Глава 5. Frontis Nulla Fides.

Распогодилось. В министерской машине было тепло, за окном проносились лондонские улицы на фоне яркого апрельского неба. По просьбе Гарри мистер Ройс поднял разделительное стекло и задернул шторы, а Гермиона наложила заклинание Муффлиато. Глава Мракоборцев ехал, слегка откинувшись на сиденье и клюя носом, Гермиона сидела напротив, сняв каблуки и положив ноги на столик – места в машине для руководства было предостаточно. - Гарри? - Мммм? - Скажу сразу, что идея с зельями -идиотская, но я польщена, что ты готов так рисковать ради Первого Заместителя. Но если все выйдет из-под контроля и мне придется застрять в чужом теле на несколько дней… нет, я не жалуюсь, но это тело Чжоу Чанг! И еще эта дурацкая татуировка с журавлем… - она бросила на него быстрый взгляд. Гарри неожиданно покраснел. Гермиона сузила глаза. - Мистер Поттер. Объяснитесь. Гарри не торопясь снял очки, протер их, водрузил на место и твердо посмотрел на нее. - Не понимаю, о чем ты. - Татуировка. У Чжоу есть татуировка… — Это я понял. - нетерпеливо перебил Гарри. - Хоть я и не набрал всех «Превосходно» на ЖАБА, я не совсем тугодум, Гермиона. Для перевоплощения вам пришлось переодеваться, и, если я не видел у Чжоу никаких журавлей на лбу или другом видном месте, он явно скрыт одеждой большую часть времени. Ткну пальцем в небо и предположу, что ты видела Чанг без одежды, и, если эта татуировка тебя так возмутила, то скорее всего она нанесена там, где женщины твоего типа никогда бы ее не разместили. - Женщины моего типа? - Если сравнивать тебя и Чжоу, то последняя явно менее серьезно относится к приличиям и тому, как должен выглядеть и вести себя министерский сотрудник. — Это точно, - Гермиона продолжала сверлить Гарри взглядом, - хотя я бы не судила так быстро о том, что я считаю неприличным. Мне показалась, что Чжоу довольно прозрачно намекнула на вашу связь. - Как? - Она сказала… что мне пригодится ее умение целоваться. Наверное, для того, чтобы ты при удобном случае не заметил разницы? Я в ее теле, Гарри. На несанкционированном задании, которое может пойти не так миллионом различных способов. Что если я круглосуточно буду изображать из себя Чжоу Чанг? Гарри смотрел на нее, не моргая, у него начали запотевать очки. - Что ты такое говоришь, Гермиона? Я буду целоваться с тобой, потому что ты теперь Чжоу, и у нас с ней интрижка на стороне и мне ее будет не хватать? Интересно, как бы я тебя на такое подбил? - Не знаю, может Чжоу считает, что теории желтой прессы верны, а эта ситуация - отличный повод лечь под знаменитого Гарри Поттера не потеряв лица, то есть тела, и это такая подружкина услуга? Идея на подумать? К этому моменту со стекол очков Главы Мракоборцев начал стекать конденсат. Гарри выругался, снял их и еще раз протер мантией. - Чокнутая… - пробормотал он. - Впрочем, отличная идея. Предложу как-нибудь Джинни перевоплотиться в Ромильду Вейн. Только сначала нужно будет объявить ее в розыск, потому что с окончания школы я о ней ничего не слышал и волос ее нигде не храню. — Это не смешно, Гарри! - Да ладно вам, Первый Заместитель, вам не привыкать к моим шуткам. Чжоу ничего без одежды? - Заткнись. Гарри снова откинул голову назад и прикрыл глаза. - На этот раз ты отделался хохмами. Он притворно захрапел. Гермиона фыркнула, достала зеркальце из портфеля и начала себя в нем рассматривать. - Чжоу очень даже ничего, - после непродолжительного молчания вставила она. - Немудрено, что за ней увивается пол Министерства. - За тобой тоже, Герми. - Теперь давай выкладывай, осталось ли что-то еще, чем ты бы хотел поделиться лично. У него был странный взгляд, примерно так же он смотрел на нее утром, собираясь домой. - Я разговаривал с Роном. По зеркалу быстрой связи, - он набрал полную грудь воздуха, - и пообещал ему, что к концу недели вы встретитесь. Гарри ожидал гневной тирады, но Гермиона молча кивнула, глядя в окно. - Теперь давай сосредоточимся на Маклаггене, - с облегчением продолжил он. - Что ты придумал? Гарри ухмыльнулся. - Тебе понравится. Слушай…

****

Кормак проснулся то ли от громкого звука раздвигаемых штор, то ли от слепящего белого света, который, казалось, вдруг беспощадно стал бить сквозь гигантскую лупу, прожигая его кровать. Нижняя часть тела ужасно болела, в горле пересохло, а внутри черепа невидимый кузнец лупил по гигантской наковальне. Он с трудом открыл один глаз, моля богов, чтобы те не дали ему ослепнуть. Конечно же, шторы раскрыла Таша, она же сейчас возилась с щеколдой старинной рамы, привстав на цыпочки так, что из-под юбки горничной, больше напоминавшей балетную пачку, торчала ее аппетитная задница. - Какой вы лентяй, мастер Кормак, - проворчала служанка, слишком громко, как ему показалось. Ташу подарил ему дядя Тебериус после поездки куда-то в Азию по делам клана. Она была странной смеси – вроде бы мулатка, с жесткими волосами-пружинками, но с восходящим разрезом глаз, типичным для азиаток. Дядя хвастливо сообщил, что ее обучали в заведении, куда Кормаку дорога заказана еще много лет, а также потребовал, чтобы с ее появлением он обязался меньше попадать в истории. Таша была его игрушкой, нянькой и надзирателем одновременно. - Мастер Кормак желает сок? – заботливо спросила она, как всегда, забавляя его этим странным акцентом. - Спасибо, дорогая, но сейчас мне поможет только шампанское. - Тц-тц-тц, мастер Кормак, алкоголь по утрам плохо влияет на вашу форму. Вы снова будете лежать весь день. - Ну пожалуйста, Таша. Один бокал и стакан апельсинового сока, идет? Он умоляюще сложил руки на груди, все так же крепко держа второй глаз закрытым. - Ну хорошо, ленивый господин, вернусь через пару минут. Она нагнулась, чтобы подобрать валявшийся на полу расшитый золотыми нитками халат, демонстрируя сверкающий рубин, инструктированный в анальную пробку, - еще одна из прихотей «ленивого господина». Маклагген осторожно пошевелил конечностями, как будто проверяя на месте ли они. Он с восхищением и ужасом стал перебирать в голове события предыдущей ночи, от которых у него даже начался легкий озноб. Вокруг были разбросаны всевозможные игрушки разных размеров, но непременно включающих в себя хотя бы одну фаллическую форму, плетки, цепи, валялись даже кандалы Гоблинской работы. В углу параллельно огромному зеркалу стояли массивные колодки из черного дерева. Обычно в них бывала Таша, иногда он сам, когда ей приходилось его перевоспитывать, но вчера зелья и крепкий алкоголь окончательно подчинили его личности нижнего. Кормак вспомнил свое отражение в нем, выпученные глаза, и его накрыли стыд вперемешку с возбуждением. Вернулась горничная, неся поднос с бокалом шампанского, стаканом сока и склянкой тонизирующего зелья. С трудом привстав, Маклагген по очереди осушил все три сосуда и кряхтя, перевернулся на живот. - Осторожнее, дорогая, - поморщился он, когда Таша взобралась на него, чтобы размять спину. Он услышал приятный звук откупориваемого горшочка с Мандрагоровым маслом, и вот уже ее умелые, нежные и одновременно сильные руки заскользили между лопаток. - Господин опять плохо вел себя, - укоризненно сказала служанка, с силой разминая его плечи, - мастер Тебериус будет вами недоволен. - Если ты ему не скажешь… - Не знаю, - задумчиво продолжала Таша, опускаясь ниже поясницы, - мастер Тебериус должен знать о таких вещах. Он почувствовал, куда собираются проникнуть ее пальцы и немного взбрыкнулся. - Ай, не туда, дорогая. Там все болит. Сегодня мне нужен твой рот. Она перевернула его на спину, обхватила губами яйца, поигралась немного и затем послушно заглотила член. Ее голова ритмично поднималась и опускалась, губы скользили мягко, по мошонке начала стекать струйка слюны. Но у Кормака решительно не вставал. - Мастер сегодня никак не может проснуться? – удивленно спросила Таша, на мгновение освобождая рот и придирчиво рассматривая его вялую мышцу. - Не знаю, что со мной, - пробурчал Маклагген. Он зажмурил глаза, вспоминая прошедшую ночь. «Она была настоящей, - думал Кормак. - Даже веснушки. Даже шрам, про который писали в газетах. Боги, какое тело…». Он вспомнил, как Гермиона Грейнджер со словами «Лижи, пес» села ему на лицо и почувствовал, что немного твердеет. - М-м-м, - одобрительно промычала Таша. «Но как она сюда попала? – с волнением подумал Маклагген. - Что было в «Исповеди», и как Грейнджер вообще там оказалась? На ней даже был министерский доспех… Как же она в нем смотрелась… Дикая … Интересно, со своим недотепой Уизли она тоже подобное вытворяет?». У него окончательно встал. Он положил Таше руку на затылок и стал помогать ей бедрами. Быстрее, быстрее, быстрее. Кормак с силой прижал лицо горничной к себе, обхватив голову ногами, приподнял ягодицы и застыл, судорожно подрагивая. - Как-то маловато, - немного обиженно сказала Таша, продемонстрировав ему чистый острый язычок. - Они пустые, Таша… - Я знаю, - она достала из кармашка салфетку и театрально вытерла рот, который блестел от слюны и остатков семенной жидкости. – Мастер Кормак все потратил на неизвестную блудницу и даже не позвал меня поиграть. - Ты моя самая лучшая блудница. - Мастер Кормак всегда так говорит, - проворчала Таша. Она вытащила пробку и поставила ее на тумбочку рядом с кроватью. Еще одна милая традиция. В этот момент из глубины поместья раздался глухой звон – кто-то был у парадной двери. - Мастер Кормак кого-то ждет? – подозрительно спросила Таша. - Нет, – озадаченно ответил Кормак. – Пойди посмотри кто это. Она грациозно спрыгнула с кровати, достала из фартука палочку и провела, развернув ее к себе, от лба до колен. Юбка-пачка, открытая кофточка сменились простым черным платьем ниже колен. Таша смешно изобразила поклон и удалилась. Кормак расслабленно выдохнул, заложив руки за голову. Хорошо, когда твоя личная секс-кукла и нянчит, и надзирает. И охраняет.

