Глава 3: Очень приятно, Рей

      Гарри бесшумно шагал за Драко Малфоем, стараясь держаться на расстоянии, но при этом не упускать его из виду. Под мантией-невидимкой он чувствовал себя чуть более уверенно, но сердце всё равно билось быстрее обычного. Малфой был всё тем же самодовольным хвастуном, которого Гарри терпеть не мог, но с недавнего времени он начал чувствовать к нему нечто большее, чем простое раздражение. Гарри был уверен: Драко что-то задумал. Ещё с начала учебного года тот вёл себя так, словно что-то скрывал. Казалось, что он бродил по замку с новыми, скрытыми целями, и Гарри мучительно хотелось узнать, что за цели это могли быть.       Но в этот раз его подталкивала не только личная неприязнь. В каждом взгляде Малфоя, в каждом его шаге Гарри видел замысел, что-то тёмное и зловещее. А теперь ещё и эта огромная жуткая метка, которая мрачно висела над озером, отравляя привычный вид на Хогвартс. Гарри снова бросил взгляд на чёрный череп со змеёй, что медленно извивалась, выползая изо рта. Аура отчаяния витала над замком, словно сама тьма просочилась в его древние стены. Дамблдор и все учителя пытались избавиться от метки, но она висела на месте, неподвижная и непобедимая, словно издеваясь над волшебниками, пытавшимися её удалить.       Ученики шли мимо, болтая о предстоящих уроках и домашних заданиях, будто привыкли к грозному символу над школой. Кто-то смотрел на него мельком, кто-то с наигранным безразличием, но было видно — привычка не убавила страха. Новостные издания наперебой выпускали статьи о загадочном происшествии, но ни в «Ежедневном пророке», ни даже в «Придире» не было новостей о самом Волдеморте или его Пожирателях смерти. Гарри листал газеты каждый день, надеясь на новое развитие событий, но лишь находил дикие теории и спекуляции, будто журналы решили встать в один ряд с «Придирой».       Между тем он следовал за Малфоем, почти не дыша, пока тот уверенно направлялся в сторону заброшенного крыла школы. Гарри заметил лёгкое движение в конце коридора — у окна стояла Рей, новенькая из Японии, и, кажется, ждала. Они с Драко начали что-то обсуждать, и Гарри притаился за колонной, стараясь уловить хоть слово из их разговора.       — …это место, — услышал он обрывок фразы Драко. — Оно опасно.       Рей кивнула, выглядя не особенно удивлённой.       — Понимаю, — ответила она тихо, её голос звучал, как всегда, сдержанно и чуть отстранённо. — Мне достаточно того, что вы показываете.       Гарри хмуро наблюдал за разговором, пытаясь угадать их намерения. Почему ученица Когтеврана дружит с Малфоем, который явно что-то замышляет? Её холодное, спокойное поведение только усиливало подозрения Гарри. И, тем не менее, он не мог удержаться от лёгкой зависти тому, как безмятежно Рей принимала всё происходящее.       Он почувствовал, как мантия задела что-то острое за его спиной, и невольно замер, когда Малфой обернулся, будто что-то почувствовал. Гарри затаил дыхание, но, к его облегчению, Драко вновь повернулся к Рей.       — Ты правда собираешься помочь мне? — с еле заметной усмешкой спросил он, и его взгляд приобрёл подозрительное выражение. — Никогда бы не подумал, что кто-то вроде тебя пойдёт на такое. Все эти когтевранцы… Они ведь до смерти боятся тёмной магии.       Рей посмотрела на него с невозмутимым выражением, не показывая ни удивления, ни страха.       — Знание… не боится тьмы, — сказала она спокойно. — Боятся только те, кто не понимает.       Малфой замолчал, видимо не ожидав такого ответа. Гарри же, стоя неподалёку, нахмурился. Слова Рей настораживали его, но она произнесла их с таким спокойствием и уверенностью, что он не мог понять — это обычная загадка или скрытый подтекст.       Рей спокойно шла следом за Малфоем, лишь на мгновение обернувшись и скользнув взглядом по коридору, где, казалось, прятался кто-то невидимый. Но уже через секунду её внимание вернулось к Драко, и они молча двигались дальше, направляясь по тёмным переходам замка к заброшенному туалету на втором этаже. Гарри шагал следом, стараясь не шуметь и не дышать слишком громко, вместе с тем ощущая, как растёт в нём напряжение. Он понимал, что Малфой выбрал это место неслучайно — тут стоял вход в Тайную комнату, что когда-то прятала василиска.       Когда они вошли в помещение, Рей спокойно осмотрелась, едва заметно приподняв брови. Обстановка явно не внушала ей симпатии, но она выдохнула и, обращаясь к Малфою, спросила:       — Ладно, Драко, я поняла, что вы что-то задумали, но к чему такая секретность?       Драко, стараясь выглядеть уверенно, ответил, словно читая заученные строки:       — Сама понимаешь, мы, Пожиратели смерти, должны держаться вместе. Ты знаешь, чего он хочет.       