Пожиная плоды...

Доверие — это как тонкая нить, связывающая души людей.

Иван Тургенев. 

После ухода Сузуне, Арису тяжело выдохнула. Её взгляд зацепился за Ичику. Девушка явно хотела спросить с неё об таком исходе, ибо точно очевиден факт того, что, не скажи дьяволица о всей ситуации черноволосой, всё закончилось по-другому, с куда большим шансом того, что все трое совершенно точно неравнодушных мне дам, остались бы рядом. Я же прекрасно понимал её. Более того, из-за уже упомянутой жадности, вина в таком исходе, в частности над действиями Ичики, лежит на мне. Каждое моё слово было учтено ею, и фактически, она ничего не нарушила, с её стороны это даже выглядит весьма логично. Можно винить в этом разницу взглядов, но нет. Её мысли о том, что сильные люди достойны иметь множество любящих девушек, разумеется при ряде условий, хотя и не привычны для Сузуне, но проблема не в этом. Упомянутый вопрос доверия. Это значит гораздо больше почти всех вещей для любого индивида. Под хороший пример подходит Кей – она не выдавала тогда меня Рьюену, ибо просто верила.  Когда доверие рушат, разрушается и абсолютно вся проекция того, кто, собственно, его и нарушил. Сузуне понимала, хотя и не полностью, что моя личность слишком тёмная, жестокая, чересчур рациональная и не знающая жалости. С этим она была готова, хотя и с очевидным скрипом, смириться: у неё должны были быть подозрения ещё до закулисья, относительно моего слабого знания некоторых вещей и принципов социума. Винить меня дальше, в свете нашего разговора после, ей стало просто незачем. Тем более, девушка прекрасно видела, что я стремлюсь к другому. Как минимум мною озвученный факт запрета на манипуляции в наших отношениях её не удивил. И вот, сейчас, буквально единственный лучик её надежды, в каком-то плане даже её кумир скорее всего, берёт и предаёт её. Это очень тонкий и точный, а также болезненный удар по её общему восприятию вещей. К тому же, она очень серьёзно разочаровалась. Поставь практически любого человека на её место, отреагирует он также – может хуже, правильнее даже сказать, с очень высоким шансом хуже. Всё же, Сузуне действительно заимела за прошедшее время высокую выдержку.  Поэтому, винить Ичику незачем. К тому же, не озвучь всей ситуации она, мне пришлось бы врать ради выставления события в более хорошем свете (или же озвучивать её как есть, и это привело бы к тому же), что автоматически делало меня предателем своего же данного слова. Иначе говоря, замкнутый круг, в который я сам же себя и загнал, и который можно было легко избежать, если бы я продолжил играть с чувствами Сузуне уже после нашего сближения. Сейчас, видя конец такой ситуации и следуя логике, я должен сказать, что нужно было следовать последнему предложению. Продолжить использовать ту, что мне не безразлична. Однако, вопреки всякой логики, мне не хочется думать о таком. Кажется, я обнаружил ещё один сдвиг в своём мышлении. Но расплата за это слишком велика – возможная смерть Сузуне. Но сейчас уже поздно об этом думать.  Заметив на себе наши два взгляда, Ичика неуютно поёжилась, ведь подозревала их причину. Даже глаза опустила.  ​  — Мне… мне стоило просто подождать, да?.. Но как только мы с Сузуне обнаружили твою записку, а после она озвучила слова «надеюсь у них всё хорошо», меня как водой холодной облили… Сейчас я поняла, что это называется ревностью… я понимала, что вы вполне можете сблизиться, хотя ты и говорил о возможности такого только с разрешения Сузуне… Но меня будто поедало изнутри, и я захотела действовать, дабы просто утешить себя этим. Сделать вид, что я буду первее. — Я заметил несколько капель упавших слёз, а затем она всхлипнула, продолжая гораздо более слабым голосом: — Сейчас я поняла, что была неправа… Мне нужно было подождать. Нужно было просто перетерпеть это. Но почему-то… может быть то место с белыми стенами на меня так повлияло…  — Она руками обхватила голову, сдавив пальчиками лоб. —  Не важно… причина не важна… я… я просто решила показать свой характер и пойти вопреки всякой логики. Сейчас… сидя на диване и осознавая всю эту… странную боль, мне хочется… кричать… Но… я также понимаю, что оправдания мне нет… мой эгоизм всё испортил… — Я подошёл ближе, и заключил её в объятия. С секунду она не понимала происходящего, а затем упёрлась мне в грудь и едва слышно заплакала, полностью поддаваясь охватывающей её грусти.  ​ Ичика не могла знать всей картины, поэтому и винила себя. Этот тяжёлый груз просто задавил её недавно начавшийся развиваться характер. Он просто ещё не окреп, да и не смог бы за такой короткий промежуток... Белая комната… она преподнесла столько вещей нам обоим. Физические данные, интеллект, знания… но отняла гораздо больше.  Сейчас важно просто дать ей всю возможную поддержку. Потерю ещё одной девушки я просто… не хочу допускать. Не потому, что это точный просчёт. Нет. Это что-то другое, неуловимое и никак не действующее физически. Теперь я совершенно точно знаю, что Ичика одна из тех, кто сможет вызвать мои давно забытые эмоции.  Арису тоже подошла поближе, усевшись рядом и начав гладить девушку по голове, видимо, прекрасно понимая ситуацию. Всё же, она действительно наблюдательна и проницательна.  Спустя минут пять, нам удалось её успокоить. Правда, следы озорной дьяволицы всё также отсутствовали, вместо них показывая нам слабую девушку, которая просто не знает, что ей нужно делать. Её необходимо направить, и разуверить в своей вине.  ​ — Ичика, взгляни на меня. — Я коснулся её волос, проведя по ним рукой и дойдя до щеки, которую нежно огладил. — Твоей вины здесь нет и не было. Не могло быть, если говорить точнее. Всё решалось мной, и это моя ошибка. Я поддался жадности. ​ — Но… ты ведь…  ​ — Полагаю, тебе хочется сказать о том, что я не могу ошибаться, верно? — Девушка несколько раз моргнула, а затем кивнула. Мне нельзя дать ей ещё и разочароваться во мне, иначе это сильно ударит по ней. — Вся проблема в новой отрасли. У меня нет подходящего опыта, знаний и возможности. Это тренировки, тщательного изучения. Это касается всех людей. Невозможно что-то делать идеально, если ты это не встречал никогда. Тебе тоже стоит это уяснить. Ошибаться – нормально. Не нормально эти ошибки не исправлять.  ​ — Я поняла…  — Она снова меня обняла. — Можно я так немножко посижу?  ​ — Сиди столько, сколько потребуется. Не переживай из-за этого.  ​ — Фу-фу… Всё точно нормально? — Арису посмотрела на меня с некоторым беспокойством. Похоже, ситуация с Сузуне не выходила у неё из головы.  ​ — Сейчас большее сделать нельзя. Уже озвученные факты говорят против любой попытки действовать против желания Сузуне. У нас просто нет варианта, который закончиться положительно со всех сторон. Хотя отпускать её всё же крайне не хочется.  ​ — Но ты этому противостоять не будешь… я слышала, что ты пообещал не манипулировать вашими отношениями. Это означает факт невозможности её остановить в принципе – ведь не наврав ей, не спустившись в софистику и может быть даже шантаж, остановить её будет нельзя. ​ — Всё верно, Арису. К тому же, такого рода практика для неё обернётся куда большим учением. Если она сможет выдержать такое испытание, сможет выжить здесь в одиночку, то всё будет не просто приемлемо, а очень полезно для её самосознания и общего обучения. Это можно назвать проверкой её способностей.  ​ — … — Беловолосая как-то неуютно поёжилась, затем выдохнула и взглянула мне чётко в глаза: — А если она умрёт?  ​ — По сути, у нас нет вариантов. Единственное, что мы сможем сделать, как бы это холодно не звучало – похоронить её труп. Остаётся надеяться на лучшее.  ​ — И всё же… почему её просто не остановить?..  ​ — Потому что это растопчет её как личность. — Ичика подала голос, всё ещё не желая меня отпускать, поэтому её слова звучали чуть зажёвано. — Это ударит по ней… гораздо хуже, возможно, чем по мне сейчас.  ​ — Но лучше ли это, чем потеря её жизни?  ​ — Хм-хм… — Дьяволица «оторвалась» от меня, развернулась и взглянула чётко в глаза Арису, отчего даже слегка её смутила. — Как думаешь, что лучше – простая смерть, или же постоянная жизнь… вернее, постоянное бессмысленное существование. С разбитыми глазами, без своей воли и ужасом осознания своей никчёмности. Все те, кто обучался со мной в белой комнате, не имея возможности реализовать себя, просто сдавались, и их выкидывали… Я и Ягами единственные, кто прошёл отбор… Чтобы пройти такое испытание, нужно иметь железную волю к жизни. У Сузуне теперь схожая ситуация… если ей начнут помогать, пытаться ей мешать и просто проигнорируют её решение, это разобьёт как хрустальный мячик её личность… Я по себе это знаю… Хотя у меня и получилось пройти белую комнату, моё состояние, как видишь, оставляет желать лучшего.  ​ — Поняла… Получается, чем больше мы будем пытаться, тем больше мы будем ей вредить. Фу-фу… звучит очень плохо… Мне жаль расставаться с ней. — Арису прикрыла глаза и медленно выдохнула, потихоньку успокоившись. — Но что за Ягами?.. Неужели ещё один выходец из вашего поколения?  ​ — Верно…  ​ Затем, Ичика поведала ей о том, что уже сказала до этого мне.  ​ — Ох… Это будет проблемой? — Смотрит на меня.  ​ — Зависит от множества обстоятельств. Судя из описанного Ичикой, у него есть все шансы построить тут чуть ли не свою империю. На его месте я бы и занимался этим. Возможен также тот факт, что он будет пытаться найти моих знакомых, с очевидной целью. Существует вариант того, что их будут брать в заложники в качестве простой подстраховки. Всё, опять же, зависит сугубо от его умственных способностей. И они явно выше среднего, сродни гениальным, что автоматически осложняет ситуацию чуть ли не на порядок. У него одна проблема – встреча со мной случайна. Он не может быть готов всегда, ибо фактически, есть шанс того, что попади мы на тот же уровень, где находиться сам Ягами, парень просто нас упустит из-за своего, например, цикла сна. Это компенсируется возможностью вербовки людей, но тут встаёт вопрос описания. Вряд ли у него есть моя фотография или возможность её изобразить. — Ичика мне кивает. — Под моё описание подходит много людей, и, если каждого останавливать, это будет сеять хаос, которых привлечёт БИГ. И это только один из вариантов развития событий. Иначе говоря, предсказать нашу встречу никто из нас не может, как и кондиции этой встречи. Слишком много неизвестных точек.  ​ — Фу-фу… Иной раз я поражаюсь тому, как далеко ты можешь вперёд смотреть.  ​ — Предугадать возможности несложно. Другое дело, что это лишь возможности.  ​ — Разумеется. Но… иной раз мне кажется, что ты знаешь вообще всё.  ​ — Это невозможно, или правильнее сказать, возможно при условии всемогущества и всеведения. Я ограничен, как и всякий человек. Тем более если учитывать тот факт, что каждое суждение имеет одинаковую вероятность.  ​ — Что ты имеешь ввиду?  ​ — Представь себе обычную ситуацию: двое учеников должны поступить в школу. Первый хочет поступить, второй нет и его заставляют родители. Каков шанс на поступление для каждого? И ещё одно – если ли разница между вероятностью у этих двух?  ​ — Ну… следуя логике, у первого шанс будет выше во всех направлениях, и разумеется, разница будет.  ​ — «Следуя логике» – это слишком надуманное выражение. Здесь нет ничего логичного, ибо отсутствуют опорные пункты, в правдивости которых сомневаться не приходится. На этом стоится любая дедукция и индукция.  ​ — А ведь точно…  ​ — Скорее всего, ты последовала своему желанию, или вернее сказать, своей мысли, которую приняла за правдивую. Но проблема этого не только в том, что правд существует в один период времени несколько, но и в том, что твоя правда, как и подавляющего большинства других – необъективна. Это сеет хаос. ​ — И что же ты предлагаешь?.. ​ — В данном контексте, рассмотреть статистику. Условно, процент зачисленных в определённую школу учеников равен семьдесят процентов. Вот и шанс упомянутых двоих тоже равен этому числу. Конечно, ты можешь возразить – но первый ведь хочет учиться. Ну а