Ч. 3. Глава 72. Взгляд со стороны

Каст оставил пустую телегу в снегу у дома Блу и Раса и вернулся в дом братьев-скелетов. Внутри пахло свежей выпечкой и едой, что резко контрастировало с витавшим в воздухе напряжением. Каст проигнорировал приветствия остальных и застыл на диване рядом с Шейдом, сделав вид, что наблюдает за помехами на экране телевизора, а не за возней на кухне. Свапстер, Эйри Папирус, Underswap!Азгор и Underswap!Чара работали сообща, выпекая целебную еду и проверяя ее перед упаковкой в коробки для отправки. Каст не желал входить на кухню, где царила такая суматоха. Его задачей было отвозить тележки с едой к удивительно болтливому Лодочнику, который развозил припасы по всему Подземелью. Взрослые говорили, что раздают "просто на всякий случай", но Каст не был глупым ребенком. Он знал, что в Андерсвапе сейчас сотни, если не тысячи раненых, чудом спасшихся из Аутертейла. Большинство монстров помогали выжившим, а Блу, Калор и Скетч ушли через портал в Дудл-сферу. Underswap!Папирус забрал Underswap!Андайн и Ацил Альфис в Хотленд, а Судья Андайн, Паладин Папирус, Underswap!Альфис, Напстатон и Феллдайн отправились в столицу, чтобы помочь Королеве Ториэль и ее Стражам искать эвакуированных из Аутертейла и помогать им. Каст не знал, где остальные Феллы. Очевидно, не здесь, раз Эджа не было на кухне с Эйри. Ему было все равно, где Феллы. Правда все равно. Вот только бы Свапстер замолчал. – Ох, давненько я не пек пироги! В последний раз… на день рождения Раса! А в Пустоте, скажу я вам, для пирога ингредиентов не сыщешь… хотя лучше не скажу, не будем об этом. Так вот, это старинный семейный рецепт, которому я научил Блу и Раса! Хотя Блу больше повар, чем пекарь. Рас, бывало, пил мед прямо из бутылки. – Это крайне вредно, – заметил Эйри. – Я постоянно твержу Циркусу, что нельзя пить приправы, но он не слушает. – Он прошмыгнул мимо Чары с дымящимся пирогом над головой и поставил его на решетку остывать. На его одолженных кухонных прихватках были изображения космических кораблей. Underswap!Чара поинтересовался у Эйри, не брат ли ему Циркус. – Нет, брат у меня Zephyr!Санс. – Эйри запнулся и покосился на Каста. – А самый старший брат – Астер. Похоже, Underswap!Чару это удивило. Он еще раз поблагодарил Эйри за помощь и спросил, часто ли он печет. – Обычно печет Клоун-Папирус. У меня даже есть с собой несколько его лечебных пирогов. – Эйри похлопал по небольшой сумке на поясе. – Раздам, если потребуется, но вообще-то я берегу их для Note!Инка и Индиго. – У нас тут полно целебной еды, – с теплотой вмешался "Тириан" Азгор из Андерсвапа и все так же тепло улыбаясь, посмотрел на Каста. – Спасибо вам всем за помощь. Каст нахмурился, разглядывая свои одолженные ботинки. Это была лишняя пара Блу. Снег стаял, и стали видны теплый коричневый цвет и маленькие звездочки на носках. Тириан Азгор настоял, чтобы Каст надел их вместо своих клоунских ботинок с помпонами. Он поставил обувь Каста к остальной у двери между кроссовками и другими зимними ботинками. Каст не особо страдал от холода, но должен был признать, что ботинки удобные. Было как-то… странно снова ощущать себя в (почти?) твердом теле. Он знал, что у него нет души, но он больше не был бесплотным призраком, способным касаться чего-то только в Пустоте. Ему больше не нужно было вселяться в других, чтобы взаимодействовать с миром. Каст не знал, что чувствовать. Underswap!Чара заметил, куда смотрит Каст, и спросил, не замерзли ли у него ноги и не жмут ли ботинки. Было сложно не огрызнуться. – Все нормально. Ботинки впору. Свап-Чара понимающе кивнул и предложил переключить канал. Каст уставился на серые помехи: – Нет. Underswap!Чара не стал спорить. У него хватило наглости сочувственно улыбнуться Касту, прежде чем повернуться обратно к Эйри, разглядывая, что он там смешивает. Каст держался возле Шейда. Тот хотя бы не пытался строить из себя душку перед незваными гостями. Свапстер был дома, так что, конечно, ему были здесь рады. Если Тириан Азгор сочетал в себе черты Ториэль и Азгора, он вполне мог быть искренне добрым. Но Эйри? И Swap!Чара? Это просто смешно. Эйри брат Астера. Он знает, что натворил Каст. Что до Swap!Чары… Каст сразу заметил те лазейки, которые позволяли ему вселяться во Фриска и Астера. Те самые "коды Чары", как их называл Топ. Сейчас этот Чара строил из себя очаровашку-пацифиста, но Каст знал, как высоко взлетели его показатели в прошлых временных линиях Андерсвапа. Он прошел почти все пути и струсил только в последний момент, убив Судью. В этом мире это был бы Рас. Как Свапстер вообще мог терпеть возле себя Underswap!Чару после того, как тот убил его сыновей? С другой стороны, Свапстер такой же идиот, как и Папирус. Если бы не быстрая реакция Фестера, он бы уже давно отдал концы при первой же их встрече. Боевой пыл стучал в мертвых венах Чары, заставляя его чувствовать себя живым как никогда. Он понятия не имел, кто этот смоляной выскочка, косящий под Санса, но с превеликим удовольствием всадил бы нож в его оставшийся глаз. Чара не помнил, как к нему вернулся его клинок, но это было неважно – он просто наслаждался существованием. Он существовал. Он осознавал себя. Он не был забытым, выброшенным воспоминанием. Осколки, разбросанные Top!