Глава 6. "Исповедь". Часть первая.

Стоя на коленях, со связанными за спиной руками, повязкой на глазах и кляпом во рту, стараясь не думать о том, что ей, пожалуй, никогда не было так страшно и волнительно одновременно, Лиззи Грант прислушивалась к частому дыханию лучшей подруги рядом. Конечно, чего еще можно было ожидать от внезапных предложений Роуз Муллиган «прилично заработать», как не любителей погрубее? Забавно, что Роуз всегда тряслась и дрожала, но подобные приключения случались исключительно благодаря ее знакомствам и инициативе. Часы, тикавшие над красивым старинным камином в спальной Посольских апартаментов «Дырявого котла» (последнее, что видела Лиззи перед тем, как на нее одели повязку), только добавляли нервозности и раззадоривали воображение. Чтобы немного отвлечься от пугающих фантазий о предстоящем часе, Лиззи размышляла, как же так получилось, что образцовая отличница и гордость факультета Когтевран выпуска четырехлетней давности, за мешок галеонов согласилась, в соответствии с подписанным ей ранее контрактом, «отдать свое тело в полное владение клиенту (далее – «Господин») на срок один час». Возможно, дело было в биче факультета «самых умных» - любознательности, которая с возрастными изменениями непременно приводила к «экспериментам» в спальнях общежития. Гриффиндоцы, например, были темпераментными, порой даже неистовыми, но чересчур наивными: все у них вращалось вокруг рыцарства, свиданий под луной, верности и моногамии. «Драчливые зануды» - так их называли, смеясь, студенты Когтеврана (ходили, правда, самые невероятные слухи про главную знаменитость страны, но Лиззи не особо им доверяла). Слизеринцы создавали много шума, с апломбом рассказывая про оргии в подземельях, плетки, наручники и прочие взрослые штуки, но на деле оказывались еще большими недотрогами, чем Гриффиндорцы. Пуффендуйцы были чем-то вроде ящика Пандоры, их можно было идеально описать словами про тихий омут и чертей: никогда не угадаешь, что из головы Пуффендуйца вынырнет. А вот Когтевранцы, привыкшие в свойственной им манере доходить в своих поисках до конца невзирая на догмы, запреты и мораль, по праву стяжали славу главных развратников Хогвартса. Любимым мифом каждого «молодого ворона» была версия истории Школы, согласно которой Салазар покинул Хогвартс не из-за расхождения во взглядах на предмет чистоты крови с Годриком, а из-за Кондиды, которая никак не могла выбрать между Львом и Змеем, и в итоге предложила решить вопрос раз и навсегда, затащив в постель обоих. Конечно, вороны первыми узнавали, что скрывает за собой сухое упоминание Вальпургиевой ночи в Министерских учебниках. До того, как Выручай-Комната была уничтожена в Битве за Хогвартс, они всегда находили весьма оригинальный способ проверить что же за колдовство без палочек рождалось в результате разнузданного соития волшебников. Лиззи те славные времена не застала, а в текущих реалиях провернуть что-то подобное под носом у Макгонагалл не представлялось возможным. Но комнаты для старост, пустые кабинеты, спальные в конце концов, черное пламя не тронуло, разве что разгуляться эти помещения не позволяли. Именно в ванной для старост у Лиззи и Роуз случился первый раз. Когда они досконально изучили маршруты и повадки Филча, эксперименты стали смелее. Они делили парней, девушек, и к окончанию школы умудрились устроить небывалую вечеринку чуть ли не всем курсом, - тогда их почти застукали. Роуз, хоть и была покорной и робкой, не уставала удивлять Лиззи своими фантазиями. На седьмом году обучения она даже предложила безумный план, финалом которого должен был стать профессор Лонгботтом и «внезапно пойманные за непристойным занятием ученицы», но Невилл оказался крепким орешком: пригрозил им отчислением на самом интересном месте, поднял с колен, заставил одеться и отправил восвояси. Окончив школу, Лиззи столкнулась с неприятной реальностью жизни в мире за стенами Хогвартса: ее «Превосходно» по всем предметам на ЖАБА открывали не так много возможностей, как утверждалось в Министерских брошюрах. Наверху, как вскоре осознала юная Лиззи, все давным-давно было занято, поделено и распределено. Начинать собственное дело оказалось задачей сродни «пойди-туда-не-знаю-куда»: для выдачи ссуды Гринготтс требовал подтверждения наличия стартового капитала, а взять его было решительно неоткуда. Нужны были либо связи, либо богатые родственники, а у Лиззи, как и у Роуз, и еще сотни других вчерашних выпускников, не было ни того, ни другого. Поэтому, скрепя сердце, Лиззи подалась туда, где места всегда были – на дно бюрократической машины Министерства. Роуз, которая еще со школы увлекалась живописью, смогла найти себе местечко иллюстратором во «Флориш и Блоттс», среди сотрудников которого вращалось немало самых странных личностей. В Отделе Обеспечения Магического Правопорядка все было прекрасно, за исключением Гермионы Грейнджер. Первый Заместитель была дотошна, строга и порой даже высокомерна с подчиненными женского пола. Иногда, заслышав стук ее каблуков, Лиззи замечала, как некоторые непроизвольно выпрямляют спины и начинают разговаривать шепотом. «Ну она строгая, но справедливая», - говорили коллеги. Лиззи же сухость и придирчивость мисс Грейнджер давно записала в «следствие отсутствия нормальной половой жизни» и перестала обращать на нее внимание. Однако, когда Роуз предложила ей «неплохой заработок» в канун Старого Праздника, Лиззи пришлось столкнуться с Первым Заместителем впервые за год работы тет-а-тет: «Хочешь уйти пораньше во вторник?» – Гермиона Грейнджер оторвала взгляд от увесистой папки за столом. – «Лиззи Грант, если мне не изменяет память?» Ее всегда поражало, что Первый Заместитель знает всех по имени, в отличие от своего знаменитого друга, который не всегда мог найти дорогу в свой кабинет, и, кажется, не помнил ни лиц, ни фамилий. Не краснея соврав про «личные обстоятельства», Лиззи успешно отпросилась, но, покидая кабинет, чувствовала затылком, что провести мисс Грейнджер ей не удалось. «Как можно быть такой красивой и такой сукой? Как будто оправдываться за что-то приходила…» - сердито думала про себя Лиззи. Вместо Благотворительного бала она решила посвятить вечер приведению себя в самый лучший вид – клиенты, которых время от времени подыскивала Роуз, всегда были самыми требовательными. Однако, ничто не могло подготовить ее к сегодняшнему утру. Когда они прибыли в «Дырявый Котел» и забрали в соответствие с запиской от «чрезвычайно важной персоны» ключи на стойке размещения, Лиззи сначала поразило то, что ради часа забав были выкуплены целые Посольские апартаменты. Но гораздо большее впечатление произвела эффектная дама, которая поджидала их внутри, вальяжно развалившись в огромном кресле у окна. - Рада, что вы не заблудились, - усмехнулась незнакомка. С лихо зачесанными на затылок волосами неестественно белого цвета, надменным лицом, глазами-льдинками и бледной кожей, она напомнила Лиззи снежную колдунью из одной забытой магловской сказки. - Вас что, не учили здороваться? – дама резко встала и закрыла за ними дверь. – Не стоит прирастать к полу, марш в спальню! Они молча повиновались, робко переглянувшись между собой. Незнакомка представилась Эрикой, не церемонясь приказала им раздеться, обошла, придирчиво рассматривая, затем выложила из элегантного саквояжа набор предельно нескромного белья, моток веревки, розги, плетки, игрушки из черной резины, повязки и пару кляпов. - Нечего пожирать меня взглядом. - Эрика кивнула на разложенные на кровати вещи. – Веревки не кусаются, кусается ваш Господин на следующий час. Оставьте ваши закорючки на этом контракте и давайте обе в душ, приведем вас в порядок. «Она нас готовит для кого-то… - испуганно и в то же время восхищенно думала Лиззи, пока Роуз натирала ей спину. - Жаль… Такая красивая… И холодная!» Эрика одела их лично, удивив чуткими и нежными руками, которые никак не сочетались с ее резкой манерой разговаривать. Обошла еще раз, неожиданно звонко шлепнув Роуз по заднице: - Очень хорошо! Особенно веснушки… – Роуз охнула, Эрика сложила руки на груди, задумчиво подперев острый подбородок пальцем и нахмурив брови. – Ты! – она перевела взгляд на Лиззи. – Имя? - Меня зовут Лиззи… - Неважно. Теперь тебя зовут Членососка. Она испуганно кивнула, чувствуя нарастающее возбуждение. - Опустись на колени и высуни язык. Лиззи повиновалась. - Смотри мне в глаза! – Эрика сверлила ее взглядом с полминуты, Лиззи старалась не моргать. - Умница. Мне нравятся твоя комплекция. Красивые губки, не думай, что я пыталась тебя просто так обидеть твоим новым прозвищем, воспринимай его как комплимент. Немного тощая как по мне, но очевидно гибкая. Можешь встать. Теперь я расскажу вам о правилах… Она взяла в руки моток веревки. - Правило номер один: называйте его «мой Лорд». Виток за витком, и вот уже руки Лиззи связаны за спиной. - Правило номер два: в течение следующего часа ваши тела принадлежат только ему. Он будет делать все, что захочет, как захочет, и куда захочет. Виток, виток, еще виток, узел – и вот уже связана Роуз Муллиган. - Больше у меня для вас правил нет, цыпочки. – глаза Эрики сверкнули. - Сейчас я надену на вас повязки и заткну ваши жаждущие ротики. Могу лишь сказать, что вам не придется изображать удовольствие: ваш Господин молод, красив и искушен в плотских удовольствиях. Если честно, я даже немного… завидую. Уходя, она хлопнула дверью.

