всей вероятности, они были слугами, которым было приказано разными старейшинами здесь «за всем приглядывать». Старейшинами, которые вне сомнений были обеспокоены проклятым трупом, который был приглашен в земли благородного клана Годжо. С прямого даже разрешения их нового главы клана. Из того, что она слышала, лицо Дайсаку-сама, после услышанных новостей, на долю секунды стало таким, словно он куснул лимон, прежде чем тот снова с усилием выправил его выражение. И он был не единственным, кто отреагировал подобным образом. ….Шики вроде как немножечко хотелось бы быть там, чтобы посмотреть на это выражение. По крайней мере, возможно, Юзуки-сан будет доволен услышать об этом, если он еще не знает. — На что ты там смотришь? Ты нашла бабочку? — Жизнерадостный голос Панды выдергивает ее из размышлений. Шики моргает и дает выудить себя из блуждающих мыслей, оглядываясь назад на других детей вместе с ней в этом саду. — А, нет, ничего. Я просто тут немного отключилась, прошу прощения, — легко отвечает она с небольшой улыбкой. — Не отправиться ли нам теперь в дом? Думаю, вы уже повидали большую часть сада. А еще Шики несколько любопытно, как старейшины планируют продолжать мониторить то, чем они занимаются, когда они будут в доме Киёхиры-сенсея. Если они пересекут черту и проигнорируют границу сада, чтобы подобраться поближе… это же было бы крайне опрометчиво и неуместно и совсем не подобающим поведением, не так ли? Но если они не будут знать, что происходит… Это заставит их задергаться. Встревожиться. Видимо, то, что Шики ненароком провернула во время собрания клана, теперь пометило ее как «лицо под подозрением» или что-то в таком духе. Юузки-сан сообщил ей, что от бешенства чуть не лопнул не один старейшина, узнав, что Шики послала официальное приглашение проклятому трупу, боялись, что она удумала на этот раз. Сами себя перехитрили! Шики тут честно не имела вообще никаких планов помимо «подружиться». Ну или, не считая этого, попытаться убедиться, что брат и сестра Фушигуро не сочтут ее отталкивающей; Фушигуро Мэгуми часть планов Сатору-ниичана, так что Шики предпочла бы, чтобы они были хотя бы в человеческих отношениях. Немножечко отвлечь внимание старейшин от Сатору-ниичана тоже шло приятным бонусом. — Киёхира-сенсей пока все еще сейчас не вернулся, но скоро должен быть, — говорит Шики. — Тапочки для гостей вон там… хм. Я могу показать вам комнату для тренировок? Киёхира-сенсей, думаю, наверное, не хотел бы, чтобы мы тут везде слишком много шарились… Киёхира-сенсей не выглядел особенно довольным, когда Шики ему сказала, что она намерена привести Панду и детей Фушигуро, но взгляд, который она от него получила, был скорее чем-то в духе «боги милостивые, что ты на этот раз задумала», нежели «прошу, немедленно прекрати и так больше не делай», так что все было прекрасно. По большей части. Она… ей, наверное, следует попытаться сделать что-то хорошее для Киёхиры-сенсея, когда все слегка поутихнет. И для Джихей-сана тоже. — Комната для тренировок? У тебя здесь есть какие-нибудь игры? — Панда наклоняет голову в любопытстве. …Правильно, она же сейчас развлекает гостей. Друзей. Маленькая девочка мимолетно закрывает глаза, слегка смущенная. О чем она думала, предлагая им показать помещение для тренировок? Комната для тренировок — для тренировок. Что бы они вообще там делали, устроили спарринг? Шики запрещены обычные спарринги, особенно с учетом природы ее проклятой техники… В этом доме есть подходящие детям игры? Киёхира-сэнсэй определенно бы не стал ничего такого приобретать, а Шики… у Шики есть гора книг и свитков, аккуратно сложенных в ее комнате. Деревянные тренировочные мечи. Немного ножей и ее танто для