Глава V - Серьезные разговоры

Как только мы вошли в Главный зал Олуха, освещённый тёплыми отблесками масляных светильников, нас встретил приятный контраст прохладного ветра снаружи: в зале было тепло, и воздух наполнился ароматом жареного мяса и печёных корнеплодов. За длинными столами уже сидели местные жители, оживлённо разговаривая и перемежая свои речи громким смехом и стуком деревянных кружек. Впереди, за центральным столом, нас поджидали Иккинг и Стоик Обширный – широкоплечий, бородатый мужчина с суровым, но добродушным взглядом. Его мощные руки были крепко сложены на груди, а когда он увидел гостей, улыбка озарила его лицо. — Подходите поближе, гости! — глубоким, низким голосом произнёс Стоик, поднимая деревянный кубок. — Мы с Иккингом вас заждались. Как вам в нашей деревне? Всё ли вам нравится? — Нам очень нравится в вашей деревне, вождь Стоик, — ответил Гарри, слегка кивнув с вежливой улыбкой. — И мы очень благодарны за ваше гостеприимство. Дафна и Гермиона следовали за Гарри. Дафна, поправив мешочек, висящий у пояса, присела в лёгком реверансе, который вызвал у вождя любопытный взгляд. Гермиона, чуть смущённо, тоже поклонилась. — Что вы, не нужно кланяться. Садитесь, не стесняйтесь, — сказал он, указав нам на скамью напротив него. Усевшись, мы осмотрели стол, накрытый куском ткани и уставленный ароматными блюдами: жареной бараниной, печёным хлебом, мочёными овощами и заливным из рыбы. — Итак, Гарольд, откуда вы родом? Может, могу помочь чем-то, чтобы вы смогли вернуться? Я сделал вид, что задумался, обдумывая ответ. На самом деле мы с девчонками за то время, что находимся в этом мире, продумали нашу легенду. — Мы с далеких островов из-за Тумана, — ответил я спокойно. — Наша родная деревня и несколько других были в составе единого племени, и всё было спокойно до определённого времени. На землях нашего племени появился ма... то есть человек, который захотел захватить власть и начал для этого войну с нашим вождём. И в результате этой войны пострадала наша деревня. Мы пытались сбежать в другую деревню, но попали в сильный шторм, и вот так мы оказались на вашем острове. Думаю, что обратно возвращаться нет смысла, так как восставшие явно были в большинстве, а значит, мой дом больше никогда не будет прежним. — Дафна и Гермиона кивнули, поддерживая меня. — Соболезную вашей утрате, Гарольд, — сказал Стоик. — Надеюсь, что вы когда-нибудь сможете вернуться в родную деревню, а пока чувствуйте себя как дома. — Спасибо, вождь, — ответил я. Было видно, что Стоик и Иккинг очень внимательно слушали, и каждый сделал свои выводы на основе нашего рассказа. Пока мы разговаривали, к нам подошла молодая девушка-викинг с рыжими косами и веснушками, держа пять кружек и кувшин с медовухой. Она молча улыбнулась и, поставив кружки перед нами, наполнила их янтарным напитком. Стоик поблагодарил девушку и предложил всем поесть и пообщаться, чтобы закрепить знакомство. Еда оказалась невероятно вкусной, словно вся деревня вложила душу в каждое блюдо. Я взял попробовать баранину и хлеб. Жареная баранина была покрыта хрустящей коркой, но внутри оставалась сочной и таяла во рту. Хлеб, ещё тёплый и мягкий, издавал аромат свежей выпечки. Хоть я и не особо люблю рыбу и овощи, девушкам, видимо, они очень понравились. Медовуха дополняла трапезу – сладкий, чуть терпкий напиток с согревающим эффектом был настолько насыщен ароматами мёда и трав, что казалось, будто пьёшь лето. Хотя, может, мы просто отвыкли от вкусной еды. И тут разговор зашёл о том, как мы заселились. — И как вас