****

Когда старинные часы закончили отбивать четыре, раздался звук открываемой в гостиной двери. Лиззи замерла, ее дыхание участилось, рядом немного нервно засопела Роуз. Кем бы Господин не был, он шагал мягко, еле слышно. Хрустнул замок, скрипнули петли, в спальной повеяло эвкалиптом и чем-то морским. Роуз, наверное, представляла себе сильные руки Главы Мракоборцев, которые должны были вот-вот сомкнуться на ее шее - такой была ее давняя фантазия. Лиззи ее вкусов не разделяла: Гарри Поттер с его вечно хмурым скучающим лицом казался ей небожителем и зазнайкой. Лиззи же в самых потаенных, можно сказать ребяческих мечтах видела высокого светловолосого аристократа, изредка мелькавшего на страницах «Мантикоры». Длинные тонкие пальцы, острый подбородок, бледная кожа… «Эрика была чем-то на него похожа» - вдруг подумала Лиззи, вздрогнув от внезапного прикосновения невидимого Господина. С нее стащили повязку. Роуз, выворачивая шею и немного жмурясь, пыталась разглядеть стоящего за их спинами мужчину. Мягкие шаги, глаза Роуз расширились, Лиззи медленно подняла голову. «Нет, этого не может быть…» Объект ее ребяческих фантазий – наследник Древнейшего и Благороднейшего дома Малфоев -Драко Люциус Малфой – возвышался над ними недоуменно ухмыляясь и сложив на груди руки. - Та-а-а-а-к, - протянул «Господин» приятным баритоном, - кажется, я должен вас отыметь. Но тут скорее поимели меня. Запрокинув голову, он тихонько и будто с горечью рассмеялся, и, отвернувшись, ткнул в связанных подруг палочкой: веревки с тихим шелестом упали на ковер, с щелчком расстегнулись ремешки кляпов. Драко опустился в кресло, заложил ногу на ногу и задумчиво уставился на них. Лиззи ожидала чего угодно, но только не такого поворота. Роуз, не понимая, чего от нее ожидают, стояла все также держа руки за спиной, хотя в этом не было никакой необходимости. Драко, покачивая носком, указал на роскошную кровать. Подруги неуверенно присели на краешек, Роуз почему-то покраснела. «Господин» молчал, часы тикали, а Лиззи все меньше понимала какого черта тут происходит. - Мой Лорд… - робко начала она, но Драко прервал ее движением руки, поморщившись. - Нет необходимости так ко мне обращаться! - он выглядел немного раздраженным. – Как тебя зовут? - Членососка! - с готовностью ответила Лиззи, Роуз робко хихикнула. Малфой покачал головой и снова погрузился в молчание. - Мой Лорд… э-э-э-э-м, мистер Малфой… Драко! Вы ведь Драко? – запинаясь продолжила Лиззи, решив во что бы то ни стало разобраться почему их еще не трахают, а развлекают беседой. – Я… мы не совсем понимаем, в чем дело. Вы хотели бы… начать по-другому? - Начать? – Драко хмыкнул. – Нет, все гораздо проще. Я ожидал увидеть здесь некую даму, но нашел лишь вас двоих. Ее час, между прочим, стоит гораздо больше месячной зарплаты мелкого Министерского сотрудника (тут Лиззи почувствовала себя уязвленной), и, готов поспорить, именно ее золото вы должны поделить между собой. Я, как бы выразиться помягче … немного раздосадован. - Она… она вас обманула? - Нет. – он грустно улыбнулся. – Я плачу ей не за свидания, а за частные уроки. Судя по всему, сегодняшний предполагает проверку моего умения не по-джентельменски оттрахать двух девчонок до полуобморочного состояния за отведенное время, но такие занятия мне давно наскучили. Подруги переглянулись, Лиззи была возмущена до глубины души. - Так… и что же мы будем делать? Драко пожал плечами: - В баре есть отличное шампанское. Могу заказать вам еды, для Посольских апартаментов предусмотрен свой отдельный повар. Досидите свой час, заберете золото. «Он нас не хочет! Ему попросту плевать! Он только что сказал, что мы этой Эрике в подметки не годимся!» - Лиззи медленно закипала. Она не носилась со своей внешностью, но отлично знала себе цену, и какой-то молодой самоуверенный аристократишка, будь его проклятый Дом хоть трижды Древнейшим и Благороднейшим, не имел никакого права вытирать ноги о ее самолюбие. Она медленно встала, подмигнула Роуз, скинула бретельку прозрачного лифчика. Подруга, которая легко считывала ее намерения, помогла с застежкой. Лифчик полетел в лицо Малфоя, тот небрежно перехватил его рукой и фыркнул. - Не знаю, Роуз. Мне столько рассказывали про ужасного Господина, - Лиззи разочарованно вздохнула, - что теперь мне кажется, что обманули нас. – она медленно пошла к Драко, стараясь поймать его взгляд и одновременно поглаживая упругую грудь. – А вдруг ужасный Господин просто немощен и пытается спасти свою репутацию небылицами про какие-то там уроки? Малфой усмехнулся: - Дешевые фокусы, девчонка. Прости, но у меня нет на… Она перебила его, оседлав изящным движением. Лиззи ожидала, что он ее оттолкнет, чувствовала его напряжение, но Драко все так же скучающе смотрел мимо нее. Она плавно развернулась, выгнула спину, выпячивая при этом свое главное оружие – идеальные для ее комплекции упругие ягодицы - и откинула голову на плечо Малфоя. Развратная отличница решительно обвила правой рукой его шею, запустив пальцы в волосы на затылке. Запах лаванды смешался с запахом эвкалипта и начавшим проклевываться ароматом возбужденного тела. - Слезай, - буркнул Драко, но она начала тереться о его промежность, с удовлетворением ощущая быстро твердеющую плоть под шершавой тканью брюк. Его руки, казалось, приросли к подлокотникам. - Говорит одно, а думает о другом, - промурлыкала Лиззи и поманила пальцем Роуз. Та, подойдя, стянула с нее успевшие намокнуть трусики, скомкала и без предупреждения молниеносно затолкала их потерявшему на секунду бдительность «Господину» в рот. Тот протестующе дернулся, но Лиззи чуть ускорила темп и Драко, поддавшись, расслабленно обмяк. Роуз опустилась на колени. Лиззи, еще немного поерзав, резко выпрямилась, встав на подлокотники, придавила ладони Малфоя пятками и с силой опустилась на его удивленное лицо, все так же удерживая за волосы. - М-м-м-м, Роуз, помоги молодому Лорду отбросить всякие сомнения, - прерывающимся голосом пробормотала Лиззи. Подруга, продемонстрировав красивые белые зубы с игривой щербинкой, впилась во взбухший между его ног бугор. Она покусывала, облизывала, терлась о промежность Малфоя лицом, не расстегивая ширинки. Драко промычал что-то нечленораздельное, Лиззи, надавив рукой на его затылок, с удовлетворением ощутила его нос между налившихся половых губ. Нет, этот заносчивый Слизеринец все еще не имел ни малейшего понятия, в какие он попал неприятности! Чувствуя, что Драко начал задыхаться, она чуть согнула колени и, демонстрируя превосходную гибкость, сложилась пополам, уперевшись ладонью в подрагивающую ногу Малфоя и давая ему возможность отдышаться. Роуз оторвалась от своего увлекательного занятия, как только ее обволокли свесившиеся волосы Лиззи: их языки сплелись над вырывающимся из штанов членом, который пора бы уже было освободить. Малфой снова протестующе задергался, но тут же замер: Роуз в два счета расправилась с пуговицами и стащила с него штаны. Он не был слишком толстым в обхвате, но довольно продолговатым, и Лиззи, все так же стоя вниз головой, взяла его в рот первой, умудрившись дотянуться губами до головки, пока шершавый язычок подруги работал с мошонкой молодого Лорда. Она чувствовала, как к голове все сильнее приливает кровь и немного трясутся ноги: эта поза была визитной карточкой распутной Когтевранки, но требовала огромных усилий. Прикинув, что взять глубже не меняя положения она уже не сможет, Лиззи наконец-то выпрямилась, откидывая с лица волосы и позволяя Роуз попробовать Драко на вкус. Спрыгнув с кресла, она оттянула голову Малфоя, ухватилась зубами за торчащую из красивых губ молодого лорда ткань и вытянула скомканные вымокшие от слюны трусики. Малфой тяжело выдохнул: - Ваша взяла, чертовки, - пробормотал он, приподнимаясь, чтобы ухватить нависший над лицом сосок: Лиззи охнула. Роуз, которая усердно и с хлюпаньем сосала, старалась поймать ее взгляд, пытаясь угадать что на уме у подруги, но Драко решил перехватить инициативу. Подняв увлекшуюся девушку с колен, Малфой схватил ее за щеку, будто пытаясь разглядеть получше, и процедил, прищурившись: - Мне нравятся твои веснушки, рыжуля. Он сорвал с нее лифчик, словно тряпку, развернул, прижал к себе, будто желая впечататься в ее тело, одновременно просовывая член между ее сомкнутых ног. - Какая мягкая, - прорычал Малфой, имитируя фрикции и сдавливая рыжую Когтевранку сильнее, - и такая скромная. Не сочетается с тем, что сейчас пережил мой член. Скромницы так не сосут. Роуз легко дрожала: напускная холодность Драко сменилась возбуждающей похотью, в такие моменты она переставала соображать, полностью отдаваясь желанию. Он сдавил ее крепче, массируя пухлую грудь и заставляя прочувствовать каждый миллиметр прожигающего ткань ее мокрых трусиков дразнящего, превратившегося в бетон мускула. Лиззи, которая поспешила присоединиться, опустилась на колени и уткнулась лицом в промежность подруги, стараясь поймать губами головку, снующую промеж заметно вспотевших ляжек. Малфой отпустил Роуз так же неожиданно, легко оттолкнув. Словно пьяная, она попятилась к кровати, глядя как Драко стаскивает с себя жилет и рубашку. Он был отлично сложен, подтянут, даже немного суховат на ее вкус. - Так как тебя зовут, Членососка? – обратился он вдруг к Лиззи. - Лиззи… - Подготовьте друг друга, - он кивнул головой на кровать, где Роуз, потеряв остатки самообладания, ублажала себя, закатив глаза и раздвинув ноги. – Пока я ищу шампанское. Лиззи удивлённо улыбнулась, но поспешила присоединиться. Драко, повозившись у бара, вернулся с бутылкой шампанского. Девушки сплелись в судорожно дергающийся клубок, в котором Роуз оказалась сверху. Оставив напиток парить в воздухе, он ухватил Лиззи, увлекшуюся клитором подруги, за подмышки и потянул обеих к краю кровати: та свесила голову вниз с готовностью открыв рот и высунув язык, чем Малфой тут же воспользовался. Было слышно, как он возится с бутылкой, не забывая двигаться. Роуз ахнула: Драко резко сменил рот Лиззи на влагалище рыжей Когтевранки. Одновременно раздался хлопок выбиваемой пробки: - Лучший сорт юга Франции… - лениво бросил Драко, поливая аппетитную задницу перед собой и взвинчивая темп. Лиззи, слизывая горьковатое шампанское вперемешку с соками Роуз с ритмично скользящего перед лицом члена, задрожала от волны коротких сокращений мышц: картина слившихся в развратном танце разгоряченных тел в ее голове усиливала ощущения невероятно. Воздух дрожал и, казалось, щелкал от готовой выплеснуться хаотичной магии соития. Малфой выбросил пустую бутылку, та со стуком покатилась по ковру. От каждого шлепка во все стороны летели мелкие брызги дорогущего брюта. Роуз, уткнувшись лицом в промежность подруги, сдавленно стонала, а молодой лорд, казалось, и не собирался останавливаться. Когда «рыжуля» в исступлении кончила, он мягко оттолкнул ее в сторону, взобрался на Лиззи, закинув ее ноги на плечи, и как ни в чем не бывало принялся вбивать ее в королевскую перину, уже скорее напоминавшую бассейн. Она вцепилась ногтями в его напряженные ягодицы, оставляя глубокие царапины, призывая двигаться сильнее, глубже. Сильнее, еще сильнее, глубже… Кровать ходит ходуном, столбики изголовья скрипят и трясутся, со стены падает картина. Глубже, еще глубже. Ей хотелось, чтобы после «Дырявого котла» она не смогла ходить. Ей хотелось, чтобы молодой лорд, в реальности превзошедший любые ее фантазии, не останавливался… Оргазм пришел внезапно, заставив ее закричать. Малфой резко вытащил и сделал шаг назад, удерживая член в руке с торжествующей усмешкой на губах. Его выносливость обескураживала. Пока Лиззи, задыхаясь, пыталась унять тремор, сразивший ее ляжки, Драко бухнулся в кресло, широко расставив ноги. - Ты, Лиззи, видимо, самая смелая… - его рука продолжала ездить вверх и вниз. - А вот твоя молчаливая подруга – темный колодец. Роуз, кажется? Подойди сюда, я знаю, чего тебе самую чуточку не хватило. Роуз, раскрасневшаяся, мокрая, покачиваясь послушно подошла к креслу. Она хотела было оседлать Малфоя, но тот жестом повелел ей повернуться к нему спиной. - Садись. – Драко поерзал, устраиваясь поудобнее. – Ты знаешь, каким местом. Девушка молча повиновалась. Блестевший от смазки и соков член медленно вошел в ее пухлую задницу, заставив Лиззи, которая жадно наблюдала за ними с кровати, на мгновение забыть о только что пережитом оргазме. Роуз уперлась пятками в колени Слизеринца, раздвинув ноги как можно шире, чтобы подруга могла видеть мельчайшие подробности. Развернув голову, она пыталась укусить Малфоя, который задал темп с места в карьер. Вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз. - Тебе хорошо видно? – немного задыхаясь спросил Драко, облизывая слегка кровоточащую губу – Роуз, которую анальный секс вводил в неистовство, перестаралась, но приятно удивила его своим напором. Малфой наконец стал подавать признаки того, что и хорошо обученным аристократам свойственна усталость, однако в серых глазах читалась все та же насмешка. Вместо ответа Лиззи наконец встала, схватив одну из разложенных на столике у кровати игрушек, отлично подходивших для фиксации на полу. - А тебе? – она оседлала скользкий черный фаллос прямо перед Малфоем, возвращая ему все подробности с процентами. Стоны, стоны и бьющиеся друг о друга тела. Ее, как и Роуз, не хватило надолго. Когда рыжая Когтевранка сползла с кресла и обессиленно распласталась на ковре, Лиззи, почувствовав, что мышцы ног ее больше не слушаются, рухнула рядом. Драко с ухмылкой завоевателя возвышался над ними. Девушки, интуитивно считав его порыв, развернулись друг к другу и сцепились языками. Он ответил почти сразу: горячая цвета жемчуга жидкость брызнула на лица молодых развратниц, скрепляя страстный поцелуй. - Великий Мерлин! - внезапно выпалила тоненьким голосом Роуз, отрываясь от Лиззи: с момента входа в Посольские апартаменты она не проронила ни слова. – Давно меня так не трахали…

