Дезактивация

Дезактивация

I

Аркейд выглянул из-за большого заскорузлого камня. Он просидел в одном положении уже больше десяти часов, колени с лодыжками протестующе горели. Походная куртка была расстегнута на половину пуговиц, но ему все равно было невыносимо жарко, –  уже к полудню песчаный пустырь, где они вели слежку, превратился в раскаленную сковородку. Перегретый, недвижный воздух обжигал ноздри, оседая запахом горячих камней и песка. В такие дни центр Мохаве точно превращался в один из кругов Ада, где и было самое место Чертям, Легиону и прочим его обитателям. Уж не погодные ли условия способствовали развитию садистских увеселений? Аркейд вытряхнул последние капли из маленькой походной фляжки с цифрой 13 и укрыл голову капюшоном. Вприцел бинокля он различил нечеткое мельтешение. Меж гряд беспорядочно разбросанных камней, укрывших разбитые пути железной дороги, сновала тень. Аркейд увеличил кратность бинокля. Маленькая зверушка, напоминающая пушистую крысу с длинными задними лапками, перескакивала от укрытия к укрытию, словно подбирающий позицию рядовой. Через минуту она скрылась за металлической линией рельс, с её исчезновением пейзаж вновь застыл сплошным обжигающим снимком. Десять часов в засаде. С момента их встречи с Крокером прошли целые сутки. Если бы Легион намеревался проведать Убежище, они бы не стали так медлить. В конце концов НКР могла просто завали вход в Убежище, и тогда всякая находка потеряла бы свою ценность. Аркейд раздумывал: не могли ли они чего-нибудь упустить? Времени, потраченного Крокером на их поиски и спуском вниз по 93 трассе не должно было хватить для опережения. Не могли же они успеть снарядить экспедицию, пройти так далеко на запад, обойдя все возможные посты, и тайком пробраться в Убежище. Да еще и так предусмотрительно запереть за собой дверь.  Сам Аркейд не стал заходить внутрь каверны. Он поручил это Буну, который по скорому возвращению сообщил, что, во-первых, там действительно было Убежище, и, во-вторых, входная дверь была абсолютно нетронутой. Мог ли он ошибиться? Мог ли пропустить следы илине увидеть спавшую с металлической лопасти гору пыли? “Сходи, посмотри сам – проскочил в голове ответ Буна, когда Аркейд спросил его, уверен ли он, – себя я достаточно убедил”.  Аркейд не стал проверять. В цели их миссии не входило проникновение в подземные катакомбы, – только захват солдат Легиона вместе с ценным грузом. Расклад, при котором они перехватят отряд прямо у входа в пещеру, казался Аркейду самым благоприятным. “Прошло больше десяти часов,” – мысленно повторил он, который раз пробегая глазами в бинокуляре знакомые точки.  Внезапно, одна за другой,  в голову проникли две мысли. Легион ведь мог и не знать о местонахождении входа. Крокер сообщил, что патруль настигли далеко от этого места. Вторая мысль казалась еще более обнадеживающей: та находка, которую нашли бойцы НКР, могла оказаться простым, пережившим свое время хламом, только с виду казавшимся чем-то ценным. В таком случае они попросту тратят свое время в этой пустыне. Аркейд сел, прислонив спину к камню, и устремил взгляд в небесную даль. Ради чего он здесь? Чтобы помешать Легиону? Чтобы вернуть довоенную технологию в руки военных? Ему вновь пришлось напомнить себе, что он врач – по крайней мере хотел быть им, – но не военный, не наемник и не старатель. Аркейда пугало, как быстро он согласился на авантюру. Он будто ждал этого приглашения, весь год, что находился в бездействии. Лихорадка, вызванная желанием вернуться к тому времени, когда он – в том числе в компании Буна– путешествовал вдоль Мохаве. И ведь кто, как не он сам, первым решился закончить странствовать и послужить обществу в качестве медика? В конце концов в перерывах между перестрелками, ночевкой на довоенных развалинах и ползанием в трубах канализации, он делал эту пустыню чуточку лучше. Почему он решил все забросить? Прежние мотивы теперь казались ему перепутанными, словно клубок ниток, пролежавших в кармане. Дерни любую – только плотнее свяжешь в узле.  Аркейд перевел взгляд на Буна. Рейнджер сменил его на посту, и осматривал местность через рамку прицела. Он вовсе не изменился, и это удивляло Аркейда. Они встретились в “Атомном Ковбое” впервые за целый год, а на следующий день – даже на следующее утро –вместе отправились в очередное опасное приключение. Аркейд так и не узнал, произошло ли в жизни Буна что-то значительное за время разлуки, но теперь он мог точно сказать – даже без откровенных бесед, – что его друг ни капли не изменился. — Думаю пора признать, что мы попусту тратим время, — сказал Аркейд, надеясь поколебать необоснованную уверенность Буна в том, что они обязательно наткнуться на отряд Легиона. — Они придут. — Они должны были появиться здесь уже давным давно. Сколько у нас было времени, чтобы подорвать вход в пещеру и обрушить их планы завалом? — Здесь что-то не так. Аркейд достал из рюкзака огрызок засохшего бутерброда и термос с кофе, который он заказал в “Атомном Ковбое”. К тому времени хлеб уже превратился в безвкусный сухарь. Глотать его вместе с коркой расплавившегося сыра было ещё той непосильной задачей. — К примеру то, что мы уже десять часов сидим здесь на жаре без нормальной еды. Бун не ответил. Он опустил винтовку, отрегулировал колесиком гарнитуры нужную частоту и произнес: — Командный пункт “Альфа” как слышно? Как слышно, прием? Спустя несколько попыток в динамике послышался трескучий шум радиопомех, еще через секунду раздался голос (Бун выкрутил звук динамика на максимум): — Командный пункт “Альфа”, вас слышим, прием. — донесся из наушника женский голос. — Новости по Легиону? Прием. —  голос Буна звучал сухо. Он ежечасно связывался с командными пунктами. Аркейд усмехнулся, предвосхищая последующий ответ. — Ничего нового. Прием. Никакой новой информации. — Принял. Конец связи. — Сколько мы ещё будем сидеть тут? — выдохнул Аркейд. Послышался щелчок, последовали сильные помехи, Бун вновь взялся за регулятор. Новый щелчок, новый треск. — Командный пункт “Чарли” как слышно? Как слышно, прием?

