Глава 5

— Ну что, уставились, псы поганые? Всадник резко спрыгнул с лошади и швырнул поводья испуганному мальчишке. Чёрный кафтан, хоть и был сшит из прочной дорогой ткани и украшен золотым шитьём, уже потрепался и запачкался дальней дорогой. Незнакомец с двумя дюжинами всадников, державшихся сзади на безопасном расстоянии, резвым шагом направлялся к группе разбойников. — Недоумки! Совсем одурели! Девку, девку прозевали! От вас баба сбежала. Разбойники хреновы. Теперь, клянусь, головы вам на плечах не удержать, сукины дети! «Сукины дети» стояли гурьбой, не осмеливаясь глядеть на незнакомца. — Вы что, на земле распутную девку увидали? На меня смотреть, отродье дворовое. Приспешники Медведя один за другим нехотя делали то, что велено. У всадника был благородный профиль, тёмные волосы, забранные в тугой хвост. Мужчину можно было назвать своеобразно красивым. Незнакомец смотрел вдаль, на лес, и не спешил снова поворачиваться к бандитам. Когда он однако решил удостоить их вниманием, на лицах налётчиков отразился ужас. Вся левая сторона лица приезжего была обезображена глубоким вертикальным шрамом, который шёл от самых волос до подбородка. — Ха, ну, вижу, вы меня признали. Смекаете, кто перед вами? Не опускать голов! Раз догадались, то пораскинете умом ещё немного. Знаете, что с вами будет раз проморгали девицу? Я бы мог перерезать вас как свиней прямо сейчас. Не сделаю этого единственно потому, что владыка юга сам захочет посмотреть, как вы, идиоты, корчитесь у него под ногами. Командир отряда прошёлся пару раз перед испуганной толпой. Ужасная ухмылка всё ещё не сошла с его лица. — Я вижу, вы сейчас в портки наложите. Посему слушайте. Теперь вы соберёте все свои скудные мозги в одну навозную кучу и выберете мне одного, кто сможет внятно и живо растолковать, что произошло. И предупреждаю, болваны: будете мямлить — языки вам повырываю.

***

Ехали резво, но едва скрылись из виду под деревьями, все, как один, попридержали коней. Бандиты не спешили начинать разговор и какое-то время двигались по тропе вглубь леса, то и дело беспокойно переглядываясь. — Э, ну, Косой, так чего же тебе тот меченый сказал? — обратился разбойник с неприятной физиономией и без одного глаза. — Я ж уже говорил. Надобно девку изловить, мол, мы упустили, нам и искать. А если не добудем эту козу проклятую, то привезёт владыке наши головы за место её. — Так это понятно, я же про другое толкую. Медведь-то нам сулил награду за неё поделить, а тут что? Будет нам чего или как? Не задаром же работать! — возразил другой разбойник. — Хе, это ты ладно подметил, Рубака, но про кое-что запамятовал. Господин-то наш, почитай, как помер. Теперь о награде не мечтай! Ишь чего захотел. Этот меченый нам и ломтя хлеба не даст. — Люди добрые! Господа благородные! Да как же это так? Мы что, должны на верную смерть идти? Да и без награды? — завопил неприятный худощавый тип, которого прозвали Рубакой. Шайка забеспокоилась, головорезы зашушукались. А новоиспечённый защитник разбойничьих интересов продолжал. — Я вон что предлагаю. Тут и кумекать долго не нужно, даже деревенский дурак сообразит, что дело это проигрышное. Зачем нам за чёртовой девкой гоняться? Мы благородные люди! Никому служить не обязаны, особенно без платы. Давайте, как бы это сказать… Эх, скажу как есть. Давайте-ка, братцы, слиняем, пока возможность такая есть. Оттого, что думается мне, ежели мы ещё раз повстречаем этого меченого, аль чего доброго на Лиса треклятого нарвёмся, живыми из этой передряги не выпутаемся. Ну, кто со мной? «Благородные люди» одобрительно зашумели и заулюлюкали. Все, да не все. К новому любимцу народа подъехали двое шкафообразных громил. — Не советую тебе, Рубака, зазря пустозвонить. Девка в лесу, считай, одна. А Лис, ну что ж. Нас десять, а их двое. Как у вас со счётом? Совсем худо, аль как? А коли мы её доставим, то будем в милости у южного владыки. Не придётся скитаться и укрываться по лесам. Ну? Толпе предложение головореза явно не понравилось, на что указывали недовольные выкрики то тут, то там. — А когда Лис к нам в берлогу заявился, ты не такой смелый был! Чего ж там стоял, с ноги на ногу мялся? Желаешь попросту своей шкурой рисковать? Ишь головастый нашёлся. Так охота петлю на шею надевать — делай это сам! — Рубака, паясничая, почти вплотную подъехал к громилам. — Мы, вольные люди, поедем лесами в Баргу, а вы, — он тыкнул пальцем в одного из отморозков, — можете на пару устроить охоту на Лиса. Но чудится мне, ха-ха, он вас как зайцев стяпает. Банда пришпорила коней. Громилы помедлили, но недолго, и поспешили примкнуть к шайке «благородных людей».

