Часть 3. Свет прошлого, тень настоящего

Одри и Рафаил сидели в небольшой кофейне неподалеку от «Гудлама». Уже был вечер, мягкий свет лампы отражался на блестящей поверхности чашки, которую сжимала Одри. Лениво обводя пальцем край, наблюдала, как за окном дождь рисует на стекле хаотичные узоры. Рафаил сидел напротив, с безупречно прямой осанкой и отрешённым взглядом, будто он был здесь и одновременно где-то далеко. Одри украдкой наблюдала за мужчиной, изучая мельчайшие детали точеного лица: тонкий изгиб губ, аристократическую линию скул. Девушка не понимала, почему этот мужчина так волнует её. Это не было простым любопытством. Что-то большее проскальзывало между двумя коллегами, невидимое, но ощутимое. Ощущение, что они когда-то были знакомы, никак не покидало. Одри старательно пыталась найти в чертогах памяти тот самый момент их встречи, но он отчаянно ускользал. Эти зелёные глаза… она точно где-то их встречала раньше. — Кажется, дождь становится сильнее, — наконец нарушила молчание, чувствуя, как голос прозвучал слишком тихо в этом уютном пространстве. Рафаил посмотрел на Одри, будто вернулся из своих мыслей. Зеленые глаза были такими глубокими, что девушка на мгновение потеряла нить разговора. — Да, — коротко ответил он. Одри нахмурилась, но не от раздражения, а от какой-то внутренней досады. Рафаил был словно стена, красивый, загадочный, но неприступный. Она почти ощутила, как тянет к этой стене, как хочется прикоснуться, даже если это вдруг окажется больно. — Ты всегда такой… закрытый? — спросила осторожно, не зная, как коллега воспримет её вопрос. Рафаил опустил взгляд на чашку, будто обдумывая, стоит ли отвечать. — Может быть, — произнёс тот наконец, стараясь придать словам лёгкость. — А ты всегда такая…прямолинейная? Одри усмехнулась, но во взоре появилась мягкая серьёзность. — Не вижу смысла тратить время на неопределённость. Жизнь и так коротка чтобы прятаться за словами, не так ли? Рафаил слегка напрягся. «Коротка» — это слово ударило по сознанию, как острый осколок стекла. Он так давно не думал о времени, как думают смертные, но эти слова почему-то напомнили, что её жизнь — лишь миг по сравнению с его. — Наверное, в этом мы с тобой разные, — тихо произнёс с грустью Рафаил. Одри внимательно посмотрела в глаза напарнику. В его словах было что-то окончательное, как будто пытался провести между ними черту. Она чувствовала это, но не хотела отступать. Наоборот, это пробудило в девушке то самое чувство, когда человек понимает, что хочет узнать другого, несмотря на любые барьеры. — Разные? — переспросила Одри, решив идти до конца. — Я бы не сказала. Ты — загадка, которую хочется разгадать, Рафаил. — Сказала она с нежной улыбкой, наконец-то поймав мужской взгляд. Тембр девушки был мягким и нежным, от которого Рафаилу стало трудно дышать. Эти слова больно били по его внутренним баррикадам. Одри смотрела на него так, как никто не смотрел уже столетия, без страха, без предубеждений, просто с желанием понять. И ему хотелось того же. Видит Бог, он держится как может. Эта её жизнь… совсем другая. Раньше Рафаил мог оставаться в стороне, быть лишь безмолвным наблюдателем течения жизни этой девушки. Но в этот раз… всё пошло совсем не так. Ангел не хочет и не может быть в стороне. Но для неё будет лучше, если они не будут сближаться слишком сильно. — Одри… — начал мужчина, но замолчал, не зная, как подобрать правильные слова. Рафаил чувствовал, что это момент истины, и он должен положить конец этому прежде, чем станет хуже. Сделал глубокий вздох, поднял на девушку глаза, в которых отражалась целая буря противоречий. — Я ценю твою откровенность. И тоже должен быть… честным. У меня… — Коллега на мгновение осёкся, — есть отношения. Одри замерла. Взгляд чуть помутнел, но быстро собралась и взяла себя в руки. Пухлые губы дрогнули, будто собиралась что-то сказать, но остановилась, обдумывая его слова. — Вот как? — сказала тихо, стараясь сохранить спокойствие. — Да, — солгал Рафаил, чувствуя, с каким огромным трудом это даётся ему. — Поэтому я бы хотел, чтобы мы оставались… коллегами. И друзьями. Одри улыбнулась, едва заметно, но сдержанно, стараясь скрыть разочарование. Ей не хотелось показывать, как сильно ранило сердце сказанное. Впервые за несколько лет ей понравился мужчина, и тут не только не оказалось шанса на взаимную симпатию, так он ещё и в отношениях! Приятным было только одно — он сказал правду. Не стал питать ложными надеждами и ожиданиями, после чего мог бы разбить сердце вдребезги. Рафаил отверг её в то самое время, когда отказ не делал так больно на душе. Обидно? Да… «Жаль, мы не повстречались раньше… может, тогда всё было бы по-другому…» Одри хотела засыпать Рафаила вопросами. Узнать, кто она, как долго вместе, что ему в ней нравится и выяснить, чем она лучше неё… Но Одри не имела права задавать такие вопросы. А потому, оставалось лишь достойно принять отказ мужчины и смириться. — Я тебя поняла, Рафаил. Спасибо, что сказал об этом. Мне бы не хотелось влезать в чужие отношения. Рафаил почувствовал, как грудь сжалась от такой реакции. Одри казалась спокойной, но он видел этот взгляд взгляд, тот самый, в котором отражалось больше, чем девушка позволяла себе выразить. — Я рад, что ты понимаешь, — тихо проговорил он, произнося не те слова, которые хотел сказать. — Тогда договорились, — сказала напарница с лёгким кивком, снова посмотрев в окно. Тихий голос звучал ровно, но Одри чувствовала, как внутри поднимается странная горечь. Недавнее знакомство тянуло девушку к Рафаилу так, как