Часть 6. Осенний бал

Сегодня был особенный день — день осеннего бала, к которому все в Хогвартсе готовились с нетерпением. Весь замок был пропитан атмосферой ожидания, и разговоры в коридорах не стихали: кто с кем пойдет, какой наряд выбрать, а главное — что все от этого ожидают. Зал был украшен яркими осенними листьями, а за окнами темнела ночная, слегка туманная, осень. — Я думаю, это мой шанс, — сказала Пэнси, стоя перед зеркалом в спальне, и поправляя локон, так будто сама пыталась убедить себя. Её глаза блестели от волнения, а в голосе слышалась нотка решимости, скрытой под наружной уверенной маской. — А подробнее? — спросила Эстель, застегивая платье. — Она надеется, что Малфой её сегодня поцелует, — весело сказала Астория, сидя на кровати и наблюдая за подругами. Её глаза искрились озорством, но она вряд ли представляла, что для Пэнси этот момент станет чем-то большим, чем просто танцем. — Интересно, при каких обстоятельствах, — хмыкнула Блэк, обувая туфли. Она не могла скрыть своей улыбки, хотя и говорила это с легким сарказмом. В её словах было нечто большее, чем просто забавное замечание, и в её взгляде на подругу читалась лёгкая ревность. — Когда будет медленный танец, — сказала Пэнси, её лицо озарила улыбка, полная надежды и мечтаний. Она повернулась в сторону окна, будто представляя себе этот момент, когда она окажется в объятиях Драко, а музыка плавно унесет их в танце. — Ну, мы будем держать кулачки, — сказала Астория, поднимаясь с кровати. Она подошла к Пэнси и поддержала её, слегка прикоснувшись к её плечу. Эстель кивнула, а её глаза были полны понимания и поддержки. — Ладно, пора идти, — сказала Блэк, и с легким движением расправила платье, глядя на подруг. Её голос был решительным, и она была готова идти, несмотря на всё волнение, которое, возможно, скрывала внутри. Троица вышла из женской спальни, пройдя через длинные коридоры, которые казались ещё более темными в этот вечер, их шаги эхом разносились в тишине замка. Вся атмосфера была пронизана ожиданием, и каждый угол, каждый камень казались частью волшебной предыстории этого дня. Когда они вошли в гостиную, Драко, Тео и Блейз сидели за столом, увлеченно играв в волшебные карты. Но, заметив их, Блейз сразу встретился взглядом с Асторией, его лицо озарила лёгкая улыбка. — Ну наконец-то, — сказал Забини, его взгляд был полон веселья и доброжелательности, а в голосе чувствовалась тёплая лёгкость. — Прости, я ждала остальных, — ответила Гринграсс, подходя к своему спутнику на этот вечер. Она чувствовала, как её сердце бьётся быстрее, хотя снаружи оставалась спокойной и уверенной. Драко, оторвавшись от игры, поднял взгляд и посмотрел на Эстель, которая стояла у зеркала и поправляла свои волосы. Она была словно поглощена своим отражением, не замечая, как её образы становятся частью магии этого вечера. Эстель была в коротком платье песочного цвета, которое идеально подчёркивало её стройные ноги и изящную талию. Платье на бретельках распахивалось внизу, образуя нежные рюши, и, казалось, ловило каждый луч света, отражая их. Пэнси заметила этот взгляд и её лицо мгновенно потемнело. В её глазах промелькнуло недовольство, которое она старалась скрыть. «Почему он смотрит на неё, а не на меня?» — подумала она, чувствуя, как ревность зреет в её груди. — Прекрасно выглядишь, Блэк, — сказал Тео, прерывая молчание, его голос был искренним. — Там Поттер под дверьми уже заждался. Эстель слабо улыбнулась и кивнула, продолжая ощущать взгляд Драко на себе, будто его глаза следили за каждым её движением. Выйдя из гостиной, Эстель сразу же заметила Гарри Поттера, стоящего возле стены. Он был в простом черном костюме, который, казалось, был чуть слишком строгим для такого случая, но в нем Гарри выглядел необычно… зрелым, что ли. Его лицо слегка покраснело, когда он заметил, как она направляется к нему. В этом моменте было что-то неловкое, но в то же время немного забавное — как если бы их встреча была частью чего-то большего, но все вокруг неосознанно пытались скрыть это. — Извини, что задержалась, — сказала Эстель, улыбаясь, но в её голосе звучала лёгкая озабоченность, будто она не совсем