Свой выбор

Колетт прозанималась до самого ужина и, когда раздался удар гонга, призрак сам закрыл учебник перед носом любознательной ученицы и напомнил, что живым надо есть и желательно регулярно. Пришлось отправляться в столовую, но в этот раз Колетт захватила с собой все свои записи. Книгу, что принес призрак, вынести было нельзя просто потому, что она не смогла бы объяснить, как ей в руки попала книга из запрещенного сектора, но зато можно перечитать все свои записи и потренироваться в написании слов справа налево. Убедившись, что за ней никто не наблюдает, и вообще в библиотеке в вечернее время осталась только пара слишком увлеченных читателей, она сделала обложку для своей тетради и скрепив все вместе псевдонитью, получила весьма симпатичную книжечку собственного производства. На ужин было рагу, сдобная булочка с корицей и узвар. Запах корицы от выпечки был непривычен, впрочем, как и то, что булочка была совсем не сладкой хоть и сдобной, но Колетт только сейчас поняла, что она, оказывается, сластена! Чувства голода не было, а вот желание съесть сладкого просто давило на нервы. Может, наплевать на маскировку и купить в соседнем отделении что-нибудь сладкое? Но за столом уже сидели ее «подруги по учебе». И, если она сейчас купит что-нибудь, то тогда получается, что с ними надо будет поделиться? Нет, она, конечно, не против поделиться, просто не знает, как быть и как предложить. И кому предложить – всем, кто сидит за длинным столом или только непосредственно своим соседкам? М-да, госпожа Джесс говорила, что ей нужен житейский опыт, только не предупреждала, что он будет именно такой… Колетт, зажав свой конспект под мышкой, понесла свой поднос за стол. А потом долго думала, как поступить с тетрадью. Положить на стол? Но тогда ее все увидят и начнутся ненужные расспросы, да и место за столом было ограничено… Поэтому пришлось положить конспект на скамью и сесть сверху. Колетт начала есть, прислушиваясь к разговору за столом. В общежитии добавилось новеньких, и все были в предвкушении вечерних посиделок в гостиной. Дина была расслабленной и, судя по ауре, она значительно потратилась магически. Но зато стоило просканировать ее целиком, как обнаружилась горсть серебра в кармане. Ого, похоже, она провела время от обеда до ужина вполне плодотворно. Второй новостью за столом были ожидаемые внутренние экзамены по различным предметам, которые проводились, чтобы выяснить, кто в какую группу будет зачислен. Все опять дергали Дину как опытного бойца, но та лениво отмахивалась от их расспросов, какой толк переживать заранее, если конечный результат от тебя почти не зависит. Преподаватели опытные маги, и сами знают, как все сделать правильно, в любом случае это будет похоже на череду тестов, достаточно коротких и простых. Надо просто постараться и показать все, что умеешь с наилучшей стороны, но в любом случае жетон слабосилка получат все, а вот для меди надо будет постараться. Колетт запихивала в себя рагу исключительно из того принципа, что раз есть тело, то ему нужна еда. Ее баланс был полон и почти не тронут в течение дня, хотелось сделать хоть что-то, чтобы магия весело лилась по венам и игриво ластилась как любимый питомец. Может пойти призракам книжек поремонтировать? Все равно злыдни знают, что она Вороненок, так что чего перед ними делать вид скромной овечки? А потом можно будет отправиться в свою комнату и уже там настроить защиту под себя. Да, так и надо сделать! Колетт даже не заметила, как напряженно на нее смотрели соседки, а когда она встала из-за стола и ушла по своим делам, с облегчением выдохнули. Зато это заметила Дина и попыталась напустить тумана, чтобы сгладить возникшую неловкость, мол, не судите кошку по шерстке, а судите по пользе в хозяйстве. Бывает, что и от одной породистой кошки, взятой в дом исключительно для красоты, пользы больше чем от трех беспородных мурок-мышеловок