Глава 2: Настройка

                    Гарри, Рон и Гермиона шагали по полутёмным коридорам замка, направляясь на урок зельеварения к профессору Слизнорту. Замок, как всегда, казался живым — стены таинственно шептали, своды то и дело трещали, а эхом разносящиеся шаги учеников перекликались с мерным капаньем воды. Гермиона шла чуть впереди, придерживая свой увесистый учебник по зельям.       — Интересно, кого он решит подбодрить на этот раз, — мрачно пробормотал Рон. — Говорю вам, он делает это специально — присматривается к людям, будто подбирает себе коллекцию.       — Ну, — задумчиво отозвалась Гермиона, — это ведь не новость. Слизнорт всегда интересовался учениками с перспективой.       — Перспективой чего? — фыркнул Рон. — Стать ещё одной звёздочкой в его «коллекции»?       — Рон, это не честно, — заметила Гермиона. — Если бы ты немного больше старался на его уроках, ты бы мог произвести впечатление.       Гарри молча слушал, стараясь не привлекать внимания. Учебник Принца Полукровки уже месяц как находился у него, и теперь он чувствовал себя чуть увереннее в зельеварении, чем в предыдущие годы. Однако его успехи на уроках не ускользнули от внимания Слизнорта, что вызывало у Гарри смешанные чувства.       Когда они вошли в кабинет, воздух был наполнен знакомыми ароматами — смесью свежих трав и экзотических настоев. Класс, как всегда, был заполнен разнородными склянками и котлами, на которых играл свет магических свечей. Профессор Слизнорт стоял у кафедры и с улыбкой встречал учеников, уже, казалось, предвкушая, как они справятся с его сегодняшней задачей.       Гарри занял своё привычное место, а Гермиона, заметив, что Рей уже сидит за соседним столом, сосредоточенно просматривая инструкции. Рей, несмотря на всё время, прошедшее с начала учебного года, оставалась немного отстранённой. Её лицо выражало внимательность и, пожалуй, что-то вроде детского любопытства, когда она изучала каждую страницу, будто стараясь постичь не только написанное, но и то, что скрывалось между строк.       — Посмотри на неё, — пробормотал Рон, кивая в сторону Рей. — Сидит как замороженная. Будто что-то высчитывает в голове.       — Может, она просто старается сосредоточиться, — мягко отозвалась Гермиона. — Или… осмыслить происходящее.       Когда профессор Слизнорт начал объяснять задание, Гермиона быстро просматривала инструкцию, стараясь предугадать возможные ошибки и трудности. Её внимание привлекло то, что Слизнорт решил сосредоточиться на зелье «Оживляющая настойка», известном своей сложностью из-за множества компонентов и необходимости точного следования рецепту.       — Сегодняшняя задача потребует не только концентрации, но и настоящего мастерства, — объявил Слизнорт с лёгкой улыбкой, обводя класс взглядом. — Это зелье требует чёткого понимания процессов и их взаимодействия. Удачи!       Ученики сразу же принялись за дело, и кабинет заполнился звуками шипения. Гермиона, как всегда, работала методично, проверяя последовательность и точность каждого шага.       Рей сидела за соседним столом, и её лицо оставалось спокойным, но сосредоточенным. Гермиона заметила, как девушка быстро просматривает страницы учебника, словно пытаясь найти подтверждение своим мыслям. Однако Рей не спешила приступать к работе — вместо этого она внимательно наблюдала за Гарри. Гермиона даже не сразу поняла, что Рей старалась запомнить каждый шаг, который делал Гарри, словно рассчитывая, что повторение действий принесёт успех.       Рей аккуратно подготовила все компоненты, уложив их в строгой последовательности перед собой. Она бросала короткие взгляды на действия Гарри, как будто сверяла его работу с собственным планом. Когда Гарри добавлял определённый ингредиент, Рей чуть медлила, фиксируя и анализируя его действия, а затем, с небольшой задержкой, повторяла шаг.       Это привлекло внимание Гермионы, но она решила не комментировать. Вместо этого она сосредоточилась на своём зелье, стараясь следовать указаниям и полагаться на своё знание рецептов.       Когда процесс достиг критической точки, Рей, видимо, поняла, что точное копирование действий Гарри не всегда приносит идеальный результат. Тогда она сделала что-то неожиданное — добавила редкий ингредиент, который не был указан в учебнике, но его можно было найти в старых записях по зельеварению. Этот момент удивил Гермиону — она точно знала, что такой ингредиент может повлиять на консистенцию и цвет зелья, сделав его более устойчивым.       Слизнорт, проходя мимо, с интересом наблюдал за тем, как студенты заканчивают свои зелья. Он внимательно осмотрел котлы Гарри, Гермионы и Рей.       — Гермиона, прекрасно, как всегда, — произнёс он, изучая её зелье. — Точность в каждом шаге — ваш отличительный знак.       Переходя к Гарри, Слизнорт улыбнулся шире:       — Гарри, великолепно! Просто великолепно. Потрясающая работа.       Гермиона мельком взглянула на зелье Рей. Оно не было идеальным, но определённо выглядело неплохо, особенно учитывая, что девушка, похоже, просто наблюдала за работой Гарри. Её зелье было чуть светлее и более густым, чем у Гермионы, но всё равно похоже на правильный результат.       — Мисс Мугэн, — произнёс Слизнорт, остановившись у её стола. — Я вижу, вы использовали нестандартный ингредиент. Интересный ход.       Гермиона не могла понять, осознавала ли Рей, что её подход был скорее экспериментальным, чем точным.       — Вам удалось добиться впечатляющего результата, — продолжил Слизнорт. — Хотя, возможно, следование инструкциям могло бы принести более предсказуемый исход.       Рей не ответила, но её глаза на мгновение встретились с глазами Гермионы. В этом взгляде читалась не то любопытство, не то оценка, словно Рей пыталась понять, что думает о её методах Гермиона.       Слизнорт подытожил:       — Гарри, сегодня вы показали блестящий результат. Мисс Грейнджер, ваш труд также заслуживает высшей похвалы. А мисс Мугэн… ваши эксперименты интересны, и в них есть потенциал. Главное — не забывать о базовых принципах.       С задних рядов послышался тихий взрыв, и Гермиона услышала, как Рон вымученно выругался сквозь зубы: его котёл с нездорово-алым варевом шипел и плевался горячими брызгами в визжавших соседок. Те, как могли, прикрывались рукавами одежды и, судя по всему, проворонили момент, когда нужно было снять котлы с огня. Последовала череда взрывов и грохот вперемешку с испуганными криками. Профессор бросился помогать наиболее пострадавшим, чья одежда дымилась и исчезала на глазах от кислотного зелья, пока Рон пытался поспешно убавить огонь. Гермиона не могла толком разузнать, что у друга пошло не так, поскольку ей самой нельзя было отвлекаться — варка настойки требовала абсолютной точности, вплоть до миллиграмма, секунды и угла, под которым в котёл опускались ингредиенты.       Когда урок закончился и ученики начали собирать свои вещи, Рей аккуратно закрыла свой учебник и блокнот, стараясь ничего не пропустить. Гермиона заметила, как Слизнорт на мгновение задержал взгляд на Рей, затем о чём-то задумался и подошёл ближе.       — Мисс Мугэн, — прищурившись, негромко начал профессор. — Я хотел бы пригласить вас на наш небольшой ужин в пятницу. Думаю, это может быть для вас полезным.       Рей подняла глаза, и на её лице появилось выражение лёгкого замешательства, как будто она не сразу поняла, что от неё хотят. Она слегка наклонила голову, как будто обдумывая ответ.       — Спасибо, профессор, — наконец произнесла она. — Но… ужин?       — Да, да! — поспешно ответил Слизнорт, улыбаясь так, как будто ему только что пришла в голову блестящая идея. — Ничего официального, конечно, просто встреча нескольких учеников за ужином. Хорошая еда, хорошие разговоры. Я уверен, вам понравится.       Рей кивнула, но Гермиона заметила, что её взгляд остался слегка озадаченным. Профессор Слизнорт, похоже, принял это за согласие и продолжил:       — Ну, значит, договорились! Жду вас в пятницу, мисс Мугэн.       Когда Слизнорт удалился, Рей на мгновение застыла, словно обдумывая произошедшее. Гермиона, которая уже собиралась выходить из кабинета, замедлила шаг и вернулась к Рей.       — Это хороший знак, — тихо сказала она, пытаясь звучать ободряюще. — Слизнорт не всех приглашает на свои ужины.       Рей слегка улыбнулась, но в её глазах читалось сомнение.       — Спасибо, — ответила она. — Но я не уверена, что… смогу вести себя как все.       Гермиона улыбнулась в ответ, решив поддержать её:       — Ты ничего не должна делать специально. Просто будь собой, и всё пройдёт хорошо.       Рей задумалась, слегка кивая, и, казалось, приняла решение. Гермиона почувствовала нечто вроде удовлетворения — как будто ей удалось помочь кому-то преодолеть невидимую преграду.       В коридоре их догнали Гарри и злой как сто чертей Рон, и пока они шли к Большому залу, Гарри неожиданно заметил:       — Кстати, мне тоже пришло приглашение на ужин у Слизнорта.       — Серьёзно? — спросил Рон с ноткой зависти и прибавил иронически: — А я что, недостаточно знаменит?       — Возможно, — ответил Гарри с лёгкой усмешкой, — профессора зельеварения ещё не смогли по достоинству оценить твой талант.       Рон буркнул что-то невнятное, но Гарри снова взглянул на Гермиону и, понизив голос, добавил:       — Если ты хочешь, можешь пойти со мной. Ну, и с Рей, если она будет не против.       Гермиона посмотрела на Рей, и та снова выглядела немного растерянной. Гермиона кивнула, улыбнувшись:       — Хорошо, Гарри. Думаю, это будет полезно и для нас всех.       Рей внимательно слушала их разговор, не вмешиваясь, и, похоже, была благодарна за предложение.              Когда они шли по одному из главных коридоров Хогвартса, который вел от Большого Зала к башне когтевранцев, вокруг них было довольно многолюдно. Ученики спешили по своим делам, обсуждали домашние задания и грядущие квиддичные матчи. Этот коридор, прозванный среди учеников «Перекрёстком Когтеврана», был известен тем, что здесь часто пересекались дороги студентов разных факультетов, особенно когтевранцев, направляющихся в своё общежитие.       Гарри, Рон и Гермиона держались рядом с Рей, которая шла чуть медленнее, внимательно наблюдая за проходящими мимо учениками и прислушиваясь к обрывкам их разговоров. Здесь всегда царил легкий шум и оживлённая атмосфера, что контрастировало с более тихими и уединёнными уголками замка.       — Вот и мы на «Перекрёстке Когтеврана», — заметил Рон, бросив взгляд на витражи, которые переливались на солнце. — Никогда не понимал, почему здесь всегда такая толкотня.       — Это просто место, где пересекаются все пути, — пояснила Гермиона, поправляя учебники в своей сумке. — Здесь всегда много студентов       — Так, — начал Гарри, — а где ты жила до того, как поступила в Хогвартс?       Рей подняла взгляд, обдумывая вопрос, и её ответ прозвучал почти робко:       — В доме… как и все обычные люди.       Гарри на мгновение замер, не ожидая такого ответа, и обменялся быстрым взглядом с Гермионой. Рон же, не заметив ничего необычного, нахмурился.       — Ну, конечно, в доме! — пробормотал он. — А я-то думал, ты жила в… ну, не знаю, в магическом дереве или что-то вроде того.       Рей посмотрела на Рона с лёгким удивлением.       — Дерево — это… не очень удобное место для проживания, — серьёзно ответила она, как будто воспринимала вопрос Рона вполне буквально.       — Хм, верно, — кивнул Рон, задумавшись, и внезапно, видимо, решил продолжить: — А у тебя в доме есть камин? Или… эльфы, например?       Гермиона слегка закатила глаза, но Рей с равным спокойствием ответила:       — Камин был, но без магического огня. А эльфов… нет, не было.       — А где ты читала столько книг? — поинтересовалась Гермиона.       — Как только я попала в Хогвартс, я начала проводить много времени в библиотеке — ответила она.       — Библиотека Хогвартса — это настоящая сокровищница, — заметила Гермиона с лёгкой улыбкой. — Я тоже провожу там много времени. Некоторые книги настолько редкие, что их можно найти только здесь.       — Именно, — согласилась Рей, и на её лице появилась слабая, почти незаметная улыбка.       Они продолжили двигаться вдоль коридора, пока не оказались на небольшом открытом участке, который выходил на балкон с видом на внутренний двор. Здесь всегда было много учеников — кто-то сидел на скамьях и читал книги, кто-то обсуждал прошедшие уроки. Среди них Гермиона заметила нескольких знакомых когтевранцев, сидящих с учебниками и погруженных в обсуждение сложного заклинания.       — А, вот и «книжники», — тихо пробормотал Рон, кивая в сторону скамей, где сидели Падма Патил и Терри Бут, изучая пергаменты.       — Не называй их так, — упрекнула его Гермиона. — Они такие же, как и мы, просто учатся.       — Книжники, — повторил Рон с деланной невозмутимостью.       Рей внимательно оглядела место, словно стараясь понять, почему здесь собираются так много учеников, и что в этом участке коридора делает его таким популярным. Её взгляд задержался на витражах, на балконе и на оживлённых группах студентов.       — Это место… — тихо сказала она, — оно наполнено жизнью.       — Ну, это же Хогвартс, — улыбнулся Гарри. — Здесь всегда что-то происходит.       Гермиона открыла рот, собираясь задать Рей ещё один вопрос, когда за их спинами раздался резкий крик:       — Пригнитесь!       Гарри, Рон и Гермиона одновременно обернулись, чтобы увидеть Роджера Дэвиса, старшего ученика с тёмными волосами и довольно привлекательной внешностью, который изо всех сил старался поймать бладжер, вылетевший из его сумки. Бладжер со свистом ударился об один из светильников, который разлетелся на куски, затем начал хаотично метаться по коридору, бьясь о стены и потолок.       — Что за… — выдохнул Рон, пригибаясь и прикрывая голову.       Другие ученики тоже инстинктивно пригнулись, закрываясь от возможного удара. Гермиона, прижимая к себе учебники, не сразу поняла, что цель бладжера меняется — теперь он мчался прямо на неё. Взрыв адреналина заставил её замереть на мгновение.       