Нюансы

Дине было интересно, почему магический вестник у Колетт был синей волнорезкой, а у мастера-травника из крепости - воробьём? Пришлось объяснять про влияние силы, вложенной в вестника, на примере перьев – белые - из воздуха, голубые и синие - из воды, а потом на словах, что у земельников они будут желтыми или желтыми с коричневыми полосочками как орлиные, а у огненных - от оранжевого до красного цвета. И вообще вестник - это не всегда птичка. Колетт сделала белую бабочку, а потом головку чеснока с крылышками, вызвав смех у Дины. На них сразу зашикали со всех сторон, и Колетт опустила полог тишины на их стол, чтобы не мешать остальным. А потом Дина притащила труды Ксантипия и опять стала разбирать пошагово все плетения и пиктограммы. - А почему у тебя перо получается не такое, как в книжке? – Дина крутила в пальцах перышко, сделанное из схемы по лежавшей перед ней книге, - здесь есть пушок, а у твоих перьев - нет. - Ну-у, - задумалась Колетт, - не знаю. Наверное, это еще с детства, когда я училась каллиграфии и перемазывала чернилами не только пальцы, но и ладони, и даже лицо, если надо было почесать нос. А эти мелкие пушинки на перьях из-за чернил мерзко так липли к пальцам. Я одно время делала пустой стебелек с маленькой кисточкой, но тогда перо начинало крутится в детских руках, и я остановилась на твердых перьях, чтобы хорошо держались и не отвлекали. - А в какой книге есть плетение таких смешных вестников? – Дина с интересом посмотрела на книжные полки. - Вообще-то, это дело практики и наличие большого количества свободного времени, - пожала плечами Колетт и опять уткнулась носом в учебник, - когда понимаешь принцип создания вестника, то сама фигура становится не существенна. Колетт сделала белую косточку с крыльями, а потом фигурку девушки с крыльями. - Если бы я увидела такого вестника, то решила бы, что умерла и это моя душа, - созналась Дина. - Глупости, - отмахнулась Колетт, - душа похожа на блестку. Маленькую и неуловимую для любых плетений и ловушек. Если потрясти банку с рожками единорога, то появятся похожие блестки. - Рог единорога? – удивилась Дина, - ты представляешь, сколько стоит один такой рог? Да за такие деньги можно купить крепкий дом, да еще на хозяйство останется, а ты говоришь так мимоходом «потрясти банку с рожками» как будто это детская игрушка! У твоей матушки-травницы была целая банка с рогами единорога? Колетт открыла рот, а потом закрыла и улыбнулась. М-да, правду не скажешь, а начнешь врать так потом сама же и запутаешься… и вообще, надо попытаться говорить поменьше… Она опять уткнулась в учебник и попыталась составить словарь с переводом одних рун на свои привычные, те, что похожи на сломанные веточки. Зато руноскрипт, написанный новыми рунами, получался красивой ленточкой, а не танцем птички по первому снегу. Только вот писать в другую сторону было непривычно, и руку приходилось держать на весу, а не вести по бумаге, чтобы не вляпываться в свежие чернила. - Смотри, как держать перо правильно, - раздался тихий голос над ухом, и перед Колетт появилась призрачная рука с пером. Она держала перо как кисточку на небольшом удалении, и пальцы ложились немного иначе. А потом перо макнулось в чернильницу и в три приема написало длинный руноскрипт. Колетт взялась переводить его на привычные руны, чтобы понять, что именно написано. - Ух, ты, - Дина восторженно таращилась на свежую запись, - ты умеешь писать силой мысли? - Дина… - Колетт недовольно поморщилась, ведь не начинать рассказывать ей о призраках? – вначале сделай так! И достала из воздуха перо. Дина прищурилась, собралась мыслями и достала вместо пера черенок с кисточкой на конце, потом достала горсть пуха без черенка, а потом маленькое, но все-таки перо! И только после этого достала привычное перо и с восторгом уставилась на него как диво. А потом еще одно, но с легкими голубыми полосками, а потом голубое с синим кончиком. Красота! Колетт сразу открыла страницу, где был описан способ создания вестника при помощи схемы и движения пальцев. Это как с пером, схему держишь в голове, а потом создаешь ее по памяти. Она медленно