****

Гермиона стояла у входа в огромное поместье с видом на Лондон, изрядно нервничая. План Гарри с каждой минутой казался ей все более дурацким. Она шумно вдохнула и подняла руки, развернув их к себе ладонями, чтобы унять дрожь в пальцах. Ей казалось, что на ней криво сидит доспех, к тому же она никак не могла привыкнуть к новому телу. Если бы прямо сейчас ей потребовалось резко выхватить палочку и начать дуэль, она бы скорее запуталась в мантии и шлепнулась лицом в ступени. Потянувшись было к золотистому шнурку звонка, Гермиона вдруг застыла, уставившись в стену. Затем торопясь залезла с сумочку, которую скрывала мантия и, основательно в ней пошвырявшись, достала черный старомодный флакон. Тщательно надушившись, она спрятала флакон, поправила волосы и дернула за шнурок. Спустя несколько минут массивная дверь со зловещим скрипом открылась, из-за нее выглянула престарелая подслеповатая служанка в простом, но идеально чистом черном платье. - Чем могу помочь, юная госпожа? – приветливо спросила она. У старухи был ярко выраженный светский акцент, какой бывает у слуг в богатых домах. - Меня зовут Чжоу Чанг. Я сотрудник Министерства, Отдел Обеспечения Магического Правопорядка. Но к мистеру Маклаггену я по личному делу. Если вы назовете мое имя, он, скорее всего меня вспомнит. Мы с ним учились в одной школе. - Одну минуту, мисс… Ланг вы сказали? - Чанг. - Одну минуту, мисс Чанг, проходите пока, я позову мистера Маклаггена. Гермиона с опаской вошла. Парадная комната была завешана выцветшими старинными гобеленами, на которых изображались различные сцены из истории волшебной Шотландии. Прямо под потолком торчали многочисленные охотничьи трофеи. Между огромным окном и стоявшим рядом гостевым диваном висели сабли, ружья, копья, щиты и даже древнего вида алебарда. Над лестницей, ведущей на второй этаж, доминировал огромный портрет добродушной пухлой женщины, гладившей кота. Витиеватые буквы внизу картины складывались в надпись: «FRONTIS NULLA FIDES». - Внешность обманчива! – раздался громкий мужской голос, Гермиона подпрыгнула. Кормак, в богато расшитом золотыми нитками халате, немного морщась, спускался по лестнице. – Это Анкоретта Маклагген. Основательница рода Маклаггенов. Отправила на тот свет больше народу в клановых войнах, чем Тот-Кого-Нельзя-Называть, и очень любила кошек. Он дружелюбно улыбнулся и раскинул руки, остановившись перед Гермионой: - Чанг! Чем обязан? Не видел тебя со встречи выпускников, а я посещал это жалкое сборище в последний раз сразу после окончания школы. Ты тогда, помнится, пришла с полоумной Лавгуд и дала мне от ворот поворот. Гермиона собрала волю в кулак и изобразила, по ее мнению, самую соблазнительную улыбку. - Наверное, мне не хватило шампанского для храбрости, - хихикнула она совсем как Чжоу. – Это было настолько давно, что я уже и не помню. У меня к тебе дело. - Я слышал, ты работаешь в Министерстве? Маделен постаралась? Завидую. Небось целыми днями бьешь баклуши и получаешь золото тележками. - Маман сбагрила меня в отдел к Грейнджер, - надула губы Гермиона, - а с этой сукой особо не разгуляешься, - она присела на диван у огромного окна, заложив ногу на ногу так, чтобы юбка неприлично задралась и Кормак мог увидеть резинку чулок на ее бедре. – Ты не против? Кормак даже не пытался скрыть плотоядный взгляд, с которым он начал ее пожирать. - К Грейнджер, говоришь? - он с трудом поднял глаза. - У нее просто недотрах. Ее рыжий увалень небось балует ее только на Рождество. Маклагген громко расхохотался, подвинул к дивану кресло и уселся прямо напротив. Гермиона заметила в распахнувшихся на секунду полах халата болтающийся член и ее передернуло. Кормак гнусно осклабился: похоже, в его понимании это должно было выглядеть эротично. - Выкладывай, что у тебя за дело, Чанг. Таша! – он оглянулся, окликнув старую служанку, которая, шаркая только спускалась с лестницы. – Принеси нам выпить! Можно красного. - Одну минуту, молодой господин, - пробормотала та, удаляясь в проход, который, судя по всему, вел на кухню. Гермиона нахмурилась. Имя «Таша» никак не подходило этой старушке, особенно с ее чопорным английским. К тому же она не видела, как та поднималась по лестнице, а должна была, учитывая ее скорость. Внезапно Гермиона поняла, что Кормак изучает ее лицо и отбросила эту мысль, снова нацепив улыбку. - Ну так что там? - Давай дождемся вина, - она ответила заговорщицким шепотом. - Не хочу, чтобы нам мешали. - Как скажешь, - пожал плечами МакЛагген и стал рассматривать свои ногти, периодически бросая на нее любопытствующие взгляды и шмыгая носом. Ждать пришлось минут пять. Таша вернулась с подносом, на котором красовался хрустальный графин с жидкостью цвета крови, два широких бокала и тарелка с козьим сыром. Она долго возилась, расставляя трясущимися руками бокалы и разливая вино на столике, который Маклагген притянул из угла. Гермиона подумала, что Кормак мог бы справиться с этим гораздо быстрее и почувствовала, что вся ее сила воли уходит на то, чтобы скрыть чудовищно давившую изнутри неприязнь. Служанка удалилась, бормоча что-то про уборку спальни. Они чокнулись. Кормак выпил свой бокал залпом, снова уставившись на ляжки Чжоу Чанг. Гермиона поняла, что смысла тянуть больше нет и медленно достала из складок мантии желтый конверт.

