Часть 3

В маленькой деревне, где все друг друга знали и видели с детства, стесняться было нечего. Но Лада всегда была достаточно закрытой. Вот Верее было все равно. Сколько она помнила сестру, та без труда могла раздеться чуть ли не до гола и сигануть в реку. Лада смущенно прикрывалась и постоянно оглядывалась по сторонам. Она не была дурна собой и ловила на себе мужские взгляды, но ей этого не хотелось. Долгое время ее сердце было отдано лишь Драгану, но тот взаимностью не отвечал. Поэтому, когда они с Волотом вышли из реки, она смущено стала прикрываться руками и мужчина, видя это, быстро отвернулся, натягивая рубаху на мокрое тело. Девушка быстро избавилась от мокрой одежды и с трудом натянула на скользкую кожу сухое платье. То, будто издевалось над хозяйкой, предательски не поддавалось. Девушка с испугом и смущением поглядывала на широкую спину мужчины, но тот молчаливо стоял и ждал. Надо же, даже не попытался подсмотреть. Это одновременно и радовало ее, и огорчало. Неужели она ему совсем не интересна? Сама девушка не готова была побороть смущение и увидеть его обнаженным, но ей было интересно. Наверное, если бы подвернулась такая возможность, она бы подглядела. Главное, остаться не замеченной. Лада тряхнула головой, удивляясь собственным мыслям. Что на нее нашло? Пару встреч и она уже задумывается о том, как бы увидеть его голым! Волот проводил ее сразу домой. — Не гоже, чтобы заболела. Уже холодает. Это банальная вежливость или своего рода проявление заботы? Она не знала. Не следующий день девушка вновь собиралась к мужчине. Родители ее не останавливали, не смотря на то, что дочь и так скоро уйдет из родительского дома. Отец не мог скрыть своего расстройства. Он стал рассеянным. Вот уже не ждал, что его дети так быстро вырастут, настолько, что одна из них вскоре выйдет замуж. Ему хотелось как раньше покатать ее на плечах. Лада всегда была тихой и послушной, она тянулась больше к нему, а Верея — к матери и всех все устраивало. Он брал ее собой на поле, обучил, как пасти стадо, как стричь овец, как ухаживать за животными. Она была его главной помощницей. А теперь что? Он бы и рад отдать ее, да только не в те руки. Софья говорила, что жених хороший. Жрец ее защитит. А вот сам Ратмир не знал ни одного счастливого жреца. У них на судьбе написано быть несчастными. Так разве пожелаешь такого своей дочери? Лада вновь пришла к Волоту и вместе они пошли на поле. Девушка видела растерянность отца и решила сегодня пасти овец сама. Могла бы сделать это и одна, но решила, что компанию ей лучше составит жених. Оказалось, им очень комфортно вместе молчать. Молодые люди сидели рядом, облокотившись спиной о большое растущее дерево. Шелест травы и звуки леса успокаивали, убаюкивали как мамина колыбельная. Лада не заметила, как задремала. В последние дни она просыпалась рано. Пыталась привести себя в порядок, перед встречей с женихом. Перебирала свои платья и платья сестры, в поисках лучшего, делала красивые прически. Хотела его впечатлить? Понравится? Сколько она спала, сама девушка не знала, но проснулась от легкого касания к своему плечу. Открывать глаза не спешила, от чего-то решила прислушаться, притвориться спящей. В голове ещё гудели остатки приятного сна. Лада запомнила лишь большое поле васильков. Под спиной уже не ощущалась тяжесть дерева. Напротив — лежать ей было вполне себе комфортно. Лежать? Она же вроде сидела? Девушка начала прислушиваться к ощущениям. Кажется, это было легкое касание. Точно, оно и есть. Мужские пальцы аккуратно, едва ощутимо гладили ее плечо. Может, если бы она не спала, то даже не заметила. Лада осталась лежать смирно, наслаждаясь скупой мужской лаской. Шелест ветра и прикосновение подначивали уснуть ее ещё раз, но она не могла себе такого позволить, ведь Волот чуть ли не впервые притрагивается к ней сам. Не когда того ждали жители деревни или она попросила. По своей воле, по всему желанию. Лада прислушивалась к ощущениям тела, жалела, что не видит их со стороны. Пальцы невесомо пришлись по плечу, поднимаясь выше. Жрец мог бы воспользоваться ситуацией, пока девушка крепко спала, но никогда бы так не поступил. Его пальцы поднялись выше, аккуратно убирая прядь волос от лица. Лада постаралась сохранить дыхание ровным. Боялась, что он заметит ее маленький обман. Происходящее казалось ей даже интимнее поцелуя, что у них был. Но мужчина рассматривал ее с интересом. Он ещё