****

Они сходили в душ, где Драко удивил их чуткими руками, растерев и вымыв обеих. Девушки не остались в долгу и наградили его парным минетом, по окончанию которого главный приз проглотила Лиззи. В ее голове вспыхивали одна за одной все более дикие идеи для продолжения, но, когда Драко наконец выключил струящуюся с потолка горячую воду, поток фантазий жестоко оборвал бой часов над камином. Почти одновременно с пятым ударом хлопнула дверь. Они вышли втроем, голые, держась за руки, и остановились перед застывшей словно ледяная статуя Эрикой – та разглядывала троицу слегка приподняв бровь. Краем глаза Лиззи заметила, что у Малфоя снова эрекция. Драко отвернулся, расцепил руки и спрятал лицо за бархатистым полотенцем, вытираясь. Лиззи вдруг захотелось прикрыться: магия секса испарилась бесследно, низ живота молчал. - Неплохо, неплохо! - нарушила неловкую паузу Эрика. - Я в вас не сомневалась, бесстыжие вы хотелки. И не сомневалась, - ее голос внезапно стал строгим, - что молодой Лорд попытается утомить вас беседой, а не членом. Он, видите ли, стал сентиментален. Играет в галантность там, где галантность неуместна. Вы даже не притронулись к плетке… Порка среди канувших в небытие недавних фантазий Лиззи была на первом месте. Ей стало очень грустно. Последний пункт контракта… - Ты за нами наблюдала? - спокойно спросил Драко, опоясываясь полотенцем. Он не смотрел в их сторону, только на свою снежную королеву. - Еще бы. - Эрика усмехнулась. – Хорошая пластика, Лиззи. Даже мне тяжело даются такие трюки вниз головой… Она достала палочку. Лиззи хотела было заговорить, но всем на удивление ее опередила Роуз: - Пожалуйста, мэм… Мисс Эрика… можно нам сохранить эти воспоминания? – она покраснела, быстро отводя взгляд. Эрика усмехнулась, сверкнув глазами. - Я может и не была бы против, - ее голос прозвучал неожиданно мягко, - но в мои обязанности входит не только обучение отпрысков Благородных Домов премудростям любви, но и забота об их безопасности. Мне жаль. Я прекрасно вас понимаю, Драко… завидный мужчина. Она взмахнула палочкой. Лиззи попыталась напоследок поймать взгляд Малфоя, но тот рассеянно вертел в руках пустую бутылку из-под шампанского, отвернувшись. - Обливиэйт… - прошептал холодный голос.