Рей пожала плечами, слегка усмехнувшись.       — Сами-Знаете-Кто… — начала она, но её прервал шорох.       Из одной из кабинок донёсся всплеск воды, и дверь, заскрипев, чуть приоткрылась. Малфой дёрнулся и раздражённо выдохнул:       — Долбаное привидение!       Плакса Миртл появилась из-под пола, её привычно унылое лицо вдруг озарилось ехидной улыбкой, когда она заметила Драко.       — Ой, Драко, — начала она капризным, но насмешливым тоном. — Ну почему у тебя всегда такое выражение лица? Ты что, никогда не улыбаешься? Даже я, Плакса Миртл, выгляжу счастливее, чем ты!       Малфой отскочил, явно недовольный её появлением, но Рей, напротив, следила за призраком с любопытством.       И тут случилось нечто странное. Миртл, ещё секунду назад насмешливо порхавшая перед Малфоем, замерла в воздухе, будто под действием невидимой силы, и внезапно, как от резкого удара, её отшвырнуло к стене. Привидение пролетело сквозь неё с лёгким вскриком, а Рей лишь чуть пошевелила пальцами, как будто контролируя происходящее. Гарри почувствовал, как его рот сам собой приоткрылся от удивления — он не мог поверить в то, что увидел.       Малфой был не менее потрясён.       — Что… что ты сделала? — спросил он, разинув рот и глядя на Рей с явным страхом.       Рей, словно не придавая этому значения, спокойно посмотрела на него.       — Ладно, мистер Малфой, — произнесла она чуть холодным, но вежливым тоном. — У меня ещё много дел. Я собиралась помочь вашим друзьям с уроками. И, если позволите, прошу передать мисс Паркинсон, что мне не совсем ясно, к чему такое напряжённое внимание с её стороны. Я понимаю, что она, вероятно, думает, будто я не замечаю, как она на меня смотрит. Но это не так.       Малфой уставился на неё с лёгким замешательством, явно не зная, как реагировать на её слова, а потом чуть поморщился, будто от досады.       — Ну, ладно… Я передам, — произнёс он, стараясь вернуть себе прежнюю уверенность. — Но в следующий раз… Может, стоит предупредить, прежде чем устраивать такие… представления.       Рей только спокойно кивнула.       Драко стоял перед девушкой с почти торжественным видом, осторожно держа в руках небольшую деревянную коробку. Когда Рей потянулась к ней, он быстро перехватил запястье, его лицо приняло суровое выражение.       — Аккуратнее, — прошептал он. — Не касайтесь его. Я приобрёл это в магазине Борджина и Бёркса. Эта штука… опасна.       Рей вскинула бровь и перевела взгляд на его руку, спокойно ожидая, когда он отпустит её. Поняв намёк, Драко ослабил хватку, но его лицо оставалось напряжённым. Рей прикоснулась к ожерелью, её пальцы осторожно обвели изящные звенья. Она словно пыталась почувствовать его природу, погружаясь в тихое созерцание, от которого волосы Гарри на затылке встали дыбом — её внимание к проклятому предмету было непоколебимо серьёзным.       — На нём действительно сильная магия, — проговорила она, отводя взгляд от ожерелья на Драко. — Но к чему такая секретность? Почему именно я?       Драко мимолётно помрачнел, словно вопрос задел его за живое. Он наклонился ближе и, понизив голос, ответил:       — Мне нужна помощь, чтобы скрыть проклятие. Оно должно быть незаметным. Он… — тут Драко понизил голос почти до шёпота, — придаёт этому значение. Мы не можем допустить, чтобы кто-то заметил, прежде чем время придёт.       Рей чуть прищурилась. Её спокойствие было непоколебимо, но Гарри, наблюдавший из-за угла, уловил в её взгляде какую-то задумчивость, словно разум что-то подсчитывал или прикидывал.       — Очень хорошо, мистер Малфой, — спокойно сказала она, закрывая коробочку. — Я помогу вам, но не забывайте: ваша работа должна быть выполнена вами. В этом суть обучения.       Драко снова напрягся, но потом неохотно кивнул.       — Да, я понимаю. Мне просто нужно, чтобы всё прошло как надо.       Рей задержала взгляд на коробочке и, чуть сдвинув пальцы, закрыла крышку. Тихий щелчок замка раздался в комнате. Её взгляд стал более жёстким, и она добавила:       — Я наложила дополнительное заклинание, чтобы замаскировать проклятие. Но, мистер Малфой, не забывайте о плате за мою помощь.       — Завтра, — быстро ответил Драко, его голос стал резче. — Завтра мы пойдём в Хогсмид, и Крэбб передаст тебе твоё… вознаграждение.       Рей едва заметно кивнула, её губы слегка дрогнули в неуловимой улыбке.       — Убедитесь, что обращаетесь с этим предметом с осторожностью. Надеюсь, вы понимаете, насколько он опасен, — ответила она, глядя, как он берёт коробку. На её лице промелькнула какая-то тень, но Драко её не заметил, так как уже направился к выходу, весь охваченный предвкушением и нетерпением.       