Глава 23.

Счастливого Рождества (война окончена)!

Мы надеемся, что вам будет весело (если вы этого захотите),

Близкие и ненаглядные (война закончилась).

      Высокий мужчина в костюме-тройке выглядел как маггловский мафиози в своём чёрном зимнем пальто. Он был безупречно красив. Чёрные и блестящие волосы уложены в идеальную причёску, открывающую вид на высокий лоб и миндалевидные тёмно-карие глаза. Высокие скулы, ровный нос, припухлые губы — мужчина наверняка мог стать популярным только лишь благодаря внешности, если бы не был тёмным волшебником. Даже издалека чувствовалось, насколько могущественной была его магия. Она словно бурлила и выливалась наружу, выделяя этого человека на фоне всех остальных. Алексия поймала себя на том, что глупо задержала дыхание, но сделала глубокий вдох и шумный выдох, когда Том Реддл подошёл ближе. Он остановился на расстоянии всего десяти шагов от девушки, которая внимательно вглядывалась в его лицо.       Едва ощутимое облегчение мягко опустилось на плечи, когда она заметила, что бледность его кожи никак не могла быть здоровой. Алексия опустила взгляд на его руки, перевязанные бинтами. С торжеством девушка вспомнила, что оплошности или долгое использование тёмной магии приводило именно к тому, что ладони безо всякой на то причины начинали кровоточить. Белоснежные полоски ткани слегка испачкались в чём-то алом.       — Так, значит, это ты? — с лёгким интересом спросил мужчина, и Алексия поймала его взгляд. — Ребёнок, родившийся в середине девятого месяца. Единственный, кто может меня убить.       — Впервые слышу, — дерзко ответила она и слегка нахмурилась, потому что говорила правду.       — Тогда неужели ты? — он посмотрел в сторону Римуса, который никак не отреагировал.       В следующее мгновение на его губах появилась довольная ухмылка. Алексия не хотела оборачиваться, чтобы понять, кто приближался к ней из-за спины. Оказалось, что людей было несколько. Те самые Пожиратели, что сражались с членами Ордена, ковыляли в сторону своего Повелителя. Они присоединились к остановившимся людям в тёмных мантиях за его спиной и вонзили острые взгляды в лицо Алексии. Девушка всё-таки повернулась назад, чтобы удостовериться, что её друзья в порядке. Джеймс слегка потирал явно ушибленное лицо, но сумел, сохранив нейтральное выражение, подмигнуть не опухшим от удара глазом. За ним похрамывала Лили, а следом уверенно вышагивали Марлин и Сириус. Все они остановились неподалёку от Алексии, возле Римуса.       — Эй, Том, — дразняще протянул Джеймс, — давно не виделись.       Лили пихнула его локтем в бок, но Реддл лишь снова приподнял уголок губ и перевёл своё внимание на Алексию.       — Сдаётся мне, всё-таки ты должна меня убить, — хмыкнул мужчина и подошёл ближе.       Алексия сумела не податься чувствам и не шагнуть в сторону. Она выдержала его внимательный взгляд, посильнее стиснула волшебную палочку в пальцах и прикусила щёку изнутри. Девушка не знала, как его отвлечь. Глупые нападки, которые спровоцировали Беллатрису, явно не сработают на Волан-де-Морте. Поэтому, надеясь на удачу, Алексия решила просто поддержать этот бессмысленный диалог.       — Я всё ещё не понимаю, о чём Вы говорите.       — Ах, мисс Блэк, — улыбнулся Том, — твоя матушка и впрямь хорошо тебя воспитала: даже с врагом на «Вы». Как она поживает сейчас?       — Вы пришли поговорить о моей матери?       — Не знаю, — он снова улыбнулся. — Моя мать умерла сразу после моего рождения. Интересно, что испытывают те, чьи родители умирают в их осознанном возрасте.       — Она не мертва, — нахмурилась девушка и качнула головой.       — Она — нет, а отец? Повесился, не пережив смерть последнего ребёнка… Или мой щеночек Регулус тоже жив?       