она не могла объяснить, но теперь эта дверь, как оказалось, была закрыта. Рафаил хотел сказать что-то ещё, но не смог. Понимал, что в этом нет смысла. Но это было необходимо. Или, по крайней мере, ангел пытался себя в этом убедить. Снова повисло молчание, но теперь оно стало другим, наполненным всем тем, что двое не решились произнести. Одри заметила, как атмосфера начала сгущаться, словно каждый новый взгляд и слова только добавляли тяжести в воздух. Выдохнув, стараясь сохранить лёгкость, сказала: — Кажется, я тебя задержала. Мне пора, Рафаил. Увидимся на работе. Не желая больше затягивать этот странный момент, Одри потянулась за сумкой. Ей хотелось сохранить достоинство, не давая понять, как сильно слова мужчины задели её. Сильнее, чем рассчитывала. Заметив, как Одри встаёт, Рафаил внезапно потянулся и мягко коснулся изящного женского запястья. Его ладонь была тёплой, сильной, и это прикосновение словно обожгло кожу девушки. Тоненькое и хрупкое запястье полностью скрылось за большой и мягкой ладонью. Его руки не были грубыми. Длинные и красивые пальцы были словно созданы из мрамора самым талантливым скульптором во вселенной. Такими руками мужчины создают шедевры. В голове Одри быстро промелькнула мысль о том, что Рафаил, наверное, хорошо рисует или играет… либо фортепиано либо скрипка. «Наверное, скрипка. Идеально подошла бы ему…» Отгоняя непрошенную мысль, Одри замерла, подняв на напарника удивлённый взгляд. По бархатистой коже пробежали мурашки, которые никак не смогла контролировать. Рафаил тут же одёрнул руку, словно обжёгшись. Это движение выдало его нерешительность, а взгляд метался между золотисто-карими глазами девушки и дверью кафе. В этот миг он злился на себя за слабость. Мужчина прокашлялся, стараясь справиться с нарастающим напряжением. — Одри… — начал было Рафаил, но осёкся, опустив взгляд на чашку. Казалось, слова не находили выхода. Но он понимал, что должен что-то сказать, чтобы скрыть свою растерянность. — Нам нужно будет завтра поехать в церковь, — наконец выдавил Рафаил немного увереннее. — Ты ещё не знакома с командой Астреи. Самое время это исправить. Одри удивлённо посмотрела на коллегу, немного не понимая, откуда такая внезапная смена темы. Чувствовала, что Рафаил не решается сказать что-то важное, но не стала давить. — В церковь? Познакомиться с командой? — переспросила Одри, чуть приподняв брови. — Да, — кивнул он. — Мы занимаемся расследованием дела о сектантах. И это место связано с ним, а так же имеет прямое отношение к Майклу. Она находится в его провинции. Я заеду за тобой завтра на работу, чтобы мы отправились вместе. Одри изучающе посмотрела на напарника, всё ещё чувствуя тепло краткого прикосновения. Это не было просто жестом. Что-то в Рафаиле дрогнуло, и она это почувствовала. Но тот всё равно оставался закрытым, словно выставляя невидимую преграду. А может, Одри просто хотела, чтобы это было правдой. — Хорошо, — наконец ответила, мягко улыбнувшись. — Тогда до завтра. Рафаил кивнул, наблюдая, как Одри выходит из кафе. Он невольно задержал взгляд на удаляющейся женской фигуре, чувствуя, как сердце словно поднимается и тут же падает обратно в грудь. Одри шла по улице под моросящим дождём, ощущая, как трепещет душа от пережитого разговора. Медленно потерев запястье, где ещё минуту назад была его рука, шёпотом сказала самой себе: — Жаль… очень жаль…

***

Рафаил открыл дверь Одри и та с осторожностью вышла из машины, поправляя длинный плащ, защищающий от пронизывающего ветра. Перед глазами девушки возвышалась древняя церковь с потрескавшимися каменными стенами, словно само время оставило здесь свои отметины. Готические витражи бросали мягкий разноцветный свет на землю. Церковь считалась заброшенной, но внешне не было на это ни единого намека. У входа стояла компания из четырёх человек. Рафаил шёл рядом. Одри заметила, что мужчина был слегка напряжён, возможно, это здание тоже вызвало у него странные ощущения. — Одри, — начал Рафаил спокойно, но в тоне прозвучала странная напряжённость. — Позволь представить тебе нашу команду. Первым к ней подошёл высокий мужчина с длинными светлыми волосами, струящимися по плечам, и спокойным, почти невозмутимым взглядом. Его аура внушала уважение и уверенность, а также спокойствие. — Микаэль, — представился он, протягивая руку. Его бархатистый тембр был глубоким, как отголосок далёких звуков органа. — Рад познакомиться, Одри. Рафаил говорил, что ты — талантливый психотерапевт. Думаю, ты сможешь привнести много ценного в нашу работу. Одри улыбнулась, чувствуя себя немного легче под его тёплым взглядом. — Спасибо. Я постараюсь не подвести и… Но прежде чем успела продолжить, перед ней появился мужчина, казавшийся полной противоположностью Микаэля. Высокий, крепкого телосложения, с тёмными кудрями, он буквально олицетворял слово «харизма». Чёрная рубашка обтягивала точёный торс, а слегка открытая грудь так и будоражила воображение. — Давид, — произнёс он с очаровательной улыбкой, беря руку девушки и, словно по инерции, чуть поднося к губам. — Тебе повезло, что я здесь. Скучно не будет. Одри смущённо улыбнулась. — Спасибо за предупреждение, — непринуждённо обронила, стараясь скрыть лёгкую неловкость. Рафаил, стоявший чуть в стороне, сжал кулак. Пытался взглядом просверлить Давида, но тот, конечно, этого не заметил. — Давид, дай ей хотя бы осмотреться, — холодно произнёс Рафаил. Но Давид лишь ухмыльнулся, повернувшись к коллеге с видом полного довольства. — Не волнуйся, Рафаил. Я всего лишь приветствую нашу новую