вместе взятых. Принцесса может и странная, зато знает много и у нее можно спросить совета в случае чего. Вот ей, например, посоветовала суперклассную книгу в библиотеке, она намного понятнее, чем учебник и с ней учеба пойдет явно лучше, чем с тем преподавателем по стихии, что был у нее в прошлый раз! Так что нечего шипеть на нее по-тихому, лучше подумайте: какую именно помощь сможете у нее попросить. Девушки сразу примолкли и напряженно задумались, что выбрать - шипение старосты на своевольную «принцессу» или здравый смысл, за который ратовала опытная Дина? А вот Колетт торопливо вернулась в Библиотечную башню и на радость призракам сообщила, что не против отремонтировать еще учебников. Ей сразу положили пару стопок книг, но для Колетт это было вроде разминки. Она потерла руки и только командовала призракам: еще, давайте еще, больше! А потом, похоже, учебники закончились и перед Колетт завис призрак с растрепанным фолиантом. Призрак обнимал его, как мать больного ребенка. Он осторожно положил его перед растерянной девушкой. Фолиант был обгоревший с одного угла, и от части листов осталась «бахрома» у корешка и все… Легче всего было восстановить кожаный переплет, потом недостающие страницы. Книга стала почти в два раза толще. Она была старой, бумага была плотнее, чем в современных учебниках, да и размер листов был раза в два больше по формату, а между некоторыми страницами обнаружились листы, называемые «папье-плюр». Колетт знала, что ими перекладывали страницы книг, чтобы краска с цветных гравюр или рисунков не отпечатывалась на текст соседних страниц. Обновленная книга была в полтора раза толще, но наполовину пустой. Да и каждая страница потеряла часть текста в том месте, где раньше были обгорелые края. Колетт посмотрела на призрака и развела руками. Она сделала все, что смогла. Призрак закрыл руками лицо и сгорбился, похоже, если бы он мог плакать, то сейчас бы рыдал. Колетт с жалостью вздохнула и закрыла фолиант. Призрак убрал руки от своего лица и посмотрел на магессу цепким взглядом. Колетт сразу подобралась, обычно призраки после подобного перекидывались в полтергейстов, еще только бардака здесь не хватало! - Этот труд был делом всей моей жизни, - твердо сообщил призрак, - я предлагаю полное слияние. Я знаю, что было написано на каждой странице и смогу восстановить все рисунки и схемы. Я потратил всю жизнь, чтобы собрать и систематизировать эти знания, и не пожалею собственного посмертия, лишь бы дело моей жизни приносило пользу магам. - Нет! – сразу отказалась Колетт, - после полного слияния не только я буду знать всю твою жизнь, но и мои тайны станут известны тебе. Нет! Мои тайны только мои, и я не готова делиться ими со всем миром. - Ой, ну какие тайны могут быть у маленькой девочки! – возмутился призрак по соседству, - ты думаешь всем интересно, как ты таскала плюшки и целовалась с мальчиком? На кону восстановление действительно великого труда о психическом здоровье людей. Ты даже не представляешь, как страшно безумие! - Представляю, - передернула плечами Колетт, - если вы не забыли, я - Вороненок и проходила обучение у мастера Бастинграфа, а он меня учил врачевать не только тела, но и души. Так что я в курсе, что такое безумие, и какие могут быть последствия. Эта книга действительно была бы полезна для тех, кто хотел помогать таким больным. Я даже сегодня видела одного из учеников мастера здесь, в этом читальном зале, который до сих пор продолжал заниматься по его списку литературы. Я думаю, что этот труд помог бы ему понять и разобраться как с проблемой, так и с путями помощи страждущим. Но тайны не только мои, моя наставница госпожа Паучиха учила меня лично не один год, и я не хочу, чтобы кто-то еще знал, чему именно меня учили. Это моя жизнь, но тайны не только мои. Призраки начали кричать, что это неправильно, когда один человек решает быть или не быть великому труду! Маг