была уверена, как начать разговор. Она почувствовала, как её шаги немного замедляются в ожидании его реакции, но также ощущала странное тепло от того, что её взгляд встретился с его. Гарри поднял взгляд, и его лицо на мгновение застыло, как если бы он потерял нить разговора. Он открыл рот, но вдруг осекся, как будто все слова вылетели из головы, и вместо того чтобы сказать что-то убедительное, он только растерянно уставился на неё. — Язык проглотил, что ли? — усмехнулась Блэк, наблюдая за его реакцией с лёгким вызовом в голосе. Её взгляд был язвительным, но в то же время ей было забавно смотреть на то, как Гарри краснеет, его лицо становилось всё ярче, и он явно пытался вернуть себе контроль над ситуацией. — Нет… нет, ты выглядишь чудесно, — произнес Гарри с нервной улыбкой, и его голос прозвучал слегка запоздало, но искренне. Он, наконец, сделал шаг вперед и подставил локоть, словно пытаясь восстановить баланс в этом неловком моменте. Эстель хмыкнула, но на её губах всё равно появилась лёгкая улыбка. В её сердце на мгновение проскользнуло тепло, и она, немного смеясь про себя, взяла его за локоть. Легкость их шага немного притупила её внутреннее напряжение. Они медленно направились в большой зал, где уже звучала музыка. Зал был красиво украшен, огоньки мерцали в огромных свечах, и воздух был наполнен запахом свежих цветов, создавая атмосферу волшебства и элегантности. Вокруг было много людей, все веселились, но Эстель ощущала, как её сердце начинает биться быстрее. Возможно, это было связано с тем, что она всё больше ощущала, как их с Гарри шаги становятся всё более скоординированными, как если бы они были частью этого большого события.

***

— Мы как-то отдалились друг от друга, — сказал Гарри, когда они подошли к столику с напитками. Его голос звучал немного задумчиво, и в его глазах скользнула тень грусти. Он немного наклонился, будто пытаясь осознать, как долго они не разговаривали по-настоящему, как в их жизни появились расстояния, которых раньше не было. Эстель, чувствуя его взгляд, поняла, что он на самом деле сожалеет о том, как всё изменилось. Она подняла стакан с лимонадом, холодное стекло приятно скользнуло по её руке, и она сделала небольшой глоток, чтобы скрыть лёгкую неловкость. — Мы же на разных факультетах, так всегда, — ответила она, пытаясь вернуть разговор на более нейтральную почву. Но внутри неё, даже если она не показывала этого, тоже было что-то неуловимо ускользающее. Вспоминания о детстве, когда они не разлучались и всегда были рядом, были до сих пор яркими, но теперь казались далекими и тусклыми, как забытая картина. Гарри, как-то грустно хмыкнув, опустил взгляд на пол, явно погружаясь в воспоминания. Эстель не могла не заметить, как его глаза немного тускнеют, как будто он снова переживал те моменты, когда они вместе с друзьями целыми днями бродили по Хогвартсу, обсуждая всё на свете, не зная никаких преград между собой. И в этот момент, когда молчание могло затянуться ещё сильнее, подошел Тео. Его присутствие было неожиданным, но в какой-то степени даже спасительным. — Поттер, я могу украсть твою спутницу? — спросил Нотт, подходя к паре с лёгкой усмешкой на лице. Гарри, не поднимая глаз, просто кивнул, его губы чуть приподнялись в знак согласия, но не было и следа прежней радости. Видимо, ему нужно было немного времени, чтобы уйти в свою привычную роль, оставив Эстель на время для кого-то другого. — Я не долго, и там, кажется, Джинни смотрит на тебя, — шепнула Эстель, её голос был мягким, но с ноткой иронии. Она не могла не заметить, как взгляд Поттера моментально переместился в сторону Джинни Уизли, которая стояла у стены, обхватив руками бокал. Поттер повернул голову и направился к девушке, не сказав больше ни слова. Эстель почувствовала лёгкое облегчение, но в то же время в груди сжалось что-то неопределённое — возможно, жалость. Тео ловко взял её за руку, и, несмотря на всю сложность ситуации, она почувствовала, как его прикосновение передает уверенность, словно эта рука могла защитить её от всего мира, если бы нужно было. — Как проходит твой вечер, дорогая? — спросил Тео, его голос звучал с оттенком