(Не) учитель

***

Наверное это было странное желание, но сразу после истребления Лют, впервые за полтора месяца, вернулась домой. Не в новую комнату, выданную ей вместе с формой за должность, а домой. Тихо отворив дверь и шумно выдохнув, она зашла. Катастрофы не случилось, пол не рухнул, мир не схлопнулся, но гробовая тишина заставила мурашки пробежать по спине от возникшего чувства дежавю. С ног до головы покрытая кровью, Лют села в то же место, где однажды застала Алиэль. Взгляд, отражённый в зеркале, был точно таким же, как у неё десять лет назад: наполненный отчаянием и ненавистью к себе. Девушка тихо заплакала, пряча лицо в кровавых ладонях. Если сегодня, когда она убивала, её рука дрогнула, значит ли это, что она тоже сходит с ума? Стало нестерпимо стыдно перед родителями, словно она отпустила их неосязаемого убийцу на свободу. Ради своих целей, Лют пошла по головам. Вернее сказать, прошлась по одной конкретной — Вегги. Сейчас, отставив эмоции в сторону, Лют понимала, что поступила жестоко. Всё же оставить её там в Аду, означало убить, а этого истребительница всё же не хотела. Или хотела? Кажется, пришла пора признать хотя бы самой себе, что она грешна. Определённо точно, над её разумом своевольно берёт контроль гнев, в порыве которого она пожелала убить Вегги. Убить, чёрт возьми, ангела! В тот момент ей казалось, что та просто отпустила убийцу её родителей и красная пелена перед глазами последнее, что помнила истребительница. Миг и Лют настигает осознание. Каждый знает, что мир делится на чёрное и белое. По-другому просто не бывает! Ей больше нет места в Раю. И смысла жить тоже больше нет. У неё не осталось людей, ради которых хотелось бы остаться здесь, у неё не было своей мечты, которую хотелось бы исполнить. Была одна лишь цель. И Лют приняла решение, после того как она выполнит её — она умрёт.

***

Теперь она лейтенант и «правая рука» самого Адама. После истребления он не сказал ей и слова, поэтому она просто не знала, что ей теперь делать и какие у неё обязанности. После дня зачистки у истребителей была неделя на заслуженный отдых. Каждый мог заняться своими делами и провести время с близкими. Лют проводила время лежа в своей комнате в компании тёмных мыслей. Может это давила тоска, может одиночество, а может и всё вместе, но она все чаще стала задумываться, каким образом будет уходить из жизни. За окном что-то разбилось и, будто очнувшись из оцепенения, Лют резко села на кровати. Собственные мысли пугали, а стены маленькой комнаты, будто напитанные отчаянием, давили, заставляя сходить с ума. Впервые за несколько дней, девушка решила вылезти из своего кокона, сотканного из собственных страданий, и выйти размять затекшие крылья. На улице светило закатное солнце, лаская своими теплыми лучами жителей, ознаменуя скорое окончание очередного счастливого дня в Раю. Свежий ветер подхватывал перышки крыльев, побуждая Лют распахнуть крылья и полетать, подобно большой волне, манящей сёрферов. Полеты девушка безумно любила, чувствуя в воздухе свободу, которую уже, наверное, никогда не почувствует стоя на ногах. Она не тупая. Она прекрасно понимала, что хороший солдат — послушный солдат, без собственного мнения и выбора. Лют не сомневалась, что именно такой телохранитель Адаму нужен и, какое счастье, она освоила навыки немого болванчика еще в детстве! Солнце практически скрылось за горизонтом, окрашивая облачный город в красный и оранжевый цвет. Истребительница утомилась, облетев все окрестности своего центрального района и спустилась на асфальт, в попытках найти воды. Её взгляд зацепился за желтую мантию, скользящую за своим владельцем. Адам шел по чистой улице светлого города, с самым невозмутимым видом попивая колу через трубочку. Лют замялась, помня к чему привела случайная встреча и её попытка заговорить в прошлый раз. Но, кажется, сегодня был действительно хороший день, потому что Адам заметил её сам и пальцем поманил к себе. Лют послушно подлетела к ангелу. — Как проходят твои выходные? — Хорошо, — коротко ответила Лют, немного опешив от банальности вопроса. — Я как раз хотела найти вас и узнать о своих новых обязанностях. — Боже, блять, — шумно выдохнул ангел, посмотрев на неё с возмущением. — Сейчас разгар выходных, а ты думаешь об обязанностях? Я забыл твоё имя, сучка, но отныне я буду звать тебя зануда. — Меня зовут Лют, — оскорбилась его грубостью девушка, но внешне осталась предельно спокойна. — Всё же я хотела бы настоять на своём и узнать, что мне предстоит делать. — Меня сейчас стошнит от твоего официального тона, — жестом руки, показав тошноту, сморщился Адам. — Лицо проще, Лют, и идём за мной. — В посольство? — Блять, просто помолчи.

