II. Демоны

В первый день вся академия гудела и стояла на ушах. Ещё бы — демоны всех пород и видов вернулись в родные пенаты разносить в щепки гранит науки. Вопрос «Когда твёрдый камень успел превратиться в хрупкое дерево», как и вопрос «Почему из гранита с такой лёгкостью высекаются щепки?» заботил заинтересованных лиц менее всего. Куча других забот, несколько иного толка, занимала рогатые и безрогие головы администрации и преподавательского коллектива в полном составе. А именно: как привести проклятых молодых демонюг в чувства и настроить их на нужный, читай — учебный — лад? Каждый год первого учебного месяца вставал этот вопрос во всей своей красе пред тёмными очами умудрённых сединами — ну, или не очень умудрённых и не совсем уж седых — мэтров демонических наук и каждый же год не находил никакого решения. Бедный, бедный вопрос разбушевавшихся студентов… Да даже не вопрос, а так, вопросик, можно сказать, вопросишко… И тем не менее гвалт стоял такой страшной силы, что стены нещадно дрожали, грозясь развалиться по кирпичикам прямо тут же, дребезжали стёкла, и ходила ходуном наиболее хлипкая мебель. И вот вы, например, спросите, отчего такой переполох? Ответ донельзя очевиден: виной всему этому хаосу, что ежегодно воцарялся в Академии Демонов — именуемой также попросту «АД»; так вот, причиной тому служил непомерных, просто-таки колоссальных размеров темперамент и самомнение студиозусов. Они, как взбесившиеся грифоны в сезон спаривания, безостановочно доказывали друг другу, кто из них главнее, выстраивая таким образом жёсткую иерархию, которой в свою очередь и подчинялись в течение всего последующего года. А потому и там, и тут то и дело вспыхивали кровопролитные сражения, чаще всего оканчивавшиеся взаимно покалеченными соперниками — правда, один из них зачастую оказывался более везучим, нежели другой. В лихорадочной гонке за право лидерства принимали участие особи не только мужеского, но и дамского полу. И ещё неизвестно, чьи схватки были наиболее ожесточёнными… Одним словом, АДом завладевал дух соперничества. Благо, длился он не слишком долго, неделька-другая — и всё устаканивалось, приходило в норму. На одиннадцатом круге, или курсе, — всего их было тринадцать — факультета соблазна главными постановили Дериаса и Маэру. На факультете соблазна безжалостной борьбы за право первенства почти не велось — инкубы и суккубы предпочитали иные методы. Не зря соблазн всех мастей и разливов изучался ими на протяжении всего пребывания в АДу. Демоны соблазна — превосходные дипломаты и политики, гибкие и хитрые, умело завлекающие в свои ловко расставленные сети. У опытного кубуса жертва даже и не догадается, что ею манипулируют, будучи совершенно уверенной в том, что она, жертва, действует исключительно по собственной инициативе. А раз тут так любезно предоставляется возможность попрактиковаться, причём на своих же однокашниках, да ещё и безнаказанно… Побеждал сильнейший. Кто смог тем или иным путём завоевать авторитет в глазах сокурсников — тот и одержал верх. Всё до крайности прямолинейно и логично — что не могло бы не удивлять тех, кто был хорошо знаком с кубусами. Демон соблазна, действующий топорно и напролом, — это мёртвый демон. В лучшем случае. Свои же не поймут. Однако в данном случае все средства были хороши, и в виде исключения наиболее прямые и простые не порицались. Уже который год подряд вожаками кубусов на своём круге становились инкуб Дериас и суккуба Маэра. Одни их любили, другие — просто уважали, но в большинстве своём демоны их боялись. Ибо не поздоровится тому, кто окажется в радиусе полукилометра, когда эти двое столкнутся в очередной раз и чего-нибудь не поделят. А случалось таковое, как это ни прискорбно, довольно часто. Сильнейшие среди однокурсников, но друг другу равные по силе, оба они извечно пытались выяснить, кто же всё-таки круче, чей авторитет выше, кто умнее, ловчее и изворотливее…