***

Время близилось к вечеру. Уставшее солнце печально жаловало свои последние лучи дремучему лесу. Ветер трепал кроны деревьев и предупреждал о скорой непогоде здешних обитателей. Ничто не нарушало мерной жизни этого места. Почти. Огромный ворон парил над вековыми соснами, внимательно что-то высматривая. Едва только птица заприметила небольшой отряд всадников, пробирающихся по тесной тропе сквозь лес, она резко спикировала вниз и, чуть было не задела крылом одного из них, умчалась в чашу леса. — Окаянная птица! — зло прошипел мужчина, связывая в тугой хвост растрепавшиеся смоляные волосы. Он устал. Путь был проделан немалый, а предстояло сделать ещё больше. Нельзя терять время. Никак нельзя. Всадник внимательно вглядывался в любую мелочь, в каждую ветку неправильной формы, дорожную грязь, которая, быть может, совсем недавно хранила в себе след. Мало-помалу смеркалось, но от острого взгляда ищейки ничего не ускользало. Он точно знал, что ведёт своих людей в нужном направлении. Как, впрочем, и всегда. Мужчина подъехал к маленькой, дряхлой корете, больше похожей на ящик с колёсами. — Господин Скард, милорд, прошу, послушайте меня, — из кареты долетел слабый голос. — М-м-илорд, молю вас, не надо ехать в эту сторону. Вы ведь знаете, что там ж-ж-ивёт к-к-олдун. Люди в деревне его чтят. Не стоит нам к н-н-ему врываться, — заикаясь, пролепетал мальчишка с худощавым лицом и тёмными волосами, падавшими на лоб грязными сосульками. Парень смотрел на командира снизу вверх. — Чёрт, Люиль, не учи меня, поганец. Если б не моя сестрица и твои способности, я бы тебя ни за какие деньги в свой отряд не взял. Но раз выпало так, что ты тут, то хотя бы помалкивай. — З-з-ачем вы послали тех разбойников в погоню? Они ж-же точно не сыщут девушку с Лисом. А если и н-н-айдут, то никаких ш-ш-шансов у них нет. — Люиль! Не открывай свой рот, пока я тебе этого не повелел! — всё сильнее выходил из себя Скард. — Эти шалопаи непременно захотят дать деру. А устремятся они в Баргу. Это единственное место на много миль вокруг, где они смогут схорониться от меня. И я почти уверен, что Лис повезёт девку туда же. Чтобы не было никаких «почти», мы теперь едем туда, где я в последний раз уловил её присутствие. А если она и впрямь направляется в Баргу, то это разбойничье отродье мы либо найдём прирезанными Лисом, либо же живыми. В любом случае, участь незавидная, и скоро она их нагонит, — оскалился мужчина. — И запомни, племянничек, я так добр с тобой лишь пока ты меня слушаешься. Лучше тебе не знать жизни в моей немилости. Потому прекращай пялиться по сторонам и сиди смирно в своём ящике. Мальчишка вжал голову в плечи до такой степени, что из-за воротника поношенной курточки выглядывал лишь его длинный нос. Солнце закатилось, а Скард со своими головорезами всё ещё продирались сквозь лес, и с каждым их шагом деревья сплетались ветвями всё сильнее, трава делалась выше, а тропинка уже. Люди не могли разглядеть что-либо в такой темноте, но ехали молча. Скард продолжал внимательно всматриваться в лесную чашу. Он не беспокоился, ведь всегда отыскивал то, что нужно, или тех, кого нужно. Командир в конце концов заметил небольшой просвет между двумя соснами. Среди высокой травы стояла ветхая лачуга. Покосившиеся брёвна угрожающе клонились к земле, а ловкие побеги всевозможных растений оплетали домишко, делая его частью леса. Не было никаких сомнений. Это был тот самый дом, где девчонка была. Скард ещё не нашёл доказательств, но чутьё никогда его не подводило. Он соскочил с коня и, продираясь сквозь травяные заросли, направился к лачуге. — Нет, я один. Нечего вам туда ломиться, все следы затопчете, — сказал командир, делая знак рукой, чтобы все остались на своих местах, укрытые от посторонних глаз деревьями. — Люиль, а вот ты иди со мной. Держи язык за зубами и внимательно слушай.

