Тщеславие

      Рассвет встретил их в роскошно обставленном номере отеля, куда они перебрались после того, как дворец Тайн был разрушен. Мягкие лучики солнца аккуратно касались стен, и все ближе подбирались к огромной двуспальной кровати. На ее подушках одиноко развалился Ллойд. Светлые волосы разметались во все стороны. Теплый рассветный лучик добрался до припухшего лица, щекоча нос и застилая сомкнутые веки.       Ллойд нехотя проснулся. Поднимаясь, почувствовал, как хрустят суставы в залежавшихся конечностях. На проверку он потянулся и к своему удивлению не почувствовал боли. Тут его взгляд упал на открытую дверь балкона. Там, на свежем воздухе, подернутым утренней дымкой, стояли двое, прислонившись к ажурному ограждению, и о чем-то беседовали. Они держали в руках по фужеру, рядом покоилась открытая бутылка. — Не жалеешь? — Морро пригубил напиток, на некоторое время задержав его во рту, пока нёбо и язык не свело от приятной кислинки. — Жалеть? О чем ты? Я не питаю жалости к людям. — Харуми не церемонилась, быстро сделала глоток и тут же почувствовала, как в груди разливается тепло. — Ох, я и забыл, насколько ты бессердечна. А ещё ты не умеешь пить, Харуми.       Брови блондинки взметнулись и она отвела взгляд в сторону улицы, как будто прячась за своим бокалом. Он так редко зовёт ее по имени, и каждый раз, когда это происходит, Харуми становится непосебе. И непонятно, звучит ли это жутко, или, наоборот, неимоверно смущает. Но с титулом принцессы было покончено, а вместе с ним и с одним из поводов для насмешек Морро. Значит ли это, что теперь он будет звать ее по имени постоянно? Брр…       Харуми поежилась от этой мысли. — Я могу продолжать звать тебя принцессой. Принцессой преступного мира. — Морро подмигнул и свесил руку с ограждения, лениво покачивая ей. — Ну уж нет.       Ллойд невольно подслушал разговор и удивился той идиллии, что царила сейчас между ними. За все время, проведенное в их компании, он успел сделать вывод, что эти двое воистину как кошка с собакой — только и делают, что бранятся: Морро отвешивает подзатыльники, а Харуми шлет нах… в пи… Ллойд не знал, куда она все время отправляет идти Морро, но чувствовал, как уши начинают краснеть при каждом упоминании.       А что же сейчас? Что за светские беседы?       Ллойд слишком долго всматривался и это не осталось незамеченным. Харуми и Морро обернулись. — О, почтеннейший проснулся. — Доброе утро. — …Утро.       Знал бы Ллойд, что еще час назад эти двое чуть не разгромили весь отель, осыпая друг друга обвинениями… Не разгромили, но попытки были.       Побоище в императорском дворе на обломках дворца закончилось, как только появился Морро. Ниндзя были слишком заняты спасением людей, а те из них, что еще пытались дать отпор, были задержаны генералами Харуми.       Ллойд выглядел побитым, потому, сразу по прибытию в их новое жилище, отрубился. Он слишком крепко спал и никакие звуки погрома и громкой ругани не разбудили бы его. Кажется, даже столкни его с кровати, он так и продолжил бы спать. — Идиотка! Ты и меня похоронить там решила?! Хрена какого ты оставила мне семь блядских минут?! — Сокрушался мастер ветра, как только они оставили Ллойда в номере. — А что мне оставалось! Один из них убежал во дворец! — Да уж, видел я. Кстати об этом…       Харуми видела, как зло блеснули глаза ее напарника. Он выпрямился, посмотрев на нее сверху вниз. В ее груди поселилось стойкое ощущение угрозы и сулящих неприятностей. — Из-за твоей выходки они могут узнать меня. Если бы ты не торопилась, обошлось бы меньшей кровью. — Морро перестал орать и говорил так спокойно и вежливо, что по спине Харуми прошелся холодок. Но внезапно такой тон вывел уже-не-принцессу из себя. — Ну узнают и узнают! С чего панику наводить, истеричка?! Они же с тобой лично не знакомы, а то, что в моих кругах есть управляющий ветром — так этот слух давно гуляет, ты сам его и распространил! — Я истеричка?!       