Часть 13. Давай погоняем

      Заражённые монстры избегали контактов с людьми. Природа этого явления была не совсем ясна ни Нору, ни сэру Джоуку. Да, заражённые монстры проявляли физическую агрессию по отношению к другим монстрам — но не применяли её к людям. Точнее, почти любое причинение вреда людям заражённые монстры приносили скорее по неосторожности, чем намеренно — хотя в отношении здоровых монстров их желание рвать и метать было вполне направлено и понятно. Поначалу избегание людей было совершенно незаметно — когда семена Хаоса ещё находились под контролем Колдуна, монстры либо не сторонились людей вовсе, либо делали это в пределах допустимой нормы. Часто это невозможно было заметить хотя бы потому, что заражённые монстры не проявляли явного раздражения к своим хозяевам, что уже делало симптом малозаметным. Однако с началом бесконтрольного расселения семян Хаоса поведение в отношение людей очень резко изменилось — некоторые из монстров начинали проявлять к своим пилотам недоверие и пренебрежение; многие — не просто игнорировать приказы, но и нападать на собственных хозяев при попытке их успокоить. Это была очень пугающая тенденция — семена Хаоса без «надзора» Колдуна делали монстров даже более непредсказуемыми и опасными, чем при его контроле. И сэру Джоуку оставалось только радоваться тому, что Джин с командой перехватили эту проблему до того, как она разрослась до масштабов катастрофы.

***

      Следующее утро повторилось почти в точности, как предыдущее, с одним лишь маленьким исключением: Майкл проснулся в хорошем расположении духа. Сегодня ему предстояла гонка с Робином, которую он не мог позволить себе проиграть ни при каких обстоятельствах — если Цыпа и впрямь заразился семенем Хаоса, причём настолько давно, что его действие стало распространяться на Робина, Майкл просто обязан был выиграть этот заезд, чтобы освободить и брата, и его монстра от силы Хаоса. Робина вновь пришлось будить по всё тому же старому сценарию — видя недовольство на лице брата, Майкл утешал себя хотя бы тем, что сегодня всё должно было закончиться: версия с семенем Хаоса выглядела правдоподобной и служила, по сути, единственным объяснением столь странного и нетипичного поведения Робина. Робин спустился на кухню довольно-таки нескоро, как будто своим долгим сбором надеялся всячески оттянуть гонку — это мало ему помогло: Майкл намеренно встал пораньше, чтоб уж точно успеть на трек к десяти. Робин, видя приподнятое настроение брата, мрачнел всё сильнее — зато Цыпа явно был в восторге, носясь по комнате и не находя себе места от счастья. Примечательно, что к Лео он старался не приближаться и вообще с ним не разговаривал — это заставило Майкла лишь сильнее утвердиться в версии Феттеля с заражением. Иначе стал бы Цыпа так старательно избегать его монстра? Робин вновь поковырял еду, почти ничего не съев — Майкл решил не акцентировать на этом внимание, чтобы не раскачивать и без того шатающуюся лодку. У Робина всё ещё было почти два часа, чтобы передумать и всё бросить — а этого меньше всего хотелось. — Ты ведь не забыл, что мы сегодня на трек? — осторожно спросил Майкл, желая на всякий случай убедиться, что его брат не успел изменить за ночь своё решение. Со стороны Робина послышался какой-то горький вздох: — Нет, я помню, — негромко проговорил он, наконец отодвинув в сторону почти нетронутый завтрак. — А ты не передумал? Робин произнёс это с такой надеждой в голосе, что Майклу на мгновение сделалось неловко — он что, настолько не хотел гонять? — Нет, Робин, я не передумал, — разрушил он чужие надежды. Робин вздохнул, даже не попытавшись скрыть разочарования — он сложил руки на стол, положив на них голову. Майкл чувствовал, что Робин хотел что-то ему сказать — что-то, что точно не должно было ему