Рей последовала за ним, и, когда они приблизились к выходу, Гарри крепче вжался в стену, чтобы их пропустить. Малфой, по-видимому, был доволен тем, что его замысел близок к завершению, и, не заметив ничего подозрительного, поспешил уйти. Гарри было уже собрался выйти из укрытия, но вдруг почувствовал лёгкое прикосновение к своим волосам — рука Рей почти незаметно скользнула по его макушке, как если бы она видела его под мантией-невидимкой. Её ладонь прошла по его голове мягко, почти беззвучно, и она, не сказав ни слова, спокойно вышла из туалета, не оборачиваясь.       Гарри остался стоять, ошеломлённый. Неужели она знала, что он здесь? Или это было случайное движение?                     На следующий день в Хогвартсе разговоры не умолкали. Даже те, кто обычно погружался в учебники, делал вид, что они чем-то крайне заняты, одновременно бросая напряжённые взгляды по сторонам. Гермиона, привыкшая к школьным слухам, старалась относиться к ним с привычной осторожностью, но в этот раз она была уверена — у них с Гарри и Роном было больше, чем просто слухи. Гарри рассказал ей всё, что видел и слышал в заброшенном туалете накануне, и его рассказ заставил её насторожиться.       — Девушка, с которой Малфой так общается… — проговорила Гермиона, размышляя вслух, когда они втроём шли по мощёной дорожке к Хогсмиду. — Всё это объясняет её странности и то, почему она появилась здесь так неожиданно. Возможно, она шпион, подосланный Волдемортом.       — Конечно, шпион, — громко поддержал её Рон, шагая чуть позади и размахивая руками. — Никто не приходит из какой-то там японской школы просто так и не дружит с Малфоем ради удовольствия! Он и своих-то друзей только пугает!       Гарри шёл впереди, хмурясь и не разделяя оптимизма Рона.       — Да, но если мы хотим, чтобы нас хоть кто-то послушал, нам нужно больше доказательств, — уточнила Гермиона, бросая взгляд на Гарри. — Одних слов недостаточно. Дамблдор не станет действовать на основе слухов.       Гарри остановился и обернулся к ней.       — Я лично слышал их разговор, — сказал он резко, — и я уверен, что там что-то серьёзное. Она помогала ему спрятать проклятие, Гермиона. А это не шуточки.       — Мы соберём доказательства, — произнесла Гермиона, твёрдо глядя на него. — Потом решим, что делать. Без этого никто не поверит, что Малфой и эта Рей представляют опасность.       С этими словами она пошла вперёд, решительно направляясь к деревушке, и Гарри, хмуро поджав губы, двинулся следом. Вскоре, перейдя дорогу и завернув за угол, они достигли «Трёх метёл». Это было тёплое, уютное место с приветливой атмосферой, и запах горячего сливочного пива, доносившийся изнутри, вызывал неясное чувство комфорта и уюта. Гарри толкнул дверь, и они вошли в паб, наполовину заполненный школьниками и жителями Хогсмида.       Они сели за свободный стол у окна, из которого открывался вид на улицу. Гермиона сняла перчатки и уселась поудобнее, а Рон, весь день без умолку говоривший, всё ещё не мог успокоиться:       — Нам надо прямо сейчас всё рассказать мадам Розмерте, — шепнул он, наклоняясь к Гарри и Гермионе. — Может, она что-то видела. Она ведь тут каждый день работает и…       — Мы тут не для того, чтобы раздувать слухи, — строго сказала Гермиона. — Мы просто собираемся выпить сливочного пива и подумать, что делать дальше.       Гарри хмыкнул и кивнул.       — Рон, спокойно, — сказал он, — как бы странно ни выглядело то, что происходит с Малфоем и Рей, пока нам остаётся только наблюдать.       Тут к их столику подошла мадам Розмерта, улыбаясь им своей привычной тёплой улыбкой.       — Что желают молодые люди? — спросила она, доставая из кармана салфетку.       — Три сливочных пива, пожалуйста, — попросил Гарри, кивая в сторону Рона, который тут же разулыбался.       — Конечно, — ответила мадам Розмерта. — Сегодня прохладно, так что согревайтесь.       Вскоре она вернулась с кружками, дымящимися ароматным сливочным пивом. Поставив напитки на стол, она снова улыбнулась им и скрылась за стойкой, оставляя их одних.       Гарри взял кружку и сделал большой глоток, глядя на своих друзей с серьёзным выражением лица.       — Что бы это ни было, — начал он тихо, — мы должны быть готовы.              — Готовы к чему? — раздался мягкий голос, и Гарри, подняв голову, увидел перед собой Луну Лавгуд с её привычным мечтательным выражением лица. Рядом с ней стояла Рей, держа в руках внушительную стопку учебников. Луна с лёгкостью опустилась на свободное место рядом с Гарри, а Рон тут же придвинулся ближе к окну, почти прижавшись к холодному стеклу, бросая настороженные взгляды на Рей. Гарри сдержанно сдвинулся, освобождая место для Рей, которая аккуратно поставила учебники на стол и села напротив Гермионы.       — Доброго времени суток, — коротко произнесла она, кивнув каждому по очереди. Её взгляд на мгновение задержался на Гермионе, а затем скользнул к кружкам с сливочным пивом, стоящим перед трио. Гермиона, несмотря на воспитанность, едва скрывала настороженность, глядя на Рей с подозрением. Рон же бросил быстрый взгляд на Гарри и Гермиону, его руки под столом слегка дрожали.       — О чём беседуете? — спросила Луна, широко раскрыв глаза, полные живого интереса.       Трое друзей обменялись быстрыми взглядами, явно не зная, как ответить. В конце концов, Гермиона взяла инициативу.       — Мы просто обсуждали… учёбу, — сказала она, откинув волосы назад, стараясь казаться непринуждённой.       — Правда? — Луна улыбнулась, глядя на каждого из них с нескрываемым любопытством. — Как интересно! Учёба — это ведь не просто знания. Это словно открытие новых миров.       — Да, можно и так сказать, — неуверенно согласился Гарри, бросая осторожный взгляд на Рей, которая, казалось, вовсе не обратила внимания на его слова и углубилась в одну из своих тетрадок, изучая что-то с особым вниманием.       — Мне нравится ваша школа, — неожиданно произнесла Рей, не поднимая головы от записей. — Привыкнуть было нелегко, но я… начинаю понимать её ритм.       — Это хорошо, — медленно ответила Гермиона, не отводя взгляда от Рей, — но ведь не так просто приспособиться, не зная многого о школе.       — Конечно, непросто, — заметила Луна, как всегда спокойно.       Гермиона заметила, как Рей, слушая разговор, открыла один из учебников и достала потрёпанную тетрадку по травологии с чёткой надписью «Винсент Крэбб» на обложке. Юная волшебница мгновенно поняла, кому принадлежала эта тетрадь, и её взгляд замер на Рей, которая, не обращая внимания на окружающих, методично заполняла страницы, посматривая в учебник.       — Что ты делаешь? — спросила Гермиона, голос её был сдержанным, но в глазах читалась явная обеспокоенность.       Рей подняла глаза от тетради и встретила взгляд Гермионы, в её лице скользнуло лёгкое удивление.       — Помогаю с домашними заданиями… не бесплатно, конечно, — ответила она спокойно, снова переведя взгляд на страницы и продолжая выписывать аккуратные строчки в тетрадке Крэбба.       — Но это ведь неправильно! — возразила Гермиона, её голос прозвучал чуть громче, чем она ожидала. Рон и Гарри тут же подняли головы, уловив в её тоне что-то необычное.       Рей замерла, оторвавшись от записи, и с искренним непониманием посмотрела на Гермиону.       — Неправильно?! — повторила она, слегка нахмурившись, её изумление было заметно в каждом слове. — Мистер Малфой сказал, что это часть традиции… что новые ученики помогают старым с их заданиями. Он объяснил, что это… способ завоевать доверие и лучше понять их методы.       Вокруг повисла напряжённая тишина. Рон и Гарри переглянулись, не веря своим ушам, а Луна взирала на Рей с выражением искреннего интереса, словно ей было любопытно, как такому могли вообще научить.       Гермиона покачала головой, в её глазах блеснуло негодование.       — Они тебя обманули, — произнесла она, стараясь удержаться от резких слов. — Это… — она на мгновение запнулась, — это обычная уловка Малфоя и его дружков. У нас в школе нет такой традиции. Это просто их способ избежать работы.       Рей смотрела на неё с неподдельным удивлением, будто слова Гермионы прозвучали как откровение.       — Обманули? — переспросила она, её глаза стали чуть темнее, как если бы она переваривала услышанное. Взгляд задержался на тетради в руках.       — Да, обманули, — подтвердил Рон, едва сдерживая смешок. — Малфой и традиции? Они как пудинг и ревень! Просто смешно.       — Они просто не хотели делать задания, — добавил Гарри, кивая. — Это ведь их обычная манера.       Рей немного подумала, потом вернула тетрадку Крэбба в стопку с другими и посмотрела на Гермиону.       — Странный способ экономить время, — заметила она, голос был тихим и безразличным, как если бы её это открытие вовсе не касалось. — Я приму это к сведению.       Луна, склонив голову набок, тихо произнесла:       — Я думаю, что вы могли бы просто попросить помощи у профессоров. Традиции ведь иногда бывают обманчивы.       Гермиона кивнула, но её взгляд оставался прикованным к Рей, пока та убирала тетрадку обратно в сумку.       