***

Перед возвращением на Стрип они должны были подорвать вход в Убежище. Аркейд закрепил очередную взрывчатку – маленький белый сверток с закрепленными поверх часами-будильниками – и свернул за следующий поворот. Бун остался снаружи – на случай, как он дал понять, появления Легиона. Аркейд прыснул. Всегда ли его друг был таким? Аркейд мог поклясться, что да, хотя за год уже успел подзабыть его фантастическое упрямство.  В пещере было сыро и мрачно – в воздухе сгустилась мертвенная тишина заброшенных катакомб. Аркейд старался не думать об искусственной природе этого места, и все же яркий фонарик раз за разом выхватывал призрак былого человеческого присутствия. Металлические своды и перекрытия, выдающие себя серебристым оттенком на фоне темного основания, составляли стенки довоенного тоннеля. В местах, где путь сходил вниз, сквозь каменистый пол проглядывали высеченные ступеньки. Кое-где закрепившись о горизонтальную балку свисали длинные линии проводов, словно темные щупальца.   Аркейд успел заложить ещё две взрывчатки , когда извилистая тропа, расширяясь,вывела его к двери в форме шестерни, которую он надеялся больше никогда не увидеть. Она занимала всю ширину и высоту проема тоннеля. Её лопасти были идеально подогнаны в специальные пазы проделанные в окольцовывающем конструкцию стальном оголовке. Из каждой в центр стремились лучи – небольшие выемки в стали, – сходящиеся в центральном диске, на котором угадывались цифры “715” с подчеркивающей их снизу линей. Символы особенно выделялись ярким латунным цветом точно были отлиты вчера, а не в прошлой жизни о, которой свидетельствовала обильная ржавчина, захватившая большую часть остальной поверхности. Внимание Аркейда намертво приковала цифра “715”. Воспоминания нахлынули стремительно, как по команде оператора, отдавшего приказ включить видеопроигрыватель. Хроника событий из таких же Убежищ, которые довелось посетить Аркейду в прошлом, могла послужить материалом хорошего фильма ужасов. А может и целой серии фильмов, которые могли бы крутить на Стрипе, где-нибудь в Гомморе, Топс или Лаки-38 за 50 крышек на одно зрительское место. Картин бы хватило вкус каждого. Кошмары, запертые за этими дверями, никогда не были хоть сколько-нибудь похожими. Каждое Убежище изуродовалось своим и только своим своеобычным проклятьем, страхом и жадностью поколений, которые довели мир до Войны. Аркейд словно в тумане, неуверенно развернулся и достал из рюкзака последний сверток взрывчатки. Его следовало закрепить на изгибе боковой стенки и навеки заблокировать проход в эту полость, и это Убежище.  Он приспособил сверток с помощью двух полосок изолирующей ленты. Шум. Аркейд резко выхватил из-за пояса кольт. За тихим свистом неощутомого сквозняка, он уловил шелест, будто по полу что-то тащили. Кожа Аркейда покрылась мурашками. Он стоял, парализованный страхом, и пристально наблюдал за дергающимся на цифре 715 пятном фонаря. Чтобы не издавало те звуки – оно находилось за дверью. Почувствовав себя в относительной безопасности, Аркейд неуверенно повел лучом фонаря вдоль стены, но не обнаружил ничего подозрительного. Шелест обрел ритмичность, – что-то передвигалось, неуклюже шагая навстречу к нему. Так мог передвигаться раненный человек, но эта мысль только напугала Аркейда еще больше. Прислушавшись, он уже не был уверен, что звук шел спереди. Стенки пещеры как-то странно разносили его, то слева, то справа, потом опять спереди. Кому бы ни принадлежал этот звук, в нем не было особого веса. Словно ребенок, шаркающий мягкими тапочками по хрупкой листве. То слева, то справа, потом опять спереди… снизу. И вдруг он затих. Сердце колотилось в горле Аркейда, точно паровой молот. Морозная дрожь прокатилась вдоль позвоночника, осев в тазу холодным, колючим комком. Он медленно осмотрел все окружавшие его стены – и вновь ничего, ни одной значимой трещинки. Однако он был убежден, что существо, чем бы оно ни было, знало о присутствии гостя. Аркейд поднял ногу и аккуратно, стараясь не производить лишнего шума, двинулся в сторону, не отрывая взгляда от двери. Может ему все это почудилось? Мало ли какие звуки могут гулять по пещерам. Он развернулся и в ту же секунду раздался громкий хлопок, будто где-то открылась решетка. Полость пещеры заполнила дробь острых ударов, что-то било, стучало, топало по металлу.  Поступь приобрела четыре такта вместо двух, часто перебирая конечностями, словно находилось у самого пола. То вверх, то вниз, то влево, то вправо – Аркейд закрутился на месте, выискивая лучом фонаря неведомую тварь. Ботинок запнулся о болтавшийся под ногами камень, и Аркейд распластался, больно ударившись головой. Фонарик выскочил из его рук, однако пальцы по прежнему сжимали рукоять пистолета. Оно было прямо под ним. Удары сменились на шорох и скрежет, вроде дребезжания металла о камень, и он подступал все ближе и ближе к шее Аркейда.  Мышцы спины яростно напряглись, Аркейд вскочил и вслепую выстрелил под ноги. Пуля отскочила от камня – ему повезло, что она не задела ни его, ни взрывчатку, – и со свистом врезалась во что-то металлическое. В один прыжок подобрав фонарик, Аркейд направил его в место выстрела, но луч не выявил ничего, кроме желтого облака пыли. Пуля же застряла в металлической балке, слева от двери Убежища. Кроме бешеного биения сердца и своего сдавленного дыхания, Аркейд больше ничего не слышал. Чувствовал он себя, как будто на скорость пробежал несколько километров. Отступая спиной назад, он не сводил глаз с цифры 715, пока не скрылся за поворотом и со всехсил рванул в сторону выхода.