приняли в деревне? — спросил Стоик. — Нашли себе занятие по душе? — Приняли нас хорошо, — ответила Дафна. — Мы с Гермионой пока не определились с работой, но помогаем чем можем девушкам в деревне. — За себя говори, Дафна, мне больше всего понравилось помогать с одеждой, так что, думаю, что я присоединюсь к мастерицам по шитью, — сказала Гермиона. — Это вы молодцы. А ты, Гарольд? Ты нашёл себе место в нашей деревне? — Да. Я попросился в кузницу, так как в нашей родной деревне я тоже был своего рода кузнецом. Так что я поступил в распоряжение Плеваки. Вот, помогаю Иккингу с работой. Стоик хмыкнул, и его взгляд смягчился. — Кузнецы – всегда редкость, — проговорил он. — Хорошо, что наконец-то у нас появился ещё один. Я тут слышал... Разговор продолжался ещё некоторое время, пока мы все не почувствовали, что исчерпали все темы. Стоик, поняв, что всё закончилось, простился и удалился, чтобы поговорить с другими викингами. А мы остались сидеть за столом вместе с Иккингом и потихоньку продолжали есть. Пока мы ели, к нашему столу подошла Астрид и села рядом с Иккингом, напротив нас. Она начала новый разговор. — Ну и как вам наш вождь? Не слишком строгий был? — спросила подруга Иккинга. — Он очень дружелюбный, — сказала Гермиона. — И немного менее толстый, чем я думала, — сказала Дафна, и Астрид с Иккингом усмехнулись. Хоть вождю и дали прозвище Обширный, мне он показался более мускулистым, чем толстым. — Это да, но поговаривают, что изначально ему хотели дать прозвище Мстительный, — сказала Астрид, — но что помешало этому, я не знаю. — Отец особо не распространяется об этом, — начал Иккинг, — но я слышал, во время одного из разговоров папы с Плевакой, что это всё из-за того, что он резко раздался в ширь. Он до сих пор периодически косо смотрит на тех, кто упоминает о его лишнем весе. Продолжить разговор на эту тему мы не смогли. К нашему столу подошёл Сморкала со своей свитой из близнецов и толстенького пацана. — Астрид, как приятно тебя видеть. Что ты делаешь в компании Рыбной Кости и его друга? Идём со мной. Тебе место в элите, а не рядом с этим... отребьем, — сказал Сморкала, сплюнув на пол. В эту же секунду Астрид встала и сильно ударила Сморкалу ногой, так что он весь согнулся и упал лицом прямо в свою же слюну. Его свита, тем временем, просто отошла и наслаждалась этим зрелищем – им явно не хватало попкорна. — Вытри пол, Сморкала, а то, думаю, что девушки на кухне не особо будут рады тому, что ты портишь их работу, — злобно сказала Астрид. — А ещё напоминаю тебе, что я не твоя и никогда не буду. И, думаю, я сама знаю, кто здесь отребье, а кто нет. Так что убирайся по добру, по здорову, пока я тебя ещё больнее не скрутила. Тролеобразный парень, видимо, уже привык к этому. Он просто встал и сказал: — Ты всё равно будешь моей! Мой отец уже завтра будет свататься к твоим родственникам. Так что совсем немножко осталось до этого момента. А пока наслаждайся свободой, детка. Пока, замухрышки. Надеюсь, вы выживете на завтрашней тренировке. Сморкала развернулся и уже собирался уйти, но тут резко его одежда вся сгорела за секунду, и он остался в одном исподнем. Весь зал к тому моменту уже смотрел в сторону нашего стола. Поняв, в какую ситуацию он попал, Сморкала, поджав хвост, сбежал из зала, а близнецы и толстяк кивнули и отошли к другому столу. Когда страсти улеглись и внимание зала опять перешло к своим столам, мы снова заговорили. — Что это было? — спросила Астрид. Ответом ей была тишина, и только мы с Иккингом переглянулись, и я понял, что это его рук дело. — Сам