Бесконечная тоска.

Санс услышал стук в дверь. Он открыл ее и увидел на пороге Андайн. - Приветик, Санс! А где Папайрус? - Дома. - Дома? Раз он дома, то почему он перестал ходить на тренировки? Раз человек ушел, хоть и королева объявила, что люди теперь не враги, все равно я его не освобождала от тренировок! - Я здесь. – Папайрус спустился вниз. Санс с надеждой посмотрел на него. - Папайрус! Быстро собирайся, ты достаточно прогулял! Я с тебя сейчас семь потом спущу! - Прости, Андайн, но мне теперь не особо хочется тренироваться. - Что? – Андайн вылупила глаз на Санса. – Ч-что ты такое говоришь? Ты точно Папайрус? - Да. - Санс, что случилось? - Лучше пусть он сам расскажет. - Мне больше ничего не хочется. – Ответил Папайрус. - Но почему? - Фриск ушла… - Вздохнул Папайрус. – И я не могу без нее жить. - Ого, ничего себе. Серьезное заявление. Но я уверенна, хорошая тренировка заставит тебя забыть о ней! - Нет… я люблю ее на столько, что буду помнить до самой смерти. -Лааадно, Папайрус, да хватит тебе. Фриск была человеком, при том она вообще не помогла мне в Хотленде, бросила меня там коптиться в своей броне. Ты уверен, что она тебя любит? Ведь она ушла, значит здесь ей делать нечего. - О, еще как… - Вздохнул Папайрус. – Она меня любила, а я этого не понял вовремя. Андайн почесала затылок. Дела плохи. - Андайн, помоги ему. – Сказал Санс. – Папайрус уже несколько дней ничего не делает, сидит в своей комнате и не выходит. А однажды пришлось забрать у Гриллби. - Папайрус? Ты ничего не делаешь? - У меня нет ни каких желаний и цели. Мне ничего не хочется. - Так! Я выведу тебя из этого мрака! Вперед на тренировку! Андайн утащила Папайруса за собой, тот не сопротивлялся. Санс пошел с ними. - Давай, Папайрус, защищайся! – Сказала Андайн и создала копье. – Давай сюда свои кости! Папайрус поднял будто с трудом руку и как выяснилось, он не мог наколдовать даже самую маленькую косточку. - Погоди, ты это серьезно?! – Удивилась Андайн. – Ты не можешь колдовать? - Папайрус! – Санс очень сильно забеспокоился. – Бро, мы же знаем ты очень сильный. - Да, наверное… Он просто развернулся и пошел. Санс и Андайн смотрели ему в след. - Санс, это уже не просто любовные терзания. Папайрус не умеет колдовать! Лучше, обратитесь к специалисту. Твой брат очень плох. Мне жаль этого бедолагу. - Он полюбил человека, кто бы мог подумать что ее уход так скажется на нем. - Нужно постараться ему свыкнуться с мыслью, что она больше никогда не вернется, как бы горько это не было. - Но я же не могу сказать все так жестоко, я боюсь сделать ему хуже. Да и сам он понимает, что больше ее не увидит, иначе бы не страдал. - Впрочем, Санс, если что зови на помощь. Я буду навещать этого шкеда. Я не могу видеть его таким. Вечно веселый и радостный, и такой разбитый… Позже Санс поговорил еще с Папайрусом и решил показать его Альфис. Папайрус согласился пойти. Он лег на кушетку. Альфис сидела рядом. - Санс сказал, что ты не можешь колдовать. – Сказала она. - Так и есть. - А ты пытался? Или просто не хочешь? - Я конечно пытался, Андайн же хотела, чтобы я напал. Но не смог. - И что ты чувствовал когда пытался колдовать? - Не знаю… - Папайрус посмотрел на свои руки. – Будто… магия просто не идет. Нету той связи что ли? - И это все из-за человека? - Да, я страшно по ней тоскую. Я не могу жить без нее. Мне очень плохо. – У Папайруса снова пошли слезы. Альфис дала ему салфетку. - О… да, я слышала, что тебе без нее тяжело. Нам всем не просто после ее ухода. А теперь, расскажи мне все. Папайрус высказал Альфис всю боль и тоску, что испытывал внутри себя. И Альфис поняла, что дело