****

Оставив Гермиону у входа в особняк, Гарри надел в машине мантию-невидимку и попросил мистера Ройса спуститься с обратной стороны к подножию холма, на котором возвышался дом. Он без особого труда взломал дверь в высоченной ограде, обвитой декоративным виноградом, и почти бегом пересек сад, остановившись перед дверью для прислуги. Аккуратно заглянув в окошко рядом и убедившись, что внутри никого нет, невербально применил Алохамору, но дверь никак не отреагировала. Гарри пожал плечам и направил палочку на оконную раму. Раздался треск и окошко распахнулось. Пыхтя, Глава Мракоборцев пролез внутрь, легко приземлился на пол и ткнул палочкой за спину, наложив Репаро. С тем же легким треском рама приняла первоначальный вид. Крадучись по-кошачьи, Гарри выбрался в большой коридор и огляделся. Он не сомневался, что ему была нужна главная спальня, но не имел ни малейшего представления, где она могла находиться. Рассудив, что избалованный аристократ не откажет себе в удовольствии пялиться на прекрасный вид с бокалом в руках, не отходя далеко от постели, Гарри нырнул в боковой проход, где узкая лестница вела на второй этаж. Преодолев два пролета, он оказался в среднего размера комнате, которая должна была предназначаться для прислуги. Помещение, однако, больше напоминало изысканный будуар в восточном стиле. На видном месте стояло огромное круглое зеркало с макияжным столиком, у окна, выходившего в сад – королевского вида кровать с высокой периной. Многочисленные полки были заставлены разнообразными статуэтками, в открытой гардеробной виднелся плотный ряд платьев, рубашек, кофт, юбок, ворохом торчала куча разнообразного цвета чулок. Гарри нахмурился, подошел поближе и начал двигать вешалки. Часть вещей явно предназначалась для особых случаев – замысловатые пиджаки, портупеи, маски на голову с единственной прорезью для рта, похожие на водолазный костюм странные комплекты на молниях. И все из черной кожи, а что-то даже из Драконьей. Он аккуратно вытащил красивый сундучок с одной из полок и, открыв его, тихонько присвистнул: внутри была куча платиновых, золотых и серебряных предметов специфичной формы, инструктированных разнообразными драгоценными камнями. Сомнений не оставалось: здесь Кормак содержал своих проституток. Аккуратно убрав сундучок на место, Гарри подошел к противоположной стене – его заинтересовал шкаф, выглядевшей немного нелепо на фоне убранства комнаты. Огромная черная махина, которую как будто воткнули в интерьер не особо задумываясь над тем, что она совершенно в него не вписывается. Дверцы были заперты. Гарри аккуратно провел палочкой вдоль щели, и, услышав щелчок, потянул за ручки на себя. Внутри, упершись объективом в стену, стоял большой волшебный фотоаппарат на треноге. - Ну привет, - ухмыльнулся Гарри. Однако его радость была кратковременной – кассета с пленкой отсутствовала. Гарри обшарил шкаф полностью, затем еще раз занялся комнатой - заглянул под кровать, досконально изучил содержимое косметического столика, выполнил несколько заклинаний из методички по обнаружению тайников, но кроме кремов, духов, непонятных мазей и нескольких резиновых членов не нашел ничего. Впрочем, оставалась еще спальная Маклаггена. Если предположить, что камера обычно должна фотографировать его… - То спальная примыкает к этой комнате, - кивнул сам себе Гарри. Наложив Муффлиато на дверь, он осторожно отодвинул фотоаппарат от стенки. Круглый выпуклый глаз махины, как оказалось, плотно сидел в аккуратной прорези. Заглянув в нее, Гарри убедился, что на другой стороне именно то, что ему нужно. Он уже видел этот интерьер на злополучных карточках утром. - Гоминус ревелио, - прошептал Гарри. Второй этаж был пуст, не считая нарушающего закон Главы Мракоборцев. Он заперся изнутри и легко крутанулся на месте, мгновенно провалившись в давящую пустоту.