***

— Ты что издеваешься?! — крикнул Аркейд. Он не мог поверить своим ушам. — Возможно это был Легион. — кратко ответил Бун. Он подошел к распределительной панели и положил руку на управляющий рычаг. У всех Убежищ есть этот чертов рычаг. Как все было бы проще если бы его не было. — Подожди, подожди! — Аркейд протестующе замахал руками. — Давай еще раз. После всего, что я рассказал тебе, ты сделал вывод – что виноват Легион. — Возможно. — Ты издеваешься. — констатировал Аркейд. — Нет. — Тогда почему… — Проверим любую возможность, — прервал его Бун. — Не могу поверить своим ушам! А если мы выпустим на волю то, что не должны были? Ты думал об этом? — Вспомни Убежище 34, если оставим как есть – это только отсрочит проблему. Всего одним предложением – непривычно длинным для Буна – он поселил смуту в мысли Аркейда. Почему именно на их плечи ложится такая ответственность? Аркейд ничего не ответил. Какой бы страх не порождала в нем мысль о предстоящем визите в довоенные катакомбы, он не смел произнести это вслух. Неужели он бросил странствия потому что так боялся за свою жизнь? В глазах Буна виделась непоколебимая решимость, – откажись Аркейд от этой затеи, рейнджер все равно полез бы в эту дыру. В одиночку. Этого Аркейд не мог допустить. Лицо Аркейда сморщилось. Кулаки сжались. Он выпрямился, сделал глубокий вдох и кивнул.

***

Аркейд смотрел, как лопасть двери приходит в движение. Сбрасывает с металлических лепестков вековую пыль, трется о заброшенную металлическую обшивку. Треск, с которым оживала громада отдаленно походил на скрежет, который слышал распластанный на земле Аркейд, но был намного, намного мощней. Присутствие Буна придавало уверенности, но по всему телу все равно прошла холодная дрожь, когда он увидел мрачный желоб открывшегося Убежища. Ощущая скрытую угрозу на сверхтактильном уровне он крепко зажал в руках пистолет. Те удары все ещё звучали эхом у него в голове. Их природа поистине ужасала. Отчасти потому, что та… тварь перемещалась на четвереньках.