миссий. Может быть, это было плохой идеей — приглашать их в дом… — О, эй, а что это? Маленькая девочка бросает взгляд. Панда дошел до определенного странно выглядящего дверного проема и начал с любопытством тыкать во всякие насечки, вырезанные в дереве. — А, это? Просто одна из странных привычек Киёхиры-сенсея, — Шики отвечает. — Я… приношу извинения, я не думаю, что у меня есть под рукой что-то, чем можно развлекать гостей… — Ох, всё нормально! Не беспокойся об этом, правда, — в спешке говорит Цумики-сан, торопливо махая перед собой руками. — Просто присесть уже тоже неплохо после беготни на улице. Верно, Мэгуми? Младший мальчик переминается на месте и бормочет что-то невразумительное; его сестра прочищает горло и награждает его многозначительным взглядом. — …Да, конечно. Если бы кто-нибудь из ее учителей по этикету был здесь, они бы, наверное, неодобрительно цокали Шики языками за то, какая она ужасная хозяйка. В Шикину защиту, у нее нет никакого опыта по принятию друзей-гостей… Если отставить в сторону это, то в любом случае львиная доля ее и Юзуки-сана первоначального внимания была уделена тому, как в принципе безопасно устроить приезд Панды, а не деталями того, из чего будет состоять сам визит. И — поместье Годжо не имеет ничего общего с горами, в которых расположен Токийский Магический Колледж. Да, оно тоже уединенное и упрятанное на окраине леса у близлежащей городской местности, но это закрытый комплекс. Сам лес тоже полон печатей и барьеров — совсем не предназначен для того, чтобы резвилась ребятня, для охоты на жуков или чего там еще. Даже местные стараются беспечно не соваться, нарушая границы земель Годжо. Хотя это может быть скорее из-за определенных слухов, которые могли и с годами преувеличиться… — Так… это, выходит, то, где вы живете со своим братом? Шики моргает: — Братом? Цумики-сан запинается, ровно в том же смущении. — Разве… разве Годжо-сан не твой брат? — А, — Шики наконец осознает, откуда растут ноги у этого недоразумения. Лучше прямо все прояснить: — Годжо Сатору мой кузен, а не брат. — Ох! — Глаза другой девочки расширяются, и она пристыженно склоняет голову. — М-мне так жаль, я не хотела никого обидеть. Это просто, ты звала его «ниичан», и вы оба выглядите так… Цумики-сан делает беспомощный немой жест в сторону Шики. И дело в том, что Шики действительно понимает, что она имеет в виду. Это белые волосы и проклятые синие глаза, не так ли. — Все в порядке, — успокаивает она потерянную девочку. — Ты не первая, кто так ошибается, на самом деле. — Они и впрямь выглядят удивительно похоже, да? — жизнерадостно встревает со своей стороны Панда. — Вы двое могли бы, наверное, и за родных сойти! Шики только машет рукой. Это не та вещь, что задерживалась в ее уме больше, чем просто промелькнувшая мысль, но: — …Наверное, может быть? Хотя я честно не знаю, каково иметь брата или сестру. Не сговариваясь, сестра и брат Фушигуро тут же обмениваются друг с другом быстрым взглядом; Цумики-сан солнечно улыбается, а Мэгуми-сан закатывает глаза. — Мэгуми временами немножечко брюзга, но я бы его ни на что в мире не променяла, — нежно говорит Цумики-сан. — Наши… Наши родители не с нами, так что нас всего двое. Мы есть, чтобы опереться, друг у друга, верно? — Говори за себя, — бурчит маленький мальчик. Темные глаза быстро мелькают в ее сторону, и затем он многозначительно от сестры отворачивается. Цумики-сан смеется. — Кажется, вы довольно близки друг с другом, — выдает наблюдение Панда. Конечно близки. Шики знала, что Фушигуро были близки, с момента, когда Сатору-ниичан ясно дал понять, что Фушигуро Мэгуми был непреклонен в том, чтобы остаться вне клана Зэнин ради своей сестры. Это достойно