Расплата

- Николетт Сталенхарт, немедленно явиться к ректору, - выдал секретарь, едва зайдя в аудиторию, где девушкам опять преподавали основы этикета. - Можете идти, Сталенхарт, - поджав губы, выдала чопорная дама, - не забудьте переписать лекцию у подруг, если они у вас имеются, конечно. - Благодарю, - Колетт встала из-за стола и, закрыв конспект, вышла из аудитории вслед за секретарём ректора. Секретарь был худощавый, чопорный мужчина с несколько надменным лицом и твердой походкой. Он шел быстро и даже не оборачивался, чтобы проверить успевают за ним или нет. Они уже почти дошли до массивных дверей секретариата, когда их догнал, немного запыхавшись от быстрого шага, мастер Курт. Секретарь сделал удивленное лицо, что, мол, его не вызывали, но мастер Курт, церемонно поклонившись секретарю, ответил, что он, как глава общежития некросов, является практически опекуном малолетних студиозов и, следовательно, должен присутствовать при подобных вызовах к ректору. Секретарь, так же церемонно поклонившись в ответ, открыл дверь и пригласил зайти внутрь. Колетт никогда здесь не была и с интересом рассматривала большую комнату, где сидели несколько разновозрастных магов, которые чем-то занимались. Некоторые отвлеклись от своих дел и с интересом наблюдали за вошедшими. В комнате было три двери и, кроме входной, были двери на противоположных стенах. На одной висела табличка с именем и регалиями ректора, а на другой висела табличка с именем баронессы Штрейзельбаум, как проректора Академии магии Эллора. Секретарь, заглянув в кабинет ректора, сообщил, что Сталенхарт пришла по вызову, и они вместе с мастером Куртом зашли внутрь. Кабинет был огромным и выглядел очень представительно и массивно. Может, из-за деревянной резной облицовки стен или из-за громадных шкафов вдоль одной из стен, наполненных различными артефактами и фонившими различными силами. На полу под ковром было несколько пиктограмм. Колетт распознала схему удержания живых, нежити и чего-то еще, но сильно присматриваться не было возможности, потому что напротив массивного резного стола ректора сидел за меньшим столом мастер Красмаус, а перед ним лежало то самое злополучное чучело совы. Ректор удивился появлению мастера Курта, и тому пришлось еще раз объяснять, почему он явился вместе со студенткой. Мастеру ректор предложил сесть в кресло напротив мастера Крыса, а вот Николетт осталась стоять напротив ректора под его недовольным взглядом. Мастер Крыс сразу начал жаловаться время от времени, потрясая чучелом, и, по его словам, выходило, что Николетт собиралась убить мастера, избрав своим орудием чучело! Колетт посмотрела на мастера Курта, ей хотелось сказать, что это все неправда, но мастер сидел, прикусив губу, и, похоже, опять веселился. Когда мастер Крыс закончил свой спич и потребовал отчисления Сталенхарт из академии, Курт спокойно посмотрел на девушку и попросил ее выйти. Колетт кинула взгляд на ректора, но тот о чем-то напряженно размышлял, и вся эта история его похоже мало волновала. Она дождалась кивка ректора и вышла из его кабинета. Закрыв дверь, попала под обстрел заинтересованных взглядов. От равнодушных до злобно-агрессивных, как будто Колетт провинилась перед ними лично. Вначале за дверью было тихо, потом раздался визг, как будто мастера Крыса трясли за шкирку, потом опять тишина, а потом смех и опять тишина. - Сталенхарт, зайдите, - мастер Курт приоткрыл дверь, пуская Колетт внутрь. Ей опять не предложили стул, но в это раз мастер Курт стоял рядом с ней. – Я объяснил ректору и мастеру Красмаусу, что вы не хотели причинить ему вреда, и это была шалость с целью показать свой уровень владения силой. Просто шалость, за которую не отчисляют. Но вам следует извиниться перед