не до конца осознал, что судьба его все-таки настигла, что девушке суждено стать его женой. Боги могли бы выбрать любую, но от чего-то его избранницей оказалось именно Лада. Она была красивой, настолько, что сложно оторвать от нее взора. Но жрец видел, что она не кичилась своей красотой, напротив — будто бы даже прятала ее. Его палец удивительно нежно дотронулся до щеки. Кожа мягкая, особенно для его рук, огрубевших от постоянной работы. В который раз он думал, каково же ей будет жить с ним? Лечь в одну постель? Может даже родить ребёнка? Может это все будет таким безличностным, полностью лишенным чувств? Она лишь исполнит свой долг в первую брачную ночь, а потом будет надеяться, что он к ней больше не притронется? Хотелось бы Волоту знать. Сам не понимал, от чего его так волнуют ее мысли. Знал, что пугает ее, но боялся, что со страхом может быть и кое-что похуже. А если она уже любит кого-то? Она об этом ни разу не заикнулась, но вдруг? Не хотел делать ей больно, Лада заслуживала счастья, однако… Он жрец и привык следовать зову Богов. И если те решили, что ей необходимо стать его, значит так оно и будет и других мужчин в жизни девушке не появится. По крайней мере, так он себе все время твердил. Это не эгоизм и желание обладать ею всецело, это лишь воля Богов, да. Однако чем больше смотрел на нее, тем более такую — беззащитную, спящую, ластившуюся к нему, тем больше убеждался, что сам себя обманывает. Раз уж она и так его, ему просто не хотелось ее отпускать. Мог ж он хоть раз в жизни что-то захотеть? Не делиться ни с кем, а поддаться своему необъяснимому желанию. Как на зло вспомнился их недавний поцелуй, хотя не сказать, что кто-то из них его забывал. Волот давно не испытывал такого желания. Лада начинала занимать его мысли слишком часто и это сбивало столку. Он не привык не принадлежать лишь себе. Сама девушка едва не трепетала от невесомых, нежных прикосновений. Для нее близость с мужчиной была нова, пусть даже и такая незначительная. Лада была стеснительной в своих чувствах. К примеру, она не могла подойти и ни с того ни с сего обнять мать, для такого всегда нужен был повод. Но жрец от чего-то хмыкнул и убрал руку. Девушка замерла. Догадался, что не спит…? Или сделал это по своим причинам? Она продолжила лежать. Ей не хотелось выдать себя вот так, поэтому решила подождать хотя бы немного. Спустя пару минут она ощутила прикосновение к своему плечу, более настойчивое. — Кажется, это к тебе. Она открыла глаза, стараясь выглядеть максимально сонной и смущено поднялась с колен мужчины. Он бросил на нее короткий взгляд и продолжи смотреть прямо. Лада посмотрела туда же. Вот ведь! Драган и впрямь шел сюда и скорее всего именно за ней. Он не мог не заметить, что она мирно лежала на коленях жреца, как и то, какой растрепанной она сейчас была. — Прохлаждаешься, вместо того чтобы пасти овец. — вместо приветствия сказал он. Слова больно резанули по сердцу. Ей было обидно. В глубине души она ещё не до конца отпустила чувства к бывшему другу, наверное поэтому и воспринимала его критику так близко к сердцу. — Я следил. — вмешался Волот и Драган перевел на него взгляд. — Не знал, что жрецы еще умеют пасти скот. — ядовито ответил кузнец. Глаза Волота вспыхнули, но на лице так и осталась непроницаемая маска. — Жрецам подвластно многое. — неоднозначно ответил он. — Большинству жителей деревни, что так отчаянно боятся нечисти и тумана, это будет сложно осознать. Уголок губ девушки дернулся. Он однозначно выиграл в этом разговоре. Драган ощетинился, слова ударили по самолюбию, тем в более присутствии Лады. — Отец ищет тебя. — сквозь зубы выдавил он и развернулся, ушел прочь, не дожидаясь саму Ладу. — Мне…мне пора. — девушка тут же подорвалась следом, но была остановлена рукой Волота, которая сомкнулась на ее запястье. — Я провожу. Девушке хотелось отказаться. Лада уже думала угнаться за Драганом, но все же неуверенно кивнула. Волот как и прежде молчаливо шел рядом. На деревне на них продолжали смотреть с интересом. Ну ещё бы! Вряд ли даже после свадьбы люди перестанут изумленно глазеть. Распрощавшись, жрец ушел обратно. — Отец, искал меня? — мужчина удивлённо выгнул бровь и Лада даже засомневалась, что так поняла Драгана. — Я искал Верею, нужно отнести войлок, но не смог найти. Раз уж ты здесь, дочка, подсобишь? Девушка сдавленно кивнула, забирая корзинку. Злость граничила с непониманием. Она убежала из