Предупреждение

- Колетт, зайдите ко мне, - мастер Курт посторонился, пропуская девушку в свою приемную. Маленький столик был сервирован для чаепития, чайник стоял под стазисом, чтобы не остывал. Колетт села на любезно придвинутый мастером стул, сняла стазис с чайника и, разлив горячий напиток по чашкам, приготовилась слушать. - Сегодня я имел продолжительный разговор с мастером сыска Брустом, – мастер Курт с недовольным видом передернул плечами и, сделав глоток, поставил чашку обратно на столик, - я с ним раньше не сталкивался. Он оказался очень въедливыми и дотошным дознавателем. Как ни странно, но я раньше никогда не общался со службой безопасности, все знали о моей личной преданности госпоже Джессике, да я и поводов не давал, чтобы они мной могли заинтересоваться. Так что, появление на моем пороге мастера Бруста оказалось для меня полной неожиданностью. Его интересовали вы, Николетт, и мне пришлось выдержать шквал вопросов, как именно вы оказались здесь, имеется в виду это общежитие, и почему я взялся вам покровительствовать. Не только, как комендант общежития, но и как явно заинтересованное лицо. Пришлось ответить на ряд неприятных вопросов по поводу своих намерений, и лично я до сих пор в шоке, что мне посмели задавать такие вопросы прямо в лицо. Это было бы поводом для дуэли, но Бруст делал это по роду службы, искренне переживая о вашем благополучии. Он уже наводил справки у преподавателей, и они все отзывались о вас только хорошо. Оказывается, Бруст учился в одно время с Мэри Сталенхарт, но так и не посмел познакомиться с ней до того, как с ней случилось это несчастье. Она была звездой факультета и ей пророчили большое будущее после обучения в жемчуге, а он был простой воздушник. А потом Мэри сама стала сторониться всякого общения с молодыми людьми, подразумевая наихудшее при любом интересе с их стороны. Врать следователю при исполнении чревато последствиями и, поэтому я был предельно честен. Сообщил, что знал историю Сталенхарт и, хотя она была кабанчиком-артефактором, будущий жемчуг - это драгоценность для любого преподавателя академии вне зависимости от факультета. Ее сломанная судьба – это печаль для всех, кто считает Академию Магии Эллора своим делом жизни. И когда узнал, что в академии появилась ее дочь, навел справки и с интересом узнал, что у девушки фиолетовые глаза некроманта, и, хотя она поступила на лекарский факультет, стал издали за ней присматривать в надежде переманить ее на факультет некромантии. Сами видите, что общежитие стоит практически пустым, а я скучаю… Госпожа Джессика Мария Виктория не раз жаловалась мне, что допрашивать живых та еще морока. Сильный и уверенный человек, а главное мотивированный в своих поступках, может обмануть дознавателя даже при ментальном допросе. Главное, не врать напрямую и быть уверенным в собственной правдивости, тогда и уличить тебя во лжи будет невозможно. - Да, - Колетт опустила чашку на блюдце и спрятала руки под стол, - в пытошную ее дома не раз приводили людей для специального допроса, когда посредством пыток надо было сломать дух, чтобы добиться правды. Той самой страшной правды, что он прятал даже сам от себя. Я была ученицей палача и слышала много неприятных и страшных историй о предательстве и измене, о том, как ради денег, титула и земель родственники убивали, травили, сжигали или замуровывали заживо своих кровных родственников, при этом были твердо уверены, что они достойнее титула, земель и принесут больше пользы государству, чем слабая родня, почему-то оказавшаяся в первых рядах наследования. И они были правы и совершали эти поступки ради всеобщего блага, поэтому и неподсудны. А еще был случай, когда в столице стали пропадать девочки, вначале сироты из домов попечения, потом