****

Драко уселся в кресло, где еще полчаса назад вытворяла акробатические номера худенькая брюнетка, горящий взгляд и пухлые губки которой почему-то не выходил у него из головы. Ее рыжая подруга, была, конечно, другой породы. Малфой называл таких «трах-куклами» и не раз поражался их даже по меркам искушенного аристократа развращенности. Однако, он не жалел, что не притронулся к плеткам, чокерам и прочим подготовленным Эрикой предметам – девчонки смогли вызывать в нем неподдельную симпатию, сменившеюся импульсивным и довольно искренним желанием. - Где ты их нашла? – он рассеянно наблюдал за тем, как Лиззи и Роуз молча одеваются, стараясь не глядеть в их пустые глаза. Эрика, с любопытством рассматривающая скомканные насквозь промокшие простыни, принюхалась. — Это шампанское? Драко кивнул, она развела руками: - Там же, где и всегда. Подсказали сестры. Один состоятельный господин из Визенгамота очень рекомендовал их в Дом на Севере. - И? - Мы не берем в послушницы в таком возрасте. Они, конечно, увлеченная парочка, но… исключений мы не делаем. - Сколько им лет? - Окончили Хогвартс четыре года назад. Сокурсницы, выпускницы… - Когтеврана. - перебил ее Малфой. – Тут сразу все понятно. Эрика молчала. Роуз и Лиззи не оглядываясь вышли из спальной. - Почему урок проводила не ты? – тихо спросил Малфой. - Драко-Драко… Кого ты пытаешься надуть? Уроки? Тебе давно не нужны уроки. Ты можешь справиться с любой женщиной. Вот только почему-то настойчиво продолжаешь присылать нам письма. И всегда просишь услуг Эрики. Что бы это могло значить, а, мистер Эмеральд? Краска проступила на бледных щеках Драко - он будто превратился в школьника. Она рассмеялась: - Ты, видимо, совсем спятил, если решил объявиться на «Гласе ночи». Я сразу тебя узнала. «Чистота крови», говоришь? Сказал бы без витиеватостей, что влюбился, как мальчишка, в шлюху и не знаешь, что с этим делать! - Не называй себя так… Эрика приблизилась к нему, улыбка сменилась холодным недоумением: - А кто я по-твоему? – прошептала она. – Частный преподаватель? Драко молчал. - Я трахаюсь за деньги, Драко. За деньги, которые оседают по большей части в сокровищнице мадам Марш, но даже после этого я ни в чем не нуждаюсь. Мне это нравится. И ты мне нравился больше, когда воспринимал меня такой, какая я есть. Потом в твоей голове поселилась Снежная Королева Эрика, а это не про меня… - Ты не знаешь себе цену! – сердито перебил ее Малфой. – Тебе запудрила мозги эта ваша Верховная Блядь… - В ее присутствии ты так не выражался, - перебила Эрика. - … которая вьет из вас веревки, выжимает досуха! Она подняла брови: - Даже если и так, ее владения – мой дом. Я выросла в Логове, меня воспитала, как ты выразился, Верховная Блядь, и я ни в чем не нуждалась. Мы для нее дочери, наложницы, рабыни… Но к своим рабыням она относится лучше, чем родители, чьих имен большинство из моих сестер не знает или не помнит… Перестань, Драко. Ты только делаешь хуже. Не разочаровывай меня историей о богатом маленьком лорде, который решил спасти пропащую… Он влепил ей пощечину, но тут же пожалел об этом. - Прости… Я не хотел… Эрика не повела и бровью несмотря на то, что звон был оглушительным. - Хотя бы этот урок ты усвоил, - холодно процедила она, разворачиваясь на каблуках. - Постой… - Драко схватил ее за руку. - Я слышал… я слышал представитель Благородного Дома может забрать себе наложницу навсегда. А что если… Она впервые выглядела испуганной, будто ледяная маска раскололась и осыпалась: - Не неси чушь, Драко! – яростно зашипела Эрика. – Ты ступаешь на опасную территорию. Ты не хочешь знать, что такое Сильвия Марш. Она не верит в любовь, она не верит в дружбу. Она верит лишь в грубые законы природы. Если ты придешь за одной из сестер, то должен будешь бросить ей вызов, доказать, что имеешь на это право. - Бросить ей вызов? - Я не могу объяснить точнее, Драко. Поверь: Логово – это не про невинные игры, вроде праздничных оргий в «Исповеди». Это ритуалы, которым много тысяч лет. Она сломает тебя, молодой Лорд, вырвет твое сердце и съест его на ужин… Не в буквальном смысле, конечно… Он помотал головой: - Я приду за тобой, Эрика. В день Старого Праздника. Чтобы посмеяться над ее фокусами ей в лицо. – Драко фыркнул. - Не сомневаюсь, в Доме будет привычное сборище… - Да что ты такое говоришь! Одумайся! Даже если ты справишься с ее… трюками, даже если тебя не сломает ее магия, что будет потом? Ты ведь даже не спросил, хочу ли я, чтобы меня спасали… Эрика резко замолчала, будто сказала лишнего. - А ты хочешь? – тихо спросил Драко. - Я… мне… не задавай мне таких вопросов. - С другой стороны, какая мне разница, - задумчиво пробормотал Малфой, - если я заполучу тебя навсегда в полное владение. - Драко, пожалуйста! Даже Темный Лорд… - она перешла на еле слышный шепот. – даже Темный Лорд не имел над ней власти… Он провел большим пальцем по серебристому браслету в форме змеи, обвивавшему запястье Эрики, и отпустил ее руку: - Увидимся там. - Идиот! – не на шутку рассердилась Эрика. – Глупый мальчишка! С каких пор тебя подменили?! Ты ни черта не понимаешь… Удаляющаяся спина Драко разозлила ее еще больше: - Давай! – в ярости закричала она ему в след. – Выстави себя посмешищем! Себя и свою жалкую семейку пораженцев! Слышишь?! Неужели, сын Люциуса, ты не понял, что она уже все знает?! Уже все знает! Малфой не оглядываясь прикрыл за собой дверь.

