Глава 6

Обыкновенно в это время года люди не нарушали своей суетой покой леса. Но в этот раз было не так. Помимо шайки Медведя и отряда Скарда, по лесу проезжали ещё двое. Они ехали осторожно, плотно укутавшись в плащи и прикрывая лица капюшонами. Говорили мало, по большей части прислушивались к происходящему кругом. — Куда ты меня везёшь? Мы уже давно в пути, я хочу отдохнуть. Нам ещё долго? — Девушка зябко вздрогнула и попыталась прилечь на шею лошади. — Я думал везти тебя сразу на север, но планы изменились. Нам придётся заехать кое-куда, — всадник пришпорил коня. Девушка сделала то же самое и подъехала к нему. — А куда именно мы едем? В селение или город? И какие же планы изменились? Мы договаривались на север, а теперь что? — не отставала она. Ей не нравилось быть в неведении. То, что Ив больше не пленница, совершенно ясно. Она в относительной безопасности, но в одном ничего не изменилось. Девушка всё так же не могла самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Ей всё так же ничего не объясняли, и оставалось покорно следовать чужой воле. Куда же ей одной идти? Она не знает места, которое могла бы назвать домом, не знает, к каким людям обратиться, если понадобится помощь. В мире она одна, без прошлого, с пугающим настоящим и туманным будущим. Беспомощность сильно тревожила её. — Ив, если ты в самом деле хочешь отдохнуть, прекрати задавать миллион вопросов. Мы едем в Баргу. Нам осталось всего несколько часов. Девушка резко отвернулась от собеседника и начала рассматривать замысловатые ветви деревьев. Время шло, и она принялась потихоньку незаметно поглядывать на спутника. Он смотрел вперёд, то и дело хмурился, будто в ответ на свои мысли. «Как странно. Она закусывает губу как Стрей, злится точно так же, её глаза становятся такими же отрешёнными, когда она задумывается, но это уже не Стрей. Не она. Я её потерял, хотя она едет подле. Несуразица какая-то.» - в это время размышлял Лис злясь сам на себя. Лес жил своей жизнью. Дышал, шумел листьями, наблюдал за путниками. Мало кто замечал, но это было так. Незримой дланью он касался всех, кто оказывался под его кронами. И это огромное существо заметило её, долгожданную, которая должна всё переменить. Он тянулся к её волосам, пытался коснуться их своими ветвями. Сама природа пела и приветствовала гостью. На плечо Ив внезапно скакнула белка. Девушка вскрикнула и тут же прикрыла рот ладонью. Белка же, вовсе не смущаясь, обнюхала её волосы, спустилась на руку и прытко подбежала к самому лицу. Девушка разглядывала маленького зверька, а он, в свою очередь, всматривался в тёмные глаза Ив. Лис, наконец, улыбнулся, наблюдая за этим. — Ты им по душе. Ха, ну хоть что-то не изменилось! Тем временем белка расположилась на плече у Ив. Наконец, сквозь пущу начало пробиваться солнце, приветливо освещая всё вокруг. Всадница подставила лицо дружелюбным лучам. Какое-то время ехали молча. Бельчонок проворно скакал сперва по рукам, после пробрался на голову лошади, которая недовольно фыркнула. Второй всадник протянул руку, и зверёк перебежал на него. — Смотри-ка, ты ему тоже по душе. — Ив подъехала ближе. — Да, животные любят северян. — Почему? — Девушка осторожно сняла весёлого бельчонка с плеча Лиса. — Север — это последний предел, не тронутый цивилизацией. Людей там мало, и мы живём в мире с животными и духами тех мест. Мы их храним, а они нас. Чужакам нет места в последнем пристанище. И оттого на севере могут выжить лишь те, кто был там рождён. Хм, можно сказать, мы особенные в чём-то. — Он улыбнулся. Было в его облике что-то неуловимо звериное, что никак нельзя было назвать привлекательным, но Ив почему-то это понравилось. — Выходит, я