понравиться. Он посмотрел на брата — тот молча глядел в окно на уже проснувшийся город. — Давай перенесём, — наконец сказал он. Это последнее, что Майкл желал бы от него услышать. Им нельзя было переносить — если дело было в семени Хаоса, лечение нельзя было откладывать даже на день. — Всего один заезд, Робин, — напомнил Майкл. — Я не прошу бóльшего. Робин свёл брови к переносице — он выглядел скорее грустным, чем злым. Он продолжил молча смотреть в окно, так ничего и не ответив — Майкл решил счесть его молчание за пассивное согласие. Майкл убрал всё со стола, успел помыть посуду — Робин всё это время глядел в окно, не меняя ни позу, ни выражение лица. Майкл едва не вздрогнул от неожиданности, когда он начал говорить: — Просто… — Робин немного запнулся. — Я уже давно не гонял. Майкл повернулся к нему: — Ничего страшного, Робин, — ответил он успокаивающе. — Ты быстро втянешься. — Дело не в этом, — Робин отвёл взгляд. Майкл приподнял одну бровь. — После последней моей гонки с Марком… Майкл подошёл ближе — он испугался. Он сам не знал, что его напугало, но почему-то упоминание Марка из уст Робина вызвало в нём такую неконтролируемую тревогу, что он просто не смог сдержаться, чтобы не подойти. Он всё же боялся, что все их нынешние проблемы пошли от какого-нибудь неосторожного и лживого слова Марка. — Что «после гонки»? — спросил он, стараясь не звучать уж слишком встревоженно. — Нор попросил меня не гонять какое-то время, — наконец ответил Робин. Майкл выдохнул, но на смену облегчению пришло замешательство. Лео, услышав это, недоумённо наклонил голову: — Кау? — Почему? — спросил Майкл удивлённо. Робин ответил без особой охоты: — Он сказал, что Цыпа устал. Переутомился, — Цыпа, услышав это, сел. Он выглядел недовольным и даже обиженным. — И поэтому вы не гоняли, — закончил за него Майкл. Робин молча кивнул. — И как давно это случилось? Робин чуть закатил глаза, вспоминая: — Недели три? — прикинул он. Майклу, казалось, стало чуть легче на душе. Он произнёс ободряюще: — Этого вполне достаточно, чтобы отдохнуть, — в Робине всё ещё чувствовалось сомнение. Майкл продолжил. — Тем более, Цыпа сам просится на трек. Думаю, он уже соскучился по гонкам. — Цып. Цыпа, наконец перестав игнорировать существование Майкла, послушно закивал головой и даже произнёс какую-то короткую фразу — впервые, кажется, за четыре дня — Робин, вздохнул, но сдался: он мог пытаться сопротивляться и спорить с Майклом, но даже если Цыпа был открыто согласен на гонку, у него просто не оставалось никакого выбора. ___       Джин, Лаура и Феттель уже ждали их на стадионе. — О, мы только о вас вспоминали, — Драка и Пейне приветливо замахали лапами приближающимся Лео и Цыпе. Джин лучезарно улыбнулся и поинтересовался, обращаясь скорее к Робину. — Как настроение? — Нормально, — Робин пожал плечом, едва заметно напрягся и бросил на брата короткий взгляд, будто подозревая его в чём-то. Майкл сделал вид, как будто не имеет ни малейшего понятия, что эти трое здесь делают. Джин, по их взглядам вовремя сообразивший ситуацию, протараторил: — Мы вот тут мимо… — получив короткий кивок от Майкла, он продолжил, — проходили, решили показать Феттелю наш стадион, — тот послушно закивал, как будто дела действительно обстояли именно так. Джин сделал самый честный вид искренне удивлённого человека. — А вы тут какими судьбами? — Мы пришли погонять, — ответил Майкл и как бы невзначай добавил. — Можете остаться, если хотите. — Мы хотим, — быстро вклинилась в разговор Лаура, и все четверо бросили на Робина выжидающие взгляды. Тот вздохнул, но возражать не стал. Их маленькая сценка: «Даже не знаю, как ты здесь оказался, ведь мы совсем-совсем не договаривались!» сработала, и Робин действительно не заподозрил никакого подвоха в том, что команда, до этого два