Одна самолюбивая барышня

Разговоров не было, по очевидной причине. «Моя» группа кидала взгляды, наполненные и страхом, и осуждением одновременно. Было принято решение поесть. Дабы не возиться с тарами, наш второй приём пищи за сегодня состоял только из миндальной воды. После ещё нескольких десятков минут отдыха, надо было выдвигаться дальше. Тишина продолжала стоять, её лишь изредка нарушали вздохи, выражающие различные эмоции, а также шум наших шагов. Так продолжалось до момента, пока мы не наткнулись на странную комнату. Она выглядела под стиль бассейна, стены были всё такими же плиточными, с некоторыми вкраплениями в виде материала, очень похожего на тот, из чего состоят здешние трамплины. Такая же была и дверь – она не покрывала весь вход, оставляя возможность туда заглянуть, но из-за расстояния, это не представлялось возможным. Её необходимо было проверить, но тяжелое и периодическое людское дыхание женского пола, а также звуки похожие на скобления, заставили нас остановиться. Очень вероятно, что если всё в пределах нормы, то человек, находящийся там, при смерти. Но это может быть ловушкой . — Там, похоже, кто-то есть. — Сузуне встала рядом. — Должны ли мы проверить? Я пересказал её свой вывод. Лицо девушки стало скверным. — Ловушка, говоришь… думаешь, есть существа, похожие на людей или же которые специально имитируют звуки? — Вполне вероятно. — Вопреки здравому смыслу, Харука, наблюдавшая за диалогом, просто взяла и бегом направилась ко входу. Я собрался её остановить, но она сделала это сама за три-четыре метра, где, похоже ей было видно, и развернулась к нам: — Там какая-то девушка! Скорее! Ей очень плохо! Внутри действительно оказалась беловолосая девушка, что лежала на полу и скоблила ногтями, стерев те почти в кровь. Она держалась за грудь, и пыталась отдышаться, под глазами были слёзы, а во взгляде читалась ярость, презрение и желание жить. — Это… это вроде Сакаянаги Арису и класса А. — Сузуне её узнала и тут же присела рядом, это же сделала и Харука. — Как тебе помочь? — Черноволосая не знала куда деть руки. — Н-н-ни… к-как… я… у-у-ум… р-ру… — Внезапно, её взгляд зацепился за меня. — Ш-ше… дев-вр… — Она меня знает? Удивительно и опасно. Только вот откуда?*

(* Я знаю, что их встреча произошла ещё во время первого спортивного фестиваля, если судить по ранобэ. Следую здесь изменению в аниме, где они познакомились только в конце второго сезона и уже после фестиваля.) 

— Киётака, вы знакомы? — Сузуне не могла этого не заметить. — Нет. Характерные признаки говорят об инфаркте, а при нём высока вероятность помутнения сознания. Возможно, она во мне увидела какого-то знакомого или же близкого человека. Такое часто случается. — Ложь была необходима: конечно, инфаркт очень опасен, но лишь болью за грудиной и сильными последствиями, а также смертью при неоказании необходимой помощи. Помутнение сознания же возникает при инсульте, но нужно было как-то оправдать её обращение ко мне и это – простое обеспечение «алиби». Даже если кто-то поймёт, что я соврал – то могу сказать, что просто ошибся, а о возможном моём «знакомстве» с очень высокой вероятностью забудут. Вот только судя по выражениям группы, никто, кроме Ичики, этого не заметил, что только облегчает задачу. Ну и дьяволица вряд ли меня выдаст, разумеется. — Ты… случайно не знаешь, как провести первую помощь? — Это бесполезно. Мы обречём её только на ещё большие муки – даже если удастся сохранить ей жизнь, она не сможет ни ходить, не адекватно есть, ни даже жить. Однако, у нас есть текучая жизнь. — Передаю Сузуне флакончик. Она судорожно кивает, и слегка трясущимися руками, сцеживает небольшую капельку в рот Сакаянаги. Нужно было сказать об нашем универсальном лекарстве, ибо, похоже у них из головы оно вылетело. А неупоминание о нём грозит очевидными последствиями. Да и сама девушка не может быть из белой комнаты. Там не нужны инвалиды, и вероятно, она либо одна из спонсоров, либо