Глава 13. На пороге и без приглашения.

Ни хороших, ни плохих новостей с рассветом не прибавилось. Чжоу, конечно же, долгое время не могла сомкнуть глаз, и чтобы как-то отвлечься, включила телевизор, но так и не смогла разобраться как найти тот самый канал с «непристойными фильмами». Почему-то Гарри ни разу не включал ей этих фильмов, хотя пару раз они тайно встречались в магловских отелях. Эта мысль вызвала непонятную тоску и чувство сожаления, будто что-то так дорогое сердцу заканчивалось. Несмотря на непостоянство их встреч, на сугубо плотский аспект их с Гарри отношений, Чжоу чувствовала себя с ним как за каменной стеной. (тебе нужна шлюха, а не жена…) Да, именно так она не раз ему говорила. Да, и именно такой она была, ведь такой он и хотел ее видеть. Чжоу была его неутомимой любовницей, его загадочным голосом из запретного колодца, его тайным другом. Иногда она позволяла себя глупые мысли: что было бы, если… Что было бы если их отношения были постоянными? Ее пугало само слово, казалось нелепым, наивным, взбалмошным. Давным-давно на уроках Зельеварения покойный профессор Снейп иногда называл необратимые реакции постоянными – что бы ты не смешал, как бы ты не ухищрялся, все едино: либо соскребаешь сажу со стенок котла, либо получаешь правильно сваренное зелье, а вот исходных ингредиентов назад не вернуть никак… И разве они не были постоянными в своем непостоянстве? (хреновый из тебя философ, Чанг) Она ворочалась с боку на бок, пытаясь обнять подушку так и эдак, пыталась даже пофантазировать, обратившись к всегда готовому к ласкам телу, но настроение было явно противоположно игривому. В пятом часу Чжоу наконец-то провалилась в быстрый полный странных видений сон, в котором загадочные голоса нашептывали неразборчивые фразы, что-то извивалось в клубах красноватого дыма, дым сменялся вереницей похожих на лабиринт коридоров, смутно напоминавших один хорошо ей известный - запретный. Она резко подскочила, когда заверещал будильник, все еще пытаясь найти выход из лабиринта – за окном уже рассвело. «Ты трусиха» - подумала Чжоу бережно опуская собранные Гарри волоски в основу оборотного зелья. Она казалась самой себе маленькой, незначительной на фоне привыкших к неприятностям Гарри и Гермионы. Да, Чжоу учувствовала в битве за Хогвартс, но ее собственный вклад она оценивала как минимальный, а страшный бой в стенах замка запомнился разве что полной неразберихой и рикошетившими во все стороны заклятиями. Малышка Чжоу любила танцевать, петь, влюбляться, хорошенько потрахаться, умеренно выпить, гулять до рассвета, читать вздорные книги и слушать не менее вздорную музыку, а теперь на нее взвалили поиски пропавшей журналистки, которую скорее всего похитили, попутно разворотив жилище до неузнаваемости. Ловить преступников, сражаться не на жизнь, а на смерть – это к Гарри и Гермионе. Она же приходила на работу только за чеком, который вручали каждые две недели, и была полностью довольна собой и своим образом жизни. Ладно, подумала Чжоу, все будет: и танцы, и музыка, и много-много секса. Потом. Гарри поручил ей дело, и его ни в коем случае нельзя было подвести. Мучительное перевоплощение в Первого Заместителя заставило ее осесть на пол. Переведя дух, Чжоу достала из безразмерной ведьминой сумочки все имевшиеся на руках после предыдущей рокировки Гермионины вещи, а именно: защитный доспех-портупею и трусы. Надо же, все это время Чжоу носила трусики леди-босса-начальницы в сумке. Не сдержавшись, она хихикнула. А вот рубашку, мантию, чулки, юбку и рабочие туфли на каблуках ей придется подгонять. Доспех на удивление не доставил проблем, хотя надевала она его всего один раз и то под присмотром Гермионы. Он был действительно удобным, мягкая кожа ремней дарила телу ощущение защищенности, да и смотрелся он скорее как фетиш-аксессуар, нежели магическая броня. Замысел дизайна был понятен – скрытность ношения и большой объем материала, покрывающего туловище, части ног и рук, что позволяло впитать довольно много заклинаний и на довольно длительное время без ущерба свободе движений. Но что-то подсказывало Чжоу, что создатель первых прототипов явно увлекался BDSM-тематикой. - Какая же ты красивая, сучка. – весело прошептала Чжоу зеркалу, из которого на нее смотрела почти голая опоясанная десятками ремней Гермиона Грейнджер. – Но попу неплохо бы наесть… Она еще немного покрутилась, рассматривая себя со всех сторон, но вдруг замерла, увидев в отражении страшные шрамы на предплечье, о которых она постеснялась говорить с Гермионой при первом обмене телами. Грязнокровка. Она содрогнулась, вспомнив хорошо известный эпизод из истории великой троицы, и вновь восхитилась Первым Заместителем, которая носила эти шрамы с гордостью, хотя спокойно могла от них избавиться магическим путем. - Красивая и смелая, - пробормотала Чжоу, поглаживая грубые полоски, из которых в оскорбительное слово складывались вырезанные Белатриссой Лестрейндж буквы. С легкой неохотой она взялась за подгонку рабочей одежды - пришлось провозиться гораздо дольше, чем с доспехами. Наконец, последний штрих – строгий, удерживаемый сверхсильной фиксацией пучок, в который укладывала свои непослушные волосы Первый Заместитель. Те самые драгоценные волосы, ставшие началом безумной истории, финал которой, судя по всему, грозил обернуться настоящей локальной войнушкой. Ну ни дать ни взять древнегреческий миф – злодеи похитили локон прекрасной богини справедливости и правосудия, а презренные смертные по этому поводу собрались самую малость поубивать друг друга… И вот из зеркала на нее смотрит уже деловая Гермиона Грейнджер в безупречном с иголочки рабочем одеянии, но чего-то не хватает для полной достоверности… Чжоу немного ссутулилась и нахмурила брови. Ага. Вот теперь точно Гермиона Грейнджер. Спустя еще полчаса она вышла в утонувший в неестественно густом тумане Парк-Лейн, скользнув на ходу взглядом по лицу ночного портье – тот приветственно кивнул, а затем долго с мечтательным выражением лица смотрел ей вслед.