В тот самый момент, когда разговор начал стихать, дверь в помещение открылась и на пороге появился Крэбб. Его маленькие, почти звериные глазки быстро заметили Рей среди посетителей. В одной руке он сжимал небольшой мешок, другой придерживал ремешок сумки, будто пытался удержать в ней ускользающее терпение. Увидев Рей, он направился к ней, совершенно не обращая внимания на остальных.       — Эй, новенькая, — пробурчал он, приблизившись и протягивая мешочек, из которого высыпалось несколько странных блестящих крупинок. — Вот тебе за помощь. От Драко, как договаривались.       Гермиона недоверчиво прищурилась, наблюдая за Рей, которая спокойно приняла мешочек, чуть приоткрыла его и глубоко вдохнула. Вокруг них тут же распространился странный аромат, напоминающий смесь карри и каких-то горьковатых трав.       — Спасибо, — отозвалась она, закрывая мешок       Крэбб прищурился, косясь на свою тетрадку, торчащую из стопки книг.       — А что с моим заданием? — спросил он, едва заметно поджав губы.       Рей, опустив взгляд, спокойно закрыла мешочек и посмотрела на Крэбба с едва заметной тенью разочарования.       — Вы мне солгали, — коротко отрезала она, её голос был холодным.       Крэбб нахмурился, его лицо покраснело от негодования, а взгляд метнулся к Гермионе, которая, сидя рядом, явно была готова вмешаться.       — В каком смысле? — возмутился он, его голос звучал с нотками раздражения и грубости.       — В плане так называемой «традиции», — с невозмутимой строгостью пояснила Гермиона.       Глаза Крэбба сузились, и он с презрением посмотрел на неё.       — Тебя никто не спрашивал, паршивая грязнокровка.       Мгновенно, как только эти слова слетели с его губ, Рей поднялась из-за стола, встала между ним и Гермионой, её взгляд холодно блеснул. Она протянула руку и слегка коснулась плеча Крэбба. В тот же миг он замер, его тело словно окаменело, и глаза стали неподвижными. Казалось, он хотел отступить, но какая-то невидимая сила держала его на месте.       Наклонившись к нему, Рей прошептала почти нежным голосом, но её слова прозвучали с пугающей угрозой, которую Луна и Гермиона отчётливо услышали:       — Так с ней не разговаривай… А не то сожру.       На лице Крэбба отразилось что-то между страхом и ужасом, он замер, не в силах отвести взгляд от её глаз. На миг Гермионе показалось, что зубы Рей стали чуть длиннее и слегка кривыми, но приглядевшись, она снова увидела перед собой обычное лицо.       Отстранившись от него, Рей сделала лёгкий кивок, словно возвращая Крэбба в его же тело. Тот, шатаясь, потянулся за своими вещами, дрожащими руками схватил их, затем попятился, стараясь ни на кого больше не смотреть. Он осторожно отступил к двери, прижимая учебники к груди, словно щит.       Когда Крэбб окончательно скрылся за дверью, Рей повернулась к Гермионе, и её лицо впервые выглядело так, словно что-то её тревожило.       — Простите… — произнесла она тихо, опуская глаза. — Мне нужно побыть одной.       Не дожидаясь ответа, девушка быстро направилась к выходу. Её шаги были лёгкими, но в них чувствовалась какая-то глубокая невыразимая тоска. Гермиона, обменявшись взглядами с Роном и Гарри, не раздумывая встала и пошла за ней.                     Гермиона чувствовала, как ледяной ветер Хогсмида пробирает до костей. Она крепче натянула куртку и сжала в руке палочку, готовая в любой момент произнести заклинание. На фоне серого зимнего неба фигура Рей, с её спокойной и размеренной походкой, казалась странно отчуждённой, как будто она существовала в каком-то ином, невидимом для всех мире.       — Постой! — вырвалось у Гермионы, когда расстояние между ними сократилось до нескольких шагов. Рей замедлила шаг и обернулась, её лицо сохраняло привычное спокойствие, но взгляд был чуть печальным.       — Прости, мне всё-таки не удалось стать частью этой школы, — тихо произнесла она, её голос прозвучал извиняюще, и на миг Гермиона почувствовала странную смесь жалости и тревоги.       — Однако ты здесь, — твёрдо ответила Гермиона, стараясь не выдать свои сомнения, и чуть улыбнулась. — И мне кажется, я начинаю понимать, кто ты.       Рей, очевидно, не ожидала такого ответа. Она застыла, а её глаза, которые всегда казались бесстрастными и отстранёнными, расширились от неожиданности.       — Знаешь?! — её голос стал громче, и на долю секунды на лице промелькнуло выражение, которое могло бы сойти за страх.       — Да, — Гермиона подняла подбородок, стараясь не показывать волнения. — Гарри всё рассказал. Ты — одна из его последовательниц, одна из тех, кто пришёл в школу по его приказу, не так ли?       Рей молча пожала плечами и ответила, слегка раздражённо вздохнув:       — Пожалуйста, не говори, как мистер Малфой. Я не понимаю, о чём речь. И, честно говоря, начинаю сомневаться, что когда-нибудь пойму.       