****

Рабочий день подходил к концу, а Первый Заместитель так и не заставила себя сделать чего-то хотя бы отдаленно полезного, что касалось бы ее непосредственных обязанностей. По возвращению от Кормака она застала в своем кабинете изрядно нервничавшую Чжоу: залпом выпив зелье Развоплощения, они спешно переоделись, и младшая Чанг с облегчением вернулась за свой стол этажом выше. Гермиона без лишних деталей и по вершкам пересказала их злоключения в особняке Маклаггенов, но даже этого хватило, чтобы вызвать у Чжоу гнев и омерзение: - Я знаю, что такое «Исповедь», - прошептала она, покидая кабинет, - расскажу вечером. Если захочешь пойти туда лично, нужно будет придумать тебе антураж… Похитрее… По предложению Гарри они условились собраться у Гермионы, чтобы обсудить дальнейший план действий после работы. Она в пятидесятый раз переложила папку с бумагами, которые так и не удосужилась просмотреть, с одного конца стола на другой и вступила в сражение со стрелкой часов: та упорно не хотела сдвигаться с половины шестого и Первый Заместитель сверлила ее взглядом, подперев подбородок кулаком и размышляя о побочных эффектах смешивания сложных зелий с алкоголем. В дверь неожиданно и резко постучали, она подпрыгнула, уронив замученную перестановками папку на пол: - Войдите, - слабо откликнулась Гермиона, доставая палочку, чтобы собрать бумажки. Посетителей было несколько: в кабинет вошел крепко сложенный мужчина в преклонном возрасте с седой бородой и прекрасно сохранившейся шевелюрой. Он не носил мантии, скорее его наряд напоминал военную форму, что было весьма необычно для магов его лет. Но больше всего поражал пустой белок на месте правого глаза, который рассекал по диагонали шрам от виска до носа. Сопровождала его… Сердце Гермионы заколотилось так сильно, что она едва расслышала приветствие Тибериуса Маклаггена (а это, несомненно, был он): - Доброго вечера, Первый Заместитель. Прошу прощения, что не по записи… Она не сводила глаз с женщины. Невысокая, с жесткими волосами-пружинками, сейчас гладко зачесанными и скрученными в пучок, Таша была одета в строгую наглухо скрывавшую все туловище мантию с высоким воротом: злые восточные глаза внимательно обшаривали помещение, в то время как полностью скрывавшая движение одежда, казалось, парила, перемещаясь вместе с головой. - Тебериус, здесь не Визенгамот и тем более не Хайленд! – за Ташей в кабинет влетел мистер Уизли, преградив дорогу Маклаггену. – Во имя Мерлина, это переходит все границы… - Артур, - голос Тебериуса был низким и хриплым, словно у заядлого курильщика. – Я отношусь к вам с искренним уважением, но я бы хотел поговорить с мисс Грейнджер. – все это время он не отрывал единственного зрячего глаза с Гермионы. – Приватно. - Все вопросы к мисс Грейнджер вы можете адресовать ее начальнику, - холодно возразил мистер Уизли. Гермиона, все усилия которой уходили на попытки успокоить пустившееся в спотыкающийся пляс сердце, решила вмешаться: - Чем могу помочь, мистер… - Тебериус Маклагген, - дядя Кормака протянул руку и выжидающе замер, рассматривая Первого Заместителя. Она с усилием улыбнулась, кивнув головой, но руки не подала, не желая выдавать волнение: ладонь вспотела и заметно дрожала. - Наслышана о вас, мистер Маклагген, присаживайтесь, - как можно вежливее ответила Гермиона, указывая на кресла для посетителей: Тебериус, усмехнувшись, пожал плечами и с достоинством опустился в ближайшее. Таша проплыла в угол кабинета, уселась поодаль и утонула в тени. Мистер Уизли, облокотившись на стол, грозно сложил на груди руки, однако (тут Гермиона почувствовала себя немного неловко), его расширившиеся с годами залысины и доброе лицо никак не могли перебить монаршью ауру, исходившую от главы клана Маклаггенов. Гермиона, мозг которой поборол оцепенение и работал в режиме оценки вероятностей самых плохих плохих раскладов, нарушила воцарившееся молчание: - Все в порядке, Артур, - она пожала плечами, нацепив маску абсолютного безразличия. – Мистер Маклагген не чуждый Министерству человек. Я готова выслушать его лично… - Нет необходимости, - перебил ее Глава Отдела. – Тебериус здесь только для того, чтобы препятствовать следствию. В частности – обыску поместья, в котором проживает его племянник, выдаче ордера для которого способствовал анонимный донос. Гермиона решила, что ей лучше сесть. - Донос? - Если верить его автору, - кивая продолжил мистер Уизли, - Кормак Маклагген обвиняется в незаконном хранении Оборотного зелья а также насильственных действиях… э-э-э-э… сексуального характера, осуществленных над лицом или группой лиц без согласия последних. - Что… - Записка была адресована Первому Заместителю, но тебя не было на месте. – Артур пожал плечами. – Почтовая служба переадресовала на меня. К сожалению, до нее я добрался только после обеда и сразу отправил в поместье следственную группу, которая еле добудилась хозяина. Однако стоило Кормаку узнать цель визита, как на место нагрянул Тебериус с кучей адвокатов. Отправив наших людей восвояси, он аппарировал в Министерство в сопровождении… данной особы, - кивок в угол, где притаилась Таша. - Не желает никого видеть, кроме Первого Заместителя. - Все в порядке, Артур, - спокойствие в ее голосе сильно удивило Гермиону, которая пыталась прикинуть на сколько минут они разминулись с коллегами из Министерства, покидая особняк Кормака после взлома с проникновением.- Если мистер Маклагген считает необходимым говорить со мной лично – его воля. Но должна предупредить, что как только за вами закроется дверь, Тебериус, я направлюсь к своему руководителю и перескажу все услышанное слово-в-слово. Мистер Уизли хотел было возразить, но Маклагген-старший ко всеобщему удивлению медленно кивнул. Все это время он продолжал сверлить Гермиону взглядом. Первый Заместитель состряпав гримасу из разряда «пусть уже скажет что хотел и убирается», улыбнулась начальнику. Артур, выдержав паузу, молча направился к выходу из кабинета. - Жду у себя за подробностями, - немного сурово бросил он, закрывая за собой дверь. - Рад видеть, что с вашим авторитетом считается второй человек после Министра, - прохрипел Тебериус. – Я не займу много времени. Гермиона молчала, изредка бросая взгляды в угол, в котором затаилась угроза. - Для вас не секрет, что мы являемся спонсорами консервативного крыла Визенгамота, - он крутил ус, разглядывая ее лицо в свете настольной лампы, - как и многие другие Древнейшие дома. Гермиона решила, что чем дольше она будет казаться зайцем, тем дольше дядюшка Кормака будет играть удава: - Мистер Маклагген, ближе к делу пожалуйста, - она позволила тени усмешки прокрасться в свой голос, чтобы уколоть его самую малость, оставаясь при этом демонстративно вежливой. - Что ж. Будь, по-вашему. – Тебериус прищурился. – Мой племянник, несмотря на сильное похмелье и путающиеся мысли, клянется, что не знает ни о каких зельях или жертвах насилия, зато он абсолютно уверен в одном и готов свидетельствовать под Веритасерумом: этой ночью у него в гостях была Первый Заместитель Главы Отдела Магического Правопорядка Гермиона Грейнджер… Вам что-либо об этом известно? Гермиона, предвидя данный поворот как один из плохих раскладов, попыталась вложить в голос как можно больше иронии: - Ну, конечно. В который раз я слышу подобные истории от некогда подающих надежды игроков в Квиддич! Не имею ни малейшего понятия, о чем речь, мистер Маклагген. Если это единственная причина вашего желания переговорить с глазу на глаз… Ее оборвал раздавшийся из темноты в углу смешок. - Я не представил вас… - медленно переведя взгляд с покачивающей головой Таши на Гермиону, Тебериус подался вперед. – Это мое доверенное лицо – Таша. По моей просьбе она приглядывает за Кормаком. Так вот, она видела вас у него дома лично. Гермиона молчала. - Более того, Таша всегда чувствует, когда ей врут. И сейчас она смеется над вами, потому что вы лжете, мисс Грейнджер. Вам что-то известно, но вы не хотите этим делиться. У нее возник огромный соблазн нажать на тревожную кнопку под столом – в две секунды сюда бы влетел отряд Мракоборцев во главе с Гарри. Она почему-то вспомнила, как тот вернул Кормака ногой в положение лежа на пол. Схватить, скрутить, разобраться позднее… - Я правда не понимаю, о чем вы, мистер Маклагген, и причем тут упомянутый ранее донос. – Гермиона собрала волю в кулак. – Я сейчас могу пригласить сюда своего ассистента и также объяснить вам, что он начинает танцевать чарльстон каждый раз, когда вы думаете о беззащитных маленьких мальчиках. А потом использую его танцевальные навыки как безоговорочный аргумент в суде… Маклагген поднял руку. Он не выглядел рассерженным или сколько-нибудь задетым – выпад Гермионы его, судя по всему, не тронул. А вот Таша вскочила и что-то заверещала на непонятном языке. Тебериус показал ей несколько странных жестов, и она снова села. - Забавно, мисс Грейнджер… Очень забавно. Однако, спешу заметить, вас спасает от неприятностей не умение болтать и отвратительное чувство юмора, а Таша, которая, кстати, за только что брошенную шутку предложила мне заткнуть ваш грязный рот этой лампой и выжечь вам глаза. – последнюю фразу он сказал так спокойно, что Гермиона не сомневалась: он успел это обдумать. – Видите ли, Таша утверждает, что видела вас, но, выслушав ее, я не уверен, что это была настоящая Гермиона Грейнджер. - Что? – искренне удивилась Гермиона. В мыслях ассасина, которые она прочла казалось уже целую вечность назад было сомнение по поводу странного запаха, но никак не личности. - Она говорит, что от незнакомки плохо пахло… понимаете, Таша с нами не так давно. Она не в курсе истории магической Британии, ее не интересует наша светская жизнь… Она не знает вас, Первый Заместитель. Для нее вы – одно из тысячи лиц в толпе. Никто. Блаженное неведение не позволило затуманить разум Таши, когда она провожала довольно смазливую хорошо сложенную шатенку на выход, как обычно. Она подметила неприятный аромат, и ей это показалось подозрительным. Понимаете, о чем я? - О чем? – тупо повторила Гермиона. - Оборотное зелье отвратительно пахнет… - И может частично выводиться из организма вместе с потом, - хлопнула себя по лбу Гермиона, на секунду обо всем забыв. Тебериус удовлетворительно кивнул: - А я уже было начал сомневаться в ваших когнитивных способностях… Вы, в конце концов, лучший полицейский страны, так говорят... Вам ли, как человеку, запретившему оборотные зелья, не знать, что побочным эффектом может быть неприятный запах при обильном потоотделении. Гермиона подбирала слова с величайшей осторожностью: - Предположим, мистер Маклагген, Кормака посещала некто, изображавшая из себя Гермиону Грейнджер. Но вы могли бы поделиться этим напрямую с Артуром. Тем более если вы сами подозреваете использование Оборотного зелья. Чего вы хотите от меня? - Я не хочу неприятностей для своего племянника в первую очередь. Он оболтус и фанфарон, но слишком мне дорог. «Оболтус, фанфарон – это прямо-таки хвалебные эпитеты для Кормака» - с отвращением подумала Гермиона, а вслух ответила: - Если анонимный донос был принят по стандартной процедуре, то я не могу замести его под ковер, если вы клоните к этому. Так или иначе он трансформируется вот в такую папку, - она кивнула на многострадальную жертву безделья на столе, - а ваши адвокаты не смогут находить повод препятствовать следствию вечно. - Воля ваша, можете выезжать хоть сейчас с группой Мракоборцев, не забудьте прихватить Министра, - перебил ее Тебериус, пожимая плечами, - дом Кормака в вашем распоряжении. Ищите, изучайте - одним словом, делайте что хотите. Только не трогайте семейные реликвии. Однако, предупрежу сразу, что побеседовать с племянником у вас не будет возможности. — Это почему же? - Он отбыл в неизвестном направлении, не известив меня или Ташу, стоило мне покинуть поместье. Какая, однако, незадача… Они обменялись долгими взглядами. Тебериус рассматривал Гермиону, виском она чувствовала на себе злые глаза Таши, будто ей в лицо развернули лампу для перекрестного допроса. Впрочем, в чем Первый Заместитель не сомневалась, так это в своих навыках Окклюменции. - Мистер Маклагген, - медленно протянула Гермиона, - попросите своего … ас… ассистента прекратить попытки залезть ко мне в голову. Во-первых, не тот уровень. Во-вторых – это достаточная причина для нажатия на специальную кнопку под этим столом. Лампу как будто выключили, Таша что-то проворчала себе под нос. - Я спрошу еще раз, мистер Маклагген, чего вы хотите? Тебериус сухо прокашлялся: - Что-то мне подсказывает, что неприятности моего племянника не идут ни в какое сравнение с проблемами, которые придется решать вам, если к делу приспособят показания Таши о прошедшей ночи. Для начала вам нужно будет пройти миллион проверок, чтобы доказать, что вас там не было, и что это была кража личности. Кража личности министерского чиновника такого уровня, тц-тц-тц-тц… К тому же чиновника – автора соответствующего закона. Как там говорят про царапины на чужой палочке? Это может стоить вам кресла, и вы это знаете. Я привык доверять своей интуиции, мисс Грейнджер, она повела меня к вам, ибо я уверен – вам что-то известно. Поэтому я пришел к выводу, что какими бы сказочными деталями не пестрела эта абсурдная история, вам в силах в ней разобраться и поставить точку, ведь это в ваших же интересах. Как вы будете убеждать Артура доверить это дело на ваш полный контроль меня не волнует. А Таша пока забудет одну интересную деталь, которая может напрямую касаться этого … недоразумения. Так яснее? Снова повисло молчание. На удивление, треклятые часы будто побежали вперед: длинная стрелка скакнула аж на четверть часа с момента появления неожиданных посетителей. - Я вас поняла, Тебериус, - Гермиона сложила руки, которые больше не дрожали, на столе, слова давались через силу. – С доносом мы разберемся. Маклагген - старший усмехнулся, разглаживая бороду: - Не сомневался в вашей способности здраво мыслить. Дайте мне знать, если ситуация прояснится. Я очень беспокоюсь за племянника, ума не приложу, куда он мог запропаститься… - он театрально развел руками. Гермиона не смогла сдержаться: - Предположу вслух, мистер Маклагген, что раз вы предлагаете такой обмен, обыск и допрос все-таки дали бы результат. Тебериус изучал ее лицо еще несколько секунд, затем поднялся: - Таша, убедись, что Первому Заместителю будет оказана любая необходимая помощь. На стол перед Гермионой с тихим стуком упало что-то вроде длинной острой костяной спицы, она подняла взгляд: несколько похожих спиц фиксировали пучок волос на затылке ассасина. - Будет нужно выручать – сломай. Носи при себе, не теряй, никому не говори – прошипела Таша. Ее обычно злые глаза, казалось, потухли и глядели… с сочувствием? Заботой? Или Таша как цепной пес признавала лишь тех, кого одобрял хозяин? Гермиона удивленно перевела взгляд со спицы на Тебериуса, застывшего в дверях. — Это на всякий случай, мисс Грейнджер. Если почувствуете, что не справляетесь. Сделайте, как она говорит, помощь придет мгновенно. Он вышел. Таша, обернувшись послала ей воздушный поцелуй, Гермиона вздрогнула – совсем как перед допросом в доме Кормака. Тебериус, который быстрым шагом направился в лифтовой холл, не слышал, как Первый Заместитель с ожесточением отвешивает пинки ни в чем не повинному креслу и перебирает на пределе громкости самые крепкие словечки из арсенала Гермионы Джин Грейнджер – в конце концов, она лично накладывала неснимаемый Муффлиато на дверь и стены собственного кабинета.