мясяца подряд избавлявшая монстров от семян Хаоса, вдруг оказалась в полном составе в день, когда самого Робина пригласили погонять. К неудивлению Майкла, Робин даже попытался обернуть получившуюся ситуацию в свою пользу: — Джин, Феттель, — оба повернулись к Робину, внимательно ожидая его дальнейших слов. — Вы не хотите погонять с Майклом? Оба тут же замахали руками: — Что ты, Робин, нет! — воскликнул Джин настолько громко, что тот сделал шаг назад от неожиданности. — Не стоит, Робин, мы просто посмотрим, — Феттель тоже принялся всячески открещиваться от гонки. — Мы вообще не хотим гонять в последнее время, — незаметно наступив на ногу Джина, который по привычке попытался возразить, он продолжил. — Уже накатались за эти два месяца. Робин чуть склонил голову набок — наверное, они всё же вели себя слишком подозрительно — и внезапно цокнул языком: — Вам стоило давать Майклу побольше сражений, — заметив их непонимающие взгляды, он объяснил скучающе, с лёгким недовольством в голосе. — Он единственный, кто всё ещё не наездился. Робин, развернувшись, направился к площадке — Лаура скрестила на груди руки и тихо произнесла: — «Единственный»? «Не наездился»? — она взглянула на Майкла с таким осуждением, как будто всё ещё была уверена в том, что он и его отъезд — причина всей беды. — Да я от Робина такого пренебрежения в твою сторону никогда в жизни не слышала. Майкл сомкнул губы в линию: — Спасибо, что напомнила, — саркастично отозвался он. Джин чуть слышно присвистнул: — А он прям не хотел приходить, да? — он глядел на Робина с грустью, как будто тот лично с ним отказывался гонять. Майкл молча качнул головой, соглашаясь — этот вопрос был скорее риторическим; все и так знали на него ответ. — Не воспримай его слова близко к сердцу, — Майкл обернулся на внезапно обратившегося к нему Феттеля. Тот выглядел серьёзным и немного хмурым. — По себе знаю, что от семян Хаоса на пилота такая отдача идёт, что бывает тяжело свои эмоции контролировать. — Рар-ра, — подтвердил Рарркен его слова. Майкл не смог сдержать удивления — Джин с Лаурой, впрочем, были удивлены не меньше. Это Феттель так поддержать его пытался? Неужели у Майкла в последние дни настолько расстроенный вид, что даже Феттелю стало его жаль? — Гонщики, на старт, — Майкл не успел ничего ему ответить, как монстр на старте объявил начало гонки. Он и Лео поспешили занять свои места — не стоило испытывать ни судьбу, ни чужое терпение. Цыпа с явным рвением к гонке уже ждал их на треке — Робин выглядел менее воодушевлённым, уже не надеясь на возможность уйти. Майкл включил свои часы, карт Лео тут же появился на треке — монстрик на старте обвёл взглядом гонщиков, проверил готовность монстров и, резко опустив флаг, скомандовал: — Поехали!

— Вперёд!

Цыпа рванул с места с такой скоростью, что за ночь осевшая на трек пыль поднялась в воздух — Лео, впрочем, не сильно отстал, держась лишь немного позади. Майкл решил не давать брату времени для нанесения удара и вывел мечом крест: — Кристаллы льда! — Ка-ау! На карт Цыпы сверху полетели четыре продолговатые льдинки: Цыпа взял вправо, увернувшись от первого удара, резко свернул налево, уйдя от второго. — Транформация: битроид! — послышался голос Робина с противоположной площадки. И крикнул следом. — Пылающий луч! Транформировавшись, Цыпа увернулся от третьего кристалла, выстрелил шаром в четвёртый и, мгновенно повернувшись, сделал ещё один выстрел в проезжающий мимо него карт Лео, и тут же детранформировался. Лео быстро увернулся от атаки, Цыпа поравнялся с ним. — Ого, — восхитилась Лаура. Пейне захлопала ладошками. — Я давно не видела, как Робин сражается. Уже и забыла, что он не Новичок. — С Майклом по-другому и невозможно, хочешь-не хочешь выкладываться будешь, — Джин пожал плечами. — Всё-таки они постоянно