Воздух загудел и потяжелел. Морро потемнел лицом. На секунду ему показалось, что он ослышался.       Харуми в это же время искренне считала себя самоубийцей и тем не менее отступать не планировала. — Да, ты! Какое ниндзя дело до тебя? Гораздо важнее то, что теперь им известно, где Ллойд и вот это уже проблема.       Нет, серьезно, стремление Харуми умереть на месте поражало. Морро только-только задумался, что он в сердцах выпалил свои собственные переживания, которые тщательно скрывал столько времени, как Харуми решила вырыть себе могилу поглубже.       Блондинка увернулась от полетевшего в нее декоративного подсвечника. — Какой смысл тогда так тщательно скрывать его, если ты так глупо проболталась?!       Как бы то ни было, а вторая маска была у них на руках. А это сам по себе повод для праздника. Оставив обиды позади, они открыли бутылочку хорошего спиртного, встречая восходящее солнце. — Как спалось? Выпить не хочешь? — Блондинка, слегка покручивая в руке бокал, протянула его Ллойду. — Ай-яй-яй, спаивать ребёнка не хорошо. Ему от силы лет тринадцать настоящего возраста. — Н-да… Не подумала. — Ты вообще мало когда думаешь, — издевательски протянул мастер ветра и сделал глоток, пряча ухмылку за тонкими стенками бокала. — Не начинай, а? И вообще, перерыв окончен — у нас куча дел. — Харуми тяжело вздохнула и выдавила из себя подобие слабой улыбки. Погоня за масками, помимо побед, приносила с собой небывалую усталость. Ссутулившаяся фигура девушки наглядно демонстрировала ее состояние. — Эх… Трудоголизм когда-нибудь нас всех убьёт…       Морро допивает, но продолжает стоять на балконе о чём-то думая. Сейчас его можно было бы счесть за какого-нибудь поэта или философа, размышляющим о мирском и суетном. Задумчивый взгляд в никуда постепенно заволокло хмелем, а ход мыслей приобрел хаотичный характер.       Харуми в один большой глоток прикончила остатки своего алкоголя и, схватив Ллойда за руку, потащила его к дверям. — Тебя скорее алкоголизм добьет! — Весело кричит девушка на подходе к выходу. — Ха. Ха. Это говорит мне человек, не умеющий пить.       Морро не видит, но определённо чувствует, что девушка закатывает глаза перед тем как окончательно уйти. Вообще, он слишком хорошо её знал, слишком долго они общались и всё это слишком сентиментально для него. Видимо влияет алкоголь. Надо прекращать пить.       Мотает головой, чтобы убрать лишние мысли, хотя одна назойливой мухой продолжает крутиться — ниндзя могли его узнать, и что хуже — он мог проболтаться Харуми о своём прошлом. А прошлое на то и прошлое, чтобы оставаться там, далеко позади, возможно даже в прошлой жизни. Да, определённо где-то в прошлой жизни он умер и начал всю эту авантюру с уже-не-принцессой.

***

— Куда мы идем? — Взволновано поинтересовался Ллойд, следуя за блондинкой. Она все еще крепко держала его за запястье и не то, чтобы у него был выбор идти или не идти. — Поесть. Уверена, ты голоден.       И словно в подтверждение этих слов желудок Ллойда неприлично заурчал. — Так и думала.       Через несколько минут они уже сидели за небольшим столиком, рассчитанным на двоих, в дальнем углу зала — подальше от любопытных глаз. Харуми одну за другой закидывала в рот какую-то легкую закуску и наблюдала, как расправляется со своим ранним завтраком Ллойд. Рассматривала его светлую макушку с лохматыми, не уложенными волосами. Лучившиеся наивностью щенячьи глаза, в глубине которых, казалось, навечно поселился холод тьмы, готовой оберегать его в любое время дня и ночи. Впалые щеки и выступающие скулы на мягких чертах лица вызывали неистовое желание накормить и Харуми, задумавшись, протянула ему свою тарелку. — Ты не хочешь?.. — Неуверенно спросил Ллойд. — А? Не-а, я только хотела чем-нибудь заесть гадкое пойло Морро. Ты ешь давай, не отвлекайся, а я пока расскажу тебе кое-что.       