***

Экзорцист ожидала что угодно, только не кабак, в который Адам зашёл, как к себе домой, кинув странный жест персоналу. Похоже, Лют единственная, кто не понимал, что тут происходит. Официанты заулыбались, уступая паре дорогу и с любопытством разглядывая, очевидно, нового посетителя этого места. И снова от лишнего внимания к себе, девушке стало некомфортно. Адам упал на диван, расслабленно раскинув руки на его спинке и вытягивая длинные ноги в черных берцах. Лют, под пристальным взглядом, аккуратно села на вторую половину, в напряжении держа осанку. Она нервничала и это было видно. — Еще немного и твоя голова задымиться от перенапряжения, — подметил он её состояние. — Сэр, мы в кабаке, — неспокойно проговорила Лют и, получив взгляд «Пиздец ты гений!» продолжила, — Эти места не особо легализованы в Раю… Тем кто родился в Раю — не стоит сюда заходить. Она чувствовала, что переступает через свои принципы, находясь здесь. Каждый кто рождён в Раю строго следовал правилам, созданным много веков назад. Но люди, попавшие в Рай, имели больше свободы воли, потому что они знали другую жизнь. Одним из решений было разрешение на алкоголь и места, где его продают. Люди выиграли небесный суд, аргументируя всё тем, что преступление и грех не алкоголь, а то, что можно сделать под его воздействием. Довольно кривой аргумент, но ангелы побоялись ограничивать волю бывших людей, решив, что у них хватит сил, в случае неудачи эксперимента, всё исправить. — Кто сказал? — закатил глаза Адам. — У людей на Земле принято так проводить время с друзьями, никакого преступления здесь нет. Лют мало знала о Земле, вернее сказать практически ничего не знала. Но, в своих самых смелых мечтах детства, хотела бы там побывать, предполагая, что именно там живут единороги. — Добрый вечер, Адам, — поприветствовал его официант, подготавливая блокнот с ручкой. — Что сегодня подать вам и вашей спутнице? — Мне как обычно, — сделал заказ командир, переводя взгляд на Лют, агрессивно сжимающую колени ладонями. — Есть предпочтения? — Я… Люблю чай. С цитрусами, — неловко улыбнулась истребительница, под усмешку ангела и улыбку официанта. — Глинтвейн даме, — со знанием дела заключил Адам, продолжая смотреть на смущенную Лют. Кажется, кого-то очень смущает собственная неосведомленность. — Напоминаю, в нашем заведении нельзя пить больше, чем… — Пиздуй уже отсюда, — резко выдохнул Адам. Лют провожала бедного работника взглядом, всё ещё не понимая, как её сюда занесло и что задумал её командир. — Ты хотела узнать, что теперь тебе нужно делать, — напомнил ангел, стекая по дивану и укладывая голову на его спинку. — Ты руководишь тренировками моих сучек, ты заполняешь отчёты по каждому проводимому истреблению и ты выполняешь любое моё ебучее поручение, не задавая тупых вопросов. — Сэр, я понятия не имею как правильно… — опешила от новых требований Лют. — Не думаешь, что нужно было бы задуматься об этом раньше? — задумчиво протянул Адам. — Ну, например, когда ты, блять, решила избавиться от ебаной Вэджи? — Она предательница, — воскликнула Лют с яростью в глазах, под удивленным взглядом ангела и уже тише добавила, — Вы же сами видели, что она сделала. — Она несомненно тупая бесхарактерная сука, — согласился Адам. — Но именно она всегда выполняла всю самую грязную, скучную и ебливую работу, которую только можно представить. Ты избавилась от неё, не позволив мне закрыть глаза на эту ебучую ситуацию, ты и встанешь на её место и меня совсем не ебёт, как ты будешь всему учиться. Я не учитель. Взгляд Лют стал холодным и колючим, пелена гнева задвинула на задний план все переживания и дискомфорт. Ей очень хотелось высказать всё, что она думает по поводу Адама и его тупых установок. Чёрт возьми, первый ангел с Земли, значимая фигура в истории всего мира, не может выполнять свои обязанности, перекладывая все задачи на других, просто потому что «может». Лют, сквозь зубы извинившись перед ангелом, отошла в дамскую комнату, привести свои мысли в порядок. И снова гнев, зажимает её в свои тиски, не давая здраво мыслить и заставляя делать импульсивные поступки. Может стоит записаться к психологу? - Не думала, что ангелы могут быть такими жестокими, - послышался нежный голос у входной двери. - Всего пару недель здесь, а уже наделала столько шума. Лют вздрогнула от неожиданности и обернулась на вошедшую. Перед ней стояла стройная девушка, с медовым каре и маленьким шрамом под яркими зелеными глазами. Лют не знала, кто перед ней, но была готова поклясться — одна из истребительниц Адама. Взгляд, осанка, походка — всё в ней говорило о том, что она не понаслышке знала «что такое убивать». Незнакомка медленно подошла к раковинам и принялась мыть руки, поглядывая в сторону Лют. - Что тебе нужно? - без предисловий спросила экзорцист в лицо. - Мне? Ничего! - мило улыбнулась девушка. - Просто хочу дать дружеский совет. Так хладнокровно убрать Вегги - это мощно. Но запомни, устранить тебя будет так же просто и Адам даже бровью на это не поведет, быстро найдя замену. Не строй ложных надежд, что ты какая-то особенная. Она продолжала мило улыбаться, закрывая кран и срывая бумажные полотенца. Мысленно Лют уже трижды ударила незнакомку лицом о зеркальную поверхность, просто сгорая как спичка, от этого ядовитого, снисходительного тона в её голосе. - Я похожа на мечтательницу? - настолько спокойно, что аж страшно, спросила Лют, перебирая в голове картинки с ангельской кровью, покрывающей всю площадь этой маленькой комнаты. - Дам тебе дружеский совет. Отъебись от меня, рыжая, и больше никогда не подходи. Её изумление настолько явно читалось на лице, что было даже забавно. Идти в атаку, не умея защищаться, это конечно «сильно». На такой замечательной ноте Лют вышла из комнаты, пока в своём приступе гнева не разложила этот кабак на кирпичики. Официант принёс алкоголь, аккуратно расставляя стаканы на низкий столик. Перед Лют дымилась чашка, чего-то очень ароматного с ноткой корицы, имбиря и апельсина, но чувство злости не давало расслабиться и попробовать новинку на вкус. — Несомненно, ты ебать какая горячая с таким выражением лица, — невозмутимо сказал он самую смущающую вещь в её жизни. — Но я тебе не враг. Я же самый, блять, справедливый человек в мире. И мой справедливый вердикт: ты накосячила — тебе разгребать. Вообще, после первого предложения Лют перестала его слушать, чувствуя, как румянец неконтролируемо захватывает её лицо. Она, твою мать, не привыкла смущаться и сегодня побила все свои рекорды, делая это в третий, сука, раз. В смятении схватившись за чашку, сделала несколько больших глотков и, нахмурившись, сдержала порыв закашлять. — Это отвратительно, — скривила лицо истребительница. — Мои слова или напиток? — улыбнулся ангел, с издевкой в голосе. — Всё вместе! Как это можно пить на добровольной основе? — искренне не понимала Лют. — Знаешь, кажется все же я нашёл пару вещей, которым хочу тебя научить, сучка.