когда-то посещала её. Учитывая её фамилию, и знакомством директора с моим отцом, второе очень вероятно. На её инвалидность же указывала лежащая рядом трость, явно использующаяся для передвижения. Не знаю, правда, какой тип тут точно, но, если подумать над её состоянием – один из врождённых пороков сердца. Через мгновение, девушка вдыхает полной грудью, в последний раз нас осматривает, но уже каким-то мутным взглядом, и вырубается. Её пальчики тоже стали нормальными, и лишь свежая кровь под ними напоминала о их прошлом состоянии. — Что с ней? — На меня бросают взгляд. Присаживаюсь рядом, проверяя пульс и дыхание. — С ней всё нормально. Она просто вырубилась, и, грубо говоря, Сакаянаги находится во сне. Похоже, её организм не был готов к такому быстром исцелению, оттого и случилась перегрузка. Думаю, девушка очнётся через час-другой. — Неужели одна капля текучей жизни смогла справиться с таким недугом? Нужно будет уточнить этот момент досконально. Мне интересно. — Тогда нам стоит сделать перерыв. — Сузуне кивнула сама себе. — Сидеть в закрытой комнате опасно, давайте вытащим её наружу. — Черноволосая посмотрела на меня с просьбой. Пожав плечами, я поднял её, ощущая её лёгкость и некоторую податливость ляшек, а затем переместил ко входу. Комната, кстати, была пуста. Мы решили остановиться тут «на ночь» и поспать. Парни пошли раскладывать палатку, Сузуне установила мангал и занялась разделкой курицы, я к ней присоединился, продолжая обучаться готовке. Харука присела рядом с Сакаянаги, наблюдая с некоторым волнением, а Айри и Ичика ничего не делали. Причём, если первая просто не знала куда себя деть, то вторая поглядывала то в мою сторону, то на беловолосую девушку. Ну, думаю, она уже обо всём догадалась, хотя и возможно немного не в той стези, ибо конкретной информации у неё нет. К счастью, маленький бес понимал, что такие игры в переглядки могут выдать нас обоих, поэтому прекратил это делать до того, как черноволосая случайно бросила на неё взгляд. Время пролетело довольно быстро, и в течении сорока минут, мы стали назначать дежурных. И тут была проблема: — Я не хочу, чтобы дежурили вы оба! — Харука скривилась лицом, слегка импульсивно махнув рукой. — Вы на голову больные! Кто знает, что вы решите сделать с нами! Поэтому теперь, в дежурство вступают только наша группа, — ей коллективно кивнули, — или по одному человеку из вашей и нашей. — Окидывает взглядом меня, Сузуне и Ичику. Её слова не имели абсолютно никакого смысла. Если представить, что мы решимся на что-то, то даже при условии незнания моей силы, одного дьяволёнка за глаза хватит. Её способности-то она должна осознавать, косвенно уж точно. В любом случае, черноволосая просто кивнула. Она прекрасно понимала, что ничего толкового противостоянием не добьёшься, поэтому и не стала перечить. В связи с этим, меня утянули как раз в недавнюю комнату (лагерь был расположен чуть поодаль, и слышно нас не будет). Всё потому, что во взгляде девушки читался вопрос, который она не задавала, потихоньку собираясь с мыслями. Он был очевиден. Поэтому я слегка поторопил её: — Сузуне, спрашивай. Я же вижу, как ты смотришь. — Я… Хорошо. Как… ты себя чувствуешь? Ну… насчёт той девушки. Нет, ты не подумай: я не считаю тебя монстром или кем-то ещё подобным. Вопрос задают как раз потому, что ты упомянул во время нашего… эм, особенного разговора, насчёт своих эмоций. — Я не испытываю жалости к ней. Она самостоятельно решила за нами побежать, подвергая всех опасности. Выбирая между тобой, остальными и этой девушкой, всё было очевидно. Если ты говоришь о том, сожалею ли я о своём поступке, то… нет. Всё по той же причине. — Да и для меня это обыденность. Насилие, смерти, убийства. Всего этого за глаза хватало в белой комнате. Сузуне, меня обняла, и ответила: — Поняла. Не думаю, что всё так просто, но полагаю, это частично связано как-то с твоим прошлым. Не буду туда лезть, пока самостоятельно мне не расскажешь. Если