повела руками и в воздухе появилась маленькая белая птичка. Дина поморщилась, еще раз прочитала схему в учебнике, а потом прищурилась и начала творить… комочек пуха, крылышки без всего, комочек с крылышками, птичку без крыльев, еще раз крылья без птички. Потом вдруг яйцо с крыльями! Сама удивилась полученному и распустила плетение, чтобы создать очередную птичку, но в этот раз без лапок и хвоста, потом птичку без головы, а потом прекрасную белую птичку, похожую на белого голубя! - Кажется, я поняла, в чем дело! – обрадовалась Дина, - надо думать не только о плетении схемы, но и о конечном результате! - Поздравляю, - Колетт показала подруге оттопыренный большой палец, - теперь представь мужа и отправь ему послание. Дина так и сделала – прошептала в клюв птичке: «у меня получается!» и птичка пропала в воздухе. - И когда он ее получит? - Уже получил, - флегматично пожала плечами Колетт, - вестники быстры как мысль. Надеюсь, он не отвлек его от важных дел. Хотя я думаю, ему было приятно получить от тебя сообщение в любом случае. А еще ты можешь отправить с вестником письмо, но главное, чтобы оно было написано на той бумаге, которую ты сделаешь сама. Магия воспримет это как единое плетение и доставит письмо адресату, ну или в принципе не только бумагу, но и перо или любую вещь, которую ты сделаешь сама. Дина создала еще одного голубя, подняла со стола голубое перо и протянула птичке. Перо будто приклеилось к ней, а потом Дина, прошептав: «мама тебя любит», отправила птичку, по всей видимости, дочке. А потом довольная как сытая кошка посмотрела на Колетт. - Покажешь схему левитации? - Она есть в книге перед тобой, - отмахнулась Колетт, - но я тебе советую не прыгать, куда хочется, а действовать по порядку. Там дальше создание бумаги, воздушных лезвий, щитов и много полезных вещей. А про левитацию говорится практически в конце. Ты собиралась написать свежий конспект с рабочими схемами, ну так и займись делом. Левитация никуда от тебя не сбежит. Дина упрямо перелистывала страницы почти до конца, пока не нашла схему, достаточно тяжелую по сравнению с тем же самым пером. Она была похожа на кружевную салфетку и в описании схемы были использованы неизвестные ей слова, она с сомнением посмотрела на Колетт, но та сосредоточенно переводила руноскрипт, и Дина не решилась ее отвлекать. И тогда вернулась к прежней странице и принялась читать пояснения к следующему плетению. Руноскрипт оказался аромокомпозицией из цветущих роз. Колетт это не сразу поняла, потому что раньше руноскрипт был нужен для чего-то важного – защите от сырости или очистке воздуха, или защите от грызунов или насекомых, а тут… Она перевела руноскрипт так сказать по буквам, а потом переписала их зеркально и зависла над полученным результатом. А потом рискнула и наполнила первый руноскрипт, тот который был написан вязью, силой. Самую капельку, чтобы проверить его назначение, а вокруг вдруг запахло розами. Но не розами забвения, а другим, более мягким и немного пряным ароматом. Наполнила полученный перевод и получила другой запах, тоже пряный, но скорее полынный, чем цветочный. Очень интересно! «Объяснить тебе, почему запах другой?» - перед ней возник тот восточный мужчина с кошачьими глазами. «Потому, что перевод, скорее всего, точный по функции, но отличный в нюансах» «Нюансы, - улыбнулся призрак, - ты похожа на Фирюзу. У нее такой же точный ум, и ты двигаешься как она. Осанка и поворот головы при разговоре. Так бывают похожи мать и дочь. Теперь понятно, почему малыш Курт сделал на тебя стойку как сеттер на утку. Он был в нее влюблен и таскался за ней хвостиком, помогал ее секретарю, лишь бы видеть ее чаще, но рядом с ней всегда был её Ивейн, живой мертвец, свободный пленник, тень от огня. Когда Фирюза оставила Академию, он с горя уехал в свое имение и даже женился. По слухам, его жена была похожа на Фирюзу, но копия никогда не заменит оригинал и после ее смерти он вернулся в Академию, став смотрителем общежития никтеро. Вся наша жизнь сплошные нюансы!» «Мастер Курт не смотрит на меня как на женщину, - возмутилась Колетт, - ему интересно и только! У него аура