***

Возможно алкоголь был не так плох, как показалось на первый взгляд. Ладно, он оказался лучшим средством для борьбы с неловкостью и страхом! Лют допивала уже вторую кружку глинтвейна, улыбаясь истории Адама о его рокерской любви — электрогитаре. Она нашла тему, от которой его глаза зажглись, словно звёзды на ночном небе. Кажется, он действительно был влюблён в рок и всё что с ним связано. Она узнала, что за жест он показал персоналу, когда они только вошли сюда. Это оказалась «коза», популярный жест на Земле, который часто использовался рокерами, хотя у него было ещё много других значений. Этот в прошлом человек, вообще использовал в своей манере общения много жестов и эмоций, которые прослеживались даже под маской, не сдерживая себя, реагируя на каждую мелочь. Сейчас, сидя на этом немного потрепанном диване и смотря на него, немного выпившего, рассказывающего о том, что ему интересно, Лют поймала себя на стремительно промелькнувшей в голове мысли — узнать об Адаме всё. В данный момент он был настолько живой, насколько она была мертва. Она, буквально, залипла, смотря на его длинные ноги в берцах, выглядывающих из-под его рясы, на его руки, в черных перчатках. И, будь проклят этот алкоголь, так хотелось снять с него маску. На языке крутился вопрос «Почему же он ведет себя, как мудак?», но даже опьяненная, она не могла выдавить его из себя. — Трудно отрицать, кароче, — завершая свою историю, потянулся за добавкой напитка. — Я чертовски охуенен. — Выпьем за вас, сэр, — улыбнувшись его словам, произнесла тост Лют. Должно быть, к его чокнутому самолюбию можно привыкнуть, сейчас оно не вызывало раздражения. - Что насчет твоих предпочтений в музыке? - всё тем же будничным тоном, невзначай спросил Адам, а магия, затянувшая Лют в свои объятья, растворилась. Так было всегда, стоило только фокусу внимания сместиться к её персоне. Она готова была часами слушать про жизнь других, но от вопросов о себе хотелось только залезть в петлю. Сейчас он поймет, что она пустая, как белый лист, и больше уже никогда не посмотрит на неё как прежде. - Я... Я не фанат какого-то жанра, - замялась истребительница, подбирая слова. - Но, кажется, теперь мне очень нравится рок. - Сыграть тебе? Лют замерла, не веря, что он не стал насмехаться над ней. Мудак всех мудаков, не стал стал подначивать её из-за явно выдуманных только что музыкальных предпочтений, а просто, мать вашу, предложил ей сыграть. - Да. Она не могла описать чувства, распирающие её изнутри, когда заиграли первые аккорды. Это было действительно потрясающе. Адам словно чувствовал каждую струну своей гитары, опережая на несколько уровней людей, играющих в этом жанре. Теперь Лют, действительно, могла сказать, что рок - её любимый жанр музыки. Он только что, своими руками, заполнил один из тысячи пробелов в истории Лют. Её душили слёзы, от осознания, что одни из самых счастливых мгновений её ебаной жизни за долгое время связаны с кабаком, алкоголем и самым главным мудаком Рая.