что, я всегда тебя выслушаю. Я на твоей стороне. — Последние слова эхом пронеслись в моей голове. — И… спасибо. Я бы… пока не смогла этого сделать, и подвергла бы риску всю группу. — Ты не осуждаешь? — Это… убийство было лишь мерой самозащиты. Если я когда-нибудь увижу, что ты сделаешь что-то подобное ради удовольствия, то разумеется, сразу же уйду как можно дальше. Амасава-сан правильно сказала, что слова «поступай с людьми с теми, как они поступают с тобой» здесь возведены в некий постулат. Да и… я сама уже кучу всего наделала… мне тяжело это осознавать… — Она слегка сжала мою футболку. — Как же противно понимать, что если бы этого всего я не сделала, то рисковала бы самостоятельно умереть. Я осуждаю и тебя, и себя. Но больше меня всего заслуживает осуждение тот, кто это всё придумал и заставил людей страдать и играть в эти чёртовы несмешные игры. Кто бы он, она или… оно не было, это существо ужасно. Методично поглаживая девушку по голове, мы простояли так около десяти минут. После чего, поговорили насчёт дежурства. Первым заступлю я, за мной Ичика. По моему настоянию – дьяволице бы тоже «поработать», а то слегка нечестно выходит. Сузуне я рекомендовал отдохнуть. Эмоциональная перегрузка давит физически – к этому ещё добавить наше долгое похождение и получите очень сонную девушку, которая перед уходом в палатку, подарила мне поцелуй. Со стороны «второй группы» выступал Акито. Видимо, как крайний. Он не особенно меня боялся, но некоторый страх всё равно присутствовал и скрыть его не получалось. Похоже, его сильно задевает вся ситуация. Человеческие отношения весьма специфичны. И если о тебе узнают то, что ты не рассказывал своим «друзьям», да и ещё и это «то» ужасно с моральной стороны, которая определяется сугубо ситуацией, тогда в лице всех, кто входит в понятие «друзья» ты становишься извергом и монстром, даже пострашнее тех, кто бродит в закулисье. И очень немногие готовы посмотреть с другой стороны на всё происходящее. Человечество слишком лицемерно. Но, такова природа нашего вида. Да и не мне говорить о лицемерии. Сидели мы молча, вплоть до момента пробуждения Сакаянаги. Девушка оглядывала свои руки, озадаченно прислушиваясь к ощущениям. — Я… я… я не чувствую тяжести в груди. — Она поспешила подняться. — И-и ходить легко… Что вы со мной сделали? Т-такое вообще возможно? — Шок на её лице не передать словами. — Эта была капля «текучей жизни». Этот напиток способен вылечить любой недуг. До этого момента я скептично к этому относился, но раз уж твой врождённый порок сердца больше не беспокоит, то эта жидкость и правда оправдывает своё описание. — Я смогу нормально жить… дожить до старости… без проблем… — У неё пошли слёзы. — Спасибо… спасибо… — Девушка закрыла лицо ладонями. — Большое вам спасибо… Затем, она заплакала, но без истерик и чего-то подобного. Тихо, я бы сказал, умиротворённо, осознавая, что несправедливость в её рождении была исправлена в один момент. Правда, непонятно пока насколько, но сам факт. По прошествию некоторого времени, около пары минут, не более, Сакаянаги протерла глаза, встала и стала осторожно ступать к нам. Каждый шаг отражался на её лице каким-то ликованием, а как дошла до стола и остановилась, так и вовсе – слегка приуныла. Выдохнув, она посмотрела на нас двоих, остановив взгляд на мне, слегка улыбнувшись. — Фу-фу-фу, здравствуйте. Прошу прощение, за то, что вам довелось увидеть меня в таком состоянии. Меня зовут Сакаянаги Арису. Я благодарю вас за своё спасение. — Она глубоко поклонилась. — Так поступил бы каждый на нашем месте. — Девушка ухмыльнулась, ответив: — Отнюдь не каждый. Не стоит преуменьшать вашу доброту. — Как скажешь. — Развожу руками. — Я Аянокоджи Киётака, напротив сидит Мияке Акито. Насколько мне известно, ты ведь тоже из Кодо Икусей? — Верно. Из класса А. А вы ведь из Д, верно? Или я ошиблась? Честно говоря, знаю я лишь Хорикиту-сан, поэтому и предположила. — Да, всё верно. — Слегка киваю и