II

Буря наконец стихла. Сорвав с губ нижнюю часть головного платка, Август разразился сухим хриплым кашлем. Легкие жадно вбирали в себя воздух, после того небольшого объема, что позволял тканевый фильтр. Он совершенно отвык путешествовать. Его маска, защищающая от пустынных ветров, сломалась стоило им удалиться от Коттунвуда не более чем миль на десять. Тогда Адриана посоветовала надеть головной платок, а его нижнюю часть перевязать вокруг носа. Пыль действительно перестала щекотать ему ноздри и дюнами оседать в горле, но дышать приходилось с трудом. Отдельные песчинки все равно умудрялись пробивать этот барьер, их приходилось осторожно глотать, чтобы не поперхнуться и не задохнуться в нелепом наряде. В это время года Мохаве, особенно южная сторона, так и норовила забить свои песчинки в каждую доступную щель своего посетителя. Обряд инициации, в котором выживают лишь те, кто готов встретиться с еще большей опасностью, – огнедышащие мурвьи, пустынные гекконы, касадоры, прочая ужасная мерзость, все они вели непрекращающуюся борьбу за пустынный бассейн и путников, попавших в него. Последний раз они останавливались в Новаке. Там они пополнили запас провианта, смогли избавиться от половины товара, получив дополнительные квитанции на тот случай, если НКР заинтересуется, почему за столь долгий путь они так ничего не продали. В качестве товара выступали средства личной защиты – потертые револьверы, пистолеты 10-мм калибра, старые охотничьи винтовки, – все то, что могло быть списано со складов Легиона. Лицензия Адрианы позволяла торговать оружием на дружественных НКР постах. Пару раз их проверяли проходящие мимо каравана патрули, и каждый раз все проходило быстро и гладко. Адриана выступала в качестве торговца и лично вела диалог, пока Август и Рика скрывались за ролью молчаливых наемников. Их брамин – могучий двухголовый бык, – на спине которого перемещался весь провиант и остатки ассортимента, шел на удивление бодро. Брамин не сбавил темп, даже когда им потребовалось свернуть с какой-никакой но все же выложенной камнем дороги на неровный рельеф прогалины, расположенной под скалистой аркой и ведущей к ниптонской дорожной стоянке. Оттуда им предстояло идти прямо на север.  К моменту когда они достигли указателя стабличкой “ПРИММ - ЛУЧШИЙ ГОРОД! 2 МИЛИ НА СЕВЕР” в воздух поднялась песчаная буря. Вихревое облако цвета охры быстро набухало и разрасталось по всем сторонам. Им пришлось остановиться под защитой полуразрушенной кладки довоенного здания. Они укрылись за стенами, ив ту же минуту их уши наполнил жуткий вой, с которым метались мириады песчинок. Песок жалил лица и руки, проникая через дыру в потолке и всевозможные отверстия в стенах. Буря прошла через час. Август восстановил дыхание, выплюнул всю налипшую на язык пыль и вышел из здания. Рика и Адриана последовали за ним, волоча по земле ящик с оружейным ассортиментом. — Все забилось песком, — сообщила Адриана, — если будем путешествовать с таким товаром – попадем под подозрение. Они с Рикой собрали самодельные сиденья из кирпичей и разложили оружие поверх натянутой на земле ткани. Позади них покорно стоял брамин. Две головы мотались в разные стороны, пытаясь сбросить закрепленную к рогам тряпку, защищавшую от сильного ветра. — Могу я помочь? — осведомился Август. — Займи себя чем-нибудь другим, — запальчиво огрызнулась Адриана, разбирая затвор охотничьей винтовки, — ты же лучше всех разбираешься в том, что нас ждет! Она бросила на Августа быстрый взгляд – будто он и сам не догадывался, что выглядел растерянным, – и вернулась к работе. На ее лице было сложно прочитать что-либо кроме недовольства; перед отправлением она долго беседовала с Вульпесом один на один и, когдавышла из палатки, была зла, как бешеный волк. Адриана нашла его в кузне и набросилась со словами “Ты что не мог соврать?!”, “Постоянно отлынивал и тут решил погеройствовать?”. Он не стал сопротивляться. Август был уверен, что она пыталась отговорить Вульпеса посылать его на это задание, но не стал спрашивать этого вслух. Он не знал, была ли у него возможность соскочить, сослаться на работу или неумение, – все это было неважно. Сразу после вчерашнего собрания он понял, что сам хотел отправиться с ней. Хотел помочь с этим заданием. Черт, все это время, спустя всю учебу, у него наконец-то появился шанс проявить свою заботу о ней! С того самого дня, когда он дрался с ней на арене, не было и дня, когда он не думал о том, что сильно подвёл её. — Я уже и забыла, что здесь такие сильные бури, — тихо прошептала Рика, протирая стебель затвора. — Нам еще далеко? — Август поднял лежавший слева от Адрианы бинокль. Дорога дальше шла вверх, изгибаясь по небольшому холму. — Около десяти километров — ответила Адриана. — Наша цель почти сразу за Приммом. — Брамин сможет подняться по такой горке? Я смотрю там неслабый подъем. — Он сильный, справится как-нибудь, — Адриана бросила на землю винтовку, над которой так тщательно трудилась последние минуты, — ты смотри сам не задохнись, пока мы будем идти! Хватит заботиться о других. — Мне уже намного лучше. Просто не повезло с маской. Примирительной тон никак не подействовал. — Как удивительно. — Кстати, куда мы спрячем брамина, пока будет исследовать то Убежище? — спросила Рика. Адриана пожала плечами. — Думаю оставим поблизости. Все ценное заберем с собой, в том числе и маячок для непредвиденных обстоятельство. Эй, подожди, ты неправильно  его вынимаешь. Она остановила руку Рики в тот момент, когда та пыталась отделить затвор от рамы. — Нужно повернуть его вот так… пока ведущий выступ не выйдет из фигурного выреза. — Спасибо, — на лицо Рики вернулась улыбка, — я никогда раньше видела эту модель. — Обращайся. Девушки вернулись к молчаливой работе, Август справедливо посчитал, что его познания в сборке оружия категорически недостаточны, и лишние вопросы только подогреют и без того разгоряченную Адриану.Вместо того, чтобы донимать ее дальше, он напоил брамина водой и вскипятил сухпаек. — Так значит, ты жила здесь раньше? — спросил он Рику, передавая ей горячий пакет с обедом. — Д-да, — девушка потупила взгляд, — когда Братство ещё имело здесь филиал, я работала под начальством старшего рыцаря – изучала любую найденную технику. После атаки НКР на станцию ГЕЛИОС, я сбежала, потом меня взяли в плен и… — на последнем слове её голос сорвался на всхлип. — Прости. Ты же понимаешь – мы не можем тебя просто так отпустить, — в голосе Адрианы проскочили нотки сочувствия.  — Конечно. Я все понимаю. Когда оружейный ассортимент вернулся к былому удовлетворительному виду, они перекусили и отправились вверх по ленте шоссе. Подъем на холм прошел без каких-либо трудностей, и вскоре перед ними открылся простирающийся вдаль пустынный пейзаж, монотонность которого нарушал только небольшой проселочный городок, расположенный по правую сторону от дороги. Надпись на рекламном щитке, встречающим путника сразу после спуска с холма, гласила: “ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ПРИММ!”. Под столбом расположилась военная будка, с приклеенным на окно флагом с изображением двуглавого медведя – символа НКР.  — Добрый день! Я – Капрал Хитц. Укажите, пожалуйста, цель визита, — навстречу вышел молодой солдат с планшетом в одной руке и карандашом в другой. — Мы следуем по стандартному 32 торговому маршруту, — Адриана вытащила из нагрудного кармана пластиковую карточку и сложенные пополам бумаги со всеми подписями, — вот лицензия и приложения к ней. — Какие-нибудь сложности по дороге? — Только песчаная буря. — Этой беды тут хватает, — усмехнулся солдат, — что ни день то новая буря, черт бы ее побрал. — Впереди тихо? — Происшествий не было! Вы не собираетесь останавливаться в городе? — Буря выбила нас из намеченного расписания. С этим могут возникнуть проблемы? — Никак нет! Но, — Хейнс подпер ладонью затылок, грифель карандаша обломился о толстую обводку его красного берета, — но…мы не выслали новый патруль. А старый ушел уже слишком далеко и не успеет вернуться. Если вы, конечно, не подождете в городе. — Вы же сказали, что все в порядке. — Адриана скрестила на груди руки. — Пришлось отрядить людей в другие места, – приказ сверху сами, понимаете! – вот и сократили частоту патрулей раза в два. Но вы не волнуйтесь, путь должен быть безопасен. Единственная угроза в этих местах исходит из исправительной колонии, которую захватили заключенные. Однако они не посмеют высунутся даже если прочухают, что патрули ходят реже. — Он постучал пальцем о кружок гарнитуры у правого уха. — Если покажется что-то странное или опасное – сразу отправляйте сигнал о помощи. Частоту знаете? — Знаю, — кивнула в ответ Адриана, — спасибо за инструктаж. Думаю мы прямо сейчас и отправимся. Интендант гарнизона выдал им несколько бутылок воды (по договоренности с Красным Караваном, НКР обязывалось снабжать торговые экспедиции провиантом), и они двинулась дальше. Судя по интерактивной карте, которую Рика загрузила в электронный планшет, расстояние до цели измерялась тремя милями. Они терпеливо шагали вперед по голой дороге, пока на горизонте не показался патруль из четырех солдат НКР.