маленькие нищенки, и тут гильдия воров насторожилась, подумав, что кто-то пытается лишить их денег. Но полиция молчала, ведь заявлений от родителей не было, а попечительские организации помалкивали, боясь привлечь к этому внимание, и тем самым нарваться на проверку от вышестоящих органов или лишится помощи благодетелей. Но все же расследование было начато и факт пропажи девочек подтвердился. Но только не было ни тел, ни предположим, слухов о борделе с таким уклоном. Они просто пропадали и все. Насколько я помню, следствие вел именно мастер Бруст и именно он благодаря своей дотошности докопался до правды. Все случайные свидетели говорили, что девочки уходили сами с каким-то хорошо одетым господином и, чтобы разыскать его, у Бруста ушел не один год. Однажды он практически поймал этого мужчину с поличным. Тот забрал с улицы сироту, мать которой была пьющей шлюхой, и не обращала на дочь никакого внимания. Он привел девочку в дом, где жил со своей сестрой. Пока Бруст получил разрешение на обыск дома добропорядочного человека, прошло время и, когда команда сыщиков ворвалась туда, то ребенок был жив, девочка была умытой, накормленной и хорошо одетой. Казалось бы, все хорошо, но уж больно показательно хорошо был одет ребенок. При допросе выяснилось, что его сестра была сумасшедшей, которая после допроса повесилась на своих чулках в камере, а ее призрак твердил все время о куклах. Но кукол в том доме было действительно много. Фарфоровых и тряпичных, всевозможных размеров и качества. Сам мужчина был возмущен самим фактом допроса и преступником себя не считал. Он уверял, что сделал доброе дело - забрал сироту с улицы и дал ей кров и защиту. Да ему медаль должны дать, а не допрашивать, как злодея. Но Бруст не сдавался и вызвал госпожу Паучиху, она для начала посетила дом подозреваемого и нашла там призрака трехлетнего ребенка. Призрак молчал, только хихикал и как будто играл в прятки. Допросить его не удалось, потому что ребенок был действительно мал и практически ничего не помнил, он был зациклен на игре и очень радовался, что с ним играют, а потом обязательно дадут вкусного. Но кроме этого в доме нашлись бутылки с весьма специфическим содержимым и много специализированных мазей и масел, которые использовались при бальзамировании. Поэтому Бруст уверился, что это был тот самый мужчина, которого он так долго искал, хотя доказать что-либо было невозможно. Свидетелей не было, а призрак сестры был безумен и зациклен на куклах в комнате. Он переживал, что «куколки скучают» в своей комнате. Госпожа Паучиха поверила Брусту и собственному чутью, которое уверяло что у человека есть тайна, но это могло быть что угодно, вплоть до того, что тот сам играл в куклы с сестрой, просто стеснялся в этом признаться. Госпожа Джесс забрала его в свою пытошную и на нем учила меня сдирать кожу с живого человека так, чтобы он оставался в сознании все время. Потом она приращивала кожу обратно, и я начинала все с самого начала. Мужчина кричал, ругался, пытался проклинать, уверял, что мы ошибаемся, а потом проговорился, сказав, что госпожа Джесс - чудовище, мучающее ребенка, тогда как он всегда был со своими ДЕВОЧКАМИ добр и ласков. Вот за это Паучиха и зацепилась для того, чтобы начать допрос по всем правилам. Он какое-то время держался, но от боли сломался и все рассказал. Оказывается, у него был вход в соседний дом, который был пристроен вплотную к его собственному. Это был многоквартирный дом и одна из квартир была выкуплена достаточно давно, чтобы все забыли о владельце. До этого в ту квартиру еще отец таскал проституток, а потом через потайную дверь возвращался обратно в свой дом, и его никто не мог заподозрить в разврате. Когда потайную дверь нашли и открыли, оттуда донесся смрадный