предлагаю присесть. — Расскажешь, как сюда попала? — В её глазах мелькнула небольшая злоба, которую девушка быстро скрыла. — Конечно. Так как стояла зима, после небольшой прогулки, я и моя… бывшая подруга решили зайти в кофе. Заказав свои напитки, мы сели за стол – как вдруг я заметила, что почти все окружающие звуки пропали. За окном стало ничего не видно, будто статичная белая картинка. Людей и так было не очень много, но теперь они вообще исчезли. Поговорив на эту тему с Масуми-сан, мне сначала не поверили, но спустя пару минут пришло осознание. — У неё в этот момент заурчал живот. — Ой, как нехорошо. — Она… немного покраснела, сохраняя тем не менее свою слегка самодовольную ухмылку. — Держи. — Передаю бутылку миндальной воды. — Нет ничего такого в естественных процессах. — И правда. Благодарю, Аянокоджи-кун. — Слегка отпив, она продолжила: — Пришло осознание того, что мы переместились… в другой мир? Параллельный? — Девушка кинула вопросительный взгляд, в поисках информации. — Первый вариант более вероятен, но и второй исключать не стоит. Об этом нет сведений и единственное, что нам известно – это место называется закулисьем. — Понятно… — Она закрыла род рукой, недолго раздумывая. Затем продолжила: — В общем, попали мы в закулисье. Так как я… была, да… была больна до недавнего момента, это вызвало очевидный диссонанс в мыслях моей… уже бывшей подруги. Она, конечно же, решила меня бросить, ибо я была простой обузой, но мне удалось кое-как её убедить в своей… полезности. Никогда её не прощу, и сучка точно за это поплатиться. — Сакаянаги слегка злорадно… эм, зафуфуфукала? В общем, засмеялась своим специфичным смехом. Выглядело это на удивление странно и слегка мило. — Наше путешествие началось с бесконечных коридоров торгового центра, который с каждым поворотом становился всё мрачнее и мрачнее. Хорошо хоть миндальная вода часто попадалась. В какой-то момент, думаю, через дней десять монотонной ходьбы, за нами погнались какие-то тени, а я не то что бегать, ходить даже быстро не могла. Масуми не смогла бросить меня на смерть – потащила на себе. Пробежали мы приличное количество времени, пока в один момент не начали падать. Вернее сказать, это был вид падения. На самом же деле, эта иллюзия восприятия – на деле же, нас просто переместило в какую-то пещеру. Её стены были очень яркие и светящиеся. Она была абсолютно бездушна, или, возможно, мы просто не наткнулись на людей. Там было очень много горной руды, а также драгоценных камней. Причём, уже обработанные куски и топазов, и алмазов, рубинов. Там почти все разновидности. Очень красивое место. Единственное, что слегка меня напряло – тамошняя вода. Она была странной, даже если учесть отражение, иной раз можно заметить её неестественный свет. Трогать мы её не решились. Хм… это источник материала. Отлично. Если получиться найти туда вход, то множество проблем по построению базы решаться сами собой. — Там мы довольно долго бродили. Чуть больше месяца, правда, замерить точно не представлялось возможным. Благо ресурсы можно было найти в… эм… небольших местах отдыха. Словно, их кто-то там намерено построил – но следов человека не было. Даже инструменты, что нам находись, были не использованы. Это словно само говорило о том, что нужно было там делать. В общем, в процессе нашего походы мы вышли в тупик. И всё бы ничего – просто развернуться и пойти другим путём, однако, нас заперли стеной. То есть, она буквально из воздуха появилась. И единственный вариант был окунуться в воду, там был туннель. Течение нас понесло и буквально «выплюнуло» в аквапарк. Снова долгие похождения, а затем вот эта локация, только более светлая. Ну и наконец, с пару дней спустя, уже в тёмную попали. — Как же получилось, что тебе было настолько плохо? Просто так обострились симптомы? Или, может быть, не принятие необходимого курса лекарственной терапии сказалось? — Ни то, ни другое… Это случилось буквально с день назад, я думаю. Мы