****

Во внутреннем дворе родового замка Маклаггенов собралась приличная толпа – пока Таша вела Гарри за шкирку вниз по лестнице от главной башни, он насчитал пять групп по шестнадцать человек в мантиях с гербом, на котором рыцарь сражал копьем гигантского змея. Среди суровых молодчиков попадались и воинственного вида женщины. С замиранием сердца и чувством облегчения он увидел Гермиону, одиноко сутулившуюся рядом с широкоплечей фигурой Тиберуса в красном плаще. Горец опирался на самое что ни на есть настоящее боевое копье со странным кривым наконечником. Приблизившись к хозяину, ассасин швырнула Гарри к ногам Главы Клана. - Я ожидал увидеть здесь другого человека, - прохрипел Тибериус, с недоумением разглядывая пытавшегося подняться мракобрца. - Помог шлюхе сбежать, - свесив голову отчиталась Таша, - быстро среагировал, видимо опоил себя зельями, обычно этот пес гораздо медленнее. Заблокировал аппарацию, укрепил защитой окна и стены, пришлось определять расположение спальной шлюхи. Выиграл ей время. — Это правда, мистер Поттер? – спросил Маклагген. – Вы решили помочь той, из-за кого завертелась вся эта история? Думаете, ей было не плевать на последствия для вашей драгоценной подруги и всего Министерства? Гарри ввиду отсутствия какой-либо реакции на лице Гермионы пришел к выводу, что та под Империо, поборол желание кинуться на горца и спокойно возразил: - Я не спешил никому помогать, хотел добраться до Маделен, а еще лучше самой Мии Ривз первым. - Зачем? - Чтобы опередить вас, дать уйти хотя бы одной. Если умрут обе, вам больше не будет нужна Гермиона. Вы действуете опрометчиво, Тибериус. Два похищения высших министерских чинов… - Не имеют значения, - жестко оборвал его Тибериус. – Министерство в глазах клана Маклаггенов нелегитимно, потому что скомпрометировано изнутри. Если надо, мы пойдем войной на Министерство, и тут нас поддержат уже не только наши солдаты. Под мои знамена встанет вся волшебная Шотландия… Вы, лоулендеры, давно размякли и заигрались в своей песочнице. Гарри на секунду опешил, но все-таки нашелся с ответом: - Что вы несете, Тибериус! На дворе не четырнадцатый век… - А как вы объясните участие одного из, как вы выразились, «высших чинов» в самом настоящем Средневековом ордене? Секте? Культе? Называйте, как хотите. Или привлечение служителей этого культа к устранению подданых? После беседы с мисс Грейнджер, которую мы бы не стали похищать, не убедись я в вашем предательстве… - Предательстве! С чего вы взяли, что мы вам чем-то обязаны… ох! – Гарри прервался, получив удар в солнечное сплетение от караулившей рядом Таши. - У нас с мисс Грейнджер был уговор, - сверкнул здоровым глазом Тибериус. – Я понимаю, что для вас, избалованных всеобщей любовью и вниманием сопляков, уговор ничего не значит, но Первый Заместитель обещала мне разобраться с делом об оборотных зельях, обещала найти племянника. И не сдержала ни одного обещания. - И что, вы теперь готовы развязать гражданскую войну? – съязвил Гарри, переводя дух, а про себя подумал: «Готов. Точно готов. Недооценили мы Маклаггенов… о чем только думала Миа, пристрелив Кормака?» - Если в этом возникнет необходимость, - сдержанно ответил Тиберус. – Для начала мы расквитаемся с шлюхой Маделен, ее сообщницей Ривз и главарем этого их борделя. Кстати… извольте потешить стариковское любопытство: как вы догадались, что заказчиком была Маделен? Ваша подруга, например, даже под сывороткой правды не смогла назвать имя, а значит, оно ей было неведомо. - Я мог бы догадаться и раньше, - с неподдельным сожалением пробормотал Гарри. – Министерские машины, осведомленность о передвижениях, доступ к глазкам, присутствие на балу… Но самое главное – это анонимный донос на вашего племянника. Он появился аккурат после того, как наблюдавшая за домом Миа сообщила заказчику, что с визитом к Кормаку явилась Чжоу Чанг, хотя на самом деле это была Гермиона под оборотным зельем. Какими бы плохими не были их отношения, Маделен не хотела, чтобы ее дочь постигла участь беспечных посетителей этой вонючей конуры... Он получил еще один удар - теперь по лицу. Пошатнулся, но на ногах устоял. - Есть идеи насчет того, куда подевалась Скиттер? – Маклагген примирительно поднял руку и Таша опустила занесенный для второго удара кулак. - Нет, - честно ответил Гарри, потирая скулу. – На нее времени не хватило. Маклагген усмехнулся: - Будь вы осмотрительнее в выборе сторон, мистер Поттер, у вас хватило бы и времени, и ресурсов. Мои люди уже ей занимаются. Благодаря Первому Заместителю я получил бесценную информацию, свое любопытство относительно ваших догадок я тоже удовлетворил. Теперь вопрос – какая мне в дальнейшем польза от вас? Таша с кривой ухмылкой уже держала палочку наготове, целясь Главе Мракоборцев в лоб. - Возможно я знаю кое-что еще, Тибериус, - быстро ответил Гарри. Действие тоников начало выветриваться, и он почувствовал сопутствующие эффекты – ломоту в мышцах, сухость в глазах и заплетающийся язык. – Отдам вам должное, вы успели собрать маленькую армию и полны решимости испепелить всю Британию, но как вы собираетесь искать… ваших обидчиков? Никто не знает, где находится Логово, кроме тех, кто туда вхож… - А вы, стало быть, знаете? – рассмеялся Маклагген. - Я знаю, где расположен… служебный вход, если хотите. – многозначительно ответил Гарри, немного обеспокоенный его смехом. - Мистер Поттер, вы, конечно, наловчились во многих вещах, но не в тонкостях устройства нашего сообщества. Дайте угадаю: вы хотите предложить проводить нас до некой старинной таверны для волшебников, где-то в Йоркшир-Мурс? Тут Глава Мракоборцев опешил. «Откуда…» - Все та же выписка! - продолжил Тибериус, с мрачным удовлетворением наблюдая его реакцию, - Можно, конечно, полностью отгородиться от мира, таких примеров наша история знает немало. Но любое хранилище в Гринготтсе по правилам банка должно иметь привязку к физическому месту или физически существующему волшебнику. После того, как вы с мисс Грейнджер вышли на хранилище Джонатана Ривза, вы не озаботились попросить выписку об операциях перевода по его счетам. А я озаботился. Так вот, оказывается, одна захудалая лачуга где-то посреди болот на Севере обладает состоянием, превышающим запасы доброй половины семейных хранилищ в Гринготтсе, и как раз из хранилища, привязанного к этой лачуге, был произведен перевод на внушительную сумму в пользу хранилища Ривза через день после пропажи моего племянника. И это для меня не в новинку, ведь большая часть моего собственного золота числится на одном давно исчерпанном руднике… Налоги, знаете ли, уже из-за них можно немного повоевать, - он снова засмеялся, покачивая головой. – Так вот в чем был ваш план? Стравить нас с теми, кто охраняет этот самый «служебный вход» и под шумок вызволить подругу? Гарри не ответил. То, что предложила ему Миа в последнюю минуту их разговора, теперь казалось несусветной глупостью. - Что ж, мистер Поттер, я ваше предложение с радостью принимаю, - в голосе Маклаггена слышалось плохо скрываемое злорадство. – Вы с мисс Грейнджер будете нашими проводниками. Я наслышан о ваших достижениях в качестве ловца… Метлой вы, смею предположить, пользуетесь превосходно? Гарри неуверенно кивнул. - Что ж, тогда мы подберем для вас что-нибудь приличное. Майлз! Подготовьте для мистера Поттера средство передвижения, только сперва убедитесь, что оно вдруг не станет средством для побега…

****

Быть Гермионой Грейнджер было непросто. Предыдущее перевоплощение в Первого Заместителя не доставило особых хлопот, скорее мешали излишняя нервозность и ощущение чужого тела – день после бала в Министерстве был сонным и ничем не запоминающимся, кроме непривычно больших скоплений сотрудников в курилках и возле питьевых фонтанов. Чжоу надеялась, что конец рабочей недели будет столь же непримечательным, но то ли канун Вальпургиевой ночи всех взбаламутил, то ли Меркурий зашел не в тот дом – ее беспощадно задергали, едва она успела сесть за стол. «Не забудьте, пожалуйста, про наши бумаги на подпись, мисс Грейнджер». «У вас будет пара минут, мисс Грейнджер?» «Доброе утро, Первый Заместитель, прошу прощения, но тут такое дело…» «Мисс Грейнджер, вы сможете присутствовать на встрече в Отделе Международного Магического Сотрудничества в три? Мы направляли вам записку давеча…» Отбившись от первого натиска, Чжоу возилась с кофейником, когда в кабинет зашел Мистер Уизли. Далее в течение мучительно неловких пяти минут Глава Отдела ходил вокруг да около темы, которую ни Гермиона, ни Гарри в ее присутствии не касались – Рональда Уизли. - Я, конечно, на балу обещал тебе не вмешиваться, но после всего что случилось за последние пару дней… - вид у Артура был одновременно обеспокоенный и виноватый. – Я вижу, как нелегко тебе все это дается, да и Рональд постоянно интересуется как ты, а из меня такой себе лжец. Я ничего ему не рассказывал про… кхм… фотографии, прекрасно понимая, что только хуже сделаю… Но, может быть пора вам хотя бы попробовать поговорить? - Э-э-э-э… да, конечно, - смущенно пробормотала Чжоу. Мистер Уизли тут же просиял, но она поспешно добавила: - … после выходных. Простите, мистер Уизли, но что-то действительно многовато навалилось, я ведь тоже боюсь, что только хуже сделаю. Ну, знаете, из себя выйду, ругаться начну, нервы ни к черту. – Чжоу готова была отдать палец на отсечение, что за такой ответ Гермиона бы только спасибо сказала. Глава Отдела вздохнул: - То есть ты все-таки хочешь дождаться, пока он вернется из вынужденного отпуска. Мне не придется расселять вас по разным этажам? - Нет, - ответила Чжоу, правда, немного неуверенно. - Тебе точно не нужна помощь? - Нет, мне бы все дела доделать и… э-э-э-э-м… в ванной полежать. Выспаться. - Может выходной возьмешь? – он снова начал рассматривать ее с начинающим раздражать беспокойством. - Нет. – твердо ответила Чжоу самой правдоподобной имитацией железной начальницы. – Только не в эту пятницу. - Хорошо, не буду тебя беспокоить. «Соберись, Чанг. – думала про себя Чжоу, уставившись на дверь, за которой после очередной порции извинений исчез Артур. – Так ты далеко не уедешь. Ты пообещала Гарри, что сделаешь все в точности так, как он сказал, а беспокоиться будешь позже». Ее снова накрыло волной отчаяния – до сих пор никаких вестей, а стрелка часов уже подбиралась к десяти утра. Чжоу чуть ли не ежеминутно хваталась за зеркальце быстрой связи, пробовала вызывать Гарри сама – без толку. Ее так и подмывало плюнуть на указания Главы Мракоборцев и забить тревогу. «Спокойно, девочка, спокойно. Если бы где-то началась небольшая войнушка, все бы уже забегали. Тебе нужно расслабиться». Средство для расслабления она всегда носила с собой. Зачем-то воровато оглядевшись по сторонам, Чжоу достала из сумочки маленький пузырек с «люстом» и вылила содержимое в кофе. Спустя несколько минут приятный холодок и легкое покалывание в интимной зоне принесли так необходимое желание срочно чем-то заняться. (сексом) Чжоу вышла из-за стола, размялась, потянулась, закинула на стол ногу и достала кончиками пальцев до пола (Гермиона вряд ли бы одобрила использование ее рабочего места для подобных целей), сменила ногу, повторила. Чувствуя, как возвращается уверенность привычной малышки Чжоу, она наконец покинула кабинет, проигнорировав успевшую запорхнуть настырную служебку. Гарри посоветовал ей явиться к Плинкетту лично, не вызывая к себе и не отправляя записок. «Он мерзкий тип, и нас недолюбливает. Постарайся быть с ним предельно милой, но, если он начнет артачиться, включи опасного Первого Заместителя. Пригрози, что пойдешь к Министру, если продолжит упираться» - объяснял ей Глава Мракоборцев. Кабинеты Департамента Внутренних Расследований находились на одном этаже с Отделом Тайн, в подвалах Министерства прямо над гаражами. В отличие от других отделов, удобствами сотрудников ДВР не баловали – коридор был едва освещен, ни окошек с искусственными пейзажами, ни комнат для чаепития, только унылые стены да двери. «Наверное для того, чтобы этих змеенышей ничего не отвлекало от слежки за коллегами», - с отвращением думала Чжоу, разглядывая таблички – ДВР в Министерстве не любили. Кабинет Плинкетта оказался в самом конце. Набрав полную грудь воздуха, Чжоу постучалась, и, услышав скрипучее «Входите», вошла. Помещение было небольшим, однако окно с магическим пейзажем в нем все-таки присутствовало. Помимо окна глядевший на нее с подозрением сыщик мог похвастаться лишь заваленным бумагами столом, огнеупорным бюро и парой скособоченных кресел на роликах. - Мисс Грейнджер? – Плинкетт отложил перо и уставился на нее с настолько любезными выражением лица, что трактовать его кроме как издевку возможным не представлялось. - Доброе утро, Ричард. Я бы хотела получить от вас всю информацию по Рите Скиттер ввиду… ввиду того, что дело о ее похищении напрямую связано с моим расследованием кражи личности. Сыщик смотрел на нее рыбьими глазами, не моргая, с добрую минуту, но затем, к величайшему удивлению Чжоу, оттолкнулся ногами от пола, докатился, не покидая кресла, до бюро и принялся в нем рыскать, что-то бормоча себе под нос. — Вот, - завершив поиск объявил Плинкетт немного насмешливо и протянул Чжоу пухлую папку. – Все тут. Честно говоря, я ожидал вас еще вчера… В отличие от многих ваших коллег, мы всегда храним всю имеющуюся информацию в письменном виде. Если у вас появятся какие-то вопросы, отправьте записку, или вызовете по зеркальцу… У вас уже есть какие-то идеи? Так сказать, рабочий черновик? - Нет, - с неподдельным облегчением ответила Чжоу, забирая папку, но в последний момент Плинкетт вцепился в нее, не отпуская. - Не принимайте мое отношение к вам и вашему коллеги близко к сердцу, мисс Грейнджер. – доверительно проскрипел сыщик. – Я всего лишь выполняю свою работу. Она кивнула и выдернула папку из его клешни. - Держите меня в курсе, - бросил он ей напоследок. «Как-то все подозрительно легко прошло» - подумала Чжоу, спешно возвращаясь к лифту с прижатой к груди папкой. Ее не покидало ощущение, что Плинкетт, сидя в своем кресле, продолжает гипнотизировать дверь, прожигая рыбьим взглядом стены и наблюдая за ней. До встречи с Наземникусом оставалось чуть больше часа, а навыками скорочтения уровня «Гермиона Грейнджер» она похвастаться не могла.