восхищения. А еще невозможно, если бы не вмешательство Сатору-ниичана. Учитывая то, что Зэнин Тоджи, по-видимому, планировал продать сына своему клану, и даже контактировал с главой клана Зэнин по этому поводу перед своей смертью… что ж. Достаточно сказать, что для Мэгуми-сана было невероятной удачей, что Сатору-ниичан был первым, кто благополучно выследил детей Фушигуро. — Скажи, ты случайно… ум, ты случайно не знаешь, что любит Годжо-сан? — Выражение лица Цумики-сан становится робко-смущенным. — Он сделал так много для нас с Мэгуми, и… я думала, есть ли что-нибудь, что мы можем сделать для него в качестве благодарности? Шики может сказать со стопроцентной уверенностью, что Сатору-ниичан совершенно незаинтересован в получении от брата и сестры Фушигуро чего бы то ни было в качестве «спасибо» за то, что он делает. Но даже если так, факт того, что Цумики-сан хочет его отблагодарить… факт того, что Мэгуми-сан выглядит так, словно тоже с этим согласен, несмотря на то, что не особенно разговорчив… Это заставляет Шики чувствовать легкость где-то в ее груди, даже если она не совсем понимает почему. — Сатору-ниичан любит сладости, — говорит Шики. — Сладости? — Цумики-сан светлеет. — Дайфуку моти ему нравятся? Шики делает паузу: — …Наверное? Она знает, что Сатору-ниичан любит сладкую еду, но она не помнит, чтобы он упоминал свою любимую сладость. А есть ли у него любимая сладость, в самом деле? Это и правда раньше не всплывало ни в одном их разговоре… — Дайфуку моти! — поддерживает Панда. — Моти это здорово. — Да? — Шикино впечатление от моти валяется где-то между «слишком сладко» и «слишком липко». — Э? Погоди, ты что, не любишь моти? — Панда резко к ней оборачивается с отпавшей от удивления челюстью. — Но оно такое вкусное! Очень жевательное. Директор Яга делает лучшие моти — ставлю на то, что ты просто никогда раньше не ела хороших моти! Вся еда, которую Шики есть, готовится прислугой клана Годжо. Те моти, что она ела, наверное, как минимум не плохие…? — Домашние моти лучшие, — Цумики-сан соглашается. — Мы можем попытаться однажды сделать немного вместе, если хотите! Я довольно хороша в готовке. И вот так четверо детей оказались в скором времени на кухне. В доме Киёхиры-сенсея есть кухня — при всем при том, что Шики никогда не видела того, чтобы он ею пользовался. Или даже не пользовалась ею сама. Если верить Цумики-сан, она «хорошо укомплектована», что… здорово? — Ты уверена, что твой опекун не будет против, чтобы мы всё это использовали? — Чтобы заметить, что чего-то не хватает, ему для начала придется тут появиться, — сухо отвечает Шики. — Все хорошо, Цумики-сан. Киёхиру-сенсея не будет это волновать, пока мы убираем за собой. — Тогда ладно, — кивает другая девочка. — Тогда… какие-нибудь пожелания насчет того, что вы хотите, ребята, в качестве начинки? Пасту из красных бобов? Заварной крем? Шики не особо волнует никакой из вариантов… — Как насчет имбиря? — Мэгуми-сан вклинивается со своей стороны. …но если еще раз подумать, краснобобовая паста отлично звучит. — Ты законченный безбожник, — Цумики-сан говорит своему брату в ужасе, и Шики издает тихий маленький выдох, который даже не заметила, как задержала. — Что? Ты сама спросила! В итоге Панда спасает положение, чудесным образом откапывая банку пасты из белых бобов где-то на верхних полках, прежде чем Мэгуми-сану удается добраться до имбиря, который его сестра старается изо всех сил держать подальше от его рук. Делать моти… грязно. Шики никогда не осознавала, что вообще есть разница между рисовой мукой и мукой из клейкого риса, но благо Цумики-сан знала, что делала. После смешивания муки с сахаром и водой тесто надо было пропарить, прежде чем