коллегу. Или ты не хочешь, чтобы она чувствовала себя здесь комфортно? Микаэль заметно напрягся, взглядом скользнул от Давида к Рафаилу, затем к Одри. Мужчина ничего не сказал, но явно понимал, что здесь происходило. — Успокойся, Давид, — прервал их спокойный, но твёрдый голос, принадлежавший темнокожему мужчине с острыми чертами лица и пристальным взглядом. — Мы здесь не для того, чтобы ты устраивал шоу. — Кас, как всегда, серьёзен, — подмигнул Давид, проходя в здание, и остановился у небольшого стола, всё это время не сводя глаз с Одри. Рафаил сделал шаг вперёд, став ближе к девушке. Ближе, чем это было необходимо. — Одри, это Кассиэль. Наша «грубая сила». И, наконец, — жестом указал на изящную девушку с чёрными волосами и проницательным взглядом, — это Фелония. — Одри, рада познакомиться, — голос Фелонии был низким, почти гипнотическим. Её лёгкая улыбка была скорее формальной, но не злой. — Добро пожаловать в команду. — Спасибо, — ответила Одри, чувствуя себя всё более неуверенно под их вниманием. Рафаил, чувствуя, как Давид снова готовится вставить что-то остроумное, перебил: — Нам нужно обсудить предстоящую работу. Но для начала, я бы хотел, чтобы Одри посмотрела материалы дела. — О, я могу ей всё показать, — предложил Давид, и взгляд мужчины на мгновение стал слишком мягким, слишком долгим, слишком осязаемым. — Нет, — твёрдо ответил Рафаил. Все в комнате обернулись к нему, заметив неприсущую мужчине резкость, кроме Одри, которая уже открывала папку с бумагами. Микаэль чуть улыбнулся и, облокотившись на стол, тихо сказал: — У нас новое дело, но, похоже, есть и что-то ещё, что нужно решить… Рафаил бросил на брата короткий взгляд, полный предупреждения, но ничего не ответил. Братья отошли в сторону что-то обсудить. Одри закрыла папку с документами и провела рукой по твёрдой обложке, пытаясь собрать мысли. Информация была пугающей, но сейчас её больше тревожило не дело, а собственные чувства. Взглянув на Рафаила, заметила, что он стоял в стороне, разговаривая с Микаэлем, и выглядел таким сосредоточенным, таким… недосягаемым. «Я ему не интересна», — мысленно напомнила себе Одри. — Сложно, да? — её уха коснулось дыхание Давида. Одри подняла взгляд. Давид снова стоял слишком близко, смотрел на неё с тёплой, почти заботливой улыбкой. — Да… слишком много информации, — выдохнула девушка. — Тогда, может, отвлечёмся? — предложил Давид, наклоняясь ближе. Говорил ниже, интимнее. — Например, ты можешь рассказать мне что-нибудь о себе. О том, что тебя интересует… или кто тебя интересует. Одри замерла. Его уверенность была почти обезоруживающей. Давид казался лёгким, открытым, совсем не таким, как Рафаил. Этот харизматичный мужчина был будто открытая книга, в которой прямым текстом говорилось, что Одри заинтересовала его с первого взгляда. «Может, попробовать переключиться?» — пронеслось в голове. Ведь что ей мешает? Лёгкая обида на Рафаила кольнула сердце, ведь так хотелось, чтобы на месте Давида был он. Но что поделать, если чувства не взаимны? Стоит ли вообще ждать внимания от человека, который сказал, что его не будет? — Не думаю, что я такая уж интересная, — тихо ответила Одри. — Позволь мне самому это решить, — Давид улыбнулся и слегка накрыл её ладонь своей. Сердце девушки дрогнуло, но тут же кольнула другая эмоция. Нет, это было не то. Одри не почувствовала к Давиду того странного, необъяснимого притяжения, что заставляло её украдкой смотреть на Рафаила. Ведь с ним это чувство возникло сразу… Одри инстинктивно бросила взгляд в сторону напарника. Тот уже не разговаривал с Микаэлем, а пристально смотрел на них. Тяжёлый взгляд был устремлён на Давида, на скулах играли желваки. Давид это тоже заметил. И это лишь подогрело его азарт. — Ооо, кажется, кому-то не всё равно? — тихо усмехнулся Давид, подаваясь к Одри ещё ближе и практически касаясь губами её уха. — Интересно, почему? — Давид… — начала девушка, но мужчина уже обернулся к Рафаилу. — Что, Рафаил? — усмехнулся Давид. — Хочешь что-то сказать? Мужчина сделал шаг вперёд. Одри показалось, что в зеленых глазах будто полыхнуло что-то. — Хочу, чтобы ты прекратил, — сказал напарник ровно, но Одри ощущала напряжение в каждом слове. — Прекратил что? — Давид изобразил искреннее недоумение. — Общаться с нашей новой коллегой? Оказывать ей внимание? Или… ты имеешь в виду что-то другое? Одри почувствовала, как лицо залило краской. «Почему он так себя ведёт? Он же сказал, что у него есть девушка… Хотя… что, если Давид так же вёл себя и с ней? Тогда это всё объясняет.» Давид снова повернулся к Одри, чуть наклонив голову. — Если вдруг тебе понадобится приятная компания… ты знаешь, где меня найти, — прошелестел он, подмигнув. Рафаил не выдержал и резко схватил друга за плечо, притягивая ближе. — Я сказал, хватит. Одри не видела лица Рафаила. Но отчего-то Давид рассмеялся, совершенно не смущённый, и сказал: — Потуши глаза, Рафаил, а то прожжёшь меня. Остынь. Ты ведь уже сделал свой выбор. В воздухе повисла тяжёлая тишина. Одри сжала пальцами край плаща, пытаясь разобраться в своих чувствах. «Почему он так себя ведёт?» — Пора осмотреть зал. — Громко и уверенно сказал Микаэль, и все направились в основной зал. Одри мысленно поблагодарила мужчину за то, что эту напряженную ситуацию пришлось закрывать не ей. В зале церкви было необычно тихо. Свет через витражи создавал странные, почти мистические узоры на полу, и каждый шаг в этом месте казался обманом. Когда Одри стояла, затаив дыхание, перед одним из алтарей, чувство реальности начало тускнеть. Казалось, всё