каков шанс продолжения этого желания на период его поступления? Или же, какова вероятность того, что этот парень является нормальным с психологической точки зрения и ему не нужно в школу для особо одарённых, допустим? У тебя просто нет возможности рассмотреть всю картину. На почве «хочет и не хочет в школу» много предположить не получиться. И даже при наличии множества фактов, судить всё равно придётся от средней статистики, пускай и ответвлением в разные стороны. И все равно, это будет весьма сомнительно. Совершенно точные результаты даёт компьютер, но он сильно ограничен, иной раз настолько, что человек будет точнее, всё зависит, опять же, от множества факторов. Единственное, что мы можем сделать, это попытаться рассмотреть большое количество вариантов – именно этим я и отличаюсь от других людей. Каждый человек этим отличается. То количество вариантов, которое ты сможешь представить, и есть твоя возможность на просчёт определённого будущего. Не больше, не меньше. Остальное всё лишь удача и обстоятельства, повлиять на которые ты просто не способен.   ​ — Фу-фу… Я и до этого понимала, что моё предугадывание не может быть дальше определённого момента… теперь стало ясно почему именно так происходит. Во истину интересные слова. Ты продолжаешь меня приятно удивлять своими мыслями. Похоже, мне нравятся умные люди. — И смотрит на чуть прищурившись. — Ичика-сан, а ты не хочешь отпустить Киётаку? Ты уже нашла в себе силы со мной спорить, поэтому и проблем быть особо много не должно.  ​ — Хе-хе… Кажется, кому-то не очень нравиться наша позиция. — Девушка специально напрыгнула на меня, зацепившись ножками почти полностью повиснув. — А как тебе такое? — Теперь взгляд Арису был готов испепелять.  ​ — Так-так, кажется, ты слишком много на себя берёшь. — Беловолосая, дополняя и так хорошую комедийность момента, начала буквально пытаться оторвать от меня Ичику, под сопротивляющиеся звуки последней.  ​ Забавно. Меня радует, что девушки не стали фокусироваться на чём-то грустном, а предпочли свести все в подобную, пускай и немного абсурдную, ситуацию.  ​ — Так девушки… — Я подал голос, от чего они моментально остановились заниматься… тем, чем занимались. — Думаю, нам всем стоит отдохнуть. Я и Арису были последние десять часов на ногах, а ты, Ичика, — откидываю её закрывающую глаза чёлку, — вымоталась морально. Пожалуй, нам всем стоит подумать в тишине. Завтра начнём занятия, а также расставим все точки над «и».  ​ — Хм-хм, кем вот надо быть, чтобы выгонять двух красивых девушек?  ​ — И не говори, Ичика-сан. Иной раз мне кажется, что его спокойствие напускное. И он только и ждёт возможности от нас избавиться, дабы выдохнуть от переизбытка возбуждения.  ​ — Как ты вообще к такому выводу пришла? — Мне правда был интересен ход подобных мыслей.  ​ — Ну… Сплетни девушек иной раз слишком откровенны. А так как я тоже девушка, мне приходилось в них участвовать.  ​ — Ооо! А мне расскажешь? — Дьяволица почти моментально с меня слезла, «вцепившись» уже в Арису.  ​ — Фу-фу, ну конечно. Идём, Ичика-сан. Оставим этого тугодума в одиночестве! — И они действительно взялись за руки и пошли к двери чуть ли не в припрыжку. ​ Интересен тот факт, что обе девушки считают меня нормальным парнем с этой точки зрения. Проблема в том, что я сам не знаю, как это – быть нормальным с этой точки зрения. Судя из сказанного, любого парня должно возбуждать присутствие красивой девушки? Или той девушки, которая ему не безразлична? Думаю, скорее второй вариант.  У Сузуне, допустим, получилось это сделать. Но там и ситуация кардинально отличалась. Кажется, мне стоит этот момент уточнить более подробно. Должен ли я каким-то образом оказывать в этом плане внимание? Может быть, как-либо дразнить их за такие комментарии?  