****

- Так вот как это должно было завертеться, - задумчиво протянул Гарри. Он крутил бокал с плескавшейся в нем янтарной жидкостью, пытаясь рассмотреть пляшущий в камине огонь сквозь толстое граненое стекло. Чжоу приняла привычную позу, развалившись в кресле сбоку от дивана. Выпить предложила Гермиона: предстоящий поход в «Исповедь» и вереница событий безумного дня после бала привели ее в очень скверное расположение духа. - К Кормаку должен был выехать наряд… в идеале под моим руководством. - словно во сне в сотый раз рассуждала Первый Заместитель. – По замыслу доносившего, они должны были найти в доме фотоаппарат с пленкой при обыске. Возможно, еще какие-то улики, о которых мы не подумали. Например, мои волосы. Или нижнее белье, раз уж волосы умудрились украсть, чтобы запутать еще больше. Или еще какие-нибудь пленки… - Двух пиксей одним взмахом, - внезапно прервала ее Чжоу. - М-м-м-м-м? Чжоу выпрямилась в кресле и продолжила, расправляя юбку: - Кормака скорее всего взяли бы за другие «подвиги», не связанные с Гермионой Грейнджер. Из того, что вы мне рассказали, я поняла, что времени устраивать полноценный обыск у вас не было. Возможно, злоумышленнику лучше известно, что можно найти в особняке Маклаггена… - Можно было найти, - угрюмо буркнула Гермиона. – Тебериус и Таша, небось, все подчистили. Чжоу пожала плечами: - А вот найденная пленка предназначалась, чтобы бросить тень на Первого Заместителя. Довольно ловко… - Довольно сложно, - не согласился Гарри. – Слишком много неизвестных, которые могли повлиять на развитие событий не по сценарию. Оно так и случилось… - Из-за участия еще одной стороны, - Гермиона наконец решила опустошить бокал. Остальные последовали ее примеру. - То есть, - продолжила за нее Чжоу, на секунду зажмурившись, - кто-то знал о том, что Кормак заманивает домой женщин, забавляется с ними зачастую против их воли, пока его безумная шлюха-служанка-телохранитель все это снимает… Кто-то знал и про то, что должен состояться визит «Гермионы Грейнджер», иначе не получается объяснить совпадение по времени. И решил натравить на Кормака полицию, чтобы… Чтобы что? - Репутационные потери и личное. – ответила Гермиона. – Удар по Маклаггенам. Любимчик главы клана садится в Азкабан, дядюшка ввиду случившегося теряет свой авторитет в Визенгамоте, с трудом переживает потерю племянника на много лет – несмываемый позор! В лучшем случае его ждала бы участь Люциуса Малфоя – сидеть на своем золоте и помалкивать, оставив большую политику. Одно дело вечеринки, о которых писали в газетах. Другое – преступления такого рода. Возможно, жаждущие возмездия ведьмы Великобритании добрались бы до него раньше… а, черт! К чему сейчас гадать? - Но при чем тут ты? – Гарри подлил всем еще виски. - Откуда ж мне знать, - огрызнулась Гермиона. – Может это выстрел наудачу, как сказала Чжоу. Утопить Тебериуса и меня зацепить. Воцарилось молчание. - И есть еще третья сторона… - Гарри опустился на диван, закидывая руки за голову. – Неизвестная третья сторона с абсолютно бессмысленными мотивами. Третья сторона, которая пробирается в дом, минуя Ташу, крадет пленку, распечатывает фото, посылает их Первому Заместителю, журналистке, которая ее должна на дух не переносить, и подчиненной, в теории еще меньшей поклоннице Гермионы Грейнджер. - А-р-р-р! – прорычала Гермиона и бухнулась рядом с Гарри, зарываясь лицом в ладони. – Бред! Бессмыслица какая-то! Как с этим работать? Теперь еще и перед Артуром отчитываться придется! Мне пришлось ему соврать, сослаться на то, что Кормак – наш бывший однокашник, и именно поэтому Тебериус якобы хотел обсудить донос со мной лично. Не уверена, что мистер Уизли до конца поверил. Допросить Кормака нет возможности, его спрятали. Я даже сомневаюсь, что он сейчас на территории страны. Мистер Уизли согласился подождать с объявлением его в розыск, но максимум пару дней, под мое честное слово. Нам нужно раскопать хоть что-то, одновременно с этим переиграть Тебериуса, сокрыть незаконное проникновение и найти пленку. Они спорили еще с полчаса, пока Чжоу не постучала по наполовину опустевшей бутылке щипцами для льда: - Так все, хватит! – она слегка раскраснелась и повеселела. – Теории обрастут мясом после того, как мы наведаемся в «Исповедь». С этим я могу помочь, но нам нужно придумать, как на этот раз замаскировать Гермиону. - А почему мы не можем пойти туда вдвоем с Гарри? – поинтересовалась Первый Заместитель. Виски все-таки помог ей расслабиться. Чжоу расхохоталась, потом недоверчиво посмотрела на них: - Вы что, правда не знаете, какая на календаре неделя? Гарри с Гермионой переглянулись. - Э-э-э-м, Чжоу, мы ведь выросли в семьях маглов, если ты о неком особом празднике… Чжоу бросила на него быстрый взгляд, но тут же перевела его на Гермиону и что-то произнесла еле слышным шепотом. - Что? – переспросила Гермиона. -..нун.. вой… чи - только и разобрала она из повторно произнесенной чуть громче фразы. - Чжоу если это какая-то шарада… - КАНУН ВАЛЬПУРГИЕВОЙ НОЧИ! – не выдержав выпалила Чжоу и снова расхохоталась. - Что-о-о-о? – в голосе Гермионы хватило бы сомнения на то, чтобы заставить почувствовать себя неуверенно любого смельчака, утверждающего очевидные факты вроде «земля круглая». – Это все легенды и фольклор. Из курса истории магии… Чжоу расхохоталась еще громче. - Курс истории магии, - она покачала головой, все еще хихикая, - ну конечно. Вот было бы интересно посмотреть на то, как Бинс монотонно бормочет, покачиваясь над партой: «Старинный обряд, предполагавший беспорядочное совокупление, иными словами – оргию!» Гермиона слегка покраснела, Гарри ухмыльнулся. - «Исповедь» работает только в большие праздники. Вальпургиева ночь, день летнего солнцестояния, Хеллоуин… Если вы пойдете туда парой… Там сейчас с каждым днем будет собираться все больше народу, пока не наступит кульминация. Любовные зелья – самое мягкое, что там употребляют. Куча похотливых волшебников, заряженных «люстом» —гораздо более привычная картина. Если вы не будете трахаться, то вызовете подозрения, и привлечете внимание Привратника. Две подружки еще куда не шло… хотя и к ним могут возникнуть вопросы. Гермиона поморщилась и без слов достала из кармана мантии удостоверение Министерского сотрудника. Чжоу помотала головой: - Не прокатит. «Исповедь» вне юрисдикции Министерства. У Первого Заместителя отвисла челюсть: - Что? - Что слышала. Клуб живет на пожертвования магов со всей Европы и приносит огромные деньги волшебной Британии. Страна только предоставляет свою территорию и защиту. - Но почему я никогда… - начала Гермиона. - Потому что ни о Вальпургиевой ночи, ни об «Исповеди» не принято говорить вслух. В казначейство налоги, которое платит заведение, поступают как «туристические сборы». А защиту предоставляет отдел Тайн. - Но почему об этом знаешь ты? - Потому что я посещаю «Исповедь» и праздную Вальпургиеву ночь, - просто ответила Чжоу и с вызовом посмотрела на начальницу, почему-то снова покрасневшую. Гарри, который все это время с интересом слушал, тихо кашлянул: - Звучит как не очень безопасно место, - Глава Мракоборцев прозвучал сварливо, стараясь ни глядеть ни на Чжоу, ни на Гермиону. – Может мне лучше пойти с вами? - Ну только если с обеими, - лукаво улыбнулась Чжоу. Теперь уже пришел черед краснеть Гарри. - Ладно, - перебила Гермиона, - если я пойду с Чжоу, это вызовет меньше подозрений? Чжоу кивнула. - Обычно в «Исповедь» приходят парой. Мужчина приводит женщину… Женщина приводит мужчину. Или более опытная подруга – менее опытную… С последних спрос невелик, и они часто глазеют в сторонке. О, Мерлин, я как будто вернулась в свой год после окончания школы… Хватит болтать, об остальном расскажу по дороге! У меня есть отличная идея, как замаскировать Гермиону без зелий… Тут запротестовал Гарри, заявив, что ему нужно больше подробностей, на случай прикрытия. - Жди нас тут, - Чжоу обернулась на лестнице, ведущей в спальню, и, сверкнув глазами, поманила за собой Первого Заместителя. – Мужская оценка нам пригодится.