трупный запах и при обыске нашли много забальзамированных тел детей, лежавших в коробках как куклы. Тел было больше полутора сотен и самому старшему телу трехлетнего ребенка было больше двадцати лет. Судя по телам, мастерство бальзамирования росло от одного тела к другому. Последние дети были восхитительно сохранившимися. И даже тогда мужчина не соглашался, что он убийца и чудовище, ведь он спасал детей с улицы и от нищеты. Заботился о них лучше, чем другие родители, а когда ребенок «ломался», начинал себя плохо вести и закатывать истерики или начинал болеть, то его умерщвляли различными способами, чтобы максимально сохранить тело. Потом бальзамировали, красиво одевали и прятали в коробку как куклу. И это дело никогда не было бы открыто, если бы не въедливость мастера Бруста. - Ну, что ж, - мастер Курт тяжко вздохнул, - считаете, что он продолжит свое расследование? И попытается выяснить, где и с кем жила Николетт Сталенхарт? - Скорее всего, - Колетт налила себе новую порцию напитка и села поудобнее, - но не надо переживать, госпожа Джесс предполагала подобное и подготовилась. Чем дольше мастер Бруст будет искать моих якобы опекунов, тем больше будет уверяться в их реальности и теряться в предположениях. Ведь я могу оказаться засланным шпионом из Плента. Враг не дремлет и всегда изобретателен. Так что будьте готовы, что еще придет к вам со своими вопросами. - Да уж, - мастер Курт постучал пальцами по ручке кресла, - мне отвертеться от ответов под видом ментального запрета не получится. - Ни о чем не волнуйтесь, - Колетт допила чай и приготовилась встать, - в крайнем случае, он выяснит, что я Вороненок, и что? Служба безопасности попытается меня завербовать, чтобы получить себе еще одну ищейку. А вы всегда можете сослаться на волю и желание госпожи Джесс, которая хотела, чтобы вы присмотрели за ее ученицей. Вы, когда приглашали меня, даже не догадывались, кто я, а потом уже действовали исходя из целесообразности. В этом нет преступления. Мое желание жить под псевдонимом весьма понятно, он это прекрасно поймет и не осудит. Так что, прошу прощения, что мое присутствие здесь доставляет вам неудобство… - Нет, нет, - мастер замахал руками и улыбнулся, - ни о каком неудобстве не может быть и речи, я совсем не против, это даже несколько бодрит и радует. Давно я не был в таком водовороте событий, но, молодая госпожа, подождите. Это не все, что я хотел вам рассказать. Колетт, которая почти встала, снова села и приготовилась ждать. Курт встал и принес большую коробку, судя по запаху, шоколадных конфет, завязанную сверху пышным бантом. - Это от мастера Руста, на словах он просил передать вам свою благодарность за помощь с древними рунами Эрани. Колетт тяжко вздохнула и отвела взгляд, даже не делая попытки развязать бант и угоститься конфетами. Подумав немного, она с опаской посмотрела на мастера Курта. - Вы не могли бы с ним поговорить? Дело в том, что его интерес ко мне уже становится заметен. Он половину лекции оглядывается на меня, это заметили другие и, судя по тому, что он похоже весьма любвеобилен, теперь делают предположения, что я, если не являюсь его тайной любовницей, то скоро ей стану. Я не заинтересована в общении подобного рода, его ухаживания мне скорее неприятны, чем льстят. Вы меня понимаете? - Понимаю, молодая госпожа, - по-отечески улыбнулся мастер Курт, - я с ним уже говорил, но теперь буду настойчивей, даже попробую немного надавить и по старой памяти, и на профессиональную гордость. Так что не переживайте, я постараюсь все это уладить. - Благодарю… Колетт наконец встала и отправилась в свою комнату, полная неприятных предчувствий, а там Змеёныш похоже кого-то съел, судя по шарику на его теле, при этом успел опорожниться, и дурно пахнущая кучка