Алексия молча уставилась в лицо мужчины напротив. Зеркала в Выручай-комнате показывали правду? Вальбурга умирала, а Орион покончил с собой? Девушка невольно качнула головой, но потом постаралась взять себя в руки. Если Волан-де-Морт узнает о предательстве Регулуса, то бросит затею убивать Алексию и в первую очередь пошлёт Пожирателей за несостоявшимся последователем.       — Я не знаю, — прошептала Алексия в отчаянии. Волан-де-Морт, успевший уже отвлечься, высокомерно поднял брови, глядя ей в лицо. — Не знаю, жив ли он.       — Тогда спросим вашего брата?       Волан-де-Морт поднял палочку и направил её в сторону Сириуса. Заклинание отскочило, когда сразу несколько человек взмахнули палочками в попытке огородить защищавшегося молодого человека. Алая молния пронеслась в дюйме от плеча Тома Реддла и попала в грудную клетку одного из Пожирателей. Вздрогнув, мужчина завопил от боли. Капюшон его мантии спал с головы, обнажая блондинистые волосы и знакомое лицо. Люциус корчился и извивался под действием заклинания, скрёб ногтями землю и кричал, но никто не собирался ему помочь. Вскоре он умолк, и Алексия снова посмотрела в лицо Волан-де-Морта. Мужчина вновь ухмылялся.       — Сдайся, Алексия Блэк, — довольно дружелюбно, даже мягко предложил Том Реддл. — Количество моих Пожирателей куда больше. Сможет ли шайка школьников с ними справиться?       Алексия в напряжённом молчании осмотрела толпу за его спиной. Она принялась считать каждую голову и насчитала около двадцати, слегка прикусив щёку. Двадцать один против шестерых — это не просто безнадёжно, это смешно. Девушка вернула взгляд, сталкиваясь с тёмно-карими глазами, и отрицательно мотнула головой.       — Нет? Не сдашься? — хмыкнул мужчина. — Что ж, тогда…       — Сразитесь со мной лично, — сказала она, и в рядах Пожирателей послышался насмешливый гул. — Если Вы считаете, что я должна стать убийцей, то зачем нам другие? Убейте меня, или я убью Вас.       Алексия успела сориентироваться. Яркая фиолетовая вспышка едва не пронзила её грудь, но она вовремя взмахнула волшебной палочкой и отскочила в сторону так, чтобы борьба не задела её друзей. Теперь они стояли посреди всей толпы, словно на сцене, и смотрели друг на друга, выставив перед собой оружие. Сердце больно колотилось в грудной клетке, кровь стучала в висках. Алексия понимала, что явно не выживет. Она кинула секундный взгляд в сторону башни, где сидел Дамблдор, и первая атаковала Волан-де-Морта. Казалось, мужчина просто игрался с ней. Он не прилагал больших усилий, уворачивался от ударов и насылал проклятия. Со стороны наверняка это выглядело забавно: она скакала из угла в угол в попытке выжить, пока Том Реддл лишь слегка склонил голову к плечу и свободно махал волшебной палочкой. Алексия слышала противный смех Пожирателей и резкие вздохи своих друзей в моменты, когда едва-едва не оказывалась убитой. В голове вертелись всевозможные проклятия: Дамблдор заснул там?!       А что, если диадема не была крестражем? Что, если Выручай-комната просто обманула её, приведя к тому, в чём Алексия, как верила, нуждалась? Если крестраж всё ещё в той комнате, то она проделала весь этот путь зря. Может быть, Дамблдор уже разломил артефакт, но за этим не последовало никакого эффекта? Панические мысли принялись крутиться в голове с неописуемой скоростью. Наконец Алексия смирилась: ей не уйти от смерти. Теперь нужно лишь встретить её без паники. Отчаянное биение сердца отдавалось в рёбрах гулким эхом. Как ни странно, именно смертельный ужас заставлял его работать с удвоенной силой, храбро поддерживая угасающую искру. Но и ему скоро придется остановиться, каждый удар — последний. Умирать больно? Раньше, ускользая от смерти, Алексия не размышляла о ней. Воля к жизни всегда одерживала верх над животным страхом. Именно эта воля продолжала двигать её вперёд, не подаваться заклинаниям Тома Реддла и ненавидеть припозднившегося Дамблдора всей душой.       