лимонно-желтая и немного зеленая, похоть и плотские желания - это скорее фиолетовая аура! Я уже видела такое, у него даже близко не так!» «О нет, - рассмеялся призрак, - он любит Фирюзу до сих пор, а ты скорее для него…хм, даже не знаю, как сказать. Ты его головоломка с сюрпризом. Когда он услышит, что Фирюза легла в спячку, а ее ученица пропала, он сложит оригинал с оттиском и поймет, что ты Вороненок. Но не бойся его, он настолько предан Фирюзе, что станет защищать тебя, сколько хватит его сил. А сил у него много и друзей при дворе тоже». «Фирюза легла в спячку? Откуда такие сведения?» «Актриса из тебя так себе, - закачал головой призрак, - ты и сама это знаешь, хотя пытаешься держать лицо и ауру под контролем. Не пытайся обмануть призраков, они пожили поболее тебя и разбираются в нюансах получше маленькой девочки. Фирюза перестала отвечать, купол ее дома закрыт, ничего и никого не пропускает. Упокоить ее никто не мог, я не поверю, что найдется столько слаженных магов, чтобы провернуть такое под носом СБ и остаться незамеченными, да и ее печати действуют до сих пор. Так что вывод один – она жива и легла в спячку. Некоторые из наших, хм, призраков, уверяют, что был сильный выплеск магии, но Фирюза могла поставить дополнительный контур защиты, чтобы ее точно никто не побеспокоил и она могла отдохнуть в покое. Но ты и сама это знаешь» Колетт подняла глаза вверх, пытаясь удержать слезы. Как бы ей хотелось, чтобы все было именно так… Но призрак и Дина заметили это и поняли каждый по-своему. - Скучаешь по дому? – Дина протянула руку и похлопала ее по руке, - ничего-ничего, я тоже, когда приехала сюда в первый раз, часто рыдала, так хотелось домой, а потом ничего, пообвыклась. Учеба не будет длиться вечно, ты еще вернешься домой к родителям и все будет как раньше. Нет, все будет лучше, ты станешь магессой, и они будут тобой ужасно гордиться! «Фирюза отпустила тебя как щенка погулять на свободе, поразнюхать все, набраться блох, подраться с другими собаками и узнать истинную цену свободы, - призрак покачал головой, - поэтому и легла в спячку, чтобы ты не бегала к ней жаловаться, а у нее не было соблазна вмешаться в твою жизнь и стать твоим щитом. Это очень мудро с ее стороны дать тебе возможность повзрослеть самостоятельно. И заодно проверить верность аристократии, когда их перестанут держать за горло. Она потом вернется и пообрывает кому - голову, а кому - яйца, и опять все будут верные и тихие, как кастрированные коты, по стеночке ходить, писаться от громких звуков и мяукать фальцетом по команде» «Ты еще долго будешь глазки строить? – на призрака налетел другой призрак, - у нас работы завал, а ты глазки строишь! Нашел время!! «Прости, прелестное дитя, - призрак галантно раскланялся, - у нас и правда, сейчас много дел, но ты всегда сможешь найти меня здесь. Обещаю быть на месте, и явиться по первому твоему зову» «Болтун, хвастун и бабник, - припечатал второй призрак и стал тянуть его за рукав, - быстрее в хранилище, там для жемчуга понадобился список редкой литературы. Пошевеливайся». Дина и Колетт занимались каждая своим до гонга, извещающего студиозов о времени обеда. В столовой добавилось народу и новеньких в плохо сидящей одежде и «стареньких», твердо знающих, куда и зачем они пришли. Очереди на раздаче еды удлинились, а вот количество свободных мест за столами наоборот уменьшилось. На факультете змеек появилось несколько новых лиц и Колетт порадовалась, что ей не придется с каждой из них знакомиться, здороваться и пользоваться одними и теми же умывальником с сортиром по утрам и вечерам. На раздаче бесплатной еды стояла все та же молодка, и когда Колетт отказалась брать рыбу и попросила мяса, ей его без возражения выдали. Вернее, ей ничего не сказали вслух, но вот мимикой и жестами выразили всю гамму возмущения и негодования. Колетт улыбнулась, а молодка побледнела и сразу засуетилась. Положила ей на поднос еще одно яблоко и, когда магичка отошла, молодка сразу стала молиться добрым богам, чтобы защитили от сглаза. Вот ведь дуреха! Колетт села напротив Дины и опять поменялась с ней подносами. Рыбный супчик был вкуснее