III 

— Идут, идут, идут – и брамина ведут! — пропел Бадди, оторвав глаза от бинокля. Его лицо скосило уродливой улыбкой, обнажившей неполный ряд желтых зубов. Омлету ужасно захотелось заехать по нему кулаком, просто, чтобы больше не видеть эту гримасу. Только титаническими усилиями (и нежеланием сорвать дело) он не стал этого делать. — Дай сюда, идиот, — Омлет выхватил из рук Бадди бинокль. Невдалеке вниз по дороге двигался торговый караван: жирный брамин, набитый ящиками и мешками, и трое размытых, словно нарисованных маслянной краской фигур. Все складывалось как нельзя лучше. Патрули НКР сегодня задерживались – появлялись вдвое, а то и втрое реже обычного, –никто не помешает разделаться с таким маленьким отрядом и спрятать добычу в раскинувшихся позади ущельях отрога. К тому же их новая форма придавала определенную фору: в караване уже наверняка заметили, что впереди их ожидает патруль, и не станут использовать сигнальных ракет или рацию. Нужно просто дождаться, когда они подойдут ближе, пропустить и взять тепленькими и беззащитными. Омлет положил руку на рукоять магнума, торчащую из кожаной кобуры.В лучшем случае обойдется вообще без стрельбы – незачем тратить патроны. Терпение, – терпение никогда не входило в число его благодетелей. Это Эдди мог часами просиживать задницу на одном месте, руководить операциями из своего кабинета.Омлет вдруг занервничал, как облезлая крыса под тяжелой подошвой.Их первая добыча за много недель идет прямо в руки, – у них нет прав на ошибку. Он взглянул на мнущихся сзади парней. Чертова группа поддержки, уроды, как на подбор в гульском борделе. Джек стоял, тупо ковыряя в носу большим пальцем; Бадди щерился, возясьс обтерханными краями рукавов, – явно находился под кайфом; Дюк…ох, этот Дюк, – парень был не в себе еще, когда Омлет только позвал его на дело, подозрительно озирался, постоянно горбился, прижимая к груди боевую винтовку. — Мы же заберем девок? — поинтересовался Бадди. — Нам бы с ящиками управиться, — ответил Омлет. — Но ведь девки тоже важны! — Мужи-и-ик, — протянул Джек, — босс говорит, что сейчас не до этого. — А что я не так говорю? — недоумение Бадди читалось у него на лице, — еще немного и мы друг дружку пялить начнем. Я верну говорю, Дюк?  — В-верно… — ответил тот и чихнул. — Вот и оно. Эдди, к примеру…. — Заткни нахрен свою пасть! — крикнул Омлет. Его голос громом пронесся по пустошам. Замечательно! Еще одна причина для беспокойства. Омлет вернулся к прицелу бинокля, — приближающийся караван не остановился, даже не сбавил темп. Теперь, когда они подошли ближе, он ясно различил двух охранников с охотничьими или рычажными дробовиками и торговца в высокой панамке и защитных очках. Что было у него в руках – и было ли хоть что-то, – он разглядеть не сумел. Один человек в любом случаене доставит хлопот, даже если под одеждой скрывался крупнокалиберный пулемет. — Придурки, готовьтесь. Цель уже близко. Омлет вытянул средний и указательный пальцы в направлении шоссе. Уловив приказ к действию, члены банды покорно двинулись на позиции по обе стороны от дороги. В их план входило пропустить мимо себя караван и покончить с ними одним быстрым ударом, не допустив возможности связаться с ближайшими патрулями. Всего пара пуль – быстро и четко. Затем они заберут весь товар и рванут на юго-восток в исправительную колонию. — Среди них точно есть женщина, — не отступал Бадди, — я это чую, говорю вам! Омлет сжал кулак с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Он чувствовал как ногти впиваются в плоть ладони, оставляя розовые полумесяцы. Где-то внутри закипала кровь, разливая тепло по всему телу. Что-то щекотало мышцы, призывало к физическим упражнениям, чтобы выплеснуть накопившееся напряжение, снизить критическое давление в паровом котелке.  Трясущимися руками Омлет достал из кармана сигаретную пачку, вытащил одну самокрутку, сунул в рот и поднес к ней прикуриватель. Марихуана подействовала почти сразу. Он обещал себе не курить на задании, но в ту минуту на кон был поставлен успех всего дела (и жизнь одного мудака). Вспомнить бы сколько унций он закрутил утром, и сколько осталось в запасе. Если они найдут хотя бы пару фунтов у каравана, то сегодняшний день можно будет объявить праздником.  — А я вот надеюсь раздобыть выпивку, — огласил свои желания Джек. — Гребанные сухие деньки. — Бог пошлет, — гнусаво пробубнил Дюк. Он поставил автомат вертикально и обеими руками оперся о рукоять, скрючившись над ней. как горбун. — Мужик, что с тобой? На шее и щеках Дюка горели красные пятна. Рукав военного комбинезона блестел от соплей. — Кажется – простудился. — Пораньше сказать не мог?! — Извини, Джек. И вы, босс. Ночь сегодня была холоднее обычного. – он не удержался и снова чихнул. — Да похрен уже, просто стой смирно, — сказал Омлет, выдыхая белесое облачко дыма и глядя на покрывшееся испариной лицо Дюка, — не упади в обморок, когда будем стрелять. — Я возьму ее, свяжу и принесу в казарму в ремнях, — Бадди мечтательно облизнулся. Он прижал рукоятку к ширинке и надавил. Его точно передернуло от возбуждения, он задвигал в такт бедрами, хрипло ухмыляясь, как полоумный. — Кто первый возьмет – тот и получит, — справедливо заметил Джек. — Хрен вам! Это моя добыча! Остальное забирайте себе. — Бад, это не правильно и ты это знаешь. Здесь у нас все по спра-ведли-вости, — Джек с трудом справился с последним словом. Бадди оскалился. — Босс, я же могу одну забрать себе? — Заберешь, если я разрешу, — после небольшой паузы бросил Омлет. Его волновал Дюк и то, что из-за него дело может накрыться. —  Будет вам всем награда, парни. Главное выполняйте мои указания. А теперь завалитесь и примите нормальный вид!