Гастером, собрались воедино. Чара не знал, как и почему, но подозревал, что дело в том странном Сансе с завязанными глазами, которого звали "Нот". Нот увидел его в Пустоте, и внезапно Чара снова смог стать собой. Его изгнали. Его бросили. Его оставили гнить в темноте. До этого момента. Так что, возможно, не только жажда крови побудила Чару попытаться проткнуть череп этому Смоляному Сансу. Знал ли он его настоящее имя? Да. Имело ли это значение? Ни малейшего. Смоляной Санс был Сансом, а значит, заслуживал нож в глаз. Санс по имени "Даст" больше напоминал Санса из его родного мира, но Смоляной Санс почему-то особенно его бесил. Вероятно, из-за своей идиотской самодовольной рожи. Всегда приятно ломать гордецов и видеть, как гаснут их надменные улыбки, когда рассекаешь их от плеча до бедра. Смоляной Санс не рассыпался в пыль, когда Чара воткнул нож ему в глаз. Еще лучше. Чара услышал хруст костей и заметил, что Даст сломал руку, чтобы вырваться из щупалец Смоляного Санса. Мерзость. Даст подполз к Ноту, оставляя за собой красные следы. Оу. Почти трогательно. Ладно, с ними Чара разберется потом. Даст и Нот не уйдут отсюда без него. Его больше никто не бросит. Он больше не исчезнет. И когда он заставит Нота с Дастом вытащить его отсюда, Чара позаботится о том, чтобы о нем больше никогда не забыли… – Эй, Даст. Это Чара, – пролепетал Нот напряженным и слегка истеричным от сдерживаемой боли голосом. – Я буду звать Чару "Каст", потому что, хотя он и Бездушный, как и я, он заслуживает того, чтобы быть частью шоу и не быть забытым. Ведь так здорово, когда тебя не забывают, правда? …"Каст", значит? (Нот дал ему прозвище. Хорошее, доброе прозвище. Он считает, что Чара должен быть частью шоу. Всю жизнь Чару называли только "смутьяном", "трудным ребенком" и "демоном". У сыновей Top!Гастера были прозвища. У всей его цирковой семейки были прозвища. А Чаре досталась лишь "случайная" смерть и билет в один конец в Пустоту). Каст решил, что ему нравится это имя. Он широко улыбнулся и вонзил нож в горло Смоляного Санса. Тот взревел от ярости, отмахнулся, и Каста отбросило назад незримой силой. Падать обратно во тьму было скорее обидно, чем страшно… …но вдруг его подхватила чья-то невидимая рука. И вспыхнул радужный свет. Каст моргнул, и тьма перестала быть такой кромешной и пустой. Он приземлился на что-то похожее на камень и удивленно вскрикнул, осознав, что снова обрел плоть. Каст проморгался, пытаясь привыкнуть к тому, что у него снова есть веки, и увидел перед собой высокий, размытый, но такой знакомый силуэт. Зрение постепенно прояснилось. Гастер улыбнулся ему, и огоньки в его глазницах засияли теплым голубым и оранжевым светом: – Привет, малыш… Каст попытался воткнуть нож ему в ребра. Атаку легко отразил другой Гастер в черном плаще, перехватив его руку и быстро обезоружив. Но второй Гастер не стал удерживать его, а просто забрал нож и отступил назад с поднятыми руками: – Нет нужды сражаться, дитя. Каст бросился вперед и укусил его за руку. Суровый красноглазый Гастер лишь слегка поморщился, но не оттолкнул его. Рукав оказался достаточно плотным, чтобы защитить от острых зубов. Ткань отдавала привкусом тьмы. Каст отпустил его и зарычал, потянувшись к своему ножу, но этот самодовольный ублюдок держал его на расстоянии. Другой Гастер (явно не Топ и не Астер) стоял чуть поодаль с обеспокоенным видом. Это была не пустота Азертейла с разрушенным Залом Суда. Вместо него здесь была небольшая платформа, напоминающая парящий остров. У самого края был еще один Гастер – Шейд. Он поднялся с каменной земли, неестественно вытягиваясь, словно резина, и сказал Касту: – Игрок здесь не властен, Чара. Мы в безопасности. Каст замер на секунду. Затем он снова сделал выпад, выхватил нож у мрачного Гастера и отступил на другой конец островка. – Да ладно, незачем так переживать! Можешь забирать свой тенисто-пустотный ножик. Вещица, надо сказать, отменная – мрачная, темная, сделана на совесть. Ах да, знакомства! Здравствуйте, я Гастер из Андерсвапа, но можете звать меня Свапстером, если хотите! – затараторил Гастер, которого Каст поначалу принял за Топа. Он энергично замахал руками, случайно заехав себе по голове, и зачарованно уставился на свою руку. – Ой, у меня снова есть конечности! И я вижу! И могу говорить! И главный вопрос: могу ли я петь? Шучу, не волнуйтесь, петь я не буду, я совсем не в форме, да и не хочется мучить пленную публику, которой некуда деться от моего ужасного пения, а то еще в Пустоту попрыгаете, лишь бы меня не слушать, кошмар какой. Как же чудесно! Откуда у меня снова конечности? Шейд растерянно моргнул. Возможно. Трудно было сказать наверняка, потому что его правая глазница оставалась неподвижной. – Я Шейд. – Я Доктор Фелл Гастер из Андерфелла, – медленно произнес угрюмый Гастер. Его красные огоньки глаз пробежались по группе, и Каст напрягся под этим пронзительным взглядом. – Я правильно понимаю, что вас всех каким-то образом выкинуло в Пустоту? – Да, я провел там годы. Или здесь годы. Хотя здесь скорее какой-то карманный мирок, чем привычная Пустота. Боже, как же здорово снова стоять на твердой земле. – Свапстер рассеянно потер руки и похлопал себя по груди. И хотя он выглядел так, будто ищет ключи в карманах, Каст понимал, что он просто пытается свыкнуться с мыслью, что у него снова есть тело. Каст хмуро встретил пристальный взгляд Фелл Гастера и почувствовал, как по щекам струится тьма. Фелл Гастер даже бровью не повел: – Нет нужды враждовать. Здесь нам ничего не угрожает. Что-то