выложить на разделочную доску для легкого замешивания… — Убедись, что сначала посыпано немного муки на доску, иначе оно прилипнет! Панда паникует и бросается к небольшому пакетику муки в тот же момент, как к нему тянется Шики; в середине помещения кухни происходит небольшой белый взрыв. Шики кашляет, слегка подавившись. — А! Не кашляй на моти! — П-прошу прощения. Панда чихает. — И не чихать тоже! — Извини, — вымучивает Панда. Шики вслепую шарится в поисках бумажного полотенца и одно вручает Панде, когда наконец таковое находит. Мэгуми-сан медленно встает в полный рост оттуда, куда мгновенно нырнул в поисках укрытия, когда воздух наполнился мукой. На нём на всём несмотря на все его усилия ровный слой осевшей муки — его темные черные волосы сейчас выглядят скорее решительно серыми. Шики, напротив, подобные проблемы миновали, пусть даже она и стояла практически в середине этого всего: ее волосы и так белые. Использовать липкое тесто для заворачивания в него начинки в виде пасты из белых бобов оказывается намного труднее, чем она думала. Руки Цумики-сан сноровисты и уверенны, заканчивая с тремя идеально круглыми порциями моти за то время, которое у Шики уходит на одну-единственную кособокую. Мэгуми-сан в свою очередь доделал два овала, в то время как Панда… Шики наклоняет голову. — Это?.. — Да! Это цветочек! — сияет Панда. …Хвала богам, она не закончила свой вопрос о том, не проклятый ли это должен был быть дух. — О, это забавная идея! — Цумики-сан улыбается. — Моти трудно придавать форму. У тебя отлично выходит! — Это просто моти, — Мэгуми-сан ворчит себе под нос. И тут же оказывается отчитан сестрой за то, какой ворчун, хотя Панда совершенно ничем из этого не задет. Шики не может сказать, что это то, куда она предвидела, что зайдет эта встреча, когда к ней сначала пришла эта мысль во время беседы с Юзуки-саном. Но при всем при том, что вкус моти на ее языке такой же густо-липкий и тошнотворно-сладкий, как и всегда, при том, что ей по-прежнему не особенно нравится вкус, ей кажется… почему-то приятным вот так просто посидеть на кухне, покрытой мукой, с остальными детьми. …Она не против как-нибудь это повторить. Остается надеяться, Юзуки-сан в следующий раз будет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы тоже присоединиться к ним. . . Экстра. . Годжо Сатору рос с ожиданием того, что в один день он неизбежно примет бразды правления кланом. Шесть Глаз и Бесконечность. Честно говоря, на самом деле вопрос был лишь в том, когда. Он зашел на это собрание клана, зная, что имеется весьма реальная вероятность того, что выйдет он с него будучи главой своего клана. Это не было чем-то, чего он ждал с нетерпением — на самом деле, довольно-таки наоборот — но и тем, от чего он собирался бегать, это тоже не было, если бы уж совсем прижало и дело до того дошло. Что и случилось, к несчастью для всех вовлеченных лиц. Включая самого Сатору. У Годжо Сатору есть планы, и он точно не сможет ни один из них воплотить, если навсегда застрянет в поместье, водя бесконечные хороводы вокруг своих старейшин как глава клана. Удачно, что у него уже имеются на уме некоторые мысли о том, как это всё обойти, хотя сначала ему потребуется еще немного времени на то, чтобы привести все в клане Годжо в порядок. Для клана Годжо — Годжо Сатору был лишь инструментом. Но в его глазах — клан Годжо тоже был инструментом, который надлежало использовать. Это лишь справедливо, разве нет? Он никогда не делал секрета из своих мыслей по этому поводу; это и могло быть еще одной причиной, почему так много старейшин изначально оказались его поддержать, возможно. Не то чтобы это им в итоге как-нибудь помогло. Особенно после того как Шики