***

Что-то было не так. Август сразу приметил нездоровый вид встретившихся патрульных. Речь шла не о болезни – хотя один чихал не переставая, закрываясь рукавом комбинезона, – каждый из группы вел себя странно. Совершенно отлично от других встретившихся на пути нкровцов.Они застали их у подножья каменистых утесов, не двигаясь им на встречу. Блондин с кудрявыми немытыми патлами не стеснялся пялиться в сторону Адрианы. Щурился и расплывался комичной улыбкой, в приступе какого-то зловещего увеселения. Глаза, полные маниакального возбуждения, блуждали то вверх, то вниз и никак не могли сфокусироваться. Рядом с ним качался взад-вперед толстый мужик с водянистым, лишенным всякой остроты взглядом, крупной розовой головой и медвежьими ручищами. Форма не подходила ему по размеру. Ткань на левом боку разошлась, открывая белое брюхо. Молния была спущена до пупка, её язычок героически сдерживал натиск стремящегося вывалиться наружу тела.  Был еще один, выглядевший наиболее адекватно, с широкой шеей, накаченными мускулами рук – их рельеф отражался вдоль ткани, – и всклокоченным ирокезом. Он неторопливо просматривал документы, устало и без интереса пробегая пальцем каждую строчку, как если бычитал табличку с шрифтом Брайля. — Они не похожи на патрульных, — шепнула Рика, привлекая внимание Августа легким прикосновением. — Здесь что-то не так. Капрал разве не говорил, что патруль ушел далеко и мы его не застанем? Он не ответил. Его взгляд был прикован к добродушно улыбающейся сестре. За фасадом скрывалось тщательно придерживаемое раздражение. Судя по всему она также заметила что-то неладное. Неужели их маскировка раскрылась? Нет, дело тут было в другом, – эти парни да же не вели себя, как солдаты. Никакой выправки. В голове родилась мысль, что они где-то раздобыли униформу НКР и вытряхивают пошлины из проходящих по торговым путям караванов. — Простите, как я могу к вам обращаться? — спросила Адриана, обращаясь к главному. — Патрик Уоллс, — ответил мужик с ирокезом. Он дернул цепочку на шее, вытащив на свет военный жетон. — Любуйтесь. — Спасибо, Уоллс. — С документами все в порядке, — Ирокез небрежно сложил бумаги по складкам, — значит вы перевозите оружие. — Именно так. — Что-нибудь еще? Консервы, фильтры какие-нибудь? — Нет. Ничего из того, что вы перечислили.  — Понятно. — Он повернулся и уловил молчаливый и напряженный взгляд, с которым Рика и Август наблюдали за ним. — А с этими что? У девки лицо, будто ей кто-то вмазал. Адриана проскользнула между Ирокезом и товарищами, образуя живой щит. Тут же двинулся и похотливо ухмыляющийся блондин. На глазах Августа, этот урод ползал по Адриане глазами, делая небольшую передышку в районе груди. — Мы попали в песчаную бурю. Охранник запутался и неудачно споткнулся о камень, — ответила Адриана. Она старалась не замечать присутствие пялящегося солдата. — Мы можем пройти? — Торопитесь, мэ-эм? — подал голос блондин, — меня зовут Ба… Ба… — Бакстер, заткнись, — прошипел Ирокез, — да, можете спокойно идти. Счастливой дороги. — Да, проходите, — вторил толстяк, все это время стоявший в стороне, считая ворон. Солдат с ирокезом бросил в его сторону злобный взгляд, и он, поджав губы, уставился куда-то наверх. Последний в их группе чихнул и завыл, как раненый пес. Его в принципе не интересовало происходящее. — Спасибо вам, офицер. — Адриана развернулась и кивком указала Августу на дорогу. — Ага, бывайте. — Мэ-эм, — довольно протянул блондин с отвратительной улыбкой, — мы еще… Ай! Больно! Он подпрыгнул на одной ноге, вцепившись руками в сапог, на котором красовался отпечаток подошвы. Ирокез держал его за плечо. — Простите. Он новенький – совершенно не понимает, как нужно себя вести. Когда патруль остался позади. Адриана коротким жестом велела Рике и Августу подойти. Теперь они двигались параллельно, плечом к плечу, на несколько шагов впереди брамина. — Они точно не из НКР, — с серьезным видом объявила Адриана. Ее глаза лучились уверенностью. — Когда я дам знак – мы побежим.  Быстро и без вопросов. Убежище в этих утесах, так? — Судя по карте – да, — ответила Рика. — Приготовьтесь. Август почувствовал, как тело покрылось мурашками. Так многое нужно было сказать, так много спросить. Куда именно следовало бежать? Почему она думает, что начнется погоня? Слова застряли, будто толпа людей, пытающихся протиснуться в узкую дверь во время пожара. Но он всецело доверился ей.