мастером, за то, что ИСПУГАЛИ его… - Я не испугался! – взвился Крыс и опять стукнул несчастным чучелом по столу, - я не трус какой-то, но это возмутительно! Я требую уважения к себе! - Уважение надо заслужить, а вы ведете себя как истеричка, а не маг! – коротко осадил его мастер Курт. - Но я… - Молчать! – рявкнул ректор и стукнул открытой ладонью по столу, - как только госпожа проректор вернется к исполнению своих обязанностей, я поставлю вопрос о вашей замене, Красмаус. Ваше поведение возмутительно! Пить на рабочем месте прямо на глазах своих студиозов, это недопустимо! Мало того, что уровень учебы непозволительно низок, так еще и ваше поведение больше похоже на хамство! Я в вас сильно разочарован, Красмаус, и обязательно расскажу об этом вашему покровителю. Мастер Крыс замолчал и собрал губы в куриную гузку, всем своим видом выражая недовольство и обиду. Мастер Курт посмотрел на Колетт и молча кивнул в сторону мастера Крыса. Колетт не чувствовала за собой вину, но извиниться, по всей видимости, придется. Поэтому она сделала книксен и начала: - Прошу простить меня, мастер Красмаус, я не имела дурных мыслей по отношению к вам, просто хотела выполнить выставленное вами условие. - Условие чего? – насторожился мастер Курт и сразу раздул ноздри, готовясь ругаться дальше. - Условие получения золотой цепи мастера, - на голубом глазу выдала Колетт и постаралась выглядеть, как Милочка, - мастер сказал, что я смогу получить золотую цепь мастера тогда, когда, заметьте, он сам сказал «когда», а не «если», птица с подставки пролетит по аудитории. Вот я и изобразила полет посредством иллюзии и левитации. Мастер Курт немного закашлялся и прикрыл рот, чтобы удержать смех, а вот ректор еще сильнее разозлился. - Мастер Красмаус не раздает цепи магов, как подвязки любовницам, госпожа Сталенхарт! Он не имеет таких полномочий, как минимум, а, как максимум, думайте головой, прежде чем что-либо делать! Год только начался, а это второй преподаватель, который пришел жаловаться на вас! Еще одна жалоба на вас, и я поставлю вопрос о вашем отчислении на учебном совете, госпожа Николетт Сталенхарт! Нам в Эллоре не нужны дерзкие и неуправляемые маги, которые не понимают простых правил дисциплины и субординации! Я понятно выражаюсь, Сталенхарт? - Предельно понятно, - кивнула Колетт. - Можете идти! - махнул рукой ректор, - а вы мас-стер Карас-с-смаус-с-с задержитес-сь. Очень хочется от вас лично услышать, о чем вы думали, когда делали заявление о золотой цепи? Решили вспомнить молодость? Мастер Курт подхватил Колетт за локоть, молча вывел ее из кабинета и, коротко кивнув секретарю, буквально вытащил ее в коридор. И только тогда отпустил девушку и, накинув на них полог тишины, произнес: - Не волнуйтесь, даже если на вас по очереди будут жаловаться все преподаватели хоть каждый день, вас не отчислят из академии. Вы официально дубль и Ковен магов, скорее, выпотрошит недовольных преподавателей и натрет их солью, чем отпустит из своих рук необученного дубля. И потом, все прежние жалобы были не серьезны, как проступки. Эти стены видели и худшие шутки. И, поверьте, вы не единственный студиоз, которого вызывают на ковер к ректору. Так что не переживайте. - А кто у мастера Красмауса покровитель и при чем тут золотая цепь и его молодость? - Он по молодости был хорошеньким и стал любовником главы инквизиции, а золотую цепь с этой должностью получил в качестве прощального подарка от Конрада Марбургского. Госпожа Джессика Мария Виктория выгоняла его несколько раз, но он каждый раз возвращался после того, как отсюда сбегал очередной преподаватель никтеро. Он как плесень – мелкий, но очень живучий. Поскольку возвращаться на лекцию по этикету не имело смысла, а сегодня других лекций у