не знаю, — всё-таки решил ответить Иккинг. — Может, Близнецы хотели над ним подшутить и обмазали его одежду смолой, а потом искра из факела её подожгла? — Но не за секунду же одежда сжигается, — сказала Гермиона, скептически поглядывая на меня и Иккинга. — Ну, тогда я не знаю, что ещё могло начать такой огонь, — сказал Иккинг. — Астрид, а за что ты его так с ноги прямо? Не я, конечно, понимаю, что он ещё тот гад, но настолько? — спросила Дафна. — Его плевок что-то означал? Астрид долго не отвечала, но потом сказала: — Плевок в пол – это сильное неуважение к людям, стоящим рядом. Я просто не могла оставить это безнаказанным, — начала Астрид. — Вы – более достойные представители викингов, чем он. — Астрид, всё закончилось, — сказал Иккинг. — Расслабься. Но Астрид явно не собиралась на этом останавливаться. — Да чего уж тут расслабляться, Иккинг. Это же не тебе завтра придётся убеждать родственников в том, что дары Йоргенсонов нам не нужны. А эта семья – одна из самых богатых и влиятельных на острове... — А, собственно, почему этот Сморкала так тебя хочет в жёны взять? — решил я спросить. — Всё потому, — начал Иккинг, — что семья Хофферсонов, когда-то была очень влиятельной и до сих пор хранит своё место в совете Олуха, а Йоргенсонам позарез нужно это место, чтобы получить полную доминацию над племенем. — Что это за совет? — спросила Гермиона, заинтересовавшись. Ответила ей Астрид: — Совет – это второй по важности орган в племени. В него входят все главы самых сильных семей Олуха. Сейчас их семь. Пять семей тебе знакомы: Хофферсоны, Хэддоки, Йоргенсоны, Ингерманы и Торстоны. Если что, последние – это свита Сморкалы. Пухленький – Ингерман, близнецы – Торстоны. — И ты хочешь сказать, что сейчас есть какой-то баланс сил в совете? Типа трое за вождя, трое за Йоргенсона и один нейтрал? — я решил уточнить. — Можно сказать и так, — продолжил за Астрид Иккинг. — Если быть точным, то Хофферсоны, Дракенскары – они за нас с папой, то есть за Хэддоков. Ингерманы и Торстоны – они топят за Йоргенсона и его политику... — И Рагнарссоны. Они играют на оба фронта, — продолжила Астрид. — Так как мои родители недавно погибли, наша семья очень ослабла с точки зрения влияния и добычи. И, реально, сейчас Сморкала и его отец хотят воспользоваться положением: взяв меня в свою семью, они обеспечат себе голос Хофферсонов. Тем самым начнут проводить свою воинственную политику, и никто не сможет им противиться. — Хорошо, а чем отличаются политики этих групп? — спросила Дафна, явно заинтересовавшись здешними интригами. — Мой папа хочет направить все усилия населения и дипломатов на то, чтобы победить нашу самую большую угрозу – драконов, — ответил Иккинг. — А отец Сморкалы хочет воспользоваться моментом и захватить все ближайшие острова, пока они заняты битвами с драконами. — И что, есть те, кто согласен с мнением главы Йоргенсонов? Это же странно. Я так понимаю, драконы приносят больше вреда, — сказала Гермиона. — Да, и их довольно много, — сказала Астрид с уверенностью. — Всех уже немного подзадолбали неудачные походы на логово и отсиживание по домам. А, особенно, учитывая агрессивную натуру моих соплеменников, то не минуем тот час, когда все мужчины начнут поддерживать Йоргенсона. — Слушай, Иккинг, а почему ты не засватался с Астрид раньше, чем Йоргенсоны? — неожиданно предложила Дафна. — Это, во-первых, решит проблему политикой для начала, а во-вторых, решит проблемы притязаний Сморкалы на тебя, Астрид. После этих слов за столом воцарилась тишина. Астрид и Иккинг покраснели, как