наткнулись на существо… думаю, его можно сравнить с деревом из плоти, ветками которого выступали человеческие руки. — Акито на это моменте побледнел. Что не осталось незамеченным Сакаянаги: — Вы тоже его встречали? — Да. Вернее сказать, какая-то девушка захотела скинуть «свой хвост» на нас. — И ты её убил. — Беловолосая даже не удивилась, лишь бросила прищуренный взгляд в мою сторону. — Беспощадно. У меня до сих пор в голове стоит её крик. — Фу-фу-фу… — Прищур сменился на задумчивость. — Хм… а девушка случайно была не в нашей школьной форме и с фиолетовыми волосами? — Да. Ещё они были длинной чуть ниже таза. — Сакаянаги слегка кровожадно улыбнулась, Акито мгновенно на это отреагировал: — Неужели это была твоя подруга?! — Очень похоже, что так. Это отлично! Поделом ей. — Глаза парня теперь показывали неподдельный шок. — Похоже, получилось так, что как только она меня сильно ударила, а затем бросила умирать, наткнулась на вас. — Расскажи подробнее. — Я слегка склонил голову. — Этот монстр погнался за нами. В этот раз Масуми решила меня оставить ему на съедение, потому что он не отставал. Я зацепилась за неё, но получила сильный удар в грудь, упав с небольшой высоты, так как наше местоположение было на нескольких платформах, слегка идущих туда-сюда снизу вверх. — Она слегка вздрогнула, видимо освежая неприятный момент в памяти. — Эта тварь рассчитывала, что существо спуститься за мной, однако оно не стало этого делать – думаю потому, что банально бы могло упасть, а затем не смогло бы подняться. Слишком у этого монстра проблемное тело, и ему нужны лестницы, не больше размера его ног. Метра высоты хватило, дабы оценить «пропасть» между нами, как непроходимую. Но даже так… мне было очень больно, кажется, я потеряла сознание на короткий момент. Встать не могла, пришлось ползти. Такой нагрузки мой организм не мог выдержать, и моё сердце решило окончательно меня добить. Я кое-как добралась до той комнаты, и больше у меня сил не было. Вот и все, вкратце. — Она упёрла пальчик в щёку, наблюдая за нами двоими, в основном за мной. Лицо Акито до сих пор отражало потрясение. Он не может осознать новую информацию. Нет, разумеется, оправдать убийство не может ничего, да и я прекрасно осознаю, что это отнюдь не хорошее действие, и осуждение всей «моей» группы оправдано, однако факт рассказанный Сакаянаги слегка «прощает» меня. К тому же, парень вновь, вместо порицания моих действий, встречает даже не нейтральное отношение, а наоборот, положительное. Акито имеет самое не идеалистичное мышление, что делает его более адекватным и восприимчивым к сильным изменениям. Иначе говоря – он способен адаптироваться, пускай и в скорости даже до Кей не дотянет. — Ну, сидеть и беседовать просто так довольно уныло. — Сакаянаги слегка откинулась на стуле. — У вас нет каких-нибудь игр? — Только карты. — О! Предлагаю слегка разогнать скуку. И я бы с удовольствием послушала уже ваши истории. — Девушка вновь самодовольно ухмыльнулась. — Сакаянаги-сан как ты… можешь просто так смириться с тем, что сделал Киё… кхм… Аянокоджи-кун!? — Мияке-кун, а у нас есть смысл на этом зацикливаться? У меня есть хорошая фраза под это: лучше быть живым, но виновным, чем быть мёртвым, но с чистой совестью. Кто знает, что там находится – в загробной жизни имею ввиду. И я, к примеру, не особенно хочу узнавать, лучше уж поживу малость. К тому же, Аянокоджи-кун поступил так не просто потому, что хотел кого-то убить, в этом я точно уверена. — Но он же… он же даже ничего на своём лице не отражает! — Сакаянаги окинула меня взглядом, как-то печально улыбнувшись. — Мм... Вы дружите? — Дружили. — Акито ответил с холодом в голосе. — Хорошо-хорошо, дружили. Неужели, ты за это время не заметил, что он в принципе не особенно эмоционален? А если он страдает больше вас, но при этом не показывает этого? М? Ну, у меня нет особенного права рассуждать о ваших отношениях, но я, будучи знакомой с ним около десяти минут, уже