Ллойд кивнул и не спеша попробовал то, что пододвинула ему девушка. Вкусно. Он не знал, что это, но успел привыкнуть к безошибочным выборам Харуми, будто та знала о всех его вкусах и предпочтениях. Даже тех, о которых не знал сам Ллойд.       Подождав с минуту, она продолжила. — Ты задумывался когда-нибудь, почему на острове Чена над тобой так измывались?       Ллойд поперхнулся. Чего-чего, а этого он не ожидал. В последние дни он не вспоминал ни об острове, ни о Клаусе. На удивление ему было… неплохо, в какой-то степени даже хорошо. Его не трогали без надобности и он не чувствовал необходимости сопротивляться. В непринужденной атмосфере вся пережитая боль разом стихла, не давая о себе знать. И такой прямой вопрос невольно пробудил с трудом забытые воспоминания. — Задумывался. И не раз. Клаус ненавидит меня и моего отца, вот в чем причина.       Харуми медленно кивнула. — Может и так, не отрицаю. Но только ли по этому? — Ты о чем? — Ты уже знаешь, что в тебе сокрыта сила О́ни, но недавно я заметила у тебя нечто вроде… ускоренной регенерации? Порезы буквально затягиваются на глазах, синяки рассасываются быстрее обычного, переломы срастаются без нужды в гипсе! На тебе все заживает, как на собаке. Подумай, может ли это стать причиной тех страданий, что тебе пришлось вынести?       Ллойд слушал внимательно и с каждым словом затылок холодел все сильнее и сильнее. Аппетит пропал начисто. Опустил голову, закрывая лицо ладонями, и вдруг посмотрел на Харуми исподлобья мерцающим пурпуром всколыхнувшейся тьмы. — Клаус ненавидит меня. И если на мне действительно… заживает все… как на собаке, то это лишь еще один повод презирать меня. Не более.       Медленно Ллойда охватила дрожь. Накатывая волнами, от подрагивающих ресниц до кончиков пальцев рук, вызывала один за другим мельтешащие флешбеки. Настолько яркие и четкие, что вылизанный до зеркального блеска пол ресторанчика сменился грязным шершавым каменным мешком. Словно наяву он ощутил затхлый влажный воздух и непреодолимое желание вдохнуть, наполнить горящие легкие таким знакомым, пропитанным ужасом и страхом, запахом. Ллойд задыхался. Запястья обожгло холодом ржавеющего железа, пространство разрезал короткий щелчок закрывающихся кандалов. А над ним надменно возвышался Клаус и своим гнусавым голосом повторял: — Ллойд. Ллойд! Ллойд!!!       Картинка перед глазами начала расплываться. Мягкий желтый свет, запахи еды, взволнованный девичий голос и горячие руки, что крепко сжимали запястья, не давая упасть. — Очнулся. Живой. — Уже спокойно утвердилась Харуми. — Очнулся? — Повторил за девушкой Ллойд. Спокойное, расслабленное выражение лица Харуми невольно успокаивало и Ллойда. От охватившей его паники вскоре не осталось и следа. — Я убедилась, больше не буду бередить старые раны, я не Морро в конце концов. Давай-ка лучше пройдемся по моим территориям и наведем порядки. Тебе, да и мне, надо отвлечься.       Харуми может и не хотела копаться в чужом ящике с бельем. Однако то было больше необходимостью, чем прихотью. Своеобразный тест. И результаты его вполне были в рамках ожиданий блондинки…       Шагая по мощеным улицам, стремительно рассекая лицом воздух на скоростном мотоцикле; заходя в пропитанные табаком и алкоголем кабаки и пахнущие свежестью и чернилами аккуратные офисы… Харуми вдруг начала посвящать Ллойда в дела своей организации. — Кто такая Скайлор, знаешь?       Ллойд на секунду завис, копаясь в памяти, после чего ответил: — Нет. А должен? — Хм. Ну хотя бы слышать о ней ты наверняка мог? Она, хм, родственница Чена.       Ллойд резко затормозил и уставился на Харуми, словно не мог поверить в только что сказанное. — Как ты сказала? — Родственница Чена. Между прочим, тоже мастер стихий. Вот же ж блин, свалились мне на голову стихийники… И откуда только повылезали? — Спросила Харуми скорее сама у себя, чем реально обратилась бы с подобной жалобой к Ллойду, с показным недовольством ворча под нос. — Судя по твоей реакции, ты ничего не слышал о ней. Как же так, всю жизнь провел на острове Чена и ни одного словечка про Скайлор не слышал! — Я, знаешь ли, большую часть времени пробыл взаперти. — Ах, ну да. — Согласилась Харуми. И тут же захохотала: — И где острить научился? У Морро? Запрещаю тебе с ним общаться!       