вокруг стало размытым, и пространство утратило свою форму. Рафаил шёл за Одри, глазами настороженно скользил по мраморным колоннам, предчувствовал, что нечто ужасное может случиться. Микаэль и остальные были в другой части зала, осматривая стены, готовясь к предстоящей проверке. Внезапно атмосфера изменилась. Тьма в углах будто сгущалась, а шёпоты в воздухе стали слышны даже ей, едва уловимые, но такие отчётливые, как в кошмаре. Одри невольно сделала шаг назад. — Ты не сможешь уйти-и-и-и-и. Твоя душа уже принадлежит мне-е-е-е-е-е… Тёмный голос эхом отозвался в голове, словно сам воздух насылал на неё тяжесть. Одри оглянулась, но рядом никого не было. Тем не менее, свет вокруг начал тускнеть, а тени казались живыми, вытягиваясь и принимая зловещие формы. «Что за…» — едва успела девушка подумать, когда тень, разрывая ткань реальности, вырвалась из стен и схватила тонкое запястье. Сдавленная боль в руке, как если бы металлические когти вонзались в кожу, заставила Одри вскрикнуть. Всё происходило слишком быстро. Взгляд девушки затуманился, а мир вокруг стал искажаться, стены церкви растягивались, превращаясь в пустоту. С каждой секундой Одри всё больше погружалась в странный, жуткий мир. Воздух стал плотным, тяжёлым, как будто она утопала в этой чёрной вселенной. Горло сдавило невидимой силой, и Одри с трудом смогла выдавить последнее: — Раф…аил… Услышав своё имя, мужчина резко развернулся. — Одри! — бросился к девушке, но тьма уже сжалась вокруг хрупкого тела. В этот момент черный силуэт, скрывающийся в тенях, сделал последний рывок и тьма полностью поглотила Одри. Мир растворился. Холод пронзил девушку до костей. В этом мраке не было ни единого звука, кроме бешеного стука собственного сердца. Одри пыталась дышать, но воздух стал густым, липким, будто бы с каждым вдохом наполнял лёгкие смолой. Девушка попыталась пошевелиться, но тело не слушалось, словно зависла в пустоте, а вокруг клубилось нечто живое, что смотрело на неё сотнями невидимых глаз. «Нет… Это невозможно… Этого не может быть…» Вмиг воспалившийся разум отчаянно пытался найти объяснение происходящему. Это сон? Галлюцинация? Паническая атака? Да, вот оно, стресс, перегрузка, она просто спит. Вот сейчас проснётся, проснётся… Но с каждой секундой ужас проникал глубже, разрывая сознание на части. Шёпот. Сначала едва различимый, почти на грани восприятия. Он пронизывал пространство вокруг, просачивался сквозь кожу, будто сотни голосов заговорили одновременно прямо у неё в голове. Ты всё равно принадлежишь мне-е-е-е… Не сопротивляйся-я-я-я-я… Скоро-о-о-о… скоро-о-о-о я заберу тебя у него-о-о-о… Руки сильно задрожали, пальцы едва удалось сжать в кулаки, ногти вонзились в ладони. Одри хотела завопить, но крик застрял в груди. Страх был абсолютным, чистым, разъедающим. Она не могла осознать это. Не могла принять. «Такого не бывает… Такого не бывает…» — мысли метались в хаосе, разрываясь между отчаянным отрицанием и парализующим ужасом. Свет. Вдруг резкий, ослепительный, обжигающий свет прорезал тьму, как молния. Он ворвался в это безумное пространство, разгоняя тени, отталкивая, заставляя их зашипеть и завыть. Одри почувствовала, как что-то невидимое разжимает хватку, как тяжесть, давившая на рвано вздымающуюся грудь, ослабевает. Тёплые руки. Кто-то прижал её к себе. Крепко, но бережно. Разум захлебнулся от противоречивых эмоций. Одри всё ещё была там, в той кошмарной темноте, или уже нет? Она была жива? Девушка дёрнулась, вскинула взгляд и увидела его. Рафаил. Но это был не тот человек, которого она знала как напарника. Не тот, кто просто работал с ней. Свет, исходивший от мужчины, был неземным, почти невыносимым. Лицо было озарено этим сиянием, а глаза, не человеческие, слишком глубокие, слишком яркие, наполненные чем-то древним, бесконечным. Одри всхлипнула и тело содрогнулось. — Этого… не может быть… — прошептала она слабо, сломлено. Рафаил ничего не сказал. Просто держал напарницу, не позволяя снова провалиться во тьму. Прижал хрупкое тело и укутал крыльями. Спрятал от всего мира и в этот момент хотелось навсегда оставить её под крылом, под защитой. — Ра… Рафаил… это было… что? — робкий вздох едва ли мог передать весь пережитый ужас. Рафаил молчал. Охваченный светом, не успев спрятать крылья. Это было слишком сложно объяснить, чтобы Одри могла всё понять. — Ты в безопасности, — тихо сказал Рафаил, но разум девушки ещё не мог полностью воспринять происходящее. Одри попыталась отстраниться, ноги подкашивались от слабости. Девушка посмотрела на него, всё ещё не в силах осознать, что только что случилось. Рафаил был рядом, но его вид заставил Одри усомниться, что сознание не обманывает её. — Ты… ты светишься! — в ужасе произнесла девушка. — У тебя крылья! Боже, я сошла с ума?! Я сплю?! Это не может быть правдой! — Одри, я всё объясню… — Рафаил хотел взять коллегу за руку, но Одри отшатнулась от ангела как от огня. — Не трогай меня! Кто ты, чёрт возьми, такой?! Микаэль, заметив состояние Одри, подошёл ближе, лицо оставалось твёрдым, но в глазах скользила обеспокоенность. — Ты в порядке, Одри? — спросил Микаэль тихо, но достаточно мягко, чтобы не пугать и без того взволнованную девушку. — Что это было? — её голос дрожал. — Я… я не могу поверить. Это не может быть реальностью. Это какой-то кошмар… Кто Рафаил? Кто вы все, чёрт возьми?! Братья обменялись взглядами. Микаэль сделал шаг вперёд. — Мы не причиним тебе вреда Одри, но то, что произошло, говорит о том, что всё серьёзно. Тебя ищет не простой демон. Его зовут Луциферий — архидемон, и он хочет тебя не просто так. Мы подозреваем, что он планирует использовать твою душу для разрушения врат Рая, — слова Микаэля были чёткими, прямыми, без малейшего намёка на сомнение. Одри лишь качала головой, пытаясь осознать услышанное, но всё больше ощущала, что теряет связь с реальностью. Взгляд метался по храму, будто она искала что-то, что могло бы подтвердить, что всё это просто кошмар. Что девушка лишь потеряла сознание и это были игры разума. Но перед ней стояли двое мужчин, которые казались искренними в своих словах, а их присутствие в независимости от того, как пыталась объяснить себе происходящее, говорило о чём-то намного более страшном и реальном. — Это невозможно, — прошептала она. — Я не верю… Это какой-то розыгрыш. Вы хотите меня запугать, чтобы я… — Одри, — вмешался Рафаил. — Мы не играем с тобой. Всё это реально. Ты в опасности. Мы должны быть уверены, что тебе ничего не будет угрожать. Микаэль добавил: — Ситуация правда серьёзная. Лучше тебе переехать в наше поместье, где живёт команда «Астреи». Это место защищено, и только там ты сможешь быть в полной безопасности. Это поможет нам защитить тебя. Одри медленно отошла ещё дальше от мужчин, голова кружилась. Девушка не могла поверить в то, что слышала. Какой-то архидемон? За её душой? Врата Рая? Неужели это не фантазия? Как такое возможно? — Нет, — она покачала головой. — Я не верю. Я… я не знаю, что происходит, но мне нужно время… Это не может быть правдой. Я схожу с ума. Я не могу… Рафаил шагнул к Одри, глаза ангела были полны беспокойства. Он осторожно положил руку на дрожащее плечо, и, несмотря на всю силу, прикосновение было мягким, почти как мольба. — Одри, пожалуйста, — умоляюще произнёс Рафаил. — Позволь нам помочь тебе, чтобы ты была в безопасности. Обещаю, что всё будет хорошо. — Не прикасайся ко мне! — Вскрикнула Одри, и на глазах стали проступать слёзы. Прямо сейчас всё её мировоззрение начало ломаться, девушка всё ещё не могла поверить. — Я… я не могу… — прошептала Одри, но тело уже неосознанно двигалось, будто в отчаянной попытке сбежать от этой реальности. Резко развернулась и побежала прочь из церкви. Рафаил не растерялся. Быстро догнал напарницу на улице, поймал за руку и мягко, но уверенно остановил. — Одри, пожалуйста. Я отвезу тебя домой. Я должен быть уверен, что ты в безопасности. Одри боялась верить ему. Но, чёрт, почему не одергивает руку? Посмотрела в глаза мужчины. В зелёных радужках не было ни малейшего следа лжи или манипуляции. Он по-настоящему беспокоился. Девушка прикрыла веки, внутренне сражаясь с собой и страхами. Слишком много всего произошло за короткое время. Но, возможно, сейчас не оставалось выбора. Страх, что Рафаил может ей навредить, уступал ощущению безопасности рядом с ним, но всё же ей важно было знать… — Сначала скажи, кто ты? — Одри… — Не смей врать мне. Я видела! Я видела как ты сиял… или как это… горел? Что это было?! А крылья?! У тебя были крылья! — Одри, я не могу… — Пожалуйста, Рафаил… Если ты хочешь, чтобы я тебе доверяла, придется довериться мне в ответ. — По покрасневшим щекам потекли слезы. Рафаил хотел стереть каждую слезинку, что посмела сорваться с её ресниц, но не смел касаться. — Одри… я… я ангел. Они молча стояли друг напротив друга. Одри хотела сказать так много. Возразить каждому его слову. Была готова поверить в то, что сошла с ума. Но зрение не обманывало. Видела всё наяву. Он признался… так легко, словно давно мечтал это сделать. Сейчас ангел смотрел на Одри с облегчением. Будто тяжесть прошлого наконец-то спала с плеч. — Хорошо, — наконец произнесла, слабо кивнув. — Отвези меня домой. Рафаил выдохнул и провёл девушку к машине. Открыл дверь, но Одри прошла мимо и села на заднее сиденье. Мужчине хотелось доказать, что он не причинит вреда, что не хотел, чтобы так все случилось. Хотел сказать, как ему стыдно за то, что подверг опасности. Но лишь безмолвно принял выбор девушки. Предстоит тяжёлый разговор, и он должен дать ей время собраться с мыслями. Микаэль лишь молча провожал взглядом отдаляющийся автомобиль. Сзади послышались шаги. — Зачем ты устроил это шоу, Давид? — Спросил Микаэль серьёзным тоном. — Чтобы Рафаил наконец-то уже перестал ходить угрюмым. Все эти столетия он не выглядел таким живым как сейчас. — С усмешкой сказал Давид. — Если увидит во мне соперника, то может хоть так наконец-то начнет действовать. — Во-первых, Давид, — Микаэль строго прервал его, — она смертная. Ему нельзя! — А во-вторых? — Скучающе спросил Давид. — Если она влюбится в тебя, это разобьёт ему сердце. Ты ведь знаешь, какой эффект вызываешь. — Не влюбится. Поверь, у меня нет и малейшего шанса, — Давид мечтательно посмотрел в небо и потянулся, — в её сердце только Рафаил. Микаэль удивлённо посмотрел на Давида. — Уверен? — Уверен. Я держал её за руку. Даже немного обидно, что не смог соблазнить такую очаровательную птичку. — Если Рафаил с ней сблизится, будут серьёзные последствия, ты и сам это знаешь! Нам нельзя вмешиваться! — Он уже вмешался, Микаэль. Хватит следить за ним, как за ребёнком! Он же твой брат, давай поможем ему. Даже если будут последствия, я его прикрою. А ты? Микаэль обречённо вздохнул. Давид был прав. Рафаил столетиями не нарушал правил, но сейчас… Эта девушка лишила брата спокойствия. И возможно, вместо того, чтобы запрещать им сближаться, стоит помочь спасти Одри. — Я тоже. Только сильно не увлекайся со своей затеей вызывать у Рафаила ревность. Иначе он сожжёт тебя раньше, чем ты сведёшь их. Давид ничего не ответил, лишь подмигнул другу.