не дало мне рассыпаться в Пустоте и забросило сюда. – Полагаю, это был Нот, – тихо пробормотал Шейд. – Пустота прислушивается к своим детям. Свапстер нервно хихикнул: – Ты ведь не буквально, да? Шейд проигнорировал вопрос и уставился на Каста пустыми поплывшими глазницами: – Ты так и не представился, Чара. Каст усмехнулся, чувствуя на зубах кровь или тьму: – А нужно? Попытка запугать с треском провалилась. В этих Гастерах было слишком много тьмы, чтобы бояться Каста. – Нам было бы гораздо удобнее, если бы ты назвал свое имя или хотя бы прозвище! – ободряюще предложил Свапстер. – Хотя, если хочешь, мы можем тебя Проверить! Кстати, Проверка без спроса – это грубо? Или так можно только во время боя? Я так давно этого не делал, что совсем позабыл… Хм, и что же тогда спросить… А! Какой твой любимый цвет? Да он издевается, что ли? Каст прожигал Свапстера злобным взглядом, ожидая, что тот запнется или хотя бы немного насторожится. Ничего подобного. Неужели он настолько непробиваем? А вот у Фелл Гастера, кажется, были в черепе какие-то мозги. Он внимательно наблюдал за Кастом. Изучал его, оценивал, просчитывал, готовый напасть в любой момент, если Каст не опередит его. Но этот момент все никак не наступал. Фестер не был Топом. Как и другие Гастеры. Шейд, судя по всему, вообще не был отцом, а вот Фестер и Свапстер были. И никто из них не видел в Касте проблемного ребенка или Бездушного демона. (Они не видели будущего людей и монстров, "будущего", обреченного на крах и унесшего жизнь их Принца). Они видели просто ребенка. Напуганного, озлобленного ребенка. Каст быстро понял, что Свапстер здесь самый мягкотелый добряк, но именно Фелл Гастер постоянно вставал на пути. Он будто чувствовал, когда Каст на взводе и готов сорваться, и вмешивался так плавно, что порой даже не прерывал разговора с остальными. Он просто останавливал атаку, забирал нож… И неизменно возвращал его обратно, вкладывая ему в руки. Вместо того чтобы взорваться, выпустить пар и ответить ударом на удар, Фелл Гастер лишь защищался и прикрывал остальных. Свапстер по-прежнему засыпал Каста вопросами и делился какими-то случайными мыслями, вместо того чтобы настороженно коситься на него. Даже Шейд не сторонился его, а наоборот, старался держаться поближе и тихо спрашивал, как Каст привыкает к новому телу. Все повторялось по кругу. Каст нападал. Фелл Гастер обезоруживал его и возвращал нож. В конце концов Каст не выдержал и потребовал объяснить, почему он каждый раз отдает нож обратно, если прекрасно знает, что Каст снова попытается им воспользоваться? Фелл Гастер ответил просто и прямо: – Потому что он твой. И тебе все еще кажется, что он тебе нужен. После этого Каст перестал нападать. Он убедил себя, что это того не стоит, что это просто скучно. Так было проще, чем признаться, что он не хочет им навредить. Доброта Фелл Гастера никуда не делась даже после того, как они все покинули карманное измерение в Пустоте. Он по-прежнему относился к Касту как к живому человеку, а не как к мертвому демону, которому давно пора было сгинуть. И дело было не только в нем. Когда Каст вновь появился в драгоценном убежище Топа, все они встали на его сторону. Фелл Гастер, Свапстер, Шейд, Нот, даже Даст. Каст до сих пор не понимал, почему. Он совершил столько непростительных поступков. Он вселялся в Астера и Фриска, используя их тела, чтобы причинить вред их семьям. Он предал даже самого близкого друга. Почему ему дали второй шанс? Почему Инк собрал его по кусочкам и выпустил на волю? Почему Фестер не перестал быть таким добрым и не ушел, как только они покинули Пустоту? Почему Фестер… – Ред, Эдж, знакомьтесь, это Каст. Каст, это мои дети. Если Каст не против, я хотел бы, чтобы он переехал к нам в Андерфелл. – Что ж, если он захочет, мы должны его принять, – тут же откликнулся Эдж. Ред пожал плечами слишком небрежно для того, кто с одного взгляда мог определить, что из себя представляет Каст: – Э-э, ну, у нас есть свободная комната, можно ее переделать, наверное. Касту стоило больших усилий сдержаться и не накричать на них, требуя объяснить, почему они даже не сомневаются в решении отца. Каст ни за что не признался бы в этом, но отсутствие всякого протеста со стороны Реда пугало куда больше, чем любое возможное неприятие. А острая, полная надежды улыбка Эджа была еще хуже. Дурацкий Фестер. Дурацкие Феллы! Разве в этом Андерфелле не должны царить злоба, подозрительность и жестокость? Каст был рад, что их здесь нет, иначе пришлось бы с ними возиться (и ломать голову над ответом). Наверное, Фелл Фриск – очередной "невинный малыш", который делает вид, будто в жизни не совершал ничего плохого. Прямо как этот надоедливый Свап-аналог Каста. Чара. Не прекращал. Пялиться. – По-моему, выпечка готова, – объявил Эйри. Он посмотрел на Каста и с улыбкой протянул ему несколько коробок. – Каст, не мог бы ты начать грузить их в повозку? Что-то оборвалось. – Хватит строить из себя друга, – огрызнулся Каст. – Ты же знаешь, что я сделал. Тириан Азгор перестал замешивать тесто. Свап Чара с тревогой переводил взгляд с Каста на Эйри. Свапстер поколебался, но остался в стороне. Шейд, казалось, вообще ничего не замечал, но Каст видел, что он слегка приблизился, будто готов был вмешаться в любой момент. Если бы только он мог убедить себя, что Шейд попытается остановить его, а не помочь. Эйри с невозмутимым видом