***

Первая неделя пролетела смертоносным ураганом, и АД угомонился. Началась учёба, жизнь в академии входила в привычную колею. Но Дериас и Маэра угоманиваться даже и не думали. Продержались без столкновений они ровно до первой практики. То есть два дня после затишья предучебной бури. — Сегодня начнём с повторения ключевых моментов пройденного материала, — радостно объявил преподаватель по Практике применения силы и, уловив унылый настрой студентов, не преминул пустить вход ту самую силу, подкрепив слова простейшим ментальным посылом: — Самые усердные будут освобождены от домашнего задания! Аудитория загудела. Уж что-что, а перед таким искушением грех устоять. — Только от сегодняшнего домашнего задания, — въедливо уточнил мэтр Лассий, несколько понижая градус воодушевления юных кубусов. Демон он в конце концов или где? Не может быть всё так радужно. Маэра угрюмо покосилась на приближающегося к ней Дериаса. Ну, конечно, они снова в одной паре — как обычно. «В целях безопасности, чтобы не расплющить своей силой рассудок более слабого напарника». Будто бы оба они полные кретины, которые не способны рассчитать и дозировать количество вкладываемой в ментальный удар энергии! Впрочем, суккуба неоднократно совершала попытки протеста и каждый раз терпела неудачу. Либо вредный суккуб Лассий язвительнейшим образом ставил её на место, либо сам Дериас упражнялся потом весь практикум в псевдоостроумии. — Удачи! — сочувственно пожелала инкуба по имени Сирха, похлопала Маэру по плечу и отошла к своей сопернице на эту практику. Сирха могла считаться подругой сильнейшей суккубы на курсе, хотя такое понятие как «дружба» у демонов было весьма своеобразным. И тем не менее инкуба была наиболее близкой демоницей для Маэры. Сирха обладала неплохим внутренним источником силы, но всё же не дотягивала до подруги. К сожалению. И поэтому Маэра мучилась в паре с Дериасом. Или мучила его, по возможности. Сегодня им предстояло вспомнить и отработать защиту от чар сородичей десятого порядка из тринадцати. Демоны вообще любили и почитали число тринадцать, придавали ему особое значение — оно считалось сакральным, магическим, являло собой некий скрытый смысл демонической сущности и применялось везде, где только было возможно, — к месту и не очень. На каждом круге-курсе изучался соответствующий порядок чар: тринадцать уровней магии — тринадцать же лет обучения в Академии Демонов. С десятого круга начиналось знакомство с высшей магией — воздействие сначала на себе подобных, то есть, собственно, на инкубов и суккубов, а затем — на условно неживых, но разумных существ, вроде духов и схожих сущностей, и взаимодействие с последними. Если кубусу силёнок не хватало на то, чтобы противостоять родной силе, равной его собственной или чуть более мощной, — что ж, он либо не доживал до очередного года обучения, либо становился живой игрушкой, забавой в чужих когтистых лапках. Послушная марионетка для тех, кто некогда был такими же студентами, управлять которой — одно удовольствие. Сурово, но справедливо. Да, такое происходило редко, но с завидным постоянством. Студиозусы испытывали друг друга на прочность, преподавателей — на вшивость, и закономерно находились те несчастные слабаки, которые не выдерживали и ломались. Никому не было их жаль, ведь это примитивнейший закон выживания: на вершине пищевой цепи — сильнейший. — Маэра, — предвкушающее пропел рогатый демон. — Ну что, готова подчиниться мне? Несмотря на то, что команды начинать от преподавателя ещё не было, инкуб уже пустил вход силу. Тонкая ментальная удавка потянулась к сознанию Маэры, чтобы стремительно захватить и подчинить хозяину. Если бы суккуба не приучила себя всегда держать щит в АДу, эта маленькая уловка могла бы сработать. Ей не составило труда играючи отмахнуться от атаки. Да и не была это никакая атака вовсе — так, пробная попытка прощупать её защиту. Ну, что, убедился, вертлявый ужонок? Её защита всегда на голове — так-то! — Тот же вопрос могу адресовать и