насмешки, но в то же время его глаза светились знакомым весельем, которое всегда сопровождало его присутствие. Он слегка наклонил голову, наблюдая за её реакцией. Эстель улыбнулась в ответ, её глаза светились лёгким огнём, который разгорался в ответ на его вопрос. — Вполне хорошо, — ответила она, её губы искривились в улыбке, которая была полна лёгкости. Но под этой лёгкостью было нечто большее — желание доказать себе, что она способна получать удовольствие от вечера, несмотря на всё, что происходило вокруг. Тео, не теряя времени, повёл её в центр танцпола. В этот момент музыка плавно сменялась, и зал наполнился знакомыми аккордами медленной песни Stand by Me. Она была знакома Эстель, как что-то неотъемлемое от её жизни, и в этот момент она чувствовала, как её грудь наполняется каким-то тихим волнением. Эти мелодии всегда успокаивали, но в то же время, казалось, заставляли сердце биться быстрее. Тео положил руки ей на талию, и его прикосновение было тёплым и уверенным. Он слегка притянул её к себе, и она почувствовала, как их тела сливаются в едином ритме танца. Эстель не пыталась отстраняться, не пыталась скрыть свои чувства — сейчас она просто наслаждалась моментом. — А как там Джинни? — спросила она, немного забавляясь, аккуратно кладя руки ему на шею. Это было неожиданно, но она не могла не спросить. Может, это было её способом вернуться в мир привычных шуток, возвращение к лёгкости, которая была так близка с Тео. — Её братья вскипели от злости, — победно сказал Тео с легким блеском в глазах, как будто он только что выиграл какую-то незначительную битву, но был горд этим, как будто это приносило ему большое удовольствие. Эстель не могла не рассмеяться. Злость Уизли была чем-то, что она всегда воспринимала как забавное. Каждый раз, когда Джордж или Рон начинали выражать свою недовольство, это всегда приводило к множеству смешных ситуаций. Но в этот момент, под его взглядом и в их тесном танце, ей было немного сложно вернуться к этому лёгкому, беспечному состоянию. Всё внутри неё было так близко к серьёзности, но, возможно, Тео и эта музыка помогали отвлечься от всего. Танец плавно продолжался, и хотя музыка была медленной и неспешной, Эстель почувствовала, как с каждым шагом её напряжение постепенно тает, унося все сомнения и беспокойства. Тео был рядом, уверенно ведя её, и в этом было что-то успокаивающее. Его уверенность, его тепло — всё это давало ей чувство защищенности, пусть и временной. — Ты всегда знаешь, как заставить меня улыбнуться, — сказала она, тихо смеясь, когда его губы слегка приподнялись в ответ на её слова. Тео бросил быстрый взгляд на её лицо, оценивая её реакцию, и его улыбка стала немного шире. — Я такой что могу заставить тебя улыбаться даже тогда, когда ты этого не хочешь, — с поддевкой сказал он, плавно подталкивая её в ритм музыки. Он был остроумным и неунывающим, и это всегда было его отличительной чертой. Эстель почувствовала, как его слова резонируют с её настроением. Возможно, в этот момент ей нужно было просто избавиться от лишнего напряжения, и Тео был именно тем человеком, с которым это удавалось. Он был идеальным спутником для таких вечеров — всегда лёгким, но в то же время достаточно внимательным, чтобы дать понять, что он тут ради неё. — А ты уверен, что ты не затмишь все вокруг своим присутствием? — пошутила она, делая шаг в его сторону, так что их лица почти соприкоснулись. Он рассмеялся, и его смех был искренним, свободным от всего лишнего. Тео был одним из тех людей, с которыми нельзя было не расслабиться. В его компании было легче просто быть собой. — Ты знаешь, я всегда рад быть в центре внимания, — сказал он, не скрывая своей забавной самоуверенности. Его глаза сверкали, и в этот момент, кажется, весь мир вокруг них исчез, оставив только её и его. В это время Эстель заметила, как пара танцующих рядом с ними поворачивает голову, и она невольно уловила взгляд Драко Малфоя. Он стоял чуть в стороне, общаясь с Блейзом, но, несмотря на это, его взгляд задержался на ней. Сердце Эстель на мгновение замерло, и всё внутри словно замерло. Это было странное ощущение — она всё время пыталась игнорировать