Но заметив разом помрачневшее лицо Ллойда, замахала руками и слегка пригладила его волосы на затылке. — Шучу я.       Лицо его тут же разгладилось и Харуми продолжила: — И эта рыжая мало того, что мешается у меня под ногами, утверждает, что среди моих людей есть лазутчик. Проигнорировать это я просто не имею права!..       Ллойд мало что понимал в том, о чем с ним разговаривала Харуми. Но ему нравилось думать, что говорит она с ним, порой, непонятными словами, потому что… верит ему. В ее глазах Ллойд не встречал страха, отвращения, боязливости, с которыми уже привычно на него смотрели другие. От нее исходила уверенность в себе, в собственных силах, уверенность в нем самом. И, заражаясь этой уверенностью, Ллойд искренне желал ответить благодарностью. — Я не выношу предателей на дух. Всех их, когда они попадутся, ждет расплата. И уж поверь, никуда они не денутся. Мы уже сузили круг поисков, остановившись на районе, где стоит чайная лавка. Мои люди выяснили, что периодически ее посещает наш подозреваемый…       За практически односторонним разговором они прибыли в бар. Несмотря на ясный солнечный день, здесь царил мрак, разрываемый редкими неоновыми вывесками и мягкими белыми лампами. Харуми уселась за высокий барный стул и тут же из-под земли вырос здешний бармен. — Можно воды? — Попросила девушка. — Вам?       Харуми молча притянула за шиворот стоявшего неподалеку Ллойда, ушедшего в прострацию. — А, для сына. Одну секунду.       Блондинка недоуменно изогнула бровь и едва не прыснула со смеху, когда стакан с водой был поставлен перед ее лицом. Прочистив горло, она с трудом, но все же натянула непроницаемую маску серьезности. — Ты, видно, устал. Возвращайся, у меня еще остались дела.       Заметив поникшее состояние Ллойда, Харуми кивнула куда-то в сторону. — Тебя отвезут.       Ллойд немного замялся, нервно теребя края своей одежды, не зная, как правильно выразить собственные мысли. Но в конце концов расхрабрился и впервые за все время их общения попросил Харуми: — Я хочу сам дойти до отеля. Дорогу я запомнил, позволишь?       Харуми повернулась и с выражением заглянула ему в глаза, будто проверяя, в попытках докопаться до причин подобной просьбы. И, решив что-то для себя, махнула рукой, отпуская Ллойда. Стоически выдержав тяжелый взгляд, тот опустил напряженные плечи и поспешил к выходу.       Много позже девушка вернулась в отель. Устало свалилась на кровать, страдальчески выдыхая усталость последних дней. Рядом тут же возник Морро, принесший с собой приятную прохладу вечернего ветра, омывающего комнату своей свежестью. В этом ветре хотелось раствориться, обмякнуть и просто лежать. — Как всегда вовремя, Морро. — К вашим услугам, Харуми. Ты, кстати, где Ллойда посеяла? — А он разве не приходил? — Блондинка резко подскочила. Округлившиеся глаза охватила паника, но через мгновение в них уже метались искры прожигающей злости. — Посеяла, значит, мальчишку. — Он должен быть здесь. — Прими как факт, его здесь нет.       Харуми не успела довести мысль до логического завершения, как дверь с громким стуком врезалась в стену. В проеме показался Ллойд, с ног до головы выпачканный в крови, и тащил что-то за собой. — Твою ж маааать… — Многозадачно протянул Морро. — Какого лешего происходит? — В оцепенении выдавила Харуми. — Ты весь в крови. И что ты там тащишь?       Ллойд напрягся, протаскивая свою ношу на свет. — Это не моя кровь. А это крыса, которую упоминала Харуми.       На полу совершенно без чувств лежал грузный мужчина, раза в два больше самого Ллойда. Труп, причем самого омерзительного вида, какой только встречался Молчаливой и мастеру ветра.       