это поняла. Фу-фу-фу, плохие из вас друзья, получается. — Да… что ты вообще знаешь о нас… — Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы раскрыть столь очевидные факты. Думаю, во время какой-то передышки, после этого случая, на тебя словесно «напали», да, Аянокоджи-кун? — Киваю. Она довольно проницательна. — Ну вот тебе и ответ, Мияке-кун. Вместо должной поддержки – он получил негатив. Повисло молчание. Акито слегка стиснул зубы, встал и ушёл подальше, к другой стороне палатки, предварительно что-то неразборчиво высказав. Убедившись, что он далеко, Сакаянаги повернулась ко мне, а в её глазах блеснуло странное желание – так люди обычно смотрят на то, что очень долго хотели заполучить, или как-либо провзаимодействовать. — Никогда не думала, что я окажусь настолько удачлива, чтобы встретить тебя вновь. Я планировала нашу встречу зимой, но произошло вот эта неожиданность. — И откуда же ты обо мне узнала? — Прошло восемь лет и около трёхсот дней с нашей последней встречи... жаль точно сказать не могу, ибо у меня не было возможности засечь это. Тогда я была маленькой девочкой, что смотрела через стекло на паренька с потухшими глазами, что уничтожал гроссмейстеров в шахматах. — И что же ты хочешь сделать, после нашей встречи? — Я вновь слегка склонил голову. — Аянокоджи-кун, заставляешь девушку говорить такие вещи… — Она томно протянула каждое слово. Но вопреки тону, её слова имени другой контекст: — На самом деле, хочу бросить тебе вызов. Доказать, что истинные или природные гении, всегда и везде будут превосходить таких как ты, искусственных. Для этого я многое изучила. И когда я увидела твоё имя в списке класса Д, я стала ожидать момента нашей встречи. Думала, что школа послужит хорошим полигоном для нашего столкновения. Но… этого не случилось. — Ты разочарована? — Когда только попала в закулисье – определённо, даже находилась в лёгкой прострации, понимая, что не только не исполнила свою мечту, но и почти со стопроцентной вероятностью умру здесь. Но наша встреча изменила всё. К тому же, теперь я могу ещё и адекватно ходить. До сих пор в шоке от этого, если честно. И мне жаль, что я чуть тебя не выдала. По крайней мере, в мои планы это не входило. — Не стоит говорить так. Мы оба прекрасно понимаем, почему это произошло. И так… ты хочешь простого соревнования? В чём же? — Знаешь, я очень полюбила шахматы. Сыграем? — Я не против. Какую сторону предпочитаешь? — Мне всегда нравилось начинать играть за чёрных. — Хорошо. Я начну, тогда. Пешка d4… Игра быстро набрала обороты. Вообще, играть, представляя доску и фигуры в голове в разы сложнее. И девушка очень хорошо справлялась с этим, а скорость и правильность постановки фигур, ставило её в один ряд с довольно серьёзными гроссмейстерами, с которыми я когда-то играл в белой комнате, что только добавляло запал игры. Попутно я рассказывал уже о своём путешествии. Уж очень сильно Сакаянаги хотелось послушать о нём. Сама же девушка, помимо слушания моего рассказа и раздумыванием над партией, проверяла свои ноги. Прыгала, бегала, слегка разминалась. Её лицо в эти моменты отражало неподдельное счастье, за которым было приятно наблюдать. — Эх, могу только посочувствовать Хориките-сан. Пережить попытку изнасилования – это ужасно, боюсь представить насколько. Слон b7 — К счастью, мне повезло проснуться в этот момент. Пешка a5. — Повезло? Просто повезло? Ты... заставляешь меня усомниться твоих способностях. Но лезть не буду. Как скажешь. — Девушка развела руками. Как я говорил, она очень проницательна. — С радостью скушаю твою пешку. Игра продолжалась, как и мой рассказ. В общем и целом, я и поведал ей всех ключевых деталях, пропуская некоторые моменты. Но Сакаянаги быстро сращивает факты, поэтому после рассказа, задала мне вопрос: — Вы с Хорикитой-сан встречаетесь? Слон f7. — Да. Недавно начали. Конь h6 — Сакаянаги прикусила губу от напряжения в нашей партии. — Фу-фу-фу, я поздравляю тебя. Пешка h6. — Тебя