безнадежно. Санс ждал, пока они поговорят. Альфис вышла к нему. - Ну что? – Спросил он беспокойно. - Санс… - Альфис вздохнула. – Дела очень плохи. Я бы сказала совсем. Да, он пока лишился способности из-за сильной душевной боли. Я не знаю, чем помочь ему. Его вылечит только одно, если она вернется. Ему нужно поговорить с ней. - Но человек ушел! Ушел навсегда и больше никогда не вернется! Мы не знаем где она, и вообще, о чем думает! Альфис, только не говори, что мой брат теперь остался навсегда таким. - Прости, Санс, я не могу сказать точно, что с ним будет… Все зависит от него. Но если он и вправду так ее сильно любит и тоскует, то мы можем лишь надеется, что он сам свыкнется с этой мыслью. Папайрус проводил свои дни практически, не вставая с постели. Сансу было тяжело смотреть на это, он будто сам заражался его тоской. Ему написала Ториэль, хотела увидеться с ним, она тоже была в курсе, что с Папайрусом приключилась беда. Папайрус, к счастью Санса, согласился пойти с ним, ну хоть от этого не отказывается. Ториэль сидела на троне мужа и ухаживала за его цветами. Она увидела и вправду не просто грустного скелета, а несчастное существо, терзаемое болью, в его глазницах было столько страдания. - Здраствуйте. – Сказала она. - Привет, Ториэль. – Сказал Санс. – Как твои дела? - Мои то хорошо, скажи, как ваши? Папайрус? - Ужасно. – Вздохнул Папайрус. Ториэль подошла к нему и взяла лапами за его лицо, она внимательно всмотрелась в него. - О, бедняжка, Папайрус, Санс всегда мне рассказывал, что ты очень подвижный и радостный. Ты так сильно скучаешь по ней? - Невыносимо. - Я тоже, Папайрус. Мы хоть и пробыли с ней не долго, но она была мне как дочь. Я по ней сильно тоскую. Но что уж поделать, мы не могли ее держать здесь насильно, да и место было для нее не совсем дружелюбное. А знаешь, что, думаю немного пирога и горячего чая нам не повредит, как думаете? - Папайрус, хорошая идея, как ты считаешь? - Да, я не против. - Пошлите. – Повела Ториэль их за собой. – Я как раз испекла пирог, он даже не успел остыть. И заварила чай из золотых цветов. Они сидели вместе, Папайрус без эмоционально пил и ел. В основном разговаривали Ториэль и Санс. Королева положила свою лапу на руку Папайруса. - Не переживай, Папайрус, я тебя прекрасно понимаю. Мой дорогой Азгор ушел навсегда от меня, я тоже сильно тосковала первые дни, особенно думала, как одно любимое существо убивает другое, не менее любимое. Это всегда больно принять. Моего дорого Азгора не вернуть, но я радуюсь, что хоть Фриск жива, и она сейчас среди людей, и наверняка ее там любят. По крайней мере я очень на это надеюсь. Папайрус вернулся домой с Сансом. - Вот мы немного погуляли. – Сказал Санс. – Тебе стало лучше? - Ни сколько. Правда, разговоры о ней сделали мое состояние легче, но все равно, мне так больно. - Наша королева была в шоке, когда узнала, что монстр не может колдовать. Но, у ней зато очень вкусные пироги, не находишь? - Мне все было так безвкусно. Я ничего не ощутил. - Да брось бро, вкусный сладкий пирог с великолепным тестом. Неужели ты совсем ничего не почувствовал? - Совсем. Абсолютно ничего. Спасибо, Санс, спасибо что вы все стараетесь, но без Фриск… - Папайрус глубоко вздохнул. – Все для меня потеряло смысл. – Дверь закрылась. Санс смотрел еще некоторое время на закрытую дверь. Он хотел и не хотел беспокоить брата. Но насколько опасно оставлять его наедине со своими мыслями? Но как бы Санс не старался, сколько бы раз Андайн не заглядывала и не пыталась снова разжечь в нем огонь и любовь к жизни, стало только хуже. Папайрус теперь совсем не поднимался с кровати.