потратил не одну сотню лет, а тут ребенок топает ножкой и смеет упираться! На них кричали другие маги, которые требовали, чтобы от юной магессы отстали. Они уже прожили свое, а у нее собственная жизнь, и каждый маг имеет право на собственную жизнь! Призраки нервничали, казалось еще немного и они схватятся врукопашную. Колетт, чтобы не допустить полтергейстов, собрала излишек магии, разлитый в воздухе. Призраки сразу побледнели и стали заметно тише. Некоторые вообще предпочли убраться подальше от магессы, способной на такое, и недовольно шипели издалека, выглядывая из-за дальних стеллажей. - Я обещаю, что после слияния развоплощусь, - призрак, тот который автор книги, висел над фолиантом, - твои тайны останутся только твоими. Клянусь своим перерождением! Да чтоб я родился крысой в канализации, если обману! Тонкая снежинка возникла и пропала в глубине призрака. Колетт удивленно моргнула, госпожа Джесс ей рассказывала о клятве призраков, но вот показать такое на примере у нее не получилось. Ей самой никогда призраки не клялись. Это было сродни клятве магов, когда клятва становится частью матрицы духа, отвечающей за судьбу. Колетт удивленно вздохнула и протянула руки вперед, открывая для духа все щиты. Призрак осторожно приблизился и втек внутрь… Колетт увидела момент рождения, когда ребенок, выйдя из родовых путей, появился на свет. Улыбка матери. Первые шаги. Бабочка, севшая на палец. Разбитая до крови коленка. Пьяный отец, избивший мать, и первое излечение, когда у матери пропали синяки, и ее испуг в глазах, когда она поняла, что сын - маг. Слезы и боль расставания, когда чужой человек в сером балахоне закидывает его в телегу и везет от родного дома. А потом серое здание и двухъярусные кровати. Столовая с длинными столами и удивление от вида куска мяса в тарелке. Долгая учеба. Друзья и шалости мальчишек. Здание магической академии и маги в странных балахонах. Вроде здание то же, но вот одежда была другой. Похожая на рясы инквизиторов, подвязанные веревками на поясе. Потом дорога и маленький домик на окраине. Девушка с русой косой. И опять книги, свечи, чернила. Люди с протянутыми руками, умоляющие о помощи. У девушки на руках младенец и еще один ребенок рядом. Солдаты с гнилыми зубами, державшие в руках ржавые мечи в потеках крови. Дорога и опять академия. Дворец какой-то знати. Разодетые в смешные одежды дворяне. Дорога. Книги. Люди. Опять книги. Дорога. Споры с другими магами. Хлоя Великолепная. Война. Кровь. Дорога. Солнечные острова и улыбчивые люди. Девушка с темными завитушками волос и ослепительной улыбкой. Дворцы. Книги. Мастер Бастинграф молодой и улыбчивый. Книги. Люди. Маги. Книги. Тишина библиотеки и пылинки, кружащиеся в потоке света, льющегося через витражное окно. Воины с факелами и оружием. Обожженные руки, которые сбивают огонь с книг и выносят их стопками куда-то. Удар пикой в спину и недоумение - «За что?». Призрак, висящий над книгами, которые везут в телегах. Госпожа Джессика верхом на гнедом жеребце, а рядом Ивейн на буланом. Опять здание академии. Библиотечная башня. Живой библиотекарь. Книги. Другой библиотекарь. Книги. Еще один библиотекарь. Книги. Госпожа Джесс в черном платье с замысловатой прической на голове. Книги. Книги. А потом Колетт с сурово сдвинутыми бровями и горящим взором. Колетт от неожиданности даже выпала из чужой реальности и огляделась. Все та же Библиотечная башня. Все те же призраки, а перед ней закрытый фолиант. Теперь она знала наизусть каждую страницу, каждую гравюру и схему в ней. Она вздохнула и, задержав дыхание, положила руки на фолиант, а потом отпустила память, вливая ее в силу. Выдох. А вот теперь можно открыть страницы и насладиться красотой великолепного фолианта. Целые страницы, изящные вензеля, красивые, замысловатые схемы и цветные рисунки слоев ауры человека с пояснением, что, как и куда. Колетт помнила, как ее