С этими словами она повернулась и вновь двинулась в сторону леса. Гермиона шагнула вперёд, держась чуть позади, но на этот раз её палочка была наготове.       — Остановись, — произнесла Гермиона, чувствуя, как затаённое напряжение нарастает с каждым шагом.       Рей остановилась на краю леса и повернулась к ней, её лицо оставалось спокойным, но в глазах, казалось, проскользнула тень смущения.       — Ты хочешь поговорить со мной, — произнесла она, — но я чувствую, что в тебе больше страха, чем желания понять.       Гермиона сжала губы.       — Кто ты? — спросила она, её голос был твёрдым, но внутри неё разгоралась тревога. Впервые за весь разговор она почувствовала, что стоящая перед ней девушка — настоящая загадка, которую она не могла разгадать.       Рей молчала, будто взвешивая ответ, не зная, что сказать. Её лицо оставалось бесстрастным, но Гермиона чувствовала: за этой маской скрывается что-то настоящее, что-то, что, возможно, тревожит её больше, чем она готова признать.       — Я… — начала Рей, но тут же замолкла. Взгляд на мгновение скользнул в сторону леса, будто она искала ответы где-то там, среди деревьев и сумерек.       Гермиона сжала палочку крепче, чувствуя, как её уверенность подстёгивается подозрением, граничащим с гневом. Она не могла позволить себе колебания — эта загадочная Рей слишком долго оставалась незамеченной, и её странности больше нельзя было игнорировать.       — Я расскажу Дамблдору, что ты не та, за кого себя выдаёшь, — твёрдо заявила она, направив палочку прямо на девушку.       Рей посмотрела ей в глаза с холодным спокойствием, голос прозвучал с неожиданной мягкостью:       — Почему ты так со мной, Гермиона? Я тебе что-то сделала?       — Потому что ты — наш враг! — ответила Гермиона, стараясь не дрогнуть под пристальным взглядом. — Ты работаешь на Волдеморта.       На лице Рей отразилось неподдельное изумление. Она несколько секунд молча смотрела на волшебницу, и затем, будто бы в раздумьях, пробормотала:       — Враг? Я даже не понимаю, о чём ты говоришь. Но это имя… Я его слышала. Ты имеешь в виду человека, что убил родителей Поттера? Того, кто держит вас в страхе? — Её голос был настолько спокоен и тих, что казалось, будто каждое слово разносится вокруг них магическим эхом, задевая что-то глубоко в душе Гермионы. — Если честно, мне даже было бы интересно встретиться с ним.       Эти слова, как ледяная вода, окатили Гермиону с головы до ног. Это было сказано настолько просто и искренне, что на мгновение она замешкалась.       — Ты помогала Малфою, — наконец вымолвила девушка, преодолевая внезапный страх. — Вы оба с ним что-то задумали. Я видела, как ты передавала ему проклятое ожерелье.       — Ожерелье? — Рей казалась искренне озадаченной. — Я только помогала ему с домашним заданием. Он даже заплатил за это, — она подняла мешочек словно в подтверждение своих слов.       Однако её другая рука незаметно потянулась к палочке. Это не укрылось от взгляда Гермионы, и она выкрикнула не задумываясь:       — Экспеллиармус!       Палочка мгновенно вылетела из руки, упав в снег на несколько шагов позади. Рей отшатнулась, подняв руки в примирительном жесте.       — Я просто хотела…       — Молчать! — прервала её Гермиона, на лице которой было недоверие, замешанное с яростью. — Ты не сможешь меня обмануть, не надейся.       Рей стояла неподвижно, её глаза потемнели, и Гермиона уловила в них что-то похожее на усталость. На какой-то миг ей даже показалось, что Рей действительно выглядит одиноко, но она прогнала эти мысли, твёрдо убеждая себя, что перед ней — враг, скрывающий свои истинные намерения.              Гермиона не могла понять, что происходит. Она стояла, неотрывно глядя в тёмные, загадочные глаза Рей, и вдруг услышала едва уловимый звук флейты, будто заигравшей прямо в её голове. Тонкий, мелодичный, он пробирался сквозь все её мысли, сначала успокаивая, а затем становясь всё громче и ярче, пока звук не начал буквально рвать её сознание. Она зажмурилась, пытаясь избавиться от этого нарастающего звона, но звук становился всё более пронзительным, пока, казалось, не достиг кульминации.       В какой-то момент её ноги подкосились, и она упала на колени. Её голова кружилась, и когда она приоткрыла глаза, то обнаружила, что Рей её поддерживает. Они больше не были в Хогсмиде — вокруг простирался ледяной простор озера, окаймлённого деревьями, и зимнее солнце отражалось на его гладкой, почти зеркальной поверхности.       — Красиво, не правда ли? — проговорила Рей тихим, почти мечтательным голосом, её глаза были устремлены на дальний берег. — У меня никогда не было такого вида. Знаешь, Гермиона, начинаешь ценить красоту, только когда лишена возможности её видеть.       