****

Кормак непонимающе разглядывал конверт, который держал в руках. Подняв глаза на Гермиону, он с подозрением спросил: - Что там? Гермиона, которая ловила момент, чтобы взглянуть на вибрировавшее пару минут назад зеркальце под мантией изобразила доверительно-испуганную интонацию: — Это пришло на мое имя сегодня утром в Министерство. Я… я открыла его и в первую очередь решила обратиться к тебе, потому что не знаю, как быть. Маклагген все так же недоверчиво опустил взгляд. Гермиона в ту же секунду, будто поправляя одежду, достала из кармашка устройство быстрой связи, и под неудобным углом успела прочитать сообщение от Гарри, как будто выведенное тонким прутиком на запотевшем стекле: «Внутри. Пленку не нашел. Это было здесь». - Что за херня? – в голосе Кормака гнев смешался с изумлением. – Что это? Откуда это у тебя? Это что… - он вдруг овладел собой и продолжил более спокойно, — это что, Грейнджер? - Я не знаю, Кормак, - испуганно зашептала Гермиона, слегка переигрывая. - Наверное, кто-то хочет… хочет шантажировать Первого Заместителя… или тебя? Маклагген сузил глаза: - То есть, ты пытаешься сказать, что это – не какой-то дурацкий розыгрыш? Чтобы кого-то шантажировать, нужно иметь на руках факты! – он начал распаляться. – По-твоему, на этих карточках трахают Кормака Маклаггена? Ты это имеешь ввиду?! - Да нет же, Кормак! Я ничего такого не думаю. Я просто не понимаю, почему это прислали мне! Идти к Гермионе я не решилась, она терпеть меня не может… Поэтому я решила сразу ехать к тебе! - По-твоему, это я на фотографиях? – он начал дышать, словно бык, роющий землю. - Я правда не знаю, - чуть не плача ответила Гермиона. Ей даже удалось увлажнить глаза. Она знала, что переход к плану «Б» должен случиться в любую минуту и крепко стиснула палочку в кармане мантии. - Ладно, расслабься, Чанг, - Маклагген вдруг безразлично пожал плечами. — Это какой-то дурацкий розыгрыш. Ты о нем забудешь и уберешься по своим делам, а если тебе еще придут … кхм… такие конверты, то ты дашь мне знать, идет? Однако его деланное спокойствие не вязалось с бегающими глазами. Он даже разок обернулся, словно кого-то ища. - Конечно, - облегченно выдохнула Гермиона. Она приготовилась. Маклагген выжидающе смотрел на нее, не двигаясь. Сейчас, в любую секунду, вот оно… Где-то сверху раздался звон бьющейся посуды, глухой удар, за которым последовали звуки переворачиваемой мебели. Кормак вскочил, вытаскивая из кармана халата короткую черную палочку с кривым кончиком, вместе с ним, выхватив свою, вскочила и Гермиона. - Стоять! – холодно процедила она. – Держи руки на виду, одно движение – и я раскрошу тебе яйца, тупой ты дегенерат. Маклагген на секунду остолбенел, как будто услышав в ее голосе другого человека. Затем медленно ухмыльнулся: - Дура, ты хоть понимаешь, как ты вляпалась? Пришла шантажировать Маклаггенов? Ты хотя бы раз интересовалась у своей шлюхи-мамаши, кто финансирует отдел Магического Транспорта? Она то уж должна знать, ее рот этих людей помнит. Он зло засмеялся, Гермиона заметно побледнела. И тут случилось несколько событий одновременно: прямо над ними со смачным «Тумс!» что-то упало на пол и воцарилась тишина; Кормак, выпучив глаза, дернул головой, пытаясь разглядеть что-то за ее плечом. Гермиона инстинктивно и немного неуклюже крутанулась в пол-оборота, но Маклагген только этого и ждал: неуловимым стремительным движением он метнулся в ее направлении, будто пытаясь отбить кончиками пальцев летящий квоффл, и выхватил палочку, которая все еще была нацелена на него. - А ведь они жаловались на потерю реакции, когда выдворяли меня в низшую лигу, - глаза Маклаггена светились триумфом. - Я бы мог выхватить у тебя палочку из рук даже без ее помощи. – он удовлетворенно кивнул, словно приветствуя невидимого ей знакомого. Тут же раздался хлопок, как при аппарации, кто-то с силой схватил Гермиону за волосы сзади, выкрутив правую руку. От внезапной боли у нее заслезилось в глазах, ее грубо развернули и с размаху приложили о стену. Затем последовали два резких удара по щиколоткам. - Ноги на ширину плеч, - прошипел голос со странным акцентом ей в ухо. Она нехотя повиновалась. Cкула опухла и начала саднить от сильного удара. Невидимый противник отпустил правую руку и оттянул ей голову назад, еще раз с силой толкнув в стену так, что захрустели ребра. С ужасом Гермиона поняла, что ей задрали юбку. - Запасное оружие, - прошипел все тот же голос. - Заметила сразу, когда сучка сюда вошла. – скрытую палочку забрали, затем все та же безжалостная рука, удерживавшая ее за волосы, дернула ее от стены в сторону, она неуклюже развернулась. И тут же как будто стальная клешня схватила ее за горло. В Гермиону вперились злые восточные глаза непонятного зелено-желтого цвета. - Не вздумай дергаться, - угрожающе проговорила Таша. Свободной рукой она одним движением разорвала пуговицы на рубашке, которые с треском рассыпались по полу. Затем все та же рука грубо начала ощупывать ее тело – грудь, подмышки, бока, и, наконец, cпустилась в трусы. - Все чисто, - отчиталась горничная. Маклагген, который все это время наблюдал с жадным возбуждением, бухнулся назад в кресло и указал перед собой. Таша, схватив Гермиону, оторвала ее от пола словно перышко и швырнула на диван. Она неловко приземлилась, с трудом приняла сидячее положение, рукой прикрывая разорванную одежду. Горничная, эффектно виляя бедрами, обошла хозяина и встала за его спиной, не спуская глаз с Гермионы, которая наконец-то смогла ее рассмотреть. Исчез облик добродушной старушки, как и простое черное платье. Таша была невысокой, не выше Гермионы в теле Чжоу, одета в боевой доспех на голое тело, напоминавший министерский, вот только полосок кожи в нем было больше, они были значительно тоньше и обхватывали ее точеную фигуру, словно черная паутина. В каждом мускуле, каждом изгибе ведьмы читались годы изнурительных физических тренировок. Начинавшийся от икры на левой ноге ее обивал красочно переливающийся многоцветными чешуйками дракон, разинувший пасть прямо под правой грудью – мастерски выполненная татуировка вызвала смутный отклик в голове Первого Заместителя, но она никак не могла сосредоточиться. Кольца в проколотых сосках слегка подрагивали на весу, словно Таша готова была в любую секунду прыгнуть в бой. - Хочу представить тебе Ташу, – недобро улыбнулся Кормак, – представителя Школы… - Желтого Императора… - сквозь зубы закончила за него Первый Заместитель. Она начала потихоньку успокаиваться, пытаясь угомонить бесконечно мечущуюся и орущую в панике Гермиону в голове. – Ведьма-ассасин. - И лучшая в мире любовница, - с несвойственной для его голоса теплотой закончил Маклагген, кивая, - а ты не такая тупая, какой кажешься. - Мастер Кормак должен знать, что сучка явилась не одна, – перебила его Таша. – Вывела из строя одного взрослого мужчину, хорошо думает, но медленно. – она надменно улыбнулась. Сердце Гермионы ухнуло вниз, а испуганная копия в голове произнесла упавшим голосом: «Мы пропали». Кормак обернулся, недоверчиво посмотрев на Ташу: - Сообщник, говоришь? Ты его вырубила? - И связала, - кивнула горничная. Кормак снова задумчиво кивнул. — Значит, история с фотографиями – обманный маневр? Но это не объясняет того, где вы их достали, - с этими словами он развернулся к служанке, которая впервые выглядела растерянной. - Фотографии? Какие фотографии, мастер Кормак? - Фотографии моей вчерашней вечеринки, - поморщился Маклагген. – Они каким-то образом пришли по почте в Министерство, если, конечно, Чанг говорит правду. При этом я и сам их еще толком не видел, хотел попросить тебя их напечатать… - Но… - Таша заметно разволновалась – Аппарат с глазом находится в моей комнате, я всегда запускаю его по просьбе мастера и лично слежу за сохранностью. Никто бы не прошел мимо Таши! – она вздернула нос. «Если так подумать, - размышлял про себя Кормак, - В конце я практически вырубился. Я не помню, как Грейнджер свалила… Но зачем ей нужны были фотографии?! Она ведь, небось, трясется из-за своей репутации…» Маклагген сплюнул: - Здесь явно замешана какая-то министерская крыса! Небось в сговоре с кем-то из врагов дяди… Следили за мной от самой «Исповеди» … Все сходится! И они отправили свою косоглазую почтовую сову донести послание, пока ее приблуда рыскала в особняке… Сраный Мерлин, мне не разобраться с этим в одиночку! Гермиона переводила взгляд с Кормака на Ташу, сделав про себя заметку: «Исповедь». Таша нахмурилась: - Враги клана будут уничтожены! - Несомненно, - Кормак внезапно встал. - Где второй? - В спальне господина. - Веди эту шлюшку за мной. В случае, если задумает брыкаться – выруби. Таша схватила Гермину чуть выше локтя и грубо рванула вверх, заставляя встать. - Дойдешь сама или тащить тебя за волосы? – она ткнула палочкой Гермионе в подбородок. Первый Заместитель не ответила, лишь вернула ей презрительный взгляд с процентами. - Вперед. – скомандовала ассасин.

****

Гарри стоял посреди спальни Маклаггена и рассматривал разбросанные по полу свидетельства бурного ночного веселья. Объектив фотоаппарата, который снимал происходящее, прятался за зеркалом. Он не стал его двигать, рассудив, что, скорее всего, с обратной стороны оно было прозрачным. Глава Мракоборцев засек пять минут на карманных часах и начал обыск. Большим количеством временем он не располагал, зная, что Гермиона не сможет бесконечно лить воду Маклаггену в уши, а, значит, надо было переходить ко второй части плана. Он обшаривал рукой заднюю стенку огромных часов Гоблинской работы, когда услышал раздавшиеся из коридора шаркающие шаги. Гарри замер и тихо вытащил палочку, направив ее на приоткрытые двери. В комнату вошла подслеповатая старуха, судя по всему служанка. Перемещение давалось ей тяжело, она что-то бормотала себе под нос и тяжело дышала. Кряхтя, старушка начала собирать разбросанные по полу предметы. - Господин совсем распоясался, - ворчала бабка. - Никакого стыда, никакой совести. Напивается, водит домой блудниц, бездельничает… Гарри тихонько сместился в сторону кровати, решив, что продолжит обыск – служанка скорее всего была глуховата. Ее жалкий вид вызвал в нем волну отвращения к Кормаку, которому было плевать на то, что старой женщине приходится вычищать следы разврата в его конуре. Он уже нагнулся было к полу, но внезапно замер, вспомнив чудовищную змею, вываливающуюся из тела мертвой волшебницы в пропахшей, грязной комнате много лет назад. А что если… Ее движение было настолько молниеносным, что Гарри едва успел неловко бухнуться за кровать. Он в оцепенении уставился на грозную почти голую воительницу там, где только что стояла старуха: она сжимала в обеих руках одинаковые длинные палочки, испещренные мельчайшей вязью иероглифов. - Слышу тебя, - прошипела она со странным акцентом. - Не спрячешься. Таша резко взмахнула рукой: стоявший у окна графин полетел в сторону Гарри и с треском взорвался над головой. С ужасом он понял, что высвободившаяся водяная масса рухнула прямо на него, очертив в воздухе скрючившуюся фигуру Главы Мракоборцев. Гарри взмахнул палочкой и перевернул кровать на ребро, развернув ее так, чтобы она прикрыла его от ассасина. И сразу же, глядя в отражавшее комнату зеркало, рванул на себя стоявший у окна стул. По его расчёту, он должен был ударить ее со спины, и попытка может быть и была недурной, но Таша обладала нечеловеческой реакцией – она ловко увернулась и решительно двинулась в его сторону. Гарри снова, глядя в зеркало, прицелился – он не был уверен, как зачарован доспех, обвивавший ее гибкое тело, и в пол силы ударил Сектумсемпрой. Рикошет вышел довольно точным, но Таша снова увернулась, заклинание отлетело от зеркала в дальний угол и разрезало полотно висевшей на стене картины - та покачнулась и свалилась на пол. Глава Мракоборцев скинул мантию и решил перекатом увеличить стремительно сокращавшуюся между ними дистанцию, но ведьма среагировала быстрее: она ударила заклинанием наотмашь, едва он успел чуть выпрямиться, швырнув кровать, за которой прятался Гарри, в стену. Его сбило с ног, он неуклюже распластался и разжал руку от удара, потеряв на мгновение дыхание, палочка укатилась в сторону. Собрав все силы, Гарри оттолкнулся, чтобы спиной откинуть придавившую его кровать, но не удержал равновесия и рухнул вместе с ней. Таша налетела сразу же, оседлав только успевшего перевести дух Гарри и зажав его руку, которая потянулась за запасным оружием на ремне под мантией. Она обхватила его шею коленями и бухнулась на бок, скрестив ноги и намертво пережимая сонную артерию. Гарри захрипел, хватая свободной рукой воздух, не в силах вдохнуть. Его лицо стремительно синело, он задыхался, в мозгу умирала надежда на Гермиону, которая казалось вот-вот должна прийти на помощь, в глазах начало темнеть. В бессилии, теряя сознание, он уставился в огромное окно, из которого било лучами беспечное апрельское солнце.

