18

– Ради всего на свете… Где вы были в день, когда на небесах раздавали мозги, полковник? Колдвелл опустился на снег рядом с двумя неподвижными телами. Зубами стащив перчатку со здоровой руки, он прижал пальцы к шее Шеппарда и с облегчением почувствовал пульс под холодной кожей. Он повторил процедуру с МакКеем, хотя это оказалось несколько сложнее – Родни, видимо неосознанно в поисках тепла, уткнулся лицом в плечо Шеппарда. Колдвелл не смог нащупать пульс, но приложив ладонь ему ко рту, почувствовал слабое дыхание. Одной рукой он сдернул куртку Шеппарда с МакКея, приподнял Шеппарда с земли и, поддерживая его коленом, обернул куртку вокруг него. Потом встряхнул его. Сильно. Когда это не подействовало, он замахнулся и залепил ему пощечину. Шеппард издал слабый звук и открыл глаза, часто моргая и пытаясь сконцентрироваться. – Что – хватит, – пробормотал он, слабо махая рукой вокруг головы в попытке отогнать своего противника. –Полковник, посмотрите на меня. Полковник! – когда Шеппард наконец обратил на него взгляд, Колдвелл осел в снег и заявил: – Вы идиот. – Почему? – Шеппард с трудом приподнялся на локтях. Потом его глаза начали фокусироваться, когда он начал замечать: во-первых, на нем была его теплая куртка, во-вторых, Родни больше не придавливал его к земле. – Родни! – он перекатился на бок и попытался нащупать его пульс, пальцы дико дрожали от холода, и, учитывая кровопотерю, скорее всего еще и от шока. – Он жив, – сказал Колдвелл. – Не благодаря вам. Отдать ему свою куртку было самым глупым поступком, какой вы только могли придумать. – Почему это? – огрызнулся Шеппард, пытаясь расстегнуть застежку и проделать это снова. – У него гипотермия, черт возьми. – У вас теперь тоже, – возразил в ответ полковник. – И вы двое уже погибли бы, если бы я не нашел вас. Вы не сможете помочь никому, если позволите себе выйти из строя, и вы знаете, что это правда. Первое правило выживания. – Он протянул руку. – Вставайте. Я его возьму. Немного неохотно Шеппард позволил помочь себе встать. Он явно не вполне пришел в себя, и кровь на его одежде явно не принадлежала только МакКею, но сейчас не было времени выяснять, насколько серьезно он был ранен. Колдвелл поддержал его за руку, пока он не смог стоять самостоятельно. Затем схватился за покрытую льдом куртку МакКея и поднял его, просунув здоровую руку под плечи ученого. Несмотря на попытки не задевать раненую руку, он зашипел от боли. В джампере ему отчаянно хотелось сделать укол морфина, но он не посмел рисковать ясностью мышления; похоже, чертовски хорошая мысль. Он не мог поверить, что МакКей был жив. Должно быть, выстрел Армстронга только задел его, но все же – он выжил, свалившись в ледяную реку, и, промокнув до нитки, умудрился избежать смерти от переохлаждения, и не попасться Армстронгу. Колдвелл никогда, никогда не смог представить бы себе, что физик способен на подобное. Не стал бы сразу считать его мертвым, если бы знал. –Где Армстронг? – спросил он Шеппарда, когда они начали идти. Шеппард покачнулся, но ему придется постараться двигаться самому – Колдвелл сам не очень твердо стоял на ногах, и его руки были заняты МакКеем. – Без сознания и связан, – хрипло сказал Шеппард, схватившись за покрытую снегом сосну. – В долине – почти в начале. –Не мертв? Нельзя поворачиваться спиной к кому-то такому опасному, и Шеппард знал это, потому что не встречался взглядом с глазами Колдвелла. – Нет, – коротко ответил он. – Не мертв. Они были недалеко от джампера, но уже почти стемнело, когда они наконец добрались туда. Колдвелл не озаботился маскировать его, даже наоборот, оставил включенными огни – они сверкали сквозь падающий снег как маяки, освещая путь домой. Он опустил пандус, опустил МакКея на сиденье джампера, и повернулся назад. – Эй… – бледный и дрожащий Шеппард прислонился к переборке. – Куда вы? – Собираюсь найти Армстронга, прежде чем станет окончательно темно. Люк закрылся позади него, обрезая свет вместе с протестом Шеппарда. Он постоял минуту, по колено в снегу, позволяя глазам привыкнуть к темноте. Пока что было еще не совсем темно; он еще мог различать контуры, и не хотел включать фонарик на Р90 – пока ему не придется сделать это. Наверное, Шеппард был прав, что протестовал. Колдвелл был ранен сам, и оставил в джампере двух серьезно раненных. Но он должен был это сделать. Армстронг поколебал веру Колдвелла в своих людей – и в свою способность оценивать людей. Ради себя самого, ради тех жизней, что были потеряны, он должен был замкнуть круг. Полуприкрыв глаза от летящего снега, он начал идти против ветра.