Инстинктивное возбуждение является неотъемлемой частью жизни человека, но его можно и нужно держать под контролем. К тому же, мой контакт с Ичикой не подразумевал ничего пошлого или возбуждающего в этом контексте… Может быть, это была просто шутка?.. Но мне тяжело понять факт подобного в моменте, ибо я не понимаю смысла такой шутки. Сколько ещё неизвестных мне троп. Это интересно. Любовь – чувство, свойственное человеку, глубокая привязанность и устремлённость к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии. Это книжный вариант определения. Но такой сухой текст ничего не даёт. Каждая строка и термин требуют от меня осознания, полного осознания. И ладно бы это было делом моего незнания, но любовь, как и возбуждение, хотя и свойственны всем людям, но едва ли кто-то сможет их подлинно и правильно описать со всех точек зрения, что уж говорить про такого человека, как я. Это ещё больше усложняет всю проблему «приобретения» эмоций как таковых… Но мне нравиться это. Моё любопытство ликует и хочет познать всю суть происходящих вещей. Мне стоило поесть, принять душ и отдохнуть. Хочется, конечно, приготовить что-то самостоятельно, но у меня нет подходящего учителя или интернета. Недавний уход Сузуне снова занял часть моих мыслей, и пока я нарезал фрукты, дабы хоть как-то разнообразить рацион, я задумался о той фантомной боли в груди на почве конца ситуации.  Очень похоже, что я имею проблески чувств на этот счёт, возможно даже весьма серьёзных. Но проблема заключается в моей жестокости и социопатии, от которой я стремлюсь отстранится. Последнее, в свете всех недавних случаев, выходит весьма неплохо, и думать о благополучии близкого тебе человека несложно. Вопрос только… действительно ли я думаю, или просто следую правилам этого? Термин «забота» очень прост в освоении – обычных комплекс действий, направленный на как раз упомянутое благополучие другого человека.  Подходит ли под это определение моё обучение Сузуне? С одной стороны, тут явно на лицо факт её улучшения как личности. То есть, я следую самому определению. С другой же – первые несколько месяцев, я ею манипулировал, пускай и обучая при этом.  К тому же, не стоит забывать и факт моей жадности. Я не сдержался и решил проверить своё отношение к Арису. Конечно, я точно не прогадал, но за это решился той, кто мне интересен в такой же степени, если брать к этому мой желание пронаблюдать её прогресс. В общем счёте, всё куда сложнее, чем кажется.  Ещё один вопрос – мои отношения с Ичикой. Арису вряд ли будет препятствовать этому, она сама это упомянула. А это означает, что в их сегодняшнем разговоре с глазу на глаз, а он точно будет, вернее сказать, уже идёт сейчас, девушки решат эту проблему, дав мне полный «карт бланш» на этот счёт. И как я уже говорил до этого, когда успокаивал саму девушку – я определенно не хочу её терять. Не только потому, что уже потерял Сузуне из-за своей ошибки, но и потому, что Ичика сама по себе мне очень приятна. Значит, ответ у меня на это есть.  Закончив с кушаньем, я выдвинулся в душ. Заметил одну проблему – за прошедший день, шампуни поменялись. И теперь с эффектом возбуждения совсем другие. Видимо, это место продолжает играть даже в таких маленьких вещах. Нужно будет сообщить девушкам об этом. Но я рискую немного подпортить момент их разговора, однако не думаю, что это критично.  Душ был принял, и я осведомил их о своём открытии. Как я и предполагал, они были в одной комнате и старательно делали вид, что ничего не происходит. В любом случае, это коснётся меня только завтра. Входя обратно в комнату, я услышал скрип двери номера Акито. Парень похоже заметил наши движения, поэтому вышел осведомиться.  Мы перекинулись парой слов, он уточнил моё благосостояние и ситуацию в целом. Убедившись в том, что всё в норме, парень закрыл свою комнату на ключ. Это же сделал и я.  Выключив свет, я довольно быстро заснул. Но через несколько часов, проснулся. В мою комнату кто-то вошёл, и сейчас этот кто-то крадётся к спальне. Я занял позицию возле двери, дабы сразу же атаковать, однако… в комнату вошла чуть растрёпанная Ичика. Она чуть вскрикнула, как меня заметила.  ​ — Киётака! Напугал меня. — И скрючила небольшую рожицу.  ​ — Ладно?.. — Я не стал указывать на прямой факт её вины в этом. — Ты чего-то хотела?  ​ — Хм-хм, даже не спросишь, как я сюда попала?  ​ — Ну, это довольно очевидно. До этого момента, ты и Сузуне попали сюда путём копии моего жетона и ключа, взятых на регистратуре. Это несложно осуществить, просто надавив на того парня относительно недавней ситуацией.  ​ — Хе-хе, прямо в точку. — Она улыбнулась и чуть покружилась на месте, отчего я уловил приятные цветочные нотки от её длинных волос.  ​ — Ты не ответишь на мой вопрос?  ​ — Пф. А ты догадайся!  ​ — Могу предположить, что тебе плохо спалось ночью, и ты часто просыпалась. Думаю, тебе стало немного одиноко и слегка неуютно, отчего ты решила пойти к Арису, но та тебе не открыла, ведь спала без задних ног, а шуметь громко ты не стала. Затем, ты вспомнила о копии моего ключа, решив использовать его и пробраться тайком в мою комнату. — Судя по выражению её лица, я если не угадал полностью, то как минимум, процентов восемьдесят. — И так как ты приближалась к моей спальне, вполне очевидно, что… — Мне заткнули рот рукой. Ичика потеряла своё озорное настроение и сейчас натурально смутилась, чуть порозовев щёчками и смотря себе под ноги. Я легонько убрал её пальчики, и положил руку на голову: — Прости за это. Если тебе не спится, мы можем поиграть в карты. Или, допустим, в шахматы. Думаю, также можно провести несколько экспериментов с комнатой и её условиями. Или перекусить, в конце концов.  ​ — Спасибо… — Она застыла в нерешительности. Уперев ножку на ножку, заведя руки за спину, и немного туда-сюда полукругом двигаясь, она выглядела чрезвычайно мило, просто преступно мило, я бы сказал. Немного выдохнув, Ичика мне улыбнулась, но не привычной нахально-озорной улыбкой, а своей настоящей, ничем не скованной теперь… и в будущем, уж об этом я позабочусь. — Я… хотела бы начать с перекуса. Мне нравится, когда парни готовят~.  ​ Собственно, этим я и занялся: пока Ичика в ожидании сидела на стуле и напевала весёлую песенку себе под нос, я сделал то, что знал – омлет и… фрукты. Большего ждать не приходиться.  К счастью, ей это понравилось. Или же она сделала вид, подлинно определить не удастся, ибо девушка сохраняла своё улыбчивое лицо.  После, мы начали эксперименты с комнатой. Всё, по сути дела, сводилось к своеобразному показу мод. Каждое новое платье, костюм, футболка, вообще каждый элемент одежды удивительно шёл ей, что я озвучивал и получал её радостную реакцию. В целом, такое мне, можно сказать, было по душе. Это навевало уже знакомого спокойствия, ощущения «будничности», или проще выразиться – состояния «всё хорошо».  Разумеется, помимо подобных, хотя и приятных, но объективно не самых полезных тестов, мы коснулись и некоторых более важных аспектов. К примеру, оказалось, что тут можно загадать кусок ткани определённого размера. Что в какой-то степени логично, но пересекается странностью с рюкзаками и их составляющими: ни молнии, ни различные железные изделия (те же кольца на лямках), ни загадывались по отдельности.  Далее пошли ещё большие трудности с определением «особого перечня» комнат отеля: Ичика в какой-то момент смогла загадать себе кофту с блёстками и жемчужинами поверх. Это был такой стиль, они располагались подле шеи, дабы сделать вид ещё более красивее.  Очень вероятно, что комната может дать загадать вообще всё, что считается элементом гардероба и, так или иначе, подходит под описание «внешнего вида». И я оказался прав.  У меня получилось загадать несколько украшений, в числе которых – браслет на руку, ожерелье и небольшое колечко.  Если прямо утрировать, то кобура для оружия тоже входит в этот перечень, как и само оружие, собственно. Но вот тут вылезло ограничение. Похоже, сама комната этому препятствует, по факту перечёркивая свои же правила, отчего моя теория насчёт определённого перечня всё ещё будет актуальна.  