****

Гарри, предоставленный самому себе, решил принять душ и заварить кофейник. Он не сомневался, что маскировка займет целую вечность, и медлил как мог, стоя под горячей водой и блаженно жмурясь. Но даже с учетом этого, когда дверь спальной этажом выше распахнулась, он уже допивал вторую чашку. Обернувшись, чтобы поворчать про медлительность и детский сад, он застыл на месте, приоткрыв рот, и после секундной заминки шумно сглотнул. Гермиона спускалась первой, и, Мерлин тому свидетелем, ее мог выдать только взгляд. Непослушные каштановые волосы скрыл ярко-зеленый парик, исчезли редкие веснушки, зато на щеке появилась пикантная родинка. Густо подведенные черной тушью глаза смотрели со смущением. Но больше всего приковывала внимание вызывающая одежда: черный кожаный корсет, безапелляционно подчеркивавший и без того идеальную грудь, зеленая короткая «шотландка», чуть недостающие до краев юбки чулки и (откуда они их достали?) школьные туфли. Чжоу была одета идентично, но в цвета Когтеврана: на ее лице застыла торжествующая ухмылка. - Ну? – громко спросила она остолбеневшего Гарри, - как тебе такие озорливые школьницы? Я решила, что Гермионе не помешает немного побыть в шкуре змейки… Глава Мракоборцев лишь медленно кивнул, не проронив ни слова. Они остановились перед Гарри, Чжоу изобразила дурашливый реверанс, затем развернула Гермиону к себе и прищурилась. - Выпрями плечи! Вот так… Иметь такие сиськи и горбатиться – преступление против волшебности… - Чжоу, прекрати! - Ладно, ладно. Что скажешь, Гарри? Узнал бы нас в толпе? - Только если бы целенаправленно искал, - честно ответил Гарри. Чжоу удовлетворенно кивнула. - Гарри, мне тут подумалось, пока мы … э-э-э-м… переодевались. «Исповедь», конечно, нужно проверить, но у меня растет уверенность, что это ложный след… - начала Гермиона. - Не пытайся соскочить в последний момент! – возмущенно перебила Чжоу. - Я не пытаюсь! – огрызнулась Первый Заместитель. – Мне просто не дает покоя чувство, что мы упускаем что-то важное. – она набрала воздуха. – Гарри, ты можешь поделиться воспоминаниями с бала? - С бала? -недоуменно переспросил Глава Мракоборцев. - Да… Я обсуждала это с Чжоу. Мы уже прикидывали, что наш злоумышленник может иметь свободный доступ в Министерство или является нашим сотрудником. Ты много перемещался по залу, пока я… - она замялась. - … пока я избегала встречи с Артуром. Я бы погуляла за тобой в Омуте памяти, может что бросится в глаза… Это, скорее всего, ничего не даст, но нужно использовать любую зацепку. - Я не помню никаких подозрительных личностей или эпизодов, - неуверенно ответил Гарри, - но, если тебе это кажется необходимым… Только предупрежу сразу, я их немножко подправлю. - Зачем? - Я… беседовал с Артуром. О личном. Она пожала плечами: - Как скажешь. Переносной Омут ведь у тебя с собой? - С собой. В саквояже. Чжоу, которая все это время с интересом их разглядывала, хлопнула в ладоши: - Вот и договорились. Гарри, можешь нас не ждать, мы будем поздно. Почему-то предвидя недоброе, он проводил их до дверей. Гермиона, обернувшись на пороге, бросила в его сторону странный будто виноватый взгляд и проследовала за Чжоу в прохладу апрельского вечера.

****

Стемнело быстро. Гарри вернулся в гостиную, где зажглись приглушенные огни и уютно трещал камин. Будучи ответственным гостем, он хотел было прибрать заставленный стаканами столик, но его остановила полупустая бутылка огневиски, теснившаяся посерединке. - Почему бы и нет… –обращаясь к потолку пробормотал Глава Мракоборцев. Он пил медленно, всматриваясь в весело пляшущий огонь. За окном с шумом, как будто кто-то внезапно вывернул небесный вентиль до упора, обрушился на городские крыши холодный апрельский ливень. Тяжелые капли забарабанили по стеклу и раме, размывая уличные огни в причудливые дрожащие кляксы. - Как по заказу, - улыбнулся Гарри, поудобнее устраиваясь в кресле. Он не был уверен, что будет в состоянии дождаться Чжоу и Гермиону, даже если бы протрезвел прямо сейчас под струей холодной воды из шланга. Кофе особо не выручил: голова пухла от усталости и виски тут был не при чем. Внезапно вспомнив просьбу Гермионы, Гарри решил заняться воспоминаниями. Он сходил за рабочим саквояжем, который одиноко стоял у входа, вытащил из него небольшой Омут Памяти и продолговатую деревянную коробочку, внутри которой в черном бархате покоились пустые склянки. Помедлив какое-то время, будто о чем-то раздумывая, Гарри достал три, приставил палочку к виску и закрыл глаза. Спустя добрых десять минут он наконец вытянул серебристую нить воспоминаний и поместил ее в первую пробирку. Повторив процедуру еще два раза, он закупорил склянки, и, оставив одну на столе, аккуратно убрал оставшиеся в коробочку, которая затем исчезла в саквояже. После работы с памятью усталость навалилась еще больше. Гарри закрыл глаза, стараясь отогнать картинки входящих в его воображении в гигантский залитый изнутри кровавым светом собор в своих париках и вызывающей одежде Чжоу и Гермионы. Картинки требовали продолжения, но он не хотел невзначай провалиться в сон. Пока. «Пойдем с нами», - прошептал ласковый голос. Гермиона обернулась в открытых дверях, из которых долетали многочисленные женские стоны и заговорщицки подмигнула. Затухающие снаружи раскаты грома плавно перешли в стук. Точно такой же стук Гарри уже слышал тем злосчастным утром, когда завертелось все это безумие. «Хотя, - думал про себя Глава Мракоборцев, поднимаясь из кресла - если подумать, это безумие завертелось гораздо раньше…» Он вынул палочку, несмотря на то что мало сомневался в том, кого увидит за дверью. - Оу, мистер Поттер, - на крылечке, конечно же была Рита, - очень вовремя. Вы меня не потеряли? - Э-э-э-э-м.. Нет? - Я сегодня подняла все свои старые связи, подключила все доступные мне каналы… Хотела поделиться с вами и мисс Грейнджер. - Прошу прощения, Рита, - искренне извинился Гарри, - но Гермиона не дома. Не уверен, что я могу в ее отсутствие приглашать кого-либо. Она очень щепетильна в отношении своего гнездышка, мне, право, самому неловко здесь находиться. Глаза Риты сверкнули за стеклами очков. - Да что вы говорите? – театрально протянула она. – Вы один? Так давайте и обсудим все с вами, обещаю вас долго не задерживать! Она достала из-под плаща огромный черный блокнот и повертела его в руках. Гарри молчал. - Не будьте жестоким к даме, мистер Поттер, - надула губы Рита, - разве я уже не продемонстрировала дружелюбие и искреннее намерение помочь Первому Заместителю? Глава Мракоборцев вздохнул, пожал плечами и провел рукой в сторону коридора. - Благодарю. Почему-то в этот раз Скиттер была без шляпы. Она аккуратно сняла плащ, повесила его на стену и развернулась к Гарри, расправляя намокшие светлые волосы. Черная рубашка, расстегнутая почти до самого живота, прилипла к телу, ничего особенно не скрывая. Капли на покрытой гусиными мурашками коже, приведенные в движение поднятием рук, устремились вниз между огромных грудей, на которые уставился Гарри. Он собрал волю в кулак и отвел взгляд. - Я бы попросила сменную одежду, - с трудом сдерживая улыбку полушепотом сказала Рита, - но боюсь вас смутить. Они прошли в гостиную, где все так же весело трещал огонь в камине. Гарри замешкался в коридоре и вернулся с кухонным полотенцем. Пока Рита вытирала лицо и голову, он бухнулся в кресло, палочкой почистил пару стаканов и разлил виски. - А я вижу вы тоже не теряете зря время, - подмигнула Рита и осушила свою порцию залпом. – Как прошел ваш визит к Маклаггену? - Без особых результатов, - уклончиво ответил Гарри, - давайте сперва вы. Он пополнил стаканы. Рита раскрыла свой увесистый блокнот и разложила на столе сложенные в него вырванные странички разных оттенков и форм. - Мне пришлось сильно порыться в своей рабочей картотеке… Первым делом я навестила старину Дугласа из «Пророка» … Она говорила долго, с деталями, сыпала именами, вкрапляя тут и там коротенькие истории знакомств, но вскоре Гарри понял, что все ее «контакты» ничем помочь не смогли. Рита делилась версиями, безумными сплетнями, но Гарри поплыл, давно потеряв нить повествования. Он кивал головой, поддакивал, периодически восклицал «Что-о-о?», полностью погрузившись в свои мысли. Его гипнотизировали отблески пламени на стеклах ее очков, хищная красная помада на ее пухлых, блядских губах, неестественно ровные мелкие белые зубы. Виски в бокале почему-то не хотел заканчиваться. - Гарри? Гарри? Вы меня слышите? Он вздрогнул, не заметив, как провалился в быстрый сон. - Ну все, все, - ласково пропела Рита, - вижу, вы устали. Давайте я вам помогу. Она подала ему руку, помогая подняться и довела до дивана. - Не беспокойтесь, мистер Поттер, вас никто не бросит в таком жалком виде. - Ж-жалкэм? – промямлил Гарри, немного покачиваясь. Он был чертовски пьян и с трудом держался на ногах. - Мне гораздо больше нравится стальной блеск ваших глаз, когда вы приходите отшить репортеров на министерские брифинги, - прошептала Рита. Она осторожно сняла с него рубашку и толкнула на диван. Гарри было взялся за ремень, но и тут Рита его опередила. — Вот так, - она стащила с него брюки, аккуратно сложила одежду на кресле и накрыла его клетчатым пледом, свисавшим со спинки дивана, - спите, мистер Поттер, увидимся завтра. - Уже уходите? – удивленно спросил Гарри, немного трезвея. - Конечно, - подмигнула ему Рита, - мне бы и самой не помешало… отдохнуть. Он попытался было встать, бормоча про проводы, дождь и поздний час, но Скиттер все так же ласково его остановила. - Я найду дорогу, - прошептала она. – Отдыхайте, мистер Поттер. Так и знала, что сплетни про Гиппогрифа на груди – просто сплетни… Спустя минуту Гарри услышал щелчок закрывшейся двери. Огонь в камине все так же весело трещал.