тебе, Дериас, — парировала демоница, хлёстко вспоров воздух длинным юрким хвостом. Вообще вопрос всевозможных атрибутов — рогов там, копыт, крыльев и прочих хвостов довольно занимателен. В спокойном состоянии конкретно кубусы, если хотели, обладали рогами любых форм и размеров, когтями, не слишком длинными, и хвостами — тоже кто во что горазд. Демоны соблазна изменчивы, их облик трудно уловить, если те не желают являть свой истинный вид. Считывая подсознательные и осознанные представления жертвы об идеале внешности, кубусы выбирали соответсвующую личину. Таким образом, внешность для инкубов и суккубов — основной способ завуалированно рассказать о себе, о своей сути. Но, конечно же, ни единый демон соблазна не станет строить из себя урода. Вот только привлекательность для каждого — своя… Например, у Маэры, высокой и статной демоницы с пышными формами и лиловой кожей, сквозь алые кудри пробивались аккуратные, но достаточно острые рожки чёрного цвета, имелись чёрные же приличной длины коготки и гладкий хвост, с заострённой пикой кончика. Дериас же мог похвастать набором внушительных когтей и клыков, парой загнутых назад светлых рогов, мощным торсом и прочими накаченными мышцами, тёмно-жёлтой кожей, местами покрытой золотисто-коричневой шерстью и мохнатым хвостом с кисточкой. Если Маэра являла собой этакую соблазнительную воительницу, то Дериас излучал животный магнетизм. На кубусов весь этот наносной лоск не действовал, но вот на других существ, в том числе и демонов иных направлений — очень даже. Однако, переходя в боевую ипостась, демоны соблазна значительно преображались. Соблазны и компромиссы — это, конечно, дело хорошее, но и за себя постоять надо уметь, так что в бою инкуб или суккуб мог считаться весьма опасным противником, как и любой уважающий себя демон. Опасным и хитрым противником. В первую очередь ромбовидный зрачок увеличивался, а белки глаз краснели, удлинялись и крепчали клыки и когти, за спиной распахивались кожистые крылья, а ноги превращались либо в покрытые шерстью козлиные, с копытами, либо в сильные звериные лапы. Очень милое зрелище, направленное на устрашение противника. Либо на спешное бегство, если дар убеждения подкачал — для чего иначе необходимы крылья? Но, если ни напугать, ни удрать не удавалось, кубусы пускали вход всё подряд: и свою ментальную магию, и зубы с когтями, и копыта с лапами.

***

Тренировочный поединок продолжался. Дериас на мгновение отвлёкся на резкий звук и метнул короткий взгляд на описавший дугу хвост противницы. А ей того и надо было! Не дожидаясь, пока демон опомнится, она пустила рой крохотных иголочек, увязших в щите инкуба по всей поверхности. Но в том-то и заключалась коварная уловка Маэры — их было слишком много. Дериас не успевал влить достаточно энергии в поддержание защиты, и в конце концов несколько, в сущности, неопасных, но довольно неприятных игл прорвалось сквозь барьер ментального щита демона. — Ага, есть! — победно вскинула руку суккуба. Дериас болезненно поморщился и потёр висок. Ментальная магия не была столь же зрелищной, как боевая магия стихий. Не была столь же завораживающей, как тёмная магия, подчиняющая себе мрак. И не выглядела столь же эффектной и впечатляющей, как магия крови. Оценить её можно было, только перейдя на тонкое видение. Но даже так разглядеть можно было немногое: сероватые полупрозрачные плёнки ментальных щитов и такие же полупрозрачные сиреневые всполохи — атакующие заклятия, принимающие различные нематериальные формы. Её преимущество было в незаметности. Ментальные чары невозможно ощутить физически. Это эмоции, чувства, манипуляции сознанием. Конечно, можно причинить и боль, если захочешь. Стоит лишь вложить мысль о боли в чужой рассудок, и разум жертвы сам отдаст соответствующее указание телу. Такими вот слабенькими посылами суккуба и закидала Дериаса, но за счёт качества она увеличила их количество, переиграв соперника. Маэра могла бы накачать столько же атакующих