***

Рафаил остановил машину перед домом Одри и выключил двигатель. В салоне сразу воцарилась тишина, нарушаемая только её размеренным дыханием. Ангел медленно повернул голову и посмотрел на тихо сопящую девушку. Одри спала. Она сидела, поджав ноги, руки беспомощно лежали на коленях, голова склонилась вбок, пряди волос спадали на лицо. Это спокойствие было обманчивым, Рафаил знал, что это не отдых, не обычная усталость, а защитная реакция. После всего, что произошло, сознание Одри просто не выдержало. Она не отвергла правду, но и не приняла. Просто замерла в этом тревожном, ледяном шоке, а потом погрузилась в сон, слишком глубокий для человека, который ещё недавно был охвачен ужасом. — Одри, мы приехали… — Тихо сказал ангел, в надежде, что девушка услышит. Но Крепкий сон продолжался. Рафаил провёл ладонью по лицу, тяжело выдохнул. Всё, что он так долго скрывал, было разрушено за одну ночь. Хотел уберечь, но в итоге только заставил столкнуться с реальностью, к которой смертная не была готова. И всё же, видя, как она спит, чувствовал что-то болезненно нежное. Даже в бессознательном состоянии девушка манила ангела. Тихо, почти не касаясь, Рафаил убрал с лица Одри выбившуюся прядь волос. Девушка пошевелилась, но не проснулась. — Прости, — прошептал он, хотя знал, что та не услышит. Рафаил отстегнул у Одри ремень безопасности, осторожно взял на руки, и она, даже во сне, доверчиво прижалась к мужчине, словно искала тепла. Тело было таким хрупким, лёгким, ангел мог бы держать Одри вечно, мог бы нести за грань миров, если бы это означало, что она будет в безопасности. Ангел шагал к квартире медленно, не спеша, как будто хотел запомнить каждый миг, когда Одри вот так находилась в руках. Каждый её вдох отзывался в мужчине чем-то странно болезненным. Она не должна была узнать обо всём так рано. Не должна была страдать. У двери ангел остановился. Одри сделала резкий вдох и медленно открыла глаза. Секунда, другая, зрачки сфокусировались, и она замерла. Тёплый, сонный взгляд. Растерянность. А потом — осознание. Одри тут же напряглась, тоненькие пальчики вцепились в белоснежную рубашку ангела, тело чуть дёрнулось, будто собиралась вырваться. Дыхание сбилось, и он увидел, как волна тревоги накрывает девушку с головой. — Т-тише, — Рафаил замер, не ослабляя рук, но и не сжимая сильнее. — Ты в безопасности, Одри. Всё хорошо. Напарница молчала, широко распахнув глаза. Рафаил чувствовал её дрожь. Чувствовал, как быстро бьётся сердце смертной. Между ними не было ни звука, кроме этого бешеного ритма пульса. И всё же мужчина не мог отвести взгляд. В этом молчании, в этом тонком напряжении, в тепле женского тела, таком близком, было что-то необъяснимое. Что-то, чего не должно было быть. Рафаил знал, что должен отпустить. Что должен отступить, дать пространство, чтобы снова почувствовала контроль над собой. Но он не мог. Одри смотрела прямо в зелёные глаза, глубоко, до самой души. Губы чуть дрогнули, словно хотела что-то сказать, но слова застряли где-то внутри. — Я… — голос её был слабым, едва слышным. Рафаил снова почувствовал этот невыносимый трепет. Он мог бы поклясться, что даже если бы весь мир рухнул прямо сейчас, этот миг, когда их взгляды встретились, останется в памяти ангела навсегда. Одри моргнула, дыхание всё ещё сбивалось, и наконец, резким движением вырвалась из крепких рук. Рафаил тут же ослабил хватку, позволяя девушке спуститься на землю. Одри не отпрянула сразу, но было видно, как руки дрожали, а сердце бешено стучало. — Ты… — голос девушки был хриплым, сдавленным, словно горло сжали ледяные пальцы. — Нужно было разбудить меня… Рафаил чуть улыбнулся, мягко, почти с печалью. — Прости, я честно пытался, но ты спала очень крепко. Одри нервно провела рукой по волосам. Всё происходящее ощущалось неправильным. Слишком близким. Слишком личным. И ещё… Девушка внезапно напряглась. — Подожди… — её взгляд сузился, голос дрогнул. — Но я же не говорила тебе, где живу. Рафаил замер. Мгновение и в глазах ангела что-то мелькнуло. — Ты… — она сглотнула, чувствуя, как в груди зарождается новый, ледяной страх. — Ты откуда знаешь? Рафаил смотрел на напарницу, не отводя глаз. Видел, как женское сознание отчаянно ищет объяснение, как метается между логикой и ужасом. — Одри… — попытался заговорить, но девушка тут же сделала шаг назад. — Нет, скажи мне, откуда ты знаешь? Ты следил за мной?! Одри пыталась быть твёрдой, но голос дрожал. Рафаил понимал, что не может сказать правду. Не сейчас. Не о том, как несколько месяцев назад, до их «официальной» первой встречи, уже видел её. Как стёр все воспоминания, чтобы девушка продолжала жить дальше. — Я узнал, когда изучал твоё дело, — голос ангела был ровным, спокойным. Одри нахмурилась, всматриваясь в него. — Ты… врёшь. Я вижу по глазам. Ты врёшь! Девушка не знала, почему так уверена в этом. Но внутри всё сжалось. Рафаил ничего не ответил. Просто стоял перед ней, высокий, тёплый, такой спокойный… И в этом спокойствии было что-то пугающее. — Чего ты добиваешься? — голос стал тише. Рафаил посмотрел прямо в серые