пошла и… … Шики его удивила. Сатору никогда бы не ожидал, что его очаровательная маленькая кузина так вступится за него — да к тому же прямо после череды нападок Старого Хисаясу! А уж выражение на лице Старого Дайсаку, когда она вышла на середину помещения, хаха. Затем она склонилась. Перед ним. Благословенное Дитя перед Достойным. А лучшая часть в этом во всём? Ты же знаешь, что тебе не обязательно было делать что-либо на собрании клана, верно? Я знаю. Но я хотела. …Мне не нужно знать, что ты замышляешь, чтобы знать, что я верю тебе. У Сатору самая очаровательная маленькая кузина, правда. — Не знаю, что она в тебе находит. Сатору самодовольно ухмыляется, прикладывая ровным счетом ноль усилий для того, чтобы скрыть свое довольное выражение. — Ты ведь не будешь, да? Годжо Киёхира хмурится, недовольный. — Не спеши на себя слишком много брать, Сатору-сама. — Эй, я для тебя теперь глава клана, — он лениво откидывается назад в своем кресле. — Как насчет чуточки побольше уважения? Киёхира очень заметно стискивает зубы, затем заставляет себя расслабиться вопреки нарочному подначиванию от Сатору. Хмм. Интересно. Сатору тянется к блюду на углу своего стола и берет одну штучку дайфуку моти. Дайфуку моти, что были сделаны Шики и остальными детишками вчера, вообще-то! Они слегка неказистые и бугристые, и в них определенно могло быть побольше сахара, по его скромному мнению. Но еще они отчетливо сладкие каким-то таким образом, который не имеет отношения к самому вкусу. Как странно. Он разделывается с моти в два быстрых укуса и тут же ухватывает еще одну штучку. — Итак, ты здесь на самом деле для того, чтобы зачем-то со мной увидеться, или просто чтобы от детей моти доставить? — Вы планируете сделать Шики своей наследницей? Сатору замирает, несколько удивленный. — Она тебе сказала? — Ей не нужно было говорить. Я и сам вполне неплохо могу читать между строк, — Киёхира отвечает сухо. — Что бы вы ни планировали, просто… оставьте Шики от всего этого в стороне, а? Она и так уже под достаточным пристальным вниманием. Если вы ко всему прочему еще и наречете ее своей наследницей, тогда старейшины… определенно не станут спокойно сидеть сложа руки. Вы видели, сколько старейшин немедленно поставили за ней вчера наблюдателей, используя проклятый труп Яги как оправдание? — Ага, это было довольно забавно, — Сатору усмехается, складывая пальцы «домиком» под подбородком, когда наклонился вперед и уперся локтями в низкий столик. Он знает, о чем Киёхира говорит. Прежде сдержанное, наблюдение за Шики резко возросло вслед за ее маленьким представлением во время кланового собрания. Визит Панды лишь тем и был: оправданием для старейшин для того, чтобы ой-как-незаметно разойтись в своих раздражающих жалких методах. Сатору приглядывал вполглаза за детишками все то время, и хохотал, когда его маленькая кузина наконец стала сыта по горло их выходками и просто взяла и ушла в дом. Старейшины, наверное, не ожидали, что Киёхира изменит сторожевые печати на своем доме, чтобы принять в него проклятый труп; полные досады лица, когда они осознали, что их шпионы сделались совершенно бесполезными, ха! При всем при том, что Шики еще официально не просвещали ни в каком роде политики, она, казалось, определенно имела природное чутье в ориентировании в подобных вещах. Или, может, это преимущественно влияние Юзуки, хмм… Киёхира медленно выдыхает. — Просто… не делайте ее своей наследницей. Пожалуйста. …Откровенно говоря? Сатору весьма уверен, что из Шики бы вышел великолепный наследник, судя по ее недавнему представлению. Конечно, она еще немного слишком мала для того, чтобы говорить наверняка, но у Сатору создается ощущение, что она подойдет на