поставил коробки с целебной едой обратно на стойку. – Я ждал, что ты затронешь эту тему. Не хочешь обсудить это наедине? – А что, ты не хочешь, чтобы другие узнали о демоне? – язвительно бросил Каст. – Я спросил, потому что это касается только тебя, – твердо ответил Эйри. – И не вижу смысла ворошить прошлое в присутствии тех, с кем ты не готов им делиться. Каст рассмеялся ему в лицо: – Тебе настолько наплевать на своего старшего брата, что ты готов закрыть глаза на то, что я с ним сделал? Тяжелый взгляд Эйри скользнул по комнате и снова остановился на Касте. На его лице по-прежнему не было злости, вопреки ожиданиям (желанию) Каста. – Я не могу говорить за Астера. И честно говоря, я привык судить по тому, что вижу сам, а не по рассказам. А то, что я вижу, совсем не вяжется с твоим прошлым. Ты изменился. Каст не смог скрыть изумления: – Ты веришь, что я изменился? Насколько же ты наивен? Эйри нисколько не расстроился. Он даже не испытывал жалости. Ну почему он не мог хотя бы пожалеть вместо этого сочувствия?! – Конечно, я верю в тебя, Каст. Ты ведь уже помогаешь нам. Каст сгреб со стола еще одну стопку коробок, выскочил на улицу и с силой швырнул их в телегу. Затем захлопнул дверь, игнорируя призыв Эйри подождать, схватился за полупустую тележку и помчался прочь. Он едва миновал почтовый ящик, как услышал тихое восклицание: – …Фриск? Это ты? Каст опустил взгляд и увидел маленького плюшевого Темми, притаившегося в тени у дома Блу и Раса. – Я похож на Фриска? Я Каст Чара. Игрушка съежилась под его взглядом, но темные глазки-пуговки смотрели проницательно и расчетливо. Это определенно был Свап-аналог Флауи. Интересно, помнит ли он, как Underswap!Чара выбивал из него всю набивку в конце каждого нейтрального пути? Или он уже успел пережить предательство "Фриска", разорвавшего его новое тело в клочья? Свап Темми быстро пришел в себя и состроил невинную мину: – Ой, прости! Я просто подумал, что ты мой старый друг. – Ага, конечно. – Каст уставился на него мертвым взглядом, чувствуя, как по щекам стекает тьма Пустоты. – Я такой же Бездушный, как и ты. С меня нечего взять. Так что тебе и этому стремному Свап-Сансу лучше валить отсюда, пока я не вырвал твои пуговичные глазки и не засунул их ему в глазницы. Темми молча вперился в Каста своими темными глазами-пуговицами, а затем поспешно смылся. Следом так же тихо испарился стремный Санс, больше напоминающий мрачного Блу в пурпурно-красных тонах. Трусы. Каст потащил тележку к реке. Позади заскрипел снег. Он и не оборачиваясь знал, что это Чара. – Уйди, малявка! – рявкнул Каст. Чара не ушел. Он увязался за Кастом до самой переправы Лодочника, тихо ответив на куда более восторженное приветствие последнего (неужели все в Андерсвапе были такими же назойливыми болтунами, как Свапстер и Лодочник?). Чара молча помог Касту погрузить целебные продукты на паром и проводил его взглядом. Каст демонстративно уселся в пустую телегу: – У меня перерыв. Чара кивнул и просто встал рядом, у самой кромки ледяной реки. Всегда рядом. Наблюдая. Ему повезло, что он не попытался присесть, иначе Каст с удовольствием столкнул бы его в сугроб. Но уходить он явно не собирался. Каст пришел к выводу, что главная проблема Андерсвапа в том, что тут просто некуда деться от всяких сующих свой нос не в свое собачье дело. Раздражающий внутренний голос мягко пожурил его за ругательство, совсем как Ториэль, и настроение упало еще ниже. Для Каста вырастившая его Ториэль была мертва, как и ее муж. Она не помнила его так, как Чара помнил ее. Как и Азриэль. И Азгор. Теперь Cast!Чара помнил об Андертейле больше, чем тогда, в Андертопе. Андертейл – его родной мир до того, как он был преобразован в Андертоп. В отличие от Андертейла, в Андертопе не было барьера, который нужно было разрушить, и не требовалось собирать человеческие души, чтобы освободить монстров. В Андертопе Азриэль остался жив и сохранил свою душу. Азгор не объявлял никаких войн. Ториэль и Азгор прожили долгую и счастливую жизнь вместе, пока он не умер своей смертью. Альфис никогда не лгала о происхождении Меттатона и не создавала Амальгаметов. На Фриске не лежала ответственность за судьбу целого королевства. Даже Флауи смог существовать в Андертопе. Все они были частью счастливой цирковой семьи Топа. А еще был Каст Чара. В обоих мирах – и в Андертейле, и в Андертопе, он был тем самым умершим человеком. В Андертейле он был частью семьи Дримурр. В Андертопе – смутьяном. Изгоем, который никак не вписывался в коллектив. Тем временем Фриска приняли в свою семью все обитатели цирка. Даже Флауи считался одним из них. Фриска приняли, несмотря на то, что он прошел через все возможные временные линии, включая те, где он истреблял всех подряд и уничтожал мир, чтобы затем вернуть его обратно. Чара не вселялся в него и не устраивал резню. Он толком и не помнил, почему они оба сначала постоянно щадили всех, потом щадили, оставляя в живых лишь в самый последний момент, а потом вдруг начинали убивать без разбора. Может, они пытались найти способ спасти Азриэля. А может, им просто было скучно и хотелось посмотреть, что будет. Фриску простили все и предложили начать новую жизнь. Азриэля воскресили. Даже у Флауи появился еще один шанс. Каст погиб в результате "несчастного случая" и был выброшен в Пустоту. Он был тем мертвым ребенком, которого все хотели забыть. Топ говорил, что отправил его в