****

Они выступили едва забрезжил рассвет все теми же четкими формациями по шестнадцать, словно гигантская стая несуразных птиц. Гарри приковали к метле, предварительно зачаровав на удивление неплохую «Комету» анти-аппарационными чарами, так что любая попытка сбежать во время полета обернулась бы потерей руки. Впрочем, без Гермионы он никуда и не собирался. Первый Заместитель летела чуть впереди по левую руку рядом с возглавлявшими отряд Тибериусом и Ташей с тем же выражением безмятежной покорности на лице. Мрачный замок стремительно удалялся за их спинами, и Глава Мракоборцев, обернувшись, в очередной раз похвалил себя за отказ от идеи немедленного штурма – с высоты родовое гнездо Маклаггенов выглядело еще более неприступным. Они летели над расстилавшимся без конца и края вязким белесым морем – такого плотного тумана Гарри давно не припомнил. С севера в спины задувал промозглый ветер, мышцы нестерпимо ныли и требовали тоников – он стиснул зубы, молясь, чтобы полет не затянулся до момента, когда силы его окончательно покинут. Гарри вдруг представил себе, как соскальзывает с метлы, повисает в воздухе, болтаясь на прикованной к древку метлы руке, и сучит ногами – со стороны это выглядело бы забавно. Прямо как на одном из его первых матчей… На удивление снижаться начали довольно скоро – не прошло и получаса. Тут и там молочную завесу прорывали каменные наросты над плоской равниной. Небольшая армия Тибериуса выстроилась острым клином и спускалась по широкой спирали. Наконец, они окунулись в промозглую сырость. Последние несколько метров до земли преодолели на минимальной скорости – наверняка, чтобы оценить обстановку и успеть набрать высоту в случае засады, подумал Гарри. Однако, едва его ноги коснулись земли, стало понятно, что для засады место никуда не годилось: перед ними чернела каменная скала, по форме напоминавшая кривую трапецию, окруженную, будто лысина редкими волосками, кривоватыми скрюченными деревьями. У самого подножья каменной гряды за деревцами виднелись очертания то ли рукотворной насыпи, то ли постройки и маячил едва различимый красный огонек. Даже сокрытый дизилюминационными заклятиями отряд, пусть и превосходящий количеством бойцов отряд Тибериуса, был бы вынужден сражаться при около нулевой видимости без возможности нормально укрыться, а выгодная высота терялась за кромкой густого тумана – оттуда и не разберешь, подумал Гарри. «Приветствую тебя, прославленный инквизитор». Голос раздался, несомненно, в его голове, и Гарри непроизвольно подпрыгнул, одновременно недоумевая кому было адресовано обращение. Судя по всему, никто из продолжавших приземляться людей Тибериуса ничего необычного не заметил, кроме уже стоявшей на земле Таши - та злобно зашипела, выхватила палочки-близнецы и крутанулась на месте. - Что? – раздался хриплый голос Тибериуса. - Магия, - ассасин продолжала медленно оглядываться, раскинув руки широким углом. – Сильная магия, кто-то колдует, но тут никого нет. Нет запахов жизни, только запах смерти. - Нужно улучшить видимость, - громко выкрикнул кто-то из толпы за спиной Гарри и тут же зазвучали заклинания – задул горячий воздух, засияли светящиеся шары, и туман, нехотя, отступил. Их внимание приковал неказистый примыкавший прямо к скале двухэтажный покосившийся дом из грубого камня с крохотными окнами, одно из которых излучало красный свет. Черепица на крыше почернела и окаменела до такой степени, что было непонятно, где заканчивается постройка и начинается скала. «Больше похоже на склеп», - с легкой тревогой подумал Глава Мракоборцев. Он обернулся: толпа волшебников уже успела выстроиться, побросав метла. С палочками наготове бойцы молча рассматривали неказистое сооружение. - Там, - громко сказала Таша, ткнув палочкой в сторону горящего окошка. – Магия исходит оттуда. Тибериус изучал странный дом несколько минут, храня молчание и задумчиво подкручивая ус, затем развернулся к своим людям и заговорил: - Я благодарен каждому из вас, о доблестные сыновья и дочери клана! В момент, когда незримый и подлый враг нанес удар в самое сердце нашей общины, никто из вас не спрятался за юбкой жены, не прикрылся беспокойством о детях, не сослался на старые болячки, ни одна септа не промолчала. Восемьдесят человек насчитал я – самый большой отряд со времен Великой Войны Маглов, который собирался под знаменем Грегора! Вы прошли лучшую подготовку, закалены в боях за семью морями, где каждый из вас доблестно отстаивал интересы клана! И, наверное, вы недоумеваете зачем я собрал вас в таком количестве – ведь не ради этой убогой халупы? Достойную битву обещал я вам, а не штурм сарая. Но не позволяйте себе обманываться – этот домишко лишь приманка, приглашение на казнь. Что нас ждет за дверями от нас сокрыто, поэтому заклинаю: приготовьтесь сражаться не на жизнь, а на смерть! Каким бы коварством не обладал враг, он не устоит… Тиберус говорил довольно долго и напыщенно, но его речь мало интересовала Гарри – он следил краем глаза за Ташей, которая обходила стройные ряды и раздавала собравшимся черные браслеты из тусклого металла; идентичные браслеты уже украшали запястья ассасина и ее хозяина. - … не забывайте о приказах, озвученных вашим командиром, и не отступайте от озвученного командиром плана. – закончил речь Тибериус и медленно развернулся к таинственному дому. Тут же большая часть отряда молчаливо рассредоточилась, образовав широкий полумесяц и окружив постройку. Пятерка отделилась от общей массы бойцов и выстроились подковой прямо перед единственной дверью – все ждали сигнала. - Ну-с, - прохрипел Маклагген, - настал черед нашим славным представителям Министерства проявить себя, - он кивнул Таше, и та освободила Гарри от кандалов, которыми он до сих пор был прикован к метле. - Спасибо, - буркнул Глава Мракоборцев и забрал протянутую ассасином палочку. - Только без фокусов, мистер Поттер, - предостерег его Тибериус, - иначе последствия этих фокусов ощутит на себе Первый Заместитель. - Само собой разумеется, - съязвил Гарри и тут же получил тычок в спину. - Пшел, - скомандовала Таша. – Отряд! Оставляем метла и ждем моей команды! Он прошел сквозь образованную передовой пятеркой подкову, рядом беспечно вышагивала Гермиона, за ее спиной ступала ассасин. Гарри остановился, упершись носом в дверь и в нерешительности оглянулся, чтобы увидеть десятки направленных в его спину палочек. Маклагген сжимал в руке свое допотопное копье. Он затаил дыхание, надеясь вновь услышать таинственный голос, но вокруг и внутри него царила мертвая тишина. Собравшись с духом, Гарри осторожно постучал: Дум-дум-дум! Он буквально чувствовал градус напряжения за спиной, чувствовал, как изготовилась к резкому финту затаившаяся рядом Таша, но им все так же отвечала мертвая тишина. Тогда, за неимением других идей, Гарри решил толкнуть пахнущее мхом почерневшее от невзгод дерево. С тяжелым скрипом дверь отворилась.