Нет. Возможно, она сможет выжить. Даже если диадема не была крестражем, то все остальные точно являлись ими. Алексия не могла ошибиться: она сама видела, как погибала разделённая душа Волан-де-Морта. Девушка с глухим стоном оступилась и упала на колени, но резко повернулась и вновь отбила заклинание, вернув его с двойной силой. Если все другие, все три крестража уничтожены, то состояние Тома Реддла вот-вот должно ухудшиться. Вокруг внезапно зазвучали хлопки и засверкали вспышки магии. До этого наблюдавшие за дуэлью члены Ордена и Пожиратели вступили в беспорядочный бой, а Волан-де-Морт уводил Алексию всё дальше, чтобы покончить с ней самостоятельно. Девушка перепрыгнула через каменное ограждение и приземлилась на покрытую снегом траву, выкрикнув очередное заклинание. Даже если не удастся убить Реддла сейчас, то нужно его вымотать. Нужно сделать так, чтобы он устал, и тогда нанести решающий удар. После его смерти найти оставшийся крестраж и уничтожить последнюю частичку души, чтобы не позволить возродиться. Алексия больно ударилась о стену замка и почувствовала, как её подняли над землёй. Или нет? Даже так не получится? Царапая кожу шеи ногтями, она не могла сделать ни единого вздоха. Лишь мотала ногами и пыталась вырваться, во все глаза глядя на ухмыляющегося Тома.       С диким рёвом в его плечо со всей силы врезалась Марлин. Явно не ожидавший подобного, Волан-де-Морт опустил палочку, и вместе с ней на землю упала задыхающаяся Алексия. Она обернулась в сторону, откуда прибежала подруга, и заметила пятерых Пожирателей, что неслись к ним. Чертыхнувшись, девушка принялась вновь изводить поднявшегося на ноги Волан-де-Морта. Холодным тоном он приказывал остальным не вмешиваться, и пока они застыли в недоумении, Марлин успела убить двоих. Алексия пронзительно завизжала, когда Волан-де-Морт всё-таки попал в неё ещё одним проклятием. На фоне коротких вскриков в попытке пригнуться или увернуться этот визг закладывал уши. Все вокруг замолкли.       Римус и Сириус одновременно дёрнулись в сторону ограждения, через которое недавно смело перемахнула Марлин. Они кинулись туда, не думая о том, что ведут за собой тех, против кого только что сражались. Разобравшись со своими противниками, Джеймс и Лили переплели ладони и бросились следом. Сириус, ослеплённый яростью, направил волшебную палочку в сторону Волан-де-Морта. Он не мог выносить этого. Он не мог слышать жалобные крики своей младшей сестры, которую уже четвёртый раз за сегодня истязали заклинанием, после которого Сириус сам восстанавливался больше недели. Однако его рука вдруг загорела, будто пламенем, и палочка выскочила из пальцев. Молодой человек злобно обернулся, глядя на улыбающуюся Беллатрису: она играючи трясла его оружие в руке и показывала ему язык. Пусть. Сириус кинулся в сторону Волан-де-Морта с желанием сбить его с ног собственным телом, но в следующий момент почувствовал, как Римус крепко перехватил его поперёк живота. Они оба упали на землю, попав под спасающий купол магии Лили: Беллатриса намеревалась напасть на зацикленного на Алексии Сириуса.       Наконец, Алексия мешком упала на землю. Всё это время, витая в воздухе, она не понимала ничего, что происходило вокруг. Заклинание Волан-де-Морта не шло в сравнение с жалкими потугами Беллатрисы. Теперь девушка не могла даже подняться на локте и лишь пустым взглядом смотрела на ноги стоящего вдали Тома Реддла. В ушах звенело, и Алексия не сразу поняла, что все вокруг вновь молча и напряжённо наблюдали за ней.       — Прекрати противиться, — донёсся до неё холодный тон Волан-де-Морта. — Прими свою смерть, пока она не настигла твоих друзей.       Но ответить не получалось. Казалось, голос испарился вместе с дыханием, которое застопорилось в лёгких. Алексия могла просто смотреть в лицо волшебника, который вот-вот убьёт её. В тревожной тишине Волан-де-Морт взмахнул палочкой. Его губы разомкнулись, чтобы произнести долгожданное «Авада Кедавра». И вновь послышался вой Марлин. Как последняя идиотка — подумала Алексия — она бросилась в сторону Реддла, но неожиданно не достигла своей точки. Зелёная вспышка ослепила всех вокруг, и безжизненное тело Марлин упало на землю. Не ожидавший этого, даже Волан-де-Морт растерянно обернулся. Сделав свой первый за долгое время вздох, Алексия сумела безмолвно подняться на колени и, опираясь о стены, встать на ноги. С замиранием сердца она увидела за спиной Волан-де-Морта до ужаса знакомое лицо, но не могла поверить в действительность.       — Питер… — изумлённо прошептал Джеймс, и реальность обрушилась на Алексию с двойной силой.       — Ты, — прохрипела она, вновь привлекая всеобщее внимание, — ебучая крыса.       Она говорила тяжело, вдыхая и выдыхая через каждое слово. Однако успевший за краткое мгновение сыграть в её теле адреналин помог взмахнуть волшебной палочкой. Тело взвизгнувшего Питера поднялось над землёй, достигая второго этажа замка, и опустилось на землю с громким грохотом. Он простонал, но не успел вдоволь осознать своей боли, ведь Алексия подкинула и опустила его ещё раз. А затем — ещё. Ещё, ещё и ещё, пока хрупкое тело Питера Петтигрю не превратилось в мешок с костями. Она оставила его в луже крови и снова посмотрела на Волан-де-Морта, едва дыша.       — Можно убегать, Алексия Блэк, но тебе не спрятаться от своей родословной, — засмеялся он. — Такая же жестокая, как все в твоём роду.       Они одновременно взмахнули палочками, чтобы нанести решающий удар, но внезапно Том с пронзительным криком упал на землю. Его грудная клетка засверкала сквозь ткань тёмной одежды. Перепуганная Беллатриса моментально кинулась к своему Повелителю, пока все остальные не могли понять, что происходит. Алексии понадобилось всего пара секунд, чтобы осознать: Дамблдор вмешался. Она взмахнула палочкой и выкрикнула с такой злостью, которой не показывала никогда.       — Авада Кедавра!       В ту же минуту Волан-де-Морт упал навзничь, раскинув руки. На земле, укрытой белоснежным снегом, лежали смертные останки Тома Реддла — слабое, сморщенное тело, безоружные белые руки, пустое, отсутствующее выражение на привлекательном лице. Какое-то мгновение вокруг ещё стояла тишина. А затем из горла Беллатрисы вырвался ужасный вопль, наполненный отчаянием и ненавистью. Она обняла Волан-де-Морта, как самого любимого и важного человека, рыдая навзрыд. Алексия с отвращением наблюдала за этим, попутно сползла на землю и прислонилась спиной к стене замка. В голове творился настоящий беспорядок, и девушка чувствовала, что вот-вот упадёт в обморок. Она заметила, как вскочившая кузина направила на неё волшебную палочку. Беллатриса засмеялась исступленным смехом, однако заклятие Сириуса пронеслось под вытянутой рукой и ударило её в грудь, прямо над сердцем. Гримаса ненависти замерла на лице Беллатрисы, глаза словно выкатились из орбит. Ещё мгновение она понимала, что случилось, а потом медленно опрокинулась навзничь. И тогда начался настоящий хаос.       