некросов не было, Колетт решила провести время с пользой в библиотеке. Для начала доделала тот фолиант, который, как укор ее совести, лежал на полке. Потом появился мастер Селим, его, похоже, делегировали другие призраки с просьбой сделать еще пять копий «для внутреннего пользования», потому что там давались сухие и лаконичные схемы, которые точно работали, не требуя большого расхода магии. Эта книга стала подспорьем для многих слабосилков, она давала простые схемы, которые им однозначно помогли бы в быту и при выбранной профессии: вроде бинтов и корпии для лекарей или магической заточки режущих кромок для кабанчиков, или схемы пароуловителей и отводов запахов для жабок, или фиксация воздушных и водных потоков для стихийников воды и воздушников, которые зарабатывали, «надувая паруса» и создавая течения морякам, или крутили лопасти у мельниц. Колетт без лишних вопросов создала десяток требуемых книг и с интересом наблюдала, как их сразу же раздали студиозам, которые собирались группками в попытке успеть переписать то, что им точно понадобится в дальнейшей жизни. Теперь эти группки стали меньше, вернее, самих группок стало больше, но вот количество людей, заглядывающих через плечо соседа, стало меньше. Так, разглядывая читальный зал с высоты своего этажа, Колетт заметила того самого ученика-никроса, который был у нее и мастера Бао на обучении. Похоже, тот до сих пор штудировал литературу, список которой оставил мастер Бао при их практически последней встрече. - Мастер Селим, - Колетт позвала призрака, который раскладывал все на столе для диктовки своей книги, - вы не могли бы дать вон тому магу, который сидит обложившись книгами, работу мастера Гильермо Тоцци «Сияние сфер»? Она очень пригодится именно ему. Потому что он пытается собрать воедино все те крупицы знаний, что разобраны в подробностях в работе мастера Тоцци. Я знаю, что мастер был бы очень рад, что его работа попадет именно тому магу, которому она так необходима. «Я спрошу разрешения у мастера главного библиотекаря», - призрак метнулся к конторке, за которой сидел живой главный библиотекарь и его брат призрак. Они что-то обсудили, внимательно посмотрели на Колетт, которая за ними наблюдала, и разрешили мастеру Селиму отнести редкую, совершенно уникальную книгу в читальный зал. Мастер Селим торжественно вынес большой фолиант и завис с ним перед ничего не понимающим магом. Благо, что тот быстро сориентировался и стремительно позакрывал открытые книги, складывая их стопкой и освобождая место для большого фолианта. А когда он открыл неизвестную ему книгу, на его лице проступило такое благоговение, что все библиотечные злыдни умилились от такой картины. - Ну, а теперь и мы можем продолжить нашу работу, мастер Селим, - Колетт села за подготовленный стол и продолжила писать под диктовку. Жаль, что недолго, потому что к ней примчалась Дина, которую буквально трясло от возбуждения. Она с размаха плюхнулась на соседний стул и жестом попросила Колетт поставить купол тишины. Колетт сделала, что попросили, и с интересом посмотрела на подругу, которая жаждала поделиться новостями: - Ну и как тебе этот скандал и ужас? Страшная новость, как ни посмотри! - Какая именно новость? - Колетт думала о том, что именно могли прознать о разговоре у ректора и его угрозе ее отчислить. - О! – восхитилась Дина, - так ты еще не знаешь! А то бы не спрашивала! Это просто катастрофа! Филипп, граф Ногарэ, убил на магической дуэли отца старосты воздушников! Представляешь, какой скандал? Мало того, что обесчещенная, так еще и сирота! Поскольку у ее отца не было наследника, то все состояние отошло младшему брату отца! Ее мать получит вдовью долю, а саму девушку уже прямо сейчас отвезли в аббатство сестер-кармелиток