помидоры, и отвернулись друг от друга. А Дафна продолжила: — Ну, и как, я слышала от других девушек, ты недавно стал популярным, Иккинг, так что твоё прозвище «Бесполезный» уже ни к чему. Так что оно не помешает! И ещё, ты следующий вождь Олуха. Да, слушай, Астрид, это просто бомба! — Дафна, прекрати, — остановила блондинку Гермиона. — Не видишь, они сейчас немного не в себе. В правду оба выглядели не лучшим образом. Иккинг, явно от счастья от выпавшего шанса, закружилась голова, а Астрид офигевала от происходящего. — Ребят, ау, — позвал я их. — Вы в порядке? — Дафна, ты что ли совсем? Мне ещё рано об этом думать, я поэтому ворочу носы от всех женихов. Да и мне нравится кое-кого. — Да не надо. Я уважаю Астрид и не хочу, чтобы она женилась на мне только из-за политики. Я же её люблю... — сказали они одновременно. Потом они повернулись друг к другу: Астрид – с шоком на лице, а Иккинг – с испугом. — Что ты только что сказал? — спросила Астрид. — Ну... В этот момент Дафна и Гермиона схватили меня за руки и повели в сторону выхода. Я, как мог, пытался остановить их, чтобы посмотреть, что получится в результате, но мои девушки мне не дали этого сделать. Через пару минут мы уже стояли вне зала и смотрели на уже поднявшуюся Луну. — Я же тебе говорила, что они друг друга любят, — сказала с вызовом Дафна. — Ну, откуда я могла знать, Даф, — ответила ей Гермиона. — Ты сама говоришь, что с пониманием людей у меня туго. Так что я знала, что победа будет твоя. — Отлично, а с пониманием мы поработаем. — Так, девчонки, всё, конечно, круто, но давайте пойдём домой, раз уж мы закончили с этой трапезой, — сказал я, уже собираясь идти в сторону дома. — Да, подожди ты, — сказала Гермиона. — Интересно, же, получилось ли у Дафны свести их или нет. — Герм, ну только ты не начинай... — Гарри, не йорничай, — сказала Дафна. — Сейчас мы спрячемся за правую статую и подождём, пока они выйдут. И опять девчонки потащили меня с собой, и мы стали ждать. Где-то через пару минут из зала массово стали выходить викинги. Среди них я увидел и наших знакомых. Впереди в быстром темпе шла группа Йоргенсона (когда они успели вернуться я так и не понял), где-то в середине толпы Плевака и Стоик смеялись и медленно шли в сторону кузницы. Те, кого мы ждали, вышли чуть ли не самыми последними. Астрид и Иккинг выглядели свободными, или я просто не знаю, как ещё описать людей, которые наконец-то освободились от оков секретов. — Ты уверен, Иккинг? — сказала неуверенно Астрид, что удивило меня. — Йоргенсоны – это не те, с кем надо соперничать... — Астрид, — твёрдо сказал Иккинг, — главное, чтобы ты была рядом со мной. Один раз я тебя потерял и больше не хочу, и мне не важно, кто будет против нас. Есть только ты и я – с остальным мы справимся. На лице Астрид чуть не выступили слёзы, и чтобы их спрятать от наследника Олуха, она обняла его. Потом они разорвали объятия: воительница, быстро чмокнув Иккинга в щёчку, побежала домой, а Иккинг медленно поплёлся в сторону своего дома. Честно говоря, я рад за них. Я, конечно, не особо разбираюсь в делах сердечных, но выглядит так, что они друг друга любят, и это хорошо. И, не смотрите, на то, что у меня есть две девушки, это не признак того, что я хоть что-то в этом понимаю. После того как наши наблюдаемые покинули моё и девичье поле зрения, мы направились к нашему новому месту пребывания. Шли мы недолго, и, добравшись до дома, я и девушки быстро выполнили все процедуры и легли спать. Перед тем как уснуть, в моей голове промелькнула мысль, что здесь мы не заскучаем.