***  

“Еще немного, еще чуть-чуть”, — думал Омлет, провожая взглядом, удаляющийся караван. Он был уверен, что правильно подгадает момент. Парни – эти придурки – явно напугали торговца, он видел с каким лицом ушла девушка и знал, что она наготове. Наверняка приказала ожидать сзади удара, поэтому они спрятались за брамином.  Он положил палец на курок. Движением руки отдал приказ прицелиться. Четыре ствола уставились в одну точку. Вдруг – шашка. Она прописала в полете дугу и приземлилась где-то по центру дороги. Теперь они тупо таращились на взявшуюся, казалось, из ниоткуда приплюснутую с обоих полюсов алюминиевую банку, из которой повалили клубы темного дыма. — Они убегают! — взревел Омлет. Он произнес первое, что пришло на ум. — Быстрее за ними, недомерки. Кучка кретинов, только попробуйте упустить их! Бадди и Джек открыли огонь. Пули прошивали дымовую завесу, оставляя после себя небольшие воздушные кратеры. Джек чихнул, и выстрел пришелся вертикально вверх, а винтовка вылетела из его рук, словно была смазана жиром. По правую сторону дым уже достиг каменных залежей, перекрыв область видимости. Омлет ринулся влево и услышал, как брамин издал громкий болезненный стон. Пробежав вперед, он увидел распластавшееся на дороге животное. В боку и задних подкосившихся копытах зияли кровавые раны, из которых наружу хлестали кровавые струи. Животное еще двигалось, не желая просто так отпускать жизнь. Одна голова отчаянно металась из стороны в сторону: в поисках спасения или обидчика. Что было более важно – рядом с брамином он не обнаружил ни одного человеческого тела. Уголком глаза Омлет заметил, как за скалой промелькнуло движение. Неужели они хотят скрыться в одной из каверн? Сами себя же и загонят в ловушку. Пока он раздумывал как поступить, брамин издал последний жуткий вой и замолк – уже навсегда. Наступившую на мгновение тишину нарушил восторженный и возбужденный голос Бадди: — Где она, босс?! Куда она побежала, а ? — Похоже, что они скрылись в одной  из пещер на скале, — Омлет перевел взгляд на труп брамина, — пускай сидят там, а мы перетащим товар. — Нахер этот товар! — прокричал Бадди. Омлет не успел даже придумать подходящий ответ, когда Бадди кинулся вперед с такой прытью, будто убегал от песчаного волка. Разум заполнили черные мысли, руки вскипели от резкого притока крови. Он хотел придушить, порвать на куски этот нежелавший подчиняться отброс. Воображение нарисовало образ головы Бадди, используемой в качестве крепкой горной кирки. — Босс, что нам делать? — послышался позади гнусавый голосок Дюка. Но Омлет уже ничего не слышал. Он просто не мог. Всё его существо было направлено только на то, чтобы разбить головой Бадди несколько валунов. Он точно размажет голову этого недомерка, этого придурошного торчка о стену. И похрен, что Эдди скажет на это.  Вооруженный этой уверенностью, Омлет схватил Дюка за подбородок, сжав щеки пальцами так, что губы с чавканьем свернулись в трубочку. — Ловите его, ублюдки! — крикнул Омлет, переводя взгляд между Джеком и Дюком. — Убейте и его и караванщиков! Джек повиновался мгновенно. Его полное тельце, подпрыгивая и покачиваясь, покатилось в сторону скалистых ущелий. Бежал он так медленно, что Бадди, мог вернуться, выкурить сигарету и вновь скрыться за поворотом, до которого Джек бы еще даже не добежал. Дюк крякнул. Из его носа полились сопли, как из открытого крана. Омлет потянул руку, которой удерживал его, на себя, отвел в сторону и хорошим пинком отбросил Дюка вперед. Тот пошатнулся, упал, а затем выскочил вперед выпущенной из лука стрелой, без лишнихпричитаний метнувшись следом за Джеком “Брось это — вновь прозвучал в голове Омлета голос Эдди — перед тобой вся добыча. Просто отзови ребят, пока не поздно и унесите оружие назад – на базу. Если Бадди появится на пороге пристрелишь на месте”. Он какое-то время простоял в тишине. Парни уже скрылись за поворотом. Выстрелов не было слышно – значит пока никого не поймали. Он колебался. Не последовать ли голосу разума и крикнуть им возвращаться. Да только он не мог этого сделать. Не мог заставить себя переступить через завладевший им гнев. Омлет поднял руку – все еще липку от соплей – и его накрыла волна омерзения. Сегодня он точно должен кого-то прикончить. И будут это охранники, торговец, Бадди, полудохлый Дюк или все разом – не имело значения.