это чем-то заинтересовало? Ферзь h6. — Не уверена. На самом деле, думаю, мне просто радостно от осознания факта того, что после всего пережитого, ты встретил человека, которого смог полюбить. Ферзь c7. — Девушка посмотрела на меня со странной теплотой во взгляде. — Почему? Это простое сострадание? Ферзь h7. — Ещё один шах. — Это можно так назвать. Думаю, мне стоит объясниться – ты прожил под тотальным контролем большую часть своей жизни. Никогда не видел и не пробовал множества вещей, и полагаю, даже… не чувствовал ничего со стороны своих родителей. Я считаю, что ты заслуживаешь лучшего. Намного лучшего. И если Хорикита-сан в твоих глазах кажется избранным человеком, которое это «лучшее» тебе может дать, то я, можно сказать, болею за вас. И желаю вам долгих и крепких отношений. Король f8. Меня это слегка удивило. Насколько интересны мысли человека, никак не относящемуся к белой комнате напрямую, но знающему часть подноготной, мне ещё предстоит узнать. Ставлю слона на g6 и Сакаянаги слегка вздыхает. Исход партии был понятен ещё несколько ходов назад. Но она слегка упрямилась.**

(**Все ходы партии взяты с сайта партий гроссмейстеров. https://lichess.org/study/S4JmN0pA/TDzw1F0v) 

— Эх, это моя потеря. — Самодовольная ухмылка не пропала, а лишь расширилась. — Ты ещё лучше, чем я предполагала. Не оставил мне ни шанса! Как можно так обращаться с девушкой?! — Мне кажется, поддавайся я тебе, и ты бы на меня сильно обиделась. — Кивает. — И то правда. — Она в очередной раз прыгнула, всё также ликуя от возможности адекватно двигаться. — Но я всё же слегка разочарована… однако это не означает, что я перестану пытаться. Что скажешь о каждодневных партиях в шахматы? Когда-нибудь, у меня получиться. — Теперь на её лице, помимо возбуждения, ещё и предвкушение читалось. — Никаких проблем не вижу. — Развожу руками. — Планируешь путешествовать с нами? — Разумеется, и очень надеюсь, что вы меня примете. — Она с прямым намёком взглянула на Акито, который всё ещё о чём-то усиленно думал. — Не думаю, что какие-то проблемы на этой почве возникнут. Следом разговор зашёл о том, что мы планируем делать, вернее, я, почти в частном порядке. Ничего такого в рассказе о планировки базы я не видел. — Хм... то есть, проблема всего одна – поиск нужного места, верно? — Киваю. — Понятненько… А эти БИГ? Не думаешь, что они имею гораздо большее влияние? — Очень вероятно. Но вряд ли они обратят внимание на какую-то случайную новообразованную группу. Как минимум тот факт, что те мужчины не были как-либо обезврежены, говорит сам за себя. Скорее всего, БИГ соблюдает нейтралитет со всеми, кто их не трогает. — Считаешь, что они всё же не могут быть управленческим органом власти здесь? — Это вполне возможно. Но при условии отсутствия большего количества информации, остаётся только предполагать. — И то правда… — Девушка наконец присела, перестав «мучить» своё тело, ножки в частности. Дабы избежать каких-либо проблем, надо бы рассказать ей об Ичике. И хотя это было бы самым оптимальным вариантом, делать это я пока не стану – не хочу пренебрегать возможным мнением на этот счёт у самого дьяволёнка. Ей решать, рассказать об этом или нет. При этом, это действительно влияет на многое: сама Сакаянаги вряд ли догадается, что девушка с белой комнаты, поэтому и развитие отношений может быть различно. Хотя не думаю, что маленький бес станет делать из этого тайну. Последующие два часа были проведены за обычными разговорами и несколькими партиями в шахматы. Что не говори, но эта девушка очень интересная персона. Многогранна, слегка самолюбива, умна, строга и немного игрива. За всё время диалога она из-за всех сил пыталась узнать что-нибудь обо мне. Какой-то факт, или часть моих тренировок. Полагаю, Сакаянаги пытается выяснить какую-либо слабость, или же ей действительно интересно то, как я когда-то жил (не зря же у неё была искренняя радость, как только девушка услышала о Сузуне). Время покажет…