Часть 42

Витторио целует Лоенору в лоб; от этого зрелища Тархос дергается, словно от удара. — Иди к девочкам, — просит Тоскано, — вам нужно отдохнуть. Скоро нам предстоит снова отправиться в путь. Леди Синобия недовольно вздыхает, сплетая пальцы на животе. — В дороге сложно учить маленьких леди, господин. Им непросто сосредоточиться на уроках, когда за окном кареты можно увидеть цаплю, зайца или оленя. Конечно, леди Серафина очень способная, однако ее манеры оставляют желать лучшего… — Думаю, детям это простительно, — улыбается Витторио; прежде, чем отпустить Лоенору, он целует ее в висок. Во взгляде Лоеноры, обращенном на мужа, Тархос замечает восхищение; рыцаря передергивает от отвращения. Чем Тоскано так поразил Лоенору? Своими бредовыми фантазиями?! Тархос может рассказать ей куда больше. — Барышням нужна дисциплина, — настаивает леди Синобия; в глазах Витторио вспыхивает лукавый огонек. — Чтобы шалить было интереснее? — уточняет он; леди Синобия уязвленно багровеет. — Полно вам. Когда им озорничать, если не сейчас? — Едва ли тяга к проказам может считаться хорошей чертой у девушки из знатной семьи, — бросает леди Синобия, но не спорит, отходит, учтиво присев перед Тоскано. Лоенора на прощание касается щеки мужа; вид ее протянутой руки, тонкой и изящной, действует на Тархоса словно раскаленное масло, льющееся на голую кожу.