арканов энергией под завязку. Правда, ей пришлось бы осушить для этого внутренний источник силы практически наполовину… Но в таком случае демон умер бы практически мгновенно, от болевого шока, невзирая на то, что его источник не менее глубок. А так инкубу на мгновение прострелило виски — и только. Секунда, и всё закончилось. Однако одну победу ей уже засчитали. Да, кубус мог убить, но таких уникумов были единицы. Среднестатистическому инкубу или суккубу хватало сил на десяток атак такой мощности, чтобы причинить ощутимую боль жертве. Всё-таки демоны соблазна — не боевые демоны. Пытка для них рассматривалась как один из крайних методов, ибо всегда находились более действенные и изощрённые методы. Меж тем, спарринг шёл своим чередом. Дериас яростно забрасывал демоницу ментальными ударами разной степени сложности со всех сторон. Маэра вертелась змеёй, но не пропустила ни единого. Когда прошло чуть больше половины занятия, мэтр Лассий остановил поединки студентов и приступил к разбору ошибок кубусов. Досталось и Дериасу: — Кажется, твой статус сильнейшего в круге достался тебе за размер не источника силы, а некого другого органа, Дериас. Банальная женская хитрость сбила тебя с толку! Между прочим, Маэра, ты молодец, просто умничка, — рассщедрился преподаватель на похвалу, отчего демоница довольно зарделась — редко удавалось заработать одобрение этого склочного суккуба. Мэтр продолжал разоряться по поводу беспечности и нерасторопности инкуба, а тот с молчаливым почтением выслушивал всё, что считал нужным сообщить ему уважаемый мэтр. Молчать-то он, конечно, помалкивал в тряпочку — попробуй брякнуть что-нибудь наперекор, быстренько узнаешь, каково это ощущать себя размазанным тонким слоем по учебному плацу. Ибо препод по Практике силы был хоть и вредным, но невероятно сильным демоном. Внушит тебе такое, что и в страшном сне не привидится, и глазом не моргнёт. Слушал Дериас молча. Но зато та-ак многообещающе зеркал на Маэру… На восьмом злобном зырке хвостик у неё предательски поджался и обвился вокруг правой ноги. Инкуб, подметив это, ехидно ухмыльнулся — теперь уже было можно. Лассий переключил своё ядовитое внимание на партнёршу Сирхи, которую та ничтоже сумняшеся раскатывала в тонкий пласт все полчаса практики. Но Маэра не вслушивалась в слова преподавателя. Она во все глаза смотрела на сильнейшего инкуба одиннадцатого круга не в силах отвести взгляд. А тот, будто издеваясь, медленно скользил будоражащим взором по её ногам всё выше и выше, изучая, дразня. Колени ослабели, но суккуба устояла. За доли секунды до столкновения ощутила приближение нехилого оглушающего удара и машинально парировала, выставила блок. Еле успела. Она уловила отголоски похоти, которую старались на неё навести. Ах он… — Дериас! — резкий окрик преподавателя заставил Маэру встряхнуться и сбросить наваждение. — Тренировочный поединок окончен! Штрафная отработка! После практикума останься, я выдам задание. — Как скажете, мэтр, — покаянно склонил голову инкуб. Занятие продолжалось, однако суккубе не было до него дела. Она то и дело чувствовала на себе предвкушающий взгляд Дериаса. Но страшно было не это. Страшным было то, что её коленки по-прежнему продолжали дрожать, а внизу живота закручивалась тугая жгучая спираль. Неужели её всё же задело откатом? О том, что подозрительные симптомы возникли ещё до атаки инкуба, она старалась не думать. Маэра так и не оправилась, не смогла взять себя в руки до самого конца практикума. И что за такую стойкую гадость швырнул в неё этот гадёныш Дериас? Она на всякий случай избегала встречаться с ним глазами — боялась своей реакции. Нет уж. Не допустит сильнейшая суккуба одиннадцатого круга, чтобы Дериас наслаждался её слабостью! Она дождётся, пока её окончательно отпустит, и только после намылит шею этому подлому, мерзкому, проклятому демонюге! Вызовет его на поединок в крайнем случае. И вот тогда-то… Тогда они выяснят раз и навсегда, кто кого.