****

До обеденного перерыва оставался час. Чжоу засматривалась на подрагивающие от теплого весеннего ветерка ветки платана, щурясь на разогнавшее туман солнце – они с Наземникусом устроились на одной из скамеечек в парке Святого Джеймса. Флетчер, как обычно, скулил, жаловался на жизнь и по чем свет ругал Гарри, который обещал ему месяц отдыха, но по мере того, как уменьшалось содержимое переданной Главой Мракоборцев бутылки, его настроение улучшалось. Поначалу Назем пришел в ужас от запаха неизвестного ему сорта виски, но после пробы из крышечки мнение переменил. - Одного не могу понять, мисси, - он закурил трубку и Чжоу явственно ощутила аромат горелых носков. – Сначала ему надо найти Риту, потому что запросить адресок без санкции у нетрепал нельзя, вопросов нет, но теперь-то я вам зачем спонадобился, коль она пропала? - У вас и ваших коллег, мистер Флетчер, гораздо шире каналы связи, - ответила Чжоу, морща носом. – В Министерстве этим делом уже занимаются сыщики, но нам не хватает людей со связями… в криминальном мире. - Великий Мерлин, - закашлялся Назем, - скажете тоже! Криминальный… - Гарри уже просил раздобыть адрес Риты? – внезапно перебила Чжоу. – Когда? - Да вот буквально позавчера. Сказал, что Рита бегунком у него подрабатывает, так, значит, и сказал. - Х-м-м-м… Гарри, очевидно, соврал Наземникусу про «бегунка», вот только Чжоу не понимала зачем. Флетчер между тем достал колотое пенсне в облупившейся оправе и принялся разглядывать копии бумаг из досье на Риту. - Получается, он ее не нашел? - Не нашел, - вздохнула Чжоу. – Как я уже говорила, в ее квартиру кто-то вломился, буквально перевернул все вверх дном. Нам известно, что взломщик скорее всего искал некие фотографии, но непонятно, что случилось с журналисткой, учитывая, что фотографии в квартире не хранились… - А что же, у такой мамзели не было сигнализации? – недоуменно поинтересовался Наземникус. – Адресок-то я помню – магловская башня в Сити, там абы кто не обитает. Кареты золота не хватит за такие хоромы расплатиться… - Сигнализацию обошли. Скрытые глазки тоже никого не заметили. Гарри предполагает, что взломщик либо использовал какой-то хитрый способ проникновения в апартаменты Риты, минуя коридор, либо – один из мракоборцев, но последнее маловероятно… - Гм…гм... – забормотал Флетчер. – А соседские камины проверяли? - А? – не поняла Чжоу. - Ну, там же всего-то несколько толстосумов обитает. Помню историю с Рори Бладжером, домушником ентим: как-то позарился он на безделушку одну, токмо квартирка хорошо защищена была. Так Рори взломал подключение к камину в соседней подсобке, а оттуда уже аппарировал через стену… или дыру проделал, запамятовал уже… Чжоу хлопнула себя по лбу: - А ты хорош, чертяка! – воскликнула она, забыв на секунду, что вокабулярий Первого Заместителя вряд ли содержит слово «чертяка», о чем красноречиво говорило легкое недоумение на лице Наземникуса. – Точнее, очень дельная мысль, мистер Флетчер. Назем был явно польщен – он что-то забормотал себе под нос, жуя мундштук трубки, и вновь углубился в бумаги. - А кандидаты на похищение есть? – наконец спросил Флетчер, спрятав пенсне в карман. – Информатор значит… Стукачей никто не любит, мисси, туда вам надо смотреть. - Куда? – с любопытством переспросила Чжоу, подавив саму собой напрашивающуюся ремарку про стукачей. - Дела ваши министерские. Посадили может кого по ее доносу, аль под кого копала она и от нее решили избавиться… А квартирку пробивали в реестре магической недвижимости? - В реестре… А что может быть полезного в реестре? - Страховка, конечно, мисси, - Наземникус посмотрел на нее как на несмышленого подростка. – Вы, министерские, не одно бюро разорили своими решениями в пользу ушлых истцов, старый фокус ведь – жилье попортил, потом пишешь заяву, кричишь, что ограбили, украли, изгадили, пожар… Никто там у вас с этим возиться не любит, что не истец, то всегда страховку забирает. Чжоу задумалась: озвученная Флетчером махинация вряд ли имела место быть в случае с Ритой, но мысль была интересной. Мысль о том, что Риту и не похищали вовсе. - Я подумаю над этой версией, мистер Флетчер, - медленно ответила Чжоу. — Вот уж смеху будет, если эта Скиттер сама объявится, - хмыкнул Наземникус. – Небось, запахло жареным, она и дала деру, а напоследок домишко свой подрехтовала, чтобы не в накладе остаться… Ладно, я свистну кой-каких ребят, поспрашиваем – поглядим. – он выразительно уставился на нее слезившимися глазами. - Да, конечно, - поспешно ответила Чжоу, достала из сумочки кошель Гарри и вытащила из него несколько галлеонов. – Найдете Риту, или если раскопаете сведения, которые помогут ее найти, - деловито добавила она, - все остальное ваше. Флетчер удивленно уставился на нее: - Позарез, небось, вам эта мымра сдалась, а? - Позарез, - нехотя признала Чжоу. - Ладно. – початая бутылка исчезла под потертой мантией, Назменикус кряхтя потянулся. – Чуть что отправлю вам записку, мне в вашу контору путь заказан, мисси. Я бы на вашем месте еще эту помощницу ее допросил, как ее… - Ланеган? - Ага. – кивнул Назем. – Но сперва лучше я за ней сам прослежу, а потом уж вы суйтесь. - Хорошо. Они сидели еще какое-то время в молчании, наслаждаясь солнцем – случайные прохожие с изумлением косились на странную парочку: красавица в деловом бежевом тренче зачем-то делила скамейку с бомжеватого вида сморчком, но то был Лондон, а в Лондоне всякое бывает.