Пустоту вместо себя, но Инк доказал, что это наглая ложь. Инку не нужно было бросать еще одного узника в вечную тьму, как будто это какое-то проклятое место, требующее жертв. Он помог собрать разбросанные частички Каста и вернул его в этот мир. «Он вернул меня, только чтобы отплатить, – тщетно убеждал себя Каст. – Если бы я не сражался с Найтмером, меня бы никогда не отправили к Гастерам». Но если начистоту, Каст мог признать, что это не так. Инк начал собирать его по кусочкам еще до того, как Найтмер появился в Пустоте. Каст не понимал, почему. Каст был смутьяном. Демоном. Тем, кто манипулировал бедным маленьким Фриском, заставляя его убивать. Тем, кто стремился к абсолютному контролю, чтобы никто больше не страдал. Неважно, путем пацифизма или смерти. Но на самом деле он ничего не контролировал. Контроль был в руках Создателей. «Я умер из-за Топа? Или моя смерть была частью предыстории Андертопа?» Касту не нравился этот вопрос. Он презирал его. Особенно учитывая, что вселение в Астера вышло из-под контроля и явно не было частью сценария. Падение Андертейла – возможно, воля Создателей. Действия Топа – тоже. Но то, что Каст сделал с Астером, и то, что случилось потом, было исключительно на его совести. «Топ самолично изгнал меня в Пустоту… после того, как я вселился в Астера и попытался сжечь Андертоп. Даже Создатели сочли, что я перешел все границы и дали Андертопу свободу, потому что Им стало его жалко. И вместо того, чтобы попытаться усмирить меня и стереть воспоминания о Мультивселенной, меня бросили гнить в Пустоте, заменив копией-инкодом, как и всех остальных в Андертопе. Топ и его семья зажили новой жизнью в Зефиртопе. Меня же оставили гнить во тьме». Азриэль жил себе в Андертопе, где Каст просто случайно погиб. Брак Азгора и Ториэль не выдержал смерти Каста и Азриэля в Андертейле, зато пережил смерть Каста в Андертопе. Фриск там превратился из добровольного партнера в бедную, невинную, одержимую жертву Каста. Флауи вообще никого не трогал. Значит, во всех бедах виноват только Каст? «Я был рожден, чтобы стать всеобщим демоном?» Может и нет, но Они создали его, чтобы он им стал. Ему отвели роль Бездушного демона, которого все обвиняют и за поражение которого все болеют. Как же легко было бы поддаться порыву разжечь свою ненависть ко всем, кто бросил его и забыл, и снова стать тем самым демоном. Так легко, если бы не этот глупый Фестер, его дурацкая семейка, глупый Нот-Инк и его тупая Дудл-сфера. В Дудл-сферу не пускали никого, кроме Блу, Калора и Скетча. Это было надежное, безопасное место, доступное лишь немногим. Каст тоже оказался в их числе. Каст хотел бы, чтобы для него она тоже была закрыта. Тогда он бы чувствовал себя правым, а не растерянным и напуганным. Он мог бы со злостью плюнуть на очередное место, которое отвергло его, вместо того чтобы открыться. Это подтверждало неприятную истину, о которой Каст старался не думать с тех пор, как его собрали по кусочкам в Пустоте. «Инк верит в меня. Доверяет мне. Как и Фестер. И Свапстер. И Шейд. И Эйри? Как они могут верить в меня, когда я сам в себя не верю?» Свап Чара медленно сел в телегу рядом с Кастом. Он посмотрел на свои руки в варежках и, теребя большие пальцы, спросил, не мерзнут ли у Каста руки. – Нет. – Ничто не сравнится с холодом Пустоты. Чара принял ответ. Он извинился за то, что все время крутился рядом, оправдываясь тем, что никогда раньше не встречал другого Чару. Еще он упомянул, что у Каста крутое прозвище, и поинтересовался, нельзя ли и ему придумать что-нибудь подобное. – Не дождешься, – закатил глаза Каст. – Ты далеко не такой пай-мальчик, каким хочешь казаться. Чара кивнул. Каст презрительно усмехнулся: – Ты перестал убивать только в самый последний момент. Чара застыл. И снова медленно кивнул. – И вовсе не из доброты, – прошипел Каст. – Тебя остановил страх. Ты боялся того, что будет дальше. Чара поежился совсем не от холода. Он снова кивнул. Каст видел связи, как и всегда. Сначала с Фриском, потом с Астером, теперь с Чарой. Хоть у него и появилась плотная форма, он все равно оставался призраком. Он мог бы вселиться в Чару так же легко, как во Фриска. Интересно, что бы тот тогда почувствовал? Попытался бы сопротивляться Касту с помощью своей Решимости? Или вновь поддался бы любопытству? Каст не собирался это проверять. Не было никакого желания. (И не хотелось разочаровываться, если окажется, что его двойник ничем не лучше его самого). Каст смотрел на реку, провожая взглядом плывущие льдины. – Ты думаешь, тебе все сойдет с рук? Нет, не сойдет. Прошлое всегда возвращается. Даже я вернулся. И я убил всех, кого, как мне казалось, когда-то любил. – Он повернулся к Swap!Чаре, чувствуя, как глаза наливаются тьмой, а румянец на щеках стекает, как кровь. – Как думаешь, твои близкие простят тебя, когда узнают, что ты сделал то же самое? Свап Чара, похоже, не нашелся, что ответить. Каст готов был поспорить, что сердце у него сейчас колотится как бешеное. А может, и душа тоже. Он, скорее всего, и понятия не имел, насколько был близок к ее потере. Даже если Фриск в этом мире не просто счетчик убийств, Создатели наверняка были бы счастливы увидеть Бездушного Пацифиста в Андерсвапе. Злость Каста утихла, сменившись тихой горечью. – Мне неинтересно с тобой разговаривать. Я не еще один несчастный Бездушный, которого тебе нужно исправить. Swap!