1.3.Рыжий Мудачелло и Крутость

***

Наше отделение после того схрона приободрилось - а штабс сержант даже повеселел, когда увидел, что у нас есть первый трупак гука - и его совсем не парило, что это был совсем мальчишка, а не супер хряк из СВА —Ну даёте, педики, смогли таки завалить. Да ещё и схрон найти, халявы конечно отвалили, черти - все говорит штабс, перебирая трофеи, что мы откопали. Военные трофеи - залог победы над коммуняками, как говорил лейтенант Говнарь. Он кстати после того нападения, когда мы на базу ехали - получил отпуск в Сайгон. То есть мы месили говно, кишки, жрали землю - а этот охренительный хряк просто взял и решил отдохнуть за все наше отделение Мы конечно хотели бы и разозлится - но сейчас было совсем не до этого Мы чувствовали себя очень важными - прям ваще. Захватить назло этим лайферам контрактникам из штаба целого гука вместе с минометом - за это можно и серебряный крест впаять, если бы мы не были в джунглях. Ну, досрочно его дают за охренительный трюк - подрыв на мине или если докажешь, что гук прострелил тебе пенис Но мне вообще как-то не очень - мы бля воюем с юнцами: здоровые, упитанные, бородатые мужики с разных концов необъятной Америки, причем обеих Америк - против голодных ободранцев с клочка суши, растянувшегося где-то в Индокитае. Даже звучит нахрен комично, как какой нибудь голливудский блокбастер про крутых морпехов, которые вновь оформили пачку инопланетян из мегакрутого оружия К вечеру, когда раскладывались на этой точке, в возвышенности лагуны рядом с болотцем, где гука пришили, приходил Рубашка Динки Дау, самолично к нашему отделению - выставил нам в своей манере две бутылки коки сверх нормы, поэтому мы с Зажигалкой по жидовски зажимали напиток, пока остальным приходилось пускать на это слюни —Ну ебать, как много чести. Мы же просто пришили какого-то мальца местного - недоумеваю я, когда мы копаем ямку для дежурства в земле. Этакая маленькая огневая точка и полуокоп, с валом из земли. Хватит, чтобы покакать - это единственное, что при атаке можно и сделать —А ты не думай над этой херотой - тут даже если крысу вьетконгом назовёшь и сожрешь ее с говном, то тебе сразу хлоп - и медаль на грудь - копает Зажигалка свою точку также, как и я - ему очень хотелось закурить, но штабс сказал, что яйца открутит - вечером по огонькам может залупить снайперка гуков из джунглей, а они, говнюки, почти никогда не промахиваются. А если промахиваются - то обязательно попадет в кого нибудь другого! —Как тут не думать то, когда они его бля повесили за ноги? - я оборачиваюсь и киваю на мальчишку, которого уже успели подвесить за ноги и вложить ему в разрез подбородка пиковый туз, он поражал нас своей красотой аж посередине лагеря. Да и эта красота даже проникла в запах - такой запашок, как будто вернулся в Техас в Хьюстон - мы там на китобойне работали Гуки настолько круты, что даже один их трупак пахнет, как целая флотилия сдохших сгнивших китов-пердунов. Зажигалка хмурит нос и отводит взгляд от мертвяка. На его лице читается сожаление Он был ещё молод - совсем юнец, ему в школу бы - хотя я не уверен, учат ли сейчас в Южном Вьетнаме гукарей чему-то, кроме как всаживать в наши задницы коммуняцкие подарочки. А теперь он висит, разинув распоротый рот в удивлении - будто бы сам не поверил, что уже умер —Потому что ебантяй Форвайтс думает, что повешенный гук отпугнет других гуков от нападения - это типа как с шакалами или неграми - хмыкает Зажигалка, вгрызаясь в землю, надо было бы успеть до темноты, а то ещё реально гуки придут мстить —А нахрена мы тогда копаем окопы! - спрашиваю я и мы смеёмся после того, как Зажигалка пожимает уклончиво плечами