писали. Сколько сил и знаний было вложено в изучение, сколько надежд положено, какая боль от потери дела всей жизни, когда ничего не можешь сделать… Радость от обретения утраченного. Призрак покинул тело юной магессы, оставив внутри все свои знания, как подарок, и с улыбкой завис неподалеку. - Благодарю. Твои воспоминания были неожиданными, и ты права – твои тайны должны оставаться только твоими. Будь счастлива, молодая госпожа… Призрак стал терять силы, становясь светлее и прозрачней, и вот беспечная блесточка стала кружить вокруг. - Что здесь происходит? – к Колетт подошел главный библиотекарь и, заметив открытый фолиант, растерянно открыл рот, - как это получилось? Он же был практически уничтожен! - Ему нельзя врать, - предупредил обгорелый дух, - он может отделить правду от лжи. - У меня было слияние с призраком. – Колетт взглянула на него своими фиолетовыми глазами, - призрак попросил помощи, чтобы восстановить книгу, но после этого стал блесточкой! Колетт ткнула пальцем в блесточку, которая разве что только не чпокнула, исчезая в мане. Библиотекарь неверяще потрогал фолиант, пролистнул несколько страниц и без сил упал на соседний стул. - Это очень опасно пускать в себя призрака, дитя, - у библиотекаря дрожали руки, и аура была подернута инеем страха, - он мог остаться в тебе и поработить твое тело. Если ты некромант, то тебе надо научиться держать барьер от проникновения чужих душ, а то получишь подселенца в свою голову и потеряешься в чужих воспоминаниях. Это очень опасно. Ты уверена, что он покинул тебя? - Уверена, - кивнула головой Колетт, - ровно, как и то, что он уже развоплотился. - Я обязан сообщить об этом ректору, - покачал головой старик, - боюсь, у меня теперь будут неприятности. Но я все равно рад, что фолиант восстановлен, а ты не пострадала. Тебе полагается по сотне золотых за каждую восстановленную страницу. - А давайте не будем сообщать об этом ректору? – поморщилась Колетт, - на меня и так все косятся, а если узнают о том, что произошло, так вообще со света сживут. Давайте лучше сэкономим денег для академии? И вас никто не отругает и мне будет спокойней. - Но правда все равно выплывет. - Вот когда выплывет, тогда и будем разбираться. Скажите, что забыли, а может вам и не придется, а новый библиотекарь и знать не будет… - Думаешь, меня уволят вскорости? - Я вообще-то о другом исходе, - замялась Коллетт, - а зачем вы себя заживо мумифицируете? Вы же не никтеро и личем не станете, так зачем все это? - Что «это»? – напрягся библиотекарь. - Ну, я про то, что вы уже давно не едите как люди, а питаетесь маной как призрак. Вы даже воду уже несколько дней не пили. Почему? Хотите легко умереть? Уснуть и умереть во сне от истощения? Легкая смерть, если разбираться, но вы могли бы еще пожить… - Мартин! – перед старым библиотекарем возник призрак старшего брата, предыдущего библиотекаря, - ты же мне обещал, что не повторишь моей судьбы! Неужели за тобой надо смотреть как за маленьким – поел ты или нет? Смотри! Теперь я буду за тобой следить, чтобы ты ел, пил и какал! Ну, зачем так запускать себя? Ты ведь молодой еще, тебе даже третья сотня лет не стукнула, а ты?! Как ты мог!! - Принесите стакан, - попросила Колетт призраков. Те сразу принесли пыльную склянку. Колетт протерла ее подолом платья, а потом, опустив в нее палец, налила воды. - Вот, выпейте для начала. Она из маны, поэтому организмом воспримется легче, чем простая вода. И, если послушаете совета, то начинайте с воды с медом, а потом разведенное водой молоко и сырые яйца. Организму надо плавно выходить из такой жесткой и сухой голодовки. Призрак опять принялся бранить брата, а Колетт подхватила со стола свой конспект и тихо слиняла под перешептывание призраков. Вот теперь внутри все было гармонично – магия потрачена и восстанавливается, вокруг мягкие потоки маны и на душе радостно – такая хорошая книга опять доступна всем.