этот пост намного больше, чем он сам когда-либо был… то есть если она вообще решит, что хочет взять на себя эту роль. Что казалось не очень сильно вероятным, увы, учитывая то, к чему всё шло. Хотя Сатору все равно не теряет надежды. Будет отлично иметь наследницу, которая сможет работать в тандеме с ним, но он не собирается ни к чему свою милую маленькую кузину принуждать. Им этого обоим уже от старейшин хватило. Наследник клана… В клане магов есть всего два условия для того, чтобы быть названным наследником: Сила и кровь. Первое у Шики в шляпе, тут без вопросов. Старейшины могут все еще спорить до хрипоты над деталями ее способностей, но учитывая ее подвиг по убиению проклятого бога, ни у кого нет никаких возможностей отрицать ее потенциал. А что до ее крови… Сатору на то, что она из младшей ветви семьи, совершенно поровну. Старейшины, наверное, поднимут большую бучу по поводу того, что она не из главной семьи и ко всему прочему имела наглость оказаться женского пола… но правда, какое это имеет значение? …Это может быть к лучшему, что он не разворошит это осиное гнездо прямо сейчас, однако. Старейшины уже с ума сходили от его недавнего восхождения на место главы клана; нет необходимости плескать масла в и так уже благополучно потрескивающий костерок, незамедлительно объявляя «благословенное дитя» своим наследником тут же после этого. Сатору клан еще нужен относительно целым, пока он занят с кланом Зэнин, решая вопрос Мэгуми. Часть него презирает тот факт, что ему приходится подчищать за Зэнин Тоджи, угх. Но Тоджи есть Тоджи, а Мэгуми есть Мэгуми. Между прочим, с практической точки зрения, если Мэгуми хочет оставаться вне жадных когтей клана Зэнин — а ребятёнок хочет — тогда эти переговоры с кланом Зэнин попросту неизбежны. … В обществе джуджуцу, таком стагнирующем и отсталом, существуют значительные проблемы. Сатору знает; он вырос, наблюдая эти проблемы с передних рядов. Его особенно не поражало, насколько серьезно и почти невозможно было всё изменить, пока Сугуру не ушел, но… он весьма уверен, что неизбирательная резня всех и каждого из не-магов оптом — это не решение проблемы. Или какой бы то ни было проблемы, на самом деле. Он и сам раньше иногда подумывал поубивать верхушку в целях насильных перемен. Но как нравилось говаривать Цукумо Юки — нет смысла лечить симптом, а не причину. А это именно оно и есть, не правда ли? Если Сатору пойдет и убьет высшие эшелоны власти мира джуджуцу, тогда их просто заменят другими людьми точно того же рода. В кланах магов полно всяческих Хисаясу, и Такатоми, и Дайсаку, которые поддерживают текущий порядок вещей. Если Сатору действительно хочет всё изменить, тогда ему нужно начинать снизу вверх. Мэгуми играет в этих планах самую непосредственную роль; это часть того, почему Сатору вкладывается в то, чтобы убедиться, что Зэнин будут держать свои носы подальше отсюда. А что касается Шики… — Я не назову ее своей наследницей, — только и говорит он. Затем, как только Киёхира расслабляется и выдыхает в облегчении: — Если только она сама не попросит. Мужчина давится. — Что? Сатору расплывается в улыбке. Большинство старейшин определенно не захотят, чтобы Шики была наследницей клана. Это, возможно, еще одна причина тому, почему они давеча были такими дергаными. Не из-за ее недостатка силы — хотя точно будут те, кто станет спорить и утверждать, что будет неподобающе называть наследником кого-то с нетрадиционной клановой техникой, — но по целому ряду иных факторов: Шики из побочной ветви семьи. Шики девочка. Шики совершенно ясно заодно с Сатору, а старейшины имеют шкурный интерес в том, чтобы урезать влияние Сатору внутри клана. Если Шики уже смогла расколоть фракцию