***

Дежурим ночью по очереди, по три часа - наш расчёт был в начале ночи, поэтому остальные четыре часа были на задницах наших товарищей по отделению. Форвайтс спал крепким сном - малыш устал ходить по джунглям, утютю Зажигалка, как мудачелло, решил покурить все таки - даже несмотря на то, что ему башку снести могли в тот же момент. Но он хотя бы додумался приложить голову к валу и укрыть огонек грубыми ладонями вглубине ямы. Дымок вьется от его рыжих усов, тут и мину можно засадить, не целясь —Да ты реально офицер Мудня, реальный мудачок, Зажигалка. Сказали же, не курить - шепчу настороженно я, сжимая винтовку. Она вся уже пропиталась моим потом - будто я с ней сросся. Моя рука - это винтовка, как у тех пришельцев, в руку вмонтирована Ночью джунгли были совсем неприветливыми - прям от слова совсем, они как будто были застывшим великаном с жилами и мышцами из деревьев, листьев и лиан, с ее живой массой москитов, гадюк и прочих ползуче-летающих падл. И самое плохое - против них не было никакого ПВО. Они нападают - мы бьемся ладонями, когда они летят в рот и ноздри - кутаемся в вороте куртки гамбезона и так по кругу - пока Зажигалка не сдается и не решает потравить гуковских москитов никотином и угарным газом —Да и хуй с ним. Что мне будет? Гуки увидят дымок и бросят мне гранату? Или насрут сюда? А может, мы все вместе выйдем и начнем танцевать? Интересно, какие сигареты курят гуки...Хошиминовки? - спрашивает Зажигалка, разлегшись в ямке. Ему видно невдомек, что его и распечь могут за такое и отправить на гражданку с позором. Хотя, учитывая проблему с призывниками, его тут будут до смерти мурыжить —Явно без фильтра, может, папиросы Сталина - отпускаю остроту я, а ирландец гикает, выпуская дымок из под густой щетины. Он струится вверх - ударяется об каску и растворяется на ее зеленой мятой поверхности Зажигалка осекается в смехе и резко сжимается в ещё больший комок из брони в яме, зажимая рукой висок ближе к каске - я даже не успел понять, что произошло. Видел вспышку, такую короткую и яркую - вскидываю винтовку и начинаю высаживать магазин по предположительной вспышке - даже не целюсь через мушку, от плеча Пламенеют трассеры, шепчет винтовка - и печатает своей арией гробовые знаки на джунглях пулями. Затвор ходит ходуном - туда сюда, туда сюда, выплевывая горячие гильзы из механического чрева. Каждая пуля - это не только крутой способ убить коммуняку, сколько еще и подсветить себе окружение Бах, бах, ба-бах - двойной выстрел в конце и магазин оказывается пуст. В ответ мне в глаз не прилетает ничего, кроме мошки - видно я его подавил, или вообще убил. Но от греха подальше сполз в ямку и начал шарить по поясу в поисках второго магазина

***

Зажигалка лежал неподвижно - неужто непобедимого крутого ирландца завалили? Да ну нахрен! —Эй, рыжий, ты как? Живой? - шепчу я, нарушая установившуюся тишину, тем временем прищелкивая второй магазин с живительными патронами в родной звякающий боек и дёргаю затвор, загоняя демократию в ствол Я смотрю через грань стены ямы и сьехавшей каски - через прорезь меньше шансов словить неприятную пилюлю - настолько неприятную, что аж насмерть. Вроде, ничего такого - если бы тут был снайпер до сих пор, он бы мне уже оба глаза вынес, еще бы успел оприходовать Зажигалку - и явно не пулями Зажигалка медленно, будто он восстает от затекших мышц, распрямляет живот и поворачивает голову ко мне - ирландец медленно отпячивает руку из под каски с левой стороны - там все залито кровью, каска с той стороны покрылась несколькими пятнами, как и воротник бледной куртки. Кровавая дорожка идёт по щеке к подбородку, с правой стороны на каске видна касательная дырка —Да ну нахуй, тебе половину уха отстрелили! - не выдерживаю тона и восклицаю. Зажигалка же находился в шоке - он даже походу боли не почувствовал после того, как ему крепко зарядили