под руководством настоятельницы Бьянки, сестры короля. Говорят, она, отказавшись от брака и притязаний на трон, помогает брату. Воистину святая! Колетт вспомнила эту «святую» Бьянку, ее внебрачных детей и весьма светский образ жизни. А еще именно в том аббатстве находился тот самый «Последний приют», где она училась у мастера Бао. - Ой, прости, - Дина, по всей видимости, расценила вздох Колетт по своему разумению, - я не спросила, зачем тебя вызывали к ректору? Надеюсь, у тебя все хорошо? - Да, нормально, - отмахнулась Колетт, - я неудачно пошутила, а преподаватель не понял шутки и нажаловался ректору. Меня вызвали и отругали. Хорошо, что комендант общежития был со мной и заступился. Так что, ректор дал мне очень важный совет – думать, прежде чем что-то делаешь, потому что последствия могут быть катастрофическими. - Да, действительно хороший совет, - задумалась Дина, - жалко, что ты его понимаешь только тогда, когда уже по самые уши вляпалась в эти самые последствия. Дина посидела немного и отправилась на следующую лекцию, которая была только у змеек, у некромантов ее не было, так что они договорились встретиться во время ужина. Колетт продолжила писать под диктовку дальше, но ровно до тех пор, пока на освободившийся стул села Мелисса Хлой собственной персоной. Бледной и обеспокоенной персоной на грани истерики. Колетт, не делая резких движений, собрала исписанные листы и, завязав тесемки папки, опять поставила купол тишины над собой и старостой змеек. - Прости, что отвлекаю, - Мелисса пыталась взять себя в руки и у нее это получилось, - я понимаю, что вела себя раньше с тобой не лучшим образом, но сейчас я пришла к тебе за помощью. Ты одна можешь мне помочь… я… я… Мелисса застыла в ступоре, а в уголках ее больших глаз собрались слезы и потекли по лицу реально ручьем. По два ручья из каждого глаза. Они собирались на подбородке и капали на платье, но Мелисса, похоже, этого не замечала, полностью погрузившись в бездну отчаянья. Колетт вздохнула и, чтобы не слушать истерику, решила взять все в свои руки. Для начала коснулась сознания девушки, понижая уровень страха и включая критическое мышление. Самый, пожалуй, действенный способ спасения от слез и бесполезной истерики. Мелисса казалось, очнулась и с испугом посмотрела на невозмутимую сидевшую напротив некромантку. - А ты беременна, – Колетт решила сэкономить им обоим время для объяснений, - и, судя по твоим слезам, красавчик Рауль отказывается вести тебя под венец. А ты теперь боишься сказать об этом родителям, чтобы с отцом или старшим братом не случилось то же, что и с отцом твоей подруги по несчастью. - Мой отец не станет вызывать виконта на дуэль, а просто отравит его при первой же возможности, – честно созналась Мелисса, - об этом, конечно, станет известно, и отца в лучшем случае отправят на каторгу. Понимаешь, я расторгла помолвку, потому что была твердо уверена в предложении руки и сердца. Рауль сам мне не раз говорил, что моя помолвка - это единственная причина, почему мы не можем быть вместе. Но, когда я ему сообщила о расторжении помолвки, он надо мной посмеялся. Сказал, что это была проверка для меня, насколько я умею хранить взятые на себя обязательства и насколько верной женой я могла бы быть в дальнейшем. И поскольку я проверку не смогла пройти, то о дальнейшем нашем будущем не может быть и речи. - И какой помощи от меня ты ждешь? – поинтересовалась Колетт, - ты хочешь, чтобы я держала тебя за руку, когда ты поедешь домой к родителям? Или мне надо плюнуть в компот Раулю, чтобы он сдох в муках? Уточни, чем именно я могу тебе помочь? - Убей ублюдка в моем чреве. Я знаю, что именно некроманты могут сделать аборт наиболее щадяще для организма матери. Если убрать зародыш, иссушив