****

Когда Глава Мракоборцев пришел в себя, он сразу понял, что дела плохи: его намертво привязали к стулу, а рядом в разорванной одежде и с разбитой скулой дергалась скрученная Гермиона. Кормак уселся напротив, развернув свой стул спинкой вперед, и смотрел на него со смесью опаски и недоумения. За его спиной стояла, не двигаясь, Таша, сжимая в руке два круглых кляпа на ремешках. - Я ожидал здесь увидеть кого угодно, но только не тебя Поттер, - протянул Маклагген. - Для тебя – мистер Поттер, - с угрозой ответил Гарри, хотя прекрасно понимал, что мог с тем же успехом пытаться запугать потолок. - Я ни черта не понимаю, - взгляд Кормака расфокусировался. - Чанг, прикидываясь испуганной овцой, приносит мне этот конверт и отвлекает меня в парадной комнате. Пленка, как мы уже выяснили, пропала. А ты в этот момент вламываешься в мой дом через дверь для прислуги… зачем? Гарри молчал. - Знаешь, что я думаю? – продолжил Маклагген, уперев подбородок в сложенные в замок руки, - Я думаю, вы не шантажировать явились. Вы пришли за пленкой, потому что для тебя, Поттер, главное на этих фотографиях – твоя бесценная Грейнджер. У вас у самих ни черта нет, кроме этого конверта, который вы любезно мне доставили. Она небось в панике мечется, пытаясь разнюхать откуда он взялся и замять эту историю. Гарри почувствовал, что Гермиона смотрит на него краем глаза. Он лихорадочно соображал, как выкрутиться из этой ситуации. - Если бы вы всерьез взялись за это, то явились бы с ордером. Грейнджер бы приперлась лично, она ведь дорожит своей драгоценной репутацией. Она небось трясется от мысли, что ее бездарь увидит ее фото с моим членом во рту, – Кормак злорадно ухмыльнулся, - поэтому отправила своего школьного дружка. Конечно, немного неловко просить об этом своего хахаля. - Гораздо интереснее будет твоему дядюшке посмотреть, как тебя трахают в задницу, Маклагген, - процедил Гарри сквозь зубы. Кормак изменился в лице. - Поговори мне тут, очкарик. Ты даже не представляешь, в каком вы дерьме. Он резко поднялся, отодвинув стул. - Таша, надо убедиться, что у этих голубков нет больше сюрпризов. Обойди особняк и сад, а я отправлю сову одному человеку, нужно кое-что проверить. Давай убедимся, что за домом не наблюдают, иначе кто-нибудь может сунуться их искать. А вы пока соберитесь с мыслями и приготовьтесь отвечать на вопросы. Я не буду раскачиваться, Поттер. Он подошел к Гермионе, наклонившись к ее лицу, та дерзко посмотрела ему прямо в глаза. - Выходит, слухи не врут… - тихо произнес Маклагген. - Ты шпилишь свою старую школьную подружку? Тут я тебя понимаю, ты посмотри на нее… такая задница бывает только у охотниц, я в этом знаю толк… Ты мог бы притащить с собой кого угодно, но взял именно ее. Видимо, она тебе дорога, раз ты ей так доверяешь… Так вот, Поттер, когда я вернусь, ты быстро расскажешь мне как все было и кто тебя сюда прислал. Или будешь смотреть как мы с Ташей ее трахаем. А потом может даже наведаемся домой к Грейнджер, посмотрим, что она скажет. Гермиона побелела. - Я министерский сотрудник… - начала она, но Кормак перебил ее хохотом. - Ну конечно ты министерский сотрудник! Думаешь, меня это когда-то останавливало? Думаешь, ты первая шишка в этих колодках? Там побывало немало девиц, многие из них были из вашей поганой конторы и не все горели желанием оказаться у меня в гостях. Однако все они уходили на работу как ни в чем не бывало на следующий день с воспоминаниями о чудесно проведенной ночи дома в кроватке. И ты уйдешь также, без малейшего понятия почему у тебя так болит одно место... А для тебя… - он повернулся к Гарри. - для тебя тоже что-нибудь придумаем. Таша мастер в этом деле. Ну и мы на всякий случай все это снимем… Вдруг пригодится? Гарри увидел, что Гермиону начало заметно трясти. - И я не понимаю, чего ты боишься, - пожал плечами Маклагген. - Я слышал, ты сама захаживаешь в «Исповедь». И говорили, даже, что посещаешь комнату с цепями. Так что для тебя Ташины ласки будут не впервой… С чего такой удивленный вид, Поттер? Для тебя новость, что Чанг – шлюха? Думаю вряд ли. Бьюсь об заклад именно это тебе в ней и нравится. Кормак направился к выходу из комнаты, поманив за собой Ташу. Та посмотрела на пленников с сомнением: - Может мне остаться их сторожить? - неуверенно спросила она. Маклагген махнул рукой, поморщившись: - Никуда они не денутся. Стулья зачарованы склеивающим заклятием, их палочки у меня, а ты вряд ли разучилась завязывать узлы. Только не забудь их заткнуть. Таша грубо запихнула тяжелый шарик в рот Гермионе, закрепила ремешок на затылке и проделала то же самое с Гарри. Кормак наблюдал с мрачным удовлетворением. Он вышел из комнаты первым, ассассин обернулась у дверей и послала им воздушный поцелуй. -Мфффф, Мфф-фф-, Мффф – промычала Гермиона, запрокинув голову, что Гарри трактовал как «Блять, Гарри! Блять!». Она неистово задергалась на стуле, пытаясь хоть чуть-чуть ослабить путы, но веревки не поддавались - Таша свое дело знала. Гарри понимал, что времени на то, чтобы выпутаться из этой ситуации, у них практически не было. Он попытался расслабиться, абстрагироваться, чтобы найти выход, но в голове было пусто. Выходов он не видел. Рядом с ним замерла Гермиона, уставившись остекленевшими глазами в потолок и, судя по всему, сдавшись.