вместе гоняют. — Дра-ра! — Как бы это на результате не сказалось, — отозвался Феттель. Джин и Лаура непонимающе взглянули на него, вынудив дать объяснение. — Они слишком хорошо друг друга знают, это может помешать Майклу выиграть; тем более, если Цыпа действительно заражён, он сможет предугадывать и действовать на опережение. С учётом увеличившейся силы это будет… не очень хорошо. Как только они поравнялись, Лео резко взял в сторону, принявшись теснить Цыпу к ограждению, тот, не поддаваясь панике, повернул руль, ответив тем же натиском. — Пылающий луч! — воскликнул Робин, и Цыпа, повиновавшись, ударил атакой в нос чужого карта. Карт дёрнуло в сторону, но Лео, будто ожидая нечто подобное, быстро вырулил и вновь резко повернул руль, намереваясь на этот раз впечатать Цыпу в заграждение. — Уезжай! — Цыпа выпустил закрылки, мгновенно прибавив в скорости и тем самым избежав столкновения. Как только это произошло, Робин скомандовал: — Пылающий луч! Цыпа резко затормозил, вывернул руль — карт повернул на сто восемьдесят градусов — светящийся шар полетел прямо на Лео. — Кристаллы льда! Кристалл отбил атаку, три остальных полетели дальше, в Цыпу. Тот, вернув карт в прежнее положение, увернулся от двух из них — третий угодил на покрытие трека и разросся в глыбу грямиком перед Цыпой. — Цыпа, Битроид! Битроид Цыпы с лёгкостью перепрыгнул препятствие и, отменив транформацию, продолжил движение прямо. Лео, выжав газ, стал стремительно его догонять, пока вновь не поравнялся. Майкл был в восторге: он так давно не гонял с братом, что успел забыть, на что тот способен. Несмотря на своё нежелание устраивать гонку, Робин явно выкладывался — и это не могло не радовать. — Ты зря боялся, Робин, — воскликнул Майкл, заметив, что Робин, весь бледный от нервов — или чего-то другого — продолжал стоять с совершенно невесёлым выражением лица. — У тебя отлично получается. Робин не повёл даже бровью — он, чуть опустив голову, смотрел на трек, наблюдая за тем, как Лео вырывался вперёд, обходя Цыпу где-то на четверть карта. Майкла внезапно посетила мысль, чтобы поддаться — победа наверняка приободрила бы Робина лучше всего, что он уже пытался сделать. Но он быстро отбросил её в сторону: во-первых, он не поддавался никогда и никому, даже Робину. А во-вторых, Майкл был обязан выиграть эту гонку для того, чтобы вылечить Цыпу. Хотя, откровенно говоря, Цыпа не вёл себя как заражённый — и это было… неожиданно. Очень неожиданно. Когда им оставалось около десяти метров до поворота, Лео резко притормозил и зашёл за карт Цыпы — тот, заметив странное движение, попытался уйти в сторону, но не успел; Майкл скомандовал быстрее: — Лео, транформация: Битроид! Транформировавшийся Лео напрыгнул на карт Цыпы сзади, встав ногой на заднюю его часть — низ заскрежетал о поверхность трека — и тут же, оттолкнувшись, прыгнул в сторону. Из-за толчка карт Цыпы резко дёрнуло в сторону, противоположную от направления поворота — Лео в это время, не транформируясь обратно, спокойно вписался в поворот, завершив манёвр. — Битроид! — крикнул Робин. И как раз вовремя — Цыпа, не успевший нормально вырулить, транформировался и, оттолкнувшись конечностями от толстой каменной стены, детранформировался, с отставанием продолжив движение за Лео. — Странно, — произнёс Джин негромко, внимательно наблюдая за кипящей гонкой. — Цыпа слушается команд и не делает ничего без прямого приказа. — Семена Хаоса дают монстрам усиление способностей и снижают самоконтроль, — Феттель качнул головой. — Это не значит, что монстр обязательно должен перестать слушаться хозяина, — Джин, подумав и вспомнив финал гонок за титул Рыцаря, молча кивнул, соглашаясь. Феттель чуть нахмурил брови. — Но согласен, это странно. По Цыпе незаметно, что его атаки стали сильнее. — Рар, — согласился