Дайсаку без его ведома, тогда на что она будет способна как наследник клана? О, они определенно переоценивают всю ситуацию, но таковы уж эти назойливые старейшины. Они постоянно думают, что знают, как лучше, в то время как реальность — это совсем другое дело. Сатору стучит кончиками пальцев по столу, коротко выбивая бойкий ритм, когда к нему неожиданно приходит еще одна мысль. — Кстати, ты знаешь, что там с Имой? — …Джихей занимается этим, — Киёхира отвечает, позволяя оставить предыдущую линию разговора. — Дайсаку-сама запретил любой контакт между ней и Шики вскоре после того, как Шики была отдана под мою опеку. Сатору издает неопределенный звук понимания. Типичный Дайсаку. …В идеале Годжо Има наконец пришла в чувства и осознала, что ее племянница очаровательная маленькая девочка, а не полезный инструмент для ее амбиций. Он оставит Джихею самому со всем этим разобраться. Пусть этот человек и был номинально личным помощником Дайсаку-сама, было очевидно, что маленькая Шики его слабое место. Хех. — Помимо Имы и текущих дел с кланом Зэнин… Сатору-сама, вы уже решили, что будете делать с приготовлениями к Обону? — Киёхира перемещает свой вес с ноги на ногу, тяжело скрещивая руки у себя на груди. — Скоро наступает празднование Обона. Как вы знаете, каждый год одно из Трёх Великих Семейств ответственно за финальный окуриби в Киото. В этом году эта ответственность выпадает на долю клана Годжо. Обычно тем, кто занимается подготовкой к ритуалу, является Такатоми-сама, но… Но Такатоми упёрт и будет счастлив использовать эту возможность, чтобы напакостить Сатору или использовать ее как дымовую завесу для того, чтобы наладить контакт и дестабилизировать обстановку вместе с Зэнинами за его спиной. Если бы это был Дайсаку, у Сатору по крайней мере была бы уверенность, что Дайсаку будет прежде всего думать об имидже клана Годжо. Но с Такатоми… всё становилось немного хитровывернутее. И все же. — Не беспокойся об этом, все будет хорошо. Киёхира обнадеженным не выглядит ни в малейшей степени, как грубо. Нооо это не его проблемы! — Это нетривиальная задача, Сатору-сама, — мужчина хмурится, его фразы становятся сжатыми. — Обон важен, и это будет первое появление клана Годжо на публике с вами в качестве кланового лидера. Если в течение ритуала будут допущены хоть какие-то ошибки, это запятнает репутацию клана — и вашу с ней заодно. — О, я знаю, — Сатору говорит с весельем. — Я не волнуюсь. — Но приготовления… ритуал… — Киёхира издает раздраженный и потерянный звук. — Большинство опытных людей клана, которые обучены традиционным заклинаниям и проведению ритуалов, принадлежат линии Такатоми-сама. Мы можем от них получить пару дилетантов, но ни на что большее я бы не рассчитывал. Да-с, такого рода мелочность звучит как раз в духе Такатоми. Но даже так… — Все будет в порядке, — Сатору улыбается. — Есть у меня пара идей на уме. И кстати об этом, как думаешь, Шики будет интересно съездить в Киото? Примечания в конце главы После того, как была опубликована последняя глава, немало людей спрашивали о мыслях Годжо Сатору по поводу ситуации. И вот мы здесь, хаха. Вылилось во вставку некоторых сюжетных штучек в отрывочке Годжо, пока я этим занималась. На этой главе «Зенит звёзд» официально достиг 100k+ слов! (не считая примечаний автора и всего остального). С одной стороны, я в большом восторге, поскольку у меня никогда не было впроцессника, достигающего отметки в 100k. Но с другой стороны, еще я немножечко обтекаю просто думая о том, что это говорит про то, насколько долгой может в итоге выйти история во всей ее полноте, лол. Дополнительные отрывочки к АУшкам, уведомления об обновлениях и т.д. можно найти на моем Tumblr!