***

— Ну что ж, садитесь, гости. Откуда же вы? Куда направляетесь, если не секрет? Себхаг как-то странно улыбнулся и начал неторопливо доставать из пыльного шкафчика банки с мёдом и вареньем. — Мы с братом едем в Баргу, ходит молва, там можно обучиться всевозможным ремеслам у лучших мастеров, — Скард изъяснялся до такой степени непохожим на него доброжелательным и простодушным тоном, что Люиль невольно разинул рот. — Ах да, школы мастеров там замечательные. А не поздновато ли вам, господин, быть подмастерьем? Уж простите старика за нескромный вопрос, — колдун внимательно рассматривал гостей, отрывая ломоть хлеба. Скард ответил не сразу. Он был слишком занят поиском следов. Чашек было всего четыре. Одна в пыли, три другие совершенно чистые. Кровать одна, но в углу было устроено спальное место на полу. Всё понятно. Следопыт поправил волосы, чтобы они не открывали страшного шрама, и учтиво ответил: — Учиться никогда не поздно, разве нет? Я смотрю, у вас здесь часто бывают гости? — В такой-то глуши? Нет, что вы… — изобразил неподдельное изумление старик. В глазах высокого гостя мелькнула злоба. — А если просто предположить, что они всё же были, куда бы они потом могли отправиться? — с нажимом почти прошептал Скард, внимательно смотря в глаза хозяину дома. Тот же ни чуточки не смутился. — Ну, если вы так любите строить догадки, то я могу предположить, что мои, конечно же, лишь воображаемые гости несомненно отправились бы на север. Я не ищу ссор и не занимаю сторон. Благодарю вас за представление и за маскарад, но я понимаю, с кем говорю. Вы ведь и сами знаете, что пуститься сейчас на север — самый логичный вариант для моих гостей. Мне только любопытно, зачем вы тратите время на меня, если ответ очевиден. — Славно, что мы друг друга понимаем, но не твоего ума дело, зачем я спрашиваю. А теперь нам пора. Колдун так и не встал проводить гостей, продолжая с улыбкой смотреть на них. Командир медленно вышел из-за стола и направился к двери. Ему было жутко от улыбки старика, хотя он ни в жизнь бы в этом не признался. Как только нежеланные гости отошли от дома, следопыт тихо обратился к мальчишке: — Ну, что скажешь, Люиль? Он врал? Парнишка немного помешкал с ответом. Ему нравилось, что хоть иногда он был нужным и приносил пользу. — Да, совершенно точно. — Что ж, тогда в Баргу, — тон у Скарда оставался ледяным. — Вам было н-н-не важно, что он скажет, верно? Вы хотели лишь увериться, что он обманет, чтобы тронуться в Баргу? — Наконец, у тебя появляются мозги, Люиль. Я не сумасшедший, чтобы пытаться силой выведать сведения у колдуна в его же доме. Учись, иной раз лучше действовать тихо.