глаза девушки. — Чтобы ты была в безопасности. Одри сжала зубы, отводя взгляд. Она не знала, чему верить. Не знала, что делать. — Ложь. Ты лжец, Рафаил. Я не верю ни единому твоему слову! — По щекам Одри снова потекли горячие слезы. Рафаил машинально потянулся к щеке в попытке стереть их, но Одри резко отшатнулась. — Не прикасайся ко мне! — Прости… Ты еще не понимаешь, что попала в очень опасную историю, — Рафаил пытался говорить спокойно, но голос всё же дрогнул. — Одри, это не просто совпадение. То, что случилось в церкви — это предупреждение. Ты в опасности. — Я в опасности? — она нервно рассмеялась, качая головой. — Да, конечно. Только почему-то ты единственный, кто об этом говорит! — Потому что я единственный, кто может тебя защитить! — Мне не нужна защита! — вспыхнула девушка, сжимая руки в кулаки. — Мне нужно, чтобы меня не втягивали в этот… этот спектакль! Рафаил стиснул челюсти. — Это не спектакль, Одри. — Конечно, как же я могла забыть! Ты же ангел, да? — в голосе Одри прозвучала горькая насмешка. — Боже мой, не могу поверить, что говорю это! Она развернулась, собираясь открыть дверь, но Рафаил остановил, мягко взяв за запястье. — Прошу, просто подумай над тем, что предложил Микаэль. В «Астрее» ты будешь в безопасности. Одри резко дёрнула руку. — А ты вообще понимаешь, как это звучит? Ты хочешь, чтобы я бросила свою жизнь и переехала к незнакомым людям, потому что какой-то призрак в церкви пытался меня схватить?! — Не призрак, а демон, — тихо поправил ангел. Одри выдохнула сквозь стиснутые зубы, а Рафаил прошептал: — И он схватил… — Рафаил, это не нормально. Всё, что происходит, не нормально. Я понятия не имею, почему ты так… одержим моей безопасностью, но, может, тебе стоит беспокоиться о своей девушке, а не обо мне? Рафаил застыл. На мгновение его лицо осталось бесстрастным, но в глазах что-то сверкнуло, боль? Гнев? — Ты думаешь, это просто одолжение? — прошептал мужчина. Одри почувствовала, как внутри всё сжалось. Рафаил сделал шаг ближе, наклоняясь, и вдруг расстояние между ними стало пугающе маленьким. — Думаешь, я рискую собой ради тебя просто потому, что мне нечем заняться? — Оставь меня в покое, — голос напарницы предательски дрожал. Рафаил провёл рукой по лицу, словно пытаясь взять себя в руки. — Мне не всё равно, Одри. Она сглотнула. — И это… не имеет никакого отношения к кому-то ещё. Одри замерла, ощущая, как сердце бешено колотится в груди. Рафаил смотрел на неё так, словно хотел сказать больше, но от чего-то сдерживался. Молчание натянулось, как струна. Одри отвернулась первая. — Уходи, — голос девушки уже не был таким уверенным. Рафаил молчал несколько секунд, прежде чем сделал шаг назад. — Подумай об этом, — голос был почти хриплым. — Просто… подумай. Пожалуйста… И затем ушёл.

***

Одри закрыла дверь, прислонилась спиной, пытаясь выровнять дыхание. В голове царил хаос. Всё, что произошло за этот день, казалось, не укладывалось в рамки реальности. Всю свою жизнь девушка изучала природу человеческого сознания, его изломы и заблуждения. Знала, как легко разум может исказить действительность, если подвергнуться стрессу. — Я схожу с ума… Эта мысль вертелась в голове, снова и снова, впиваясь в сознание, как заноза. Она не хотела верить в демонов, ангелов, мистику. Но что тогда произошло в церкви? Галлюцинация? Паническая атака? Коллективный психоз? — Рафаил… Одри сжала виски пальцами, будто пытаясь вытолкнуть образ мужчины из головы. Когда тот наклонился к ней у двери… голос, взгляд, всё в нём кричало о чём-то не высказанном. О чём-то важном. Девушка покачала головой. — Нет, не смей зацикливаться на нём. Это тоже не нормально. Тебе не нужен чужой мужчина! Но разум не слушался. «Мне не всё равно, Одри.» Одри вздрогнула от собственного дыхания. Прошла в комнату, сбросила плащ, но даже не попыталась переодеться, просто села на кровать, закрыв лицо руками. — Он знает, где я живу. Эта мысль заставила сердце сжаться. Она точно не говорила эту информацию. Как долго за ней наблюдает? Как давно она живёт в неведении, в то время как кто-то — что-то — следит за ней, оберегает, вмешивается в судьбу? Девушка рухнула на подушку, глядя в потолок. «Если я не верю в это — тогда я схожу с ума. Если я верю… то мир уже не тот, каким я его знала.» Ей не хотелось выбирать ни одно из этих объяснений. Но выбора не было. Одри выключила свет и натянула одеяло до подбородка, зарывшись в него, как ребёнок. Сон не приходил долго. А когда пришёл, был тревожным, рваным, полным теней. Во сне Одри снова оказалась во тьме. Густая, вязкая мгла вновь сковала тело, казалось, воздух сгустился, и каждый вдох давался с трудом. Не получалось ни двигаться, не закричать. Тени шевелились вокруг, скреблись, тянулись холодными щупальцами. «Это не может быть правдой. Это сон. Просто сон…» Но страх был слишком реальным. Внезапно во мраке вспыхнул свет. Тёплый, мягкий, но ослепительный. Он разорвал тьму, как меч, и затопил пространство вокруг. Одри зажмурилась, а когда открыла глаза… Она была уже не в церкви. Сырой, узкий переулок. Глухая стена