IV

Им действительно сопутствовала удача. Трюк с дымовой шашкой выиграл для них достаточно времени, чтобы среди каменных гряд разглядеть тени узкого непримечательного проема. Следуя интерактивной карте, которую Рика не выпускала из рук, они по одному зашли в темный проход. Шаг влево или вправо – рука касалась заскорузлой стены. Тусклый свет от экрана, на котором была изображена карта, был единственным источником света. В какой-то момент высота потолка начала стремительно уменьшаться, – пришлось передвигаться, согнув колени и пригнув голову. Больше всего Авгус боялся, что тропа выведет их к тупику. Никто не гарантировал, что за столько лет подземный тоннель не обрушится. Времени на глубокие размышления не было, – за стенками слышались разъяренные крики и суетливый бег. Им удалось уйти от погони, но та настырность, которую проявили патрульные – оказавшиеся обычными рейдерами, – означала, что это лишь вопрос времени, когда они сообразят что к чему. Извилистый путь вывел их в широкий тоннель, образованный скелетом системы металлических сводов. Адриана включила фонарь, приспособленный к стволу пистолета, и они побежали вниз вдоль растянувшихся на каменистом полу рельс. Первой выдохлась Рика. Она остановилась, опершись об удивительным образом сохранившую ровность стенку пещеры. Её дыхание перешло в сдавленный хрип. — Можешь идти? — спросила Адриана. — Могу, — Рика вытерла ребром ладони проступивший на лице пот. — Дайте мне ещё пару секунд. Адриана покачала головой. — Они от нас просто так не отстанут. Мы оставили им брамина – вы же слышали его вой? – но они все равно стали преследовать нас. — Что им тогда нужно? — спросил Август, догадываясь, что ответа на вопрос он не получит. — Кто знает? Может хотят взять нас в плен и получить выкуп к Красного Каравана? — Идем, мы почти у цели. — Рика указалавперед в зияющую темноту, до которой не дотягивался луч фонаря. Шаг перешел в бег, и они пересекли остаток пещеры, остановившись у массивной входной двери. На центральном диске в лучах фонарика латунью сверкала цифра 715 и линия, подчеркивающая их сверху. То, что конструкция перед ними является именно дверью, им объяснила Рика. Выполненная в форме шестерни и вылитая из сложнейших композитных сплавов, она была крепчайшей защитой, через которую не могло пробиться даже мощнейшее оружие Братства. К счастью, чтобы попасть внутрь не обязательно было прорываться лишь грубой силой. Рядом с лопастью находилась распределительная панель с большим рычагом в центре, двумя клавиатурами по бокам и нависающим над всем этим экраном. То, что панель уцелела спустя столько времени – большая удача. Рика стерла рукавом пыль с клавиатуры. Ее пальцы быстро защелкали по клавишам, заставив довоенную машину ожить. На экране тут же забегали разномастные символы. — Если нам повезет… ага, вот! — На экране отобразились таблицы. — Убежище уже очень давно работает в аварийном режиме. Мы можем открыть эту дверь с помощью рычага. — Ключ не понадобится? — спросил Август. — Здесь нет даже паза под карту. Рика нахмурилась, пробегая глазами по строчкам. — Что то не так? — одновременно спросили брат и сестра. — Здесь только половина имен. Я не все их запомнила, но компьютер в кейсе указывал на большее количество резидентов, и здесь только те, что значились под вторым номером. Все трое обернулись в сторону тоннеля. Откуда-то из мрака, раздавались шаги и слабое эхо голосов.  “Я иду, иду!”, “Быстрее, идиоты!”.  Оставив обсуждения, все трое дернули за рычаг. Пещера наполнилась гулким скрежетом от движения дверной лопасти. Шестерня резко отодвигалась назад вдоль выемок зубьев, оставляя за собой круглый тоннель, пока не остановилась метров за десять и тогда откатилась в сторону. Впереди их ждала густая, будто свитая из черных паутинных нитей тьма. Внутри можно будет организовать засаду и перестрелять всех преследователей. Звук бегущих со стороны пещеры ног с каждой секундой становился отчетливей. Адриана шагнула вперед, возглавив колонну, и направилась внутрь Убежища, вспарывая фонариком тьму, десятилетиями не знавшую света.