Алексия в полубредовом состоянии наблюдала за тем, как на территории Хогвартса появлялось всё больше членов Ордена. Они скручивали не успевших убежать Пожирателей, сражались с оставшимися бороться за честь своего Повелителя, догоняли трансгрессировавших. Она видела, в каком сумасшедшем танце крутился Сириус, благородно орудующий своей волшебной палочкой — той, которую Беллатриса забрала, обронила в момент смерти своего хозяина и от которой умерла. Видела, как Джеймс и Лили помогали прибывшим коллегам гнаться за Пожирателями. Видела, как Римус боролся с оборотнем, что ранее преследовал Алексию. И, в конце концов, посмотрела на Марлин.       Импульсивная, эмоциональная Марлин Маккиннон смотрела на Алексию мёртвым взглядом светлых глаз. Её блондинистые локоны были измазаны алой кровью, что пропитывала снег под головой. Возле расслабленных пальцев лежала откинутая в сторону волшебная палочка. Распахнутая короткая куртка обнажала короткую вельветовую рубашку горчичного цвета, что открывала вид на тонкую полоску оголённого живота. Чёрные джинсы плотно обтягивали упругие бёдра. Было ли отражение в Выручай-комнате правдивым? Алексия в неверии подползла ближе. Она краем глаза заметила, что людей вокруг стало слишком мало, поэтому совершенно забыла про самосохранение. Дрожащими руками девушка стиснула плечи своей подруги, подняла её и прижала к себе. Ледяной снег смешивался с густой кровью, что капала на одежду Алексии, которая продолжала крепко обнимать безжизненное тело Марлин.       — Я вернулась, — прошептала она и вдруг заревела. — Я вернулась…       Людей вокруг становилось всё меньше. Пальто Римуса, которое упало на землю уже слишком давно, снова оказалось на её плечах. Алексия рыдала, обнимая тело своей подруги. Она гладила её ещё тёплые щёки, призывая сказать хоть что-нибудь, смотрела в светлые глаза и не могла поверить, что Марлин мертва. Питер убил её. Питер, этот трусливый и жалкий придурок, почему он напал на неё? От страха промазал? Целился в Волан-де-Морта, но попал в Марлин? Алексия не могла найти ни единого ответа на свои вопросы и не хотела делать этого. Она продолжала рыдать, икая, и прижимала к себе Марлин. Какого Мерлина эта девчонка вообще полезла на рожон? «Почувствовать себя героиней»? А разве сама поступила иначе?       Алексия в панике замотала головой и пронзительно закричала, когда почувствовала, как её силой оттаскивают от подруги. Чьи-то крепкие руки обняли её поперёк живота и потащили назад. Она краем сознания узнала в длинных пальцах, которые пыталась расцепить, руки своего старшего брата и возненавидела его за это. С каждым пинком, который девушка оставляла на его икрах, с каждым криком и мольбой отпустить сил становилось всё меньше. Алексия презирала себя за то, что не могла высвободиться, презирала за слабость и то, как темнело в глазах. Наконец, обмякшую её отпустили, но всего на мгновение. Сириус, крепко стиснув зубы, рывком повернул едва стоящую на ногах девушку к себе лицом и, присев, закинул её к себе на плечо. Он несколько раз позвал её по имени, но понял, что именно сейчас истеричка-сестра потеряла сознание, и мотнул головой. Его грудь жгло от боли и горечи очередной утраты, но нужно было позаботиться о тех, кто ещё жив.       Двадцать пятое декабря тысяча девятьсот семьдесят девятого года стало днём, когда Волан-де-Морт пал. Днём, когда имя Алексии Хестер Блэк стало отождествляться с званием народной героини и борчихой за справедливость. Днём, когда Питера Петтигрю посмертно наградили званием предателя и Пожирателя смерти. Днём, когда решившая защитить свою подругу Марлин Маккиннон лишила семью прекрасной дочери. Днём, который торжественно заявил, что угнетению всех нечистокровных волшебников и магглов пришёл конец.