мясного, да и есть мясо каждый день было непривычно. Хотелось курочки и лапши с фасолью. Именно таких, как их готовили в таверне «Храбрая мышь», а еще не хватало сладостей. Джемов или хотя бы меда… - Доброго дня, милые барышни, - возле стола остановился Кристоф в компании с молодым человеком в плохо сидящем костюме, - Колетт, я к тебе за помощью. Ты не могла бы помочь моему другу с одеждой? - Я? – удивилась Колетт, и пожала плечами, - нет, не могла бы… Кристоф замер с вытянутым лицом, похоже, он не ожидал отказа. - Одна серебрушка, - сообщила Дина и отодвинула тарелку. - Ты же говорил, что будет бесплатно! – нервно фыркнул молодой человек и, как барышня в истерике, резко побежал на выход. Кристоф тряхнул головой, возмущенно посмотрел на Колетт с Диной, и бросился следом за другом. - Кристоф! – из-за скамьи стала выбираться Аника, - Кристоф, подожди! – она обвиняющим взглядом уставилась на Колетт. - Ну зачем ты так? Это ведь грубо, тебя попросили о помощи, а ты?! Тебе ведь не тяжело, а так некрасиво получилось! - Матушка говаривала – не делай добра людям бесплатно, и тогда к тебе не придут крестьяне с вилами, потому что ты такая тварь и отказываешься выполнять их хотелки, – поджала губы Колетт, - надо лучше слушаться родителей. - А моя матушка говаривала: если каждому давать – поломается кровать! – заявила Дина и посмотрела вслед убегающей Анике, - а уж за парнем бегать, это вообще недопустимо! Каков нахал! Помощь ему нужна! - А ты можешь за серебрушку поправить платье? – поинтересовались из-за соседнего стола. - Конечно, - кивнула Дина, - но только не в столовой, вот закончим есть и выйдем на улицу, чтобы никому не мешать. - И я хочу, серебрушка не дорого, гораздо дешевле, чем портнихе за работу заплатить, - раздалось неподалеку, а Дина довольно улыбнулась. Похоже, в этом году у нее получится собрать денег на подарок родным побольше, чем в прошлый раз. - Ты знаешь, где меня найти, - Колетт поставила свою посуду на поднос, привычно почистила магией ложку, вилку и край чашки, из которой пила и, подхватив яблоко, сунула его в карман. Поставила поднос на стол для грязной посуды и вышла на улицу. Колетт сразу пошла в Библиотечную башню, где остались ее записи и учебник. Хотя можно было бы позаниматься и в своей комнате, но в башне был шанс поговорить с призраком, может, он ей подскажет что-нибудь стоящее. Колетт поймала себя на мысли, что привыкла, когда за ее занятиями наблюдал Дом и поправлял, если надо, или подсовывал необходимые книги. Заниматься совершенно одной было непривычно и как-то … одиноко, что ли. Никто не выдергивает листы из-под рук, не стирает ошибки, не черкает написанное нервным пером и не отвешивает тумаков, легких, скорее, чтобы обозначить возмущение из-за ошибки. И контрольные вопросы по прочитанному тексту теперь придется задавать самой себе… Призраки довольно шлепнули за стеллажами очередную стопку учебников. Похоже, запас такого рванья был у них громаднейший. Она почистила их и подхватила свои листы с руноскриптом. Писать в другую сторону было непривычно, но интересно. Интересно, а как в учебнике поясняют, почему руноскрипт пишется в зеркальном отображении от привычного? Колетт углубилась в учебник, но так и не нашла пояснения. Хм, а как же другие студиозы, которым призрак не подскажет, как писать и читать правильно? Получается, что без подсказок преподавателя заниматься по такому учебнику бесполезно? Колетт пожала плечами и принялась выполнять контрольные задачи, написанные в конце главы. Проверить правильность написанных руноскриптов без применения магии было невозможно, но руки стали привыкать писать вязь в другую сторону. «А в третьем и пятом ошибка, - рядом появился призрак в чалме, - ты пропустила слог, обозначающий действие. Эти завитки не для украшения, они вроде ударения в слогах и порой с их помощью можно поменять действие самого руноскрипта». Перед Колетт опустилась небольшая книга в кожаном переплете. Это оказался тот самый букварь для начинающих. Этим языком пользовались маги как тайнописью на островах Эрани. Колетт довольно улыбнулась и открыла книгу – да, это именно то, что надо!