****

С лихорадочно бьющимся сердцем Гарри осторожно вошел в едва освещенное упитанными огарками свечей на удивление чистое помещение, которое действительно оказалось видавшей виды таверной. Слева, ближе к едва тлевшему камину, в трапезном зале он насчитал пять обветшалых, но тщательно натертых столов. Прямо перед ним на верхний этаж уходила кривоватая узкая лестница из плотных досок. Справа же… Глава Мракоборцев судорожно дернулся, вцепившись в палочку: из-за высокой стойки на него, не мигая, красными широко расставленными глазами взирало существо. Существо было необычайно худым, высоким и лишь отдаленно напоминало человека: без единого волоска лысая голова, обтянутая мертвенно-серой кожей, вытянутые щели на месте носа, заостренные обвисшие уши (одно, судя по всему, кем-то надкусано), и – что больше всего бросалось в глаза – длинные кривые клыки, торчащие из-под черных потрескавшихся губ. - Приветствую вас, странники, - забулькало существо, будто отреагировав на ощетинившихся в его сторону палочками волшебников. – Гарм видеть вас рад… Рад вас видеть Гарм. Темные ночи и тусклые дни проходят, Гарм уже не считает времени, но всегда рад гостям. - Бессмертный, - с омерзением прошипела Таша, разглядывая вампира (а это, несомненно, был вампир), - и очень-очень старый. Пахнет старым миром. - Старый, старый, - заклекотал назвавшийся Гармом упырь, кивая, - старый и уставший Гарм. - Что это за место? – грозно спросил Тибериус. - Старое место, старое! – с готовностью отозвался вампир, - приветственный очаг для ищущих Великого Червя, последний приют Севера… - Ты здесь один, недочеловек? – перебил Глава клана. - Один, один, Гарм уже давно один! Ухаживает за тропкой, поддерживает огонь, встречает путников! Внимание Гарри приковал огромный выцветший гобелен, покрывавший всю стену за спиной вампира: кривое толстое дерево, формой напоминавшее платан, обвивала огромная белая змея, на которую, взявшись за руки, взирали снизу обнаженные мужчина и женщина. Были еще на этом гобелене едва видимые слова на латыни, но с латынью у Гарри не заладилось еще со школы. - Обыщите дом, - отдала приказ Таша. – Особенно внимательно на скрытые заклятия, тайники. Проверять на ловушки перед каждой дверью. Передовая пятерка рассредоточилась, застучали башмаки, внутрь вошли еще пятеро, окружив барную стойку, но, судя по всему, последнее было лишним – Гарм, покачиваясь на месте, лишь удовлетворенно кивал и продолжал вещать, ни к кому конкретно не обращаясь. Что-то было все про тех же «уставших путников», тропку, огонек, болота, но добавились упоминания каких-то легионеров, цезарей и – тут Гарри навострил уши – «хозяйки». - Что ты сказал, недочеловек? – прервал размеренное бульканье Гарма Тибериус, но тут же отвлекся на спустившуюся по лестнице Ташу. - Все чисто, - сверля глазами упыря протянула ассасин. – Следов сильной магии нет, хотя эта мерзость излучает сильно. Не колдует. Когда мы приземлились, здесь был кто-то другой. - Ясно… - задумчиво пробормотал Маклагген. – Ты что-то говорил про хозяйку, недочеловек, - он снова обратился к вампиру. – Кто она? И чья хозяйка? - Хозяйка, конечно–конечно, - закивал Гарм. – Хозяйка старого Гарма! Служительница, прекрасная дева Великого Червя, владычица топей… - Имя! – рявкнул Тибириус. – Довольно лирики! - Много имен у хозяйки, - осклабился вампир, отчего его физиономия стала еще страшнее. – Истинное имя неизвестно Гарму, никому не известно… - Ее зовут Сильвия? – перебил Глава Клана, многозначительно посмотрев на Ташу. - И так ее тоже называют, - обрадовался Гарм. – Красивое имя, одно из ее красивых имен. С-с-с-с-с-сильвия. - Где она? - В Логове, конечно же, - рассудительно ответил упырь. – Хозяйка давно не посещает Гарма, полностью доверила тропку и алтарь старому Гарму… - Заткнись, - прошипела Таша, и вампир умолк. – За полотном позади него пусто, - ассасин теперь обращалась к Тибериусу. – Оттуда пахнет сыростью и болотом. - Так ты, стало быть, привратник? – усмехнулся Глава Клана. – Сможешь проводить нас к своей хозяйке, недочеловек? - Гарм откроет проход, - с готовностью отозвался вампир, - Гарм зажжет яркие огни и доведет до тропки, дальше Гарму нельзя, запрещено. Тибериус молча посмотрел на Ташу, та кивнула и вышла во вновь сгустившийся туман за распахнутой дверью. Какое-то время что-то происходило на улице, но Гарри продолжал разглядывать вампира. Он вдруг с содроганием понял, что его смущало больше всего – Гарм, несмотря на постоянное бормотание и покачивание, явно не нуждался в дыхании – его впалая грудь под старинным черным камзолом не двигалась. Вскоре ассасин вернулась, а за ее спиной в дверном проеме замаячили силуэты людей. «Видимо, выстроила отряд в шеренгу», - подумал Гарри. – «Если за гобеленом какой-то проход, он явно не рассчитан на такую толпу». - Веди, - приказала она вампиру. Гарм, поклонившись, длинным пальцем, заканчивавшимся довольно острым загнутым когтем, провел по изображенному на гобелене дереву – посреди ствола образовалась продолговатая щель, которая в мгновение ока удлинилась по вертикали, задрожала и приветливо разверзлась, обнажив высокий и довольно широкий проход в грубой каменной стене, уводивший, судя по всему, прямо сквозь скалу под землю. Проход украшала каменная арка, исписанная все той же малопонятной Гарри латынью. Гарм уверенно шагнул в черноту тоннеля и тут же, будто следуя за вампиром, один за другим стали разгораться размещенные в нишах на гладких стенах факелы. - Пес следует за вампиром, - скомандовала Таша, ткнув палочкой в спину Гарри. – Дальше я. Держаться парами, сохранять дистанцию между парами не менее пяти шагов. Нечетная пара – щит, четная – меч. Останавливаемся, как только я скажу, если не говорю ничего – продолжаем идти. Команды передаем по цепочке через четыре. Вперед! Гарри про себя отметил, что ассасин не упомянула ни Тибериуса, ни Гермиону. Он попытался было обернуться, чтобы поймать взгляд Первого Заместителя, которая все это время молча наблюдала за происходящим подле Тибериуса, но получил подзатыльник от Таши. - Я сказала, вперед! – прошипела ведьма. Гарри повиновался и шагнул в распахнутый зев тоннеля, тут же под подошвами ботинок заскрипела каменная крошка. Кроме свисавших тут и там занавесок серой паутины и нетронутого слоя пыли на полу (вампир следов не оставлял) ничем примечательным вырубленный в скале коридор не выделялся. Гарм маячил впереди, вспыхивали, разгораясь, факелы. Вскоре одиноко звучавшие шаги Гарри сменил усиленный эхом гул множества пар ног – за спиной Главы Мракоборцев сохраняя озвученную Ташей дистанцию ступали двойками бойцы Маклаггена. Тоннель периодически петлял, опускаясь все глубже под скалу. Сколько уже длилось их молчаливое напряженное шествие Гарри определить не мог. Он перестал считать промежутки между вспыхивавшими огнями (приблизительно восемь-десять секунд размеренным шагом) и недоумевал, почему Тибериус с такой уверенностью следует в настолько очевидную ловушку. «Может он переоценил свои силы», - размышлял Глава Мракоборцев. – «А может его недооценивают Миа и ее хозяйка». Черный силуэт Гарма впереди вдруг канул в темноту: подземный коридор, судя по всему, заканчивался каким-то просторным помещением, погруженным во мрак. Но вот сначала неуверенно, а затем неожиданно ярко параллельной полу полоской разгорелись новые огни и Гарри пришел к выводу, что они вот-вот окажутся в просторной каверне, освещенной по кругу лампадками, по центру которой, будто мушка в середине подковы-прицела, черным силуэтом, напоминавшим чуть согнутый палец, возвышалась статуя. - Стоять! – раздался за спиной голос Таши и гул десятков пар ног резко оборвался. – Не ты, пес, - он почувствовал тычок в спину. – Ступай, осмотрись. Гарри осторожно вошел в просторное помещение, жмурясь после полутемного тоннеля, и огляделся по сторонам. Кроме «статуи», которая оказалась истертым грубо обработанным камнем, испещренным древними петроглифами, в глаза бросалась неуместная для такой глубоко расположенной пещеры напольная мозаика под толстым слоем пыли – она образовывала ровную окружность, центром которой и являлась «статуя», и изображала закрученную в спираль змею, распахнувшую пасть прямо у подножья монолита. Левее в стене чернела арка нового коридора, похожая на ту, что была за гобеленом. Рядом с камнем, склонив голову, терпеливо поджидал Гарм. Вошла Таша, и ее реакция удивила Гарри – ассасин скалила зубы и шипела что-то себе под нос, будто разъярённая кошка. Глава Мракоборцев принялся изучать петроглифы, которые представляли собой фигуры людей в замысловатых позах, перемежавшиеся непонятными письменами. - Если путники желают сделать подношение, Гарм подождет, – почтительно забулькал вампир. -  Давно не было гостей, отдохнуть могут гости тут. - Гадкое место, - отрезала Таша. – Мерзкая магия, древняя магия. - Что это? – осторожно поинтересовался Гарри, не в силах сдержать любопытство. - Жертвенный алтарь, тупица. – фыркнула ассасин. – Для поклонения демону. - Не впечатляет, - пробормотал Гарри, продолжив осматриваться, но кроме лампадок, камня и мозаики в пещере смотреть было не на что. - Очень-очень старый, - уже задумчиво произнесла ведьма. – Ставили не люди. - Ты понимаешь, что тут написано? – поинтересовался Глава Мракоборцев, но Таша вместо ответа обратилась к Гарму: - Куда ведет эта дыра? - Ведет наверх и дальше тропка, - с готовностью отозвался упырь. – Тропка в Логово. - Экипируемся! - громко выкрикнула ассасин, обернувшись к выходу из первого тоннеля, в котором терпеливо ожидал команды отряд. Гарри обернулся, пытаясь понять, что означал приказ экипироваться, но получил очередной тычок меду лопаток. - Продолжаем движение, - скомандовала Таша. – Сохранять дистанцию, в пещере ничего не трогать, на камень не смотреть. Ты, - она обратилась к вампиру. - Веди! Гарм проследовал в коридор слева, за ним вновь разгорались факелы. Гарри, напоследок бросив взгляд на алтарь, двинулся следом. Теперь они явно поднимались – идти стало тяжелее, особенно для едва державшегося на ногах Гарри. В новом коридоре было душно и влажно, пол скользил под ногами, из редких трещин в стенах едва видимыми ручейками почему-то сочилась вода. Его охватило странное предвкушение чего-то нехорошего, и это что-то поджидало их… Где? На выходе их пещеры? В Логове, что бы оно из себя не представляло? Но ведь Логово со слов Мии было лишь сокрытой с помощью волшебства долиной… Миа предложила ему сдаться и скормить Тибериусу расположение «гостевого входа» - так она выразилась. Миа объяснила, где искать этот самый вход, и добавила, что «когда Тибериус и его головорезы явятся без приглашения, их хорошенько встретят». «Ваша задача, мистер Поттер, уберечь свою подругу и не попасть под раздачу самому. Больше никаких деталей я вам предоставить не смогу на случай, если Маклагген решит покопаться у вас в голове» - на этом моменте их общение прервалось. Но раз Миа предупредила о засаде, ее нисколько не беспокоило, что об этом будет знать Тибериус. А значит, была уверена в том, что Глава Клана не отступится. А значит… «Черт, как же голова раскалывается», - думал Глава Мракоборцев. – «Как-то все быстро вышло из-под контроля. Главное успеть добраться до Гермионы, если начнется кутерьма. Но что мы будем делать? Отсюда явно нельзя аппарировать…» Он попытался представить какого рода засаду организовал бы он сам, и первое, что ему пришло в голову – огромный, катящийся по коридору прямо в их остолбеневшие лица валун, усиленный магическим импульсом. Впрочем, учитывая формацию шеренги и способности этой чертовой ведьмы, единственный, кому бы посчастливилось быть размазанным по стенам и полу подобной ловушкой, был невольно возглавлявший шествие Глава Мракоборцев. Почему-то он был уверен, что для плывшего впереди упыря подобные фокусы угрозы не представляли. А коридор все поднимался. Гарри потихоньку выбивался из сил, но в то же время чувствовал, что они близко к выходу: в тоннеле вдруг запахло сыростью, мхом и прелыми листьями. Прошло пять минут, десять, а то и полчаса – он затруднялся ответить, как вдруг перестали разгораться факелы. Тоннель начал погружаться в полумрак, но где-то впереди отчетливо замаячило расплывчатое и тусклое пятно – выход на поверхность. - Стоп! – раздался позади окрик Таши, и Гарри остановился. Несколько мгновений он недоумевал почему, но тут же спохватился: видневшийся какое-то время впереди привычный силуэт исчез.  Возможно, в тот момент он рассматривал пол, или сомкнул налившиеся непомерной тяжестью веки – Глава Мракобрцев прозевал секунду, когда Гарм попросту испарился. Он обернулся, но тут же уперся носом в Ташу, которая по-кошачьи подкралась сзади. - Твой выход, пес. – шепнула ассасин. Ее палочка упиралась прямо в солнечное сплетение Главы Мракоборцев. Гарри скривился (скорее от усталости), поправил очки и зашагал на тусклый свет.