впереди. Знакомая тишина позднего вечера. «Это… это было недавно… месяца два назад» Девушка задержалась на работе, поймать такси не вышло, а метро уже не работало. Пришлось идти пешком. Сердце забилось быстрее, когда вдалеке послышался утробный рык. Из темноты выскользнули тени. Бездомные собаки. Они рычали, клацали зубами, тянулись к ней, рвали края плаща. Одри тогда оцепенела. Но вдруг кто-то оказался рядом. Рафаил. Он появился словно из ниоткуда. Тихий, спокойный и красивый. Ему даже не пришлось их трогать, достаточно было взгляда, и звери развернулись и исчезли в темноте. — Вы в порядке? — спросил он. Одри не могла вымолвить ни слова. — Позволите проводить вас? Просто покажите куда идти, — предложил незнакомец, не дожидаясь ответа. Одри не спорила. Двое шли медленно. Долгое молчание заполняло улицы. Одри то и дело украдкой смотрела на мужчину. Тот был… добрым. Тёплым. Спокойным. Красивым. Ей хотелось рассмотреть его, словно скульптуру и восхищаться идеальными линиями. Когда они подошли к дому, Одри внезапно сказала: — Спасибо… Мне хотелось бы тебя отблагодарить, может, выпьешь со мной чаю? Рафаил удивлённо посмотрел на девушку, но затем едва заметно улыбнулся. — С удовольствием. Сидя на кухне, говорили ни о чём, его взгляд иногда задерживался на девушке чуть дольше, чем нужно. — Как ты там оказался? — спросила Одри, пытаясь не выдать дрожь в голосе. — В том переулке. — Я… проходил мимо, — ответил Рафаил. — Просто так? Он чуть улыбнулся, глядя, как пар поднимается от чашки. — Возможно, я искал кое-кого. Одри нахмурилась. — Нашёл? Рафаил поднял на неё взгляд. — Да, всегда находил… Сердце пропустило удар. Ей вдруг показалось, что мужчина говорит не только о том вечере. Девушка опустила глаза в чашку, пытаясь унять странное волнение. — Я не знаю, что было бы, если бы ты не появился. — Она нервно усмехнулась, — Меня бы, наверное, загрызли. — Я бы не позволил. Его голос был тихим, но твёрдым. Одри взглянула на спасителя. Рафаил смотрел в ответ так, словно хотел запомнить каждую черту её лица. Словно хотел сказать что-то важное, но не мог. — Ты всегда так спасаешь незнакомых девушек? — пошутила Одри, стараясь разрядить странное напряжение. Мужчина улыбнулся. — Нет. Это был первый раз. Дыхание у девушки сбилось. Рафаил наклонился чуть ближе, сложив руки на столе. — Знаешь, я… рад, что встретил тебя сегодня. Одри открыла рот, чтобы ответить, но вдруг поняла, что не знает, что сказать. В голосе Рафаила не было обычного сдержанного холода, с которым он говорил последние дни. Сейчас он был тёплым, искренним. Словно был кем-то… другим. Словно знал, что это их единственный вечер. — Я… тоже рада, — сказала Одри наконец. Рафаил тихо провёл пальцем по краю чашки, словно раздумывая, стоит ли продолжать разговор. Он выглядел иначе, не тем холодным, отчуждённым человеком, которого Одри знала, а кем-то… настоящим. — Ты… кажется, мне не доверяешь, — сказал он с лёгкой грустью. — А должна? — улыбнулась девушка, пытаясь скрыть лёгкое волнение. Рафаил пристально смотрел в серые глаза. — Я бы хотел, чтобы доверяла. — Голос был тихим, почти умоляющим. Одри почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. — Мы даже не знакомы, — пробормотала она. — Разве? Она замерла. Рафаил смотрел прямо ей глаза, и во взгляде было что-то… древнее. Будто он знал её гораздо дольше, чем просто один вечер. — О чём ты? — Голос девушки прозвучал тише, чем хотелось. Рафаил медленно покачал головой, словно запрещая себе говорить больше. — Прости. — За что? Мужчина посмотрел с таким глубоко скрытым сожалением, что у девушки защемило в груди. — За то, что не вмешивался раньше. Одри нахмурилась. — О чём ты говоришь? Рафаил отвёл взгляд, но пальцы слегка сжались на чашке. — Иногда… — начал он, подбирая слова, — ты встречаешь кого-то и понимаешь, что хотел бы сказать этому человеку очень многое. Но когда наконец появляется шанс… ты уже знаешь, что не имеешь на это права. Одри чувствовала, что мужчина говорит о ней. Но как? — Может быть, я просто счастлив, что могу поговорить с тобой так, — продолжил, голос его стал мягче. — Пусть даже всего один раз. Одри сглотнула. Что-то в словах Рафаила вызывало странную тоску. — Ты говоришь так, будто мы больше не увидимся. Рафаил слегка улыбнулся, а в глазах скользнула тень. — Всё возможно. Тишина повисла в воздухе. Одри почувствовала, как сердце медленно сжимается от чего-то необъяснимого. «Почему он смотрит на меня так?» Рафаил осторожно коснулся женской ладони, едва-едва. Длинные пальцы были тёплыми, но Одри почувствовала в этом жесте что-то другое, глубокую, почти запретную привязанность. — Спасибо за чай, — сказал мужчина, улыбаясь почти виновато. Рафаил продолжал смотреть на Одри, будто запоминая. Будто прощаясь. Но потом, у двери… Девушка помнила, как мужчина стоял перед ней, чуть склоняя голову. Как легко коснулся её лба. Как потом сознание потемнело. Как Рафаил исчез. А внутри… Осталась пустота. Необъяснимая, глубокая, болезненная. Одри дёрнулась во сне. А затем проснулась от удушающих слез. «Почему я не помню тот день?!»