В какой-то момент, осматривая очередной полученный из шкафа вариант кевларовой куртки (я тестировал возможность увеличения количества карманов для большего активного пространства), Ичика заснула, положив мне голову на плечо. Она смешно приоткрыла рот, и немножко сопела. Последний час девушка клевала носом, скорее всего из-за того, что вообще не спала ночь. Кажется, ей удалось наконец полностью успокоиться, или же усталость взяла своё. Аккуратно переложив эту весьма милую особу на кровать, я укрыл её одеялом и вышел.  «Утро», по факту десять часов, застало меня в большом количестве одежды. Я добился много – например, удобную выемку для возможного пистолета и более доступный карман для секретного ножа. Никто не будет спорить, что лучшее его расположение – на груди, чуть ниже шеи, в соответствии с твоей руководящей рукой. Но лучше иметь запасной, тщательно спрятанный, на непредвиденный случай.  «Обновления» коснулись ботинок – я оснастил их небольшими железными шипами для лучшего сцепления. Причём, дошло до того, что эта функция стала мне доступна по желанию, по факту, я могу «снять» часть подошвы, дабы обеспечить себе эту возможность. В остальном, это такие же берцы, просто чуть более высокие, очевидно из-за упомянутой функции. Но даже так, эта модель и так огромная, а с таким увеличением, она смотрелась не просто грозно, а очень даже устрашающе.  Очень похожие на шипы своих ботинок я установил и на перчатки. Теперь, и без того удобные тактические перчатки, имеют наконечники на каждом пальце, создавая своего рода кастет. Мой удар и без того способен убить человека и дробить кости, а с этим у меня будет шанс, пускай и теоретический, одолеть и различных существ в закулисье.  Я также решился всё же отмыть свой старый нож, предварительно надев соответствующую защитную одежду. Я прошёлся сначала водой (причём, обычной и миндальной), затем спиртом из здешней аптечки.  В процессе его заточки, в комнату постучались. Это была Арису.  ​ — Фу-фу, вот это хаос… — Она аккуратно переступала через одежду, следуя за мной к дивану. — Проводил тесты?  ​ — Да, множество. Есть кое-какие интересные наработки. Тоже самое нужно будет сделать вам с Ичикой.  ​ — Поняла… Кстати говоря, а ты не знаешь где она? — Я пересказал ей недавние события. — Вот как… Получается, в комнате… — Больше не говоря ни слова, Арису пошла в спальню, я проследовал за ней, где застал её за… весьма странным делом. Девушка тянула щёки Ичики, мешая ей спать и явно над чем-то злорадствуя, при этом почти демонически фуфуфукая. Самое абсурдное в этой ситуации то, что сама дьяволица… не спала. Она почти моментально проснулась, как к ней подошли, сказывается обучение белой комнаты.  ​ При этом, девушка совершенно точно специально терпела. Как только Арису остановилась, выдохнула и повернулась ко мне, попутно приговаривая: «её и танком не разбудишь», Ичика поднялась у неё за спиной и поднесла пальчик к губам, призывая меня не шуметь. Через секунду, когда беловолосая окончательно расслабилась, та её напугала, да так сильно, что пострадавшая аж подпрыгнула на месте.  ​ — Хе-хе-хе-хе! Лоли-семпай слишком беспечная.  ​ — Ичи.. — Арису судорожно выдохнула. — Ичика! Чёрт возьми! У меня душа в пятки ушла! И я просила меня так не называть!  ​ — Оооо! Как негодует. А как меня за щёки цеплять, так нормально, да? Злостная, абсолютно беспринципная лоли-семпай! — Что вообще значит «лоли»? ​ Пока я над этим раздумывал, Арису натурально напрыгнула на Ичику, создавая… весьма интересный вид. Их явно не заботил тот факт, что изредка мне было видно их нижнее бельё, а сам вид «шутливо дерущихся» девушек, как мне кажется, можно в какой-то мере назвать эротичным.  Наконец, они остановились. Я же всё ещё не особенно понимал, что вообще здесь твориться – но обе девушки этому были как-то даже рады.  ​ — Киётака… он всё это время наблюдал. — Ичика поджала под себя одеяло, чуть прищурившись.  ​ — Фу-фу, а ты разве против? — Дьяволица покачала головой, на что Арису ей что-то шепнула на ухо.  ​ — Оооо! Скрытый извращенец! — Я выдохнул шумнее обычного, чем ещё сильнее их рассмешил…  ​ ​ ​ ​