лежала на паркете под деревцем. Колетт почистила все магией и, сев за стол, задумалась о возможных последствиях. Змеёныш прав, все истории имеют красивое и вкусное начало и дурно пахнущий конец. Но что сейчас можно сделать? Начало истории уже случилось, а до конца еще есть время. Остается только ждать, хотя всегда есть возможность подкорректировать конечный результат. * - Он не женится на тебе, - на соседний стул села девушка. Хм, хорошо беременная молодая магесса, у нее под гербом водников сверкала одинокая жемчужинка. – Он, по сути, охотник и когда поймет, что добился желаемого и ты в него влюблена всем своим естеством, когда убедится, что ты отравлена им и не можешь дышать, когда его нет рядом, то охладеет. Не сразу, но его охотничий инстинкт будет гнать его дальше, а ты станешь очередным трофеем. - Простите… - Колетт сидела в библиотеке и писала под диктовку мастера Селима. Призрак мастера был виден только ей, другим призракам и, возможно, главному библиотекарю, если он сосредоточится, чтобы увидеть. Колетт для начала опустила купол тишины, чтобы не шуметь, и для того, чтобы лишняя информация не просочилась в чьи-то слишком длинные уши. Ей и так уже хватало сплетен о себе, которые гуляли по академии. Девушка не была той красавицей, от красоты которой в Эллоре сходили с ума. Она была бы хорошенькой, если бы не сверлила сейчас гневно глазами, сурово сжав губы. Туго стянутый без всякого кокетства пучок на затылке, скорее, подчеркивал высокие скулы и по-кошачьи раскосые глаза. Да и губы были не по моде Эллора узковаты и бледны. - Простите, - Колетт пыталась вспомнить, кого именно она напоминает. Что-то было в этом лице узнаваемое настолько, что Колетт, которая никогда не жаловалась на память, сейчас судорожно перебирала всех знакомых в попытке вспомнить, когда и где она видела это лицо. – Я не понимаю, о ком вы говорите. Вы не могли бы быть более конкретны в своих высказываниях? - Так много поклонников, что ты не можешь понять, о ком идет речь? - раскосые глаза стали тонкими щелочками. - Не стоит врать, я же вижу, какими глазами он смотрит на тебя! Когда-то он точно также не сводил своего взгляда с меня! Мне уже рассказали, что он отнес тебе коробку конфет! Я знаю все его шаги, когда он заманивает новую добычу в свои сети. Он умеет интриговать и притворяться равнодушным, заставляя тебя искать с ним встречи, все эти почти случайные прикосновения и улыбки издалека. И он, как рыбак на берегу, закинет наживку, и, когда ты заглотишь крючок, будет медленно и осторожно выводить тебя к себе. Так чтобы ты сама пришла и отдалась, потому что сама сгораешь от страсти и желания. И ты не сможешь его ни в чем обвинить, потому что все видели, что это ты гонялась за ним и склоняла к близости, а он тебе ничего не обещал и поэтому все произошедшее, - магесса обняла свой округлый животик руками, - только твое желание и ответственность. А он всего лишь благородный человек, поддавшийся соблазну и теперь находящийся в неудобном положении. В глазах общества жертвой будет он, а ты - расчетливой дрянью, решившей ничем не брезговать, лишь бы заполучить себе состоятельного мужа. Хотя он не так богат, как кажется, все уходит на содержание бастардов, и моя родня не будет рада такому родственнику. Мое приданое на порядок больше его состояния. - Ты из Эрани? – улыбнулась Колетт, - все эти разговоры о рыбе… а еще… ты знаешь, что очень похожа на Хлою Великолепную? Прямо одно лицо, даже не верится, что бывает такое сходство! - Мой род идет от ее третьего сына, - магесса вздернула небольшой, немного приплюснутый нос, - в доме родителей висит ее портрет. Но тебе откуда знать, как она выглядела? Колетт положила руки на чистый лист, и по нему растекся рисунок в коричневых тонах. Это был