Рарркен. — Так, может, мы просто ошиблись, — развела руками Лаура. — У вас троих уже профдеформация началась, везде эти несчастные семена Хаоса видите. Джин насупился: — У тебя есть другие объяснения поведения Робина и Цыпы? — пошёл он в словесную атаку. Лаура задрала нос и фыркнула: — А давай я тебя совершенно одного в городе оставлю, где орудует компашка идиотов — посмотрим, как ты запоёшь! Цыпа предпринял попытку нагнать Лео — Майкл вывел мечом крест: — Кристаллы льда! Лео повернулся и выстрелил — Робин запоздало крикнул: — Пылающий луч! Два шара друг за другом полетели навстречу льду: первый сбил два кристалла, второй — один. Четвёртый осколок полетел в карт Цыпы — тому пришлось резко затормозить и увернуться, чтоб не попасть под удар. Между ними было уже достаточно приличное расстояние, сократить которое могла лишь полная скорость — но команды не было; Цыпа продолжал ехать, как обычно. ____ Трек перед глазами размывался — два быстро движущихся карта приобретали очертания расплывчатых мокрых пятен. Вначале Робин подумал, что он плачет — иначе он никак не мог объяснить эту неясную, теряющую чёткость картинку, представшую перед его глазами. Мир плыл — ему казалось, что от слёз. Это произошло так внезапно — всё было хорошо, он даже начал потихоньку втягиваться в гонку, принимаясь действовать осознанно, а не по инерции, не по привычке, выработанной в тренировках. Он лёгким, незаметным движением потёр глаза — они были сухи, но люди, монстры и трек продолжали расплываться так, словно Робин смотрел на них через грубую рябь огромной невысохшей лужи. Он судорожно вздохнул — вдох дался ему тяжело. Так, словно в горле что-то застряло. Так, словно слёзы топили его и заливали лёгкие. Но слёз не было — зато ком точно был. Робин опустил меч к земле, упершись остриём в каменную плиту — странное ощущение лишь усилилось. Теперь, глядя себе под ноги, он с трудом мог сказать, какого цвета узоры на его мече — всё в его глазах мешалось в грязное, теряющее цвет месиво. Всё в его голове мешалось в бесформенное, страшное месиво. Ком в горле создавал ощущение тяжёлой забитости в лёгких. Ему стало страшно. Зря он согласился на заезд. Как чувствовал, что ни к чему хорошему это не приведёт. Ему нужно позвать брата и попросить остановить гонку. Висок пронзило острой болью — она ещё никогда была настолько резкой. Робин с трудом вдохнул в лёгкие воздух и опёрся всем телом на меч. Ему нужно крикнуть Майклу и остановить эту дурацкую гонку! Его руки мелко затряслись — боль стала почти невыносимой. Кричать уже не было сил. ____ Расстояние между картами продолжало неумолимо возрастать. Было заметно, как Цыпа нервничал, давя на газ и не опуская закрылки, надеясь хоть как-то скомпенсировать дистанцию — но полную скорость не использовал, потому что на это не было приказа. Приказов вообще не было. Никаких. — Почему Робин ничего не делает? — удивился Джин, внимательно наблюдая за Цыпой, чтобы не упустить момент, который подтвердит их догадки. Драка на всякий случай держал глаза широко открытыми, Лаура с Феттелем моргали только по очереди, чтобы также ничего не пропустить. Джин завыл негодующе. — Я не понимаю! Это какая-то новая тактика?! — Да кто его знает, — раздосадованно пробубнил Феттель. — Может, намеренно проиграть решил. Дистанция между картами была слишком большая — Майкл смотрел на трек, ожидая, что брат вот-вот предпримет хоть что-то, чтобы спасти своё положение. Но бездействие со стороны Робина было долгим, продолжало длиться и явно не собиралось заканчиваться — Майкл, чувствуя в груди неясную тревогу, взглянул на брата, будто надеясь увидеть на его лице ответ. Робин стоял, опираясь на меч и склонив голову к земле — Майкл подумал, что Робин всё же решил не сражаться и проиграть ему. Он не хотел этой гонки с самого