дома и успела нагнать Драгана ещё на дороге. — Что за проделки? — прошипела она. — Проделки? — Отец не меня искал, а Верею! — Но не нашел. — Как ни в чем не бывало, добавил мужчина. — Влетело бы ей, если войлок принесли не вовремя, а тебе что стоит? Лада окаменела от такой наглости. Где бы не была сестра, кузнецу было проще придти за ней на поле, чем ее потревожить. Оторвать от всех дел, будто она не могла заниматься чем-то стоящим. — Впредь даже не надейся, что я поведусь на такую уловку ещё раз. — мужчина лишь усмехнулся, не воспринимая эту угрозу. — Ты мешаешь мне проводить время со своим женихом. Лада сама не знала, почему так говорит. Хотела уколоть его побольнее, будто бы ему было до нее дело. — Сам знаешь, сами Боги нас выбрали. Неужели ты решил идти против них? Драган опасно оскалился, делая резкий шаг вперед. В это же мгновенье девушку ощутила жесткую хватку на своей руке. Болезненную, причиняющую дискомфорт. Попытки врывать руку лишь усугубили. Мужчина наклонился, чтобы слышала толко она: — Я никогда не иду против В Богов, думай, что говоришь! — а затем, его прикосновение внезапно стало мягким и Лада поняла, следующие слова ранят ее ещё больше : — А вот жрец, видимо, не так и следует воле Богов, раз живет с другой женщиной. Девушка вырвала свою руку, резко отступив на шаг. В ее глазах застыло неверие. Нет, не может быть. Волот совсем не такой. Стал бы он ее целовать, если бы жил с другой? Драган видел, что задел за живое и потому надвил еще больше: — Не веришь, да? Сама зайди к нему, когда он того не ждёт, под вечер, скажем? И убедишься. Девушка резко развернулась и ушла прочь. Она даже прошла нужный дом, пришлось возвращаться и отдать обещанный войлок. Слова Драгана посеяли в ней сомнения. Волот вполне себе мог быть влюблен в кого-нибудь, почему нет? Однако их последний поцелуй показались Ладе настоящим, искреннем. Разве возможно целовать кого-то так, когда любишь другую? Более того, она даже начала думать, что он испытывает к ней симпатию, что может…у них что-то и выйдет. Он был вежлив и обходителен, пусть и молчалив, скуп на эмоции. Но никогда не оскорблял ее как Драган. Она бродила вокруг да около чуть ли не до вечера, пока наконец растерянная не вернулась домой, где уже была сестра. Лада была настолько погружена в собственные мысли, что даже не поинтересовалась где и с кем она была. Очевидно, с Драганом, иначе почему бы он ее прикрывал? Она решила сделать, как и сказал кузнец. Но Лада не была жрицей, ей было опасно ходить вечером куда-то, потому она решила придти рано, чуть ли не рассвете. Встала, когда ещё было темно. Быстро облачилась в платье и накинула на плечи платок, потому что утро было прохладным. Едва рассвело и тьма отступила, Лада бесшумно спустилась и вышла из дома. Родители в такое время ещё только вставали и чудом не наткнулись на убегающую дочь. Девушка была полна решимости. Ее шаг был неровный, едва не бегом. Она то и дело оглядывалась, думала, что если ее кто увидит, то непременно догадается куда и зачем идет. Вся ситуация была донельзя неправильной. Ладе не хотелось, чтобы все оказалось правдой. Тогда из нелюдимой пастушки, она станет ещё и жалкой невестой. Все будут шептался, жалеть ее, а может и вовсе отменят свадьбу. Дурная слава ей обеспечена. Ни один мужчина не захочет обратить свой взор на такую непутевую девицу, родители начнут волноваться, лишь один Драган должен будет ликовать, ведь смог опозорить ее ещё больше.. Добралась до Волота удивительно быстро и не медля не секунды, вошла в дом без стука, прикрываясь тихо за собой дверь. Пламя свечей прождало греть, а в доме стояла тишина, нарушаемая лишь ее сбившемся дыханием. Она вдруг осознала, как глупо себя повела, что купилась на ложь Драгана. И зачем явилась? Что хотела увидеть? Если...если и есть та другая, неужто она бы застала именно сейчас? Какой же жалкой она была на самом деле, раз даже не нашла в себе смелости, просто подойти и спросить все у Волота. Захотелось расплакаться от собственной никчемности. Лада сделала шаг назад. Надо бы убраться отсюда, пока мужчина ее и впрямь не обнаружил. Не хватало ещё и в его галах пасть так низко своими подозрениями. Она как можно тише всхлипнула, подавляя в себе непрошеные слезы. Скрипнула дверь и девушка сжалась. Ну вот…даже убежать не успела. Только из комнаты вышел совсем не Волот, а женщина, чьи темные глаза уставились на нее с не меньшим удивлением.