портрет Хлои Великолепной. С такими же острыми скулами и раскосыми глазами, с вздернутыми вверх волосами-перышками, ожерельем с рыбками, торчащими ключицами и плоской грудью, но с таким надменным разворотом головы и выражением лица, что казалось она рассматривает с листа своего врага и под этим взглядом становилось неуютно. - Она была такой во время Битвы Четырех Магов, - Колетт передала девушке портрет. - А что касается конфет, то они лежат в комнате коменданта нераспечатанные. Я попросила мастера Курта их вернуть. Хочешь, их пришлют тебе? Не стоит ревновать ко мне, я не ищу мужа, у меня другие цели и желания. И мне мастер Руст совсем не интересен как мужчина. Я вообще не понимаю, что можно найти хорошего в таком холерике и авантюристе. Да у меня мигрень бы началась, если бы мне пришлось общаться с ним продолжительное время. - Да, пусть пришлют конфеты мне, - магесса внимательно рассматривала портрет своей родственницы. Колетт тем временем послала вестника мастеру Курту с пожеланием узнать, вернул ли он коробку. Черный скворец принес послание, произнесенное теплым мужским голосом, что он это сделает, когда у мастера Руста закончатся занятия, он уже договорился с ним о встрече на этот вечер. - Вы не передумали получить коробку? – Колетт безмятежно посмотрела на девушку, та склонила голову к плечу и задумалась, - тогда вам стоит представиться, чтобы мастер Курт знал, кому передать конфеты. - Меня зовут Тамилла из рода Тапиолов, – магесса свернула в трубочку портрет Хлои, и, когда Колетт сделала вестника, чтобы сообщить свою просьбу, сделала отрицательный жест рукой. – Простите, я передумала. Пусть конфеты вернут ему. Как я понимаю, мастер Курт покровительствует вам, но при этом вы не любовники вопреки всем сплетням. Любовники разговаривают иначе. Я нечаянно увидела подобный рисунок в некой папке, - Тамилла опять прищурила свои кошачьи глаза. – В ответ на мою, как он сказал бесцеремонность, мне закатили скандал и выставили за порог его квартиры. Похоже, я погорячилась со своей ревностью, но все же спускать такое обращение к себе я не намерена. Вы так изящно ткнули меня носом в мою родословную, что мне даже стало стыдно, что я могла променять честь на мужчину. Пожалуй, мне стоит оформить себе академический отпуск в связи с рождением ребенка и вернуться домой. У нас в Эрани очень спокойно смотрят на детей, рожденных вне брака. Это скорее повышает привлекательность женщины при браке, ведь это прямое доказательство, что проблем с рождением наследников не возникнет. - Я не имела таких намерений, - созналась Колетт. - Я понимаю, - Тамилла бросила еще один настороженный взгляд, - похоже, я не знаю, что именно вас связывает, но это скорее общая тайна, чем страсть или похоть. И понимание этого почему-то успокоило меня. Сегодня же сообщу родным, что собираюсь вернуться, пусть пришлют за мной людей, которые помогут все оформить и собраться в дорогу. Хм, собираясь на эту встречу, я рассчитывала на другой разговор и даже не предполагала, что все закончится именно так. Я уеду, а вы останетесь с ним. - Я останусь не с ним, - Колетт передернула плечами, как будто пытаясь стряхнуть что-то ненужное, - я останусь в академии, где буду учиться. У меня другие цели и желания в жизни. - Я это вижу, - Тамилла из рода Топиолов поднялась со стула как с трона, - и благодарю вас за этот разговор и за портрет. Можете рассчитывать на благосклонность моего рода, оказавшись в Эрани. А теперь вынуждена вас оставить, у меня появилось много дел. До встречи в Эрани. - Э-э, - Колетт растерянно посмотрела вслед уходящей магессе, а потом перевела взгляд на призрак мастера Селима. - Мне кажется, я что-то упустила в нашем разговоре. Надо будет расспросить мастера Курта, что именно я сделала не так.