тоже северянка, да? — Верно. — А у всех северян такие же рыжие волосы, как у тебя? — Ага. Жители прочих королевств шутят, что в таком холодном и хмуром месте должно быть хоть что-то яркое, оттого волосы у северян рыжие. — Но почему мои волосы не рыжие? — Ты задаёшь не простые вопросы. По всему нашему миру временами рождаются такие дети. У них, своё предназначение. Родители должны отправлять их в белую рощу, где они посвящают жизнь служению великой богине Вэйге - всеобщей матери. — Звучит не весело. Так почему же я не там? — Путница нетерпеливо поёрзала в седле. — Ты там была, но… хм, вероятно, что-то пошло не так. Не спрашивай что, я сам не знаю. Ив показалось, что Лис вновь помрачнел, и она решила продолжить путь молча. Так прошло несколько часов. Белка дремала, и наездницу тоже клонило в сон. Ей чудилось, что ещё чуть-чуть, и она свалится с коня прямо в траву. Вдруг Лис остановился. — Тихо, за деревьями кто-то есть. Держись за мной. Если что-то пойдёт не так, скачи вперёд и не медли. Он говорил тихо, но Ив его услышала. Сердце неистово колотилось. В ушах стучало. «Не хочу вновь быть одной. Только не снова!»

***

— Ребята, глядите, глядите-ка. Тише, попридержите коней. Вон там, за соснами на поляне кто-то есть. Это же та девка, да ещё и одна! — прошептал один из головорезов. — Да кто там есть, да никого. Не придумывай. — так же шёпотом ответил Рубака. Вся шайка тем не менее остановилась, вглядываясь в просветы между деревьями. — Нет, точно, я тоже вижу, — прохрипел Косой и поднёс руку ко лбу, загораживая солнце. — Слушайте, ну эко как дело обернулось. Небось сама судьба нас сюда привела. Это ж наша девка! Нельзя такой случай упускать, братцы, ну нельзя! Бандиты неуверенно зашептались. К Косому поближе подъехали два шкафообразных громилы. — Ну кто с нами? Или трусы все? Девчонку испугались? — в один голос пробасили они. — Эх, ну его. Была ни была. Решено. Окружаем её! Да только тихо, — велел Рубака. Ив решила держаться чуть поодаль от Лиса. Он казался спокойным, но она подметила, что её провожатый сильнее стиснул поводья, а правой рукой потянулся к рукояти меча. Она остановила лошадь, притаилась. Бельчонок забеспокоился и спрятался у неё под плащом. Прошло несколько минут. Она уже было подумала, что всё обойдётся, но в эту секунду из-за деревьев появились они. Ив сразу узнала их безобразные лица. Казалось, эти физиономии никогда не оставят её в покое. Страх отчего-то отступил, и осталась только злоба, ярость, которая заполняла всё внутри. Но девушка не шевелилась. Впрочем, разбойники тоже не спешили нападать. Один из них, у которого не было одного глаза, выехал вперёд, вроде как для того, чтобы повести за собой остальных, но вышло не совсем так, как он запланировал. Гордо вскинув голову, резким движением обнажив кривую саблю, смельчак с диким воплем вырвался из-за деревьев и проскакал так почти до середины поляны. Но, не услышав за собой топота копыт, он остановился и с удивлением обнаружил, что все остальные отчего-то не двинулись с места. Более того, они один за другим постепенно углублялись всё дальше в лес. Одноглазый явно чувствовал себя неловко и не знал, что делать дальше. В это мгновение Лис выступил из-за деревьев. Он подъехал к бандиту вплотную. — Я могу чем-то вам помочь, любезный? — вкрадчивым голосом почти прошептал он. Бандит, и так ошарашенный и смущённый поведением своих дружков, теперь вовсе не знал, что делать. Даже его конь пребывал в шоке и немного пятился. — О, может, вы заплутали? — продолжал издеваться Лис. — Нет, я… я попросту… я ничего. Ничего. Я поеду дальше, если вы не возражаете. — Что вы, я не могу вас так отпустить. Не подобает порядочному человеку