****

Кормак был в смятении. Связанные в спальне главная знаменитость страны и его бывшая (а судя по всему, не такая уж и бывшая) подружка его не беспокоили – Таша работала с чарами памяти идеально. Гораздо больше беспокоили пропажа пленки и таинственный конверт. «Если он попадет не в те руки в прессе или Министерстве… мне конец. Дядя сотрет меня в порошок, а может и вовсе отправит в Азкабан, уж его-то подстилки в Визенгамоте постараются… А отец с матерью скорее замучают сами себя Круциатусом, нежели рискнут перейти ему дорогу…» - думал Кормак, разворачивая полученный из Министерства ответ. «У себя в кабинете» - больше на маленьком куске пергамента ничего не было. «Значит, сидит у себя, - Кормак буквально чувствовал, как у него начинает пухнуть голова. - Небось ждет результатов. Вот же сучка… А что если… что, если…» Он встал как вкопанный. «Нет, не складывается… Зачем Грейнджер шантажировать меня, засветившись самой? Что она скажет прессе? Мы с Маклаггеном трахались, вот доказательства? Тут все сложнее. Кто-то выследил нас от «Исповеди», вот только кого он хочет шантажировать? И куда, черт побери, могла деться пленка?» Перед глазами снова возникли картинки вчерашней ночи. Он почувствовал возбуждение и кровожадно ухмыльнулся, представив себе Чжоу в колодках. «Ох уж я на тебе отыграюсь, - злорадно думал Кормак. - Все мне расскажешь. А Поттер будет смотреть». От этой мысли его приподняло еще сильнее. Похлопав себя по карману, где болтались отобранные у пленников палочки, Маклагген поднялся на второй этаж. Перед входом в спальню, словно застывшая статуя, поджидала его Таша. - Все чисто, мастер Кормак… ахххх… - она шумно выдохнула, едва толстые пальцы хозяина вошли в нее сквозь специальную прорезь в доспехе. Маклагген прижал ее к дверям, свободной рукой откидывая халат. - Готова поиграться? - прошептал он ей на ухо, медленно работая кистью вниз-вверх. - Штраф за вчера. Таша только кивнула, потянулась к нему рукой. - А-а-а, - Кормак запахнул халат. - Сначала дела, потом развлечения. Он сунул блестевшие от влаги пальцы ей в рот. Служанка обсасывала их несколько секунд, глядя ему в глаза, затем, причмокнув, развернулась и движением палочки распахнула запертые двери.