Повисла напряженная тишина. Харуми уставилась на Ллойда, Морро, казалось, настолько проникся ситуацией, что ушел глубоко в себя и обещал не скоро вернуться. Но звенящую тишину первым нарушил именно мастер ветра, со скрипом повернув голову в сторону девушки и отчетливо проскрежетал: — Хар-р-руми. Объяснись.       Блондинку прошиб холодный пот. Встрепенувшись, она отчеканила: — Судя по всему, щеночек таким способом говорит «спасибо». Я права? — Лицо Харуми озарилось миловидной улыбкой, глаза сощурились, следя за каждым движением Ллойда.       Уголки губ парня еле заметно дрогнули, отвечая на улыбку всем очарованием, на которое только был способен. Впечатление от этого простого жеста не испортила даже насквозь пропитанная чужой кровью одежда и ею же запачканное лицо. Кто еще, кроме Харуми и Морро могут счесть это милым? Кто угодно другой убежит в панике, увидев в Ллойде своего палача.       Обаяние этим моментом длилось недолго. Лицо блондинки искривилось в брезгливости, в отчаянии она прокричала: — Гадость! Зачем притащил это сюда? Фу-фу-фу, он вообще живой? А знаешь, я не хочу знать. — Устало потерев переносицу, она вновь подняла взгляд на Ллойда. — Сходи в душ, бога ради, Ллойд.

***

— Это какое-то сумасшествие.       Пятерка ниндзя во главе с сенсеем отсиживались в монастыре, залечивая раны. Больше всех досталось Коулу. Мастера земли еле вытащили из-под каменных глыб, и, опоздай они хоть на минуту, Коула пришлось бы собирать по частям.       Всем в той перепалке досталось. Все были в ужасе от происходящего, медленно пытаясь переварить все то, что удалось выяснить. — Друзья, подведем итоги. — Тихо начал Зейн. — Императорская семья… погибла. — Не спеши, Зейн. — Голос ниндроида перебил мастер Земли, оперевшись на свою гигантскую золотую косу. — Тело принцессы не было найдено. — И что с того? Сам факт… — Факт в том, что я бежал за маячком, который сделала Ния, и знаете, что я увидел? — Не дожидаясь разрешения, Коул продолжил. — Маячок был прикреплен к крысе. — Что? — В унисон раздались голоса. — Я уверен в том, что видел. Принцесса не так проста, какой хотела показаться. — Ха, чуйка меня не подвела. — Вмешалась Ния, радостно провозгласив о результатах своих стараний.       На мгновение каждый задумался о чем-то своем, перебирая в голове события прошлой ночи. Но Коулу было что еще сказать. — Есть… есть кое-что, точнее, кое-кто, кого я, да и все вы тоже, видели. Парень, который забрал маску и скрылся с Ллойдом и Молчаливым — это мог быть Морро. — По-моему, на сегодня достаточно потрясений, — ворчал Джей. — Как же ты это выяснил? — Я обменялся с ним парой ударов. Могу поклясться, он дрался как ниндзя, а перед тем, как исчезнуть, он поднял пыль с помощью ветра.       Объяснений оказалось более чем достаточно. Все еще хуже, чем они могли себе представить. Потеряв из виду две маски из трех, ни на шаг не приблизившись к зелёному ниндзя, они попали в запутанный клубок загадок и чем дольше в нем копались, тем глубже увязали в нем. Ни одного ответа, а вопросов стало еще больше. В каком направлении двигаться дальше? Что искать и за какую ниточку дернуть, чтобы выбраться из загадок и тайн?       Зейн продолжил делать выводы, прерывая затянувшееся размышление. — Сын Гармадона по уши увяз в преступном синдикате. И я не думаю, что это его вина. Вспомните, с каким криком он бросился на нас.       В разговор вмешался хриплый старческий голос. Сенсей Ву, наблюдавший все это время за своими учениками, наконец подал голос. — Если все, что вы сказали — правда, боюсь, племянника просто грубо используют. — Грубо? Я бы сказал, кто-то очень искусно промыл ему мозги. — Кай молчал с тех самых пор, как Коул упомянул мастера ветра. Но сдержать рвущийся наружу гнев он был больше не в силах. — Постойте-ка, если Ллойд якшается с Молчаливым не по своей воле… это же все меняет!