его присутствие, но он был как тень, которая всегда была рядом, даже если она не замечала этого. Тео, видимо, заметил её моментальную заминку, потому что его руки на её талии чуть сжались, как бы возвращая её к реальности. — Ты снова о нём думаешь, не так ли? — спросил он с лёгким поддёвом, но в голосе чувствовалась та же забота, что и раньше. Эстель немного смутилась, но, стараясь скрыть это, кивнула и сделала шаг назад, пытаясь разорвать цепь мыслей, которые связали её с Малфоем. — Не о нём, — сказала она, — просто немного уставшая. Тео не ответил сразу. Он просто молча смотрел на неё, как будто решая, стоит ли продолжать разговор. Потом его взгляд смягчился, и он вновь привлек её к себе, словно пытаясь напомнить, что этот момент — здесь и сейчас — был важнее всего. Пока они танцевали, Эстель заметила, как музыка и смех заполняют зал. Повсюду мелькали лица, парни и девушки танцевали, разговаривали, создавая атмосферу праздника. Зал был наполнен ярким светом, а все проблемы и тревоги казались далекими и незначительными. Внезапно Тео чуть наклонился к ней, и его голос стал более серьёзным, но с лёгким подтекстом. — Ты знаешь, что я могу проводить с тобой весь вечер, не обращая внимания на всё вокруг, не так ли? — его слова были как-то обнажённо искренними, будто он готов был дать ей понять, что её чувства, её мысли для него важнее всего. Эстель улыбнулась, её взгляд смягчился. Несмотря на её внутреннюю борьбу, несмотря на чувства к другим людям, она чувствовала, как эта близость и поддержка со стороны Тео важны. Ведь в этот момент она могла быть собой, не скрываясь от мира. — Ты можешь проводить с кем угодно этот вечер, Тео. Я не возражаю, — пошутила она, но в её голосе звучала признательность, которая не нуждалась в словах. Он улыбнулся в ответ, и его взгляд стал более глубоким, но в нем не было ни тени обиды, только лёгкая симпатия и понимание. Песни плавно сменялись, и вечер продолжался. Все вокруг было важно, но в этот момент только танец и его присутствие имели значение. После танца Эстель, ощутив лёгкую усталость, решила отойти от бесконечной вереницы людей на танцполе и найти своих подруг. Тонкая нить музыки всё ещё доносилась до неё издалека, но теперь она хотела лишь немного уединиться, где можно было бы перевести дыхание. Проходя мимо стола с напитками, её взгляд случайно зацепил знакомый силуэт — Пэнси и Астория сидели за столом в углу зала, их фигуры выглядели как-то неподвижно в этом моросящем празднике. Гринграсс скучающе попивала коктейль из трубочки, её взгляд был отстранённым и задумчивым. А Пэнси, подперев голову рукой, устало смотрела в одну точку, где переплетались огоньки гирлянд и тени. Что-то в этом взгляде заставляло Эстель почувствовать, что они не просто сидят, а растворяются в своих мыслях, что-то переживая. Эстель с легкой усмешкой подошла к ним, намереваясь вернуть подруг к жизни, что бы они ни думали. — У вас здесь похороны, что ли? — спросила она, стараясь скрыть свою улыбку, подходя всё ближе. Было что-то забавное в их настроении, которое, по её мнению, явно не соответствовало атмосфере бала. Пэнси подняла взгляд, её глаза были полны какого-то недовольства, даже горечи, и, сделав долгий вздох, она ответила с усталостью в голосе: — Похороны моей личной жизни, — сказал она, немного криво усмехнувшись. Она вздохнула ещё раз, и этот вздох был такой глубокий, что Эстель почувствовала, как тяжело подруге. Астория, не отрываясь от своей трубочки, заметила её обеспокоенный взгляд и добавила, чтобы усилить драматизм ситуации: — Малфой не пригласил её на медленный танец, — сказала она с лёгким сарказмом, крутя трубочку в стакане. Астория, казалось, сама находила в этой ситуации некоторую комичность, даже если подруга переживала. Эстель слегка приподняла брови, удивляясь. Это была такая обычная ситуация для Хогвартса — все эти танцы и попытки найти свою пару. Но, видя, как сильно Пэнси переживает, она почувствовала жалость. — Может, он стесняется? — предположила Эстель, садясь на стул, стоящий рядом с подругами, и улыбаясь. Она пыталась дать ситуации лёгкий поворот, но понимала, что не всё так просто. Пэнси, однако, не