****

Гермионе вытащили кляп первой: Кормак встал напротив вызывающе близко, Таша обошла пленницу и оттянула ей голову за волосы назад. Гарри дышал тихо, размеренно, все так же безуспешно пытаясь придумать некий хитрый план, но единственное, что приходило ему в голову – каким-то волшебным образом заболтать Маклаггена. В реалистичности данного варианта он сильно сомневался. Гермиона упрямо пыталась отвернуться, пока Таша не схватила ее за челюсть, зафиксировав голову. Кормак, играясь с поясом, пододвинулся еще чуть ближе: - Ну, Чанг, у тебя есть одна попытка, чтобы убедить меня. Потом послушаем, чем торгует очкарик. Гермиона медленно оторвала безучастный взгляд от стены и вперила его в Маклаггена: - Попроси ее ослабить хватку, - ее голос был неожиданно тверд. – Я не могу отвечать на вопросы, пока с меня пытаются снять скальп. Маклагген, слегка заинтригованный новыми стальными нотками в ее тоне, коротко кивнул Таше - та помедлила секунду и убрала руки. Он смотрел на Гермиону сверху вниз, все так же лениво играясь с поясом. - Ты был прав относительно только одного: Грейнджер приперлась бы лично! – последнюю фразу Гермиона произнесла, издевательски имитируя Кормака. В ее глазах не было ни страха, ни сомнений, только презрение. - Ты блефуешь, - ухмыльнулся Маклагген, ощущая, однако, легкое беспокойство. Он перевел взгляд на Ташу. - Мы все проверили. Вы тут одни. Не нужно рассказывать сказки про неожиданное подкрепление или ваши поиски спустя сколько-то часов… - Нет, же, кретин, - от испуганных интонаций младшей Чанг не осталось и следа. - Она уже здесь. Прямо перед тобой. - Что за бредни … - Мы использовали Оборотное Зелье, - зло перебила его Гермиона, а затем, внезапно понизив голос после короткой паузы, опустила голову и продолжила с досадой. - Я не хотела поднимать суету, не только ты дорожишь своей поганой репутацией. Я хотела самостоятельно в этом разобраться. Посмотреть тебе в глаза лично, - на слове «глаза» она медленно подняла взгляд. Ее грудь под защитным доспехом тяжело поднималась и опускалась, едва прикрытая разорванной рубашкой. – Зачем было снимать нас на фотоаппарат и отправлять это кому-то? Мы ведь договорились держать все в тайне! Кормак недоверчиво посмотрел на Ташу, та коротко фыркнула, затем помотал головой и рассмеялся: - Отличная попытка! Я даже на секунду поверил, но только на секунду. - Не веришь мне? – голос Гермионы был спокоен, она как будто расслабилась. – Спроси ее, – кивок головой, – спроси ее как она вычислила скрытую палочку у меня под юбкой. Таша, казалось, не ожидала такого поворота: - Неуклюже переносишь вес тела, - пренебрежительно отмахнулась она, - Левая нога не слушает правую. Боишься уронить чулок. - А как ты думаешь, почему? – Гермиона вывернула шею, пытаясь поймать ее взгляд, - Может потому, что на мне неправильно подогнанный доспех? – она вновь развернулась к Кормаку, - Привыкание к новому телу не проходит бесследно. Мозг путается из-за порой сильных отличий сенсорного восприятия в новом теле, особенно если была ощутимая разница в весе, росте и размерах, поэтому в первые часы после обращения движения употребившего зелья столь неуклюжи. Я сдуру решила использовать Чанг, она получила конверт, ее визит к тебе напрашивался. И теперь жалею. Плохая была идея. Маклагген застыл, все еще держа в руках обвисший ремень, слегка приоткрыв рот. В нем как будто шла мучительная борьба. Затем, словно собрав волю в кулак, он поморщился: - Таша, заткни ее… - он полез в карман за палочкой. - Подожди! – выпалила Гермиона. - Вечеринка у Слагхорна! Ты был на седьмом курсе... Я сбежала от тебя под омелой… Мы целовались, и ты сунул мне руку в трусы, помнишь такое?! Теперь и Гарри, и Таша уставились на нее. Маклагген сделал шаг назад, как будто по-настоящему разглядел ее впервые, служанка неуверенно переводила взгляд с хозяина на пленницу. - Помнишь такое? –с придыханием повторила Гермиона. - Ты ведь никому об этом не рассказывал… но не раз представлял продолжение… Иначе как объяснить то, что мы вчера здесь вытворяли? - Мастер Кормак… - протестующе начала Таша, но тот рассержено поднял руку. Гермиона молчала, все так же тяжело дыша. Она боялась слишком сильно пришпорить развитие событий. - Грейнджер… - слегка хриплым голосом пробормотал МакЛагген. Первый заместитель кивнула: - Мне не следовало скрывать от тебя свой визит, - Гермиона виновато опустила взгляд, расправив плечи и стараясь, чтобы ее грудь все так же ритмично двигалась, - Не следовало действовать так опрометчиво и недооценивать твою сообразительность… Я могла просто прийти и поговорить с тобой начистоту. Но я слышала о тебе исключительно дрянные истории, и сразу подумала, что сегодняшний конверт – твоих рук дело. Эти снимки ударят по мне так же больно, как и по тебе. Развяжи меня… Я без палочки. У меня болит лицо, и я чувствую, как заканчивается действие зелья. Если я вернусь в свое тело, меня порежут веревки, я крупнее Чжоу… - она снова подняла голову. - Обсудим эту проблему вдвоем. Если хочешь, запри Поттера или сразу сотри ему память. Лучше второе. Ума не приложу зачем я вообще взяла его с собой. - Таша, - медленно, словно во сне, Маклагген отошел на несколько шагов. - Развяжи Грейнджер. Запри Поттера у себя и не своди с него глаз… - Мастер! - в голосе ассасина была плохо сдерживаемая ярость. - Мастер – идиот, слишком много себе позволяет. Его дурят как ребенка, я чую ее запах, она лжет… - Развяжи ее, Таша! – рявкнул Кормак, но служанка вдруг двинулась в его сторону, резко направив на хозяина палочку. - Наказать, доложить мастеру Тебериусу, - прошипела она. - Пусть мастер Тебериус решает, что делать с пленниками. Ее движение было неуловимым, но прежде, чем Таша завершила пасс, красный луч оглушающего проклятия поразил ее прямо между грудей. Она рухнула на пол с удивленным выражением на лице и тяжелым «думс!». Маклагген, хмурясь, неловко достал из кармана сразу несколько палочек, которые непроизвольно сжимал в руке все это время. - Дура, - буркнул он. - Слишком много себя позволяет. Гермиона испуганно вытаращила глаза. - С ней все будет в порядке, Кормак? Он не ответил, но молча ткнул в пленницу и произнес: «Релашио!». Гарри, про которого казалось все забыли, стараясь не дышать, смотрел как Гермиона с облегчением растирает щиколотки, скинув веревки. Всего, что произошло за несколько последних минут, хватило бы, чтобы прилечь с удивленным лицом рядом с Ташей и потерять сознание. Первый Заместитель встала, откинула назад волосы и поправила разорванную рубашку. - Нам надо хорошенько все обдумать, - она сделала шаг вперед, - Нужно найти того, кто отправил в Министерство эти фотографии. Кормак, который все так же хмурил лоб, нацелил сжатые в кулаке палочки в ее сторону. Его глаза застыли на груди Чжоу Чанг, перетянутой ремешками доспехов. Она все так же ритмично поднималась и опускалась. - Мы должны найти их, чтобы вчерашняя встреча не стала последней, - Гермиона сделала еще шаг вперед и перешла на полушепот. - Нельзя, чтобы кто-то узнал. - Нельзя, чтобы кто-то узнал, - загипнотизировано повторил Маклагген. - Потому что мне понравилось, - Гермиона сделала третий шаг, палочки уперлись в сочленение ремешков, врезавшееся в ложбинку на теле Чжоу Чанг. – Я хочу еще. Ее рука опустилась вниз к бугру, который уже какое-то время выпирал из-под пол халата Кормака. Гарри, не выдержав нахлынувшего омерзения, отвернулся. Маклагген опустил голову. В ту же секунду Гермиона резким движением предплечья выбила направленные в нее палочки и одновременно изо всех сил всадила Кормаку коленом между ног. С ревом, достойным пещерного тролля, некогда подающий большие надежды проспект «Уимбурнских Ос» сложился пополам и рухнул на пол. Гермиона торопясь подобрала с пола разбросанные палочки, одна из которых оказалась ее основной рабочей. - Мбамибо, - промычал Гарри, сорвав с себя веревки и безуспешно пытаясь расстегнуть ремешок кляпа на затылке. Гермиона ощутимо нервничала, накладывая Релашио: ребра и плечи Главы Мракоборцев на короткий миг сдавил невидимый стальной обруч, вышибив дух. - Твою мать, Гарри, я же с самого начала говорила, - Гермиона быстро обшаривала карманы все еще корчившегося у ее ног Маклаггена, - Дурацкий план! ДУРАЦКИЙ ПЛАН!!! - Мы пока справляемся, - Гарри откинул в сторону наконец-то поверженный кляп, - благодаря тебе. Он обошел лежащую на полу ведьму и отшвырнул ногой валявшуюся рядом с ней палочку, перевернул Ташу на живот и избавился от оружия-близнеца. - Кто она, черт побери? Поразительная скорость. Даже не столько в умении накладывать заклинания, сколько в движении… Я просто не смог в нее попасть. - Сейчас не время, Гарри! - к Гермионе вернулись истеричные нотки. - Что будем делать?! Как всегда ее паника успокоила Главу Мракоборцев. Он подошел к Маклаггену, который, стоя на четвереньках и тихо скуля, пытался подняться, уперся ногой ему в плечо и отшвырнул назад на пол. Гермиона охнула и трясущимися руками вернула Гарри остролист и перо феникса. - Спасибо, - Гарри наложил чары сна на обездвиженную Ташу и прицелился в Кормака. -Ты там как, Маклагген? - Твари… - сдавленно прохрипел тот в ответ. - Вы даже не представляете… - Да-да, - скучающим голосом оборвал его Гарри, - Не представляем. Кормак попытался сесть, но уткнулся носом в направленную в него палочку. - С кем ты вчера был, Маклагген? - Что… Вы что, издеваетесь?!! Ты же все слышал, тупой ты очкарик!!! Гарри и Гермиона переглянулись. - Где пленка? - Да пошел ты! - Где пленка, Маклагген? Вместо ответа он получил смачный плевок в лицо. Вздохнув, Глава Мракоборцев обернулся: - Твоя очередь. Кормак обмяк на полу под чарами сна. Гарри отряхнул одежду, спрятал запасную палочку под мантию и осмотрелся. Гермиона далеко превосходила его в чтении мыслей и чарах памяти, значит, ему выпала уборка. - Легеллименс, - раздался ее тихий шепот за спиной. Гарри начал обход комнаты. Он починил разбитый графин, вернул на место кровать, подобрал и спрятал брошенную в пылу битвы мантию, отреставрировал порез на картине и вернул ее на место, расправил съехавший после борьбы с Ташей ковер, расставил стулья, избавился от веревок и придирчиво осмотрел все стены по периметру на предмет вмятин: скучное и кропотливое занятие. Когда с уборкой было покончено, Гермиона все еще стояла с полуприкрытыми глазами не двигаясь. Гарри пошел по второму кругу. - Не забудь про первый этаж, - ее голос прозвучал устало. - Убери стол и следы гостей. Глава Мракоборцев кивнул и указал на Ташу: - С ней тоже поработай. Когда он вернулся, Первый Заместитель левитировала тело смертоносной служанки на кровать, где уже сладко дремал Маклагген. Гермиона уложила Ташу рядом и зачем-то накрыла спящих одеялом. Гарри хмыкнул. - Может еще чаю им заваришь? Гермиона не ответила. Она обхватила себя руками и о чем-то крепко задумалась. - У нас все есть? – неуверенно спросил Гарри. Гермиона помотала головой, словно отгоняя москитов: - Гарри, я как будто посмотрела несколько часов самой ублюдочной порнографии… Не смотри на меня так! Пожалуйста, давай уже уберемся отсюда? Обсудим все в машине. Ясно одно: Кормак тут такой же идиот в неведении, как и я. Он кивнул. - Следуй за мной! Покажу тебе какой у них замечательный сад… Кстати, чем это от тебя так пахнет?

