Сладости и пергамент

С тех событий минуло несколько лет. Сегодня — удивительно холодный для Болгарии ноябрь. Календарь показывал знаменательную дату — одиннадцатое число, день рождения Фёдора. Утро. Именинник спал в большой кровати, мирно посапывая. Шторы в комнате были плотными, поэтому даже сейчас здесь стояла полутьма. Дверь с тихим скрипом отворилась, и Чарли вошёл в комнату. Он присел около кровати Фёдора и слегка растормошил его: — Доброе утро, Федя. Пора вставать. Сегодня твой особенный день. Мальчик что-то проворчал в ответ и накрылся одеялом, выражая явное желание остаться в постели. Тут дверь распахнулась настежь, и раздался радостный и громкий крик: — С днём рождения, Федя!!! В комнату влетел хозяин этого голоса — Николай. Он прыгнул на кровать рядом с другом, тряся того за плечо: — Вставай! Ты должен получить письмо! А ещё у меня для тебя подарок. Фёдор зевнул и сел на кровати: — Доброе утро... Как только Достоевский разлепил глаза, Гоголь стиснул его в объятиях. Чарли улыбнулся и сделал то же самое, обняв обоих — только нежнее. Когда Фёдор окончательно проснулся, в его руках оказалась довольно увесистая коробка, в которой что-то (или кто-то) жужжало. Глаза Николая расширились от предвкушения: — Открой... Я сам делал. Мальчик кивнул и открыл крышку. Внутри лежал фонарь, заботливо обклеенный тонким синим пергаментом и разрисованный синей краской. Фёдор улыбнулся: — Ого... Красиво... На Луну похоже. Гоголь хихикнул: — Ага. Это и есть Луна. Там внутри огнежуки живут. Два. Когда становится темно, жучки внутри светятся — и получается Луна. Чарли сел рядом с мальчиками: — Мы этих жуков еле поймали. Но зато не зря. Достоевский отложил фонарь в сторону и обнял друга: — Спасибо. Ты очень постарался. Николай гордо вскинул голову. Он был рад, что его работу похвалили. Теперь настала очередь Чарли дарить подарок. Он достал небольшой прочный чехол из драконьей кожи: — Это твоя первая волшебная палочка. Фёдор смотрел на чехол, стараясь скрыть дрожь в руках: — Ты сам её сделал? Из ветки и хвоста феи? Чарли хрипло рассмеялся: — Хвост феи в наших краях — дефицит. Их тут драконы на закуску хватают. Я нашёл одного мастера. Он живёт далеко. Но он… понимает необычные судьбы. Рассказал ему про тебя. Не всё, конечно. Но достаточно. Он сделал особенную палочку, специально для тебя. Чарли вложил чехол в руки племянника, позволяя ему самому открыть его. Мальчик медленно вытащил палочку. Та оказалась не слишком длинной, но и не короткой. Древесина — тёмная, почти чёрная, но с глубоким красноватым отливом, как старая кровь или вулканическая порода. Граб. Дерево упрямое, верное, меняющее хозяина лишь при крайней необходимости. Рукоять обвита тонкой серебряной проволокой для уверенного хвата. Достоевский замер. Его пальцы сжали рукоять. В этот момент из её кончика вырвалась короткая вспышка пламени цвета грозовой тучи, которая тут же погасла, не причинив вреда окружающим. Чарли положил руку на плечо племянника: — Вот видишь. Она помнит. Эта чешуя — не просто часть дракона. Это редкая и… взрывчатая сердцевина. С ней придётся непросто. Она не для изящных заклинаний. Она для силы, для защиты, для воли. Она тебя признала. Фёдор, не отрывая глаз от палочки, слегка хриплым голосом произнёс: — А если… если бы она меня не признала? Чарли пожал плечами, и в его глазах мелькнули доброта и забота: — Тогда бы я подарил тебе просто очень красивую палку. И мы бы пошли есть торт. Думаю, сейчас вы оба не откажетесь от торта. Достоевский, наконец отойдя от шока, кивнул. Николай взял именинника за руку и побежал с ним на кухню. На столе была белая как снег скатерть с узором. В самом центре, на блюдце в цветочек, стоял он — клубничный тарт, любимое блюдо Фёдора. Фёдор смотрел на кусочек тарта в своей тарелке и положил вилку со сладостью в рот. Это было восхитительно. Видя чистую радость в глазах племянника, Уизли улыбнулся. Он был рад, что мальчику нравится его готовка. Съев ещё несколько кусочков, Достоевский заметил какой-то странный конверт с сургучовой печатью. Это было оно — письмо из Хогвартса. Развернув конверт, Фёдор вслух зачитал текст: — «Дорогой мистер Достоевский! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 июля. Искренне Ваша Минерва МакГонагалл, заместитель директора...» Гоголь отхлебнул чай: — Вот это да...