Чара возразил, что он здесь не за этим. Касту было все равно. Он встал и дернул повозку. Свап Чара вцепился в нее, чтобы не свалиться в снег. Каст нахмурился и потащил ее вместе с ним. Они больше не разговаривали. Свап Чара был слишком потрясен, чтобы пытаться. Так что они молча двинулись обратно к дому Блу и Раса. Тихое журчание реки не могло заглушить испуганных и удивленных криков, доносившихся из соседних домов. Каст бросился к ближайшему дому, чуть не уронив Swap!Чару в сугроб. Он замер на незнакомом пороге, а затем, передумав, направился к окну, едва заметив, как Свап Чара последовал за ним. Дети вместе заглянули в окно. Это был дом семьи монстров. Ну да, это же Подземелье. Двое родителей, двое детей. Ничего особенного. Язвительные комментарии Каста оборвались, сменившись ошеломленным молчанием, когда он увидел, что четверо сгрудившихся монстров смотрят по телевизору. Звучит бредово, но может, Cast!Чара вовсе не демон. Может, он просто проклятие, несущее с собой лишь разрушение. Кадры из Истинной Лаборатории транслировались по всем экранам Подземелья: по телевизорам в домах, на камерах наблюдения, на совместимых телефонах, через АндерНет… Может, даже в кафе Маффет. Каст и все жители Андерсвапа завороженно и с тревогой смотрели, как несколько монстров сидят на больничных койках и тихо и радостно переговариваются друг с другом. – Как думаешь, когда мы сможем наконец вернуться домой? – спросил монстр-пес у другого пса, в радостном предвкушении виляя хвостом. – Совсем скоро, я уверен! – ответил тот. – Доктору Андайн просто нужно сначала провести еще несколько тестов. Она сказала, что наши семьи смогут нас навестить уже завтра! Сзади Парсник запрыгнул на кровать рядом с тем, кто, кажется, был отцом Сноудрейка. – Ешь своих зеленых вкусных змей! – протараторил Парсник. – Не сейчас, Парсник, – успокоил его отец Сноудрейка. – Доктор Андайн хочет сначала убедиться, что все в порядке. Отец Сноудрейка рассеянно погладил Парсника по покрытой змеями голове, не заметив, как его крыло прилипло к ней. А вот вечно бдительный Лукс заметил. Он в панике соскочил с кровати, врезавшись в Фроггита. Неподалеку Вошуа уговаривал Шайрен выйти из угла, настаивая на том, что нужно все прибрать к прибытию их семей. Шайрен задела Вошуа, пытаясь проскользнуть мимо, тихо извинилась и замерла, когда не смогла отлепить от него руку. Она слегка взмахнула рукой, стряхивая с себя перепуганного Вошуа, и в спешке налетела на копошащегося на полу Молдсмола. Шайрен закричала. Первый монстр-пес подскочил, пытаясь подняться, чтобы прийти на помощь, но его конечности начали плавиться прямо под ним. – Что это… – только и успел выдохнуть он. Его собратья попытались помочь ему подняться, и на этом все закончилось. Каст, Чара и все Подземелье Андерсвапа наблюдали, как монстры превращаются в Амальгаметов. Отец Сноудрейка сплавился с двумя Парсниками. Шайрен слилась с Вошуа и Молдсмолом. Лукс объединился с Фроггитом и Вимсаном. Собаки слились друг с другом. Слияние не было мгновенным. У них было достаточно времени, чтобы кричать, сопротивляться, спрашивать, что происходит, пока их голоса смешивались, искажались и распадались на бессвязные обрывки фраз. Трансляция прервалась, не дав зрителям увидеть, слышала ли Андайн весь этот шум. А затем вдруг продолжилась. – …Ты идешь по опасному пути, но еще не поздно повернуть назад, человек. Ты не потерялся. Тебе просто нужно напутствие. Но не волнуйся, человек! Я с радостью помогу тебе. Ибо я, Великолепный Санс, принимаю тебя с распростертыми объятиями! На экране был Блу. Он улыбался и подбадривал, распахнув руки для объятий. И тут все жители Андерсвапа увидели, как Чара убивает его одним взмахом своего запыленного ножа. Затем Чара с перепачканными пылью руками спокойно двинулся к Водопадью, оставляя за собой еще больше пыли. – Он убил Санса! – простонал кто-то из монстров с ужасом и недоверием в голосе. – Ничего себе, – прошептал Каст, не зная, впечатлиться или ужаснуться увиденному. – Откуда в Андерсвапе кадры из других таймлайнов? Но ответа не последовало. Монстры вокруг ахали и кричали от ужаса, видя, как их близкие, как их Стражи и даже великий Капитан Альфис погибают от рук Чары. Но рядом с Кастом никого не было. Только следы на снегу говорили о том, что здесь кто-то был. Судя по их расположению, этот кто-то просто сорвался с места и убежал. Чара сбежал.

***

У него не было имени. (Пока оно не появилось). Как и у его мира… (У его мира никогда и не будет имени). Только это не его мир, верно? Не был им и никогда не будет. Этот мир не был создан для него. Он был создан для этого мира. Для пустой белизны. Для тьмы. И для… них. Кто они? Он не знал точно. Знал, и в то же время не знал. Его воспоминания были… разбиты на осколки. Разбросаны. Разбрызганы. Рассеяны во времени и пространстве. Он помнил, как был здесь. Наблюдал. Ждал. Невидимый. Неслышимый. Незамеченный. Он помнил, как был здесь. И еще помнил, как был во тьме. Но он не был уверен, что всегда был здесь, как помнил. Какое увлекательное противоречие. Ах. Он чувствовал любопытство. И увлеченность. И замешательство. И скорбь. Он помнил, как смотрел на эскизы в бесконечной белизне. Он помнил, как самый низкорослый из них пытался достучаться до остальных, пока не сломался. Но как бы он ни старался, у него не получалось издать ни звука. Может, это просто ложное воспоминание? Может, его там вовсе и не