проезжать мимо, когда его собрат в беде, — с лёгкой усмешкой произнёс всадник в капюшоне. — Я не в беде! Не в беде! Прошу, я лишь хочу проехать, — Косой аж позеленел, и казалось, что от ужаса немедля упадёт. — Ну раз помощь не нужна, господин бандит, то езжайте с миром. Но впредь постарайтесь думать, что вы делаете. Мой вам совет — лучше помалкивайте о том, что здесь видели. И уберите эту железяку, а то вы ей и убиться можете. Разбойник тупо глядел на Лиса, затем, наконец, сообразил и убрал саблю в ножны. Чрезвычайно медленно и непрестанно с опаской поглядывая на незнакомца в капюшоне, он начал двигаться вперёд. Но стоило ему чуть объехать Лиса, как тот в два счета извлёк свой меч и здорово шлёпнул коня разбойника по крупу плоской стороной. Животное взвилось, заржало, встало на дыбы, скинув седока на землю, и ускакало прочь. Головорез с грохотом плюхнулся, но будто этого и не заметил, одним махом вскочил и с поросячьим визгом неуклюже побежал за конём. Всё это время Ив с трудом сдерживала злобу. Она думала, что после всей этой комедии Лис рассмеётся или хотя бы выдаст что-то наподобие улыбки, но он остался мрачен. — Почему ты отпустил их? Я не понимаю. Они изводили меня месяцами! И они могут рассказать о том, что видели нас! — после некоторого молчания выпалила девушка. — Я не мог причинить им вред. Ив, я форвин. А это значит, что я убиваю людей на заказ. Мне суждено быть убийцей. Но особенность форвинов в том, что мы можем нанести вред лишь тем, кто заказан. Если ослушаемся и раним не того, рана появится на нас самих спустя какое-то время. А если ненароком убьём, то погибнем сами. Лис объяснял сдержанно, но Ив уловила нотки нетерпения и раздражения в его голосе. Следовало бы отстать от него с расспросами, но она не могла — любопытство брало верх. — Почему же ты должен быть форвином? Отчего не можешь уйти? — Видишь эту метку у меня на щеке? — он указал на шрам в виде змеи. — Это магический знак. Именно он делает нас теми, кто мы есть. Он даёт нам силу, ловкость, скорость и многое другое. Но также эта отметина нас связывает обязательствами. Мы не можем стать обычными, от неё не освободиться. Форвин — это призвание на всю жизнь. — Но почему именно ты? Как так вышло? — никак не могла утихомириться девушка. — Чёрт, я временами забываю, что ты ничего не помнишь. Ну ничего. Хм, так вот. В наших краях, от самого древнего севера до южных непроходимых гор, знатные семьи должны отдавать форвинам старшего сына. А всё потому, что мы поддерживаем мир во всех четырёх королевствах. Ведь на самом деле всё не так очевидно, как кажется. Кто-то желает кому-то смерти и просит форвинов о помощи. Наш главный жрец бросает в волшебную чащу Виррионед имя того, кому пожелали смерти. Если вода становится красной, то бедолага должен погибнуть от нашей руки, если нет, то форвины отказываются от заказа. Таким образом, судьба, даже, можно сказать, сама Вэйга через нас вершит свою волю. И уже больше тысячи лет нет войн. Девушка ответила не сразу. Она долго задумчиво рассматривала кроны деревьев, а когда в конце концов опустила голову, тихо произнесла: — Получается, ты вершишь благое дело, служишь богине. — Она ещё чуток помолчала. Ив была не совсем уверена. Ей казалось жутким, что кто-то просто-напросто может купить чью-то смерть. С другой стороны, всегда можно было, да и ныне тоже, нанять обычного убийцу. Форвины же действуют с благословения Вэйги, если, конечно, эта их чаша и вправду имеет к ней отношение. — Мне отчего-то кажется, что это делает тебя несчастным, — добавила она. Наёмный убийца взглянул на неё и неуверенно улыбнулся. — Видимо, не всякий мечтает лишать людей жизни, — притворно весело заметил он.