История шестая, или "В черной шутке есть доля правды" (Метка: Черный юмор)

      Старая книга сказаний и древних историй лежит в темной комнате и ждет своего часа. Жертв не осталось, всех, кого она хотела забрать в свои бесконечные истории уже поглощены ею. Нужное количество жертв принесено, а это значит, что настал час финального акта.              Страницы под действием невидимой силы переворачиваются быстро-быстро, чтобы затем из нее вылились чернила. Струйкой темной тягучей жижи они вытекают на пол, не проникая сквозь зазоры. Они двигаются, переливаются, чтобы медленно поглотить комнату, затем пол, а затем…              Все, что душе этой книге будет угодно…       

✵❖✵

В черной шутке есть доля правды

      Алзвиз недоуменно смотрит на женщину и моргает. Она смотрит на него с улыбкой и ждет его слова, финального решения, которое он все никак не может составить. Голова его кипела от количества информации, не понимала всей сути происходящего. Он попросту не мог понять.       — Зачем? — произнес наконец он. — Ты создала этот лес, этих монстров, эту нечисть, этих всех проклятых… Эту книгу! Зачем? С какой целью?       Алвиз указывает ладонью на старую книгу сказаний и древних историй, лежавшую на столе. Ее черные страницы переливаются в свете свечей, отображая картину происходящего на другой стороне. Комната медленно поглощалась черной эссенцией, так отдаленно напоминавшей кровь чудовищ и монстров.       Всеведа повела плечом и усмехнулась:       — Мне было скучно. А это, — она посмотрела на книгу, — интересная вещь, чтобы разогнать скуку. И посмеяться от души.       — Посмеяться?! — Беглец поперхнулся и удивленно уставился на нее. — Каким образом?       — Ну посуди сам, а чем мне еще заниматься? Все это время ради шутки я обращала крестьян в чудовищ. Они изначально считали меня колдуньей, которая сможет избавить их от хлопот и проблем грешного мира, представляешь? Ну, так я и решила большинство их проблем! Она девчонка ко мне пришла, желала быть самой прекрасной девой на всем белом свете. Так я ей и помогла!       Всеведа хлопнула раскрытой ладонью по столу, довольно оскалилась, показывая белые зубы, и довольным тоном произнесла:       — Я ей дала одно зелье. Для девчонки ее собственное отражение казалось идеальным. Без изъянов, без уродств. Но на деле… Ха! На деле она была уродливым монстром, отдаленно напоминавшим человека. Две головы, четыре руки, по восемь пар ног! Ты бы видел, как изменилось ее лицо, когда она пришла в деревню, а на нее накинулись ее же друзья с вилами и факелами. О, как она кричала, когда ее драли на части. И как я посмеялась от души!       Алвиз поморщился.       — Это гнусно.       — Гнусно? Ха! Это еще цветочки! — Всеведа оскалилась. — Ко мне приходил один мужчина. Так умолял спасти его сына, постепенно угасающего от неизлечимой болезни. Он на коленях стоял, молил, чтобы я приготовила отвар, способный подарить тому «бесконечно долгую и счастливую жизнью». Так и сказал, а я же воспринимаю все всерьез! Вот и сделала так, чтоб мальчик не умер — на этот раз никогда. О, как я хохотала, когда малец перебил всю семью… Знаешь, кем он стал? Упырем! Самым первым и самым красивым. Лучшим из лучших.       — Ты понимаешь, что у тебя проблема с чувством… юмора?       — О, нет, у меня с ним все хорошо! Шутку расскажу. Кхм! — Всеведа прочистила горло и довольно улыбнулась. Ее изумрудные глаза прошлись с интересом по лицу следопыта и опустились на его ладони, лежавшие на столе, прежде чем вернулись обратно. — Забыла тебе рассказать, что для душегубца и убивцы я очень воспитана… Знаешь почему?       Алвиз напрягся. В голове он стал перебирать все возможные пути отхода, но понял, что это бесполезно. Тогда он стал перебирать все святые слова, которые только запомнил за годы службы. Следопыт слегка наклонил голову и неуверенно произнес:       — Потому что ты не нападаешь сразу?       Всеведа усмехнулась.       — Нет. Но попытка неплохая.       Она подняла руку и щелкнула рукой. В одно мгновение в воздухе появились кухонные приборы. Нож был справа от Алвиза, а вилка — слева. Не успел мужчина моргнуть, как приборы со свистом глубоко вонзились прямо в его ладони.              Следопыт заорал. Он, свалившись со стула, попытался оторвать руки от стола, но те прибили его к деревянной поверхности удивительно крепко. Заколдованные магией, они держали его и никак не отпускали.       — Потому что удар ножом я нанесла справа, а вилкой — слева! Ха! — Всеведа, довольная своей шуткой, рассмеялась. Она вскинула руку и махнула ей. — Не волнуйся, дурачок, это — не самое страшный анекдот, который тебя поджидает сегодня.       — О-отпусти меня! — вскричал он перепугано. — Я доставил тебе книгу! Я выполнил часть уговора! Я подкинул даже те страницы двум ведьмам! Я все! Все сделал! Отпусти!       Всеведа наклонила голову, словно задумавшись над его словами. Ее взгляд пошел дальше, перешел на кота, что наблюдал за происходящей с неприкрытым удовольствием. Тому действительно было интересно, как закончится вся эта история.       — Дайка мне подумать… — Всеведа подперла голову кулаком и с сомнением посмотрела на дергающегося мужчину. — Ты, экий оборванец, сбежал из «святых» войск, обокрав архив артефактов одного из уважаемых монахов, которые поклоняются вашему вшивому богу. Даже убил одного из них! Навлек на себя гнев одного из самых ужасных Инквизиторов и направился точно ко мне… Для чего?       Ведьма хмыкнула.       — Знаешь, мне с самого начала не нравилась эта история. Был какой-то в ней подвох. Какая-то заноза, которую ты постоянно задеваешь. Ты, следопыт инквизиции, столь долго служивший ей, вдруг становишься беглецом. Удивительно легко крадешь книгу, которую никто из вашего вшивого ордена не мог толком изучить и использовать. Без каких-либо проблем приходишь сюда, на другой конец континента и… добираешься до меня. Ведя за собой самого опасного ублюдка из всех только существовавших!       Алвиз сдавленно застонал. Он попытался поднять на ноги, но ведьма махнула пальцем. Деревянный стул со всей силы вдруг влетел в его спину и вновь повалил на пол, из-за чего мужчина вновь взвыл. Приборы зашевелились в его плоти, задвигались, увеличивая рану.       — Пришел ты, окаянный, ко мне, просил помощи. Отправить тебя через портал в другой мир, чтобы укрыться там. Ха! — Всеведа оскалилась. — И еще раз, ха! Думаешь, я настолько глупа? Поверю в твою ложь? Знаешь, что бывает с теми, кто пытается меня обмануть? Вспомни Василису. Это я ее превратила в куклу, я ее свела с ума, когда она попыталась обвести меня вокруг пальца и отправить в ловушку. Из-за меня она стала такой, так скажи мне, глупышек ты мой… Что теперь мне сделать с тобой?       — Ни-ничего! — болезненно вскрикнул он.       — Ничего? Ха-ха-ха! Ну это слишком большая и великая награда для того, кто пытался меня обмануть. — Всеведа поднялась в места, откинула копну рыжих волос за спину и медленно двинулась к следопыту. Деревянные половицы скрипели под ней, отмеряя каждый последний шаг, каждую последнюю секунду, каждый последний удар сердца мужчины. — Давай я расскажу еще один анекдот. Очень поучительный.       Алвиз заорал. Он дернулся, силясь выдернуть руки из-под приборов, но те впились в него с трехкратной силой. Когда он понял, что иного выхода нет, он выкрикнул последнее, что могло его спасти.       Святое слово Единого, что Алвиз вызубрил в пору служения наизусть, озарило комнату ярчайшим светом. Всеведа взревела, когда сила Единого опалила ее кожу, проникла в ее естество и обхватила пламенем ее черное сердце. Кот, в ту же секунду завизжавший от боли, сидевший ранее в стороне, кинулся прочь, охваченный белоснежным огнем, пожиравшим его с каждой секундой все больше и больше.       Этого Алвиз не увидел, лишь услышал. Святое слово сработало, однако забрало кое-что у него. Неподготовленное тело, неспособное уберечь себя от столь сокрушительной силы, отдало часть себя в обмен на спасение. Освобождая руки в тот момент, когда сила ведьмы больше не сдерживала вилку и нож, Алвиз пополз по полу в полнейшей темноте. Он слышал, как верещала и каталась по полу ведьма, силясь сбить с себя святую силу, как ревели стены, как билась посуда. Слышал, как горели страницы книги, лежавшей буквально неподалеку от него.       Следопыт, стараясь ориентироваться на слух, поковылял к выходу из дома. Его руки, державшиеся за стены, горели от боли, но он старался не обращать на это внимание. Сейчас главное спасти свою жизнь, свою шкуру, найти поскорее Салазара и рассказать ему все, пока ведьма не пришла в себя.       Прохлада раннего утра придала ему сил, когда Алвиз выбрался на улицу. Он все еще слышал, как ревела ведьма, но это не пугало его. О, нет, он на это довольно рассмеялся.       — Жри, безумная сука, мой анекдот. С ароматом паленых ведьм…