начала, поэтому ничто не мешало ему просто взять и всухую проиграть её, чтобы поскорее закончить. Майкл успел смириться с этой мыслью — в каком-то смысле так было даже проще для самого Майкла. Он собирался отвести взгляд, чтобы наконец вернуться к гонке и просто закончить её — но тут же вернул его обратно на Робина. Ему показалось, что брат покачнулся — он, не зная, насколько можно доверять собственным глазам, продолжил смотреть. Майкл моргнул — Робин действительно как будто накренился чуть-чуть в сторону. Потом наклонился ещё немного. И упал. — Робин! — Майкл крикнул быстрее, чем успел осознать происходящее. Он не узнал собственный голос. Трое на трибуне синхронно повернули головы сначала к нему, а потом и к Робину. — Робин! — воскликнул испуганный Джин следом и первый рванул к возвышенной над треком площадке, Драка тут же кинулся за ним. Лаура и Феттель со своими монстрами побежали следом. Майкл уже сделал пару шагов вперёд, чтобы спрыгнуть со своей площадки, как вдруг услышал громкий вой: — Ка-ау-у! Майкл резко обернулся и не поверил своим глазам: Цыпа, обращённый с Мегароида, одним движением перелетел через ограду, разделяющие две стороны трека, и перехватив руками карт Лео, теперь опасно держал его над землёй, собираясь, кажется, кинуть. Лео был вне себя от злости, давя от бесходности на газ и громогласно ругаясь на Цыпу. Тот замахнулся — Майкл замер — и кинул чужой карт в сторону. Майкл среагировал мгновенно: — Битроид! Лео трансформировался в последний момент, немного проехавшись по покрытию из-за неудачной посадки и встал. Майкл крикнул, разрываясь между происходящим на треке и лежащим на бетоне Робином, к которому уже бежал Джин: — Мегароид! — Лео перетранформировался, угрожающе встав напротив Цыпы. Майкл воскликнул, давя в себе нервный ком. — Лео, задержи его! — Кау-кау-кау, — ответил Лео и встал в боевую стойку. Цыпа бросился в атаку немедля, они сцепились руками — Майкл спрыгнул с площадки и побежал к брату. — Робин, — уже прибежавший к нему Джин осторожно потрясывал Робина за плечи. Драка поднимал и опускал чужую руку. — Робин, очнись! — Господи, он там дышит?! — воскликнула только вбежавшая по ступенькам Лаура и, плюхнувшись, как и Джин, на колени, прикрикнула. — Он без сознания, дубина, прекрати его трясти! — она забегала глазами по округе. — Ему, наверное, голову напекло, есть что-нибудь холодное? — «Напекло»? — Джин взмахнул руками, едва не задев Лауру и Драка. — Да сегодня холодно! Послышался звук удара — Мегароид Лео, чуть дымясь, отшатнулся назад. Цыпа тут же выстрелил потоком энергии вновь — на этот раз, благодаря небольшой дистанции, Лео успел уклониться; в него полетел следующий шар — Лео закрылся руками. Удар заставил его проехать чуть назад по треку. Лео убрал блок и тут же поставил его вновь — в него летел очередной пылающий луч. — Кау-у!.. — рычал Лео, продолжая лишь защищаться. На площадку вскочил Феттель: — Отключите его часы! — крикнул он ссорящимся Джину и Лауре. — Иначе Мегароид Цыпы всё здесь снесёт! Джин наскоро расстегнул часы, нервно зажал кнопку выключения — экран часов погас. Цыпа, уже готовящийся для очередной атаке, внезапно замер, когда его Мегароид исчез — он, едва не упав, вовремя взмахнул крыльями и взлетел вверх. Лео наконец убрал блок и растерянно протянул, глядя на улетающего от него Цыпу: — Кау-у… — Дра-ра-ра-ра-ра! — ответил ему Драка, вертящий в руках чужие часы. Рарркен ловко отобрал их и понёс своему хозяину. — Дра-а… Лаура с Джином мгновенно раступились, стоило Майклу появиться на площадке — он, едва дыша от страха и волнения, подскочил к Робину. Тот лежал без сознания на холодной каменной плите — Майкл, сдерживая лёгкую дрожь в руках, осторожно приподнял его голову. И заметил на гладкой поверхности камня небольшое красное пятнышко.