Гермиона ощутила странную смесь восхищения и ужаса. Она отстранилась, машинально сунув руку в карман, и обрадовалась, когда нащупала палочку. Вытащив её, она направила её на Рей.       — Остолбеней! — выкрикнула она.       Заклинание вырвалось из её палочки, пронеслось через воздух и ударило в Рей. Та слегка пошатнулась, но потом лишь недоумённо посмотрела на неё, не выказав никаких признаков замедления или обездвиженности.       — Гермиона, успокойся. Я просто хотела вывести тебя из…       — Петрификус Тоталус! — вновь выкрикнула Гермиона, пытаясь подавить растущее чувство страха.       На этот раз Рей едва заметно поморщилась, отступив на шаг, но снова пришла в себя. Её взгляд оставался спокойным, почти печальным, пока она шаг за шагом приближалась к Гермионе.       Та отшатнулась, ноги подкосились от ужаса. Она упала на снег, подняв палочку дрожащей рукой.       — Эверте Статум! — заклинание снова сорвалось с её губ и попало прямиком в грудь.       Но снова — ничего. Рей словно бы впитывала каждое заклинание, лишь едва покачнувшись на мгновение. Подойдя к Гермионе, она медленно протянула руку и мягко коснулась палочки, аккуратно опуская её вниз.       Другой рукой она сделала лёгкий жест, будто подзывая Гермиону, и та, к своему ужасу, почувствовала, как невидимая сила подхватывает её и тянет к Рей. Гермиона попыталась сопротивляться, но тело не подчинялось — она словно двигалась по воле чуждой ей силы и остановилась прямо перед Рей.       Рей отряхнула снег с её плеч и, щёлкнув пальцами, сняла то невидимое напряжение, что сковало Гермиону.       — Гермиона! — громко, но с мягкой настойчивостью воскликнула девушка, её голос звучал так, будто она искренне пыталась достучаться до Гермионы. — Успокойся и выслушай. Я не заодно с вашим Тёмным Лордом.       Гермиона тяжело дышала, её глаза оставались настороженными, но что-то в голосе Рей, в этой странной, чуть грустной нотке заставило её медленно опустить палочку, хотя рука всё ещё дрожала.       — Тогда… тогда кто же ты? — прошептала она, чувствуя, что встречается с чем-то куда более глубоким и неизвестным, чем она могла предположить.       Рей вздохнула, её глаза на мгновение померкли, словно она взвешивала все за и против, стоит ли говорить правду.       — Я… — начала она тихо, её голос был полон чего-то, что Гермиона не могла расшифровать. — Просто наблюдатель, потерянный в мире, который едва понимает.       Слова Рей, словно загадочный ритм, пульсировали у неё в голове.       — Наблюдатель? — осторожно повторила Гермиона, её голос дрогнул, хотя она старалась сохранить твёрдость.       Рей выпрямилась. Фигура выглядела странно хрупкой на фоне тёмного, покрытого инеем леса. Она огляделась вокруг, будто размышляя, как правильно объяснить происходящее.       — Это ведь ты меня сюда вытащила, — сказала она, её голос стал чуть мягче. — Я давно наблюдала за тобой, Гермиона Джин Грейнджер.       Рей чуть облизнула губы, её глаза светились тем непостижимым спокойствием, которое одновременно притягивало и пугало. Гермиона почувствовала, как в груди сжался комок страха. Рей опустилась на стул, который неожиданно сложился из снега. Он выглядел холодным, ледяным, но его изящество было почти магическим.       Улыбка Рей была искренней, почти детской, как у человека, который впервые познал радость.       — Я? — еле слышно спросила Гермиона, её голос был слабым.       — Зеркало, — ответила Рей. Её глаза стали чуть ярче, как если бы она вновь проживала воспоминание. — Еиналеж…       Гермиона вздрогнула, когда в её голове внезапно всплыли образы библиотеки, то зеркало, которое она накрыла поспешно, едва завершив свои эксперименты. Она пыталась прогнать эти мысли, но они возвращались с новой силой.       — Именно ты, — продолжила Рей, её голос звучал нежно, почти восхищённо. — Я помню, как ты проводила свои эксперименты. Это было…       — Глупо, — прошептала Гермиона, отворачиваясь, но Рей перехватила её мысль, словно читая её.       — Восхитительно, — поправила она. — Ты открыла нечто удивительное. Знаешь, я была заточена в своём мире, долгое время лишь смотрела сквозь стекло. Но ты… ты нашла именно то зеркало, которое связано с моим миром.       Гермиона медленно кивнула, едва переваривая услышанное.       — С твоим? — осторожно переспросила она, стараясь удержать в голове хоть какой-то порядок мыслей.       