****

Стопка папок, которую ей приволокли из Реестра Магической Недвижимости, почти сломила волю Чжоу: разобраться в хитросплетениях юридических формализмов ей не представлялось сколько-нибудь возможным. Раз за разом она пыталась осилить то один документ, то другой, но смысл слов ускользал, буквы и цифры плыли перед глазами, а тиканье часов на стене начинало потихоньку раздражать. С горем пополам она нашла-таки в имущественной выписке Риты Скиттер параграф, из которого следовало, что апартаменты в «Глазе Орлицы» застрахованы не были. Она переключилась на соседнюю квартиру, но тут все было еще запутаннее – та оказалась оформлена как объект «деловой недвижимости» и являлась собственностью маленькой компании с обескураживающе типичным названием «Скотт и сыновья». Неизвестный Скотт и его сомнительные сыновья оказались дочерней компанией «Гумбольдта и партнеров», Гумбольдт же вместе с партнерами числился «дочкой» «Рыбных промыслов Уитби. Йоркшир», которая в свою очередь оказалась во владении у… «Скотта и сыновей»? Чжоу перебрала бумаги еще раз. Да, получался замкнутый круг. Нет, зрение ее не подводило. Даты регистрации «Скотта и сыновей» тоже не сходились: в одной из выписок значилось пятнадцатое сентября семьдесят второго, в другой – тридцатое декабря девяносто шестого. «И как это проворонили?» - недоумевала Чжоу. – «Да и проворонили ли…» Нужно было во чтобы то ни стало изучить списки владельцев каждой из компаний (Чжоу в этом ничуть не сомневалась), и в них, судя по всему, все грозило оказаться еще более запутанным и нелепым. Тут она по достоинству оценила статус и репутацию Первого Заместителя: архивариусы отработали с немыслимой скоростью и направили нужные бумаги в течение какого-то часа. Список имен, который Чжоу аккуратно выписала в Гермионин рабочий блокнот, ей мало о чем говорил – парочка носила известные древнейшие и благороднейшие фамилии, остальные звучали банально и неинтересно при поверхностном прочтении, но один персонаж все-таки привлек ее внимание. Кейр Мейнард. Некто Кейр фигурировал среди владельцев каждой из замкнувшихся в кольцевую структуру фирм, но по запросу из картотеки выходило, что некто Кейр давно умер. Прямо как в истории с семейным хранилищем сестер Ривз. «Мэйнард, Мэйнард… Где-то я слышала эту фамилию буквально недавно…Или мне кажется?» Чжоу ощутила несвойственный ей азарт сыщика и вот уже набившие оскомину формализмы стали более читаемыми и начали складываться в понятные картины.  Она невольно позавидовала Гарри и Гермионе – их рабочая рутина оказалась не редкость увлекательной в сравнении с ее обязанностями. Оставшиеся на этаже квартиры значились за состоятельными волшебниками и ничего подозрительного в картотеке на их хозяев не нашлось. Из Департамента Магического Транспорта принесли отчет о пользовании каминами в «Глазе Орлицы» - он оказался пустым. Ни Рита, ни ее соседи по крайней мере за последний месяц летучим порохом не пользовались. Это не лишало теорию Наземникуса смысла, но означало, что если взломщик и проник к журналистке через стену, то только попав в соседнюю квартиру как полагается. Зашел Чарли Беннет и доложил, что за последнюю неделю глазки ничего подозрительного не обнаруживали, сигнализация в «Глазе Орлицы» не срабатывала. Чжоу поблагодарила Чарли, про себя отметив, насколько мракоборец смущался в присутствии Первого Заместителя, и решила, что нужно сделать перерыв и немного проветрить голову. Она уже накидывала плащ, когда в кабинет заглянула секретарь: - Письмо совиной почтой, Первый Заместитель. С пометкой «Срочно». Чжоу, пробормотав дежурное «спасибо», торопливо распечатала конверт – может это весточка от Гарри и Гермионы? Внутри вместо привычного волшебникам куска пергамента был вырванный из блокнота листок. «Вестминстер Пир, через 15 минут». Она перевернула записку – обратная сторона была девственно чиста. Вздохнув, Чжоу засобиралась на выход, но в последний момент вспомнила совет Гермионы, когда та помогала ей надеть боевой доспех: запасное оружие на непредвиденный случай. Вспомогательные палочки выдавались всем сотрудникам Отдела Обеспечения Магического Правопорядка (один из первых декретов Первого Заместителя, вызвавший бурные обсуждения в Визенгамоте из-за бюджетных издержек на производство и тестирование таких палочек), даже сотрудникам канцелярии отдела вроде Чжоу. Она своей так ни разу и не воспользовалась, но, похоже, повод был подходящий. Направляясь к рабочему месту Чжоу Чанг, она столкнулась с приятного вида джентльменом, в нетерпении расхаживающим туда-сюда по коридору. Тот хотел было извиниться, но, видимо, опознав в неожиданно возникшем препятствии самую-знаменитую-ведьму-страны, застыл с недоверчивым выражением на лице. - Добрый день, - вежливо поздоровалась Чжоу, не забыв по-деловому улыбнуться. Джентльмен прижал к груди черный футляр для хранения свитков, который чуть было не выронил, сдержанно кивнул в ответ, а затем почему-то ухмыльнулся. Эта ухмылка ей не понравилась. - Мистер Коул? Мистер Коул! – странного посетителя окликнула секретарь. – Глава Отдела готов вас принять. - Да-да, иду, - отозвался приятный джентльмен и удалился в сторону кабинета мистера Уизли, обернувшись напоследок. Чжоу решила не придавать этому эпизоду значения, списав все на типичное для мужского пола поведение при встрече с Гермионой Грейнджер и проследовала в канцелярию отдела. Запылившуюся запасную палочку она прикрепила к сдвоенному ремешку на бедре в женской уборной – не сверкать же ляжками Первого Заместителя при всех в офисе! Удостоверившись, что петли затянулись как надо, Чжоу поправила юбку, еще раз полюбовалась отражением Гермионы в зеркале и направилась к лифту. Лязг закрывающихся дверей кабины, запорхнувшие в последний момент служебки, кивок одинокому попутчику наверх в Атриум – и вот она уже выходит из телефонной будки недалеко от Уайт-Холла, от всей души радуясь теплому весеннему ветерку. На набережной было как обычно не протолкнуться – туристы, фотографирующие Биг-Бен, себя на фоне Биг-Бена, голубей на фоне Биг-Бена, фиш-энд-чипс на фоне Биг-Бена и так далее, белые воротнички, бегуны (интересно, полуденные бегуны когда-нибудь работают?), отлынивающие коммунальщики – одним словом, привычные обитатели туристического центра не давали проходу. Чжоу искала глазами Гарри, может быть Гермиону, вероятнее всего - Наземникуса, но ее смущал формат послания и отсутствие подписи. Наверное, это все-таки был Флетчер… Готовясь к неожиданному развитию событий, она стиснула палочку в кармане плаща и вновь ощутила себя брошенной всеми одинокой трусишкой. - Мисс Грейнджер! – Чжоу вздрогнула и остановилась, услышав знакомый с ленивым холодком голос: недалеко от касс, продававших речные экскурсии, стояла Миа Ривз. На этот раз она была одета гораздо скромнее - ни тебе куртки на голое тело, ни коротких шорт, ни рокерских ботинок. На ней были довольно типичные оверсайз-джинсы, белые кроссовки, клетчатая рубашка поверх белой же футболки, темные очки-авиаторы, развернутая козырьком назад бейсболка и непременный атрибут туриста обыкновенного – огромный фотоаппарат на ремешке с дорогущей линзой, который так и напрашивался на кражу. Воровка, убийца, диверсант и просто опасная личность Миа Ривз явно маскировалась под обеспеченную американскую студентку. Чжоу приближалась медленно, крутя головой по сторонам и ощущая себя предельно глупо – если характеристика, данная Гарри, была верна, то Мие ничего не стоило ее укокошить прямо в толпе посреди белого дня. Перевертыш меж тем прильнула к объективу, нацелившись на дурацкое колесо обозрения на противоположном берегу. - Дойди до касс и купи билет на речную прогулку на два пятнадцать, - не отлипая от фотоаппарата пробормотала Миа, как только Чжоу подошла достаточно близко. - Затем пойди купи себе кофе или сэндвич. Поговорим на лодке. - Что происходит? – только и смогла пролепетать Чжоу, пытаясь совладать со скачущим пульсом. – Что с Гарри и… - C ними все в порядке, - перебила перевертыш, ожесточенно щелкая кнопкой. – Они гостях у Хозяйки Дома, оба. Расскажу во время экскурсии. За тобой следят двое…  может даже трое. Подойди поближе и возьми фунты у меня из нагрудного кармана… Ага. Да не шугайся ты! Вот так… А теперь давай, иди. Займи мне местечко на верхней палубе. Если будешь брать кофе, возьми и мне. Она повиновалась, поборов желание завалить Мию вопросами, а когда обернулась - перевертыша уже не было.