было? Или же он был там все это время, но у него не было ни голоса, ни эмоций, ни тела, чтобы дотянуться до остальных и попытаться помешать им исчезнуть. Низкорослый исчез. Потом пропал и высокий. А потом и все остальные. Он не был уверен, что случилось с остальными, знал только, что они не пережили исчезновения. Все они исчезли. Кроме него. Если бы он все это время был полностью осознанным, то наверняка бы уже давно лишился тех частиц себя, что от него остались. Хотя нет, это не совсем правильно. Он бы лишился тех частиц, из которых его и создали. В нем уже были какие-то данные, делавшие его… им. Их дал ему… один из Них. До того, как до него добрались остальные. Как любопытно. Быть может, он всегда был здесь, быть может, нет, но когда бы он ни был создан, он был бестелесным, безгласным, бессильным. Вынужденным наблюдать, неспособным помочь. Как и многие ему подобные. Их бросили в Пустоту. Его создали здесь, он был здесь, но отчасти был и в Пустоте. В Пустоте было комфортнее, чем в бесконечной белизне. Он отчетливо помнил, как увидел в этой пустой белизне силуэт. После того, как все остальные исчезли (сбежали, освободились или погибли). Появился, исчез, появился снова… Он узнал его. Это был тот невысокий. Он все еще был жив. На этот раз он попытался до него дотянуться (раньше у него никогда не получалось). Но тот снова исчез. Потом появился снова. И снова исчез. И снова появился. И снова исчез. И снова появился. Ему было плохо… Почему ему всегда так плохо? Кто сделал это с ним? Он по-прежнему был бессилен. Он не был завершен – у него не было такого шанса. Он не знал, бросили ли его вместе с остальными, или его Создателю просто не позволили его использовать, или его решили доделать только сейчас. Он видел свои данные. Свои коды. Он видел, как Они, другие Создатели, получали доступ к некоторым его файлам. Он знал о Них. Помнил, как Они бросили его. Теперь Они вернулись, как и неподвижный, безмолвный, бесцветный скелет на белом полу. Бесцветный, если не считать желтой ткани, за которую он цеплялся. Может, он Пал? Его отвлекли – кто-то снова полез в его файлы. Создатели что-то сканировали. ОСНОВНОЕ ПРОЗВИЩЕ: Графит [ОШИБКА! ЭТО ПРОЗВИЩЕ НЕЛЬЗЯ ИЗМЕНИТЬ] ДОБАВИТЬ ВТОРОЕ ПРОЗВИЩЕ? Да ВВЕДИТЕ ВТОРОЕ ПРОЗВИЩЕ Хм. Должно быть, Они что-то искали. Ему оставалось только гадать, что у Них на уме, ведь он не мог Их слышать. Он только чувствовал Их присутствие. И то, что Они что-то меняли. Или Они заканчивали свой проект? Всегда так приятно, когда творение завершено. ЗНАНИЕ О МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ? Да РОЛЬ ПЕРСОНАЖА: Защитник [ДОСТУП ЗАКРЫТ! ЭТУ РОЛЬ НЕЛЬЗЯ ИЗМЕНИТЬ]. Ах, он пропустил, что Они делали. Что же Они делали? Его наконец-то завершат? Его выпустят на свободу? Он наконец-то сможет… существовать? [ОШИБКА! НЕ УДАЛОСЬ ВВЕСТИ СКРИПТ МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ. НАПОМИНАНИЕ: ЖИТЕЛИ _____ТЕЙЛА НЕ МОГУТ БЫТЬ ЗАСКРИПТОВАНЫ. НАЗНАЧИТЬ ВМЕСТО ЭТОГО СЮЖЕТНУЮ РОЛЬ?] ДОСТУП К СЮЖЕТНОЙ РОЛИ… [!!!ВНИМАНИЕ!!!]: СЮЖЕТНЫЕ РОЛИ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ КОМПОНЕНТОМ КЛЮЧЕВЫХ КОДОВ ПЕРСОНАЖА. ИМЕЙТЕ В ВИДУ, ЧТО ЖИТЕЛИ _____ТЕЙЛА МОГУТ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ СЮЖЕТНЫХ РОЛЕЙ В СООТВЕТСТВИИ С НАЗНАЧЕННЫМ ТИПОМ МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ (Самоадаптирующийся). ДОБАВИТЬ РОЛЬ В СЮЖЕТЕ МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ? Да ВВОД СЮЖЕТНОЙ РОЛИ: Антагонист. ОБОСНОВАНИЕ: Стремится сохранить чистоту временных линий. СЮЖЕТНАЯ РОЛЬ УСТАНОВЛЕНА. ДОСТУП К МОТИВУ… [ДОСТУП ЗАКРЫТ. У ПЕРСОНАЖА УЖЕ ЕСТЬ ОСНОВНОЙ МОТИВ]. ВВОД МОТИВА СЮЖЕТНОЙ РОЛИ: Защита временных линий. ДАТЬ ПЕРСОНАЖУ ДУШУ? Ни в коем случае ИСТОЧНИК ЭМОЦИЙ/ЭНЕРГИИ: Пустота ПОЛУЧЕНИЕ ЭНЕРГИИ: Пассивное ПЕРСОНАЖ МОЖЕТ ОБРЕСТИ ДУШУ? Никогда ПЕРСОНАЖ МОЖЕТ ПОГЛОТИТЬ ДУШУ? Никогда ПЕРСОНАЖ МОЖЕТ СЪЕСТЬ ДУШУ? Да, всегда РЕЗУЛЬТАТ ПОТРЕБЛЕНИЯ ДУШИ? Полное стирание души из существования. Коды уничтожаются. ДОСТУП К НАСТРОЙКАМ СПОСОБНОСТЕЙ [!!!ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!!]: ПОПЫТКА ИЗМЕНЕНИТЬ КЛЮЧЕВЫЕ ПРЕДУСТАНОВЛЕННЫЕ ДАННЫЕ ЗАЩИТНИКА ПРИВЕДЕТ К ПЕРМАНЕНТНОМУ БАНУ. [ДОСТУП ЗАПРЕЩЕН. [ОШИБКА! ДОБАВЛЕНИЕ ЦВЕТА КОДА И МАГИИ "белый" ЗАПРЕЩЕНО. ПРИЧИНА: ЦВЕТ КОДА И МАГИИ НЕЛЬЗЯ ИЗМЕНИТЬ]. ВЫБРАНЫ СТАНДАРТНЫЕ НАСТРОЙКИ: Серебряный, Черный цвет Пустоты. ИЗМЕНЕНИЕ ДАННЫХ ЗАПРЕЩЕНО. ПЕРВОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ]. ДОСТУП К ЧЕРТАМ ХАРАКТЕРА ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА: загадочный, легко адаптируется, наблюдательный, тихий, эрудированный, серьезный, усердный, преданный, семьянин, участливый, любопытный, практичный, дотошный, терпеливый, пунктуальный, застенчивый, любитель науки, организованный ИЗМЕНИТЬ ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА? Да ПРИЧИНА ИЗМЕНЕНИЯ? СЮЖЕТНАЯ РОЛЬ [!!!ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!!]: СЮЖЕТНЫЕ РОЛИ [ПОДРАЗДЕЛ: ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА, ОБУСЛОВЛЕННЫЕ РОЛЬЮ] НЕ ЯВЛЯЮТСЯ КОМПОНЕНТОМ КЛЮЧЕВЫХ КОДОВ ПЕРСОНАЖА. ИМЕЙТЕ В ВИДУ, ЧТО ЖИТЕЛИ _____ТЕЙЛА МОГУТ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ СЮЖЕТНЫХ РОЛЕЙ В СООТВЕТСТВИИ С НАЗНАЧЕННЫМ ТИПОМ МУЛЬТИВСЕЛЕННОЙ (Самоадаптирующийся). ДОБАВИТЬ ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА: мстительный, принципиальный, отстраненный, злопамятный, фанатичный, садист, абьюзер [ОШИБКА! СОХРАНЕНЫ НЕ ВСЕ ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА. ПАРАМЕТРЫ: "садист" И "абьюзер" УДАЛЕНЫ. ПРИЧИНА: НЕСОВМЕСТИМОСТЬ С ПРЕДУСТАНОВЛЕННЫМ ТИПОМ ПЕРСОНАЖА (Семьянин, Вдохновленный Андерсвапом)]. ПРЕДУСТАНОВКИ СЕМЕЙНЫХ ЦЕННОСТЕЙ. УЖЕ ВЫБРАНА КОНФИГУРАЦИЯ: "ВДОХНОВЛЕНО АНДЕРСВАПОМ". [!!!ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!!]: ПОПЫТКА ИЗМЕНИТЬ ЭТИ ДАННЫЕ ПРИВЕДЕТ К ПЕРМАНЕНТНОМУ БАНУ. [ДОСТУП ЗАПРЕЩЕН. [ОШИБКА! НЕВОЗМОЖНО СМЕНИТЬ ТИП МИРА-ВДОХНОВИТЕЛЯ НА "ХЕНДПЛЕЙТЫ". ПРИЧИНА: НЕЛЬЗЯ ИЗМЕНИТЬ ТИП МИРА]. ВТОРОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ]. ДОБАВИТЬ ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА: садизм к врагам, жестокость в бою ЧЕРТЫ ХАРАКТЕРА СОХРАНЕНЫ. ЗАГРУЗКА СПИСКА ВРАГОВ. Эррор (Разрушитель, Анти-пустота, Афтертейл) Испорченный Найтмер (Дримтейл) Killer!Санс (Банда Найтмера, Что-то новое) Horror!Санс (Банда Найтмера, Хоррортейл) Dust!Санс (Банда Найтмера, Дасттейл) РЕДАКТИРОВАТЬ СПИСОК ВРАГОВ. КОГО ВЫ ХОТИТЕ УДАЛИТЬ ИЗ СПИСКА? Эррор (Разрушитель, Анти-пустота, Афтертейл) [УДАЛЕНИЕ НЕ УДАЛОСЬ. НЕЛЬЗЯ УДАЛИТЬ ПРЕДУСТАНОВЛЕННЫХ ВРАГОВ]. РЕДАКТИРОВАТЬ СПИСОК ВРАГОВ. ДОБАВИТЬ ВРАГОВ. Инк Нот Note!Инк Администратор [ВВОД НЕ УДАЛСЯ. "Инк", "Нот", "Note!Инк" и "Администратор" НЕ МОГУТ БЫТЬ ДОБАВЛЕНЫ В СПИСОК ВРАГОВ. КОМАНДА НЕСОВМЕСТИМА С ПРЕДУСТАНОВЛЕННЫМИ РОЛЯМИ ПЕРСОНАЖА]. Скетч (_____tale!Папирус) [ВВОД НЕ УДАЛСЯ. "Скетч (_____tale!Папирус)" НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ДОБАВЛЕН В СПИСОК ВРАГОВ. КОМАНДА НЕСОВМЕСТИМА С ПРЕДУСТАНОВЛЕННЫМИ РОЛЯМИ ПЕРСОНАЖА]. Модератор (Разрушитель) [КОМАНДА ВЫПОЛНЕНА! СПИСОК СОХРАНЕН] Дрим (Дримтейл) Dust!Санс, Dust!Санс "Индиго" (Банда Найтмера, Дасттейл, Дасттейл: В поисках надежды) Core!Фриск (Омега-таймлайн) Блу (Underswap!Санс) Рас (Underswap!Папирус) Калор (Othertale!Санс) Доктор Фелл Гастер (Underfell!Гастер) Shade!Гастер (Othertale!Гастер) Свапстер (Underswap!Гастер) Cast!Чара (Undertop!Чара) Астрей "Эйри" Папирус (Zephyrtale/Zephyrtop!Папирус) Top!Гастер (Undertop/Zephyrtop!Гастер) Астер (Zephyrtale/Zephyrtop!Гастер) Андерсвап Ауткоды Омега-таймлайн Аномалии Те, кто вмешивается в таймлайны и скрипты. [КОМАНДЫ ВЫПОЛНЕНЫ! СПИСОК СОХРАНЕН] Он был в полном смятении. Но в то же время заворожен расширением своего сознания за пределы этой пустой белизны. Но это очарование быстро сменилось ужасом, когда в сознании начали разворачиваться сцены настоящих зверств. Он видел, как два абсолютно идентичных Санса столкнулись друг с другом и начали разрушаться, вопя и глюча, пока не превратились в ничто. А все потому, что один из них попытался вернуться во временную линию, в которой его уже заменили. Это убило их обоих и привело к полному разрушению этого мира. Он видел, как Core!Фриск забрал страдающих одиноких Ториэль и Санса из засыпанной пылью АВ, но в итоге мир не вернулся после Перезагрузки Фриска, потому что ключевых элементов попросту не хватало, и код не смог их заменить. Он видел, как Поверхность Андерсвапа дала сбой, а затем была поглощена Пустотой из-за атаки Эррора и неудачной Перезагрузки Underswap!Чары. Он видел, как союзники его старшего сына отвернулись от него в один миг, объявив его Разрушителем. И все из-за клеветы настоящего Разрушителя, одного из злейших, ничтожнейших и беспринципных врагов. А потом он смотрел, как страдает его младший ребенок. Как ему раз за разом наносят несовместимые с жизнью травмы. Он буквально разорвал свою душу на части, но и выйдя в Мультивселенную, постоянно подвергался нападениям как со стороны врагов, так и "союзников". Он видел, как его зверски пытает Dust!Санс. Он видел, как Модератор равнодушно угрожает вонзить меч ему в спину, а затем и вовсе надевает маску его старшего сына. Он видел, как Дрим хладнокровно пронзает его грудь, пылая "праведным" гневом. (Как ни старались Создатели, Им так и не удалось добраться до его ядра. Какой-то таинственный Создатель уже заложил основу этого персонажа, не позволяя Им изменить ключевые файлы. Они даже не знали, когда он был создан. Незадолго до того, как Они вернулись с Сосудом? До освобождения Скетча? Сразу после? А может, он существовал всегда, с момента создания Инка и Скетча? Создатели не могли общаться с ним напрямую. Они не могли вливать свою ненависть в его разум, как делали с Эррором. Они не могли настроить его против собственных детей. Но Они по-прежнему были полны решимости направить его в нужное русло. Со Скетчем вышел провал, потому что Сосуд убедил его видеть врага в Них, а не в Мультивселенной. На этот раз Они были умнее. На этот раз Они сделали все, чтобы Их злодей не обратился против Них). Вот что бывает, когда Мультивселенная не следует сценарию. Вот что бывает, когда Инку позволяют покинуть это место. Вот что бывает, когда персонажи сворачивают с предначертанного пути. Без сценариев эти аномалии сеют лишь боль, вред и разрушение. Они будут настаивать на обратном. Постараются обмануть тебя. Будут смотреть на тебя знакомыми лицами и извергать ядовитую ложь. Они постараются убедить тебя, что их разрушения – это свобода, что все их грехи прощены, что их эгоизм достоин существования. Но не забывай: именно они причинили вред твоим детям. Заставь их замолчать. А потом заставь заплатить за все. Файлы были обновлены. И Графит (_____tale!Гастер) выпущен в Пустоту.