Но прежде чем Гарри или кто-либо ещё успел среагировать, Рей шагнула вперёд и одним движением оттолкнула Гермиону в сторону, ловко поймав бладжер. Ударная сила слегка сдвинула её с места, и на мгновение казалось, что она не удержит его. Однако Рей крепко сжала мяч, который перестал дергаться, оказавшись зафиксированным в её руках.       Роджер подбежал к ним, его лицо было побледневшим, но выражало смесь облегчения и удивления.       — Вы все в порядке? — спросил он, явно ошеломлённый тем, что только что произошло.       — В порядке?! — возмущённо выпалила Гермиона, поднявшись с пола с помощью Гарри. — Вы вообще как думаете, таскать с собой такое оружие?       — Это не оружие! — Роджер поднял руки в защитном жесте. — Я просто… переношу инвентарь. Этот бладжер… он как будто взбесился. Я не знаю, как это случилось!       Рей, опустив взгляд на бладжер в своей руке, аккуратно поставила его на пол. Мяч, казалось, совершенно потерял интерес к тому, чтобы атаковать. Гермиона нервно сглотнула, все ещё переживая момент, и наблюдала, как Рей встала.       — Будьте аккуратны, — сказала Рей тихо, поднимая глаза на Роджера. — Вы чуть не попали в мисс Грейнджер.       Она протянула руку, чтобы помочь Гермионе подняться, но Гарри уже успел подхватить её под локоть, а Рон настороженно глядел на Роджера.       — Я правда извиняюсь, — забормотал Роджер, оборачиваясь то к Гермионе, то к Рей. — Слушайте, это… это было потрясающе! Я бы никогда не смог поймать бладжер одной рукой. Ты… та самая девчонка, что перевелась к нам, верно?       — Да, — коротко ответила Рей.       — Играешь в квиддич? — спросил Роджер с интересом, не дожидаясь, пока Гермиона или кто-то ещё выскажется.       — Нет, — ответила Рей, слегка растерянная его настойчивостью.       — А ведь тебе стоило бы попробовать! — Роджер явно был полон энтузиазма. — Послушай, если ты поймала бладжер так, как сейчас, то у тебя точно есть таланты для квиддича. Я капитан команды Когтеврана, и нам бы не помешал кто-то с твоей реакцией.       Роджер был полон энтузиазма, едва ли сдерживая радость от возможного нового игрока в команде. Он всё говорил о том, как важно иметь надёжного ловца, а Рей внимательно слушая его, но в её взгляде читалось лёгкое замешательство.       — Я не против попробовать что-то новое, — сказала она тихо, пытаясь понять суть разговора. — А что это такое?       Роджер уже собирался объяснить, но тут вмешался Рон, явно не упустивший возможность блеснуть своими знаниями:       — Квиддич — это самая популярная магическая игра! Две команды, семь игроков в каждой. Три охотника, два бладжера и один ловец. Ловец должен поймать золотой снитч — маленький мячик с крыльями. Это и приносит основной баллы!       — А ещё — это спорт, в котором Рон скорее всего никогда не выиграет у меня, — добавил Гарри с добродушной усмешкой, присоединяясь к объяснению. — Я капитан команды Гриффиндора, и моя роль — ловец. Мы должны поймать снитч, чтобы выиграть игру.       Рей обдумывала услышанное, её взгляд скользил от Гарри к Роджеру, словно она старалась соединить воедино все кусочки мозаики. В её лице читалось то ли недоумение, то ли попытка уловить концепцию этой игры. Наконец, она коротко кивнула.       — Давай обсудим это чуть позже, — произнесла она. Рей бросила взгляд через плечо и заметила Палумну Лавгуд, которая шла с привычной для неё плавной, почти танцующей походкой, словно она двигалась под звуки музыки, слышные только ей одной.       — Мне надо уйти, — сказала Рей, переведя взгляд на Роджера и на трио. — Увидимся позже.       С этими словами она ускорила шаг и направилась в сторону гостиной Когтеврана, оставив Гарри, Рона и Гермиону с Роджером, который стоял, всё ещё слегка обескураженный её реакцией.       С этими словами она ускорила шаг и направилась в сторону гостиной Когтеврана, оставив Гарри, Рона и Гермиону с Роджером, который стоял, всё ещё слегка обескураженный её реакцией.       Гермиона нагнулась и подняла бладжер с каменного пола, осторожно прижимая его, чтобы тот случайно снова не вырвался. Она протянула мяч Роджеру, и он, подмигнув ей в знак благодарности, внимательно осмотрел его.       — Хм, что-то с ним не так, — пробормотал он, подбрасывая бладжер и ловя его одной рукой, как будто проверяя его вес. — Кажется, он сломался… или зачарование спало. Надо будет забрать новый.       — Может, дело не в зачаровании, а в неправильном хранении, — заметила Гермиона, прищурившись. — Они же должны быть в специальных сундуках, чтобы не вырваться.       — Ну, да, — Роджер слегка пожал плечами.       Гермиона нагнулась и подняла бладжер, осторожно держа его на весу, словно проверяя, не собирается ли он снова взбеситься. Затем протянула его Роджеру, который взял мяч и с интересом осмотрел его.       — Хм, что-то с ним не так, — сказал он, подбрасывая его чуть выше ладони, как будто проверяя его вес. — Кажется, он сломался… надо будет забрать новый.       Гермиона уже собиралась продолжить разговор, когда услышала вопрос от Палумны Лавгуд, которая подошла к ним почти бесшумно, и теперь внимательно смотрела на Гермиону и Роджера.       — Не знаете, куда ушла Рей? — мягко спросила Палумна, слегка наклонив голову. — Я хотела поговорить с ней о музыке, но в прошлый раз она тоже сбежала так же, как и сейчас.       Рон хмыкнул, решив вставить своё весёлое замечание:       — Может, она подумала, что ты будешь ей рассказывать про поющих камней, Палумна.       Прежде чем Гарри успел остановить его, Гермиона дала Рону затрещину.       — Не надо, Рон! — строго произнесла она, глядя на него.       Палумна, казалось, не обратила внимания на слова Рона, задумчиво смотря в сторону, куда ушла Рей.       — Она не очень открыта, — заметил Роджер, всё ещё держа бладжер в руках. — Я мало знаю о японской школе магии и волшебства, но, может быть, ей просто трудно привыкнуть к нашему стилю общения.       Палумна задумалась, её взгляд стал рассеянным, как будто она пыталась вспомнить что-то далёкое.       — Японская школа магии… Махотокоро, — проговорила она, погружённая в мысли. — У них строгие правила. Их мантии меняют цвет в зависимости от того, как хорошо ученик освоил магию. Если всё идёт хорошо, они светятся розовым, а если ученик нарушил правила… или использовал тёмную магию, они становятся белыми.       — Белыми? — удивился Рон, и его голос слегка дрогнул. — Это жутко. Почему бы просто не оставить их чёрными, как у нас?       — Потому что у них другой символизм, — задумчиво ответила Гермиона, явно заинтересованная тем, что сказала Палумна. — Белый цвет у них, наверное, означает не пустоту, а что-то вроде очищения.       — Чистый лист, — добавила Палумна, её голос был тихим, как всегда, но в нём чувствовалась уверенность. — Может быть, ей трудно принять что-то новое. Это большая перемена.       Гарри кивнул, раздумывая. Теперь, зная хоть немного о происхождении Рей, он начал понимать, почему она была такой сдержанной и порой отстранённой. Рон, в свою очередь, уже хотел было что-то сказать, но решил промолчать, видимо, предчувствуя очередную затрещину.                     