****

Раскрывавшийся рваной пастью наружу тоннель выплюнул Гарри в затхлую тишину. В нос ударили запахи цветущего болота, мертвой листвы и тухлых яиц – настолько сильные, что он зашелся сухим кашлем и упал на колени; ссохшиеся ладони уперлись в холодный скользкий камень. Подняв голову и смахнув непроизвольно выступившие слезы, Глава Мракоборцев, стоя на четвереньках, невольно разинул рот: выход из пещеры располагался в глубокой расселине, черные стены которой услужливо расступались в стороны и обрывались в какой-то сотне метров впереди, будто упираясь в непроходимую отдававшую все той же мертвецкой чернотой стену из корявых, припадавших к земле деревьев. Прямо в скопление бурелома вела едва видневшаяся под серым мхом, присыпанным склизкими грязными листьями, узкая, то ли тропа, то ли дорога, вымощенная грубо обработанными булыжниками. Присмотревшись, Гарри понял, что скрюченные, похожие на застывших гротескных тварей стволы тянутся не к земле, а к черной неподвижной жиже, неприятно поблескивающей под непонятно откуда взявшейся огромной красноватой луной – пугающий шар будто щерился на них прямо по центру над расселиной, задавая неприятный вопрос: «Не ожидали меня здесь увидеть?». За лесом же обманчиво близко угадывались очертания завернувшегося в одеяло из плотного тумана то ли гигантского особняка, то ли замка, черневшего на высоком холме.  Ему даже показалось, что он может различить робко прорезавшие густую сероватую пелену красные огни-окна. Лес, несомненно, был чем-то вроде естественного частокола для открывшегося их взорам таинственного сооружения. За его спиной отдавала какие-то приказы Таша, выходили, рассредоточиваясь по каменистой площадке, бойцы, а Гарри, будто завороженный, не мог отвести глаз от уводящей в заколдованный (обычным он никак не мог быть) болотистый лес дороги. - Мягкий телепорт, - раздался позади голос ассасина. – Мы прошли через барьер и теперь за много-много миль от того сарая. Аппарация блокируется. Не смотрите вверх, небо колдовское, нарочно отвлекает. Формация по четыре на дороге, сохраняем порядок – щит, потом меч. Я иду вперед вместе с псом, начинать движение по моей команде. Ты, а ну встал! – она схватила его за волосы и рывком подняла на ноги (Таше явно нравилось таскать людей за волосы). Гарри обернулся и снова разинул рот – успевшие покинуть подземный коридор люди Маклаггена все как один были в несуразных зеркальных солнцезащитных очках. - Надевай и пошли, - скомандовала Таша, протягивая ему такие же. Он нехотя повиновался, чувствуя себя довольно глупо, но с удивлением обнаружил, что стоило ему водрузить их на нос поверх своих «кругляшей», как темнота заметно отступила. Не дожидаясь толчка в спину, он зашагал вперед, но на этот раз Таша сама пошла рядом, по левую руку. Идти было тяжко – подошвы ботинок неприятно скользили, гниющая листва с гнусным чавканьем превращалась в черную кашу под ногами. Ассасин, впрочем, никаких неудобств не испытывала, ступая бесшумно и не сводя глаз с приближающихся деревьев. Дышать стало ощутимо труднее - тяжелый воздух забивал ноздри, затыкал рот, вызывая одышку. Вблизи, однако, лесная преграда оказалась не такой густой – скорее уж больно причудливо кривились склонившиеся к вязкой топи ее молчаливые обитатели. Одно можно было сказать точно: ущелье плавно переходило в успевшую зарасти и заболотиться прогалину, через которую когда-то и вел путь к таинственному дому. - Стой, - даже резкий голос Таши едва был способен прорезать давящую тишину. Гарри опустил голову – носки его замызганных ботинок лениво облизнула черная забитая ряской жижа. Дальше дороги не было. Точнее, дорогу пожрало терпеливо поджидающее заблудших путников болото. Ассасин стояла не двигаясь - палочки-близнецы наготове, голова опущена. Она будто вслушивалась, силясь различить слышимые только ее натренированному уху звуки. Гарри не слышал ничего, но, к своему удивлению, мог видеть далеко вперед – деревья будто излучали неприятный зеленоватый свет. Ему даже показалось, что где-то в паре десятков шагов среди многочисленных кочек виднелась дорога, что, скорее всего, было обманкой. - Думаю, отсюда можно вплавь, - наконец решился съязвить Гарри, чтобы хоть как-то разрядить нервное напряжение. – Или может вы помимо очков рыбацкие сапоги захватили? - Тихо! – Таша никак не отреагировала на его натянутую шутку. Спустя пару минут, будто приняв какое-то решение, она резким движением развела руки в стороны и тут же от ее ног золотистой паутиной побежали вперед, петляя между деревьями, толстые полоски света. Неприветливый мрачный лес будто скривился в ответ, отпрянув от проложенных Ташей указателей. - Головной отряд сюда, - обернувшись крикнула ассасин, приложив палочку к горлу – иначе ее бы не услышали. – От начала топи идут двойки - друг за дружкой, щит-меч, пять шагов дистанции между двойками, строго по моим линиям, с линий не сходить! Идет половина отряда, вторая половина занимает освободившееся место и ждет отдельной команды, мы с псом идем посередине. Передать по цепочке в хвост! Гарри так и подмывало спросить куда она их хочет привести, но прикусил язык – у Маклаггена и его командира явно был какой-то план, и даже казавшееся непреодолимым препятствие в виде заколдованного то ли леса, то ли болота, их не смущало. Вскоре друг за другом начали подходить четверки и разделяться на пары. Гарри насчитал пять светящихся дорожек, и прикинул, что половина отряда, сохраняя озвученную Ташей дистанцию, растянется метров на пятнадцать-двадцать. Однако, идущие по проложенным «тропинкам» двойки при этом образуют довольно широкие «веерные» ряды, где каждый «рыбак» (у него в голове родилась явная ассоциация с рыбаками, перерезающими поток на мелководье от берега до берега, чтобы загонять в заготовленные сети рыбу) сможет в случае встречного огня (или чего похуже) использовать торчащие тут и там деревья в качестве прикрытия. Первые двойки рассредоточились – каждая на своей «дорожке». Таша застыла с поднятой рукой, готовясь отдать команду, а зловещая тишина, казалось, готова была разразиться какой-то невообразимой пакостью в ответ. Но вот миновала минута, вторая, третья – гнусно осклабившаяся чернота заколдованной топи терпеливо выжидала. - Вперед, - отчетливо прозвучал голос ассасина, и Гарри вновь удостоился чести возглавить шествие. Он осторожно сделал шаг, второй, третий и… И ничего не произошло. Черная жижа обволокла ноги по щиколотку, но прочерченная Ташей светящаяся тропка надежно вела вперед. Гарри, не удержавшись, отломил одну из торчавших в стороне черных веток и ткнул ей на расстоянии приблизительно с локоть влево – с довольным чавканьем ветка ушла в воду настолько стремительно, что он чуть не плюхнулся в топь, на секунду потеряв равновесие. - Дурак! – зашипела за спиной ассасин. – Дубина, тупица! Еще выкинешь такое, и я отсеку тебе твою безмозглую башку. Они прошли еще метров двадцать-тридцать, изредка уворачиваясь от выпячивавших корявые лапы деревьев. Осторожно следовавшие справа и слева двойки не издавали ни звука, лишь вязко хлюпала вода. Вскоре, однако, их продвижение встало – дорогу им преградила похожая на невысокую плотину свалка из сгнивших веток, стволов и каких-то непонятных досок, облепленных похожими на струпья почерневшими тряпками. Светящиеся дорожки вели дальше, прямо сквозь гору мусора. С содроганием Гарри заметил торчащие тут и там кости мелких животных. Он вновь обернулся – ассасин, раздувая ноздри, рыскала глазами по «плотине», но, судя по всему, никакой угрозы в ней не находила. Глава Мракоборцев осторожно поставил ногу на показавшийся надежным поваленный ствол, чтобы взобраться наверх… … и тут же терпеливо поджидавшая их ловушка захлопнулась. На резкий хлопок и последовавший за ним свист успела среагировать только Таша – она увернулась от выстрела (с запозданием до него дошло, что это был выстрел) крутящим финтом, припав на колено; прямо за ее спиной веером разлетелись щепки пронзенной крупнокалиберной пулей коряги. Одновременно с выстрелом раздались крики ожидавшей команды у кромки воды второй половины отряда. Гарри обернулся – из выхода в ущелье раздался то ли рев, то ли грохот, и с чудовищным «ГААААРМ» на остолбеневших бойцов вырвалась черная визжащая туча. «Нетопыри!» - пронеслось в голове у Гарри, а потом: «Гермиона!» Полчища летучих мышей заполонили небо, скрыли насмехавшуюся над самонадеянными глупцами красноватую луну, тут же засверкали палочки. - Отставить панику! – раздался крик Таши. – Щит отступает спиной, меч – лицом! Занять позиции на твердой земле, защищать мастера! Снова прогремел выстрел – один из бойцов крайней двойки слева рухнул в воду. - Щиты-ы-ы-ы-ы! – зычно воззвала Таша и тут же засветились среди мертвых деревьев магические барьеры. Гарри из последних сил бросился к сражавшейся с торнадо из кровососов группе – оставшиеся на суше волшебники успели замкнуть кольцо, в центре которого мелькнул красный плащ Тибериуса, а подле него яростной валькирией крутилась, не издавая ни звука Гермиона. В невербальных заклинаниях она превосходила любого министерского бойца. До Гарри дошло. «Неплохо… Двойной щит… Она – защищает Тибериуса под Империо. А я ведь никуда не денусь – буду защищать ее…» Глава Мракоборцев бежал, не обращая внимания на крики по сторонам, но вдруг с ужасом понял, что вязкая жижа каким-то образом уже обволакивает колени. Вода прибывала! Сражавшееся впереди неровное кольцо волшебников нехотя отступало в предательскую топь прямо ему на встречу, но строй уверенно держался. Похожие на плещущиеся в воздухе черные тряпки силуэты нетопырей заполонили все ущелье - их было так много, что омерзительный писк и клекот оглушал, многие падали, сраженные летящими во все стороны заклинаниями. Еще один выстрел, вскрик, тяжелый плеск падающего в воду тела. Гарри уже не бежал – брел по пояс, разгребая мертвые ветки руками. Как будто не удовлетворившись масштабом бедствия, злая воля невидимого противника решила сломить оборонявшихся новыми неожиданностями: задрожала земля, затрещали гнилые деревья, и вот с грохотом, скорее напоминавшим взрыв, из тоннеля впереди хлынул сметающий все на своем пути грязевой поток, над гребнем которого, пронзительно завывая, вихрем несся вожак атаковавшей волшебников стаи – гигантский нетопырь. Гарм, дряхлый и потешный привратник и хранитель тропки, перевоплотился в свою истинную форму! Еще один взрыв заставил застывшего в ужасе Гарри обернуться – плотину разворотило чудовищным ударом откуда-то из-под воды. Куски дерева взмыли в воздух перед обомлевшими бойцами. Не в силах сдерживать себя, многие из них возопили страшными голосами: прямо из топи подняв тучу брызг вырвалось давно поджидавшее их чудовище – ослепительно-белый в зеленоватом полумраке колдовского леса со смертоносным воротником из шипов гигантский змей. Гарри не ожидал ни водяной ловушки, ни вампирских фокусов, но он нутром предвидел именно такой вариант развития событий – как и Тибериус. Гарри был уверен, что охранять Логово Белого Червя будет непременно этот самый червь, но даже опыт столкновения с чудовищем Слизерина не помог справиться с благоговейным ужасом, который вызвал в нем облик легендарного монстра. В застывший миг Главе Мракоборцев показалось, что глаза Червя – изумрудно-зеленые, удивительно напоминавшие человеческие – смотрят прямо на него и непроизвольно зажмурился, попрощавшись с жизнью. В виски чудовищной болью впился жар и запахло горелой пластмассой – зеркальная защита приняла весь удар смертоносного взгляда на себя, но не выдержали и оплавились дужки. Со сдавленным рычанием он смахнул склеившуюся пару очков с лица. Василиска, однако, Гарри на интересовал: разверзнув пасть, белой молнией Червь бросился на прикрывавшую отступающих бойцов Ташу. На месте, где только что сражалась ассасин, возник водяной столб, взметнулись брызги, в которых мелькнуло сначала изогнутое дугой туловище василиска, а затем острый, усеянный шипами хвост. «И все?» - только и пронеслось в голове у Гарри. Неужели казавшаяся непобедимой и неуловимой ведьма не смогла потягаться в скорости с Великим Червем? Волевым усилием Глава Мракоборцев заставил себя вернуться к более насущным делам – тухлая вода за считанные секунды успела подняться по грудь, и Гарри, преодолевая дрожь от внезапно объявшего холода, заработал руками. Сражение меж тем подходило к концу толком не успев начаться – за его спиной из леса продолжали лететь пули, выбивая фонтанчики брызг, кроша обломки веток, добивая передовой отряд, который оставил всякие попытки защищаться. Кольцо волшебников отбивалось уже по колено в воде, там, где каких-то пять минут назад была суша, многие падали, не выдерживая напора ревущего потока, но теперь Гарри не мог различить среди мечущихся фигур Гермиону – в глазах расплывались лишь смутные силуэты. Вдобавок он наконец почувствовал сопротивление встречного течения. «На что они надеялись, болваны?» - с отчаянием подумал Гарри. Ему было плевать на Маклаггена и его людей, но он должен был спасти Гермиону. Из последних сил Гарри взобрался на какую-то торчавшую над быстро поднимающейся водой корягу, пыхтя и отплевываясь подтянулся и затащил непослушное тело на предательски скользкий ствол. Он пытался прицелиться трясущейся рукой в сжимавшееся кольцо оборонявшихся, но в голову не приходило ни одного толкового заклинания. Тогда за неимением идей получше он истошно закричал: - Не трогайте Гермиону! Не трогайте Гермиону!!! Спасите Герм… И тут один из хаотично разлетавшихся в стороны и вновь собиравшихся в стаю нетопырей влетел прямо в его перекошенное лицо. От неожиданности Гарри отцепил руку от дерева и неуклюже плюхнулся в черную воду, все так же сжимая палочку. «Нет-нет-нет-нет, только не так тупо» - в панике пронеслось в его голове. – «Только не захлебнувшись в этой вонючей жиже». Гарри исступлено работал конечностями, но почему-то никак не мог вырваться из водного плена – то ли не хватало сил, то ли мешала судорога, которую он еще не успел почувствовать. Вспомнил про палочку и попытался было вытолкнуть себя заклинанием, но попытка наколдовать, не открывая рта, не сработала – Глава Мракоборцев, отчаянно сопротивляясь, медленно но верно пошел ко дну. Теряя сознание, он ощутил где-то рядом мощный толчок, а затем его настигла, закрутила и неожиданно выплюнула на поверхность неведомая сила. Хватая ртом воздух и хрипя Глава Мракоборцев пролетел несколько метров над водой, ударился головой о дерево и повис мокрой тряпичной куклой, не двигаясь – от возвращения в черную топь его уберегли спутанные корявые ветки.