***

Естественно, после нашего контакта отделение поднялось по тревоге - дикая стрельба, да ещё и раненый. Но они вообще тугосери - пришли минут через пятнадцать из лагеря и начали нахрен по джунглям палить - особенно отличился Красная Голова, он два магазина из М16 по деревьям косыми расстрелял без передыху. Таким только пушку в латинском гетто давать, а не против гуковских хряков выходить Не знаю, чего он так не любит джунгли. Уж точно по ним стрелять не надо - я бы сжег их из напалмового огнемета, если бы мог Наш медик, имя у него Реймунд, но мы звали его Шницель - потому что был мигрантским немцем, у него папаша из Третьего Рейха сбежал в 1939. Сейчас Шниц штопал Зажигалку, пока я светил на ухо фонариком - ничего в этой тьме не видно, как он только умудряется его латать —Прилично он так тебя похерил. Еслиб не каска, то все, черепушку бы снес - констатирует медик, накладывая повязку на ранение, обвязывая бинтом голову —Да и без тебя знаю. Он сраный провидец - правду говорят, что гуковские снайперы могут сквозь стены видеть. Типа у них глаза под другим ракурсом, мать его - Зажигалка приходил в свою норму и был даже бодр и оптимистичен для человека, которому чуть не прострелили башку насквозь —Че, думаешь я его достал? Меня то он не похерил - я опираю винтовку о пол и отдаю честь, комично сгремев каской. Это напоминало ночную охоту в Техасе - там тоже по большей мере палишь наугад, как придётся. Правда газели в ответ по тебе не стреляют и не ставят растяжки - но это уже мелкие детали —Если и достал - то гуки трупак утащили уже, пока горяченький. Ходит слушок, что вьетнамы непобедимы, потому что трупаки своих же жрут, как пауки, блин - Зажигалка сплевывает, тря дырочку на месту попадания пули в каске

***

От оставшегося времени моего крутого дежурства приставили новичка - потому что видите ли Зажигалке надо отдохнуть от ранения. Хотя он сам нахрен виноват - курение действительно убивает, причём в свинцовом эквиваленте Ирландец - хуже чем янки, потому что янки боится нарушить неписанные правила, что вдолбили ему здесь хряковские морпехи из штаба. А ириски пока сами не получат по роже - не успокоятся и похрену им на многолетний обширный опыт штабистов и морпехов, которые сами были по пояс в вьетнамских фекалиях В ямах после этого я чувствовал себя очень уютно - Зажигалка вон, не сдох, поэтому и я не сдохну, покруче его буду. Все не выходил из головы снайпер - стоит ли его на счёт записывать, или он сам свалил, пальнув по Зажигалке? Хрен их разберёшь, хитрых вьетнамов —Ну и дал конечно Зажигалка маху - новичок кивает из своей траншеи мне —Он крут, мужик, он просто крут - отвечаю я, жуя батончик из сухпайка. Хотя, как жуя - размазывая по зубам, потому что во время всех пертурбаций и удивительной погоды Вьетнама батончики превратились в шоколадную кашу с вкраплениями орешков, напоминающими козьи какашки —Че крут то? Ему башку чуть не снесли, потому что он заговнился - новичок поднимает брови в удивлении. Сразу видно, что он первый раз, как в поле - не видал ещё настоящего пороха и гнилых стоп, как это было у ветеранов - хряковских хряков —Только мужик с железными яйцами может выжить от снайперского запуления, поэтому Зажигалка и крут, крутой чувак - объясняю я и сплевываю в яму от слишком сладкого шоколада. Со временем, пока жрешь всякую баланду - рот приходит в мёртвое состояние и батончики были настолько отвратительны для проженного нутра, что оно само отторгает от себя то, что кажется ему слишком "живым" Новичок заткнулся - явно посчитал меня чокнутым наголову лайфером по контракту, мотающим свой третий срок на фронте с Первой Индокитайской И это было правильно - сопляки должны понюхать пороху, прежде чем говорить о крутости. Либо же заткнуться и слушать реальных хряков, которые с гуками что-то вроде ненавистных друзей

***

—Как тебя звать, молодой? - спрашиваю я спустя время - оставалось досидеть пару десятков минут. Этот салажонок встрепенулся - уже заснул, пока я не смыкал глаз ни на минуту. Хотелось найти того снайпера, который похерил Зажигалку - пообщаться с ним, предложить ему нашей кока колы и пожениться на наших сестренках —Харперс, рядовой Харперс Ведь похерить хряка - это не ново. Но похерить с приколом - уже искусство. Может, этот снайпер был бывшим профессором где-то в Ханое, или там ученым. —Будешь Окопным Ссыкуном - я сплевываю в окоп и мы смотрим вдаль В итоге, мы от этого снайперка все обосрались - специально подготовленные солдаты все переполошились от какого -то старичка ученого с винтовкой, который немного промазал по Зажигалке Мы с салагой переглядываемся - потом оба понимаем, что оба боимся - но не только вьетконговского снайпера, который надрал задницу - а ещё и того, что он может вернуться - или на его место придет более меткий товарищ Еле как - но смену мы досидели - а потом мне было похеру, я завалился спать, когда на смену заступил Красная Голова и сапер Пес - и оба были ни к черту, потому что первый обдолбался, а второй - был жирнее, чем мамаша Зажигалки