***

             Гермиона осторожно положила стопку книг на стол в библиотеке и, выдохнув, приступила к записи заметок. Писчее перо быстро скользило по пергаменту, и её лицо выражало абсолютную сосредоточенность. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шорохом переворачиваемых страниц и еле слышным дыханием читателей.       Она перелистнула очередную страницу, записала последние строчки и аккуратно сложила все книги в свою сумку. Покинув библиотеку, Гермиона зашагала по коридорам Хогвартса. В окна уже пробивались последние лучи дневного света, окрашивая мраморные стены в мягкий золотистый оттенок. На неё налетел сквозняк, и Гермиона поёжилась, укутываясь плотнее в свою мантию. Зима всё ещё не пришла в полную силу, но холодные ветра напоминали о её неизбежности.       Идя вдоль витражей, Гермиона заметила Гарри, который стоял у окна, держа в руках пергамент и углублённо читая его. Она подошла к нему, и тот, услышав её шаги, поднял голову.       — Привет, Гермиона, — сказал Гарри, слегка нахмурившись. — Знаешь, всё становится хуже. Становится понятно, что Пожиратели смерти совсем страх потеряли. Кажется, их агенты уже в Министерстве…       Гермиона нахмурилась, задумчиво потирая кончик пера, которое она держала в руке.       — Гарри, они всегда были там, — тихо возразила она. — Просто теперь они действуют более открыто. Дамблдор говорил, что Волдеморт старается подчинить себе все важные структуры, и Министерство — это первый шаг.       Гарри раздражённо вздохнул и отложил пергамент в сторону.       — Ты права, но это не делает ситуацию лучше. Они как будто контролируют все новостные потоки. Даже в «Пророке» стало больше вранья.       — Это логично, Гарри, — ответила Гермиона, вздыхая. — Но это не значит, что мы не можем с этим бороться.       Гарри кивнул, но его лицо оставалось напряжённым, как будто он обдумывал какой-то важный вопрос. Внезапно к ним подошёл профессор Флитвик, невысокий и подвижный, с привычной для него улыбкой.       — Гарри, мисс Грейнджер, — весело поприветствовал он их. — Гарри, у меня есть для тебя кое-что, что тебе стоит увидеть. Ты не возражаешь, если я заберу его на пару минут, Гермиона?       — Конечно, профессор, — ответила Гермиона с лёгкой улыбкой.       Гарри извиняюще кивнул ей и ушёл вместе с профессором, а Гермиона продолжила свой путь, направляясь к выходу из замка.              Когда она оказалась на улице, ей в лицо ударил прохладный осенний ветер, и Гермиона поёжилась, подняв воротник мантии. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в яркие оранжевые и розовые цвета, и осенние деревья, хотя и обнажённые, всё ещё выглядели живыми и яркими. День постепенно переходил в вечер, но снега всё ещё не было — только холодный ветер напоминал о приближающейся зиме.       Гермиона зашагала по аллее, ведущей к озеру. Она всегда любила это место — спокойная, зеркальная гладь воды и удалённый шум замка создавали ощущение уединённости и покоя. Найдя удобное место на скамье под раскидистым деревом, Гермиона села, сложив мантию, чтобы не замёрзнуть, и достала из сумки книгу. Её руки слегка замёрзли, но чтение книг всегда приносило ей ощущение тепла и уюта, особенно когда она погружалась в текст.       Открыв книгу, Гермиона глубоко вдохнула прохладный осенний воздух, позволяя свежести очистить мысли. Шум листьев и лёгкое журчание воды создавали атмосферу спокойствия, и, на мгновение, все тревоги мира словно исчезли. Она начала читать, временами поднимая взгляд и наблюдая за движением воды и лёгкими волнами, разбегающимися по поверхности озера.       Гермиона сидела на скамье у озера, глубоко погрузившись в чтение. Она почти забылась в тексте, когда почувствовала, как ветер начал нарастать, сбивая с деревьев последние сухие листья. Она машинально подтянула мантию ближе к себе, не поднимая головы от книги. Но через несколько минут атмосфера начала меняться: ветер усилился и стал нести с собой холодные потоки, которые казались почти угрожающими.       Гермиона подняла глаза и увидела, что небо над озером начало быстро темнеть. Тучи сгущались, и они вовсе не напоминали обычное осеннее небо — это были тяжёлые, почти маслянистые клубы, которые стягивались в одну точку, словно подчиняясь невидимой воле. Атмосфера вокруг внезапно наполнилась зловещим холодом, от которого по коже Гермионы побежали мурашки. Она закрыла книгу, настороженно оглядываясь. Вокруг никого не было — ни учеников, ни учителей. Это только усилило её тревожность.       Небо стало сгущаться в нечто вроде чёрного клубящегося вихря. Гермиона вглядывалась, стараясь понять, что происходит. На миг ей показалось, что в центре этого вихря она видит неясные очертания черепа.       Её пальцы непроизвольно сжались на корешке книги, и она почувствовала, как у неё перехватывает дыхание. Череп постепенно стал приобретать чёткие очертания, а из его пасти, словно змеи, начали выползать длинные линии, свивающиеся в воздухе в нечто зловещее и живое. Это был Темный Знак — символ Волдеморта.       Гермиона медленно встала, её колени дрожали, и она чувствовала, как холод сковывает всё тело. Она попыталась нащупать палочку, но её рука нервно скользила по карману мантии. «Пожиратели смерти», пронеслось у неё в голове, но она не заметила их присутствия.       