Рей вздохнула, её плечи чуть поникли, но её голос остался таким же ясным:       — С моим миром, — она слегка пожала плечами, будто бы это было очевидно. — Я плохо понимаю ваш мир. Всё это кажется мне игрой… Но я в ней только выброшенная игрушка. Ты дала мне шанс. Шанс почувствовать, что такое жизнь.       Она вскинула руки, потянувшись так непринуждённо, как будто это была самая обычная беседа за чашкой чая.       — Пожалуйста, Гермиона, — сказала она, её голос дрогнул, в нём послышалась искренность, которую невозможно было подделать. — Не лишай меня этого.       Гермиона смотрела на неё с растерянностью, её мысли метались, сердце гулко билось в груди. Она не знала, что сказать. Этот разговор оказался куда сложнее, чем она могла ожидать.       — Значит… — медленно начала она, — ты не с Волдемортом?       Рей чуть улыбнулась, и её взгляд стал мягче.       — Нет. Я даже не знаю, кто он такой. Но я знаю, что он приносит боль и разрушение. Если бы я могла, я бы защитила вас от него… Но я сама едва понимаю, как всё здесь устроено.       Гермиона замолчала, на мгновение опустив глаза.       — Если ты не с ним, — она подняла взгляд на Рей, её голос звучал теперь твёрже, — значит, его слуги уже здесь, внутри стен Хогвартса. Значит, мы все в опасности.       — С чего ты взяла, что его слуги здесь? — спокойно спросила Рей, её голос был приятно мелодичным, но в нём звучала неподдельная заинтересованность. — Я не чувствую присутствия тёмных эмоций, кроме как от некоторых слизеринцев. И то не от всех. Мне кажется, сам факультет заслужил свою репутацию из-за пары неприятных личностей.       Рей встала, и снежный стул под ней мгновенно рассыпался, оставив лишь лёгкую льдистую пыль. Гермиона, отступив на шаг, указала на висевшую в небе чёрную метку.       — Это его знак, — твёрдо заявила она, заметив, как голос дрогнул от растущего напряжения. — Волдеморт всегда оставляет его после своих нападений.       Рей взглянула на небо, её глаза слегка сузились, будто она пыталась разглядеть что-то незначительное.       — А-а-а, это я знаю, — сказала она, задумчиво кивнув. — Мне стало интересно, как он её создал. Я прочитала о ней в «Ежедневном пророке» и решила попробовать сама. Потом встретила Драко… и, кажется, совсем забыла убрать её.       Она рассмеялась, её смех был лёгким, как звон стеклянных колокольчиков, с какой-то обезоруживающей наивностью. Она вытянула руку вперёд, сжала её в кулак, и метка в небе начала распадаться. Чёрные линии постепенно исчезали, оставляя после себя лишь чистое зимнее небо.       — Забыла убрать, — спокойно добавила она, опуская руку, будто только что стёрла мел с доски. Затем она протянула руку Гермионе, её взгляд стал чуть более серьёзным. — У меня нет имени, я выбрала наугад. Так что будем знакомы, меня зовут Рей, и я хочу стать твоей подругой.       Гермиона помедлила. Всё говорило о том, что перед ней стоит не человек, но нечто, пытающееся понять человеческие эмоции и взаимодействия. Это объясняло все странности японской ученицы, кажущееся непонимание даже простых вещей. Взгляд Гермионы задержался на протянутой руке. Лёгкое сомнение скользнуло в её мыслях, но в конечном итоге она приняла холодную ладонь Рей.       — Гермиона… — произнесла она, её голос был осторожным, но всё же тёплым. — Давай.       Рей крепко сжала её руку и улыбнулась, её лицо вдруг стало чуть более оживлённым.       — Насчёт друзей, — добавила она как бы между делом, — не волнуйся. Я слегка изменила их память.       Гермиона замерла, её пальцы невольно напряглись в рукопожатии.       — Что? — резко спросила она, вытаращив глаза. — Ты изменила их память? Почему?       — Они задавали слишком много вопросов. Я не хотела их пугать. Просто немного скорректировала, чтобы никто не вспоминал странности.       — Но ты колдуешь без палочки… — прошептала Гермиона, отступив на шаг, её мысли путались. — Невербальные заклинания — это уже сложно, но как ты вообще это делаешь?       — Я не знаю, как пользоваться вашей магией, — ответила она. — Ваш мир… Он другой. Я просто использую то, что меня окружает. Магия здесь… Она везде. Я лишь позволяю ей проявиться.       Гермиона смотрела на неё, в её голове крутились тысячи вопросов, но один момент ясно вырисовывался на фоне всех остальных: Рей была чуждой, но не казалась враждебной. Существо, выброшенное в чужой мир, лишь пыталось найти своё место.       — Рей… — начала Гермиона, её голос был чуть мягче. — Ты не понимаешь, насколько это может быть опасно. Если ты не с Волдемортом, то… то его люди могут быть уже здесь. Если они узнают о тебе…       Рей чуть улыбнулась, её лицо оставалось невозмутимым.       — Тогда будем надеяться, что ты мне поможешь, Гермиона. — Её слова прозвучали просто, но в них было нечто большее, чем обычная просьба.