****

Гарри ворочался на диване битый час, но сон сняло как рукой. - Дурацкая Скиттер, - сопел он себе под нос, пытаясь закутаться поудобнее, - дурацкая Скиттер со своими блядскими губами и блядскими сиськами… дурацкий диван… Гарри медленно вытянулся во весь рост, с удивлением обнаружив, что диван вытянулся вместе с ним. - Гермиона, - пробормотал Глава Мракоборцев, - все у тебя работает как… как… по волшебству… Он зажмурился, размял лицо руками. Сон не шел. Спустя еще четверть часа Гарри встал, скинул плед, взял со стола бутылку. Она, на удивление, почему-то была почти полная. Приложился. Постояв с минуту, покачиваясь, удалился в темноту коридора. Он открыл дверь во дворик. Дождь закончился, в голом едва покрывшимся зеленью садике было пусто, темно и чертовски холодно. - Не делай того, о чем потом захочется забыть! - немного зло прошептал Гарри и захлопнул дверь. Ему вдруг стало очень обидно и одиноко. Он брел по коридору, отталкиваясь от стен, зевая и бесконечно поправляя трусы. Его почему-то злили мысли о Чжоу и Гермионе. «Сколько уже прошло времени, - сердился Гарри, - что они там забыли? Почему нет новостей?» Остановившись у ванной, он уставился на дверь. Из гостиной раздался легкий шорох. Гарри моментально напрягся и чуть было не заорал от собственного идиотизма – палочка осталась валяться рядом с диваном! Гостиная была за поворотом после кухни. Он прихватил нож со столешницы и крадучись двинулся вперед. Насколько же по-идиотски он будет выглядеть, если это взломщик или потенциальный враг – в трусах, с болезненно твердым стояком и ужасающим перегаром! Тихий вдох, тихий выдох. Успокоившись, Гарри осторожно выглянул из-за дверного косяка. На диване, освещаемая пламенем камина, лежала абсолютно голая Рита. Ее левая рука была закинута за голову, в то время как правая ритмично двигалась между распахнутых ног. — Вот таким вы мне нравитесь больше, мистер Поттер, собранным. - она говорила низко, развратно, тяжело дыша. Нож с тихим стуком упал на ковер. - Что вы здесь делаете? - Гарри попытался придать своему голосу суровости, но понимал, насколько по-идиотски это прозвучало. - Вы легко читаетесь, мистер Поттер, - Рита закинула одну ногу на спинку дивана и чуть развернулась в его сторону. Ее длинные красные ногти блестели от влаги. Она медленно погрузила в себя два пальца и закусила губу. – Вы кобель, и всегда им были. Похотливый, но хорошо маскирующийся под примерного семьянина, кобель. Я таких чую за тысячу миль, всегда чуяла… М-м-м-м… Так и будете стоять? Он сделал несколько неуверенных шагов в сторону дивана. - Всегда ловила вас в момент, когда вы отводите взгляд, - продолжала Рита, - а все эти слухи… Я не соврала мисс Грейнджер, когда мы с ней болтали по душам в этой милой гостиной – следить за вами было очень скучно. Никаких сенсаций. Но слухи, я бы даже сказала… отголоски слухов… Что вы делали во Франции три года назад, когда ездили туда со своим приятелем Рональдом Уизли на международную конференцию? Одна птичка напела, что вас видели с Белль Делакур, но птичка не заслуживала доверия, а Белль хлопала глазами и притворялась, что не говорит по-английски, когда к ней подослали молодого и очаровательного собеседника…. М-м-м-м… А истории про ваш «второй год», который вы доучивались в Хогвартсе? Опять же, дикие истории, но в одной из них фигурировала Чжоу Чанг, а такое не берется на пустом месте. Откуда ей там взяться, если она окончила школу за год до вашего возвращения? Мисс Чанг, как мы все прекрасно знаем, лихих нравов, но ни одна желтая газетенка не смогла ее раскачать. - Как вы сюда попали? Вы же ушли? – неуверенно перебил ее Гарри. - А ведь есть еще раздевалка Холихедских Гарпий… - Рита пропустила его вопрос мимо ушей, - и как-то, празднуя победу, девчонки хвастались своими постельными приключениями… и ваша супруга на примере багета показывала размер достоинства главного мракоборца страны… На этом моменте моя шпионка чуть не погорела, потому что еле сдержала удивленный возглас. Мужчинам с таким членом всегда мало одной женщины… Он остановился у дивана, глядя на нее сверху вниз. Рита вытащила пальцы из размокшей, манящей щели между ног и провела между ними языком. - И я тогда сказала себе, - внезапно деловым голосом продолжила Скиттер, разворачиваюсь к Гарри и раздвигая ноги еще шире, — вот ваша главная тайна! Ваша тяга к завоеваниям в постели, потому что все остальное вами уже завоевано! Это меня, признаюсь, очень возбудило. Не с профессиональной точки зрения, а чисто с женской. Мне нестерпимо захотелось проверить свою теорию. Мне захотелось, мистер Поттер, чтобы вы меня оттрахали этим самым не менее легендарным, чем ваш шрам, членом! Она потянулась рукой к его трусам, но Гарри перехватил ее. - И все, что мне оставалось, это дождаться подходящего момента, - зашептала Рита, борясь с рукой Гарри, - никогда бы не подумала, что этот момент будет связан с такой потрясающей историей… Я знала, что застану вас здесь одного. А дальше… вы так предсказуемы. Вид мокрых титек и немного старой доброго заклинания пополнения сосуда… Она наконец оставила свои попытки и вырвала руку. - Что с вами Гарри? – ее огромная грудь часто вздымалась – я же вижу по вашему лицу, чего вы хотите. Вы ведь меня выходили искать на улицу? – она хохотнула, - чтобы закрепить успех, мне нужно было вас раззадорить. Уйти, когда вы уже были тепленьким. Посмотрите сюда… Об этом теле мечтают тысячи мужчин, потому что не про одного Главного Мракоборца ходят легенды…. Пэйтон Монтана умолял меня сесть ему на лицо, буквально целовал мои каблуки, но он скучный простофиля… Как вам нравится, Гарри? Грубо? Нежно? Хотите увидеть свой член между этих грудей? Хотите… Гарри схватил Риту за горло и стащил с дивана на пол. Запустил пятерню в волосы, намотал их на кулак и оттянул назад голову. Левой рукой спустил трусы ровно настолько, чтобы освободить гудевшие яйца и блестевший от предэякулята раскалывавшийся ствол. - О-о-о, - восхищенно прохрипела Рита, - так вам нравится домини… Он грубо заткнул ее, надавив рукой на затылок и проникая глубоко в горло, cложился пополам. Глубже, глубже… Рита закашлялась, давясь, застучала рукой по его бедру. Гарри подержал ее еще несколько секунд и отпустил. - Сраный Мерлин, - задыхаясь простонала Рита, - к такому я не была готова… - Сдаетесь, Рита? – Гарри тяжело дышал, размазывая слюну по ее губам и щекам членом. - Нет, - она закрыла глаза, подстраиваясь лицом под его судорожные движения. Он вошел в ее рот снова, не так резко, и почувствовал, что Рита была куда более расслабленной. Глубже, глубже… Она уперлась носом в его плоский напряженный живот. - Смотрите мне в глаза, - голос Гарри изменился. Он был властным, не терпящим возражений. - М-м-м-ф, - промычала Рита, вперив в него взгляд. Ее горло ощутимо раздулось. Гарри задал темп, все также сжимая ее волосы в кулаке. Затем, обхватив руками ее затылок, ускорился. Его грудь как будто охватило внутреннее пламя, он дышал резко и неровно, едва сдерживая готовую разразиться фонтаном головку. - Блядские титьки, - прошипел Гарри, резко вытащил и бросил ее на пол. Она тут же раздвинула ноги, но Гарри уселся на нее выше живота, положив свой дрожащий от напряжения член между ее грудей. Рита откликнулась с готовностью, зажав его горячей податливой плотью. - О боже, - тяжело дыша простонала она, - я могу достать его ртом… - Тогда в чем дело? – сурово спросил Гарри. - Сосите, Рита. И не смейте отводить взгляд. Он ожесточённо ездил на ней, пока не почувствовал, что момент уже близко. Резко встав, Гарри схватил Риту за руку, перевернул на живот и задрал ее задницу вверх. - Выше, - скомандовал он, - еще выше… Вот так. Гостиная наполнилась звоном шлепков. Рита материлась, стонала, уперевшись щекой в ковер и закатив глаза, Гарри старался дышать размеренно, отгоняя срочный позыв. Он держал ее руки за спиной в замке, периодически резко шлепая по ягодицам. Минута, две, три, пять… - Подожди, - Рита еле говорила, - подожди... Он вышел из нее с легким хлюпаньем. Массивный круглый зад и ляжки Риты словно окатило водой – по ним стекал пот вперемешку с ее соками, ноги мелко дрожали. Он нагнулся, схватил ее за волосы и оторвал от пола. Развернул лицом к себе, направив член, который он уже массировал, прямо на очки. - Кончи на мое лицо, - она еле говорила, ее еще полчаса назад роскошные светлые волосы сбились в мокрые слипшиеся от пота космы, - обкончай мое лицо… - Мы разве перешли на "ты"? Рита слабо улыбнулась. - Пожалуйста, сделайте это на мое лицо, мистер Поттер… Она закрыла глаза и высунула язык. В этот момент в глубине дома послышался глухой щелчок и женский смех. Гарри застыл, в растерянности разинув рот. Все его силы ушли на то, чтобы сдержать эякуляцию, но абсурдность и неловкость момента отлично помогли понизить градус возбуждения. Рита крутанулась, зачем-то прикрыв рукой грудь и поправляя съехавшие очки. - Где ваши вещи, Рита? - одними губами произнес Гарри, - где ваши вещи? - За диваном, - испуганным шепотом ответила она. Чжоу и Гермиона (а это без сомнений были они), судя по всему, уже были на кухне. Можно было разобрать даже отдельные слова. - Прячьтесь, - Гарри мотнул головой в сторону парадной двери, - выходите на улицу. Я что-нибудь придумаю. - В холод? Когда я вся теку? – зашипела Рита в ответ, - есть идея получше, мистер Поттер. - Да куда же подевалось это шампанское? – неестественно веселый голос Гермионы был совсем близко. Гарри не успел даже удивиться - настолько быстро Рита Скиттер, незарегистрированный анимаг и главный редактор «Модной Мантикоры», которую еще минуту назад трахали, бросив лицом в ковер возле камина, превратилась в большого синего жука и юркнула под диван. Он едва успел запихать туда же черную рубашку и бриджи («Даже трусы не надела!» - подумалось Гарри), бухнуться на свое место и укрыться пледом, притворяясь спящим. Огонь в камине все так же весело трещал.