Череп в небе продолжал развиваться, его форма стала дополняться изящными, но зловещими узорами, словно мрак изливался из самой души замка. Гермиона уже собиралась бежать обратно в замок, когда услышала за спиной поспешные шаги. Из дверей Хогвартса выбежали профессор Макгонагалл, Снейп, и Флитвик, а за ними поспешно шёл Гарри, сжимая свою палочку. Профессора, явно напряжённые, оглядывались вокруг, готовые к немедленному отражению атаки.       — Мисс Грейнджер! — резко крикнула профессор Макгонагалл, её голос прозвучал громко и отчётливо в нарастающем ветре. — Отойдите оттуда немедленно!       Гермиона замерла, оглянувшись на профессоров. Макгонагалл была явно встревожена, её взгляд метался между Гермионой и жутким зрелищем в небе. Снейп, напротив, оставался внешне спокойным, его глаза блестели в мрачном свете.       — Что здесь произошло? — резко спросил Снейп, приближаясь к Гермионе и оценивающе глядя на неё.       — Я… я ничего не делала! — растерянно ответила Гермиона, её голос дрожал, хотя она старалась сохранять твёрдость. — Я просто… читала книгу.       Профессор Флитвик, подошедший ближе, внимательно оглядел чёрную массу в небе, его лицо побледнело. Он тихо произнёс что-то себе под нос, словно прикидывал последствия и анализировал заклинания, которые могли быть использованы.       — В каком смысле «просто читала книгу»? — отрывисто бросил Снейп, его голос звучал резче, чем обычно. — Вы понимаете, что это не случайность, мисс Грейнджер?       Гарри, стоящий рядом, уже собирался сказать что-то в защиту Гермионы, но Макгонагалл прервала его:       — Северус, — голос её был строгим и авторитетным, — она не могла этого сделать. Мы все это понимаем.       Однако Снейп продолжал смотреть на Гермиону с непроницаемым выражением, словно просчитывая, что именно она могла сделать или знать.       — Профессор, — наконец произнесла Гермиона, собравшись с силами. — Я правда ничего не делала. Я просто сидела и читала.       — Это не просто чей-то неудачный розыгрыш, — тихо добавил Флитвик, всматриваясь в фигуру черепа. — Такой мощный Темный Знак… Это нечто серьёзное.       Гарри подошёл ближе, его лицо было напряжённым.       — Гермиона была здесь одна? — спросил он, и его голос звучал напряжённо. — Здесь никого больше не было?       — Мы ничего не видели, — ответила Макгонагалл, её голос дрогнул от волнения. — Все ученики были в замке.       — Но если это были Пожиратели, — продолжил Гарри, глядя на знак в небе, — они бы не оставили только знак. Они всегда…       — Нам нужно быть осторожными, — отрезал Снейп, его голос был твёрдым и холодным. — Мы не знаем, что это за ловушка. Мисс Грейнджер, вы должны немедленно вернуться в замок.       Гермиона хотела возразить, но Макгонагалл уже подталкивала её к Гарри, давая понять, что разговоров на этом закончено. Она оглянулась ещё раз на чёрный череп в небе, чувствуя, как по спине пробегает холод.       Гермиона, Гарри, и Рон спешно направились обратно в замок, оставляя мрачный вид над озером позади. Гермиона не могла избавиться от тревожного ощущения — этот день казался особенно угрожающим. Присутствие чёрной метки нависло над школой, словно тень, и даже спокойное объяснение профессоров не могло снять напряжение.       На лестнице к ним присоединились Рон и Невилл. Они выглядели взволнованными и обеспокоенными.       — Что произошло? — взволнованно спросил Невилл, его голос слегка дрожал. — Мы видели этот знак, и… Почему ничего не случилось? Разве за этим не должно было последовать нападение?       — Всё было слишком странно, — согласился Рон, его лицо было напряжённым. — Обычно они не просто оставляют метку… Это как предупреждение. Но почему они не напали?       — Я не уверен, — задумчиво ответил Гарри. — Но я чувствую, что они могут быть уже здесь, в стенах замка. Мы должны быть настороже.       Рон бросил обеспокоенный взгляд на Гарри и решил задать вопрос, который давно его беспокоил:       — Гарри, а куда ты часто пропадаешь? Ты ведь не всегда с нами.       Гарри на мгновение замялся, но затем решительно произнёс:       — Я часто провожу время с Дамблдором. Мы пытаемся выяснить секреты Волдеморта. Он думает, что это важно… для нашей победы.       Гермиона нахмурилась, обдумывая слова Гарри. Появление чёрной метки указывало на то, что угроза была реальной и куда ближе, чем они ожидали. Она невольно крепче сжала свою сумку, ощущая нервное напряжение.       — Учёба с каждым днём становится всё менее безопасной, — тихо произнесла она, идя по лестнице.       — Да уж, — пробормотал Рон, и Невилл кивнул, выражая полное согласие.       Когда они подошли к одному из коридоров, Невилл неожиданно остановился и указал на группу учеников, собравшихся у окна.       — Смотрите, что они там делают, — прошептал он, заметив, как другие ученики смотрят на что-то снаружи.       Они подошли ближе и взглянули в окно. За пределами замка учителя, включая профессоров Макгонагалл, Снейпа и Флитвика, стояли, подняв палочки в направлении неба. Взмахами рук они пытались убрать чёрную метку, но она всё ещё висела, словно сопротивляясь их усилиям.       — Это нелегко убрать, — пробормотал Гарри, напрягая зрение. — Видимо, чёрная метка содержит очень мощное тёмное заклинание.       — Это ещё одно доказательство, что Хогвартс становится мишенью, — добавила Гермиона, её голос был почти шёпотом. — Учёба с каждым днём становится всё менее безопасной.       Её слова вызвали одобрительные кивки со стороны Рона и Невилла. Они продолжили свой путь к гостиной, оставляя зловещее зрелище позади.       Зайдя в общую гостиную Гриффиндора, они бросились на мягкие кресла. Рон вытащил палочку и взмахом зажёг огонь в камине, который тут же наполнил комнату тёплым, золотистым светом. В гостиной было больше учеников, чем обычно, и это создавалось впечатление, что каждый из них искал здесь утешения.       Дин Томас и Лаванда Браун оживлённо обсуждали что-то с Симусом Финниганом, заходя в гостиную. Лаванда, которая выглядела взволнованной, говорила настолько громко, что её голос заглушал общий шум.       — Это просто ужасно, — возмущалась она, её голос дрожал. — Как они могли допустить такое в нашей школе?       Но как только Лаванда заметила Рона, её выражение изменилось. Она смягчилась и сразу подбежала к нему.       — Ты видел? — взволнованно спросила Лаванда, обняв его за руку, словно ища у него защиты.       Рон замялся, бросая беспокойный взгляд на Гермиону и Гарри, но Гермиона старалась не обращать на них внимания. Тем не менее, внутри у неё возникло неприятное чувство — лёгкая неприязнь к Лаванде, которое она не могла объяснить.       — Всё нормально, — пробормотал Рон, краснея и неловко обнимая её в ответ. — Мы все в безопасности.       — Дамблдор защитит нас, — тихо сказал Гарри, обращаясь к Гермионе, словно пытаясь уверить её так же, как и себя. — Не волнуйся, Гермиона. Но мы не должны рассчитывать только на защиту кого-то другого. Нам нужно быть готовыми.       Дин, стоящий рядом, выглядел обеспокоенным. Он бросил тревожный взгляд на Гарри и произнёс:       — Ты же понимаешь, Гарри, что сам знаешь кто, просто так метками разбрасывается? Он всегда действует с какой-то целью. Думаешь, это всего лишь предупреждение?       — Не знаю, — мрачно ответил Гарри. — Но, вероятно, он хочет, чтобы мы испугались. Или… чтобы мы перестали доверять защите, которую даёт нам Хогвартс.       Слова Гарри вызвали лёгкое волнение в комнате. Ученики, сидевшие в креслах и разговаривавшие шёпотом, стали обращать внимание на их дискуссию. Симус, который до этого что-то бормотал под нос, прислушался и нахмурился.       — Значит, всё серьёзно? — спросил он, глядя на Гарри.       — Я не знаю, но вполне возможно, скоро будет война, — сказал Гарри, бросив взгляд на Гермиону. Она сидела, уставившись в камин, и в её голове роились мысли. Метка Волдеморта над Хогвартсом казалась ей странной, но она никак не могла найти логическую взаимосвязь.       — Малфой, — вдруг прозвучал голос Гарри, прервав её размышления.       — Что Малфой? — Гермиона подняла голову и посмотрела на него с удивлением.       — Он был там? — уточнил Гарри, его голос звучал напряжённо.       — Нет, я была одна, — ответила Гермиона, качая головой. Гарри нахмурился, погружаясь в раздумья.       — Я наблюдаю за Малфоем с начала учебного года и…       — И он тебе нос сломал в поезде, — резко перебил его Рон, который явно решил напомнить о неприятном инциденте. — Может, перестанешь преследовать его, Гарри? Это не принесло тебе ничего хорошего.       Гарри раздражённо отмахнулся.       — С ним что-то не так, Рон. Он что-то задумал, я это чувствую. Его отец бегает на побегушках у Волдеморта, и я уверен, что Драко хочет выслужиться перед Тёмным Лордом.       — Но я была одна, — возразила Гермиона, — а метку создать очень сложно. Сомневаюсь, что Драко смог бы сделать что-то столь мощное. Это ведь даже не просто символ, это магия невероятной силы.       — Вот именно, — поддержал её Рон, скрестив руки на груди. — Драко при всём своём желании никогда не был хорош в магии. Может, ему и удавалось надувать грудь перед нами, но на самом деле он… не такой уж гений.       Гарри посмотрел на настенные часы и внезапно встрепенулся, будто вспомнил что-то важное.       — Мне пора, — сказал он, вставая.       Гермиона удивлённо посмотрела на него:       — Куда это ты?       — Сегодня же ужин у Слизнорта, — бросил Гарри, направляясь к выходу. — Скорее всего, и Драко будет там. Хочу посмотреть на его реакцию.       Гермиона почувствовала, как внутри неё будто бы зазвенел колокол. «Точно, вечер пятницы! Как я могла забыть?» Она быстро встала с кресла и поспешила к лестнице, собираясь переодеться. Позади послышался голос Рона:       — А меня с собой возьмёте?       Но ответа он так и не получил. Зайдя в спальню для девочек, Гермиона нашла Джинни, которая уже заканчивала одеваться в красивое вечернее платье. Это было платье глубокого винного оттенка с лёгким переливом, что выгодно подчёркивало её рыжие волосы и придавало ей элегантный вид. Платье слегка расширялось книзу, с аккуратными складками, придающими образу лёгкую воздушность, и изящным вырезом, открывающим плечи.       — О, привет, Гермиона, — улыбнулась Джинни, когда заметила её. — Готовишься к ужину?       — О, я совсем забыла об этом, — призналась Гермиона, неловко улыбаясь. — Надо срочно найти, что надеть…       Гермиона бросилась к своему шкафу, вытаскивая платья и примеряя их мысленно, пытаясь выбрать что-то подходящее для званого ужина у Слизнорта.                     