****

Кто-то тащил его за руки – тело сотрясал холод, голова раскалывалась, вдобавок при ударе о дерево он прикусил язык и теперь морщился от боли, пытаясь выплюнуть набившийся в рот ил. Этот кто-то особо не церемонился - Гарри протащили спиной по камням, потом перевернули на бок и просто бросили будто ненужный мешок, видимо удостоверившись, что его побитое тело лежит на более или менее твердой поверхности. Он попытался было встать, но его остановил знакомый с ленивым холодком голос, прозвучавший откуда-то спереди. Голос принадлежал, несомненно, Мие Ривз, но говорила она… ...на парселтанге? - …ты абс-солютно в этом уверена? - Я вс-с-с-сегда рас-с-познаю человека по вкус-су. Гарри вздрогнул. Второй голос он уже слышал – в тот момент, когда они только приземлились перед входом в затерянную посреди Йоркшир-Мурс таверну. Этот голос назвал его «инквизитором». Стараясь не дышать, он самую чуточку приоткрыл веки. Шагах в десяти от него возвышались два расплывчатых силуэта – Мии, облаченной во все черное, с винтовкой за спиной и чем-то напоминавшим то ли тепловизор, то ли очки ночного зрения, задвинутым на затылок. Второй силуэт – высокая стройная женщина, в ослепительно-белом одеянии, скорее приталенной рясе: шея и плечи закрыты ни дать ни взять апостольником, на голове – клобук. Ее лица он разглядеть не мог, лишь кроваво-красные губы отчетливо контрастировали с без единого пятнышка чистой тканью. - Меня с-смущает как легко они с-сдались, - снова заговорила Миа. – Почему убийца так далеко отошла от хозяина? Да, они заколдовали Грейнджер, и она ус-с-спела перебить половину Гармовой с-стаи и с-с-старику чуть не с-снесла голову, но все же… - Думаешь, они припас-с-сли сюрприз напоследок? - Не уверена, гос-спожа. - Можешь проверить? Миа ничего не ответила. Фигура в белом с ответом не торопила. Сердце Гарри замерло – они обсуждали Гермиону как будто ее уже не было в живых. - Я выплатила свой долг с-сполна, - наконец заговорила перевертыш, - пролила по твоей прос-сьбе кровь нас-следника с-с-старого врага, с-соврала родной с-сестре. Ты заварила эту кашу! И ты с-слишком засиделас-сь в с-своем логове, гос-с-спожа, так прос-сто в с-современном мире вопрос-сы жизни и с-с-смерти не решаются. - Так ты поможешь? - Я с-с-слишком люблю тебя и с-свой с-старый дом, чтобы отказать, гос-спожа. Меня возмущает, что ты пользуешьс-с-ся этим так неприкрыто. Пус-сть третий раз за вс-се заплатит. - Ты вс-с-сегда была моей любимицей… Они замолчали. Гарри боялся пошелохнуться, мысленно умоляя лишь об одном... - Что будешь делать с-с ними? – спросила вдруг Миа. - Они отбрасывают интерес-с-сные тени, - ответила фигура в белом. – с-с-сильные, ярос-с-стные. Знаменитый инквизитор поглощен тенью, а его с-с-сестра в инквизиции – бежит от с-с-своей. Они будоражат мое угас-с-сшее любопытс-с-ство. - Ты уже ус-с-спела залезть к ним в голову, гос-спожа? - С-с-самую малос-с-сть. «Гермиона жива!» - чуть было не завопил Гарри и тут же закашлялся, пытаясь сдержать предательски заполнившие глаза слезы облегчения. - Поттер приходит в с-себя, - предупреждающе зашипела Миа. - Он давно пришел в с-себя и с-слышал каждое наше слово. Инквизитор – змееус-с-ст. – беспечно ответила фигура в белом. Гарри почувствовал приближающиеся едва слышные шаги и понял, что притворяться далее не имеет смысла. Он разомкнул веки полностью и оцепенел: прямо на него смотрели те самые так похожие на человеческие глаза Белого Змея, они заполонили собой все видимое пространство, и Гарри засосало в эту буйную смеющуюся зелень, словно пылесосом: - Я вновь приветствую тебя, прославленный Инквизитор, - заговорила Сильвия Марш на обычном английском, немного смущавшим старомодным произношением. – Тебя и твою прекрасную сестру в инквизиции. Я прошу прощения за причиненные мной и моими слугами неудобства, в ближайшее время вами займутся мои лучшие сестры-врачеватели. Где-то вдали от этих глаз почему-то рассмеялась Миа. - Приветствую тебя, о Великий Червь, - нашелся с ответом Гарри и тут же провалился в теплое, сухое ничто - без тревог, забот, каких-либо намеков на мысли или сновидения.