****

Они добежали до машины почти не оглядываясь. Мистер Ройс с трудом скрыл облегчение, открывая двери – Гарри казалось, что они отсутствовали как минимум полдня. К чести водителя, он не повел и бровью, заметив разорванную одежду на младшей Чанг. - Хм, прошло чуть меньше двух часов. Чжоу еще успевает на работу, - хмыкнул Гарри, бухаясь на заднее сиденье. Гермиона, усевшаяся напротив не ответила: она с ожесточением копалась в сумочке. Заурчал двигатель, машина тронулась. Первый Заместитель, наконец откопав затерявшееся среди арсенала предметов на любой случай в бездонном клатче зеркальце, придирчиво рассматривала разбитую скулу. Вдруг осознав, что она все также продолжает демонстрировать грудь Чжоу, Гермиона покраснела, исправила досадную оплошность палочкой и подлечила лицо. - Ну? – Гарри чуть подался вперед. – Рассказывай. Вместо ответа Гермиона пересела к нему и несколько раз изо всех сил заехала по плечу. - Спокойствие, - Гарри невозмутимо перехватил ее руку, — Это было неприятно, но не смертельно. - Я ведь говорила, что план хреновый! Великий Мерлин, да как я вообще на это согласилась?! Чертово похмелье… «Зайдем и выйдем, усыпим и прочитаем мысли», - она передразнила Гарри, - Почему ты решил устроить побоище, когда должен был подкрасться под мантией к Кормаку?! - Я сплоховал, - удрученно буркнул Гарри, - неправильно оценил обстановку. Я увидел старую бабку в комнате Маклаггена, решил, что она глуховата… — Это были чары Иллюзии. На Востоке очень популярен данный раздел магии. Мы, конечно, два идиота, предположили, что Кормак может быть не один, но не могли себе и представить, что его будет нянчить охрана, тем более ассасин Школы Желтого Императора. - Школы… чего? Гермиона закатила глаза: - Ты должен знать о таких вещах, Гарри. Это закрытый клан, который готовит боевых магов, убивающих за деньги. Служить и убивать в нем учат с малых лет. Они запрещены во многих странах мира, включая нашу. Иметь такую служанку стоило как… я даже не уверена, сколько это в золоте. - Ладно, проехали. Что ты прочитала в голове Кормака? Она вздохнула: - Ничего особенного. Над ним поработали, поработали хорошо. Я как будто пробиралась сквозь помехи, воспоминания сильно искажены. Он уверен, что встретился с Гермионой Грейнджер в заведении, которое называется «Исповедь», и она согласилась поехать к нему домой. Но трудно определить, было ли это вчера или в другой день, тот, кто накладывал чары, отлично постарался. Нужны Невыразимцы… ну или несколько часов времени со свежей головой, а это точно не про нас в данный момент. - Хм… - Гарри задумался, - да, он упоминал «Исповедь» вслух, пока мы были связаны. - Ты знаешь, что это за место? - Я только о нем слышал, - уклончиво ответил Гарри, - думаю лучше обсудить это с Чжоу… э-э-э-э-м, помнишь, она говорила, что знакома с публикой, в которой вращается Маклагген? Гермиона кивнула, и продолжила с отвращением: - Он пытался быть грубым, но самозванка, судя по всему, дала ему небывалый отпор, и тогда он просто покорился, как пес… Наблюдать за этим… Черт, меня сейчас стошнит… Она открыла окошко, запуская в машину холодный воздух. - А Таша? - Таша зарядила пленку и сторожила комнату. Она выходила, чтобы проверить Маклаггена, потому что тот вырубился. Провожала самозванку. В ее воспоминаниях она все время чувствовала подозрения, как будто та плохо пахла. Так это выглядело в ее голове. - Черт! Выходит, в доме был кто-то еще? Если пленка пропала, значит, ее стащили, когда Таша покидала комнату… - Выходит, что так. - Ну дела… Может пора свистать всех наверх? — Вот за это ты сейчас получишь еще раз! - За что? - Твой дурацкий план лишил нас возможности «свистать всех наверх», раньше нужно было об этом думать. - Но… - «Плод ядовитого дерева», Гарри! Незаконно добытые доказательства! На каком основании открывать дело? Мы без ордера вломились в чужой дом, причинили легкие телесные и стерли пострадавшим память! - Пострадавшим… Эту мразь… - Не имеет значения, Гарри! До визита к Кормаку, ты ничего о нем не знал. И никогда бы не узнал! Меня, например, гораздо больше беспокоят его откровения… Он заманивает к себе домой дурочек и насилует их! Но я не знаю, что теперь с этим делать… Гарри задумался. - Ты хорошо обработала память Кормака и Таши? - Да, - Гермиона закрыла окно. - Я ничего не стирала. Я подменила воспоминания сегодняшнего дня какими-то извращениями, которые они вытворяли в предыдущие дни. Без швов и искажений. - А воспоминания о вечере с самозванкой? - Ничего не трогала. - Хм. Они хватятся пленки… - Пусть, сделать они с этим все равно ничего не смогут. А если начнут искать, - смогут нам помочь, сами того не ведая. Надо бы не терять Маклаггена из виду. - Хорошо. Давай сделаем так: соберемся с Чжоу, обсудим «Исповедь». Если там бывала Первый Заместитель или тот, кто себя за нее выдает, мы об этом узнаем. Дернем за эту ниточку, если она никуда не приведет, то берем конверт и идем к Артуру. Заводим дело. - А если при допросе Кормака… - Мы подключим проверенных людей, - отмахнулся Гарри, - тем более никто не будет внимательно копать извращения в голове этого подонка. Нам будет достаточно наличия фотоаппарата в его доме для заключения Кормака под стражу. А там уже опытные Легеллименты, а еще лучше - ты, займутся восстановлением его настоящих воспоминаний. - Так ты себе представлял работу в Отделе Обеспечения Магического Правопорядка? – прошептала Гермиона. - Гермиона, я, может быть, с годами стал не самым порядочным Мракоборцем, да и как человек подпортился (она удивленно подняла вверх брови), но и такие нужны, чтобы держать Маклаггенов на привязи. Хочешь действовать в отношении этой мрази по букве закона? Давай, он выйдет на свободу в тот же вечер. Она вздохнула: - Может ты и прав… Попробуем добить историю с «Исповедью», а потом пойдем к Артуру. Не нравится мне это, очень не нравится. Проглядывается отличное планирование. Кто-то смог найти способ украсть мои волосы, ума не приложу, если это было что-то другое. Обдурить опасного ассасина, похитить пленку. Как будто этот кто-то просто делает все чужими руками, оставаясь вне картины. И у нас нет ни малейшего понятия кто это, потому что сама идея очень странная… - Что ты имеешь ввиду? - Гарри, вчера вечером я разговаривала с Кейси Мэннингом. Он в своем стиле прошелся по всем, но недвусмысленно дал понять, что в среде лоббистов Визенгамота у меня есть враги. - То же мне новости… - Не в этом дело. Если это шантаж или целью является компрометация моего публичного имиджа… слишком абсурдно для моих невидимых «врагов». Слишком сложно. Я бы сказала, нелогично. Как будто… как будто… «Как будто за этим стоит женщина», - подумала она про себя, но отогнала эту мысль. - Мы не видим всей картины целиком, - вслух закончила Гермиона. - Может Кормак был прав и бьют по Маклаггенам? - Он такое говорил? - Говорил, но… Одни вопросы. - Кстати, о вопросах. Как… как тебе пришло в голову убедить Кормака, что Чжоу – это ты? – в глазах Гарри промелькнуло неподдельное восхищение. – Ты говорила так уверенно, что даже я поверил. Гермиона шмыгнула носом: - Идея пришла мне в голову в последний момент, когда я стояла на крыльце перед особняком. Помнишь дело Руперта Чепмэна? - Рэкет в Дербешире? Низкопрофильный бывший Пожиратель, как же не помню… - Ты тогда придумал сумасшедший план как взять его логово без единого взмаха … Гарри ухмыльнулся, кивая: - Да, информатор слил слабость Чепмена к дорогим винам. Мы решили его отравить, но на руках ничего особенно не было, и мы наспех скупили в «Волшебных Вредилках» все любовные зелья. Когда Руперт просто открыл тебе дверь и положил палочку к твоим ногам, я чуть не умер от смеха… - Я обильно надушилась Амортецией перед входом, решила чуть увеличить шансы на сговорчивость Маклаггена. Кормак, из того, что я успела понять, действительно неравнодушен к Гермионе Грейнджер, если так можно охарактеризовать его извращенное помешательство. Мне нужно было, чтобы он подышал им хотя бы минут пять, оно очень летучее… Но я не учла, что перед ним – Чжоу. Зелье действовало, а объекта вожделения перед глазами не было… Мне нужно было убедить его, что я – это я, тогда он повиновался, но нехотя. Мы были на волоске, Гарри… - Ты мозг, Гермиона! - Гарри рассмеялся. – Выходит, мне сейчас нужно дышать через головной пузырь? У меня такое ощущение, что я влюбился! Она резко покраснела и неловко перевела тему: - Почти приехали! За окном показалась заброшенная телефонная будка гостевого входа. Провожая ее глазами, Гермиона с тоской подумала, что вчерашний вечер был на удивление беспечным, а ее домашние проблемы не шли ни в какое сравнение с тем безумием, в которое она оказалась втянута. Машина проехала сквозь обшарпанную стену и замедлила ход, спускаясь по вьющемуся тоннелю в гаражи. Первый Заместитель нахмурила лоб, обернулась, провожая глазами сомкнувшуюся поверхность, будто должна была на что-то обратить внимание, но забыла на что. Возможно, это был отголосок внезапного озарения, но она не смогла за него зацепиться.