его силой, то организм сам справится с последствиями и сохранит в будущем возможность к следующей беременности. И энергетически не будет пробоя от неудачной беременности, ведь магический аборт он воспримет как гормональный сбой. - И ты будешь делать вид, что ничего не было, но потом об этом станет известно. Ты ведь уже сказала об этом Раулю, а еще подружкам. Служба безопасности выяснит, к кому ты обращалась, а потом твои родители обвинят меня в убийстве. Именно меня, потому что ты сейчас беременная и эмоционально нестабильная. А еще ты несовершеннолетняя и, значит, подобные решения должны принимать они, и в итоге на каторгу попадет не твой отец, а я. Нет, благодарю покорно, я, пожалуй, откажусь от такой помощи. - Ты не понимаешь! - Мелисса резко схватила Колетт за руку и сжала изо всех сил, - я потомственная водница, воздуха у меня чуть. А ребенок, скорее всего, возьмет стихию отца – огонь. Наши стихии разновекторные и конфликтующие между собой. Скорее всего, ребенок убьет меня во время беременности, но даже, если я его рожу, то он будет слабым, да и я после родов вряд ли проживу долго. Мой организм будет истощен и подорван чужой стихией. Конфликт стихий - это самое страшное, что может быть для беременной. Так что, речь идет не о приличиях, а о моей жизни! Я не хочу умирать такой молодой, я хочу жить! Я бы согласилась даже оказаться в аббатстве кармелиток, но этот ребенок станет для меня приговором! - А вот в этом я могу тебе помочь, - Колетт осторожно вытащила свою руку из тисков рук Мелиссы, - эта библиотека стара, как само наше королевство, и здесь есть настоящие сокровища, о которых уже позабыли современные врачи. Например, пособие для акушерок, ведущих беременность дам, обладающих силой, разнонаправленной со своим мужем. Это сейчас для девушек «неприлично» быть магессой, а, следовательно, если у необученной и загнанной в клетку обычаев и запретов магессы, которая отрицает свою силу, вдруг возникает такой конфликт, то родня отводит глаза и делает вид, что это женщина такая слабая, что не смогла выносить здорового ребенка. Но вот раньше, когда быть магессой было престижно и почетно, таким дамам помогали нивелировать* конфликт стихий. И более того, многие магессы использовали это время, чтобы раскачать свою силу, ведь во время беременности происходит гормональная буря, как во время гормональных скачков подростков. Но только она длится не пару дней, а весь срок беременности. Многие магессы выбирали таких партнеров, чтобы получить ребенка с противоположным вектором сил. Потому что ребенок в тебе будет помогать качать силу навстречу своим силам. И в итоге ты овладеешь новой веткой, станешь сильнее и, скорее всего, родишь не просто мага, а уже готового дубля с серьезным резервом! Твой сын будет не ублюдком, а магом, которым ты будешь гордиться! Ну как, хочешь стать тройчаткой? - Ты рассказываешь какие-то сказки, - Мелисса передернула плечами, - я из семьи потомственных медиков. Если бы такая методика была, то о ней бы знали. Ты знаешь, сколько умирает каждый год женщин именно из-за конфликта сил? «Вы ведь знаете, о чем я говорю?» - Колетт посмотрела на мастера Селима и еще одного призрака, заинтересованно прислушивающегося к разговору. Те кивнули и разлетелись в разные стороны. Вскоре перед Мелиссой положили пару старых и затертых фолиантов, брошюру без титульного листа и тетрадь, исписанную убористым почерком. - Как ты это сделала? – Мелисса смотрела уже не испуганно, а заинтересованно, - у тебя дар библиотекаря? - Ты не о том думаешь, - усмехнулась Колетт, - лучше сосредоточься над решением собственной проблемы. Считай, что тебе дали карт-бланш*, используй его и выйди из проблемы с высоко поднятой головой. Стань победительницей!