***

             Званые ужины у Горация Слизнорта, профессора зельеварения и основателя так называемого «Слизноклуба», всегда были особым событием в Хогвартсе. Эти встречи устраивались для талантливых учеников и перспективных молодых волшебников, которые привлекли внимание Слизнорта своим происхождением, достижениями или потенциалом.       Гермиона, выбрав элегантное вечернее платье тёмно-синего цвета, вошла в богато обставленную комнату. Платье мягко облегало её фигуру и подчёркивало изящные линии, а серебряные застёжки на плечах добавляли благородства и аккуратного блеска. Волосы Гермиона уложила в лёгкие волны, что придало её облику ещё больше утончённости.       Комната была украшена изысканными деталями: массивные золотые канделябры мерцали в мягком свете, отражаясь на дорогих коврах, а на стенах висели портреты знаменитых волшебников, в основном друзей и известных знакомых Слизнорта. Обстановка была комфортной, но в ней чувствовался привкус роскоши и утончённого вкуса хозяина.       Рей сидела вместе с Драко Малфоем, который что-то активно обсуждал с ней. Джинни, идущая рядом с Гермионой, бросила мимолётный взгляд на Малфоя и нахмурилась, но не сказала ни слова. Как только они подошли ближе, Слизнорт радушно поприветствовал девушек.       — А, мисс Грейнджер! И, конечно, мисс Уизли! — с радостью провозгласил он, подойдя к ним с вытянутыми руками. — Как приятно видеть вас сегодня вечером! Места для вас уже приготовлены, прошу, проходите!       Гермиона почувствовала лёгкую неловкость, входя в комнату. Её шаги по ковру были практически бесшумными, но обилие золота и роскошных тканей вызывало у неё немного смущения. Джинни, идущая рядом, выглядела более уверенно — её платье мягко колыхалось при каждом шаге, и рыжие волосы ниспадали на плечи, придавая ей изящество.       Когда Гермиона и Джинни сели, Малфой бросил на Гарри мимолётный презрительный взгляд, но быстро вернулся к разговору с иностранкой, будто не желая терять свою аудиторию.       — Чудесно, просто чудесно! — громко произнёс Слизнорт, заняв своё место за столом и хлопнув в ладоши. — Мы собрались сегодня, чтобы немного поговорить, пообщаться… и, конечно же, насладиться великолепной кухней, которой славится Хогвартс!       Гости, сидящие за столом, ответили вежливыми улыбками и лёгким смехом. Слизнорт откинулся на спинку стула и начал расспрашивать Кормака о его семейных достижениях, то и дело поглядывая на Гарри с одобрением, как на свою звезду.       Гермиона, однако, пыталась уловить кусочки разговора между Малфоем и Рей. Слова Драко звучали приглушённо, но её чуткий слух всё же уловил несколько фраз:       — …и хотя магия здесь, конечно, не сравнится с нашим уровнем… — говорил Малфой с лёгкой самоуверенностью в голосе, — в вашем случае мы можем сделать исключение, если вам действительно интересно узнать больше.       — Это интересно, — коротко ответила Рей, её голос был ровным и безэмоциональным, но она смотрела на Драко с вежливым вниманием.       Малфой чуть приподнял подбородок, словно довольный собой.       — Разумеется, — продолжил он, — мне всегда было интересно, как работают школы в других странах. Но, по правде говоря, мне больше нравится наша традиция… более аристократичная, скажем так.       Гермиона почувствовала, как внутри у неё растёт раздражение. Самоуверенность Малфоя всегда её раздражала, и особенно это ощущалось в присутствии иностранной ученицы, на которую он явно пытался произвести впечатление. Джинни, сидевшая рядом, незаметно сжала её руку, понимая её мысли.       — Вы много путешествовали? — негромко спросила Рей, продолжая разговор.       — Ну, моя семья не раз бывала за границей, — ответил Малфой с лёгкой ухмылкой. — Мы часто посещали Францию… хотя там не так уж и интересно.       Слизнорт, уловив начало разговора, перевёл внимание на Драко.       — Ах, молодой мистер Малфой! — воскликнул он, прерывая себя на полуслове. — Как приятно видеть такую активную беседу. Вы рассказываете о своей семье?       — Мы обсуждаем культурные различия, сэр, — ответил Драко с преувеличенной вежливостью.       — Вот как! Это очень важно, — одобрительно произнёс Слизнорт, с удовольствием откинувшись на спинку стула. — Открытость к новым культурам — важное качество для будущих лидеров.       Гарри, сидевший рядом с Кормаками, выглядел напряжённым, внимательно следя за каждым движением и словом Драко. Гермиона знала, что Гарри не упускал возможность, чтобы поймать Малфоя на чём-то подозрительном. Но даже Гарри не мог отрицать, что сейчас Драко был предельно вежлив и корректен, не давая ни единой зацепки.       Комната, где проходил ужин, наполнилась лёгким гулом разговоров и звоном столовых приборов. Слизнорт, сидевший во главе стола, с удовольствием созерцал, как его гости активно беседуют и наслаждаются блюдами. Гермиона внимательно следила за тем, как Слизнорт оглядывает собравшихся — было очевидно, что у профессора был план, и он намеревался не просто кормить и радовать своих гостей, но и узнать о них больше.       Когда основное блюдо было подано, Слизнорт поднял бокал и с лёгким звоном постучал по его краю, привлекая к себе внимание.       — Дорогие мои! — начал он, расплывшись в улыбке. — Как приятно видеть такое изысканное общество! Мы здесь все — представители разных культур и традиций, и я думаю, что нам есть чему поучиться друг у друга.       Гермиона почувствовала, как Гарри напрягся рядом с ней, явно ожидая подвоха. Слизнорт всегда умел задавать вопросы так, чтобы сразу подметить в собеседнике что-то интересное или полезное для себя.       — Мистер Малфой, — с лёгким наклоном головы обратился Слизнорт к Драко, — вы недавно рассказывали о своих визитах в Францию. Как вы находите магическую школу Шармбатон? Я слышал, что их традиции в зельеварении значительно отличаются от наших.       — Да, профессор, я был там пару раз с родителями. Их подход, можно сказать, более… аристократический, — он слегка усмехнулся.       Гарри закатил глаза, но удержался от комментария, а Слизнорт продолжил:       — Это очень интересно, Драко, очень интересно. Но ведь у нас за столом есть и другие представители, — профессор повернулся к Рей, сидящей напротив. — Мисс Мугэн, расскажите нам немного о Махотокоро! Говорят, что их традиции… необычайно строгие.       Рей, услышав своё имя, подняла взгляд и на мгновение задумалась.       — У нас, — начала она, стараясь подобрать слова, — ученики носят особые мантии, которые меняют цвет в зависимости от успехов и… поведения.       Слизнорт чуть наклонил голову, явно заинтересовавшись.       — Ах, да! Я слышал об этом, — воскликнул он. — Очень интересный метод мотивации! А в чем отличие ваших занятий по зельеварению от наших?       — У нас больше внимания уделяется… — она сделала паузу, — духовному аспекту зельеварения.       Слизнорт замер, а за столом кто-то подавил смешок.       — Духовному аспекту? — переспросил профессор, его голос звучал одновременно вежливо и удивлённо.       — Да, — Рей кивнула, сохраняя абсолютную серьёзность. — Мы стараемся настроиться на гармонию с ингредиентами. Считается, что только когда алхимик и зелье в согласии, результат будет успешным.       Слизнорт выглядел заинтригованным и явно обдумывал её слова.       — Это… восхитительно, — медленно произнёс он. — Настройка на ингредиенты… возможно, в этом что-то есть. Уверен, мои студенты тоже могли бы извлечь пользу из подобного подхода, хотя, конечно, мы больше полагаемся на точные пропорции и последовательности действий.       — Да, как и мистер Малфой, — подхватил Гарри, не удержавшись. — Он тоже всегда в гармонии с собой и своими ингредиентами.       Драко бросил на него злой взгляд, но промолчал. Рей, казалось, даже не заметила сарказма Гарри и просто кивнула.       — Да, — подтвердила она. — Это важно.       Гермиона прикусила губу, чтобы сдержать улыбку. Гарри быстро взглянул на неё и тоже с трудом удержался от смеха.       — Мисс Грейнджер, — обратился к ней Слизнорт, переключаясь на новую цель, — а что вы скажете о британских традициях зельеварения? Я знаю, что вы превосходно справляетесь с моими заданиями. Возможно, у вас есть свои идеи?       Гермиона выпрямилась, быстро обдумывая ответ.       — Я думаю, что главное — это точность и методичность, — уверенно произнесла она. — Хотя, наверное, настройка на ингредиенты тоже может быть полезной… в каком-то смысле.       За столом раздался тихий смех. Даже Кормак Маклагген, сидевший рядом, казалось, был впечатлён её спокойствием.       — Чудесно! — объявил Слизнорт, с удовольствием кивая. — Видите, как прекрасно, когда мы делимся своими знаниями? Мы объединяем традиции, подходы… и даже создаём что-то новое!       Разговоры в комнате продолжались, смешиваясь с негромким звоном столовых приборов. Слизнорт, похоже, был доволен ходом ужина и вниманием своих гостей. В какой-то момент, как только беседа вокруг него затихла, профессор с легкой улыбкой обратился к Рей:       — Мисс Мугэн, я хотел бы вернуться к вашему утверждению о настройке на объект, — произнес он, с интересом наклонив голову. — Это звучит… столь необычно и в то же время завораживающе. Не могли бы вы пояснить, как именно это работает?       Гермиона, сидевшая рядом, бросила взгляд на Рей. Только теперь она обратила внимание, что на её тарелке ничего не лежало — ни кусочка еды, даже крошки. Единственное, что стояло перед Рей, была маленькая чашка чая, и та оставалась нетронутой. Рей подняла глаза на Слизнорта, кивнула, затем, не говоря ни слова, встала из-за стола. Она сделала это так плавно и уверенно, что даже Джинни невольно замерла, следя за её движением.       — Всё начинается с понимания, — начала она, доставая свою волшебную палочку. Рей коснулась палочкой края чашки.       После этого она убрала палочку, и, подняв руку над чашкой, медленно начала двигать пальцами. Жидкость в чашке мгновенно пришла в движение.       Гермиона прищурилась, внимательно следя за происходящим. Чай в чашке стал разделяться — вода, чайные листья и прочие примеси начали расходиться по разным сторонам чашки, напоминая сложный цветок. Слизнорт, который наблюдал за этим, прищурил глаза, очевидно пытаясь понять, что происходит. Гермиона заметила, что на лице Малфоя мелькнуло недоумение, но он старался сохранять равнодушие.       — Самое главное — это понять, что вы хотите получить, — тихо произнесла Рей, не отводя взгляда от своего «цветка». — Магия — это как наука. Чем лучше вы понимаете объект, тем лучше результат.       Она медленно двигала пальцами, словно контролировала каждое движение жидкости. Гермиона удивлённо подняла брови, когда заметила, что палочка Рей уже не участвовала в процессе. Это было невербальное заклинание — и, судя по тому, как чётко и гармонично двигались жидкости, весьма сложное.       Затем, с лёгким движением руки, Рей заставила саму чашку начать разделяться. Керамическая основа, краска и позолота начали постепенно отделяться друг от друга, всё это парило в воздухе. Краска свернулась в нежную полоску, а частицы керамики, словно послушные марионетки, начали разделяться на мельчайшие составляющие, которые затем начали возвращаться к своему исходному виду.       Все присутствующие затаили дыхание, наблюдая за происходящим. Гермиона даже наклонилась ближе, чтобы лучше рассмотреть, как именно это происходит. Слизнорт, который сначала выглядел ошеломлённым, сейчас смотрел с явным восхищением.       Когда демонстрация завершилась, Рей сжала пальцы в кулак, и, словно по её команде, чаша вновь собралась в первоначальную форму. Жидкость, которая парила в воздухе, медленно вернулась в чашку       Наступила пауза. Слизнорт, не удержавшись, начал аплодировать, выражая своё одобрение. Малфой, казалось, с лёгкой неохотой, но тоже присоединился к аплодисментам. Вскоре остальные гости тоже подхватили, и комната наполнилась звуками одобрительных хлопков.       Гермиона с удивлением посмотрела на Рей, и в этот момент их взгляды пересеклись. На лице Рей появилась едва заметная, но настоящая улыбка — впервые за всё время, что Гермиона её знала. Это была улыбка не привычной вежливости, а настоящая, искренняя.       — Как называется ваше заклинание, мисс Мугэн? — спросил Слизнорт, всё ещё не скрывая своего восторга.       Рей повернулась к нему и на мгновение задумалась.       — Я… — начала она — Название? Мне… никогда не приходилось его называть. Это просто… понимание объекта.       Слизнорт явно был сбит с толку таким ответом, но его глаза блестели от интереса.       Гермиона с трудом отводила взгляд от Рей, всё ещё переваривая произошедшее. Остальные гости за столом, казалось, тоже не до конца понимали, что именно они только что увидели, но никто не хотел упустить возможность выразить своё восхищение. Слизнорт, сияя от удовольствия, подался вперёд и энергично потёр руки.       — Восхитительно, просто восхитительно! — объявил он. — Признаться, я видел множество демонстраций магических навыков, но ваша, мисс Мугэн, была поистине необычной. Настройка на объект! Возможно, нам стоит пересмотреть методы обучения зельеварению, — он ухмыльнулся, бросив взгляд на Гарри и Гермиону, явно намекая на их успехи и привычные подходы.       — Да, это было… впечатляюще, — произнёс Малфой, стараясь сохранить своё обычное равнодушие, но его глаза всё же выражали смесь удивления и лёгкой зависти.       Рей скромно опустила голову, избегая встречаться взглядом с Малфоем. Гарри сдержанно кивнул в её сторону, и его лицо выглядело более задумчивым, чем обычно. Казалось, он пытался найти способ связать увиденное с общими подозрениями о Рей и её происхождении.       — Думаю, на этом мы можем закончить наш ужин, — провозгласил Слизнорт, поднимаясь с кресла. — Было приятно увидеть, как молодые таланты проявляют себя. И я рад, что мисс Мугэн присоединилась к нашему небольшому сообществу!       Ученики встали из-за стола, и все стали неспешно направляться к выходу. Гермиона, Джинни и Гарри вышли из комнаты вместе, обменявшись короткими взглядами и негромкими словами. Они знали, что предстоит обсудить немало событий этого вечера.       На пороге комнаты Слизнорт проводил всех гостей до дверей, оставляя прощальные слова и любезные комментарии. Гермиона почувствовала лёгкое облегчение, когда они вышли в коридор, и дыхание холодного воздуха чуть остудило её мысли. Гарри оглянулся на дверь, словно хотел сказать что-то важное, но промолчал. Рей, шедшая немного позади, не привлекала к себе внимания и, казалось, была довольна этим.       — Ну, вот и всё, — тихо произнесла Джинни, когда они отошли достаточно далеко. — Какой… насыщенный ужин, да?       — Да уж, — отозвался Гарри, его голос звучал задумчиво. — И я бы сказал, что кое-что стало ещё запутаннее, чем прежде.       Гермиона не могла не согласиться. Всё происходившее за ужином напоминало сложную головоломку, и ей было интересно, удастся ли когда-нибудь сложить её части в единое целое.