согласилась с этим мнением. Она прищурила глаза, взглянув на подругу с лёгким недовольством: — Не смеши меня, — сказала она, и в её голосе не было ни капли иронии, только серьезная решимость. «Стесняться?» Она, казалось, была на грани отчаивания, и слова Эстель явно её не утешали. Эстель подумала пару секунд, потом решительно сказала: — На твоем месте я бы пошла и пригласила его сама, — её голос был твёрдым, как всегда, когда она была уверена в чём-то. Она скрестила руки на груди, словно намереваясь обозначить свою точку зрения как окончательную. Это был тот момент, когда Эстель понимала, что только решительные действия могут привести к результату, а не ожидания. Астория, отпив глоток своего коктейля, подняла взгляд на Пэнси, и, подмигнув, произнесла: — Думаете, стоит? — спросила она, казалось, поддавшись совету Эстель. В её глазах был след от любопытства, а в голосе — что-то, что предвещало либо лёгкую насмешку, либо искреннее заинтересованное любопытство. Эстель посмотрела на неё с улыбкой. — Да, — сказала она, не сомневаясь, и взгляд её был полон уверенности. В этот момент Пэнси, немного раздумывая, медленно подняла взгляд, как будто она не решалась признать, что Эстель и Астория могут быть правы. Это было новое испытание для неё — сделать шаг вперёд, взять контроль в свои руки. Но в этот вечер она знала, что упускать шанс не стоит. Может быть, именно сегодня, на этом балу, она сможет изменить что-то в отношениях с Малфоем. Пэнси некоторое время молчала, её взгляд был устремлён в одну точку, но в его глубине уже скользила мысль, что она не может просто сидеть и ждать. В её глазах мелькнула решимость. Эстель заметила это и улыбнулась, слегка откидывая волосы с плеч. — Ну, вот и правильно, — добавила она с лёгким подтекстом в голосе. — Если ты хочешь, чтобы что-то произошло, нужно действовать. Малфой, как и все, не ожидает, что кто-то сделает первый шаг. Он всегда сидит на своем троне, наблюдая. Так что настало время для тебя стать той, кто возьмёт инициативу в свои руки. Пэнси немного зажмурилась, как если бы её кто-то пытался вытолкнуть из привычной зоны комфорта, но вскоре она кивнула. Хотя в её душе всё ещё бушевали сомнения, она начала понимать: может быть, это именно тот момент, когда нужно отпустить всё старое и рискнуть. — Ладно, — проговорила она, слабо улыбаясь, — но если я сделаю это, ты мне потом не скажешь, что я не пыталась, и что не у меня дело. Эстель усмехнулась, глядя на подругу. Её уверенность в том, что Пэнси справится, была непоколебима. — Ты справишься, не сомневайся. И ты заслуживаешь этого танца, — добавила она, словно убеждая не только подругу, но и саму себя. Астория, которая наблюдала за этим разговором, тоже не осталась в стороне. Она тихо выдохнула, как если бы с неё сняли какой-то тяжёлый груз. — Ну, раз всё решено, — произнесла она с лёгкой иронией, — Пэнси, не забудь потом рассказать, как всё прошло. Пэнси в ответ едва заметно усмехнулась, и, встала, поправляя платье. — Будет сделано, — сказала она с вызовом, будто бросая себе вызов. В её голосе сквозила неуверенность, но и решимость. Она снова посмотрела на Эстель и Асторию. — Смотрю, вы меня настроили. Эстель наблюдала, как подруга собирается с духом. С одной стороны, Пэнси была такой уверенной и дерзкой, но в этот момент что-то в её манере было более уязвимым, чем обычно. Она была готова сразиться с собственными страхами. — Так и должно быть, — ответила Эстель. — Иди, Пэнси. Не теряй время. Пока все еще тут. Пэнси повернулась и пошла в сторону танцпола. В её уверенных, но немного замедленных шагах ощущалась вся её решимость. Даже если она и нервничала, она уже приняла решение. Эстель с Асторией наблюдали за её удаляющейся фигурой. — Будь умницей, Пэнси, — произнесла Астория, наклоняя голову, как бы оценивая ход событий. Эстель кивнула в ответ, понимая, что её подруга наконец-то сделала первый шаг в правильном направлении. Она всегда знала, что Пэнси способна на многое, просто порой ей не хватало смелости. — Она справится, — сказала Эстель. В её голосе звучала уверенность, несмотря на всю неопределённость, которая всё ещё царила в воздухе.